Текст книги "Сказание о второстепенном злодее 3"

Автор книги: Swfan

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 17 страниц)

Глава 21
Священный долг

Я снова вытер окровавленный нос.

Возвращаться в таком виде в бальный зал будет, наверное, не совсем к месту… Ладно, пошли, что ли, домой?

Я повернулся и неторопливо побрёл в сторону, противоположную освещённой оранжерее.

Примерно через двадцать минут я уже сидел в карете, медленно катившейся по тихим городским улочкам, освещённым рядами кристальных фонарей. Тогда же мои мысли снова вернулись к странному поведению Саши. Почему она вообще предложила свою помощь? Неужели мой образ казался ей настолько интересным? Или это была защитная реакция? Саша всегда отличалась осторожностью – временами чрезмерной… Возможно, она рассчитывала, что, узнав мои планы – а в её глазах они наверняка несли по меньше мере косвенную угрозу Алексу и остальным, – ей будет проще на них среагировать?.. Или была другая причина?

Хм…

Может, мне и впрямь стоит вписать её и остальных героев в мои мнимые злодейские планы? Чтобы они думали, будто действительно мне полезны. Тогда я смогу спасать их и помогать им без особого ущерба для своей репутации.

Попробовать можно, но сперва следует придумать, чего конкретно добивается «таинственный злодей и манипулятор» Антон Савин, роль которого я теперь отыгрываю.

В любом случае я был уверен, что завтрашний классный час будет, мягко говоря, неловким – так и случилось. Впервые Саша не стала меня приветствовать, когда я прошёл в кабинет, а лишь смущённо отвернулась. Алекс то и дело поглядывал на неё, словно собираясь заговорить, но не решался этого сделать.

Не самое приятное развитие событий, конечно. В игре Саша тоже время от времени ругала Алекса за необдуманные действия, но никогда не злилась на него слишком долго. Я же невольно устроил между ними полновесную ссору.

Вскоре после бала посыпались сперва робкие, а затем всё более уверенные жалобы на качество угощений, вина, которым несколько почётных гостей даже отравились, и столового серебра – его после использования традиционно продавали в ломбард как редкие коллекционные экземпляры. Была созвана комиссия, проведена ревизия, и вскоре вся Академия говорила о том, что опальный бывший аристократ и председатель, отчаявшись после потери титула, попытался прикарманить финансы студенческого совета.

Расследование обещало быть довольно продолжительным – как и всякое следствие, связанное с финансовыми документами, – но уже сейчас несколько старост, в том числе с Факультета Пурпурной Акации, демонстративно объявили мне бойкот.

К несчастью для следователей, найти деньги у них уже не получится. В итоге я прикарманил 6 912 гилингов, которые превратились в 69 магазинных баллов – всего же их у меня было теперь 88. На родословную не хватит, если не тратить обычные баллы, но для начала – очень даже неплохо. Тем более что последующий коррупционный скандал принёс мне ещё 5 баллов.

«Текущие баллы: 40,7»

Немудрено, ведь после этого на меня ополчилась почти вся Академия. Некоторое время моим единственным союзником оставалась Эльвира, однако принц уже шёл на поправку, и вскоре девушке пришлось отправиться вместе с ним в столицу.

Я намекал, что нам, возможно, следует поговорить по душам, однако решил, что делать это сейчас было немного опрометчиво. Я действительно собирался её спасти, но будет удобнее, если до определённого момента она будет действовать также, как и в игре. Чтобы я точно знал, что именно случится и когда – и как – мне следует вмешаться в грядущие события. Поэтому я сделал туманное заявление, что вскоре мы встретимся и тогда же нам предстоит настоящий разговор, – после чего проводил её на посадочную площадку.

А уже вскоре после этого пришло известие, которого я ждал больше месяца.

Пришло внезапно. Ранним утром я, потирая глаза после бессонной ночи – допрос затянулся, а после него была ещё и тренировка с Еленой, – вошёл в классную комнату и замер. За партой, пустовавшей последние несколько недель, сидела статная девушка с длинными золотистыми волосами.

Адель де ла Крус вернулась в Академию Лапласа.

…

…

…

Он здесь.

Адель, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица, молча сжала пальцы под партой, когда дверь открылась и в класс вошёл Антон Савин. Он посмотрел прямо на неё и сказал:

– Пришла наконец.

Она не ответила. Даже не взглянула на него. Он хмыкнул и направился к своей парте. Кулаки Адель сжались ещё сильнее. Впервые в жизни она находилась в одной комнате с человеком, которого собиралась убить.

Она обещала солдатам ТОА, что всё будет хорошо: их ожидает честный и справедливый суд, а невинные и их семьи, никогда не державшие оружия, будут отпущены. Она нарушила своё обещание. Они погибли. И теперь единственное, что она могла для них сделать, – это отомстить.

Даже если это ничего не изменит. Даже если их самих уже не вернуть… Если хотя бы один из них, один из почивших, в свои последние секунды, погибая под обломками, мечтал о том, чтобы его убийца – и она, она, которая солгала им, – были наказаны…

Его желание было священным.

Его нужно исполнить.

Сперва она хотела сделать это на глазах у всего мира. Она представляла, как выхватит меч и вонзит его в живот Савина, как только увидит его. Но потом Адель осознала, что так нельзя. Даже если на собственное будущее – тюрьма, виселица, неважно – ей было всё равно, такой поступок мог привести к серьёзным последствиям для всей Федерации.

Поэтому, хотя это и казалось неправильным и её заранее разъедало чувство вины, Адель решила действовать тайно.

Для этого она читала о различных ядах и думала, как подсыпать их в его еду.

Затем Адель вспомнила, как на базе ТОА он продемонстрировал невосприимчивость к подавителю маны. Вполне возможно, что он выработал иммунитет и к другим ядам. К тому же пронести ядовитые вещества за стены Академии теперь стало почти невозможно. После её собственного отравления и покушения на принца охрана стала намного тщательнее. Проверяли не только кристаллы, но вообще все вещи и даже лекарства, которые студенты провозили с собой.

Вариант оставался только один: Адель должна убить его своими руками.

Сделать это будет непросто. Антон Савин вырос в опасной и враждебной среде имперской аристократии, напоминавшей знаменитые восточные террариумы, куда намеренно бросают ядовитых змей и насекомых. Он самостоятельно изучил медицину, потому что не доверял врачам своей семьи. Убийство такого подозрительного, осторожного и талантливого человека представляло сложнейшую задачу. Особенно для неё, ведь раньше Адель никогда не действовала «втемную». Она презирала заговорщиков, преступников и прочих тварей, которые, словно черви, копошатся под камнями.

Но теперь она сама должна была стать такой тварью, чтобы исполнить последнюю волю всех тех, кого история так сильно хотела забыть.

Раз она не могла перехитрить Антона, который всю свою жизнь провёл «во мраке», оставался только один вариант: действовать молниеносно и решительно. Не растягивать подготовку к покушению на много месяцев, а воспользоваться первой же возможностью.

Сперва она и вовсе думала убить его сразу после возвращения, но затем пришла к выводу, что это будет слишком подозрительно. Впрочем, долго тянуть тоже было нельзя.

Адель осознала это сразу после прибытия, когда направилась в общежитие Факультета Синей Розы.

– Мисс Адель!

– Вы вернулись, мисс Адель! Вы не представляете, что он сделал, пока вас не было!

Её встречали со слезами на глазах. Одни сбивчиво жаловались на Антона, другие, напротив, с довольными улыбками наперебой твердили, что теперь-то ему точно конец. Его мало того что подозревали в покушении на принца и уже лишили дворянства – сделав одним из «плебеев», которых он так ненавидел, – так с недавних пор ещё и заподозрили в коррупции. Совсем скоро он лишится должности председателя. Они победили!

Победили…

Адель вспомнила старинную поговорку: если достаточно долго сидеть на берегу реки, можно увидеть, как по ней проплывает труп твоего врага. Во всех смыслах этого слова Савин был уничтожен. Он потерял всё: власть, статус, будущее. На долю секунды Адель даже задумывалась о том, что ей, возможно, и не нужно его убивать…

Но тут же перед ней промелькнули лица солдат – старых и молодых, – которые слушали её речь, а затем стонали под обломками разрушенной базы. Ногти Адель болезненно вонзились в ладони.

Каждая секунда промедления подтачивала решимость, которую она взращивала в себе день за днём, снова и снова вспоминая их лица, снова и снова представляя их мучительную смерть.

– Всё в порядке, мисс Адель? – раздался заботливый голос.

Адель пришла в себя и повернулась к Седрику. Он смотрел на неё с лёгким беспокойством. Она была уверена, что её лицо представляет собой непроницаемую маску, и всё же полностью спрятать свои мысли оказалось невозможно.

Интересно, он поможет ей, если она попросит? Неважно. Она не станет этого делать. Это был её долг.

– Всё в порядке, – сказала Адель невозмутимым голосом. – Стой, Седрик, что ты делаешь в нашем классе?

– Меня вызвали.

– Кто выз…

Не успела она договорить, как открылась дверь и в класс зашёл сперва Алекс, а затем Саша. Оторопев от неожиданности, они удивлённо посмотрели на Адель и сразу приблизились к её парте. Посыпались вопросы. Она старалась казаться спокойной, обычной, но всё равно то и дело косилась на хмурого юношу, который сидел у дальней парты возле двери.

Ей нужно было подобрать подходящий момент, чтобы его убить. Но когда он наступит?

Удивительно, но, кажется, сама судьба помогла ей ответить на этот вопрос и предоставила идеальную возможность.

Через пару минут вошли Альфирия и Старший инструктор Елена. Елена посмотрела на Адель с Седриком и кивнула:

– Все в сборе? Хорошо, тогда сразу к новостям: Седрик Винчестер теперь тоже числится на Факультете Белой Ромашки. Это первая новость. Вторая: завтра все вы отправляетесь на новое Полевое задание…

Глава 22
Столица

По словам Елены, сперва предполагалось, что мы отправимся в княжество Анталия – небольшое государство на севере континента, находившееся в зоне влияния Федерации.

Альфирия сразу встрепенулась. Ведь именно эти земли она называла своей родиной. С недавних пор там велось строительство небольшого санатория, на который по неизвестной причине стали нападать различные монстры. Наша задача, как обычно, заключалась в том, чтобы сопроводить к месту исследователей и помочь им разобраться в происходящем.

Однако данное задание пришлось отложить в долгий ящик, поскольку недавно появилось намного более срочное поручение.

– Что вам известно о деле Руссо? – спросил Ник, внимательно осматривая нас поверх очков.

В классе повисла тишина. Впрочем, не столько потому, что никто не знал, о чём он говорит, сколько потому, что немногие смели заговорить на столь сложную тему. В изначальной игре это делала Адель, однако сейчас она казалась мне немного подавленной.

Ладно. Тогда возьму эту роль на себя.

– Дело плебея, верно? – спросил я, поднимая руку.

Ник прикрыл глаза и медленно кивнул.

Жак Руссо был чиновником Министерства образования Гальварии и одним из важных сторонников фракции реформаторов. Причём образцовым сторонником, потому что, в отличие от многих других, действительно был простолюдином, добившимся своего положения исключительно благодаря собственным достижениям. Именно гражданские реформы Перигона позволили ему получить эту должность, и до недавнего времени он с блеском исполнял свои обязанности.

Однако затем случилось открытие, которое потрясло имперскую общественность и в которое дворяне вцепились, точно пираньи. До того момента все считали Жака Руссо свободным человеком, выросшим на имперских землях. Но потом вскрылась информация – откуда, неясно, хотя последующее расследование и установило её достоверность, – что на самом деле его отец был крепостным.

Ещё когда Жак был ребёнком, его родители сбежали от своего господина – мелкого помещика по фамилии Мерсье. Они поселились на имперских землях, где законы были менее суровыми, а затем к власти пришёл Перигон, и спустя некоторое время все императорские крестьяне стали свободными.

Однако с юридической точки зрения Жак и его семья всё ещё были собственностью семьи Мерсье. А значит, министр не просто не мог занимать свою должность – ему и его детям нужно было немедленно вернуться к своему господину, взяться за плуг и приступить к работе, круглые сутки батрача под палящим солнцем.

Именно этого требовала от него сторона обвинения в лице Леопольда Мерсье, которого поддерживала вся дворянская фракция. В свою очередь, за Руссо выступили все реформаторы – в этом плане министр образования был намного более популярной фигурой, чем Конде, о котором спорили даже его собственные союзники. Ещё он был намного менее важным человеком, однако это было дело принципа как для одной, так и для другой стороны.

Процесс кипел уже несколько месяцев – я следил за его развитием по газетам, как, собственно, и весь континент. Недавно стало известно, что уже вскоре суд собирался вынести решение, которое неминуемо войдёт в учебники.

Именно поэтому студентов Факультета Белой Ромашки решили отправить в столицу Империи в качестве «международных наблюдателей», чтобы мы своими глазами увидели, как творится история.

Это нельзя было назвать полноценным заданием, однако и мы были не агентами, а студентами.

И разумеется, никто не ожидал, что мы попытаемся сами вмешаться в процесс. Хотя в игре это действительно было возможно: в зависимости от действий Алекса – то есть игрока – могли появиться неопровержимые доказательства, позволявшие Руссо остаться свободным человеком.

Впрочем, в данном случае судебный процесс представлял собой именно фоновое действие. Главная причина, по которой сценаристы отправили Алекса и остальных в столицу, заключалась в том, что сразу по завершении процесса произойдёт успешное покушение на принца, за которым последуют дворянский террор, гражданская война и революция.

Спокойные дни подходили к концу. Начиналась буря, и мне нужно было приложить все усилия, чтобы к ней подготовиться.

С этого момента я забросил все остальные занятия и целыми днями упражнялся с мечом. Даже Елена заметила, что во время наших ночных тренировок я старался больше обычного.

Вероятно, она думала, что причиной тому была потеря титула и то, что теперь я – хотя бы с формальной точки зрения – стал обыкновенным простолюдином.

В день отправления я бросил долгий взгляд на свою комнату: кресло у окна, ковёр, кровать с балдахином. Кто знает, когда я смогу увидеть её снова. На долю секунды я даже задумался о том, чтобы сказаться больным – или действительно отравиться, лишь бы не ехать в столицу, в самое сердце назревающей бури. Но затем медленно покачал головой.

Я уже решил, что спасу Эльвиру во что бы то ни стало. А значит, я обязан быть там.

Путь до Бурбона, имперской столицы, занимал около двух недель на нашем корабле. Всё это время я продолжал тренироваться, изредка поднимаясь на верхнюю палубу и разглядывая золотистые поля и зелёные луга, простиравшиеся на земле. Мой взгляд был достаточно острым, чтобы рассмотреть крестьян, батрачивших на полях, пока за ними с балконов своих поместий наблюдали сытые, довольные жизнью аристократы.

Совсем скоро крепостные бросят мотыги и возьмутся за ружья; совсем скоро эти ружья вполне могут оказаться направлены на меня.

Времени оставалось всё меньше и меньше. Я налёг на шпагу, и в итоге все мои тренировки принесли результат. Однажды утром я проверил свой профиль и увидел следующую строчку:

'Навыки:

Стиль Драконоборца (Продвинутый): 0,⅓'

Получилось. В самый последний момент. Поднимать навык до предела и повышать другие характеристики уже не было времени. Вытирая пот и смотря в иллюминатор, я видел, как на земле постепенно простирается гигантский каменный город…

…

…

– Приветствую, дорогие друзья! Я бы сказал, что мы давно не виделись, но это не так.

– Ваше высочество? – удивился Алекс, когда мы спустились по трапу.

Мы знали, что нас должны были встретить, однако Алекс и остальные даже представить не могли, что делать это будет принц Рошель собственной персоной.

Его сопровождали несколько солдат в красных мундирах императорской гвардии. Они стояли прямо и неподвижно, как восковые куклы, и на их фоне принц в своём белом пальто казался ещё более оживлённым.

– Вас удивляет моё присутствие? Вы мои гости, и я посчитал своим долгом встретить вас лично.

– Гости?.. – нахмурилась Адель.

– Когда я узнал, что вы собираетесь в Бурбон, я предложил Академии взять на себя заботу о вашем размещении. Думаю, вы согласитесь, что Дворец Дракона несколько превосходит заурядные отели. Впрочем, к чему лишние слова – лучше увидите всё своими глазами. Следуйте за мной, – распорядился принц и повёл нас пустыми коридорами, которые заранее освободили для Его Высочества.

Спустя пару минут наша карета – просторная и роскошно обитая бархатом – уже мчалась по столице. Город за окном был не таким современым, как Лапланд, но буквально подавлял своим величием. Главные дороги были настолько широкими, что по ним могли проехать десять карет в один ряд; переулки же казались настолько тесными, будто сердобольный архитектор намеренно сделал их такими, чтобы только истощённый от голода человек мог протиснуться сквозь них, спасаясь с буханкой украденного хлеба от стражи.

Бурбон, столица Гальварии и второй по размаху город на континенте, был одновременно безмерно богатым и безмерно бедным. У гигантских статуй и триумфальных арок, восхваляющих достижения древних императоров и полководцев, ютились целые оравы нищих. Ухоженные собачки, которых выгуливали нарядные дамы в сопровождении десятков слуг, то и дело тянулись к канавам, где лежали, изнывая от блох, их менее удачливые сородичи.

– Настоятельно советую вам закрыть нос, – предупредил принц, когда наша карета въехала на гигантский белый мост, украшенный лепниной и изваяниями драконов в настоящих золотых цепях. Внизу бурлила широкая река, на которой покачивались десятки деревянных лодочек. А запах…

Кхм…

Без комментариев.

Саша побледнела, Адель вздрогнула, тут же прикрыв лицо ладонью, и даже Зигфрид видимо задержал дыхание.

Выдохнули мы только через минуту, одновременно с принцем.

– Ч-что это… – спросила ошарашенная Адель.

– По реке спускают отходы, – спокойно объяснил принц.

– Но там… там же рыбачили…

– Бедняки, – уточнил Рошель.

– Немыслимо… – прошептала девушка.

Интересно, что бы она сказала, если бы знала, что всего через несколько дней ей и остальным придётся бежать по этой реке от преследования?

Принц улыбнулся.

– Дальше будет лучше. В некотором смысле.

И действительно: когда мы пересекли мост, вид за окном немного изменился. Бедняки с улиц исчезли, а фасады зданий стали намного более ухоженными. При этом и стражников сделалось в разы больше, и все они, как это ни странно, носили разноцветные наряды.

– В прежние времена дворяне предпочитали жить в своих поместьях, – стал рассказывать принц. – Однако полвека назад многие из них стали тянуться в город, где они могли напрямую влиять на императора. Для этого они скупили несколько кварталов в центре города вокруг Дворца Дракона и выселили проживающих там простолюдинов. Разумеется, сделка происходила с настоящим владельцем этих земель, тогдашним императором, а потому простые горожане не получили никакой компенсации. После этого бедняков в столице стало в десятки раз больше. Они превратились в полноценную касту. На данный момент их несколько десятков тысяч.

– Почему так много? – удивился Алекс. – Разве дворян тоже столько?

– Вовсе нет, – усмехнулся принц. – К счастью, нет. Просто они выкупили целые кварталы. С их точки зрения, пусть лучше здания пустуют, чем они будут жить рядом с простолюдинами.

Адель поджала губы, с мрачным видом разглядывая ослепительную роскошь за окном. В последнее время она казалась мне замкнутой и подавленной, но, видимо, даже в подобном состоянии она не могла сохранять спокойствие перед лицом столь вопиющей несправедливости.

– Мы почти прибыли, – сказал принц.

– Насколько я знаю, дворец находится немного дальше, – заметил Седрик.

– Да, но вы хотели посмотреть на суд, не так ли? Сегодня как раз проходит очередное заседание. К началу мы уже не успели, но если нам повезёт, он ещё не закончил свою речь.

– Кто «он»? – спросил Алекс.

Принц улыбнулся:

– Самый опасный человек в дворянской фракции.

Через минуту наша карета остановилась. Мы вышли и оказались перед высоким каменным зданием, которое отличалось строгой, подчёркнуто суровой архитектурой. По словам принца, это был Зал Правительства. Если Дворец Дракона представлял собой резиденцию императора, то Зал Правительства служил административным центром Империи, где принимались законы и исполнял свои обязанности действующий канцлер. Обычно это было людное, весьма оживлённое здание из нескольких надземных и подземных этажей, по которому непрестанно носились клерки, но, когда в него вошла наша группа, в коридорах висела гробовая тишина.

Чувствуя нарастающее напряжение, мы следовали за принцем, который со знающим видом провёл нас по нескольким коридорам и широким лестницам и наконец остановился перед дверьми, над которыми висела надпись:

«Здесь вершится справедливость».

Принц посмотрел на неё, покачал головой и без лишних церемоний распахнул двери, разливая перед нами кромешный мрак…