Текст книги "Путь к бессмертию. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Shin_Stark

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)

Путь к бессмертию. Том 3

Глава 46

Более тысячи лет назад с небес упал меч.

Люди потом много спорили о том, был ли это действительно меч. В хрониках великих сект его называли Небесным Клинком, Гневом Высшего Мира, Осколком Дао, Погребальным Лезвием Древнего Владыки и ещё десятком имён, каждое из которых звучало так, будто писарь очень хотел, чтобы потомки оценили его слог.

В народных пересказах всё было проще: с неба рухнул огромный меч, пробил землю, разорвал горы, испарил реки и уничтожил всё живое на тысячу ли вокруг.

Города исчезли.

Леса стали пеплом.

Духовные жилы, веками питавшие секты и кланы, перекрутились, словно сухожилия умирающего зверя.

Первые культиваторы пришли туда почти сразу.

Это было ожидаемо.

Если в мире культивации где-то падает нечто настолько великое, люди не спрашивают, опасно ли это. Они спрашивают, успеют ли добраться раньше остальных.

Туда отправились свободные культиваторы, ученики малых сект, наследники кланов, старейшины на стадии Формирования Ядра и даже несколько Предков великих сект. Одни искали сокровища. Другие – наследие. Третьи хотели понять, что именно упало с небес и можно ли использовать его силу. Четвёртые шли только потому, что не могли позволить соседям войти первыми.

В центре мёртвой земли обнаружили пространственный след.

Так его потом назвали.

В те дни никто не понимал, что это такое. Над обломком меча висела огромная рана в воздухе, и из этой раны тянулась Ци, похожая на режущую пыль. Иногда она собиралась в узкие сияющие линии, иногда расходилась волнами, иногда становилась такой плотной, что даже мастера Формирования Ядра чувствовали, как кожа на руках покрывается тонкими порезами.

Люди отправились по этому пространственному следу. Но так и не дошли.

Вернулись немногие.

И что особенно удивительно, все это были ученики на стадии Концентрации Ци. И они принесли с собой сокровища.

Много сокровищ.

Мир Меча был полон испытаний и наград. И тем не менее, они не встречали там никого выше стадии Концентрации Ци.

Мастера Заложения Основы исчезли.

Старейшины Формирования Ядра исчезли.

И никто из них не вернулся.

Разумеется, мир культивации не сделал правильных выводов сразу.

Слишком много людей решили, что первая попытка была плохо подготовлена. Что погибшие старейшины были просто неосторожны. Что пространственный след ещё не стабилизировался. Что несколько учеников Концентрации Ци выжили, а значит, при должных артефактах и формациях сильные культиваторы тем более смогут пройти.

Через несколько лет вошла вторая группа.

Потом третья.

Потом четвёртая.

Каждая была осторожнее предыдущей. Брали защитные артефакты, пространственные якоря, кровные печати, спасательные талисманы, духовные компасы, нити связи, целые наборы формаций, которые стоили дороже многих кланов.

Каждый раз сильные культиваторы уверяли себя, что теперь всё будет иначе.

И каждый раз возвращались только ученики Концентрации Ци.

Иногда больше.

Чаще меньше.

Так продолжалось достаточно долго, чтобы даже самые упрямые старики перестали называть это совпадением.

Мир Меча принимал только слабых.

Это звучало почти смешно, если забыть, сколько людей погибло, проверяя простую истину. Внутри могли выжить ученики стадии Концентрации Ци. Все, кто выше, исчезал без следа.

Когда это стало очевидно, Предки девяти великих сект собрались вместе.

О том собрании тоже рассказывали по-разному. В хрониках, разумеется, всё выглядело благородно: великие столпы праведного пути, заботясь о мире, решили запечатать опасное подпространство, чтобы жадность глупцов больше не кормила древнюю бездну. В менее официальных версиях говорилось, что девять Предков едва не передрались прямо у входа, потому что каждый хотел наложить на печать собственный знак и получить больший контроль над будущим открытием.

Правда, скорее всего, лежала где-то между.

В любом случае, Мир Меча запечатали.

На случай, если однажды туда всё же понадобится войти, Предки создали ключи к общей формации, и разделили их между собой.

С тех пор вход открывался только в определённые сроки, только при согласии великих сект и только для культиваторов стадии Концентрации Ци.

Правда, говорят – с тех пор трое Предков на стадии Зародыша, чувствуя, что их жизнь близится к концу, рискнули всем и отправились в Мир Меча. Но и они не вернулись, а их ключи исчезли вместе с ними.

Вот, по сути, и всё, что я слышал о Мире Меча.

Нет, слухов было больше. Гораздо больше. Но большая часть слухов стоила меньше бумаги, на которой их записывали.

Один старый внешний ученик уверял, что там можно найти озеро чистой мечной Ци, если три дня идти за собственной тенью. Торговец из города Тысячи Лун клялся, что на одной из равнин растут деревья, на ветвях которых висят готовые духовные пилюли, нужно только правильно попросить. Пьяный культиватор в лавке у северной арки рассказывал, что его двоюродный брат видел в Мире Меча женщину без лица, продающую техники в обмен на воспоминания.

Когда я не платил, люди рассказывали красиво.

Когда платил, рассказывали не так уверенно.

И вот тогда становилось ясно: никто толком ничего не знает.

Мир Меча разный. В одном месте может быть пустыня, где песок режет кожу как мелкие лезвия. В другом – лес, в котором деревья двигаются, если смотреть в сторону. В третьем – город, где двери открываются только тем, кто отвечает на вопросы каменных стражей. Где-то испытания связаны с мечом. Где-то с убийством. Где-то с волей. Где-то с удачей, а удача, как правило, означает, что кто-то уже умер до тебя и оставил подсказку кровью.

Ясно только одно – сокровища не достаются просто так. Хотя иногда можно и наткнуться на сокровище, но чаще ты должен пройти испытание ради этого.

А испытаний в Мире Меча много. Да что уж там – учитывая количество монстров, выжить уже само по себе испытание.

Когда ты входишь, то попадаешь в случайное место центральной зоны. Поскольку так происходит раз за разом, то очевидно, что в центральной части осталось не так много сокровищ.

Если надо идти дальше – тогда уже топай сам, своими ножками.

Тем не менее, я должен был хорошо продумать свой путь.

Да, у меня оказалось немного больше времени. Но это лишь значит, что упустить такой шанс будет еще более обидно.

До четырнадцатого уровня оставался один проклятый шаг. Скорее всего, я справлюсь за несколько дней практики.

Но после начнется настоящее испытание.

За год мне нужно будет укрепить свою культивацию и заложить Основу Духа. Даже с отличным Корнем Духа на это уходит не меньше двух-трех лет.

А ещё потому, что у меня был ключ к скрытому этажу.

И карта.

Точнее, копия карты.

Очень дорогая копия.

Достаточно дорогая, чтобы я до сих пор иногда думал о ней с тем нежным раздражением, с каким бедные люди вспоминают деньги, которые уже нельзя вернуть.

Именно с этими мыслями я поддался сиянию света.

Перенос закончился без боли.

Я стоял в разрушенном каменном храме.

Первым делом я проверил свое тело.

А то мало ли…

Руки целы. Ноги целы. Голова на месте. Даньтянь не повреждён. Ци движется тяжело, но ровно. Мешочки при мне. Ключ-карта при мне. Личный жетон исчез, что, видимо, было нормой. Ши Юэ сам вылез из мира жемчужины и залез в рукав – значит, тоже пережил перенос и уже, судя по ощущениям, пытался понять, есть ли поблизости что-нибудь съедобное.

С облегчением выдохнув, я наконец огляделся.

Храм был огромным.

Когда-то.

Теперь от его величия остался только скелет. Каменные колонны стояли неровными рядами, многие треснули, некоторые рухнули и раскололись на плиты размером с дом. Потолок сохранился лишь частично. Через огромные проломы сверху падал серый свет, хотя неба как такового я не видел, только мутную белёсую высоту, в которой медленно плыли тени.

На стенах тянулись рельефы.

Их почти стерло временем. Или боем. Или тем, что здесь называют испытанием. Я различил фигуры людей с мечами, склонённые силуэты, узоры облаков и что-то вроде огромного клинка, уходящего вверх. У многих статуй не было лиц. Одни головы отвалились, другие будто стёрли намеренно, оставив гладкие каменные овалы. Это выглядело неприятнее, чем обычное разрушение. Сломанная статуя мертва. Безликая кажется ожидающей.

В центре храма стоял алтарь.

Чёрный камень. Три широкие ступени. На верхней плите – глубокая трещина, пересекающая всю поверхность. В трещине скопилась пыль. Старая, серая, почти металлическая. Когда я подошёл ближе, подошва тихо заскрипела по полу, и в этом звуке было что-то такое, от чего захотелось двигаться аккуратнее.

Воздух в храме был сухим.

Он пах камнем, ржавчиной и далёкой грозой. Ци здесь ощущалась странно. Чистая, но режущая. Она не текла мягко, как духовная энергия на пике Весенних Трав. Она будто стояла в воздухе невидимыми тонкими нитями. Если вдохнуть глубоко, в горле появлялся слабый привкус крови.

– Приятное место, – пробормотал я. – Очень гостеприимное. Прямо хочется лечь и дождаться, пока древнее проклятие само представится.

Ши Юэ под рукавом чуть дрогнул.

Ему, кажется, нравилось.

Вот именно это мне и не понравилось.

Я медленно пошёл к выходу.

Храмовые ворота давно исчезли. От них остались только две исполинские створки, лежащие снаружи, наполовину вросшие в камень. По краю одной створки тянулись символы. Я не смог их прочитать. Они не были похожи на обычные иероглифы, руны формаций или знаки сект, которые я видел раньше. Линии складывались в форму, напоминающую следы клинка по льду.

За воротами лежал город.

Точнее, его труп.

Улицы расходились от храма широкими каменными лучами. По обе стороны стояли разрушенные здания: башни без верхушек, дома с провалившимися крышами, павильоны, у которых сохранились только колонны, арки, ведущие в пустоту. Где-то вдали поднималась городская стена, разорванная в нескольких местах, словно её проткнули гигантскими пальцами и потом забыли вытащить.

Ни людей.

Ни зверей.

Ни птиц.

Даже насекомых я не слышал.

Город был слишком большим, чтобы казаться обычными руинами. В нём всё ещё чувствовался порядок. Площади, главная дорога, боковые кварталы, остатки каналов, сухие фонтаны, каменные мосты, лестницы, ведущие к обвалившимся террасам. Когда-то здесь жили тысячи. Возможно, десятки тысяч. Культиваторы или смертные – сказать трудно. Может, это вообще была имитация города, созданная Миром Меча для испытания.

В любом случае сейчас здесь никто не жил.

И именно это было хуже всего.

Живой город шумит.

Мёртвый город молчит.

А этот будто слушал.

Я остановился на верхней ступени храма и несколько вдохов просто смотрел. Потом достал карту.

Копия выглядела почти пустой: тонкий гибкий лист странного материала, похожего на смесь кожи и старого нефрита. До входа в Мир Меча на ней виднелись только несколько смутных линий и слабые отметки, которые почти невозможно было толком использовать. Я несколько раз проверял её снаружи и всякий раз приходил к выводу, что либо не понимаю принципа работы, либо это очень плохая копия.

Теперь лист ожил.

Стоило Ци Мира Меча втечь в карту, как по поверхности пробежал серебристый свет.

Сначала появилась точка.

Я.

Потом – контур храма.

За ним – весь разрушенный город. Линии возникали одна за другой, словно невидимая рука быстро рисовала мир вокруг меня.

Я затаил дыхание.

Можно искать сокровища, культивировать, восстанавливаться, прятаться, снова искать. Для человека, которому нужно сделать один шаг до четырнадцатого уровня, это звучало почти милосердно.

На карте тем временем появились отметки.

Маленькие золотистые точки.

Красные.

Синие.

Одна чёрная, очень слабая, у самой границы видимой области.

Я несколько вдохов смотрел на карту молча.

Потом медленно улыбнулся.

Вот почему эта вещь стоила в десять раз больше, чем Пилюля Заложения Основы.

И, как ни странно, теперь цена уже не казалась безумием.

Я бы, наверное, продал за неё чужую совесть.

Свою – посмотрел бы по обстоятельствам.

Ши Юэ высунулся из рукава и наклонился к карте.

– Нет, – сразу сказал я. – Это не еда.

Он застыл.

– Даже если светится.

Ши Юэ медленно втянулся обратно.

Хорошо.

По крайней мере, сейчас он слушался. А это значит, что играет его обжорство.

Если бы это был артефакт, способный сделать его сильнее, то остановить его словами уже не получилось бы.

Сейчас главное, что я должен сделать – это поднять уровень. Все остальное потом. А значит, нужно найти безопасное место.

Мир Меча – опасен. Но не только из-за испытаний и монстров. Тут есть другие культиваторы. А я уже давно понял, что главная заповедь Даосизма – убей ближнего своего, пока он не убил тебя.

Так что, мне нужно место, где меня совершенно точно никто не найдет.

Когда я подниму уровень до четырнадцатого и стабилизирую культивацию, отправлюсь на скрытый этаж.

Рискованно?

Разумеется.

Но оставаться здесь только потому, что здесь не сразу пахнет смертью, – тоже риск. Просто более медленный и скучный.

Я расширил карту, вливая ещё немного Ци. На карте появилось больше всяких значков. И на самом краю карты я увидел что-то вроде врат, но он был с вопросительным знаком. Это меня заинтересовало, но я решил, что интерес нужно перебороть, и сосредоточиться на культивации.

Достав ключ-карту Скрытого Этажа, я влил в него Ци. На нем появилась небольшая стрелка, указывающая в другую сторону. Судя по карте, там ничего не должно было быть. Но стрелка определенно вела на Скрытый Этаж.

«Как я и думал, ничего напоминающего Скрытый Этаж не отмечено». – понял я.

На карте я обнаружил подходящее место. Судя по всему, оно было под землей. И, что важно, там было сильное Ци.

Идеально для культивации. И как раз почти в том же направлении, что и Скрытый Этаж.

Все равно в центральной части мне нечего делать. Она привлекает всех.

Слабых, осторожных, раненых, трусов, охотников на трусов, людей, которые не успели уйти дальше, и тех, кто специально ждёт, пока первые группы истощат себя. Здесь будет много учеников. Много мелких схваток. Много мусорной добычи и слишком мало возможности культивации.

Я сложил карту, но не убрал далеко. Сначала отметил ближайшие сокровища, которые почти не стоили отклонения от маршрута.

Если что-то покажется хоть немного опасным – значит, туда лезть пока не стоит.

Если только Ши Юэ не начнёт так трястись от желания, что мне придётся выбирать между осторожностью и его усилением.

– План простой, – сказал я тихо.

Город молчал.

Ши Юэ слушал.

Наверное.

– Берём то, что лежит почти под ногами. Не лезем в места с высокой опасностью без необходимости. Идём к убежищу. Поднимаем уровень. И уже как мега-крутой культиватор на пределе стадии концентрации Ци – отправляемся на скрытый Этаж, чтобы пробиться на следующую стадию..

Ши Юэ колыхнулся.

– И нет, всё подряд есть нельзя.

Он снова колыхнулся.

На этот раз недовольно.

Я посмотрел на разрушенный город перед собой.

Где-то за этими руинами скрывалась Ци, способная помочь заложить Основу Духа. А ещё где-то, вероятно, уже бродили Лань Юэ, Ло Жэнь, Ли Жувань, Ся Лин, Бай Чэньфэн, Тай Юньшэн, ученики Души Зверя и множество людей, которые с радостью ударят меня в спину, если решат, что такова воля Неба, Дао или их личного кошелька.

Я поменял маску и одежду. Не хочу, чтобы меня как-либо связывали с Сун Вуконгом или Мин Хао.

Проверил печати.

Погладил рукав, где спрятался Ши Юэ.

Потом спустился со ступеней храма.

У самого выхода я обернулся.

Безликие статуи смотрели мне вслед из полумрака. Треснувший алтарь выглядел еще более пугающим. Серый свет падал через провалы в потолке, похожий на пыль старого клинка.

– Если вы должны были дать мне торжественное предупреждение, – сказал я храму, – Сейчас самое время.

Тишина.

Я усмехнулся и вышел наружу.

Каменная площадь перед храмом была пуста. Ветер поднял серую пыль, провёл её по трещинам между плитами и унёс в сторону мёртвого города. Карта в руке слабо пульсировала, указывая путь.

– Ши Юэ, меч. – приказал я.

Летать перед всеми было рискованно. Это привлечет внимание и одновременно покажет мой козырь.

Однако сейчас не время бояться рисковать. Ведь я пришел сюда сделать невозможное – заложить Основу Духа со своим ужасным Корнем Духа. А значит я должен сделать все, что только возможно.

Слизень вынырнул из-под рукава и превратился в черный меч.

Я прыгнул на него, и мы на огромной скорости полетели вперед.

* * *

Глава 47

* * *

Первое сокровище попыталось меня убить ещё до того, как я его увидел.

Хорошее начало.

Карта в моей руке уверенно указывала на юго-восток, туда, где мёртвый город постепенно уступал место лесу. С высоты казалось, что лес просто вырос поверх руин: зелёная масса заполнила улицы, перелезла через стены, пробила корнями каменные дома и сомкнулась над дорогами так плотно, будто пыталась спрятать всё, что осталось от прежней жизни этого места.

Вблизи выяснилось, что лес тоже мёртвым себя не считал.

Ши Юэ нёс меня с такой скоростью, от которой обычный мечник, наверное, попытался бы слезть и пойти пешком, пока ещё не поздно. Я стоял на чёрном клинке, держал равновесие Ци и старался не думать о том, что мой летающий меч вообще-то может так увлечься, что я просто не удержусь и упаду вниз.

Справедливости ради, летал он прекрасно.

Первый монстр выпал из кроны справа.

Птица, если это слово вообще подходило существу размером с небольшой дом. Тело длинное, костяное, перья тёмно-синие, края крыльев блестят металлическим светом. Голова вытянутая, с тремя глазами и клювом, который выглядел так, будто им можно не только разорвать человека, но и потом аккуратно вскрыть его пространственный мешочек.

Она ударила сверху, почти без крика.

В этом было что-то особенно неприятное. Обычные звери ревут, шипят, рычат, хотя бы предупреждают мир о своём дурном характере. Эта тварь падала молча, как плохо воспитанный кирпич с крыльями.

– Влево!

Ши Юэ ушёл влево раньше, чем я закончил слово.

Когти прошли там, где мгновение назад была моя голова. Возможно, если бы Ши Юэ не вошел в крутой вираж, там бы моя голова и попрощалась с телом.

Воздух зазвенел. От когтей тянулись тонкие дуги режущей Ци, и одна из них полоснула по моему защитному слою так, что по рукаву побежала горячая боль.

Я ещё не успел выругаться, когда из леса впереди поднялся огненный лев.

Он не был похож на обычного духовного зверя. Скорее на сгусток пламени, которому кто-то придал форму льва и убедил, что ненавидеть всё живое – его священная обязанность. Грива горела бело-красным огнём, лапы не касались земли, а глаза были пустыми, как угли в давно остывшей печи.

Лев прыгнул навстречу.

Птица сверху уже разворачивалась на второй заход.

Снизу дрогнула земля.

Я посмотрел вниз и увидел, как из леса тянутся лианы.

Сотни.

Толстые, зелёно-чёрные, покрытые мелкими шипами. Они вырывались из земли, обвивали стволы, били по воздуху, цеплялись за каменные обломки и тянулись ко мне с таким голодом, будто я лично оскорбил их предков.

Бедные птичка и котяра первыми попались в лианы. И они потянули их вниз, под землю. Вряд ли там их ждет что-то хорошее.

Вот это мне понравилось.

Мир Меча, как оказалось, не требовал, чтобы все опасности дружили между собой.

Очень мудро с его стороны.

– Ши Юэ, – сказал я очень спокойно, – Если у тебя есть тайный талант виртуозного маневрирования, самое время перестать скромничать.

Слизень-меч дрогнул под ногами.

Потом мир превратился в полосы.

Лианы взлетели навстречу, переплетаясь в живую сеть. Я успел увидеть, как один шипастый стебель целится мне в лицо, и поднял руку, готовя Длань Небес.

Ши Юэ сделал невозможное.

Он скользнул не по прямой, а по рваной, почти безумной траектории: вниз, вправо, резкий разворот, короткий подъём, провал между двумя лианами, снова рывок, боковой срез. Меня едва не сбросило. Защитная Ци на подошвах вспыхнула, пальцы ног болезненно вцепились в поверхность клинка, хотя вцепиться в меч, как выяснилось, физически невозможно.

Я бросил назад три взрывные печати.

В обычной ситуации тратить печати на растения, который, скорее всего, просто часть испытания, было бы неприятно. Но ещё неприятнее было позволить этой катастрофе догнать нас в лесу, где земля сама пытается схватить тебя за ноги.

Карта вспыхнула у меня в руке.

Золотая точка оказалась прямо впереди, среди сросшихся деревьев, где корни образовали подобие круглой чаши. В центре чаши висела небольшая сфера. Размером с кулак, мутно-серая, с тонкими световыми прожилками внутри. Она не лежала на постаменте, не была окружена древними надписями и вообще выглядела подозрительно доступной.

Значит, вся сложность была в том, чтобы добраться до неё живым.

Ши Юэ понял все даже без приказа и рванул вперёд.

Лианы взметнулись стеной.

Я ударил Дланью Небес вниз, не пытаясь уничтожить их полностью. Только пробить окно. Воздух глухо хлопнул, несколько стеблей разлетелись, ещё несколько согнулись. Этого хватило.

Мы пролетели сквозь разрыв. Я наклонился, вытянул руку и схватил сферу.

Она оказалась холодной.

Очень холодной.

На ладони сразу выступил иней, но артефакт не сопротивлялся. Просто тяжело лёг в руку, будто всё это время ждал, кто первым будет достаточно наглым, быстрым или глупым.

Ши Юэ не стал ждать моей команды.

Он резко поднялся над чашей корней и ушёл вверх, почти вертикально. Лианы потянулись следом, десятки зелёно-чёрных стеблей разом выстрелили в небо. Одна задела край моего халата, другая обвилась вокруг тени клинка, но Ши Юэ провернулся вокруг собственной оси, и стебель соскользнул, будто не смог удержать жидкую тьму.

Лес тянулся за нами ещё какое-то время.

Потом лианы остановились.

Не потому, что устали. Скорее они достигли границы, за которую не могли выйти. Несколько стеблей повисли в воздухе, дрожа от бессильной ярости, потом медленно втянулись обратно в зелёную глубину.

Я посмотрел на сферу в руке.

Потом на Ши Юэ.

– Первое сокровище, – сказал я, переводя дыхание, – Оказалось достаточно легко получить.

Ши Юэ под ногами передал мне чувство оскорблённого достоинства.

– Да-да, конечно. Это всё благодаря тебе. Если бы не ты, мне пришлось бы пробиваться через лес пешком, и тогда я, возможно, провёл бы там очень насыщенный остаток жизни. Доволен?

Клинок довольно дрогнул.

Вот же панторез.

Похвала действует на него почти так же хорошо, как Камни Духа. Очень полезное открытие. Может даже удастся перевести его питание с материальных благ на красивые слова? Было бы чудесно. Надо будет попробовать.

Мы продолжили лететь.

Я убрал карту подальше от ветра, зажал сферу между ладонями и осторожно пустил в неё тонкую нить духовного восприятия.

Если бы это был артефакт уровня Жемчужины, я бы ничего не понял.

Такие сокровища не раскрываются только потому, что какой-то внутренний ученик на пике тринадцатого уровня захотел заглянуть внутрь. Жемчужина годами притворялась обычной безделушкой, пока сама не открыла пространство. По-настоящему высокоранговые вещи либо имеют собственные ограничения, либо требуют методов, которых у меня нет, либо просто убивают слишком любопытных.

Эта сфера была проще.

Не слабая. Нет. Для поздней стадии Концентрации Ци и даже начальной стадии Заложения Основы она могла считаться хорошим боевым артефактом. Просто её устройство не пряталось за слоями древних запретов. Внутри находилась ёмкая структура накопления энергии: несколько кругов, вложенных друг в друга, соединённых тонкими каналами. Ци входила внутрь, сжималась, вращалась, уплотнялась, а затем могла высвободиться через одну направляющую линию.

Короче говоря, она стреляла лучом энергии.

Очень плотным.

Сконцентрированным.

Я мысленно сравнил его со Стрелами Души. Сходство было только в принципе: узкая атака, быстрая, пробивающая, удобная для внезапного удара. Но Стрелы Души били по душе и требовали моей собственной духовной силы. Сфера же работала с накопленной энергией, могла быть заряжена заранее и, судя по структуре, пробивала защиту грубой мощью.

Гораздо сильнее.

И, что особенно приятно, не раскрывала мои способности души.

– Определённо хороший артефакт, – сказал я.

Ши Юэ под ногами заинтересованно колыхнулся.

– Нет. Не для еды. Зачем ты вообще хочешь съесть то, что не сделает тебя сильнее?

Ши Юэ замер, словно обдумывая.

Потом передал очень простое чувство: потому что светится.

Я закрыл глаза на один вдох.

– В этом мире слишком много светящихся вещей, чтобы ты ел каждую.

Очень слабый аргумент.

Но других у меня не было.

Я убрал сферу в отдельный мешочек, пометив его своей Ци. Потом снова развернул карту. Из четырёх сокровищ, которые я отметил по пути, первое было уже у меня. Три оставались впереди.

Второе находилось за лесом, на обрыве у края древней дороги.

Путь до него проходил выше.

Гораздо выше.

Ши Юэ, видимо, решил, что после манёвров среди лиан можно показать настоящее достоинство летающего меча, и поднялся на несколько десятков ли над землёй.

И тогда я увидел Мир Меча.

Не кусок руин.

Не лес.

Весь мир.

Огромный, невозможный, сжатый внутри пространства так, что разум на мгновение отказывался принимать увиденное. Снаружи Меч Небесного Разлома казался гигантским. Но внутри лежало пространство, которому хватило бы места для целой страны.

Разрушенный город остался позади серой звездой среди зелени. Его улицы с высоты расходились правильными лучами, храм в центре казался чёрной точкой, а городская стена – поломанным кольцом, забытым на земле великаном.

Дальше тянулся лес.

Теперь я видел, что он не просто рос сам по себе. Он образовывал огромный узор, похожий на рану. Тёмно-зелёные полосы расходились между холмами, соединялись, обрывались, снова возникали. В некоторых местах кроны деревьев были неподвижны, в других двигались волнами, хотя ветра там не было. Иногда из глубины леса поднимались огненные вспышки. Иногда по верхушкам пробегали серебряные линии, словно кто-то там внизу размахивал мечом длиной в несколько ли.

За лесом лежали равнины.

Не обычные. Почва там была светло-серой, почти белой. По ней торчали каменные острия, тысячи и тысячи, как обломанные клинки. Между ними бродили тени. Я не мог рассмотреть их ясно, но некоторые двигались слишком плавно для зверей и слишком неправильно для людей.

На севере виднелась река.

Она текла без воды.

В русле переливался жидкий свет, похожий на расплавленное серебро. Он двигался медленно, тяжело, и от него даже на такой высоте тянуло острой Ци. Над рекой висели мосты, но не все достигали другого берега. Некоторые обрывались посередине. Некоторые шли вверх, прямо в воздух, и исчезали в мутной белизне.

На западе поднимались горы.

Чёрные, вытянутые, слишком ровные. Их вершины были срезаны под одним углом, будто кто-то одним ударом отсёк верхушки всего хребта. На склонах поблёскивали руины башен. Между горами медленно вращались огромные кольца света, похожие на сломанные формации, которые всё ещё не поняли, что их хозяева давно мертвы.

Далеко на юге я увидел пустыню.

Песок там был красным. Над ним стояли смерчи, тонкие и тёмные, похожие на копья. Иногда они сталкивались, рассыпались, снова собирались. В центре пустыни торчала половина гигантского меча, воткнутого в землю под углом. Даже отсюда он казался больше любой башни секты Облачного Меча. Хотя, конечно, он не шел ни в какое сравнение с Мечом Небесного Разлома.

А над всем этим висело небо.

Серое, низкое, без солнца. Свет шёл отовсюду сразу, холодный и ровный. В высоте плавали тени, похожие на дальние острова или обломки других миров. Иногда между ними пробегали тонкие вертикальные вспышки, будто где-то выше кто-то разрезал пространство и рана на мгновение просвечивала вниз.

Я смотрел и не мог выдавить ни слова.

Даже мои внутренние насмешки на какое-то время притихли.

Мир Меча был потрясающим.

Ужасным, мёртвым, опасным, полным вещей, которые наверняка хотели меня сожрать, разрезать, испытать или проклясть. Но всё равно потрясающим. В этом месте чувствовалась древность такого масштаба, перед которой секты, города, рынки, мелкие интриги и даже моя недавняя торговля жетонами казались вознёй у подножия горы.

Я очень не любил признавать величие чего-либо.

Но здесь пришлось.

– Ши Юэ, – сказал я наконец, – если мы здесь умрём, это хотя бы будет выглядеть круто.

Он недовольно дрогнул.

Кажется, идея умереть здесь ему совсем не понравилось.

С ним трудно.

Второе сокровище ждало нас у обрыва.

Древняя дорога выходила из леса, пересекала несколько каменных арок и обрывалась перед площадкой, вырубленной прямо в скале. С одной стороны – пропасть, заполненная белым туманом. С другой – остатки стены. В центре площадки стояли две статуи.

Обе человеческие.

Обе два чжана в высоту.

Обе с мечами в руках.

Первая была из чёрного камня. Лицо строгое, почти живое, глаза прикрыты, длинные волосы собраны в узел. Вторая – из белого камня, с открытыми глазами и лёгкой улыбкой. Их мечи были опущены остриём вниз, но от каждой статуи исходило давление, от которого Ши Юэ замедлился ещё в воздухе.

Я приземлился на краю площадки.

Ши Юэ сразу вернулся под рукав, словно решил, что статуи могут неправильно понять летающий меч со злыми глазами.

Разумно.

Я оценил их силу.

Точно выше четырнадцатого уровня. Хотя не дотягивает до начальной стадии Заложения Основ. Но для ученика Концентрации Ци этого хватало.

Если такие штуки ударят, мне будет очень больно.

Позади статуй на каменной плите лежали три предмета.

Печать из серого нефрита.

Узкая чёрная игла в прозрачном футляре.

И маленький флакон с серебристой жидкостью, которая двигалась внутри сама по себе.

Очень соблазнительно.

Очень подозрительно.

Белая статуя подняла голову.

Камень скрипнул, но звук был не грубым, а почти чистым, словно двигались не плиты, а кости древнего музыкального инструмента.

На земле лежал камень, и на камне – надписи.

'Испытание истины.

Одна из статуй всегда говорит правду. Другая всегда говорит ложь.

Ты имеешь право задать один вопрос любой из них.

Если правильно назовёшь, кто перед тобой, заберёшь одно сокровище. Если ошибёшься, они тебя убьют.'

Когда я прочитал, обе статуи одновременно повернули головы ко мне.

Я посмотрел на три предмета за их спинами.

«Только одно сокровище?» – обиженно подумал я. – «Они все выглядят такими дорогими и мощными! Я хочу их все!»

Я медленно выдохнул.

Испытания в Мире Меча действительно были разными. Несколько часов назад лес пытался схватить меня лианами, сверху на меня падала металлическая птица, спереди прыгал огненный лев. Теперь же мне предлагали поиграть в классическую задачку с двумя стражами, один из которых врёт, другой говорит правду.

Я знал ответ.

Разумеется, знал.

В прошлой жизни подобные загадки встречались где угодно: в книгах, играх, фильмах, школьных олимпиадах, дешёвых головоломках и разговорах людей, которым очень хотелось казаться умнее собеседника. Нужно спросить одного, что сказал бы другой, и выбрать противоположное. Или построить вопрос так, чтобы ложь и правда дали один путь.