Текст книги "Мастер Рун. Книга 12 (СИ)"

Автор книги: Poul ezh

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 14

Решение продолжать поход, а не возвращаться, далось мне даже, кажется, слишком легко, если думать об этом трезво. Тем более, когда твои люди буквально за пять минут уничтожили три десятка големов, и при этом получили всего пару царапин. Адреналин у бойцов бил в голову похлеще любого алкоголя, толкая на опрометчивые поступки.

Мы дождались подошедших двух десятков Глубинщиков, которые остались у входа на лестничную шахту с полным комплектом вооружения и теперь были готовы. Так что, если кто полезет, мы узнаем об этом раньше, чем он доберется до наших спин.

А вот Бабай от приключения всё же отказался. Ему и так не сильно нравилось кусать каменных големов, поэтому он старался подбодрить нас только своим присутствием, говоря мне о том, что драться он здесь не будет. Он остался здесь, в недрах шахты, ждать нас и готовясь помочь в случае каких-либо проблем.

На это я его уговорить смог, хотя ему хотелось, конечно, наверх, на свободу, бегать среди деревьев и ловить живую добычу. Больше я все-таки настаивать не стал. У байшоу были свои причины, и за те месяцы, что мы провели вместе, я научился доверять его чутью не меньше, чем собственному. Если он не видел там впереди для меня серьезной опасности, то логично было предположить, что ее там и не было. Во всяком случае, мы всегда отобьемся.

Второй ярус, начавшийся за длинным коридором, встретил нас совершенно по-другому, так, будто мы шагнули из одного мира в другой. Потолки здесь были, наверное, вдвое выше, да и коридоры настолько широкие, что можно было спокойно пройти в ряд двум десяткам людей, и еще место останется.

Даже стены были без трещин, на них не было видно ни следов обвалов и разрушений, какими были усыпаны стены первого яруса. И самое главное, что здесь работало рунное освещение.Светильники, вмурованные в стены через каждые десять шагов, горели тусклым белым светом, мерцая с ровным интервалом.

Я изучил ближайший светильник, оценивая рунные связки, из которых он состоял. В принципе, ничего сложного, и они не сильно отличались от того, что делал я. Разве, что были дополнительные связки, которые объединяли кучу светильников в единый массив. Все же есть вещи, которые невозможно улучшить, и будут они фактически стандартом для любого рунника, с такой небольшой пометкой, что мастер должен быть Помеченным Богами, так как все светильники местных рунмастеров, которые мне доводилось видеть, они отличались гораздо большей простотой и не такой надежностью, как делал я, или как были изготовлены здесь, или тем более на древних этажах.

Так что я совершенно нисколько не удивлюсь, если Этажи Шэньлуна тоже оказались сделаны моим собратом по попаданию в мир сферы. Сидел там когда-то тоже такой царек, подтверждая мои догадки о том, что эволюция любого попаданца практически не отличается от эволюции других. И досиделся до того, что что-то с ним что-то произошло, и через несколько тысяч лет о нем даже никто не вспомнил. Может, конечно и сам помер, хотя практику, особенно везучему, это сложнее сделать, чем обычному смертному. И только отряды вандалов и грабителей разбирают то, что когда-то ты делал тысячу лет назад для себя и для своих потомков. Обидно наверное.

Местные, что Глубинщики, что корневики, тоже оценили место, где они находятся. Светильники им также понравились, да и были они сильно непривычны, потому что большинство из присутствовавших в отряде людей привыкло ползать по узким полуразваленным туннелям, практически не выбираясь на сами ярусы, чтобы полноценно оценить их удобство и достоинства.

Идущие впереди двое местных разведчиков честно признались, что на втором ярусе люди были от силы раз пять за всю историю артелей, и при этом ни разу не проходили дальше этих перекрестков. Там начиналась территория Стража, и оттуда обычно не возвращались, так как это считалось, по сути, отправкой в одну сторону и актом самоубийства.

– Как будто если идти туда всей армией, это не самоубийство, – буркнул Тарн, идущий рядом со мной и Гардой, присоединившейся к нам. Бывший проводник тоже не смогла устоять перед возможностью заглянуть в места, в которых она никогда не бывала.

– Зато точно могу сказать, что с армией это организованное самоубийство, – ответил я, дурачась. – Совсем другое дело.

Тарн хмыкнул, а Гарда посмотрела на меня с таким выражением, как будто моя шутка ей совсем не понравилась. А может быть, это и не было шуткой, она, видимо, не поняла. Я, кстати, тоже решил не усугублять. Просто брякнул, что в голову пришло в ответ на то, что говорил идущий рядом практик. И что получилось, то получилось, пусть думают, как хотят.

Патрули врага во время нашего шествия по второму ярусу нам не попадались вообще. Ни одного голема, даже ни одного звука, кроме наших шагов и мерного тихого гудения светильников. Пустые коридоры уходили вперед и в стороны, и все они были такими же огромными, нисколько не уменьшаясь.

От этой пустоты и пространства становилось на самом деле немного не по себе, гораздо хуже, чем от любой засады. Все-таки засаду можно обнаружить, а потом там всех жестоко убить. А вот когда враг исчезает и молчит, это значит что-то нехорошее, и мне это нехорошее очень сильно не нравилось. Тут было о чем подумать.

Через клеймо я также чувствовал нарастающее напряжение бойцов. Семь десятков человек шли вместе со мной, готовясь сражаться, и при этом чувствовали то же, что и я. Чувствовали, что так нас заводят в ловушку.

– Замедляемся, – скомандовал я негромко, затем выпустил неожиданного помощника вперед. Каменный служка, весь бой, просидевший у меня на плече, тут же сорвался и побежал дальше, тихонько цокая по каменному ровному полу.

– Найди и покажи мне врага. – Такую команду я ему отдал, полностью останавливая отряд.

Карманный служка умел бегать не только по потолку, но и по стенам. Это было одновременно и забавно, и даже немного жутковато видеть, как он перебирает лапками по гладкому камню с такой скоростью, что кажется почти размазанным пятном. Он проверял каждый закуток впереди, и на втором перекрестке, буквально в полусотне метров от нас, кажется, нашел то, что искал. Служка замер на потолке, нам было достаточно хорошо отсюда его видно, и начал бить лапками по камню.

– Еще один разведчик, – сказал я Рену. – Сбейте его.

Через несколько секунд электрическое копье ударило в цель, и конструкт, так сильно похожий на паука с четырьмя каменными лапами, дернулся, отлепился от потолка и упал на пол, где его тут же добили обычными копьями. Все-таки да, разведчики совсем не бойцы. Хотя, упади, такая штука нам на голову, мало не покажется. Тыкать острыми лапами в незащищенные головы много ума и силы не надо, а дырки в голове это дело серьезное, даже смертельное порой, пусть там и нет мозгов, как у многих моих знакомых.

– Страж знает, что мы здесь. – Сказал, я обращаюсь ко всем. – Он следит за нами, но не атакует. Возможно, бережет силы и ждет, когда мы зайдем достаточно глубоко.

– Или у него просто кончились бойцы на этом участке, – предположил Рен.

– Возможно, я бы на это не рассчитывал.

В итоге мой маленький проворный слуга вертелся впереди, забегая в разные коридоры и возвращаясь оттуда спокойным. После этого он больше не подавал признаков тревоги, и мы пошли дальше, проходя третий, четвертый и следующий перекресток, пока длинный коридор не вывел нас в настоящий огромный зал.

Даже хранилище было меньше того, что я здесь видел. Это было огромное помещение, не менее километра в длину и ширину, со сводчатым потолком, уходящим вверх метров на пятнадцать. Рунных светильников здесь практически не было, они шли только по периметру, освещая помещение не слишком ярким светом и почти не доставая им до потолка.

Весь зал был заполнен сотнями каменных стоек, скорее похожих на верстаки, длинные, массивные, с желобами и углублениями, назначение которых я понял сразу. Здесь собирали големов, это был сборочный цех. А углубления по форме очень сильно напоминали фигуры големов, искусно вырезанные в каменных столешнях, так что фактически это были столы для сборки каменных воинов.

Вот только сборочная была давно мертва. Большинство столов, которые я видел, были пусты. Кое-где на них валялись инструменты, да и вообще в помещении был откровенный бардак. Его явно покидали в спешке, бросая на месте инструменты и даже свои личные вещи. А с учетом того, что второй ярус практически не пострадал, а пыль здесь в принципе отсутствовала как маркер, то даже спустя тысячи лет эти вещи сохранились достаточно хорошо.

В центре огромного зала возвышалась круглая платформа диаметром метров двадцать, окруженная огромным рунным кольцом. Кольцо было потухшим, этер давно не циркулировал, но структура выглядела вполне себе целой.

– Вперед к центру, – сказал я, – контролируйте пространство. Рен, разбей на десятки и разведи людей. И дайте больше света!

Пробираясь через сотни столов к центру, мы достаточно быстро дошли до этой круглой платформы, и здесь я уже смог полноценно оценить, что это такое, используя свой щуп с максимальной осторожностью, так как плотность рунной записи тут была невероятно сложной, сотни слоёв, каждый со своей логикой, переплетенные в единую систему, в которой я узнавал отдельные руны или связки, но не до конца понимал всю созданную структуру.

Хотя что это за штука в общем, я понял практически сразу, сложно было не понять. Эта платформа была чем-то вроде финальной станции, куда ставили собранного голема, активировали кольцо, и поток эфира прошивал конструкт насквозь, калибруя все рунные контуры в каменном воине одновременно. Как прогон программы перед запуском. Элегантно и чертовски эффективно.

Уже после этого отсюда выходили полноценные бойцы, запрограммированные на выполнение своих задач. Сбоку я нашел четыре огромных пустых пространства, куда помещались ящики размером с человеческий рост. Скорее всего, это были огромные накопители, которые позволяли запускать кольцо.

Впрочем, кто-то эти накопители давным-давно упер. Если честно, я бы от таких тоже не отказался.

Пока я изучал уровни связки, выписывая некоторые моменты для себя в один из оставшихся блокнотов, люди вокруг меня обошли помещение полностью. Рен вернулся ко мне, собираясь рассказать о результатах проверки.

– Мастер, все четыре выхода мы заблокировали. – голос Рена вырвал меня из задумчивости. – Там, в дальнем конце… Вам лучше самому это увидеть.

Я вздохнул, понимая, что чтобы разобраться хотя бы с половиной того, что здесь написано, мне понадобятся просто годы и годы напряженного труда. А еще осознавая то, что такого времени у меня здесь в принципе, не было.

– Давай посмотрим, что вы там нашли. – Поднявшись, я последовал за ним, разглядывая рассредоточенных по периметру бойцов.

В самом дальнем конце зала между двух входов стояли выстроенные в четыре ряда каменные фигуры. Я сразу пересчитал по головам, целых сорок восемь големов. Причем они были изготовлены полностью и стояли в полный рост, с характерными рунными линиями на груди.

Это были обычные стандартные патрульные, если судить по размеру и форме. Но даже на первый взгляд было видно, что они отличаются от тех, с которыми мы дрались наверху. Они были сделаны более качественно, чем те с которыми мы воевали.

И все эти големы, да все до единого, были мертвы. В них не проскакивало ни капли этера, не было ни одного следа активности. Просто пустые оболочки, застывшие в одинаковых позах с пустыми глазницами, в которых никогда не горел рунный огонь. Я подошел к ближайшему и положил ладонь ему на грудь. Щуп проскользнул внутрь, судя по всему, рунная структура была полной, они были готовы, все контуры на месте, даже связки замкнуты, все полноценно рабочее.

Если бы этот голем ожил, он был бы, скорее всего, сильнее и быстрее любого из тех, кого мы убивали в рейдах. Но ожить он не мог, потому что в груди, в специальном гнезде, предназначенном для ядра-конструкта, было пусто. Я аккуратно проверил остальных. Одно и то же, идеальные тела без сердца, стояли и ждали, когда кто-нибудь поставит им ядра, запустит их разум и отправит в бой, они не дождались. Убрал руку, выпрямился и обошел кучку големов несколько раз, думая о том, что делать с ними дальше.

Это было очень странно, потому что такое количество бойцов Стражу вполне бы пригодилось. И это говорило о том, что у него были серьезные проблемы с ресурсами, потому что вот прямо здесь передо мной стоит достаточно серьезный отряд воинов, способных спокойно справиться с любой артелью Глубинщиков, но ему не хватило возможностей запустить и добавить им ядра.

Хотя может быть и другой вариант. Возможно, они не подчинялись ему, и у Стража просто не было возможности перенастроить големов для себя. Что тоже говорило не в пользу его ресурсов и возможностей.

– Получается, что у него не хватает сил поднять этих… – высказал вслух общее мнение Тарн.

– Да, это один из очевидных вариантов, – ответил я. – Рен, слушай сюда. Видишь эти статуи? Это незаконченные големы, у них нет ядер, и они не могут двигаться. Но если страж каким-то образом найдет ядра, то мы получим сорок восемь свежих бойцов здесь, на втором ярусе. Они нам здесь совершенно лишние, поэтому уничтожьте сорок пять, а троих оставляем и тащим наверх.

– Зачем трое нам на вверху? – спросил он.

– Да я бы все сорок утащил, – ответил я. – Разобрал бы их там по камушку, чтобы понять, как они работают.

Надо сказать, что бойцы за дело принялись с невиданным энтузиазмом, который меня немного удивил. Все же возможность безнаказанно отыграться на неподвижных собратьях своего древнего врага, это какое-то первобытное удовольствие. А я стоял чуть в стороне, наблюдал, как ломаются древние создания, и понимал, что эти големы действительно сильно отличаются от тех, что я видел раньше. Они гораздо более качественные, и даже камень у них гораздо крепче, потому что копье даже с помощью резонанса не с первого удара расшибало камень в крошку, и приходилось серьезно работать с ними.

– Знаешь, что меня больше всего поражает? – Тарн оказался стоящим рядом со мной.

– Что?

– Наверное то, что кто-то мог делать таких тысячами. Я полвека живу в Яме и думал, что я тут видел всё. А тут стоит настоящий цех, в котором штампуют бойцов, каждый из которых сильнее любого практика закалки мышц, как минимум, если ставить их в бой один на один.

Когда избиение было закончено и три оставшихся голема были обвязаны веревками, каждого из которых тащило по шесть бойцов, я скомандовал возврат обратно. Хватит на сегодня приключений и эмоций. Тем более, все равно четкого плана по штурму второго яруса у меня практически не было. Это был именно полноценный бандитский рейд, прийти, всех поубивать и уйти обратно, причинив максимальный вред, на этом все.

Да теперь я вполне понимал, что может ждать меня на втором ярусе уже моего сектора. Скорее всего, там должна находиться такая же фабрика или нечто подобное. Вот только она должна быть по-настоящему рабочей. Это было очевидно. Где-то же он должен производить своих стражей. И там, я уверен, что он уже не пустит так просто на второй ярус. Там он будет сражаться, пока големы не кончатся, либо пока не кончатся люди, тут выбор был один из двух.

На обратном пути мы неожиданно наткнулись на двойку патрульных големов. И это на самом деле удивило. Они вышли из бокового коридора и остановились, увидев нас, даже не собираясь атаковать. Впрочем, особо раздумывать им было некогда.

– Первый десяток, вперед! – скомандовал тут же Рен.

Строй сомкнулся, и через минуту от патрульных не осталось ничего, кроме каменной крошки. Собственно, бойцы отработали чисто, страж даже сказать ничего не успел, бой дался очень легко.

Люди перестали бояться големов, причем совсем. Я видел это по лицам, по тому, как они переговаривались после боя и как небрежно пинали обломки, проходя мимо. Хотя месяц назад эти же люди бледнели при одном упоминании про стражей. А сейчас два голема были скорее досадной помехой на пути домой. Уверенность в бою – это, конечно, хорошо, вот только самоуверенность убивает. Грань между первым и вторым гораздо тоньше, чем кажется.

Я знал, что рано или поздно страж преподнесет нам урок, который напомнит об этой грани. Вопрос был только в том, сколько мы людей потеряем, прежде чем этот урок усвоим. Даже если страж стал слабее, это не значит, что мы его уже победили. Это значит, что драться придется еще серьезнее. Загнанная в угол крыса становится стократ опасней.

В шахте нас встретили Глубинщики, оставленные для защиты. Все были на месте, и, судя по всему, никакого инцидента за это время не было, поэтому мы спокойно распределились и потащили големов дальше, причем я приказал их сразу нести на поверхность, потому что оставаться здесь я не планировал. Нужно было вернуться в свою мастерскую, где находились мои основные инструменты и запасы.

На первом же ярусе Клык уже ждал меня с докладом. Пятерки, отправленные зачищать сектор и на разведку, вернулись пустые. Ни одного голема на всем первом ярусе, совсем, собственно, как я и предполагал. Голем стянул все войска в неизвестном мне направлении, и что-то мне подсказывает, что это направление располагается ниже ярусом.

– Весь ярус наш, – сказал Клык – второй, но мне это не нравится. Как-то это все слишком легко проходит.

– Мне это тоже совершенно не нравится, – согласился я. – Выставь дозоры на всех проблемных местах, расставь сигнализацию и найди мне людей, которые смогут заделать все проходы на первом ярусе. Закроем его тоже. Мы здесь никого не оставляем, скорее всего, заберем всех. Не вижу смысла распыляться. Кроме того, мне нужны люди, которые сумеют простукивать все стены. Если здесь есть скрытые проходы, как тот, что нашли Сыч с Кротом, то я хочу знать о каждом.

– Ну, артельщики могут вернуться назад, – предложил Клык. – В принципе, им хватит сил удержать первый ярус, так же, как и у нас.

– Точно нет, – ответил я. – Я тебе говорю, оставляй здесь пару десятков бойцов, не больше. Пусть ходят на разведку, проверяют все. Надо выдать им максимальное количество рунных фонарей, чтобы они освещали все по максимуму, чтобы не случились засады. Но мы уходим отсюда все, нечего здесь делать.

Как бы я ни хотел побыстрее заняться големами и изучить их, мне пришлось ждать до завтра. Бойцам нужно было отдохнуть, подготовиться, собрать вещи и потратить несколько часов на то, чтобы вернуться в основной лагерь. И уже там, по истечении второго дня, я наконец смог добраться до своей мастерской, где меня ожидал один из найденных нами големов, первый, готовый на разбор.

Начал я с головы, которую достаточно трудно было отвинтить, но мне удалось. Собственно, голова голема содержала главный управляющий контур, нечто вроде небольшого мозга. Рунные цепочки здесь были чуть плотнее, чем в основном корпусе, и выполняли функцию обработки сигналов от сенсоров, располагавшихся в глазницах и на поверхности груди.

Именно они считывали этерные колебания в радиусе нескольких метров и передавали данные в самоуправляющий контур, который уже принимал решения. Причем достаточно примитивные, конечно, враг или не враг, идти туда, идти сюда. Но для патрульного большего и не требовалось, Тем более что сама эта схема автоматизации была не настолько уж и важной, потому что основной контроль был связан с ядром конструктора.

Теперь я был уверен в этом полностью. Без ядра этот голем, который лежал сейчас напротив меня, не представлял из себя никакой ценности. Да, он мог пойти и попытаться кого-то убить, но это было все равно что бодаться с ребенком. Он был неповоротлив и не был способен рассчитывать свои шаги, мог спокойно, уткнувшись в стену, закончить свою жизнь на том, что его просто убьют в спину. Абсолютно бесполезная хрень.

Зато всё менялось, стоило вставить ядро-накопитель в грудь голема. Тогда он связывался с основным сервером, назовём это так, получал уже дополнительные правильные инструкции и контролировался он уже оттуда, с сервера. И вот тогда он уже становился полноценным бойцом. А без этого сервера, просто обычная пустышка.

– Тьфу, – я даже плюнул в расстройстве. – Хоть в чем-то мне должно повезти. Хоть что-то я должен, чему-то хоть я должен научиться.

Но, как и с хранилищем, чем дальше и чем глубже я зарывался, тем больше понимал, что без нормальных вычислительных мощностей, только силой своего мозга, я сломаюсь на големе и не смогу завершить это дело. Слишком сложно. Это было, конечно, обидно, и не хотелось признавать свое поражение.

– Хотя с другой стороны, – я задумался, почесал подбородок, на котором появилась редкая щетина. – А я ведь и сам могу решить этот вопрос. Пусть я начну сначала, с нуля, но ведь я могу.

Дариш, мертвый царь Аш-Китара, конечно же, был гением. Я это и раньше понимал, но одно дело, понимать теоретически, и совсем другое, видеть работу изнутри, разложенную на составляющие. Вряд ли он оказался в этом мире с ноутбуком или чем-то похожим в руках, чтобы иметь возможность создавать такие сложные схемы. Он до всего дошел сам. Значит, и я могу до всего дойти сам, нужно только время.

Дайте мне сто лет, и я развернусь не хуже, чем Дариш, а может быть, даже и гораздо лучше. Во всяком случае, я точно был уверен в одном, нужно прятаться как можно дольше и не высовываться, пока у меня не будет такая армия, которую просто невозможно будет победить. И уже тогда можно будет решать какие-то другие вопросы. Хотя на него же скинули Слезу Ока, так и на меня могут скинуть, поэтому лучше вообще не высовываться, пока я сам не стану богом, по идее это еще не конец пути практика.

Тем временем я продолжил разбирать голема. Разбирая грудную клетку, я уже устал понимать, изучая структуры, которые открывались передо мной дальше. Некоторые принципы мне и в голову не приходили, но здесь они находили вполне рабочие решения. Правда, понимал я от силы один процент от того, что было передо мной, но этого хотя бы хватало, чтобы знать, в каком направлении нужно копать.

А потом я добрался до самого дна грудной полости, до того места, где гнездо для ядра крепилось к распределительной сети, и увидел нечто, от чего у меня перехватило дыхание. Там была встроена небольшая, не больше мизинца, крохотная связка рун, спрятанная в небольшом углублении и поэтому невидимая снаружи, доступная только щупу, который знает, где искать. Она не была частью рабочей конструкции голема, она вообще не выполняла никакой функции. Она просто была, потому что это была личная подпись мастера.

Ошибиться я тут, в принципе, не мог, потому что что-то подобное было у меня на плече. Я прекрасно знал, что это такое. И был очень сильно рад обнаружить, что наши рунные имена не одинаковы, что доставшееся мне в наследство от древнего рунного мастера, погибшего на Этажах, это не то же самое имя, что имя Дариша.

Хотя, возможно, набей я на себе имя Дариша, это бы упростило мою жизнь в Яме, и, может быть, страж подчинился бы мне, стоило только показать ему знак. Тем более что с этим знаком я сталкиваюсь в первый раз. Ни у одного из големов, которых мы убивали раньше и которых я рассматривал, ничего подобного я не видел.

Те были, по сути, новострои, никто не ставил там свои печати, а этот древний осколок былого величия имел на себе имя творца. Так что можно сказать, что я прикасался к легенде, но добраться до стража мне это прикосновении не даст, Стражу плевать на печать творца, в этом я был уверен.

Два разных человека используют один и тот же принцип для того, чтобы сделать себе имена и с помощью этих имен ставить печати на своих изделиях. Тубус, в котором находился этот жуткий конструкт, убивший столько народу, и големы Дариша были одного поля ягоды.

Люди, Помеченные Богами, становясь рунными мастерами, всегда приходят к одному и тому же, своему новому имени и всегда создавали такие вещи, от которых у меня волосы были готовы шевелиться на голове. Почитать бы историю и биографию становления хоть одного из них, чтобы понять, куда двигаться дальше. Это было бы чрезвычайно интересно и полезно, и заодно ускорило бы мой путь, так как блуждать в темноте, тыкаясь как щенок в разные стороны, было небезопасно, и можно было нарваться на такую сторону, где можно было спокойно умереть.

Впрочем… у меня свой путь.

Буду учиться создавать свой калькулятор, а потом уже и до процессоров дойду, своей головой. И сделаю это потому, что мне по сути, некуда деваться.