Текст книги "Черный дракон Токио (СИ)"

Автор книги: LotesCraft

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 25 страниц)

– Ладно, – выдохнул Тау, и Пантера навострила уши. – Но у меня есть правила, которые ты будешь соблюдать, если хочешь тут жить…

– Сразу скажу, – вставила она на опережение и задрала нос. – Быть домработницей не буду.

– Отлично, – усмехнулся он. – Вот правило 1: после себя беспорядки не оставлять.

– А если… – начала она, приподнимая палец.

– Правило 2: Мне не мешать. Нигде!

– А можно… – попыталась вставить она, разводя руками.

– Правило 3: самое важное! Никому не рассказывай, кто я! А теперь можешь задавать свои вопросы.

– Ну спасибо, что дал слово, – буркнула она, скрестив руки. – У тебя аллергии случайно нету?

– Есть, – подтвердил он. – На раздражающие факторы.

– Это не аллергия, – возмутилась она, выставив руки на пояс.

– Возможно, – подметил он и, массируя плечо, зашипел. – Кстати говоря, ты шить умеешь?

– Ну… – протянула она, отводя взгляд и почесывая затылок. – Как-то не особо… Не, ну были моменты… – Она нахмурилась и взглянула на него. – А к чему ты спрашиваешь?

– Пошли, – поманил он и направился в сторону ванной.

Линь последовала за ним. Они зашли в ванную. Тау достал аптечку, вытащил иглу, леску и спирт. Снял футболку, прорезал ножницами бинты. Она неотрывно следила за ним, водя взглядом по его перебинтованному телу. Он снял бинты с лопатки – ей открылась рана.

– О! Это тебе Ночной автограф оставил? – усмехнулась она, разглядывая кровавую дырку, и, нахмурившись, выставила руки перед собой. – Погоди-погоди, ты хочешь, чтобы я зашила тебе… рану?

– Нет, – закатывая глаза, буркнул он. – Я просто позвал тебя посмотреть. Ты же ран вообще никогда не видела… Конечно, я хочу, чтобы ты меня заштопала.

– Ах так! – возмутилась Линь, скрестив руки. – Тогда сам себя и штопай!

– Во-первых, не могу – физически, – подметил он, оглядываясь на неё. – Во-вторых, будем считать это твоей платой за проживание. И в-третьих, я знаю историю твоего браузера.

Линь выпучила глаза, покраснела от последнего пункта и дёрнулась в сторону иглы с леской, выхватив их так быстро, как только могла.

– Не забудь проспиртовать, – заявил он, глядя на её красное лицо через зеркало и на то, как она, дёргаясь, насаживает леску в иглу.

– З-заткнись, – заикаясь, сказала она, просовывая леску. – Манипулятор хренов. Мог просто сказать «пожалуйста»! – Она проспиртовала иглу. – Теперь вечно будешь напоминать про мою историю!

– Хватит ерничать, – возмутился он. – Не собираюсь я это использовать. Соберись. Ты не труп зашивать собралась, а живого человека.

– Тебе легко говорить, – буркнула она, хватаясь за его плечо и держа иглу наготове. – Я-то о тебе ничего не знаю. А ты уже всё узнал.

– Ты знаешь, что я Тиамат! – возмутился он, стиснув зубы, ожидая укола. – Как по мне, ты уже достаточно знаешь.

Линь резко вонзила иглу в рану – острая боль прошлась по всему телу от спины до кончиков пальцев. Тау оскалился, зашипел, но сдержал выкрик.

– Это было грубо, – процедил он, держась за раковину.

– Сам виноват, – тихо сказала она и протянула леску через рану. – Нечего меня в краску вгонять.

Игла снова вошла в кожу – мягче, но от этого легче не было. Тау сжал края раковины так, что руки побелели. Глаза дёргались, губы тряслись от боли. Процесс продолжился – Линь поймала ритм и методично вонзала иглу в плоть. Тау покрылся холодным потом и выдыхал огромные куски воздуха.

– Расслабься, мученик, – успокоила она, убирая иглу с леской и кидая их в аптечку. – Я закончила.

– Хорошо, – кивнул он и, оторвавшись от раковины, развернулся к ней. – Хочу с тобой обусловиться кое о чём…

– Опять правила? – возмутилась она, скрещивая окровавленные руки. – Я его тут латаю, а он ещё правила накидывает.

– Ты сначала выслушай, – попросил он, заматывая себя бинтами. – А потом уже возмущайся.

– Ладно, – согласилась она, пожимая плечами. – Я слушаю.

– Начну с хорошего, – подметил он, надевая футболку. – Можешь занять мою кровать, а я расположусь на полу.

– Правильно, – довольно кивнула Линь. – Нечего кошечкам спать на полу.

– По поводу твоей кошатности, – продолжил он и скрестил руки. – Тебе придётся забыть об образе кошки и выбрать другой.

– В смысле? – возмутилась она, выпучив на него глаза. – Ты что, кошек не любишь?

– Ты можешь не перебивать! – возмутился он, выставляя ладонь перед ней.

Линь хмуро схватила его ладонь и приложила к своей голове. Тау даже не успел среагировать. Перед ним была хмурая кошка, которая держала его руку, но он ощутил кое-что ещё – маленькие, мягкие волосики касались его ладони. Он застыл, будто сделал открытие, от которого мурашки идут по коже.

– Ты просто кошек не гладил, вот и… – подметила она, и хмурый взгляд сменился на озадаченный. – Эй? Ты что застыл?

Линь перестала удерживать руку Тау, но он не убрал её. Неожиданно для неё он начал гладить по направлению шерсти. Она покраснела, поглядывая на его застывшее выражение лица.

– Погоди… – промямлила она, краснея всё сильнее, и его рука добралась до её кошачьих ушей. – Мне, конечно, приятно, но это выглядит странным.

Мягко. Невероятно. Я и не думал, что это так успокаивает. Эта таблетка дарит мне столько ощущений, сколько я не получаю за все свои ночи вместе взятые. И сейчас я выгляжу максимально глупо, гладя бывшего врага по голове. Но останавливаться не хочу.

– Ну х-хватит, – заикнулась она, уже вся красная. – А то пеняй на себя.

Звонок в домофон.

Тау, будто выйдя из ступора, одёрнул руку от Линь. Та взглянула на него, а потом отвела взгляд куда угодно, но не на него.

– Поменяй образ, – бросил он и выбежал из ванной, оставляя Линь одну в смущении.

Он подбежал к домофону, прислонился к двери и взглянул на экран. На пороге стояла Стар.

А этой чего надо?

Он рванул от домофона, добежал до ванной – оглянулся. Никого.

А эта куда делась? Чёрт. Мало мне болей по всему телу, так ещё и кошка в квартире пропала.

Звонок в домофон.

Вздохнув, он направился обратно к входной двери, попутно оглядывая квартиру. Ухватился за ручку и, на последок оглянувшись, открыл дверь.

– С добрым утром, Стар, – натягивая кривую улыбку, сказал Тау и посмотрел на её помятый вид. – Ты как-то не важно… выглядишь.

– Ага, – буркнула она, отпихивая его в сторону и врываясь в квартиру. – Я тут домашку принесла. Сделай по-быстрому.

– Я могу и завтра сделать, – подметил он, закрывая дверь и оглядываясь по сторонам. – Что за спешка?

– Тебе какая… – не договорив, Стар начала водить носом. – Тут пахнет женскими духами?

Отлично. Придётся придумывать легенду. Пора бы уже перестать пускать в свой дом всяких нежелательных гостей.

– Эм… – замямлил он, поправляя очки. – У меня подруга детства приехала. И она очень любит духариться.

– А-а-а, – кивнула Стар, оглядываясь по сторонам. – Не знала, что у тебя есть подруга. – Её взгляд упал на его замотанную руку. – А это что?

– Это… – протянул он, показывая руку, и зачесал затылок. – Порезался… Да!

– А это? – кивнула она в сторону окровавленных простыней. – Результат от пореза?

– Томатный сок… – пробормотал он, отводя взгляд. – Ещё и пытался вытереть этот беспорядок мокрой тряпкой. – Он прикрыл рукой глаза. – Стыдно-то как…

Стар подошла к нему вплотную и, щурясь, посмотрела ему в глаза. Тау убрал руку, наблюдая за её микрожестами и выражением лица. Однако его мозг ещё медленно соображал, чтобы распознать, поверила она или нет.

– Дурак, что ли? – возмутилась она. – Надо было сразу закинуть в стиралку! – Она закатила глаза и подошла к простыне, срывая её. – Вроде бы умный, но такие глупости делаешь. – Понюхала простыню и, поморщившись, глянула на него. – Ты когда в последний раз стирал её вообще?

– Эм… – удивился он её действиям, глядя на неё и хлопая глазами. – Где-то неделю назад…

– Боже, – буркнула она и, собрав всю простыню в большой комок, повернулась к нему. – Я постираю, а ты займись домашкой.

– Да не стоит… – застыв и приподняв бровь, пробормотал он.

– Мне не сложно, – заявила она, уже направляясь в ванную, но остановилась и обернулась. – Стиралка же у тебя там?

– Да… – неуверенно выдавил он, всё ещё в шоке от происходящего.

– Хватит глазами хлопать! – рыкнула она, хмурясь на него. – Домашку!

Ладно. Стерва стирает мне простыню после моей ночной прогулки. Вообще обычное дело. Сегодня очень много неконтролируемых факторов. Удивляюсь тому, чему не должен. Даже слегка страшно от этого.

Тау выдохнул и взял тетрадь, которую Стар оставила на его голой кровати. Из ванны послышались звуки запуска стиральной машины. Помотав головой, он сел за свой стол и приступил к решению задач.

Спустя какое-то время из ванной вышла недовольная Стар. Уселась на кровать ногу на ногу, достала телефон и поглядывала на сосредоточенного очкарика.

– Ты… какая-то злая, – подметил Тау, не отрываясь от тетради. – Что-то случилось?

– Вчера был ужасный день, – буркнула она, не отрываясь от телефон. – Не могла даже нормально двигаться, всё болело и постоянно вырубалась, и всё это началось после того, как я тебя подлечила. – Она посмотрела на него, склонив голову. – Скажи честно, что у тебя там такого было?

– Старый шрам, – заявил он, продолжая писать в тетради. – Однажды меня подстрелили, пуля прошла насквозь, но обработали рану дешёвым лечащим стимулятором. В итоге рана не зажила до конца и иногда беспокоила. И как ты помнишь, я хромал в тот день. Так вот… мне не повезло встретить отморозков на улице. Они прицепились ко мне и хорошо вломили, а в ногу попала труба, что повредило кость.

– Подстрелили? – протянула она удивлённо, не сводя с него глаз. – Это когда тебя так угораздило?

– Мне было примерно как тебе, – ответил он, продолжая писать чуть медленнее. – Жил не в спокойном районе, а там постоянно была борьба за территорию. – Он остановился и посмотрел на неё. – Наверняка ты слышала: свинорылы и рогатые.

– Да, – кивнула она. – Я что-то о таком читала.

– Ну, в общем, – продолжил он, поправляя очки, и вернулся к писанине. – Попал я в одну из перестрелок, и мне подстрелили плечо. Дальше ты уже знаешь.

– Ужас, – подметила она, кривя лицо, и откинулась на кровать. – Больше лечить тебя не буду!

Ожидаемо. Хоть её способности и полезны, они пагубно влияют на неё. А что, если я смогу изучить её способность и создать прибор, который примет отдачу на себя? Стоп, нет. Не хватало, чтобы ещё одна дура крутилась у меня под ногами.

– Кстати, – оживилась Стар и, присев на край кровати, приблизилась к столу. – Ты на концерт Глории пойдёшь?

– Нет, – хмуро ответил Тау, не отрываясь от тетради.

– Сходи, – настойчиво усмехнулась она. – Тебе полезно будет. А то сидишь тут в четырёх стенах и мира не видишь.

– К чему такая настойчивость? – отрываясь от тетради, спросил он.

– Не хочешь – не иди, – фыркнула Стар, отворачиваясь от него и скрещивая руки.

Тау закатил глаза и продолжил писать в тетради. Стар слегка глянула на него, пытаясь сохранять закрытую позу, нервно застучала ногой и демонстративно выдохнула. У Тау напряглась челюсть и задергался глаз.

– Ну что опять? – возмутился он, вновь обернувшись к ней.

– Ничего, – отрезала Стар, отводя взгляд и уткнувшись в телефон.

Тау ничего не ответил. Поправив очки, он продолжил записывать в тетрадь. Стар оторвалась от телефона и нахмурилась, поглядывая на него.

– Тебе что, Глория не нравится? – возмутилась она, убирая телефон.

– Мне?… Не знаю, – промямлил он, не отрываясь от тетради. – Я слушаю только классическую музыку… ну и электро иногда.

– Ты прям как старпер, – буркнула она.

Он стиснул зубы, дописал последнюю строчку и, закрыв тетрадь, протянул её Стар.

– Вот. Не благодари.

– И не собиралась, – бросила она, выхватывая тетрадь.

Она встала с кровати и, раздражённая, направилась к выходу. Тау встал, опередил её и, добравшись до двери, открыл перед ней. Стар остановилась в проходе, сжимая тетрадь в руке, окинула его взглядом – и хмурость спала.

– К этому можно привыкнуть, – улыбаясь, подметила она. – Но ты подумай насчёт концерта. Ок?

– Ладно, – кивая, улыбнулся он в ответ, придерживая дверь. – Подумаю.

– Тогда чао, – тихо сказала она и покинула квартиру.

Глава 11: Новые правила. Часть 3

Тау закрыл за Стар дверь, выдохнул и обернулся – перед его лицом стояла ехидно улыбающаяся Линь, сложив руки на пояс.

– Подумать только, – усмехнулась она, скаля своей улыбкой. – Великий вор и манипулятор делает домашку для школьницы. Ещё так смиренно. Просто умора.

– Как ты?.. – нахмурившись, удивился он, оглядываясь по сторонам, но потом отмахнулся, протирая глаза за очками. – А, неважно.

Звонок телефона.

Они оба посмотрели в сторону стола, где лежал телефон Тау – к которому он не притронулся всё это время. Он обошёл Линь, взял телефон, повернул экраном к себе – высветилось изображение Тифф.

Он нахмурился, выпучив глаза на экран. Линь выглянула у него из-за плеча и, ехидно улыбаясь, подметила:

– О, это же Тифф. – Она перевела взгляд на него. – Вы что, встречаетесь?

– И да, и нет, – заявил он и отошёл в сторону вместе с телефоном.

Выдохнув, Тау провёл пальцем по экрану и поднёс телефон к уху.

– Привет, Тифф, – неуверенно протянул он.

– «Привет, Тифф»? – возмутилась Тифф. – Ты куда пропал? Забыл, что с тебя свидание? Загасился и на сообщение не отвечаешь!

– Сообщение? – удивился он, быстро убрал трубку от уха и взглянул на экран. Увидел одно непрочитанное, быстро открыл, ознакомился. У него дёрнулся глаз, и он вернул трубку к уху. – Прости, я вчера вообще выпал из жизни. Прилёг отдохнуть и вырубился до утра.

– Время уже почти полдень, – недовольно подметила Тифф. – Хочешь сказать, ты только проснулся?

– Конечно нет… – промямлил он, кривя лицо, и глянул на Линь. – Просто… тут у меня проходной двор, и как-то до телефона не добрался.

– Смотрите-ка, бедолага, – усмехаясь, добавила Линь, усаживаясь за его стол. – Когда по головке гладил, тоже так думал?

– А ну цыц, – тихо буркнул он, глядя на Линь и прислонив палец к губам, удерживая телефон у уха.

– Ты что, цыкнул на меня? – удивлённо возмутилась Тифф.

– Нет-нет, – поспешно сказал он. – Тут у меня кошка… и я её дрессирую.

– Кошка? – удивилась Тифф. – У тебя есть кошка?

– Эм…

– Ладно, – усмехнулась Тифф в трубке. – Что-то новенькое. Покажешь?

– Ну…

– А, ладно, – отмахнулась Тифф. – Потом покажешь. Ты придумал, куда сходим?

Тау начал метать глазами, ища ответы где-то в своей квартире. Линь, сидевшая возле стола ногу на ногу, показывала ему свой телефон – на нём были три купленных билета на концерт Глории.

– Концерт Глории!? – удивлённо произнёс он с телефоном у уха.

– Глория? – чуть заикнувшись, удивилась Тифф. – Ты не шутишь?

– Конечно не шучу, – протянул он в трубку, кривя лицо на Линь. – Ты же всё-таки… гяру… и тебя лучше отвести в место, которое бы тебе понравилось.

Какая нелепица. Абсурд в чистом виде. И самое противное, что иного варианта придумать не могу. Вот она, обратная сторона медали таблетки – эмоции не дают нормально думать.

– Ничего себе, – радостно произнесла Тифф. – Я не рассчитывала даже… Ладно, ты прощён за сообщения. И к слову… для лже-парня ты очень хорошо справляешься.

– С-Спасибо, – выдавил он с кривым лицом и свалился на матрас с телефоном у уха.

– Тогда до вечера, – ехидно сказала Тифф. – И одень что-нибудь приличное, ладно?

– Ага, – кивая, протянул он.

Связь разорвалась. Тау медленно убрал телефон от уха и, кривя лицо, смотрел на экран.

Все сговорились, что ли? Сначала Стар, теперь Линь – и вот я уже вечером собираюсь отвести Тифф на какой-то концерт. Мне надо разбираться с Мэнди и A.O.E., а вместо этого придётся отправиться на свидание. Да и у Тифф, кажется, стираются грани между лже-парнем и парнем – сама уже не знает, как ко мне относиться. И вишенка на торте – бездомная кошка, которая неизвестно сколько у меня пробудет.

– Чем больше наблюдаю за тобой, – усмехнулась Линь, откинувшись на спинку стула, – тем больше удивляюсь.

– Откуда у тебя билеты? – спросил он, приподнимая бровь. – Ты вроде говорила, что нищая.

– Заимела, пока были средства, – улыбаясь, заявила она, закидывая ноги на стол.

– Сразу три?

– Для себя, Амазонки и… Ночного, – процедила она на последнем имени. – В общем, не вникай – Амазонка уболтала для него взять.

– И ты готова отдать их мне? – усомнился он. Линь лениво кивнула. – В чём подвох?

– Ну не пропадать же, – усмехнулась она. – А так хоть развеюсь. – она нахмурилась и отвела взгляд. – Да и немного отвлекусь от того, что меня выгнали…

– Я всё равно в тупике, – выдохнул он и скрестил руки. – И видимо, все дороги ведут в этот концерт. Однако тебя не должны видеть рядом со мной.

– Боже, – закатывая глаза, возмутилась Линь. – Ты такой нудный. Мне что, теперь в каждом углу прятаться?

– Есть идея получше, – заявил Тау, поправляя очки. – Но для начала прими душ и смочи волосы.

– Что, хочешь увидеть меня голенькой? – ехидно улыбаясь, спросила она.

– Ага, – бросил он и, вставая с кровати, направился к шкафу. – Делать мне больше нечего.

– Все мужики так говорят, – усмехнулась Линь, провожая его взглядом и разводя руками. – А потом подглядывают.

– У меня другие приоритеты, – бросил он, шарясь в шкафу.

– Да ладно, – отмахнулась она, делая кокетливые глазки. – Я не буду осуждать. Ну, чуть-чуть поворчу для профилактики…

В её лицо прилетело полотенце. Она тут же убрала его с лица и удивлённо уставилась на Тау.

– В душ! – приказал он, указывая на ванную.

– Да иду, иду, – буркнула она, вставая с места, и направляясь в ванную, показала Тау язык.

Тау закатил глаза. Как только Линь закрылась в ванной, он опустился на колено и провёл пальцем по задней стенке шкафа – сенсорная панель моргнула, и отсек бесшумно отъехал в сторону. На полках, подсвеченных холодным светом, лежали контейнеры с красками для волос различных цветов. Он взял красную краску, кисточку, ёмкость для смешивания и ткань для плеч. Провёл пальцем по панели, закрывая отсек.

Женский крик из ванной.

Он подлетел от неожиданности и ударился затылком об дверцу шкафа. Шипя и потирая затылок, он вынырнул из шкафа, держа в руках всё необходимое для покраски.

– Ты псих! – крикнула Линь из ванной.

– Ты что так кричишь? – крикнул в ответ он, оборачиваясь в сторону ванной.

– Вода ледяная, – рыкнула она. – Кто вообще так моется?

– Переключи на горячую, – возмутился он, хмурясь в сторону ванной. – Зачем орать-то!?

Нажил на свою голову. Я, конечно, задумывался завести рыбку, но не звероподобную девушку. Ладно, временные трудности.

Он уселся за стол, разложил всё необходимое, взял телефон и открыл парикмахерские курсы. Бегло пролистал пару страниц, запоминая основные моменты, убрал телефон и задумчиво посмотрел на кусок хлеба. Взял его, надкусил – жевал без удовольствия.

Так и думал. Вместо вкуса – набор данных. Белки, жиры, углеводы и состав. Больше нет наслаждения вкусом. Четыре часа действовала таблетка. Даже боль подутихла. Дурацкая кошка – не дала насладиться человеческим счастьем.

Дверь ванной распахнулась, и оттуда вывалился пар. Из неё вышла Линь – в полотенцах на голове и на теле.

– Ну всё, я помылась, – ехидно улыбаясь, заявила она, ставя руки на пояс. – Что теперь? Стащишь с меня полотенце?

Тау встал со стула и выкатил его в центр комнаты.

– Садись! – хмуро сказал он, удерживая спинку стула.

Линь посмотрела на стул, потом на Тау, ещё раз на стул и на него.

– Я, конечно, много фетишей видела, – усмехнулась она, кладя ладонь на грудь. – Но это что-то новенькое.

– Да садись уже, – закатывая глаза, буркнул он.

– Ладно, – фыркнула она, уселась на стул, закинула ногу на ногу, скрестила руки и задрала нос. – Командует он тут. К твоему сведению, я приличная дама.

Твой браузер говорит об обратном.

Он ловко выхватил длинную ткань со стола и, пока она задирала нос, перекинул через неё, завязывая у шеи. Та только окинула взглядом ткань.

– Эй! – возмутилась она, бегая глазами. – Ты что удумал?

– Покрашу тебя, – заявил Тау, уже разводя краску в ёмкости для смешивания.

– Не смей трогать мои волосы! – рыкнула Линь, оборачиваясь к нему. – Последнему, кому я позволяла их трогать, был мой бывший. И после него мне пришлось укоротить причёску. Думаешь, почему у меня каре?

– Я не твой бывший, – отрезал Тау, закончив размешивать. – И я не собираюсь использовать твои волосы для своих низменных потребностей. – Он взял кисточку и макнул в ёмкость. – Просто сиди ровно.

Он развернул её от себя, схватил за плечи и прижал к спинке стула. Та только успела похлопать ресницами.

– Ты можешь быть поласковее? – возмутилась она. – Я ведь могу и укусить в ответ.

Может, надо было посмотреть курсы для парикмахера животных? Нет. Это было бы уже издевательством.

– Просто сиди ровно, – сказал он и, убрав полотенце с её головы, ловко откинул его на кровать.

– Ты же в курсе, – протянула она, глядя на упавшее полотенце, – что волосы должны быть сухими перед наложением краски?

– Я что по-твоему дилетант? – буркнул он, держа в руке нано-спрей.

Тау потряс баллончиком – внутри что-то мягко зашипело. Два нажатия, и тонкая струя покрыла волосы Линь, испаряя влагу с лёгким свистом. Она дёрнулась от неожиданности, но через секунду её волосы стали сухими и гладкими.

Убедившись, что волосы высохли, он отложил нано-спрей в сторону, взял ёмкость с красной краской, макнул кончик кисточки и приготовился накладывать краску.

– Ну правда, – жалостно произнесла она, и он остановил кисточку в сантиметре от её волос. – Будь аккуратен, ладно?

– Слушай, – начал он, чуть убирая кисточку от её волос. – Если я за что-то берусь – я делаю это максимально хорошо. Теперь не шевелись.

Кисточка коснулась волос, и алая краска поползла по прядям, оставляя ровный насыщенный след. Он вёл её от корней до самых кончиков, мягко, но уверенно, будто делал это сотни раз. Линь зажмурилась, задержала дыхание и лишь изредка дёргалась, когда холодный ворс касался кожи.

– Не дрожи, – заявил Тау, макая кисточку в разведённую краску.

– Хватит командовать, – буркнула Линь, открыв один глаз.

– Пожалуйста, – ласково попросил он, снова поднося кисточку.

Линь выдохнула, плечи опустились, и Тау спокойно продолжил красить её волосы.

– Знаешь, – протянула она, – обычно в таких ситуациях хорошо идут откровенные разговоры.

– По-твоему, я похож на того, кто любит откровенные разговоры? – спросил он, проводя кисточкой по локонам.

– Ты похож на того, кому это нужно, – подметила она, заворачивая глаза, чтобы глянуть на волосы.

– Ты мне ничего нового не скажешь, – заявил он, закрашивая затылок. – А обо мне тебе знать ни к чему.

– К чему такая скрытность? – возмутилась она, закатывая глаза. – Может, я единственная, кто сейчас может тебя понять.

– Понять? – усмехнулся он, одёргивая кисточку, и помотал головой. – Никто не сможет меня понять. Хочешь услышать мою смазливую историю, чтобы просто поддержать беседу?

– Почему ты такой козёл? – буркнула она, оборачиваясь на него.

– Жизнь заставила таким стать, – заявил он, отворачивая её голову, и приступил к покраске макушки.

– Ты мне нравился куда больше, когда кланялся и извинялся. – хмурясь, подметила она.

– То был скромный и неуверенный студент. А сейчас с тобой разговаривает профессионал своего дела, – заявил он и снова прижал её к спинке стула. – Сиди ровно!

– Профессионал, пфф, – усмехнулась она, покрутив глазами. – Ну да, ты хорош. Но ты не всё обо мне знаешь.

– Ван Линь, – начал он, вставая от неё боком, крася локоны. – Родилась в Японии. В прошлом спортсменка, но не заработала ни одной медали. Были неудачные попытки создать семью. Подождать?

– Не надо, – хмуро буркнула она, опустив голову.

– Я что, задел твои чувства? – спросил он, закончив с боковой частью причёски.

– Нет, – отрезала она.

– Если тебя это утешит, – начал он, вставая перед ней и крася чёлку, – то таких, как ты, миллионы.

– Меня это не утешит, – хмуро ответила она.

Тау остановил кисть, замер на мгновение, затем опустил руку и отошёл, не глядя на неё.

– У тебя хотя бы история есть, – подметил он, разглядывая кисть с краской. – Какая-то семья, знакомые… Мама.

– А у кого их нет… – буркнула Линь, но её уши навострились. – Стоп… – Она медленно подняла глаза, уставившись на него. – Ты про себя?

Тау выдохнул, задержавшись на мгновение, потом помотал головой, опустил кисточку и, молча развернувшись, подошёл к ней. Он не сказал ни слова – просто снова взялся за краску.

– Прости, я не знала, – тихо сказала Линь, разглядывая Тау в упор.

– Никто не знает. И от этого проще, – хмуро подметил он, водя кисточкой по её чёлке.

– Как можно быть таким холодным? – прищурившись, спросила она.

– Недавно ты хотела меня в асфальт закатать, а сейчас пытаешься понять, почему я такой? – спросил он, не останавливаясь и глядя ей в глаза.

– Ну и ты меня мучал, – подметила она, ловя с ним зрительный контакт. – А сейчас сидишь и красишь мне волосы, пока я сижу в одном полотенце.

– Я не выбирал быть таким, – выдохнул он, снова глядя на то, как ложится краска. – Меня таким сделали.

– Хочешь сказать, – скривилась она, приподнимая бровь, – кто-то заставил тебя надеть маску и мстить героям?

– Никто меня не заставлял, – отрезал он и убрал кисть. – Но и другой жизни у меня просто не может быть.

Тау встал с корточек, убрал кисточку со смесью в сторону и сделал шаг от неё, присматриваясь к причёске.

– Готово, – кивнул он и, обойдя её, направился к столу. – Подожди, пока высохнет.

Линь проводила его взглядом, подскочила со стула как взволнованный ребёнок и добежала до зеркала в ванной. Оглядела причёску со всех сторон – чернота исчезла, волосы стали алыми. На её лице воссияла довольная улыбка.

– А знаешь, дракончик, – усмехнулась она, разглядывая себя в зеркале, – ты бы пользовался большим успехом, если бы подался в парикмахеры. Конечно, я бы выбрала цвет ярче, но в целом… ух ты, даже ушки.

Тау ничего не ответил. Подойдя к столу, он выдвинул нижний ящик, открыл двойное дно – там лежали цветные линзы. Взял зелёные, закрыл ящик и прошёл в ванную к прилипшей к зеркалу Линь.

– Вот, – сказал он, кладя линзы перед её носом. – Наденешь потом.

– Зачем это? – спросила она, хватая и разглядывая линзы.

– Скроет твой цвет глаз, – подметил он, краем глаза смотря на своё отражение.

– Как всё замарочено, – буркнула она, кривя лицо, потом пожала плечами. – Ну ладно.

– И убери образ кошки, – добавил он, глядя на её уши.

– Да не хочу я, – возмутилась она, придерживая полотенце. – Чем тебе кошка не угодила? Ты вон как кайфовал от обычного поглаживания.

– Во-первых, – начал он, поправляя очки, – это была секундная слабость, которая не повторится. Во-вторых, образ кошки напрямую ассоциирует тебя с Пантерой, которой ты уже не являешься. А в-третьих, тебя всё ещё легко узнать по кошачьему образу. Так что тут нечего обсуждать.

Линь скривилась и задергалась на месте, но не сказала ни слова. Она знала, что он прав. Просто кошачий образ был единственным, в котором она чувствовала себя естественно.

– Ладно, – вздохнула она, кривя лицо. – И что выбрать?..

– Всё, что хочешь, кроме кошки.

Линь сморщилась, скрестила руки и закрыла глаза. Хмыкая, она перебирала пальцами по локтю. Её уши и хвост менялись раз за разом – медведь, лошадь, кролик, собака, мышь – но всё было не то. Тау стоял и наблюдал.

– Можешь не смотреть, – буркнула она, подбирая образ. – Бесишь.

Так мы провозимся до самого вечера. А мне ещё надо пополнить запасы еды и создать новое снаряжение. Придётся вмешаться. Ненавижу.

– Лиса, – сказал он, и Линь перестала менять образы, взглянув на него с неким удивлением. – Не кошка, уши будут иными. Хвост пушистый, но по другим параметрам не должен сильно отличаться от твоего кошачьего образа.

– А ведь точно…

В ту же секунду её уши приняли лисий образ – такие же острые, как у кошки, но с черными кончиками на верхушках. Хвост стал рыжим и пушистым, с белым кончиком. Он хорошо подходил к её новой причёске.

– Сразу бы так, – довольно подметила она, разглядывая себя в зеркале, а потом с хитрой ухмылкой взглянула на него. – Ну как? Погладить хочешь?

– Оденься, – бросил он, отворачиваясь и выходя из ванной. – Выйдем за продуктами.

– Я, конечно, не против, когда парни командуют, – усмехнулась она, идя за ним следом. – Но обычно это происходит в более интимной обстановке.

– Ты всё переводишь на секс? – бросил он, подходя к шкафу.

– Ну извини, – усмехнулась она, облокачиваясь напротив шкафа. – Это одна из проблем моей способности. Ну, понимаешь, там март… Хочется найти пару и т. д. и т. п. В общем, звериный инстинкт.

– Давай ты будешь заниматься этим не в моей квартире, – заявил он, перебирая гардероб. – Мне тут бардель не нужен.

– Да что ты такой непробиваемый!? – буркнула она, хмурясь на него. – У тебя в квартире почти голая девушка, с лисьим хвостиком и ушками, а ты даже бровью не повёл.

– Ага, – невозмутимо сказал он, доставая выходной прикид. – У тебя 15 минут.

– «У тебя 15 минут», – буркнула Линь себе под нос, закатывая глаза, и пошла к своей сумке. – Как будто вернулась к родителям. – Она взяла вещи и недовольно зашагала в ванную. – Сделай то, сделай это… бесит.

Войдя в ванную, она хлопнула дверью и заперлась изнутри.

Пока Линь возмущалась и приводила себя в порядок в ванной, Тау уже переоделся в белую поло и синие джинсы. Подойдя к столу, он выдвинул ящик с коробкой наличных денег, взял немного и положил в задний карман.

Деньги кончаются. Придётся идти в парк и заработать немного за игрой в шахматы.

Он присел на матрас, наклонился вперёд и схватился за подбородок.

Мэнди – большая проблема. Нужно менять стратегию. Да ещё ЮПГ совсем не готова для моих планов. Я будто снова оказался в начале пути. Всё перевернулось с ног на голову. Ладно, буду решать одну проблему за раз.

Через несколько минут дверь ванной открылась – Линь вышла в свободной жёлтой толстовке и джинсах. Она подошла к Тау и слегка приподняла голову, чтобы он мог увидеть её новые зелёные глаза. Волосы убраны назад, и он заметил, что линзы сидели идеально.

– Что скажешь? – улыбаясь, спросила она. – Красавица?

– Годно, – ответил он, вставая с матраса и направляясь к выходу.

– «Годно»? – возмутилась она, кривя лицо, и проводила его взглядом. – Что, сложно сказать «красиво» или нет?

– Красиво, наверно, – пожимая плечами, ответил он и, остановившись возле выхода, повернулся к ней. – Кстати, запомни: тебя зовут не Ван Линь. Теперь ты Сузуки Мию. Моя подруга детства. Приехала в город недавно. Думаешь перевестись в Олимп.

– В смысле? – возмутилась она, скрещивая руки. – А если мне не нравится имя? Да и что плохого, если у меня будет моё имя? Да ещё и в Олимп? Зачем?

– Ничего не должно указывать на то, что ты бывшая Пантера, которая ни с того ни с сего стала жить у тихого замкнутого студента, – отрезал он. – Такой подход уберёт лишние взгляды, ненужные вопросы и даст больше пространства для манёвра… да и в Олимпе ты будешь у меня на виду.