Текст книги "Черный дракон Токио (СИ)"

Автор книги: LotesCraft

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 25 страниц)

Глава 8: Кошки-мышки. Часть 2

Он отвернулся от Пантеры и рванул. Вытянул руку. Трос. Зацеп. Устремился вверх. Отцеп. Приземлился на балку, побежал вдоль неё. Добравшись до окна на крыше, прыгнул к нему и, пригнувшись, выбрался на крышу склада.

Используя трос и перелетая вдоль зданий, он вернулся на крышу по соседству с пентхаусом Бишопа. Присел на край, коснулся линз и увеличил зум.

Времени мало. Нужно быстро. Зайти, пройти охрану, добраться до кабинета, выйти. И не более.

Он убрал зум, встал, прыгнул и вытянул руку в сторону пентхауса. Трос. Зацеп. Взмыл, пролетая неоновую пропасть. Добравшись, прилип и пополз вверх.

Добравшись до точки, где его встретила Пантера, он остановился. Зафиксировался, освобождая руки. Коснулся экрана наручей и открыл блэкаут.

Break the system.

Он коснулся экрана. Свет во всём здании погас. Отцепился от стекла, достал четыре маленьких прибора, расположил их квадратом – и стекло в проёме исчезло. Нырнул внутрь, оказался в здании и включил ночное зрение.

Увидев первого телохранителя, он тут же взлетел вверх. Тот резко развернулся, светя фонарём. Никого. Провёл взглядом по красному ковру, шкафу с книгами, читальному столику – и нахмурился. Тиамат уже прополз над ним по потолку.

Возле лестницы расхаживали ещё двое телохранителей с фонарями. Крутясь, они освещали территорию – мраморные полы, дорогие картины в золочёных рамах, антикварный столик у стены. Ни одна тень не оставалась без внимания. Тиамат прополз над ними, отлип и тихо приземлился за их спинами, прокрался наверх.

Добравшись до второго этажа, он перескочил через перила и прижался к стене, осматривая территорию. Кружили двое, светя фонарями по местному интерьеру – кожаное кресло из красного дерева, журнальный стеклянный столик, декоративные вазы вдоль стены и огромное белое пианино. А за ними виднелась лестница на следующий этаж.

Тиамат скользнул вдоль стены – телохранители начали двигаться к лестнице. Он оторвался от стены, рванул и нажал на клавиши пианино. Пока оба телохранителя разворачивались на звук, он нырнул одному за спину, уходя от лучей фонарей, и скрылся за их спинами.

Пока телохранители водили фонарями по клавишам, Тиамат проскользнул к лестнице и поднялся на следующий этаж.

Телохранители переглянулись.

– Признайся, испугался же.

– Не больше твоего.

– А как она сыграла?

– Да может, струна слетела. Этому хламу больше, чем мне.

На следующем этаже его встретил длинный коридор с высокими потолками. С одной стороны – стена с картинами и декоративными светильниками, с другой – ряд закрытых дверей. В конце коридора Тиамат приметил стол с декоративными фруктами и нырнул под него, уходя от лучей фонарей. Прополз под столом, выглянул – у стены спиной к нему стоял один телохранитель, возле лестницы – другой.

Нужно спешить. Блэкаут заканчивается, а впереди ещё этаж.

Тиамат вытащил руку из-под стола, взял фальшивое яблоко и кинул в стену. Оно отскочило и рикошетом задело все вазы. Телохранители направили на них свет и, видя, что вазы вот-вот рухнут, ринулись к ним. Пользуясь моментом, Тиамат рванул по коридору, добежал до лестницы и поднялся на следующий этаж.

Вазы свалились с пьедестала. Телохранители поймали их на лету – одну, вторую, третью. Оба с облегчением выдохнули и поставили их на место.

– Блять, если бы они разбились…

– Босс бы с нас три шкуры спустил.

– Дурацкие стекляшки. Че они такие дорогие?

– Из-за рисунков… Причуды богатых. Нам не понять.

Оказавшись на последнем этаже, Тиамат прыгнул к потолку и прилип, осматривая территорию.

Этаж был похож на переговорную для важных лиц. В центре комнаты – круглый стол, вокруг него выстроены офисные кресла. Стены забиты предметами искусства. Вдоль стен – четыре шкафа с дорогими напитками из разных стран. В самом углу – чёрная массивная дверь с сенсорным сканером отпечатка. Три телохранителя кружили возле неё.

Нет времени что-то придумывать. Окно в 15 секунд. Не успею – дверь захлопнется.

15 секунд.

Тиамат рывком перебирался по потолку, перебирая руками и ногами, словно насекомое, приближаясь к охране.

13 секунд.

Он остановился. Свет фонаря пробежал перед ним. А следом – следующий фонарь, прямо на него. Он отлип, ушёл из-под света и затаился за диваном.

11 секунд.

Он метнулся к столу, выхватил статуэтку с изображением Бишопа и швырнул её в угол. Свет фонарей направился на источник шума – один телохранитель двинулся туда.

7 секунд.

Он вновь прыгнул на потолок, прилип и пополз к кабинету. Остановился. Выстрелил тросом в дальний шкаф с напитками, потянул – и отцепил трос. Шкаф начал падать. Отлучившийся телохранитель придержал его.

4 секунд.

– Помогите, парни! – выкрикнул отошедший телохранитель, удерживая шкаф от падения.

Двое тут же оторвались от двери и направились к напарнику. Тиамат снова выстрелил тросом, зацепил другой шкаф и потянул – тот тоже начал падать. Один телохранитель остановился, чтобы удержать его, другой побежал дальше, чтобы помочь напарнику.

2 секунды.

Тиамат рывком прыгнул к двери и приземлился перед ней. Телохранители поставили первый шкаф и ринулись ко второму.

1 секунда.

Тиамат открыл дверь, нырнул в проём и резко прикрыл её, замедляя в последний момент, чтобы не создать хлопка.

Телохранители поставили последний шкаф и с глухим стуком водрузили его на место – одновременно с этим защёлкнулась дверь.

0 секунд.

Свет снова заработал. Телохранители тяжело дышали, стоя у шкафов с напитками, упираясь в стену.

– Что за чертовщина?

– Ты про что именно?

– Почему шкафы падать начали, а ты про что?

– Как вообще ни один напиток не разбился внутри? Чудо?

– Ты что, деревенский, что ли? Там магнитные держатели.

– А на хрена?

– Чтобы не разбились! Придурок.

– Ааа… А почему падать начали?

– Наверно, задел случайно, пока шёл в угол. Темнота была – аж глаз выколи.

– А там, поди, просто мышь возилась.

Оказавшись внутри, Тиамат оторвался от двери и оглядел кабинет.

По центру – массивный стол из тёмного дерева, на нём голографический глобус, мерцающий в такт движению. Компьютер – тонкий, почти невидимый, встроен в столешницу. Сбоку – стена с картинами в строгих рамках, и среди них – логотип A.O.E., как напоминание о том, кто здесь хозяин. С другой стороны – шкафы с дорогими напитками, но ни одна бутылка не открыта. Идеальный порядок. Ничего лишнего. Ничего личного.

Подойдя к столу, он обошёл его, проведя рукой по поверхности. Встал напротив прозрачного экрана, достал из пояса ключ-носитель и вставил его в разъём. На экране началось резервное копирование и загорелся процент загрузки.

Притормози тиамат. Это слишком очевидно. Такой человек, как Бишеп, вряд ли будет хранить что-то ценное в компьютере. Однако в этом кабинете явно что-то есть.

Он оторвался от монитора, ещё раз оглядел кабинет и прошёлся вдоль стены, вглядываясь в каждую деталь. Дойдя до шкафа с напитками, остановился и пробежался глазами по каждой бутылке.

На первый взгляд – самые дорогие напитки, которым обычным смертным только во снах можно попробовать. Однако если приглядеться, одна бутылка выделяется на их фоне. «Хибики 55». Цвет напитка на несколько тонов светлее. Можно было бы списать на подмену. Но и сама этикетка отличается от оригинала.

Тиамат открыл стеклянную дверцу шкафа и потянулся к бутылке. Схватил за горлышко и наклонил – послышался щелчок в районе стола. Он резко повернулся, прикрыл дверцу и не спеша вернулся к столу. Обойдя его, увидел, что на столе раскрылась панель с цифрами.

Шестизначный код. 999 999 комбинаций. Вряд ли код где-то на видном месте или вообще в доме. Хотя так даже интересней.

Он коснулся линз – перед глазами встал скан. Отпечатки на панели: 1-4-7-9.

Четыре цифры. Есть 1 и 9 – значит, он использует год. Цифры слишком большие, чтобы выделять месяц. Значит, это конкретное число. Последние четыре цифры – 1974. В этот год произошло много чего. Но если отталкиваться от чисел, больше подходит 14. Именно тогда был матч открытия ФРГ 1:0 Чили. Значит, код – 141974.

Он ввёл код. Панель загорелась зелёным, и в стене с картинами открылся потайной сейф.

Глянул на компьютер – резервная копия завершена. Вынул ключ-носитель и направился к открытому сейфу.

Подойдя к сейфу, он увидел папку с бумагами, слитки золота и драгоценностей, пачку денег крупного номинала и три флешки.

Тиамат схватил папку, открыл, быстро пролистал и закрыл.

Обычные документы собственности. Ничего интересного.

Он схватил флешки и по очереди вставлял их в ПК на наруче, быстро пролистывая содержимое и меняя одну за другой.

Вот она. Вся грязь Бишопа. Назвать его сволочью – это ласково погладить по головке. Подпольное спонсирование, незаконный сбыт, контрабанда. Убийства, перечень улик, фотографии жертв. А это что? Документы лабораторий с экспериментами над людьми. Его подпись мелькает в каждой строке. Отлично. Теперь он на крючке.

Скопировав содержимое флешек, Тиамат вынул их и вернул в сейф, закрыв его. Подошёл к шкафу с напитками, открыл, поставил бутылку в вертикальное положение – раздался щелчок у стола. Закрыл шкаф и направился к выходу.

Прижавшись к двери, он взглянул на наручный ПК, сделал пару движений по экрану – включилась пожарная тревога. Достал из пояса маленькое устройство, зафиксировал на замке двери – на нём загорелся зелёный свет.

Отлично. Сейчас охрана разбежится, и я беспрепятственно покину здание. Камеры зациклены. Дверь не считает, что её открывали. И никто не догадается, что здесь кто-то побывал.

Приоткрыв дверь, он выглянул – этаж пуст, везде горели красные огни и звенела сирена. Выйдя, он вытащил устройство и закрыл дверь. Оторвался от неё и рванул к лестнице. Обегая этаж за этажом, добрался до начальной точки. Выскочил наружу, вытащил устройства – стекло вновь появилось, проход исчез.

Он оторвался от стены, раскинул руки и устремился в неоновую бездну, отдаваясь свободному падению.

Трос. Зацеп. Пролетел вдоль небоскрёба. Отцеп. Взмыл, делая акробатический переворот назад. Трос. Зацеп. Маятником пролетел над дорогой. Отцеп. Приземлился, перекатившись по крыше. Встал и пошёл спокойным шагом.

Дело сделано. Небольшая пробежка до здания A.O.E. – и можно будет…

Удар.

Тиамата отбросило в трубу, пробивая её насквозь. Он свалился, перекатился, ударился о стену. Схватившись за голову, рывком поднялся, упираясь о стену. Огляделся. Никого.

Пантера? Нет. Она слишком напугана, чтобы соваться во второй раз. Вдобавок я покрыт керосином – даже если сунется, вряд ли найдёт. Тогда кто?

Он рванул к краю крыши, прыгнул, раскинул руки, словно птица, перелетая шумный дорожный поток. Перекатившись, приземлился на соседнюю крышу, рванул вперёд. Резко развернулся, остановился и устремил взгляд на ту крышу, где его ударили, медленно отступая, пытаясь хоть что-то увидеть.

Сделав ещё шаг назад, он на что-то упёрся. Обернулся – глаза под маской расширились, и он резко отпрыгнул.

Перед ним стоял высокий мужчина. Платиновые волосы, зачёсанные назад, квадратная челюсть, спокойные голубые глаза. Тёмно-синий облегающий костюм с серебряными вставками и голубыми неоновыми линиями, лёгкий красный плащ через плечо. На груди – серебряная буква «А». Он стоял неподвижно, и город внизу казался просто фоном.

Альфа. Сука. Блять. Способности: рентген, лазеры из глаз, сверхсила, сверхслух, непробиваемая кожа, полёт. Одним словом – бог.

Тиамат вынул фиолетовый шарик и швырнул в него. Альфа даже не шелохнулся. Шар лопнул, выпуская фиолетовый дым. Тиамат рванул в сторону, перепрыгнул препятствие, пробежал пару метров – но на пути возник Альфа с вытянутой рукой. Тиамат не успел среагировать – Альфа схватил его за горло, приподнимая над землёй. Тиамат удерживался на его руке, выпуская короткие выдохи.

Вот это хватка. Рука словно камень. Одно его движение – и я труп. Не выбраться.

Вместе с Тиаматом он взмыл вверх. Крыша отдалялась, становясь всё меньше и меньше. Уже был виден целый район, а после – весь Токио.

Оказавшись выше облаков, они перестали набирать высоту и зависли в воздухе. Тиамат с трудом дышал, выдыхая пар, и держался за руку Альфы, сжимавшую его шею.

– Так это ты тот самый вор Тиамат? – спокойно сказал Альфа. – Любопытно. Я не могу посмотреть сквозь твою маску. Из чего она?

– Как будто… – задыхаясь, выдавил Тиамат, – если скажу… это что-то изменит.

– Странное ты создание, вор, – ухмыльнулся Альфа. – Вроде бы слабак, а проблем больше, чем от ядерной бомбы.

– Ты… преувеличиваешь.

– Возможно, – нахмурился Альфа и слегка сжал ладонь на шее Тиамата. – Однако тот факт, что мне приходится тратить время на какого-то вора, очень раздражает.

Тиамат чувствовал, как рука сдавила его шею. Он пытался дышать, но с трудом втягивал воздух, не в силах сказать ни слова.

– Хотя… ты не какой-то вор, – заявил Альфа, слегка разжимая ладонь. – Проник в «Одиссей», нейтрализовал Пружину – дважды. Сражался с Амазонкой на равных и не только пережил встречу, но и умудрился вырваться из её цепких рук. Одни эти достижения ставят тебя на голову выше любого профессионального вора.

– Извини… – выдавил Тиамат, пытаясь дышать. – Автографы… не даю.

– Даже сейчас, – ухмыльнулся Альфа, – находясь в моих руках и в десяти километрах над землёй, в тебе нет ни капли страха.

– Обязательно… – выдавил Тиамат, пытаясь вырваться из ладони, – добавлю в свой список… боязнь нудных оценок.

Альфа нахмурился, подкинул Тиамата вверх. Тот, трепыхаясь, крутанулся в воздухе и полетел обратно. Альфа перехватил его за руки и поднял на уровень своего взгляда.

– Тогда не буду ходить вокруг да около, – хмуро заявил Альфа, отражаясь в его линзах. – Я знаю, что ты делаешь.

– Тогда ты… – откашлялся Тиамат, вдыхая полной грудью, – знаешь, что я не остановлюсь.

– Наоборот, – ухмыльнулся Альфа, наклоняя голову. – Хочу, чтобы ты продолжал.

– Да? И какая же тебе от этого выгода?

– Тебе ли не всё равно? – усмехнулся Альфа. – Ты в любом случае сделаешь свою работу.

Тиамат посмотрел вниз. Под ногами пролетали облака, и внизу виднелся неоновый Токио, напоминающий ночное небо. Он вернул взгляд на Альфу.

– Не переживай, – заявил Альфа. – Пока мы не закончим, я не отпущу.

– Жаль, – усмехнулся Тиамат. – А я уже начал привыкать к местному пейзажу.

– Дерзишь, – ухмыльнувшись, подметил Альфа. – Это даже забавно. Мало векторов, которые вообще смогли бы мне перечить. Ещё меньше тех, кто смог бы хамить, и лишь единицы могут говорить со мной свысока. А ты… даже не мод, однако разговариваешь так, будто не я тебя держу, а ты меня.

Альфа рассмеялся. Тиамат не дёрнулся, смотрел на него своими линзами и не проронил ни слова.

– Ладно, – отсмеявшись, выдавил Альфа. – Рассмешил.

– Ты сюда не для смеха прилетел, – заявил Тиамат, и ухмылка слетела с лица Альфы. – Ты не просто так хочешь, чтобы я продолжал. Тебе не нравится твоя команда, и ты хочешь её заменить. Но как это сделать? И тут появляюсь я. Тот, кто выходит в эфир и показывает истинное лицо героев. Да, тебе это на руку. Вот только с чего ты решил, что мои трансляции не коснутся тебя?

– Как раз для этого я и здесь, – хмуро заявил Альфа, и кончики его губ дёрнулись. – Если ты хоть слово скажешь про меня в своих трансляциях… мир увидит неудержимую силу, которая сравняет его с землёй. И никто не сможет меня остановить.

– Нет ничего неостановимого! – заявил Тиамат. – Даже неудержимую силу можно погасить.

– Хоть ты и говоришь так, – ухмыльнулся Альфа, – но я слышу твоё сердце. Ты не хочешь это проверять.

– Пока… не хочу.

– Такой ответ меня устраивает… Пока.

Ладони Альфы сжали кисти Тиамата. Послышался треск, хруст – но ломались не кости, а наручи. Тиамат зашипел, будто его кисти сжимали змеи с огромной силой.

– Я думаю, мы друг друга услышали, – слегка ослабляя захват, заявил Альфа. – Тебе же лучше, если я буду любимчиком мира, нежели врагом человечества. – На его лице расплылась улыбка. – Теперь мне интересно, как ты летаешь.

Он разжал ладони, закинул руки за спину и наблюдал, как Тиамат стремительно летит вниз.

Тиамат перевернулся, выравниваясь. Холодный поток бил в лицо. Он прижал руки к телу и резко развёл их, раскрывая дельтаплан – и взмыл, паря в потоке.

Два лазера пронзили дельтаплан – ткань вспыхнула и мгновенно сгорела. Тиамат снова сорвался вниз, потеряв опору.

Чёрт. Варианты выжить стремятся к нулю. Альфа сделает всё, чтобы посадка не была мягкой. Нет уж. Становиться одной из его жертв я не планирую.

Крутясь в воздухе, он выхватил белый шарик из пояса. Выровнялся, расправив руки и ноги. Резко повернулся и метнул шарик вверх, в сторону Альфы, прикрывая рукой линзы. Вспышка, звон – Альфа зажмурился, отвёл взгляд и прикрылся рукой.

Тиамат развернулся к земле, прижал руки и ноги к телу и стремительно полетел в сторону.

В воду – разобьюсь. До парков с батутами не долечу.

Прозвучал звук приближающегося самолёта. Тиамат оглянулся – под ним летел пассажирский лайнер, готовившийся к посадке в аэропорту.

Будет больно.

Он устремился к приземляющемуся лайнеру. С каждой секундой он становился ближе к корпусу, вертля в разные стороны, стараясь выровняться.

Угол верный. Скорость самолёта чуть больше. Болезненная посадка неизбежна. Травмы минимальные.

Подлетев к корпусу, он столкнулся с носом. Ударился о крышу, стремительно перекатился к хвосту, хватаясь руками за корпус – прилипал, но отцеплялся и летел дальше. Минуя крылья, оказался на хвосте.

Он вытянул трос, схватил наконечник. На очередном перекате с шипением вонзил остриё в корпус – и сорвался с него. Трос вытягивался из сломанных наручей, он намотал его вокруг запястья. Дёрнуло – и он, словно воздушный змей, летел за самолётом.

Карабкаясь по тросу, он преодолевал сильные потоки ветра. Хват за хватом приближался к корпусу лайнера.

Добравшись до хвоста, он вытянул ладонь и коснулся корпуса. Почувствовав, что прилип, подтянул другую руку – она тоже зафиксировалась. Подтянул ноги, сопротивляясь сильному потоку, закрепился на корпусе и прижался к нему всем телом, уменьшая сопротивление ветра.

Самолёт выдвинул шасси, пошёл на снижение и с толчком приземлился на освещённый асфальт. Тиамата слегка дёрнуло при посадке, но он удерживался на движущемся лайнере. После полной остановки он отцепился от корпуса и повалился на крышу, развалив руки и ноги по сторонам.

Сотрясение. Два-три сломанных ребра. Вывих плеча. И пара десятков ушибов. В целом – жив. И этого достаточно.

Он взглянул в ночное небо. Силуэт Альфы мелькнул в нём – они будто встретились взглядами. Затем Альфа с резким громовым хлопком исчез из поля зрения.

Садистский ублюдок. Мог меня убить, но решил поиздеваться. Уж лучше бы убил.

Тиамат перекатился на бок, взглянул на взлётную площадку. К самолёту подвигался телетрап. Он дождался стыковки, хватаясь за бок, встал и, пробежав по трапу, с трудом вскарабкался на крышу аэропорта. Рванул к ближайшей вентиляционной шахте и укрылся за ней. Выглянул – камеры.

Тросов нет. ПК сломан. Взломать удалённо не выйдет. Придётся по старинке.

Присев, он передвигался в такт движению камер. Находя слепые зоны, вставал в них. Дождавшись нового движения, перемещался и искал новые слепые зоны. Медленно, но верно он преодолел участок с камерами и вышел на другую сторону крыши.

Найдя пожарную лестницу, он рванул к ней, схватился и проскользил вниз. Затаился в тёмном углу, высматривая людей. Перед его взором встал человек в кепке, уткнувшийся в телефон.

Он подкрался к нему сзади, схватил за рот и втащил в тёмный угол. Удар в шею – вырубил. Снял с него кепку, снял свою маску и надел кепку, прикрывая козырьком глаза. Отошёл и прижался к краю стены.

Из аэропорта вышла толпа людей с парящими рюкзаками и направилась к его укрытию. Он застегнул куртку, засунул руки в карманы и, дождавшись толпы, втиснулся в неё, смешавшись с ней.

Люди направлялись к автобусу. Тау вывернул от них и пошёл пешком, покидая территорию аэропорта. Пройдя через пропускной пункт, он оказался в городе. Огляделся, придерживая козырёк, и приметил тёмный переулок с мусорным баком. При свете неона он рванул к нему. Подбежал к баку, выкинул кепку и натянул маску с линзами.

Прижался к стене и выглянул из переулка. Неподалёку стояло такси. Оторвавшись от стены, он выпрямился и как ни в чём не бывало вышел, спокойным шагом добравшись до автомобиля. Открыл дверцу и сел как обычный пассажир.

Таксист оторвал взгляд от лобового стекла, мельком посмотрел в зеркало заднего вида. Расширив глаза от увиденного, он не мог оторваться от зеркала.

– Добрый вечер, – сказал Тиамат, светя линзами в зеркало таксиста.

– Эм… – проморгавшись, промямлил таксист. – Добрый.

– Будьте так любезны, отвезите меня в «Олимп».

– Э-э-э, д-да… – запнувшись, ответил таксист, переводя взгляд на дорогу и хватаясь за руль. – Конечно.

Такси тронулось, и они выехали на автомагистраль. За окном проплывали неоновые вывески, огни высоток, редкие силуэты пешеходов. В салоне было тихо – только шум шин и гул города вдали. Таксист всю поездку поглядывал в зеркало заднего вида на Тиамата, который молча уставился в окно.

– Классный костюм, – слегка улыбаясь, выдавил таксист.

– Спасибо, – отрываясь от окна, сказал Тиамат.

– Где купили?

– Эм… сам сшил.

– Наверное, косплеите кого-то, – поинтересовался таксист, поворачивая руль.

– Да, – кивнул Тиамат, потирая шею. – Парня с трансляции.

– И не страшно вам? – наблюдая за дорогой, спросил таксист. – Вас могут принять за него.

– Есть немного… Но решил выделиться на вечеринке. Не хотел одеваться как все.

– И как? Выделились?

– Ещё как, – выдохнул Тиамат и указал пальцем на линзы. – Почему, по-вашему, я в маске?

– Оу, – скривился таксист. – Сильно побили?

– Ну прилично, – шепнул Тиамат. – Думаю, завтра всё будет болеть.

Такси доехало до улицы Тау. Из окна уже виднелся дом.

– Остановите тут, – заявил Тиамат, указывая на остановку.

Таксист тут же нажал на тормоз, и автомобиль остановился чуть дальше автобусной остановки, возле фонарного столба.

– Что случилось, сэр? – спросил таксист, разворачиваясь к нему.

– Вам надо поспать.

– Да нет, я ещё…

Точечный удар в шею.

Таксист провалился на руль, прикрыв глаза. Тиамат вылез из такси, хватаясь за бока, рванул к своему дому и, пробегая вдоль стены, забежал за здание.

Прыгнул на стену, прилип, пополз до самого окна. Взобрался в него и рухнул на пол. Поднялся, закрыл окно, снял маску и упёрся лбом об стену.

Чёрт. Всё на ходу. Альфа опаснее всех, кого я встречал. Против него ни один мой трюк не сработает. Успокаивает только одно: пока я не лью на него грязь, всё хорошо. Однако это получается, что я играю по его правилам. Но выбора нет. Придёшь ему подыгрывать, пока не придумаю способ одолеть его.

Он оторвался от стены, снял всё и убрал в потайной отсек. Закрыл его, подошёл к кровати и рухнул на неё. Тело гудело, но он закрыл глаза – и тишина, наконец, стала тишиной.

В любом случае я получил то, за чем выходил. Остальное подождёт.

–

Сильва, в костюме Молнии, вернулась домой после патруля у здания A.O.E. В прихожей было тихо, как всегда. Она прошла в комнату – тактические карты на стене, старые фотографии на столике, прикрытое шторами окно. Взгляд на мгновение задержался на мягкой игрушке на подушке. Затем она проследовала в ванную, сняла костюм, быстро приняла душ, не намочив волосы, и надела свою футболку с мишкой и короткие шорты.

Выйдя из ванной, она схватила телефон и рухнула на кровать. Погружаясь лицом в подушку, коротко крикнула в неё.

Оторвавшись, потянулась к тумбочке, хватая зарядное устройство – собиралась поставить телефон на зарядку. Вдруг телефон завибрировал. Она включила экран и увидела непрочитанное сообщение от Тифф.

Удивившись, она убрала телефон от тумбочки и перевернулась на спину. Укладываясь поудобнее, открыла чат.

Тифф: Привет.

Сильва: Привет, а ты чего так поздно? Я думала, ты уже спишь.

Тифф: Да после этих ночных вылазок уже привыкла ложиться поздно. Да и решила узнать, как прошёл патруль.

Сильва: Не очень… Покружили возле здания A.O.E. пол ночи, поймали пару мелких нарушителей, но Тиамат так и не появился. Мы опять ошиблись. Правда, под конец Грей подумал о пентхаусе директора A.O.E., но нас туда не пустили – и уверяли, что кроме проблем со светом ничего не произошло.

Тифф: Значит, Тиамат сегодня не выходил?

Сильва: Если даже и выходил, мы точно сейчас об этом не узнаем.

Тифф: Понятно… Слушай, Силь, ты не злишься, что я не пошла?

Сильва: Ну, если честно, была немного раздражена, а затем как-то отлегло, вспомнив, через что ты прошла. Правда, я бы и сама сегодня не выходила…

Тифф: Тоже терзают сомнения по поводу этого всего?

Сильва: Не знаю… Такое чувство, что я пытаюсь удержаться на обломках того, что всегда знала, но эти обломки рушатся один за другим.

Тифф: Понимаю… Может, поговорим о чём-то более понятном?

Сильва: В смысле?

Тифф: Ну, как девочки. Понимаешь, о моде, о знаменитостях… О парнях.

Сильва: Эм… Я думала, ты на эти темы с Каином разговариваешь, а не со мной. Да и в последний раз мы с тобой так болтали на первом курсе.

Тифф: Знаю. Но есть темы, которые с Каином я не смогу обсудить.

Сильва: Звучит так, будто тебе нужна подружка на час.

Тифф: Неправда! Просто ты всегда такая… ну, лидерша, и как-то само всё произошло…

Сильва: Ладно, мне и вправду не мешало бы переключиться на что-нибудь… девичье. О чём ты хочешь поговорить?

Тифф: Нуууууу… как у тебя дела на личном?

Сильва: Неудачное начало.

Тифф: Почему?

Сильва: Просто сейчас не хочу об этом думать.

Тифф: Ну ладно.

Сильва: Эм… а у тебя как?

Тифф: У меня? Да как всегда, никого достойного. Так одни лузеры.

Сильва: Я слышала, что ты с Тау на свидание была.

Тифф: Кто тебе сказал? Каин? Сэм? Хотя Каин бы не стал… или стал.

Сильва: Даже через сообщения вижу, что ты нервничаешь.

Тифф: Так заметно?

Сильва: Очень. Но это твой большой плюс.

Тифф: Паниковать?

Сильва: Нет, неумение врать.

Тифф: Блин…

Сильва: Ладно, рассказывай, мне уже интересно. Что Тау такого сделал, что ты прям нервно набираешь сообщения?

Тифф: Да на самом деле… ничего такого.

Сильва: Хочешь сказать, он не отвёл тебя в шикарное место, не угостил вкусняшками и даже не надарил подарков? Не верю.

Тифф: Это прозвучит смешно, но да. Ничего из этого не было. Просто прогулка в парке.

Сильва: Ты не заболела случайно?

Тифф: Не знаю, похоже?

Сильва: Ага, все симптомы влюблённости.

Тифф: Да нет! Он же базовый, а я вектор и…

Сильва: Так серьёзно, что он такого сделал, что ты даже не можешь нормально оправдаться?

Тифф: Сказал правду…

Сильва: Что? Какую правду?

Тифф: Обо мне… Если честно, я пыталась его… ну, исключить из нашей группы.

Сильва: Ты что?

Тифф: Но потом всё изменилось. Не знаю. Но он сказал такое… кто бы, наверно, никто бы не сказал. Не знаю. Короче, он меня выбесил, и я ему руку просунула в грудь.

Сильва: Что…?

Тифф: Но потом мы поговорили на лавочке, и оказалось, что он вроде бы ничего так.

Сильва смотрела на экран телефона, вылупив глаза. Потом нахмурилась, повертела головой и продолжила чатиться.

Сильва: Я правильно понимаю: ты пыталась исключить Тау, но что-то пошло не так, он там тебе сказал какую-то правду о тебе, и ты, разозлившись, сунула ему руку в грудь. И после этого вы поговорили как ни в чём не бывало?

Тифф: Ага. Честно говоря, не ожидала, что базик по типу Тау скажет что-то такое.

Сильва: Ладно, сделаю вид, что я этого не видела. Главное, что всё обошлось.

Тифф: Ну, Сильва… Мы сейчас общаемся как подружки, выключи своего внутреннего лидера.

Сильва: Это не так просто, учитывая, что ты делаешь.

Тифф: Обещаю, больше не буду, честно!

Сильва: Ладно. Поверю.

Тифф: Теперь ты давай.

Сильва: Я?

Тифф: Ну, я же рассказала, что мне нравится Тау. Теперь для справедливости скажи и ты – кто тебе нравится.

Сильва: Я же говорила…

Тифф: Так не честно!

Сильва: Ладно, ладно… Дай минутку.

Тифф: Минуту? Я думала, ты Грея назовёшь.

Сильва: С Греем всё… сложно.

Тифф: Ну не знаю. Если тебе кто-то нравится, ты сразу это чувствуешь, а если нет… ну, тоже чувствуешь.

Сильва: Тут не всё просто. Грей… он слишком… зацикленный. И меня это отталкивает.

Тифф: И на чём же он зацикленный? На тебе?

Сильва: А на ком же ещё… Хотя в последнее время он даже не лезет.

Тифф: Так ты сама его в угол поставила и расставила границы.

Сильва: Знаю, но обычно на следующий день всё повторялось, а сейчас… как будто остыл.

Тифф: Тебя это беспокоит?

Сильва: Отчасти.

Тифф: Значит, он тебе не безразличен.

Сильва: Возможно… Если он не зациклился на чём-то другом.

Тифф: Ну понятно. Спасибо, Сильва, хорошо пообщались, но я уже зеваю.

Сильва: Я тоже. И знаешь, надо почаще так делать.

Тифф: Я же говорила!

Сильва: Да-да, знаю.

Тифф: Скажи это!

Сильва: Ладно… Тифф – молодец.

Тифф: Даааа. Ну и Сильва тоже молодец.

Сильва: Ахахах. Ну, возможно.

Тифф: Не будь самокритичной.

Сильва: Не буду.

Тифф: Умничка. Тогда со спокойной душой желаю тебе сладких снов и чтобы приснились твои мишки.

Сильва: Не говори так, это смущает.

Тифф: Ой, не замарачивайся.

Сильва: Ладно, и тебе тогда сладких снов и чтобы тебе приснился Тау.

Тифф: Так нечестно!

Сильва: Честно-честно.

Усмехаясь, Сильва выключила телефон, поставила на зарядку и с улыбкой на лице прижала мишку к груди. Закрывая глаза, она погружалась в сон, забыв о всех переживаниях.