Текст книги "Ангел (СИ)"

Автор книги: Ла Рок

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 30 страниц)

Что за ерунда? Фига себе… Снова смотрю вниз и не верю происходящему под эстакадой.

Огромный зверь с чёрными полосами на белом меху мечется по узкому бетонному мешку. Изумрудный взгляд грозно смотрит вверх. Дикий зверь снова громогласно рыкнул и грациозно изогнулся.

Бенгальский тигр прыгает на почти отвесную стену, скребя огромными когтями по бетону, но соскальзывает назад, не достигнув ячеистой сетки. Ярость прыжка заставила отпрыгнуть в стороны заголосившую публику. Хищный зверь грациозно выгнулся, поднялся на крупные лапы и снова заметался по замкнутому пространству.

Расширив глаза, я смотрю на невинное существо, в одиночестве противостоящее всему миру…

– Опа, нежданчик… – вырвалось тихо.

– Я не твой оппа… – смутился парень рядом, краснея щеками.

Ну это-то понятно, я тоже наблюдаю очкарика в коричневом пальто впервые. Всякие «оппы» и даром не нужны!

– Тигры водятся разве здесь? – глупый вопрос удержать не получилось.

– Больше полувека как нет! – уверенно воскликнул парень. – Наша семья проезжала мимо, когда эта зверюга выпрыгнула прямо на дорогу!

– Хо… – неверяще хмыкнув, пожимаю плечами. Что за чушь?

– Правду говорю! Смотри, оттуда вылезла! – просунутый в ячейку палец указал на проход между бетонными блоками, делящими десять полос автострады поровну. – Уже долго внизу бесится! Скоро прыгнет на один из проезжающих автомобилей, – запальчиво объясняет парень, – тогда на ошмётки размажет!

Пальцы уцепились за ячеистую сетку. Тянусь ввысь, упираясь носками кед.

– Йа! Чего творишь! – выкрикнул парень и схватил за ногу: – Мичин!

Толкаюсь подошвой от макушки кровожадной «оппы» и лезу выше, переваливаясь через круглую трубу по верху ограждения. Быстрый спуск по внешней стороне много времени не занимает. Носки кед скребут шершавый бетон, пока я удерживаю сетку.

– Арривидерчи! – ухмыляюсь в распахнутые от ужаса глаза парня.

Охи и ахи звучат сверху, а кеды скрипят по крутому наклону. Мягко приземлившись, я подгибаю коленки, погасив высоту прыжка.

Никакой дороги назад! Ловушку дождевого коллектора окружили бетонные стены. Полоса автострады мелькает автомобилями справа.

– Р-ра-а-у-р! – рычит близкий зверь, оскалив страшную пасть.

Дикому хищнику не по нраву покушение на личное пространство и он показывает клыки. Зубья каких-то слишком внушительных размеров! Да и сам тигр вблизи гораздо больше! Полосатый выше метра в холке, вид настолько опасен, что создает ощущение нависающей пасти, готовой сразу разодрать.

Ч-что теперь… Раньше надо было думать! Мозги набекрень…

Осторожно поднимаю дрожащую ладошку. Мне страшно и коленки мотыляет… Панику нельзя показывать! Изумрудные глаза расширяет готовность порвать лёгкую добычу. Всё пропало…

– Спокойно. Мы с тобой одной крови…

Звенящие кольца стягивают Фарэры. Сглотнув ком горле, я смотрю в оскал звериной морды с топорщащимися усами. Необычная фраза заставила присмиреть дикого зверя, но всё очень плохо. Краем глаза вижу приближение фуры по автостраде. Акустический удар от большегруза будет громким и опять раззадорит тигра, приведя его в бешенство. Зверь совсем потеряет контроль!

Грузовик достигает пешеходного моста, водитель увидел толпящихся людей и приветствует зрителей, тревожа округу трубным сигналом. Мощный звук оглушительный даже на мосту и его повторяет следующая фура, проносясь сразу за первой.

Дикий зверь застыл в бетонном мешке. Крупный тигр уселся на задние лапы, высоко подняв грозную голову. Тонкая фигурка в тёмной толстовке обнимает хищника, повиснув на мощной шее, словно пытаясь невесомым тельцем задержать несравнимо более тяжёлого зверя. Зрители наверху замерли в изумлении, не веря своим глазам.

Жмусь к мягкой шерсти, запустив пальцы в нежный подшерсток. Мускусный запах щекочет нос, сквозь плотно зажмуренные ресницы. Подшерсток на шее тигра немного влажный. Похоже, за всё время, проведенное в бетонном мешке, тигр устал и почти выбился из сил. Ему тоже очень страшно.

Ослабив хватку, я понемногу открываю глаза. Мокрый язык мазнул по лицу, царапнув тысячей иголок, влажный нос хрипло чихнул и ткнулся в лоб. Раздались выкрики сверху и раздражающий гомон… Слишком шумно, нужно выбираться.

– Потанцуем по автостраде вместе… – тихо предлагаю, смотря в изумрудные глаза, – я веду, ты следуешь…

Тигр согласно ткнулся влажным носом в лоб. Не выпуская из захвата мощную шею, я поднимаюсь на дрожащие коленки. Пять полос вытянулись вдаль, там далёкий поворот, за которым скрылись подъезжающие автомобили…

Но ждать очередное появление страшных фур нельзя. Сейчас или никогда! Нужно прорываться, пока тигр спокойно подчиняется.

Двинулись потихонечку. Замерев на второй полосе, жду пролетающие на огромной скорости автомобили, которые не успевают затормозить, возникая из-за поворота и отчаянно сигналят. Большая кошка стоит рядом на удивление смирно, поджав хвост между ног. Кинься тигр в сторону, нам обоим не жить.

Третья полоса. Летящие по бокам автомобили и сопутствующее везение, что никто не вильнул и не перестроился, снеся живые помехи посреди дороги.

Четвёртая. Пролетающая на расстоянии вытянутой руки смерть практически размазалась быстрым движением. Со зверем пришлось делиться спокойствием и его не хватает, колотя тушку от страха.

Крайняя пятая. Бег на полусогнутых, навстречу опасности, резкий уход в проём между бетонными блоками, пока смерть снова разминулась, проносясь мимо и визжа из широкого прохода.

Хватаю горящие коленки и хрипло дышу, стараясь успокоить бешено молотящее сердце. Тигр выпущен на свободу и ходит вокруг. Большая кошка потерлась боками и отошла в тень у стены, улегшись на бок. Не понимаю что творю и на сгибающихся ногах тащусь следом, неловко разворачиваюсь, почти падая спиной на мягкий бок тяжело дышащего зверя. Тигр совсем не против. Крупная голова фыркнула и устроилась на коленках. Заводное мурлыканье ласкает слух, массируя спину.

Живём. Мы справились…

Минуты текут незаметно, хочу просто сидеть, смотря в пустоту. Напротив мелькают быстрые автомобили. Запрудившие далёкую обочину зрители тыкают телефонами и вытянутыми в нашу сторону руками. Мне всё равно, внутри пустота выжатого лимона.

Крайне восхитительные приключения! По моему так.

– Ядрёна вошь! Эй… Слышишь меня? – спрашивает усатый мужичок, возникая из темноты туннеля.

– Как же это будет… – не дождавшись ответа, говорит невысокий европеец. Он разводит руки в стороны и выкрикивает: – Манка-панага! – затем быстро добавляет, – Ё!

Кавабанга! Етить… Рассматриваю рыжие усы с проседью и лысую черепушку. Какой колоритный персонаж нарисовался! Похож на пузатого гномика, только кирки недостаёт или пивной кружки… Все гномы любят пиво. Наверное.

– Уот таки джинсы щимят… ка? – радует невнятным заклятием гномик.

Что ему там прищемило? На каком языке говорит этот остолоп?! С тигром общается? Может, дрессировщик? Непохож он на укротителя зверей! Больше на забулдыгу из тёмного туннеля.

Зверь поднял тяжелую голову и лениво зевнул. Глазищи зыркнули в сторону гномика, затем крупная голова снова устроилась на коленках. Ничего не понимаю. Или у меня совсем «крыша» поехала…

– Девочка, ты не бойся, Кеша хороший тигр!

Агась… Значит тигра зовут Кеша и гномик его знает. Хоть что-то вменяемое. Всё же гномики, они долбанутые, назвать бенгальского тигра именем попугайчика… Кешечка, ути-пути! Половинку оленя жрать будешь? Или целиком? Конечно, целиком, зверюга.

Запустив пальцы в загривок, ласково почесываю мягкий подшерсток тигра. Утробное мурлыканье заметно усилилось, приятно массируя расслабленную спину. Ка-а-айф!

– Девочка, ты не бойся… – продолжает успокаивать гномик и переходит на личности: – Конченэ… Ну! Скажи… Ты же конченэ?

Зашибись, едрить. Сам он конченый! Обзываться зачем? Похоже, нужно срочно подзаправиться, а то голод начинает жечь пламя злобы. Пора заканчивать этот балаган.

– Нет, не боюсь, – задумчиво отвечаю гномику, – ведь страх убивает разум. Страх есть малая смерть, влекущая за собой полное уничтожение. Я встречу свой страх и приму его. Я позволю ему пройти надо мной и сквозь меня. И когда он пройдет через меня, я обращу свой внутренний взор на его путь и там, где был страх, не останется ничего. Останусь лишь я.

Гномик икнул и уставился, словно откопал огромный алмаз или бриллиантовую кирку. Гномик-тугодум. Что-то у него лицо слишком окривело и усы необычно топорщатся.

– Ты чего, на нашем разговариваешь? – обидчиво поинтересовался гномик. – Почему не используешь местную тарабарщину?

Почему он не добавил: «Так нечестно»? Молча смотрю на гномика. И чего ему сказать? Перейти на местный? Так он же ни в зуб ногой…

– Девочка, ты не бойся… – снова завёл свою шарманку гномик. – Посиди тихонько, а я скоро вернусь!

Резко кивнув лысиной, невысокая фигура развернулась и скрылась в темноте туннеля. Гномик исчез, но обещал вернуться.

Шиза то какая… нажористая…

«Мигалки на палке»

145

(1 декабря 12:44) Склад «Корея Экспресс».

Двойка вновь приступила к работе среди многочисленных экранов. Русский оказался гораздо менее странным, чем предыдущий объект наблюдения. Операторам разведки скучно следить за торговцем оружием, который безвылазно сидит в гостинице.

– Как там наша подопечная? – НимХван сузил глаза, оценивающе смотря на напарника по соседству.

– Сонбэ, какая подопечная? – пробует отвертеться МёнХёк, наивно хлопая ресницами.

– Не прикидывайся, – хмыкнул НимХван, – мощности резервных каналов связи отследить легко, не говоря уже про лишний трафик. Всё таки, ты ещё такой зелёный.

Парень скуксился и застучал по клавишам личного терминала, отправив старшему инфо-пакет. На экране возник интерфейс из нескольких смазанных фотографий. НимХван сразу узнаёт съемку дорожной видеокамеры, оборудованной радаром, на что указывает сводка, рядом с изображением наездницы крупного мотоцикла.

– Хм… – НимХван присмотрелся, щуря глаза. – Одежда похожа, но лицо скрыто и исчезли кольца. Откуда фото?

– Первая автодорога, со стороны Пусана, – уточнил МёнХёк. – Новый рекорд двух колёс на скоростном шоссе, – гордо хвастает парень, словно сам гнал мотоцикл. – Официально! Сонбэ, обратите внимание на данные радара.

– Двести-сорок-четыре… – поперхнулся НимХван. – Откуда у сумасшедшей мотоцикл взялся?! – вскрикнул старый служака, откашливаясь от кофе. – Они запрещены на национальных дорогах!

– Угнала! – весело заявил МёнХёк.

– Чего?! – НимХван смотрит круглыми глазами.

(Тем временем) Автострада «Кёнбу».

Фарэры занимают законное место, встречая незнакомых людей, появившихся из темноты туннеля. Гномик привел компанию из стройной блондинки в джинсовом костюме и высокого здоровяка. Парень одет крайне необычно! Треники и фуфайка, из под которой мазнула светло-синяя тельняшка. Фига себе! Точно «крыша» едет…

– Меня зовут Волкова Елена, «СоюзЦирк», – представилась блондинка на певучем корейском, – у тебя всё хорошо?

Три пары внимательных глаз изучают тушку, возлежащую на огромном тигре у стены. Интересненько… А как выглядит хорошо, по их мнению?

– Девочка шпрехает по-русски на загляденье, – ябедничает гномик.

– Похожа на местную, – прогудел здоровяк.

– Сан Саныч, может, показалось, – тихо уточнила Елена и добавляет более громко: – Не бойся, Кеша добрый и не обидит.

– Кеша добрый и не обидит…

Попугаем повторив слова Елены, я глупо улыбаюсь.

– Однако Кешу сегодня не покормили и он голодный, – ласково информирует Елена, – ты не против, если Кеша пойдет домой, где его ждет вкусный обед?

Горестно вздыхаю и шмыгаю носом. Какой же Кеша везучий. Тигр приподнял голову и облизнулся. Агась… Котяра знает о чём речь и встрепенулся после упоминания вкусной еды.

– Тебя тоже приглашаю к нашему столу, – улыбнулась Елена.

Тигр повернул голову и спрашивает изумрудными глазами: «Согласимся принять вкусную трапезу?». Почему бы и нет! Обнимаю мощную шею и провожу ладошкой, почесывая покатый лоб и прохладный нос. Почему бы нам не подзаправиться!

Оттолкнувшись от стены, я выпрямляю шаткие коленки. Тигр гибко поднялся и самостоятельно потрусил в темноту. Гномик хмыкнул в рыжие усы и поспешил следом.

– Я скоро, – хрипло обещаю оставшейся парочке.

Правую ногу подкашивает, заставив опереться на стену. Тушка дышит с трудом. Чёт тяжко мне… Стоит немного отдохнуть.

– Бору, возьми девушку на руки и за нами, – сказала Елена.

– Не-не… – кручу головой.

Здоровяк легко подбил ноги и осторожно подхватил тушку. Ему потребовалось лишь слитное движение. Интересненько… Меня никогда не носили на руках… Приятного мало.

– Малая… – Бору ухмыльнулся в светлую бороду, – Можешь меня тоже за шею обнять, разрешаю!

Агась, разогнался, сам себя обнимай! Кривлю лицо и складываю руки в замок, обхватив собственные плечи.

– Ты настоящая вообще, – хмыкнул Бору, – совсем ничего не весишь…

– Более чем… – фыркаю в сторону.

Короткий туннель закончился паркингом. Оказывается тут и такое есть. Пространство с жестяной крышей занимает стоянка большегрузов, чуть ближе зона отдыха. Именно туда устремился здоровяк, несущий на руках.

Достигнув деревянного стола, меня осторожно усадили на скамейку. Бору отошёл, присев напротив. Неловкая ситуация созреть не успела, Елена в компании курчавого парня с внимательными глазами вернулась практически сразу. Они принесли серебристую кастрюлю и небольшой бидон. Всё добро приземлилось во главе стола, под бренчание жестяных мисок с кружками.

Внимательный парень устроился сбоку от здоровяка, придвинув к себе кастрюлю. Елена присела справа, легко скрываясь в слепой зоне. Красивая блондинка расположилась очень близко. Она пахнет луговыми травами с морозным ароматом еловых иголок.

– Шефство над кастрюлей взял Демон, – тихо представила Елена. – Бору ты уже знаешь…

– Ангел, – спокойно отвечаю на невысказанный вопрос.

– Просто Ангел? – усмехнулся в бороду Бору.

– А ты просто Бору, а он просто Демон, – улыбаюсь в ответ.

Демон задумчиво хмыкает и открывает крышку кастрюли, а я выпадаю в осадок от невероятного аромата. Парень накладывает в миску гречневую кашу с мясом и золотистыми кусочками лука. Слюни текут рекой, заставив глотать практически не переставая.

Хочу-хочу-хочу-хочу-хочу!

Бору неуловимо выбросил нож из чехла на поясе. Лезвие любопытное! Симметричная гарда на рукоятке присутствует… Боевое оружие. Плавный взмах бреет краюху ржаного и здоровяк протягивает угощение.

Благодарно киваю, цапнув корочку. Каша с хлебом под закусь! Высший пилотаж…

– Шикарная «вишня», – слетает с губ.

Я дергаю чёлкой, а соседи напряглись и внимательно смотрят. Твою ж… Надо было глупость ляпнуть, поддавшись очередному пробою чужих воспоминаний…

– У нас ягоды только в компоте… – заметила Елена, елейным голосом.

Демон тихо отлип и наливает что-то в жестяные кружки. По цвету и запаху узнаю явный компот.

– Нож, классный нож, – тихо уточняю.

Дай-дай-дай! Взгляд от миски с кашей не оторвать.

Здоровяк ловко перехватывает финку, балансируя лезвие на ногте. Молниеносное движение и сталь заплясала, вращаясь между пальцев широкой ладони.

Классный фокус и удивительная моторика кисти. Аж завидки берут. Но каша важнее…

– С такими ловкими пальцами, только на рояле играть… – слабо улыбаюсь.

– А я и играю, – похвастался Бору, – вернее играл, пока в учебку не загремел…

– Бору, на кухне картошку чистить всё никак не закончат, помог бы… – переключилась на здоровяка Елена. – Или обсудим залёт с фургоном Кеши?

– Тащ кап… – взвился Бору.

– Раз-два, Бору! – приказ Елены пробирает морозом.

Здоровяк подмигнул серым глазом и поднялся из-за стола. Пожав богатырскими плечами, он направился к стоянке многочисленных трейлеров с красочным названием «СоюзЦирк» на бортах.

– Двойную порцию? – предложил Демон.

Часто киваю и встаю с лавки. Парень снова открыл крышку жестяной кастрюли. Вверх устремился пар от каши, а в нос шибает невероятный аромат вкуснятины. Я вижу особо сочный кусочек мяса. Прелесть моя! Давай сюда…

Шлёп! Быстрый выпад прервал атаку моей ложки. Голова гудит, лоб звенит титановой пластиной, а филей встречает поверхность скамейки.

Он чего, совсем берега потерял… Офигел? Как так-то?! Я непонятливо моргаю и поправляю Фарэры, съехавшие после резкого падения.

– Основное правило, не лезть в общую кастрюлю…

Парень важно кивнул и нахмурился, рассматривая согнутую ложку.

– Офигел… – утверждаю злобно, прищурившись на Демона, выпрямляющего ложку об рукав: – Жить надоело?

– Ого… Как же основная заповедь всех добродетелей, – оценивающе хмыкает Демон, – подставить шлепку другую щёку… Ангел?

– В жопу такие заповеди, тронешь меня ещё раз, лицо обглодаю…

Скалюсь в изучающий взгляд. Может и перегибаю палку, но сильные уважают только одно – ответную силу. Видимость силы тоже сойдёт, на время.

– А тощей палец в рот не клади, – весело рассмеялся Демон. – Не дашь себя в обиду… Это по нашему.

Парень не жалея докладывает полную миску дымящейся каши и ненадолго остановился, всматриваясь глазами с затаенной хитринкой. Затем он достаёт из кастрюли тот самый кусочек мяса, ставший неудачной целью и водружает его в качестве вишенки сверху.

– Боюсь-боюсь… – Демон ставит миску напротив. – Настолько острые зубки кормящую длань могут и до локтя отгрызть, – весело балагурит парень, а затем с интересом спрашивает: – Откуда украшения?

– Скорее сожрут с потрохами…

Слабо усмехаюсь во внимательные глаза.

– Не хочешь рассказывать… – тихо замечает Елена из слепой зоны справа.

Отрицательно мотаю головой и начинаю жадно уплетать наваристую кашу. Настолько классную вкуснятину давно случалось отведать.

(Немногим ранее) Пхеньян.

В столице Северной Кореи проходит очередная демонстрация, посвященная культу личности вождя. По широкому плацу центральной площади маршируют бравые войска северного режима, сопровождая грозную технику с красными звёздами на бортах.

Огромные трибуны занимают тысячи сограждан. Громко ревут лозунги, восхваляющие бессменного предводителя, замечательного композитора, написавшего шесть опер за два года, великого писателя, опубликовавшего многотомные философские труды и непревзойденного архитектора, единолично создавшего планы огромных небоскрёбов.

Молодой парень, составляющий компанию вождю, тоже машет полноватой рукой с центральной трибуны, приветствуя сограждан. Он подготовил неожиданный сюрприз и очень хочет произвести впечатление на старшего родственника.

И вот, это время пришло. Множество людей на одной из трибун поднимают в воздух плакаты разных цветов. Гигантское лицо вождя и гордые флаги с гербами нации украсили часть площади.

Однако что-то пошло не по плану. Как и всегда!

Парень таращит глаза, увидев щербатую улыбку уличного бойца на портрете глубокоуважаемого родственника. Случилось непредвиденное! Один маленький, но, как оказалось, крайне важный сегмент картины отсутствует. Не смог посетить трибуну соотечественник, отвечающий за белый зуб на известной многим улыбке.

Членов правящей династии расстреливают редко, но о дальнейшей политической карьере, похоже, стоит позабыть. Решает про себя парень, обтекая потом с мокрого лба и дёргая карманы в поисках носового платка.

«Великий вождь и солнце нации» этим временем машет, приветствуя тысячи почитателей на трибунах с другой стороны. Но затем публичный деятель повернулся, устремив взгляд на свой портрет. Уродливую улыбку заметить сложно… Из-за обильных хлопьев, падающих с ясных небес. Плотный снегопад скрывает пугающую картинку, спасая от неудачного конфуза.

– Портрет… – судорожно кашлянул парень, – видно плохо…

– Не расстраивайся, адыль, – улыбнулся вождь нации своему сыну, – смертным погода неподвластна… – пожилой кореец в очках сопровождает взмахи рукой с центральной трибуны тихим вопросом: – Неужели думаешь, я не знал про твой сюрприз? Я следил за твоим рвением и оценил твою компетентность. Из тебя выйдет хороший вождь.

(Адыль [아들] – Сын.)

Полноватый наследник вождя тянет дрожащую улыбку на широком лице с бритыми висками. Пронесло! Выдыхает про себя парень, вытирая лоб белым платочком.

(Тем временем) Автострада «Кёнбу».

– Кончилась картоха! Вся вышла… – весело восклицает Бору, возвращаясь в зону отдыха.

Басовитый голос здоровяка встревожил уснувшую за столом. Ангел сморило практически сразу, после начисто вылизанной миски и допитого компота. Особа в тёмной толстовке сложила ладошки на столешнице, мило посапывая и часто вздрагивая вихрастой макушкой. Парочка из парня с внимательными глазами и изящной блондинки провела всё это время рядом, тихо попивая компот из жестяных кружек.

– Умеешь ты кайф обломать, братан… – протянул Демон в сторону внезапно замолчавшего Бору.

Здоровяк потупился и смотрит на встревоженную Ангел. Та нахохлилась, словно намокший под дождем воробей на ветке, затем лохматая голова тряхнула короткими волосами, ровняя посадку на скамейке. Необычные ладошки разлетелись в стороны, выполняя по детски громкий зевок с неловким потягиванием спины. Одна рука быстро устремилась к Елене, продолжающей незаметно сидеть рядом, но та с лёгкостью ускользнула гибким движением, даже не пролив содержимое из кружки в руках.

– Благодарности повару, – блаженно улыбается Ангел.

– Бору кашу варил, – хмыкнул Демон.

– И как такого рукастого до сих пор не женили!

Елена поперхнулась компотом.

– Гы-гы… – гогочет весёлый смех Демона.

– Э-э-э… – Бору таращит испуганные глаза.

Особа в тёмной толстовке по-доброму улыбнулась краснеющему здоровяку и поднялась со скамейки. Ладошки расправляют складки заношенной ткани, отряхивая штаны на коленках.

– Спасибо вашему дому, пойдём к другому.

Хриплое заявление обрывает весёлый смех. Парни хмурят брови, и вопросительно смотрят на задумчивую блондинку, которая плавно поднялась со скамейки.

Кивнув чёлкой на прощание, Ангел поправляет чёрные очки и оборачивается к выходу крытого паркинга. Длинные ноги споро вышагивают, оставив необычную троицу за спиной.

– Ангел, постой…

Льдистые глаза блондинки цепко изучают тощую фигурку, которая обернулась и неуверенно переступает кедами.

– Тебя подвезти?

«Вишня»

Впервые «Вишни» засветились в Афганистане. Множество фотографий с той войны свидетельствуют об использовании этих ножей c буквой «Р» на лезвии, напоминающем вишенку. Любых воинов того времени подобными финками не снабжали, больше экипировали «определённые подразделения».

146

(1 декабря 13:30) Автострада «Кёнбу».

Длинный караван разнообразных большегрузов с логотипами «СоюзЦирк» устремился в сторону столицы Республики Корея.

– Волкова, тебе не кажется, что взять с собой новую попутчицу выйдет нам всем боком, – лысеющий мужичок, он же законспирированный «гномик», удерживает баранку руля одного из грузовиков, обращаясь к соседке на пассажирском.

– Сан Саныч, ситуацию нужно было решать, – устало протянула Елена, – оперативная необходимость.

Блондинка отключила спутниковый телефон и выдергивает коннектор из угловатого планшета на коленках. Крупная трубка отброшена на приборку, гремя толстой антенной по мягкому пластику.

– Чего нашлось? – Сан Саныч кивает на планшет.

– Ни-че-го… – Елена нахмурилась. – К нам отношения не имеет. Не местная. Действительное японское гражданство.

– Почему думаешь обратное?

– Сан Саныч, питерский говор только я услышала или мне показалось, – заявила Елена, вытаскивая из кармана пластинку жевательной резинки.

– Дитя иммигрантов из Средней Азии, – предлагает Сан Саныч, – таких здесь полно.

– Затем она узнала финку. Крайне необычно. Частые речевые обороты, свойственные только нам. Бору тоже язык за зубами удержать не смог, подсознательно привык, что его лишь свои понимают.

– Почему не спросила прямо откуда она?

– Спросила! – фыркнула Елена и рассмеялась: – Она вытащила паспорт и заявила: «Япония. У меня и справка есть!».

– Во даёт… – улыбнулся Сан Саныч.

– Интересная, – Елена закинула в рот жвачку и аккуратно сложила обертку в карман. – От нас не убудет подвезти.

Блондинка и пожилой мужичок задумчиво молчат, любуясь рыжим пейзажем с зеленью редких хвойных деревьев на обочине.

– Раз туристка из Японии, – хмыкнул Сан Саныч, – значит способна позаботиться о себе.

– Ну да. Способная… – фыркнула Елена и прикрыла голубые глаза, массируя переносицу: – Прячется за очками и не реагирует на правую полусферу. Следы удушения на шее и гематома на затылке. Настолько голодная, что прикончила двойную порцию каши, словно голодает не первый день. Настолько уставшая, что отрубилась после, не требуя добавки.

– Так плохо? – помрачнел Сан Саныч, хмуро следя за дистанцией от другой фуры каравана. – Обычно на востоке детей балуют.

– Ангел давно не ребёнок, – заметила Елена.

– Оспорим! – ворчит Сан Саныч в усы. – Шестнадцать максимум. Когда увидел голову Кеши на тощих коленках, думал поседею, – мужичок улыбнулся, – вспомнил, что нечем! А потом как зыркнет…

– Вот именно. Отношение, взор, аура… – Елена уперлась макушкой в мягкую стенку высокой кабины и мотнула головой, поправляя толстую косу за спиной. – Пару раз казалось, словно рядом тысяча лиц, сотканных в одного человека.

– Бросай спиритические штучки. Ни к чему они.

– Так точно, – усмехнулась Елена, поднимая планшет.

– К двойке посадила?

– Да, – Елена кивнула, – они разговорят по мягкому.

Сан Саныч хмыкнул, топорща рыжие усы.

– Ангел просилась в клетку с Кешей, – улыбнулась Елена, – сдружились, похоже!

– То-то и оно, – Сан Саныч пригладил усы мозолистой ладонью, – тигр больно спокойно вернулся. Впервые видел, чтобы Кеша так относился к чужим.

– Меня интересует причина, по которой они оказались в техническом туннеле разделительной полосы…

– Думаешь, мы с Кешей сильно засветились?

– Попасть на видео одно, создать крупные неприятности…

– Местные всюду тыкают своими телефонами. Даже по дорогам бродят, в экраны уткнувшись.

– Никто не пострадал, – Елена нахмурилась и задумчиво молчит. – В ином случае, полицейские давно уселись бы нам на шею.

– Что-то вспомнилась мне тирада, которую пигалица задвинула про страх, – усмехнулся Сан Саныч. – Таки сомневаюсь, кто-кого разговорит.

(Тем временем) Автострада «Кёнбу».

Новые знакомые оказались настолько любезными, что предложили прокатить до Сеула с ветерком. Скинув кеды и усевшись по-турецки я нагреваю узкий диванчик в тесном кунге. Рядом овальное окно, из него видно обгоняющие по полосам автомобили. Похоже, сижу на месте Елены, судя по красивым фотографиям с пейзажами и женским романам на полочке.

Светлобородый здоровяк уселся напротив, по хозяйски бросив фуфайку в угол диванчика. Бору остался в зимней тельняшке, закатав рукава на мощных ручищах. Делает вид, что увлеченно читает томик «Трактата учителя Суня», забавно шевеля губами и морща широкий лоб. Китайские иероглифы слабо понятны, но пояснения на обложке раскрывают тему книги.

Худощавый Демон устроился у дальней стенки. Парень аккуратно снял чёрную куртку и повесил её на крючок, рядом с гитарой. Оставшись в серой рубашке, он улегся на диванчике, заложив руки за голову. Внимательные глаза уставились в потолок.

Инструмент на стенке необычный. Вижу семь струн. Хм… Обычно их шесть или четыре…

Каждый диванчик оборудован тряпичной шторкой, способной оградить личное пространство. Но я тут всего лишь пассажир, недолго коротающий время. Неправильно будет пользоваться вещами Елены.

– Значит, ты из Японии, – Бору надоело постигать искусство войны в оригинальном изложении.

– Агась, – смотрю в серые глаза здоровяка, отмечая удивленное моргание.

– И тебя действительно зовут Ангел? – улыбнулся Бору.

– Такое имя досталось, – равнодушно пожимаю плечами, – Бору и Демон тоже клички не совсем обычные.

– Это не клички, – резко сказал Демон, уставившись со своей полки.

– Позывные. Есть разница, – мягко объяснил Бору. – Так у нас повелось, – здоровяк хмыкает в бороду, – если Демону стукнет в голову блажь, обратиться ко мне по имени, могу и не понять…

– Ангел, – Демон резко прерывает объяснения здоровяка, – как такая особенная очутилась здесь? Куда смотрят твои родители?

Парень начинает бочку катить. Обидчивый… Или они специально? Хороший коп, плохой коп. Интересненько.

– Какой смысл говорить о том, чего нет?

– Сирота значит, – кивнул Демон, – а с Кешей как познакомились?

– Ему тоже было одиноко, пришлось составить компанию, – ухмыляюсь в немного вытянутое лицо худощавого парня.

Врать не хочу, даже въедливому Демону. Странно, но сейчас я чувствую себя иначе. Никогда такого не было и вот опять…

– У сирот должен быть заботливый опекун, – мягко намекает Бору.

– Частный детский дом, – спокойно отвечаю.

– В Японии, – уточняет Бору, – там совсем не против твоего путешествия за море?

– Неа…

– Такое себе одиночное плавание в соседнюю страну, – прищурился Демон, – выездное обучение по школьной программе? Экскурсия?

– Экскурсия несколько затянулась, – отмахиваюсь от неприятных вопросов.

– Поня-я-ятно… – задумчиво протянул Демон, лицом выражая обратное.

Частное заведение в Токио действительно есть. После продолжительного лечения именно им пришлось взять под опеку тушку…

– Чего здесь забыла? – Демон оборвал воспоминания резким вопросом.

– Хочу покорить музыкальную сцену.

– Тем более понятно, – усмехнулся Демон, – розовые мечты маленькой девочки!

– Нет. Мне необходимо внимание публики, как лекарство.

– Лекарство от чего, необъятного тщеславия? – хохотнул Демон.

Равнодушно пожимаю плечами и спокойно заявляю сомневающемуся парню: – Еще хочу отомстить.

– Кто-то отнял у тебя мороженку! – насмешками продолжает испытывать терпение Демон. – Ангел, мир полон засранцев. Осознай и смирись.

– Ну да… – смотрю во внимательные глаза, – а знаешь, почему мир полон засранцев?

– Почему? – ухмыльнулся Демон.

– Потому что им это спускают с рук.

Серьёзность заявления гасит ухмылку парня. Внимательные глаза изучают ещё более пристально.

– Кому хочешь отомстить? – созрел напрягшийся Бору.

– Тем, кто хотел меня убить.

– Как же у тебя всё непросто, – Демон недоверчиво покачивает головой.

– Убить… – Бору переварил информацию и оценивающе изучает серыми глазами, – месть не способна доставить полного удовлетворения, – серьёзно утверждает здоровяк.

– Если на тебя организуют покушение… – смотрю в серые глаза. – Оставишь безнаказанным?

– Я то? – усмехнулся Бору. – Кончено, нет. Найду виновных, поломаю, надену украшения из покрышек и сожгу, – без прикрас расписал неприятную картинку здоровяк.

– Фига себе… – Куда меня занесло?! Он же не шутит…

– Сделаю не из удовольствия, – спокойно продолжает Бору, – для устрашения, чтобы другим неповадно было… В твоих словах есть резон, но ты не я. Ты всего лишь маленькая девочка, не понимающая куда лезешь.

– Почему это?

– В девяти случаях из десяти результат будет один, – поспешил просветить Демон, вместо замолчавшего Бору, – покрышка украсит чью-то тощую шею…