![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ayrin-grafinya-iz-bezdny-si-373691.jpg)
Текст книги "Айрин, графиня из Бездны (СИ)"
Автор книги: Izzi Genius
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 25 (всего у книги 28 страниц)
– Да, ваше величество, он бежал. Мне неизвестны детали, и то, насколько удачно прошёл сам побег. Толпа, из рук которой он вырвался, убила солдат, что его охраняли – при этих словах король не сдержал гневного движения – и торговцев. А затем собрала живых и мёртвых, решив выдать их вашему величеству как тех самых преступников. Час назад они вышли из города и направились сюда.
Король молчал, пытаясь справиться с охватившими его чувствами. Он посмотрел на троих стоявших рядом людей, и вдруг заметил, как разительно они отличаются от дворцовых вельмож. Строгий костюм у Лекруа, простая мантия священника и солдатская форма – вместо одежд, украшенных брильянтами и изумрудами. На этих людях даже золота не было видно, лишь серебристая полоса из узоров на служителе. Веласкер вспомнил Велингвара, который тоже избегал украшений, и, совсем уж внезапно, своих детей в выбранных ими костюмах. «Похоже, надо чаще обращать внимание на людей в простой одежде» – подумал король, и посмотрел на шевалье.
– Капитан Редвин, вы проверили эти сведения? Вы ручаетесь за их достоверность?
– Я выслал дозорных в Прайбург, едва услышал сообщение, ваше величество – ответил капитан – Но со служителем Хашем мы знакомы лично, и я не вижу причин не доверять ему.
– Значит, говорите, их пять тысяч? – наконец произнес король.
– Да, ваше величество.
– Хорошо. Капитан, проводите служителя в гостевые комнаты и проследите, чтобы он устроился со всеми удобствами. Потом идите ко мне – я буду в Зале Совета. А вы, господин барон, ступайте за мной.
Капитан Редвин, поклонившись, удалился вместе со священником, а король позвал принцев и велел им возвращаться во дворец.
– Вы знаете этого служителя, барон?
– Да, ваше величество. Это один из тех самых Сумрачных Герцогов, по прозвищу Епископ.
– Невероятно – король посмотрел вслед удаляющимся фигурам – А впрочем, у нас ещё будет время пообщаться. Но как так вышло, что он свободно разгуливает… на свободе?
– Государь, как я сказал, эти Герцоги – зло, но это нужное нам зло. Страже в любом случае нужны такие вот люди, и без веских оснований никого из них не будут задерживать. Они в первую очередь – управители, а уж потом – преступники. Очень часто они делают то же самое, что и чиновники короля. Только чиновники прикрываются именем короля, а эти – собственной силой.
– Ещё немного, и мы начнём платить им жалование – прошептал Веласкер – А ведь никто не имеет права на силу, кроме правителя. Барон, поставьте надёжную охрану у комнаты этого… служителя.
– Слушаюсь, ваше величество.
Зайдя во дворец, король направился в зал, куда спустя время подошли его советники.
– Добрый день, господа – поприветствовал Веласкер собравшихся – Вы уже слышали последние новости? Кажется, пришла пора покончить с этим глупым мятежом раз и навсегда. Какими силами мы располагаем?
– Под моим командованием сейчас находятся двести гвардейцев, ваше величество – ответил Редвин – Гарнизон дворца составляют пятьсот солдат. Ещё есть три сотни городских стражников.
– Немного – заметил граф Уоренгейт – Ваше величество, у меня с собой двадцать человек личной гвардии. Думаю, многие вельможи в Ортенфлоу также созвали своих солдат.
– Нет – покачал головой король – На личную стражу вельмож я полагаться не собираюсь – кроме, конечно же вашей, граф. К тому же, городу нужна защита. Редвин, вы возьмёте королеву и принцев, и с сотней гвардейцев доставите их в Броулин. Корнуел, подготовьте приказ Вортону – в предстоящем сражении нам понадобится вся конница, что у него есть.
– Но может быть – осторожно спросил принц – Следует узнать намерения людей, прежде чем вступать с ними в бой?
Глаза короля грозно сверкнули.
– Всё, что нам нужно знать – это мои намерения.
Глава 25. Королевская резня
Толпа уходила из города. С каждой пройденной улицей, с каждой пересечённой площадью она становилась больше и злее.
– Мы хотим говорить с королём – заявляли те, кто вёл людей – Мы покажем ему истинных бунтовщиков, выдадим их, и заслужим прощение для всего города.
Такие речи привлекали порядочных людей, уже доведённых до отчаяния. Они криками и приветствиями поддерживали каждое заявление, и чем громче звучали их голоса, тем больше людей присоединялись к толпе, веря, что идут для благой цели. К тому же количество играло роль – видя нескончаемый поток, нетрудно было поверить, что в Ортенфлоу идёт весь город.
Другие находили доводы лишь для себя. «Тут множество людей, а Ортенфлоу – богатое место. Наверняка, пока все будут договариваться с королём, человеку смекалистому выпадет прекрасный шанс улучшить своё положение. Кто будет искать меня одного, когда вокруг тысячи? И разве сравнится то, что могу сделать я, с тем, что могут сделать они? Нет, в такой суматохе меня никак не разглядеть». Таких собралось гораздо меньше, чем первых, но настрой у них был куда решительнее.
Наконец, были такие, кто присоединялся молча, и следовал за толпой, ни говоря ни слова. Эти люди выглядели так, что народ держался от них подальше и не задавал вопросов.
Чтобы напрямую выйти к дороге на Ортенфлоу, толпа должна была проследовать на северо-восток, частично повторить маршрут Тайрона и Айрин, пересечь Железный мост и двинуться строго на восток. Кто-то даже предложил наведаться в Ларенберг и потребовать выдать тамошних заключённых. Но возглавлявшие народ решили иначе. Их было семеро, и сходились они лишь в одном – что люди должны прийти к королю и выложить перед ним тех, кого считают виновниками беспорядков. Эти самопровозглашенные вожди видели, кого ведут, но считали, что сила на их стороне, а значит, как бы ни сложился разговор с королём, он окончится в их пользу. Они не были ни генералами, ни даже солдатами. Вознесённые силой народного преклонения, эти лидеры безоговорочно верили во власть толпы сами и заставляли поверить других. Те же люди, что нашёптывали им советы и направляли мысли, никак не выделись из общей массы.
Следуя советам, командующие толпой вывели людей через южные окраины, где собрали богатый урожай из примкнувших оборванцев и отбросов – которые не преследовали вообще никаких целей, а просто стремились оказаться в центре любого события – и лишь затем повернули к дороге. Путь их пролегал через пригородные трущобы, лесопилки, мастерские, построенные вдоль речного берега, через редкие заросли и убранные поля. И наконец, избегнув встречи с заставами и постами, толпа вышла на Королевскую дорогу.
Стоял один из последних тёплых дней уходящей осени. Солнце, заливая всё вокруг светом, уже не давало жара, ветер был прохладный, но не сильный, небо было ясным, без единой тучки – словом, природа сама звала горожан выйти из домов на свежий воздух. Люди радовались погоде и видели в ней ещё один удачный знак для начатого дела. К сожалению, от них было скрыто многое другое.
Они не видели, как барон Кессер, впервые за свою многолетнюю службу, пришёл в настоящую ярость. Массивное дубовое кресло, вот уже невесть сколько веков служившее начальникам Стражи, разлетелось вдребезги от удара об стену. Кессера взбесила не толпа – в конце концов, бунтовщикам свойственно собираться и устраивать на улицах беспорядки. Его разозлила собственная беспомощность. В предрассветный час наемники шевалье Лестера устроили погром в таверне, а когда стража явилась утихомирить их, то затеяли драку. Стражники, доведённые до предела, просто-напросто перебили одиннадцать человек – всех, кто поднял оружие. И наёмники не придумали ничего лучше, как поджечь ближайшее здание Стражи, а затем забаррикадироваться в охраняемом ими доме.
Лестер клялся, что пальцем не пошевельнёт в защиту своих людей, но умолял сохранить его дом. Шевалье Эскил, в свою очередь, просил разрешение сжечь этот дом со всеми, кто там находится. Также пришлось отправить дополнительные силы на те улицы, которые охранялись гвардейцами и наёмниками вельмож. И теперь, когда солдаты Стражи снова были разбросаны по городу, выяснилось, что они просмотрели самую главную угрозу – тысячи вооружённых людей, идущих на королевский дворец.
Придя в себя, Кессер вышел из кабинета, прошёл через перепуганных подчиненных, и, сев за ближайший свободный стол, написал приказ.
– Шевалье Эскилу лично в руки – распорядился он, отдавая бумагу посыльному.
Толпа, шедшая по дороге, насчитывала больше десяти тысяч человек. Растянувшись на целую милю, она на всем своем протяжении являла удивительное разнообразие людей и настроений. Король не слишком ошибся, назвав эту толпу армией – она ею и была, на свой манер. У неё не было артиллерии, конницы, разведки, обоза с обеспечением и много-много другого. Но у неё было достаточно оружия – его имели даже самые робкие участники. За прошедшие дни на улицах появилось множество ружей, мечей, пуль и "взрывников", которые раздавали даром и бесконтрольно, а откуда и для чего – об этом мало кто волновался. И у них было общее стремление – дойти до Ортенфлоу. Так что кто угодно, увидев десять тысяч вооруженных человек, назвал бы их армией, независимо от их настроения и боевых навыков. Для мирного горожанина недели, проведённой с ружьем, слишком мало, чтобы научиться стрелять, но достаточно, чтобы суметь выстрелить. Впрочем, большинству из идущих и в голову не приходило, что им придётся стрелять в солдат короля.
Возможно, они бы поменяли своё мнение, если бы увидели, как королевские гонцы на взмыленных лошадях влетели в ворота лагеря, стоявшего возле Ле-Серв, а через минуту уже входили в палатку к графу Вортону. Гонец подал ему королевский приказ, и командующий, сломав печать, начал читать его.
– Свет Всемогущий! – вырвалось у графа, и он поднял изумлённый взгляд на посланников – Как такое возможно?
Дочитав приказ, граф немедленно отдал соответствующие распоряжения. По всему лагерю загудели трубы. Солдаты хватали ружья и строились в боевые порядки, а лавина конницы через распахнутые ворота вырвалась из лагеря и устремилась к Ортенфлоу.
К тому времени уже наступил третий час дня, и толпа добралась до Пресхейма – одной из деревень, снабжающей Ортенфлоу, и находившуюся на полпути между столицей и дворцом. Здесь её командиры потребовали еду и питьё для десяти тысяч людей. Местные встретили требование возмущёнными криками и взяли в руки оружие, готовые до конца защищать своё добро. Но староста деревни прекрасно видел настроение толпы и распорядился выдать всё незамедлительно, невзирая на протесты. Он посчитал, что накормить тысячи протестующих – приемлемая цена для сохранения жизней.
Каждому дому пришлось отдать всю приготовленную еду, что там имелась. Крестьяне ставили корзины, подносы, тарелки и кувшины прямо на землю, и поспешно отходили в сторону. Где-то сумели организовать правильную раздачу, где-то вспыхнули ссоры. Некоторые из идущих потребовали ещё еды, но и только. Даже худшие из толпы удержались от открытого насилия. Эти люди чувствовали предел, до которого можно было дойти. Они видели, что для настоящего дела ещё не время. К тому же в деревне на каждую женщину, выносившую еду, приходилось двое мужчин, сжимавших оружие.
Вся эта суматоха задержала толпу ещё на час, поэтому Аури, проделав гораздо более дальний путь, к этому времени уже подъезжала в повозке к Ортенфлоу. После недолгой перебранки с солдатами, стоявшими на мосту, те согласились дать знать о ней барону Велингвару. Спустя десять минут барон лично подошёл и забрал девочку. Затем он провел её во дворец и заперся в одной из комнат.
– Рассказывай – велел Велингвар, и Аури начала говорить. Когда она дошла до момента, как взорвала канализацию, чтобы вывести герцога, барон не выдержал и вскочил с кресла.
– А я говорил! – радостно воскликнул он, указывая пальцем на Аури – Бездна меня побери, я ведь им говорил!
– Простите – растерялась Айрин – Что вы говорили?
– Да неважно – махнул рукой барон, успокаиваясь и усаживаясь обратно – Продолжай.
Когда Аури закончила рассказ, Велингвар задумался.
– Мы сделаем вот что – наконец произнёс он – О спасении Йоркдейла и твоём в нём участии пока промолчим – хотя бы до тех пор, пока герцог не явится во дворец. Нам сейчас меньше всего нужно, чтобы король или Лекруа начали тебя допрашивать – Велингвар внимательно вгляделся в лицо девочки – Ты сама как, в порядке?
– Да – ответила Айрин – Только, знаете, ваша светлость, кажется, я стала ещё меньше уважать благородную кровь.
– Действительно, проблема – усмехнулся Велингвар – Но думаю, это ты переживёшь. Тебе бы не мешало переодеться и принять ванну, но сейчас совершенно не до того. Так что оставайся здесь и никуда не выходи. Что бы ни случилось, ясно? Возможно, сегодняшняя ночь покажется тебе… слегка безумной, но ты уж держись. Поняла?
– Да, господин барон. А что должно произойти сегодня ночью?
– Потом, всё потом – махнул рукой барон и вышел из комнаты.
«Хорошенькое дело – подумала Аури, глядя на закрывшуюся дверь – Поесть-то мне хоть принесут?» К её счастью, барон отдал необходимые распоряжения, и через полчаса слуга на подносе принёс обед, который Аури съела без остатка.
К этому времени люди, шедшие в Ортенфлоу, закончили свою трапезу и готовились выдвигаться дальше. Командующим пришло в голову проверить, как обстоят дела с захваченными торговцами. Во-первых, выяснилось, что многие трупы, с энтузиазмом подхваченные с руин Торгового Двора, были брошены по дороге или пришли в совершенно негодное состояние, так как их волокли по земле. В общей сложности удалось собрать тридцать шесть мертвецов, пригодных для выдачи королю. С живыми дела обстояли получше. Из шестидесяти захваченных в плен, сорок два добрались до Пресхейма. Никто уже не разделял торговцев и тех, кого достали из-за решётки. Избитые, раненые, окровавленные – но живые. Толпа потребовала у старосты повозки, нагрузила их телами и пленными и тронулась в путь. Повозок было всего три, тела насыпали неаккуратно, поэтому пленникам поручили следить за тем, чтобы трупы не вываливались на землю.
– Но у нас же связаны руки! – восклицали торговцы.
– Держите их зубами – отвечала им толпа.
Колонна выступила в путь и вновь растянулась по тракту. Всё движение на Королевской дороге застопорилось, всадникам и повозкам приходилась съезжать на обочину и ждать.
Никто не видел, как наблюдатели в лесу, передавая сигнал друг другу, сообщили во дворец, что враг уже близко. Не видели, как король, облачаясь в броню, садится на своего могучего коня, а за его спиной выстраивается сотня гвардейцев. Самые внимательные из толпы могли разглядеть, как позади них в небе вспыхнул сигнальный огонь, давая понять, что отряд занял позиции, но вряд ли они обратили внимание.
Солнце уже скрылось за деревьями, когда передние отряды подошли к Ортенфлоу. Они ожидали, что их встретят патрули, заставы, что придется прибегнуть к угрозам и уговорам, но дорога в город была открыта.
Люди вперемежку с повозками вливались на белоснежные улицы. Некоторые из пришедших тут же сворачивали в стороны и исчезали в городских переулках. Солнце ещё не зашло, его последние лучи освещали город во всём его великолепии. Выросшие на величественных улицах Прайбурга, люди обратили внимание на роскошь, но она не впечатлила их. Во многих вид цветущих дворцов, мраморных площадей и фонтанов из хрусталя и бронзы вызвал глухую зависть и злобу. Места в городе не экономили, улицы были куда как шире столичных, поэтому вся масса людей без проблем растекалась по городу. Передние уже дошли до моста и невольно замедлились перед величием раскинувшегося на той стороне озера дворца. А хвост колонны всё ещё вползал в город.
Вожаков, едущих впереди своего войска, смутила заброшенная застава и отсутствие солдат, но люди, не обращая на это внимания, двинулись по мосту. Это были самые смелые и решительные, готовые не только просить короля, но и требовать. Тех же, кто шёл позади, предстоящая встреча с королём скорее смущала, и они нерешительно топтались на месте. Многих из них пугала пустота и молчание улиц, а также темнота во всех окнах дворца.
Голова колонны дошла до середины моста, когда сзади, на покинутых улицах, стали раздаваться одиночные выстрелы и крики. Передние останавливались, задние оглядывались, в тщетной попытке увидеть, что происходит.
Огромные цветные окна дворца распахнулись разом, как по команде. Люди увидели за каждым из них солдат, целящихся из ружей, а на первом этаже различили пушки при свете подожженных фитилей. Кто-то успел развернуться и побежать, кто-то упал на колени, но большинство людей прозвучавшая команда застала врасплох.
– Огонь!
Дворец содрогнулся. Разом, с земли до самой крыши он окутался вспышками и дымом. Два ядра, со свистом вылетевшие из окон, пронеслись через двор, мост, стоявших людей, расшвыривая их в стороны и в самой гуще взорвались сотней осколков.
Людей охватил ужас. Вопя от страха и боли, те, кто мог двигаться, кинулись обратно в город. Некоторые в панике прыгали с моста в озеро. Уже по всему городу загремели выстрелы, из верхних окон зданий и из-за высоких заборов.
Где-то позади дворца вдруг запела труба, и под её звуки из глубины двора выезжали всадники. Сотня гвардейцев, в своих сверкающих доспехах и с обнаженными клинками, под золотыми знамёнами Митендории, ведомые блестящим рыцарем в чёрной с золотом броне, белым плюмажем на шлеме и огненно-красном плаще за спиной. Несокрушимая сила, готовая обрушиться на врагов короны. Выстроившись безупречными рядами, они по широкой дороге, предназначенной для выезда экипажей, поскакали к мосту, всё быстрее и быстрее. Раздался клич «За короля!» и всадники ворвались на мост, промчались по нему, рубя тех, кто был ещё в состоянии подняться, а кони железом на своих копытах ломали тела и черепа всех, кто лежал, живым или мёртвым. Из верхних окон дворца продолжали греметь выстрелы, и пули настигали тех, кто бежал по улицам и по берегу озера. Люди, потеряв голову от страха, метались по городу в поисках укрытия, оставляя вдоль стен кровавые росчерки.
Вся колонна пришедших рассыпалась, разлетелась по сторонам. Задние, кто только что вошёл в город, охваченные общей паникой, побежали обратно, по дороге и через поля, надеясь укрыться в лесу на горизонте. И тут во дворце снова запела труба, ей ответили справа и слева, и из леса, туда, куда устремилась толпа. Десяток сигнальных ракет разом взлетел в небо, всё вокруг заливая зелёным гнилостным светом. В этом свете беглецы увидели, как из-за деревьев появляются сотни всадников и под звук боевого горна разворачиваются в боевые порядки. Короткий сигнал – и с оружием наголо солдаты понеслись навстречу противнику. Кавалерийская атака – величественное и ужасное зрелище, которое не многим удалось пережить. При виде конной лавины, несущейся прямо на них, неотвратимой и неизбежной, у людей опускались руки и они замирали, парализованные ужасом. Немногие из горожан в свой последний миг нашли в себе силы вскинуть оружие, другие, крича от страха, бежали во все стороны, но большинство покорно принимало свою смерть. Всадники ворвались в толпу, сея смерть и хаос. Ударами в голову убивали тех, кто осмелился противостоять, ударами в спину повергали наземь тех, кто бежал, а застывшие фигуры просто стаптывали конями. И в то время, как в поле началась бойня, на улицах города началась охота. Королевские гвардейцы скакали по улицам и рубили всякого встречного. Из домов вели огонь по всем, кто не носил форму. И тогда люди, движимые инстинктом выживания, начали бороться за свою жизнь, особенно те, кто чего-то стоил. Они увидели, что всадников – мало, что солдаты остались во дворце, а те, что сидят в домах – боятся из них выйти. Пришедшие из Прайбурга, в попытках выжить или хотя бы продать свою жизнь подороже сбивались в стаи и пробивали себе путь. Выбивали двери, перелезали через ограды, а когда на их пути вставали солдаты – поджигали дома и с дикими воплями бросались в бой. Крики и выстрелы раздавались по всему городу, каждый оказался сам за себя. Видя, как по городу стремительно распространяются пожары, а звуки сражений лишь усиливаются, король принял решение.
– Скажите командиру гарнизона оставить сотню солдат для защиты дворца, а остальных пусть выводит в город – приказал он одному из окружавших его гвардейцев, и тот ускакал в сторону дворца – А мы пока займёмся ими – кивнул Веласкер на тех, кто бежал по полям и дорогам прочь из города.
Через несколько минут колонна солдат потекла из дворца через мост в город. Там они разбивались на отряды, и методично, улицу за улицей, дом за домом, очищали город от противника.
Телеги, забытые и брошенные, так и остались стоять перед мостом. Кто-то из всадников в самом начале схватки, проскакав мимо, рубанул сидевшего в них, и остальные попадали на дно, моля Четверых спасти их от творившегося вокруг безумия. Командир гарнизона, разобравшись, кто перед ним, выделил десять солдат на охрану повозок и пленников.
Увлекшись погоней за бегущими, король с гвардейцами вырвались за пределы города. Они остановились уже в поле, когда все, находившиеся в вокруг, были повержены на землю, раненые или мертвые, и Веласкеру пришлось осматриваться в поисках новых целей.
– Славная охота, Уоренгейт! – крикнул король графу, снимая шлем.
– Так точно, ваше величество! – ответил тот, и в голосе его сквозило явное недовольство.
– Что такое, граф?
– Слишком много их бежало за лес, ваше величество. А остальные разбегаются по округе. Посмотрите, государь – граф указал на темные фигуры вдали, бегущие в разные стороны – Да их там сотни!
– Не беда – отозвался король – У нас вся ночь впереди.
Позади них дважды прогудела труба. Сигнал тревоги и опасности.
– Это в городе? – насторожился король.
– Похоже, будто бы на мосту – отозвался граф.
Все замерли, прислушиваясь. В отдалении раздавались звуки сражения, но никто не трубил.
– Возможно, стражи…
Труба снова дважды прогудела. Затем ещё и ещё. Все ясно поняли, откуда идёт звук.
– Свет Всемогущий! – воскликнул один из гвардейцев – Это же во дворце!
Веласкер с такой силой дёрнул поводья, что конь, заржав от боли, встал на дыбы. Едва его копыта коснулись земли, как король вонзил в бока шпоры и поскакал в сторону дворца, увлекая за собой солдат.