![](/files/books/160/oblozhka-knigi-ayrin-grafinya-iz-bezdny-si-373691.jpg)
Текст книги "Айрин, графиня из Бездны (СИ)"
Автор книги: Izzi Genius
Жанр:
Боевая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 28 страниц)
Глава 14. Сумрачный договор
Внутри сидело три человека. Высокая черноволосая женщина с правильными чертами лица, но отталкивающим взглядом, вооруженная длинным мечом и одетая в красивую мужскую одежду. Перед ней не было ни бутылки, ни стакана, и сама она сидела ровно, словно на знатном приёме, а не в трактире.
Напротив неё сидел мужчина среднего телосложения и средней же внешности, спокойный и безразличный, одетый в черную мантию с полосой серебряных рун – очевидно, служитель Церкви Света и Разума. Перед ним стоял небольшой кубок.
Но всё внимание на себя перетягивал третий человек. Он был самым огромным из всех, кого встречала Айрин. Тайрон перед ним был будто школяр перед портовым грузчиком. Громила был одет в кожаную куртку с закатанными по локоть рукавами и штаны из грубых серых нитей с металлическими вставками на коленях. В каждый из его сапог, отделанный металлом и костью, Аури спокойно могла встать двумя ногами. Руки и живот мужчины были покрыты разноцветными татуировками. Серебряные браслеты на его руках больше походили на кандалы. Густые черные волосы были выбриты по бокам и собраны в роскошный хвост. Пояс опоясывало несколько оборотов цепи со звеньями размером с кулак. Цепь оканчивалась металлическим шипастым шаром величиной с две тайроновы головы. Айрин могла поклясться, что ни в жизнь бы его не подняла, но здоровяку шар ничуть не мешал. Лицо было на удивление приятное, для человека таких размеров, а в глазах и вовсе сверкал интеллект. Перед ним на столе стояло несколько бутылок, пустых и полных, а стакан больше напоминал кувшин. Вошедших он встретил громкими аплодисментами.
– Вот это смельчаки! – закричал громила, хлопая в ладоши, при этом раздавались звуки, больше похожие на ружейные выстрелы – Не побоялись заявиться сюда и требовать встречи с самим Мясником! Правда, заручились рекомендациями… это умно. Ну что же, господа… и дама – проходите, присаживайтесь – он указал рукой на соседний с ними стол – Только стол, пожалуй, лишний. Если не трудно, уберите его, в сторону, и садитесь так, прямо, как положено просителям.
– Нам не трудно – ответил Гекхарт и сдвинул стол, а затем выставил вперёд три стула. Получившаяся сцена напомнила Аури кабинет директора, где провинившиеся ученики сидели посреди комнаты под взглядами трёх учителей. Неприятное было чувство.
– Говорите – приказал гигант с цепью, едва гости расселись.
– Меня зовут Раен Гекхарт, я управляющий барона Велингвара. Мои спутники – Тайрон Мишон и Айрин Роу.
– Роу, Роу… – задумчиво протянул здоровяк – Слыхал я об одном Роу, который убил стрыгу. Не твой родственник?
Аури отрицательно покачала головой. У двоих сидевших – женщины и священника – в глазах была тьма, и девочка не горела желанием сообщать о себе подробности. Но Тайрон вдруг удивленно вскрикнул и вытаращился на Аури.
– Погоди… так это что, был отец твой?
Айрин с досадой отвернулась. А татуированный здоровяк расхохотался и хлопнул себя по бокам.
– Вот так номер! Вот так гости! Надеюсь, девочка, ты пошла в отца. Будем знакомы. Я – Джейкоб Питт, по прозвищу Мясник. Это – он развел руки, показывая на соседей – Мои товарищи. Вот эту неприступную красотку зовут Ероза, Погибель Отродий. А вот служитель – Эдмон Хаш, Епископ. Он, правда, не настоящий епископ, но наверняка скоро им станет, а?
– Очень приятно – кивнул управляющий – Мы к вам пришли…
– Погоди! – махнул рукой Джейкоб – Пусть говорит девочка. Хочу послушать, что она скажет. Итак, Роу, зачем вы к нам пришли?
На Айрин пристально смотрели три пары глаз. «Не страшнее, чем стрыга – подумала девочка – И не быстрее, чем мой отец».
– Нашего господина, барона Велингвара, арестовали и посадили в Ледфорд. Мы хотели попросить вас помочь нам его освободить – произнесла Аури.
На этот раз Мясник хохотал так громко, что в дверь даже заглянули с улицы. Он то откидывался на стуле, едва не падая с него, то колотил ладонью по столу, разбивая и опрокидывая бутылки. Осколки и брызги спиртного летели во все стороны, и Ероза отстранилась, брезгливо поморщившись. Хаш за весельем наблюдал с лёгкой улыбкой.
– Это правда? – обратился он к Гекхарту, когда Джейкоб, задохнувшись от смеха, принялся откашливаться.
– Если вкратце, то да – кивнул управляющий – Мы хотим вам предложить воспользоваться беспорядками и атаковать тюрьму.
– Серьёзный шаг – задумчиво обронил Епископ – А нет ли у вас какого-нибудь пустяка – ну, знаете, чтобы мы были уверены в вашем положении.
– Вот – Гекхарт достал из внутреннего кармана бумаги и положил на стол перед Герцогами – Купчая барона на особняк и трактир в Прайбурге.
– Бумаги – презрительно заметила Ероза.
– А ты чего ожидала? – отсмеявшись, спросил Джейкоб – Баронское клеймо на них? Что с бумагами, Хаш? Они в порядке?
Служитель по очереди прочитал все документы и протянул их обратно управляющему.
– Очень похожи на настоящие – кивнул он – Считайте вы доказали, что вы тот, кто есть. Итак, штурм тюрьмы. Вы понимаете, какие последствия это будет иметь?
– Да – кивнул управляющий – Поэтому от лица барона я предлагаю вам защиту от королевского правосудия.
– Вот это уже интересно – не смог сдержать удивления Епископ.
– Нет, каковы благородные, а? – Мясник встал и пошёл к прилавку за новыми бутылками и стаканом – Мы тут сидим, обсуждаем, с какой свалки натащить объедков, а они – раз! – «Будем штурмовать тюрьму!» Вот это я понимаю, размах. Так, а чего сразу не Ларенберг, а? Там-то народу побольше будет? Ах, да, барон же в другом замке сидит.
– Красную Реку не взять – спокойно ответил Раен – Там было четыреста солдат, а сейчас больше тысячи. Там пушки, там высокие стены и глубокие рвы. К тому же она у всех на виду, и как только вы начнете её штурмовать, власти тут же узнают об этом. Да и что вам с той тюрьмы? Только лишь освободить торговцев – и ждать благодарности от Шёлкового Барона.
Мясник усмехнулся.
– Благодарность. Он разве что счёт выставит за попорченную одежду.
– Тем более. Другое дело – Ледфорд. Уверен, там немало ваших лучших людей. А охрана – меньше сотни солдат. Да и находится тюрьма далеко от центра.
– И всё же там тоже есть и стены, и пушки – произнёс Хаш.
– Пушек там и пяти не наберётся, да и те неизвестно, стреляют ли ещё. Стены там пониже и потоньше, а приз – гораздо ценнее.
– Для вас.
– Для всех нас. Только не говорите, что сами никогда не хотели её разрушить.
– Но с чего вы взяли, что нам вообще нужно что-то рушить? – вкрадчиво спросил Хаш – Мы верные подданные короля, и если нам случается нарушать закон – то лишь так, по пустякам. А разрушение тюрьмы – это не шутки, за такое могут и армию в город ввести.
– Хотите сказать то, что сейчас творится на улицах – не серьёзно? А ведь есть мнение, что за всеми этими беспорядками стоит кто-то из влиятельных людей – например, граф Монтеги, обиженный, что его заменили на кузена королевы. Настолько обиженный, что любой ценой хочет показать, куда Йоркдейл завёл город своей глупостью и жадностью. Пока показывать особо нечего – сегодняшний бунт хоть и самый крупный, но горожане и раньше не стеснялись выражать своё недовольство. Кого-то отпустят, кого-то накажут, кто-то получит пару монет, кто-то потеряет – и через неделю всё успокоится. Другое дело – разрушенная тюрьма. Такое герцогу с рук не сойдёт.
– Такое никому с рук не сойдет – мрачно сказала женщина, наконец-то вступившая в разговор – Те, кто нападут на тюрьму, станут государственными преступниками. Король лично приедет посмотреть, как наши тела качаются на веревке.
– Вот тут вам и поможет барон – ответил дворецкий – Он убедит короля помиловать лично вас.
– Убедит? – расхохотался Мясник – Да, так и вижу, как барон, весь в шелках и золоте, сидит с королем где-нибудь в садах Ортенфлоу и говорит о политике, о вине, а сам в это время думает: "Хм, как бы мне выбрать подходящую минуту и поговорить о моих друзьях – преступниках, что разрушили тюрьму и убили солдат?" И даже если он так подумает, и даже если найдёт такую минуту – что помешает королю послать Велингвара в Бездну?
– А ведь Джейкоб прав – вмешался Хаш – Барон не входит в окружение ни короля, ни королевы, с чего бы правители к нему прислушивались? Это если дело действительно дойдет до такого разговора.
– Вот и я про то же – подхватил Питт – Оказанная услуга уже ничего не стоит.
Управляющий молча выслушал эти замечания, и убедившись, что все высказались, начал отвечать.
– Я правильно понял, что в предложенном деле вас смущают лишь гарантии оплаты и безопасности? Что сама идея штурма вам не претит?
– Разрушить тюрьму и выпустить всех заключённых – какие тут могут быть вопросы? Только ведь не просто так тюрьмы в Прайбурге стоят и не падают. Что касается оплаты – мы про неё пока даже не говорили. Да и помилование это – лишь твои слова. Ты говоришь от имени барона, но твоё слово – это не то же самое, что его.
– Тогда спросите у самого барона – раздался голос Айрин. Все с удивлением посмотрели на неё. Под этими взглядами девочка растерялась, но лишь на миг. "Я– Девочка из Бездны, и стою каждого из них".
– В тюрьме ведь разрешены посещения, верно? Вот пусть кто-нибудь сходит и спросит барона.
– Посетителей в Ледфорд пускают только по приказу властей – мэра, советников или короля – ответил ей Хаш.
– Ну так возьмите этот приказ. Вы священник, вам не откажут.
Первым рассмеялся Мясник. Он так хохотал, что звенья цепи у него на брюхе ритмично зазвенели, ударяясь друг о дружку. Рассмеялся управляющий. Улыбнулся Хаш, и даже Тайрон выдавил из себя натужный смешок. Лишь Ероза оставалась серьёзной.
– Довольно – произнёс Хаш – Мы услышали вас, господин Гекхарт, и тебя, девочка. Вы пока посидите, отдохните, а мы посоветуемся и примем решение. Гвалт – крикнул он, и наружная дверь тут же открылась. На пороге стоял тот же скособоченный, что привел сюда просителей – Покажи гостям лучшее место, где они могут подождать нашего ответа.
Трое посетителей вышли, и Герцоги остались одни.
– Что скажете? – проговорил Хаш.
– Скажу, что здоровяка и тех пятерых, что толкаются на улице, я заберу себе, а дворецкого и девчонку поделите сами – ответила Ероза.
– Я б девочку забрал – одобрительно кивнул Мясник – Видали, какой у неё взгляд? Уверен, отец её успел натаскать по своему делу. За такой глаз да глаз нужен, стоит отвернуться – в два счёт глотку перережет. Ты, Ероза, правильно боишься её себе брать.
Погибель в ответ лишь презрительно усмехнулась.
– А тюрьму взять – дело хорошее – продолжил Мясник – Я целиком и полностью за.
– Ну ты и дурень! – воскликнула Ероза.
– Какая муха тебя укусила? – удивился Мясник – Хорошая ведь затея.
– Ты правда так думаешь? Взять тюрьму – хорошая затея? Можешь заранее сходить к Могильщику и присмотреть себе место. Хотя тебя даже хоронить не будут, так и сгниешь в петле. Думаешь, какой-то барон выпросит для тебя прощение?
– Сомневаюсь – Питт откупорил очередную бутылку – Но старик прав – если и брать какую-нибудь тюрьму, то Ледфорд нам куда нужнее, чем Ларенберг. Большинство моих ребят отправились на виселицу или на каторгу, но лучшие – сидят в Ледфорде. Да один только Гек Семерка стоит четверых моих нынешних капитанов. Мне иногда самому снится, что меня поймали и бросили за решётку – Джейкоб махом опрокинул в себя стакан и вытер рот – Но старику я ни на грош не верю. Это же надо придумать – разрешение короля. Что он вообще за человек, это Велингвар?
– Барон как барон – пожал плечами Хаш – Богат. Молод. Красив. Нет ни жены, ни детей. Часто путешествует. Вроде бы королева его не любит. Или кто-то из её людей. В окружение короля не входит. Ещё говорят, что барон Велингвар – человек слова.
– Да пусть он хоть трижды человек слова – вмешалась Ероза – Получить разрешение короля на штурм королевской тюрьмы – это же бред!
– Речь не идет о разрешении короля – пояснил Епископ – Слуга говорил лишь о том, что нас – не накажут. Лично нас. Это значит, что других вздёрнут за наше преступление, и король закроет на это глаза.
– Вы же понимаете, что нас убьют, так или иначе? – продолжала упрямиться Ероза.
– Как по мне – замечательная смерть. Я уже не боюсь – заявил Мясник – Однажды я поклялся станцевать на могиле моего врага – и я это сделал, хотя был на самом дне, а он – на самом верху. Теперь мне помирать не страшно, а уж за такое славное дело – и подавно. Да о нас будут петь веками! Ведь никому подобное не удавалось. Подумать только – захватить королевскую тюрьму. Да потом ещё с барона награду стрясти!
– Только помни, что обещание это – не от барона.
– Ну так тебе предложили сходить и самой спросить – засмеялся Мясник.
– Глупая девчонка!
– Сойдёмся на неопытной – заметил Епископ – Но она подала мне отличную идею.
– Заявиться в тюрьму?
– Взять у Совета бумагу на посещение узников – людям же нужно знать, как поживают пленные торговцы.
– Но ведь торговцы в другой тюрьме? – недоумевал Мясник.
– Это – дело десятое. Главное, у нас будет законное основание на посещение тюрьмы.
– И что с того? – раздраженно спросила Ероза – Столько сил, чтобы услышать пустое слово барона?
– Нет – покачал головой Хаш – Эта бумага будет нужна королю, чтобы сохранить лицо – если мы сумеем договориться. Эта – и ещё одна. Горожане со всех районов вооружаются, чтобы защититься от нечисти, ночью выползающей на улицы. В этом нет ничего плохого – разве человек не имеет права защитить свою жизнь от злых людей? Всё, что нужно – это лишь дать законное основание этим вооружившимся горожанам. Люди должны знать, что они законно защищают свои семьи, и что это право дал им король. Мы получим у Совета разрешение на формирование таких отрядов – назовем их отряды самообороны, или защиты порядка, или как угодно. И вот эти отряды, с оружием в руках, которое им вручил лично мэр и Совет, явятся под стены Ледфорда, и их командиры придут к Йериону с разрешением от Совета осмотреть узников. А когда он откажет, то окажется, что это он преступник, и люди имеют право – сомнительное, но всё же право – повернуть против него оружие.
– А если он впустит посланников?
Хаш улыбнулся.
– Он откажет. И Церковь даст королю все необходимые доказательства отказа.
Мясник и Погибель обменялись быстрыми взглядами.
– То есть Церковь подтвердит, что Йерион отказался подчиниться приказу и нарушил закон? – уточнил Джейкоб. Хаш кивнул головой. – И что же Церковь захочет взамен?
– Церковь не требует платы. Возможно, головы некоторых еретиков покажут вашу благодарность, но это будет дар, а не плата.
– Ну разумеется – кивнул Мясник.
– Не пойму, тебе-то что за выгода, если Ледфорд падёт? – не соглашалась Ероза.
– Забота о бедных душах, что томятся в неволе – такой ответ тебя устроит?
Погибель очень хотела возразить, но по лицу Хаша было видно, что другого он не даст.
– Значит, мы договорились? – выдержав паузу, сказал Епископ – Я беру на себя разрешение на посещение заключенных. Джейкоб, ты должен как-то получить от Йоркдейла и Совета приказ о создании народной гвардии.
– Приведу пять тысяч к Ратуше и заставлю их орать как следует – ответил Мясник – Уверен, герцог даст нам всё, что угодно.
– Но без насилия – воскликнул Хаш – Крови быть не должно.
– Постараемся – буркнул Джейкоб.
– Ероза, сможешь сделать так, чтобы толпу до самой Ратуши никто не остановил?
– Я могу проливать кровь?
– Сколько угодно. Чем больше, тем лучше. Пусть Совет узнает, что творится на улицах.
– Хорошо – кивнула Погибель – Путь будет расчищен. Но мне ваша затея всё равно не нравится.
– После того, как все бумаги будут подписаны, а Йерион откажется подчиняться – продолжал Хаш, не обращая внимания на слова Погибели – Вы можете атаковать Ледфорд. Люди есть?
– Для такого дела всегда найдутся – с ухмылкой ответил Мясник – Да к тому же для храбрости всегда можно откупорить несколько бочонков бренди.
– Хорошее дело – кивнул Епископ – А я всё же помогу. Кажется, по городу ползут слухи, что горожан тайно бросают за стены Ледфорда, на потеху тамошним преступникам.
– У меня есть несколько капитанов, которые участвовали в войне – заметила Ероза – Пошлю их к тюрьме, пусть помогут твоим людям.
– Отлично. Что там с нашим бароном? Берем с него помилование и деньги?
– Тут уж решать вам – развел руками Хаш.
– Думаю, по две сотни золотых будет достаточно – заметила Ероза.
– Хорошо – кивнул Мясник – Тогда начнем торговаться с трехсот.
Через пять минут управляющего и его спутников ввели в трактир. Джейкоб озвучил условия, а Ероза и Хаш не отрывали взгляда от гостей.
– Мой господин добудет лично вам прощение короля – в том или ином виде. Что касается точной суммы – обсудите её сами с бароном. Могу сказать, что мой господин ещё никого не обижал. Но у меня есть одно условие – я сам отправляюсь домой, а вот мои спутники останутся с вами и понаблюдают за всем вживую.
– Годится – кивнул Хаш.
– Мне это нравится – засмеялся Джейкоб – Совершить подвиг на глазах у прекрасной дамы – что может быть лучше?
– Они отправятся к тюрьме с моими людьми – сказала Ероза.
– Нет – вмешался Мясник – С моими. Девочка совсем юная, а у твоих людей слишком уж страшные рожи. Ты не против, Роу?
– Не против – ответила Айрин. Когда они вошли сюда второй раз, она уже смелее разглядывала Герцогов. Все они были отмечены аурой. У Мясника свет исходил от груди. У Ерозы сиянием были окутаны руки, а Хаш имел едва различимый нимб над головой – Аури ещё не видела, чтобы аура светилась на расстоянии от тела.
– Но только помните – они лишь наблюдают, никаких ваших команд и приказов они слушаться не должны – напомнил Гекхарт.
– Само собой – отозвался Питт.
– Кстати, господин дворецкий, а вы не поможете нам с людьми? – осведомился Хаш.
– К сожалению, не могу – ответил Гекхарт – Мне в доме пригодится каждый меч.
– Да мы ещё и своих добавим, а? – выступил Мясник – Вы же не против?
– Не против – усмехнулся Раен.
– Вот и хорошо. Значит, возьмёте Хара и пятерых его ребят. И я надеюсь, патрули их пропустят.
– Пропустят – ответил Раен – Но как они за нами пойдут? Пешком?
– Верхом – на тех прекрасных лошадях, что привезли этих двоих – кивнула Ероза на фермера с девочкой – Теперь мы о них позаботимся.
– Значит, договорились – Мясник подошёл к Гекхарту и протянул руку – Сломанная тюрьма в обмен на слово и золото?
Управляющий без раздумий пожал её.
– Добро пожаловать на нашу сторону – расхохотался довольный Джейкоб.
Аури уже получила нагоняй за своё поведение и поэтому молча слушала и наблюдала за окружающими. Всё происходящее казалось ей нелепостью, она не могла поверить, что они сейчас всерьёз обсуждают и договариваются о штурме тюрьмы. Но эти Герцоги не выглядели шутниками. В двоих из них было достаточно тьмы для любого преступления. Айрин чувствовала, что ей с ними не по пути, и лишь данное Валери слово удерживало её возле Тайрона. Про себя девочка поклялась, что не поднимет руку ни на одного солдата, прежде чем тот не нападёт на неё – но это было слабое оправдание. Их с фермером отвели в тот же трактир, где они ждали решения Герцогов и оставили там минут на двадцать. А после этого всё тот же Гвалт отвёл их к крытой повозке, в которой им предстояло ехать. Забравшись в неё, девочка оказалась среди оборванцев, вооруженных до зубов. Один из них повернулся и весело подмигнул Аури.
– Ну что, красотка? Говорят, я с тобой проведу самые горячие часы в моей жизни.
– Смотрите, чтобы они не стали для вас последними – не сдержалась с ответом Аури, и повозки покатили к Ледфорду.
Глава 15. Два указа
Третий день Ратуша гудела, как растревоженный улей. То, что начиналось как очередная попытка Йоркдейла набить свой карман и вызывало вздохи зависти у советников, обернулось противостоянием мэра и торговцев, а потом и вовсе обрело все признаки мятежа.
В здании, кроме самих советников, располагались канцелярские службы, судебные, службы обеспечения и контроля – в общем, множество мест, где сошлись власть и деньги. В коридорах Ратуши всегда толпились судьи, юристы, чиновники, секретари и военные, устраивая свои собственные дела. Но теперь обычный распорядок полетел в Бездну – всех заботило лишь одно. Порядок на улицах Прайбурга.
– Чего нам бояться? – говорил мэру барон Клиффорд, проводивший больше времени в своей загородной резиденции, чем в городе – У нас четыре тысячи стражников и пять тысяч солдат, а один солдат стоит ста простолюдинов. Так что пока каждый житель Прайбурга не схватится за оружие и не превратится в бунтовщика, сила на нашей стороне.
– Это опасные действия, и они будут иметь печальные последствия, ваше сиятельство – говорил мэру советник Манн – Люди не верят в справедливость и осуждают наши решения. А отсюда один шаг до сомнений в нашем праве на власть. И если завтра горожане решат, что мы – преступники, а не представители короля, то ни десять, ни пятьдесят тысяч солдат нас не спасут.
Эти два мнения отражали царившие в Ратуше настроения, и герцог, выслушав оба, сделал свои выводы. Пятьдесят стражей, охранявших здание, были заменены на сотню солдат, а в день, когда толпа разбила лагерь возле Ларенберга, число солдат удвоилось. Чиновников увеличившееся число солдат вокруг Ратуши лишь напугало. Стало ясно, что дело приняло серьёзный оборот. От Стражи начали требовать решительных действий. В тот час, когда Тайрон и Аури въезжали в город, барон Кессер, командующий столичной Стражей в ярости покидал Ратушу. Он так и не сумел добиться от герцога одобрения предложенного плана. Остальные советники тоже не остались спокойными – в этих затянувшихся волнениях им чудилась заря мятежа, недавно отгремевшего в Итании.
В то утро, когда Раен Гекхарт выезжал на встречу с Мясником, в Ратуше царила паника. Пропал мэр города. Утром, не обнаружив его на заседании, к дому Йоркдейла отправили посыльного. На рассвете герцог в сопровождении трёх солдат покинул дом и уехал в неизвестном направлении – такой ответ дали слуги. Встревоженные советники послали стражников, чтобы те обыскали дом и опросили слуг, а Кессер разослал отряды по местам, где можно было найти мэра – но всё было тщетно. А между тем ещё на утреннем совещании стало ясно, что ситуация в столице накаляется, и к следующему утру город может запылать. Сообщали о ночных стычках и перестрелках, имелись потери с обеих сторон. За ночь солдаты потеряли двенадцать человек убитыми, и тридцать – ранеными, ещё семеро пропали без вести. Многотысячная толпа, окружившая Ларенберг, выросла вдвое, там появились ружья, и Совет распорядился стянуть туда все свободные силы. Шевалье Эскил, капитан Стражи, возмущался тем, что у него связаны руки, и требовал, чтобы Совет отдал приказ о военном положении. Шевалье Рендроу, второй капитан, прямо сказал, что без резерва он не отвечает даже за сохранность Старого Города и центральных районов. Совет в свою очередь упрекал капитанов в неумении взять ситуацию под контроль. Оба принимали обвинения равнодушно. Из одиннадцати советников лишь семеро были благородными, и лишь двое – баронами. Эскил и Рендроу просто терпели советников, не считая их способными командовать. Единственные, кого капитаны слушались беспрекословно, был герцог Йоркдейл и их непосредственный начальник, барон Кессер, присутствовавший тут же и готовящийся произнести речь. За своих подчиненных он стоял горой.
После вздорных упрёков перешли к главному вопросу, который обсуждался на заседании – просить ли у короля помощи. Никто не захотел взять на себя ответственность за панические настроения и вызвать гнев мэра. Ситуация была опасная, но не из ряда вон. Хотя враг никогда не доходил до стен Прайбурга, на улицах города не раз лилась кровь. Последний мятеж случился сорок лет назад, при деде нынешнего короля. Причина та же, что и всегда – голод и поборы. Тогда сожгли несколько кварталов, на улицах погибли несколько тысяч человек, а ещё несколько сотен – повесили или отправили на каторгу. Некоторые из советников лишились постов, но серьёзно никто не пострадал.
Самым опасным местом в столице советникам виделась тюрьма Ларенберг и толпа, что собралась там. Барон Кессер клятвенно заверял членов Совета, что, как только ему отдадут под командование пять тысяч королевских солдат и разрешат увести стражей с улиц города, то с мятежниками будет покончено. А как только рассеется толпа у тюрьмы, то и остальной город зачистить труда не составит.
– Посмотрите, господа – барон, водя пальцем по расстеленной на столе карте, объяснял и подкреплял свои планы – Пятьсот солдат при двенадцати пушках развернутся вдоль Королевской дороги, закрывая вот эти три улицы. Здесь, чуть позади, расположится резерв ещё в пять сотен. Шевалье Эскил и двумя тысячами стражников займут набережную и будут продвигаться к Ларенбергу широкой цепью. Шевалье Рендроу с оставшимися двумя тысячами займёт все четыре северные улицы. И наконец я, командуя тремя тысячами солдат, атакую мятежников вдоль бульвара Сен-Эйд. Первый удар нанесёт конница лейтенанта Манна, затем атакует пехота. Одновременно с нами ударит та тысяча солдат, что стоит сейчас у стен тюрьмы. Этого будет более чем достаточно, чтобы обратить бунтовщиков в бегство. Но если всё же они устоят, шевалье Эскил со своими стражами ударит им в тыл.
– А куда они побегут? – спросил советник Аск.
– Простите?
– Вы сказали – обратите в бегство. Значит, куда-то эти тысячи людей должны будут побежать. Если получится всё, как вы рассчитали, то они устремятся на те двенадцать пушек, что вы расположили вдоль дороги.
– Ужасно – прошептал советник Триэль Манн, чей сын Эдмон должен был возглавить конницу.
– И что вы предлагаете? – раздражённо спросил Кессер.
– Убрать Рендроу и его две тысячи – ответил Аск.
– Но тогда мятежники сбегут в трущобы, и нам оттуда будет их не достать!
– Да и Бездна с ними – воскликнул советник барон Шатри – Зато это позволит оставить нам стражей на мостах и защите Старого Города.
– Свет с ним, со Старым Городом – вступил в спор шевалье Сайзен – Там сейчас в каждом доме сидят наёмники. Но ведь вы и нас, и весь центр хотите оставить без стражей.
– А зачем вам защита, господа, если все мятежники находятся у Ларенберга? – надменно спросил Кессер.
При этих словах даже подчиненные барона недовольно поморщились.
– У Ларенберга? – воскликнул барон Клиффорд – Вы давно были на улицах, Кессер? Сходите, полюбопытствуйте. Спросите у шевалье, где они теряют своих людей убитыми и ранеными! Я сам могу вам ответить – у Железного Моста и в Торговых Рядах, у памятника Кающемуся Королю и на площади Ста Лет, на пристанях Нового Города и в переулках Низкого. Слава Четверым, сюда ещё мятеж не добрался, но прогуляйтесь немного – и вы услышите звуки выстрелов.
– Как только я разберусь с мятежниками у тюрьмы – воскликнул Кессер– Все остальные тут же разбегутся!
– По всему городу они разбегутся – мрачно подтвердил Сайзен – И прежде всего сюда побегут.
– Глупости! – возразил командующий – После того урока, что я им преподам…
– А всё-таки, что вы станете делать, если они поднимут весь город? – вкрадчиво спросил шевалье Питвайз – Ведь до сих пор город отвечал силой на силу. Вы схватили торговцев – к мэру пришла толпа. Вы разогнали топу – в ответ поднялась ещё большая, да к тому же по всему городу. Теперь вы предлагаете разогнать и этих людей, в надежде, что уж теперь-то народ испугается… чего? Вашей жестокости?
Члены Совета разразились одобрительными возгласами. Барон, не желая отступать от блестяще составленного плана, намеревался стоять до конца – всех стражей и солдат – под его командование – и никаких уступок. Совет же, в котором многие лишь представляли интересы знатных семейств, разделился. Спор накалялся и грозил перейти в бессмысленную ругань, когда появление нового лица прервало его.
– Извините, господа – раздался спокойный голос – Возможно, я смогу вам помочь.
Все взгляды обратилась на только что вошедшего человека. Епископ Эноби, служитель Церкви Света и Разума, не был членом Совета, но часто представлял интересы Церкви на заседаниях. Подходя к одному из кресел, он вежливо поздоровался с каждым советником и получил столько же вежливых поклонов в ответ.
– Итак, дорогой епископ – заговорил секретарь Совета, в отсутствии мэра принявший на себя обязанности главы – Вы сказали, что можете помочь нам?
Мощь, стоявшая за плечами служителя, заставляла внимательно прислушиваться к его словам.
– Всё верно, господин Сальди – кивнул епископ – Видите ли, так случилось, что многие священники сейчас тесно общаются с людьми на площади. И одно из главных желаний там – проведать заключённых и узнать об их состоянии. И вот мы подумали – а почему бы не дать людям такую возможность? Выбранные ими представители зайдут в Ларенберг, осмотрят узников, пообщаются с ними и, вернувшись, успокоят народ.
– А может быть, и нет – заметил Кессер.
– Простите, что вы сказали? – повернулся к нему секретарь.
– Я сказал – повысил голос барон – Что подобного рода доклад может лишь разозлить толпу.
– Вы намекаете на то, что с узниками плохо обращаются? – спросил Манн.
– Не знаю, как с узниками обращаются – ответил командующий Стражи – Но я видел, как их задерживали. Если вы желаете привести их как пример образцового содержания – то дважды подумайте. И откажитесь.
Советники замолчали, избегая смотреть друг другу в глаза. Каждый из них немало повидал, и все прекрасно поняли барона.
– Но ведь совсем не обязательно пускать посетителей – снова раздался тихий голос епископа – Я думаю, в нынешних обстоятельствах такой приказ должен быть заверен королём.
Советники, будто прозрев, переглянулись. Они поняли, что именно предлагает епископ – не уступки толпе, но послание королю.
– Замечательная мысль – обрадовано кивнул секретарь – Господа, кто хочет доставить этот приказ его величеству?
Отозвались сразу несколько человек.
– Барон Клиффорд – выбрал шевалье Сальди – Окажите нам эту услугу?
– С превеликим удовольствием – улыбнулся барон.
Теперь, когда решение было принято, все вздохнули с облегчением. Требовалось оговорить детали, но они мало кого интересовали. Епископа попросили самого написать нужный приказ, а потом отдать им на подпись. И в тот момент, когда секретарь собрался объявить заслуженный перерыв, в зал вбежал запыхавшийся солдат, и сообщил, что к Ратуше приближается многотысячная толпа. Это сообщение изрядно перепугало собравшихся.
– Рендроу! – возмущённо воскликнул Шатри – Ваши люди должны были стоять на страже центра города! Как они пропустили мятежников?
Хор возмущенных голосов вторил ему. Пользуясь всеобщим смятением, в Зал проскочил человек, с самого утра сидевший в приёмной. На него не сразу обратили внимание, и он, устроившись в углу, прислушивался к спору и что-то яростно писал в своём блокноте.