Текст книги "Покемон. Реальный мир (СИ)"

Автор книги: Fiks

сообщить о нарушении

Текущая страница: 90 (всего у книги 115 страниц)

– Барьер!

Поднявшись в воздух, на уровень с тёмным лезвием, старми начал вращаться, подобно колесу. Сердечный камень, источник его психических сил, запылал красным огнем. Миг столкновения обнажил полностью прозрачную пленку, что лишь на секунду насытилась бирюзовым светом, с лёгкостью удержав атаку противника.

– Это было просто, – самодовольно хмыкнула мечница, взваливая живое оружие себе на плечи.

Мисти не успела даже возмутиться, как тень под ее ногами пришла в движение. Слишком давно не проводившая «вольных» битв, она совсем забыла, что атаке могут подвергаться не только лишь покемоны… Нападение было неожиданным, в первую очередь тем, что из тени ее выпрыгнул Сириус. И целился кот вовсе не в рыжую подругу его хозяина, а в окутанные серо-стальной пеленой ножны, грозящие вот-вот огреть совсем позабывшую о них головушку.

С лица мечницы тут же сошло самодовольство, сменившись здравой опаской. Едва шевеля губами, она что-то шептала своему боевому товарищу, а тот, судя по движению глаза и трепыханиям украшавшего навершие эфеса лоскута синей ткани, что-то ей отвечал.

– А говорила, что он не твой, – нахмурилась она, опуская острие к доскам пирса, – Я сдаюсь. Нет смысла сражаться за чужого покемона. Прикажи ему отпустить ножны.

– Вообще-то он и вправду не мой, а моего друга… И да, Сири…

Челюсти разжались, демонстрируя слегка удлиненные черные клыки, что тут же вернули себе нормальный размер и цвет. Ножны со свистом рванули к мечнице, которая, вновь перехватив клинок одной рукой, удерживала его на весу, указывая острием в сторону противницы. Со звучным щелчком лезвие обрело укрытие, а сам меч перекочевал за спину хозяйке, странным образом прилипнув к той.

– Хм… Вот как…

– Капитан! – раздался крик одного из грузчиков, – Я из-за вас только что тыщу просрал!

– Кто разрешал отдыхать! – заорала брюнетка, оборачиваясь к тунеядцам, что действительно, все как один, оставили свои занятия и прильнули к фальшборту, наслаждаясь бесплатным зрелищем, – Если через пять минут ящики не будут в трюме, я оставлю вас без бухла до следующего порта!

– Но капитан, следующая остановка только через неделю пути! – негодовали матросы.

– Время уже пошло! – капитан была неприступна. Морская волчица довольно хмыкнула, увидев разгоревшуюся на катере суету, – А вы… А ну стоять! – вновь обернулась она, увидев, как недавний ее противник начал медленно отступать, подальше от чересчур экспрессивной дамочки.

Мисти, уже убравшая старми в покебол, но не выпускающая сам шарик из рук, замерла, настороженно разглядывая приближающуюся к ней ненормальную. Она точно не знала, чего можно от той ожидать, и, если бы не присутствие Сириуса, даже не рискнула бы общаться с ней без своей морской звезды под боком. Желательно, с заряженной гидропомпой.

– Я прошу прощения за свою грубость, – как ни в чем не бывало начала та, – И соглашусь вас подвезти, если вы расскажете, что это за покемон, и где можно взять такого же. Уж больно понравились мне его глазки, – брюнетка подмигнула, хотя в ее случае можно сказать, что просто моргнула, точно таким же, как у Сириуса, насыщенно красным глазом.

– Эм-м… – вновь растерялась рыженькая, – Хорошо, но сначала я хочу посоветоваться с другом… Ведь это его покемон! Никто не расскажет о нем лучше, чем его владелец, – нашлась она с ответом… Желания плыть куда-то с настолько странной личностью не было никакого, но на безрыбье, как говорится, и меджикарп в суп пойдет.

– Отлично! Пойдем тогда выпьем, пока эти черти готовят судно. Мы отплываем, кстати, только через пару часов. Команде нужно слегка проветриться, если ты понимаешь, о чем я, – ухмыльнувшись, она заложила обе руки за голову, довольно потянулась, да двинула по причалу, в сторону города, – Давай-давай, – остановилась на секунду, увидев, что собеседница и не подумала пойти следом, – заодно и познакомимся. Я, кстати, Доу. Просто Доу. А ты?

– Мисти, – отмерла наконец та, двинувшись за странной девушкой, – Очень приятно…

– Не то слово! Пошли-пошли, тут есть отличный бар, где продают шикарную настойку из местных фруктов… Как же я по ней скучала, ты себе не представляешь! Эх, люблю я Канто… Здорово у вас тут. Красиво, просторно, воды спокойные… Хотя да, гаярдосы же эти ваши! И чего они взбаламутились? Нормально ходила столько лет, и ничего, а тут на тебе. Что не заплыв, то экстрим. Даже рыбалкой не насладиться, всю рыбу, черти морские, пожрали. То ли дело воды Хоэнна, вот там да, балдё-ёж… Разве что вайлорд какой можно случайно судно боднуть, да шальная стайка шарпедо залетит, но то так…

Слушая нескончаемый треп задорно чеканящей шаг девушки, Мисти все больше убеждалась, что точно не хочет проводить плавание в такой компании… Да вот только выбора, увы, ей не оставят.

«И на Алекса, – думала она, глядя на крайне необычного покемона, все также висящего на спине ее спутницы, – надежды нет».

Бордовый глаз на эфесе меча распахнулся, приковав к себе внимание рыженькой. Внимательно осмотрел ту, также внимательно прошелся по идущему рядом Сириусу, и медленно закрылся, вновь вернув мечу ощущение неодушевленности.

«Точно нет…»

* * *

Как это обычно и происходит с объектами вдали, тот утёс казался намного ближе, чем на самом деле. Даже оседлав квадроцикл, я добирался до него с добрых полчаса. Но, наконец, впереди показались древние, даже на первый взгляд, ворота. Несколько потрепанных, но весьма крепких на вид красных арок, судя по размерам, вполне подходящих для амбарных дверей, стояли одна за другой, соединенные друг с другом новенькими канатами. Створки, судя по абсолютной гладкости широких, в десяток сантиметров столбов, изначально и не планировались в данной конструкции.

Прямо за арками начинался пригорок, выложенный каменными ступенями, и вёл он прямо к вершине утеса. Не знаю, что это за место, и каково его предназначение, но въезжать сюда на квадроцикле, колеса и мощность которого вполне позволяли совершить подъем, отчего-то казалось мне непозволительным.

На вершине пригорка, там, где ароматный хвойный лес сменился на зеленый луг некошеной травы, мне встретился тот самый домик, что был виден еще из порта. Обычная деревянная постройка непонятного назначения, отличная от сельских хижин лишь странной формы крышей, что напоминала перевёрнутое вверх дном квадратное блюдце.

– Ты чувствуешь старшего?

– Дя… Там!

– В доме?

– Неть… Там! – генгар продолжал настойчиво тыкать черным пальцем в сторону домика.

Обойдя непонятную постройку, я увидел обрыв, огороженный низеньким деревянным заборчиком. А за ним виднелась скала, на которую Орион и указывал. Было видно, что он из последних сил сдерживает себя, чтобы не рвануть прямо к ней… С утеса открывался прекрасный вид на бескрайний синий океан, и человеку, что догадался поставить здесь лавочки, стоит принести отдельную благодарность. Вот только внимание мое занимали не виды, а статуя… Точнее, не совсем статуя, какой этот Шедевр казался снизу.

Фигура красивой девушки, лицом обращенная к заливу, была вырезана прямо в скале. Вырезана явно Мастером, что сумел оживить мертвый камень. Складочки на платье, напряженная спина, слегка колышущиеся от ветра волосы, сложенные в молитвенном жесте руки, прямо перед ее лицом… Я не поленился встать на платформу, дабы осмотреть этот Шедевр поближе, со всех сторон… И лучше бы этого не делал. Такая глубокая печаль и обеспокоенность навечно застыла на ее прекрасном лике, что даже у меня защемило в груди. Я замер прямо напротив белокаменного лика, не в силах шеаельнуться. Казалось, я мог сидеть здесь вечно, любуясь произведением искусства, и раз за разом подмечать все новые и новые детали, которых словно и не было раньше.

– Молодой человек! – послышался голос с земли, – Немедленно слезайте оттуда, как бы вы туда не залезли!

На краю утеса стоял старик, наряженный в бледно-желтый халат с чересчур длинными широкими рукавами. Не то злость, не то обеспокоенность читалась на его лице… Словно сомнамбула, я двинул платформу к нему, и лишь почувствовав землю под ногами, до меня дошло… Я не ощущал этого старика. Я был здесь один. Совершенно. Разгоравшееся в груди чувство одиночества звало, нет, требовало вернуться к статуе. Гласило, что именно там мое место. Что там меня ждут, что там утолят эту странную… потребность. И лишь холодный разум настойчиво твердил, что происходит что-то неправильное.

– Кто ты? – озвучил первое, что пришло в голову, лишь бы не оборачиваться на зов.

– Я – жрец. Я оберегаю Девичью скалу, достояние нашего городка, от вандалов, таких как ты! Что ты там делал⁈ – старик нахмурил кустистые брови, а его роскошные седые усы едва не топорщились из-за еле сдерживаемого гнева.

– Ты не человек.

– Ты тоже, и что? – былого раздражения как не бывало.

По внутренностям вновь прошелся неприятный холодок, а вместе с ним пошло рябью и изображение старца. Чем бы оно не было, оно помогло. В голове немного, но прояснилось, пусть неприятное ощущение в груди все ещё оставалось на месте.

– Оч-чень интересно… Не знаю кто ты, но тебе лучше убираться отсюда. И собачку свою прихвати.

Лишь сейчас я окончательно понял, что не чувствую вокруг ничего, окромя обычного природного фона. Ни Ориона, ни его старшего. Обеспокоиться по этому поводу, я, правда, совсем не успел. Старик взмахнул рукой куда-то в сторону, совершая хватательное движение, и тут же в его руке вспыхнула точка призрачной ауры, моментально разросшаяся в безумно довольного генгара. Призрачное ядро и темная аура явственно ощущались в нем, но, я готов поспорить, что буквально секунду назад там никого не было.

– Где ты был? Кто этот старик? Что тут вообще происходит⁈ – чувствовал себя как… Как во Тьме. Совсем не осознаю происходящего… Стоило только привыкнуть к реальности этого нереального мира, как он ломает мою картину реальности об колено… И это просто нереальное ощущение!

– Стя-я-йшая… – довольству покемона не было предела, и попытки хоть что-то узнать от едва не растекающегося аморфной лужицей счастья Ориона вряд ли закончатся успехом.

– Хе-хе, – ухмыльнулся старик, отпуская свою ношу, что так и продолжала висеть в воздухе, – А ты тоже забавная зверушка. Но тебе лучше поскорее покинуть это место. Твой дух разлагает нашу реальность…

– Я уйду. Сразу после того, как ты ответишь на мои вопросы.

– Смело, – ухмыльнулся старик.

Его лицо исказилось в причудливой гримасе: края беззубого рта растянулись до самых ушей, заполнившись рядами гнилых зубов; глазницы впали, блеснув потусторонними фиолетовыми огнями; опали наземь усы, еще в воздухе растворившись невесомой дымкой. Кожа старца посерела, начала гнить, как и его одежды, обнажая черные ребра, покрытые остатками гнилой плоти, а из загривка его, извиваясь и ветвясь, полезли хитиновые лапки, концы которых исторгали фиолетовое пламя. И замерли они на манер широкого воротника, лишь иногда совершая невесомые движения, сдобренные неприятными щелчками.

– УБИРАЙСЯ! – завизжало существо, что до сих пор не ощущалось мною никак, – ЖИВО! – на вытянутой его руке полыхнуло фиолетовое пламя, с искрящимися в нем молниями, и вот его я уже почувствовал. Как жар, так и призрачно-огненное наполнение.

Я не чувствовал опасности. Лишь любопытство терзало душу, кое как заполняя сквозящую в ней пустоту. Я попросту не понимал, как всё это возможно.

– Оставь его, мой милый гастли, – мелодичной трелью прошелся над утесом девичий глас, – Лишь муж ученый к нам явился. Утешь его любопытство, и он покинет нас. Ведь так?

Под пристальным взглядом монстра я медленно кивнул.

– Хорошо, – хрипло отозвался тот, гася пламя на ладони, – Что ты хочешь знать?

Его образ развеялся невесомой пеленой, оставляя после себя подвисшее в воздухе облачко ядовитого тумана, сдобренное явно недовольным оскалом покемона-призрака. Явившегося ко мне «во плоти». То есть, в этот раз, я чувствовал его присутствие. Далеко не самый сильный дух, обращался с моим генгаром как с неразумным дитем… и это странно, учитывая, что энергия Ориона была в разы плотнее, чем у этого гастли.

– Ты – простой гастли?

– Что значит простой⁈ – возмутился он, – Я, в первую очередь, – личность! А уже потом гастли.

– Почему я не мог тебя почувствовать?

– ФОРМУЛИРУЙ ВОПРОСЫ НОРМАЛЬНО! – вспылил призрак, – Откуда мне знать, о чем вообще ты говоришь? Никто не может чувствовать призраков, но ты же… Ты вообще какая-то аномалия!

– А что со мной не так?

– Душа твоя не та. Мерзкая, ненасытная… хищная.

– И… что это значит? В каком смысле хищная? И причем тут вообще душа?

– Как я могу тебе это объяснить⁈ Иди найди слепого человека, и расскажи ему, что такое красный. Уверен, у тебя все получится. Давай-давай, иди…

– Так! Я не уйду отсюда, пока во всем не разберусь, так что давай по порядку… Куда пропадал мой генгар?

– Он здесь.

– Гастли-и…

– Простите, госпожа… Он действительно был здесь, просто был не на этой стороне. Видишь ли, помимо мира живых, существует еще и загробный мир. Тот самый, где неупокоенные души ожидают забвения. Самые старые из них могут пересекать эту грань, являясь в ваш мир. А могут забрать кого-то на ту сторону, что и произошло с твоей собачкой.

– Хм… То есть, еще живые люди как-то связаны с тем миром? Через свои души, чем бы они не были?

– О, а ты не такой ту… Кхм… Да, ты абсолютно прав. Мои собратья, те кто посильнее и посмышлёнее, развиваются именно таким образом. Находят души людей в загробном мире, вытаскивают их из тел живых, и поглощают.

– И моя душа… Какая-то не такая?

– Не такая⁈ Не то слово! Ты кусок от меня оторвал, когда я попытался наложить на тебя гипноз. Да даже сейчас, пока мы тут разговариваем, эта мерзость пугает всех низших духов в округе. Если бы не госпожа, то… не важно.

– Что за госпожа.

– Не важно!

– Ты обещал ответить на все моим вопросы… – напомнил я.

– Госпожа – это я, – раздался все тот же переливчатый глас с потусторонним эхо. Прямо за моей спиной.

Меня словно молнией прошибло. Вот, там ничего нет. Прибрежный ветерок, несущий слабую смесь из капелек различных энергий. А вот, на меня смотрит сама смерть. Целый океан призрачной энергии, сконцентрированный в одной единственной точке… Не могу даже утверждать, что в золотом солнце, покоящемся в груди хтонического драгонайта, энергии было больше… Я… Я чувствовал, как что-то внутри меня трепещет, но в тоже время тянется к этой потусторонней бездне.

Медленно, ощущая движение каждой мышцы, каждого суставчика, я обернулся. Прямо из Шедевра неизвестного Мастера вышла изображенная им девушка, со все той же застывшей на ее прекрасном лике маской вселенской скорби и печали.

– Ста-а-айшая… – подобострастно воскликнул Орион, подлетев к ней. И я могу его понять… Мне и самому до безумия хочется прильнуть к ее стану. Обнять, утешить…

Генгар, словно жаждущий еды Сириус, ластился к призраку незнакомки, а та, слегка похихикивая, нежно оглаживала его меж ушей, но из завораживающих бледно-голубых глаз ни на секунду не пропадал отсвет пережитых мук.

– Госпожа – один из древнейших призраков. Никто не знает, сколь долго она существует, но сама она утверждает, что уже более двух тысячелетий не покидала эту скалу.

– Почему… – горло пересохло, или просто схватило спазмом… Говорить не было сил. Нутро вновь сковывал потусторонний холод, принося с собой пустоту.

– Хи-хи… Боюсь, наш гость не может пережить моего присутствия… Пора прощаться, дорогой друг.

В последний раз коснувшись ушек едва не урчащего покемона, девушка втянулась обратно в скалу, и наваждение прошло, оставив после себя лишь горькое чувство лишения, да пару мокрых дорожек на щеках.

– Что… Что это было?

– Твоя душонка вгрызлась в сущность госпожи, попытавшись переварить ту, но не смогла даже сделать укуса… Зато с лихвой ухватила ее аспекта смерти. Скорбь и вера. Кажется, тебе досталась только скорбь, – глумливо едва ли не пропел последнюю строчку гастли.

– Почему… Почему я не ощущал ее раньше?

– Потому что ты не призрак. Уж не знаю, что ты вообще такое, но ступить на потусторонние тропы могут лишь духи. Ну, или особо умелые покемоны-призраки, вот как я, например, – самодовольно подметил он, – Хотя твоя обезьянка тоже ничего. Может, когда-нибудь, научится и сам перемещаться на ту сторону, и обратно.

– Ге-ге… – довольно покивал Орион, от волнения даже забыв людскую речь.

– Если это все, то вали уже отсюда. Госпоже и так не просто защищать от тебя мелких духов.

– Подожди… Последний вопрос.

– Задавай и уходи.

– Твоя госпожа… Ее силу скрывает от меня эта самая завеса, и поэтому я не ощущаю ее… Но почему я не ощущал тебя, когда ты был в форме старухи? И в форме старика?

– Ну слава духам… Ничего удивительного в этом нет. Я просто истончил слой завесы вокруг себя, оставаясь по ту сторону. Всего лишь видимость присутствия, не более того.

– Но ты же смог коснуться Мисти в форме старухи? – припомнил я и сей момент.

– Гипноз, – мерзко оскалился гастли, – Мой любимый и коронный трюк, между прочим! Жаль, на тебя не сработал, уж больно мерзкая у тебя душонка… Всё, я на всё ответил. Проваливай уже.

– Спасибо…

Дорогу обратно я не заметил совершенно. Пытался переварить… всё. Новая информация, дополнение старой, новые выводы и возможности, к которым они приведут… И, конечно, пытался справиться с неприятным сосущим чувством где-то в груди. Необоримая печаль, описать которую практически невозможно, едва ли перекрывалась попытками мыслить и анализировать. Но так было легче с ней справиться.

В себя я пришел… не знаю когда. Просто в один момент вдруг понял, что впереди уже виднеется вход в город, а сам я проделал весь этот путь на своих двоих. Рядом, полностью довольный жизнью, висел в воздухе Орион, урча какой-то забавный мотивчик, совсем не попадая в придуманные им же самим ноты, а голова полнилась теориями и догадками. От осознания, что погруженного глубоко в тени Сириуса я также не чувствую, до принятия того факта, что, скорее всего, речь шла о плане призраков. Ведь чем еще может быть загробный мир, если не заполненной призрачной энергией гранью реальности, которую, так же, как и Тень, наполняют его исконные обитатели… С той лишь разницей, что мы… точнее они, люди, имеют прямую связь с загробным миром…

Возможно, это как-то объясняет способности хонтеров и генгаров вытаскивать души из тел? Как и то, куда эти души исчезают, если не вернутся обратно… Теряя связь с реальностью, с собственной физической оболочкой, они навсегда отправляются в иной пласт бытия, более пригодный для их новой формы существования…

А еще, эта его загадочная «госпожа»… Монстр, каких поискать, что способна влиять даже на меня. И сколько таких монстров ютится на изнанке реального мира, мне предстоит еще узнать. Ведь… Орион точно когда-нибудь сможет освоить навык перемещения в план призраков… Возможно, сможет протащить туда и меня? Хотя идея эта сомнительна, учитывая, что там я не факт, что буду неуязвимым… Да и кто знает, какая тварь захочет поиграться с необычной «душонкой». Но в любом случае… Теперь, когда я знаю, что это возможно, от этого раздолбая не отстану, пока он не достигнет результата.

– Мастей… Мне ни ньявится тьвой аскал… Хочу объятно к стайшей…

– Не-а… – собравшийся было улететь призрак был оперативно схвачен за заднюю конечность, и даже пискнуть не успел, как оказался заброшенным в мою собственную тень, – Посиди пока там, а позже будем думать над твоими тренировками.

В город я въехал спустя пару минут. Конечно, можно было дойти уже и пешком, но я и так задержался, оставив Мисти практически в одиночку бродить по окрестностям.

Ближе к порту я решил ей набрать, вот только…

– Алло…

– Не понял… – девушка настойчиво игнорировала телефонные звонки, и лишь на пятый раз взяла трубку, чтобы заговорить совсем незнакомым голосом.

– А ты, наверно, Алекс? Мы ждем в «Сизой Чайке», что напротив третьего пирса.

– Очень интересно… – пробубнил я, глядя на уже погасший экран устройства.

Но делать нечего, придется ехать. Надеюсь, только, что с Мисти все в порядке. Хотя, с ней же Сириус!.. Надеюсь, они оба в порядке…

Глава восемьдесят семь. Морской бриз

Глава восемьдесят семь. Морской бриз.

В мягком, нежном дрейфе слегка покачивалось на волнах сравнительно небольшое судно. Светлые лучики рассветного солнца сверкали на водной глади, лаская белыми зайчиками мокроватый корпус корабля, вселяя в душу его капитана долгожданные уют и умиротворение. Именно сейчас, когда дерзкие волны Кантовского залива смирили гнев на милость, устав от бесконечной чехарды и попыток опрокинуть несносное суденышко, молодая капитан собственного грузового катера испытывала ни с чем несравнимое удовольствие. Бывало, Доу сутками не спала, желая застать те первые, самые-самые теплые лучи солнца, что разбивают собою свинцовые штормовые тучи, лишь только ради магии, даруемой ими. И плевать ей на прогорклый вкус напитка, в который попали капли соленой воды. Плевать на утреннюю прохладу и влагу. И, так уж и быть, плевать на попутчиков, что нарушили ее покой. Не со зла ведь то было, а по незнанию.

Команда уже давно привыкла к закидонам капитана. Как и к тому, что вместо получения втыка от раздраженной чужим присутствием Доу, куда лучше спокойно себе отсыпаться на подвешенных в трюме гамаках. Но вот новоприбывшие, увы, об этом предупреждены не были.

– Не спится? – беззлобно спросил незваный гость, окончательно разрушая магию столь любимого девушкой момента, – Мне вот – да… Такая качка…

– Эх… – нахмурив бровки, она обернулась, лишь слегка недовольная присутствием постороннего в командной рубке, – Кто-то же должен был вывести нас из шторма? За тобой, уж извини, я не заметила внеземных навыков мореплавания.

– Прости, – пожал плечами красновласый гигант, – Я посудил, что буду только лишь мешать слаженной команде, вот и не вмешивался.

– И правильно сделал, – покивала головой Доу, – Но раз уж ты здесь… Освободил мою каюту… То я, с гордостью за хорошо выполненную работу, пойду отсыпаться.

– Там Мисти…

– Ничего, – нагло улыбнулась брюнетка, – уж две девушки в одной койке точно найдут чем себя занять.

– Тогда удачи, – улыбнулся в ответ гигант.

Слегка расстроенная, что Алекс в очередной раз ни в какую не хочет реагировать на подначки, Доу невольно хмыкнула, покинув рубку, и скрывшись за единственной, на нижней палубе, дверью.

Судно девушки, как стоит подметить, было не очень большим, но и маленьким его не назвать. Куда больше обычных прогулочных яхт, как и рыболовных шхун, но до звания фрегата или, уж тем более, лайнера, ему было ой как далеко. Необычная двухпалубная яхта, с весьма обширным трюмом, где по мимо груза, состоящего из спрятанных в ящички хранилищ, – пассажиры совсем не интересовались их содержимым, однако прекрасно знали, что обычные грузы так не перевозят: дорого, – находились также и койко-места команды, в виде подвешенных, где придется, гамаков, в количестве трех штук.

На нижней палубе, откуда и можно было попасть в трюм, находилась лишь одна полноценная дверь, ведущая к каюте капитана, которая и была выделена гостям судна на время путешествия. Сама же Доу прекрасно могла отсыпаться днем: привыкшая к неожиданным штормам, – последствиям «игр» различных покемонов, – она отлично умела засыпать, когда пристанет, и просыпаться по первому же зову команды. Да и недельные заплывы практически без сна были знакомы опытному капитану. Что уж там говорить о трех ночах, необходимых дабы добраться от бухты Санни-тауна к островам Синнабар? Также именно с нижней палубы можно было попасть в моторный отсек яхты, расположенный в корме… Не целиком, конечно, попасть. Не в полный рост. Но какой-никакой доступ к моторам имелся.

Ближе к носу вилась лесенка, крайне неудобная для габаритных, вроде Алекса, людей. Слишком уж узкими ступенями наделил ее создатель. Вела она к верхней палубе, где одинокой кабиной зияла капитанская рубка, содержащая все необходимые элементы управления, и являющаяся неоспоримой вотчиной Доу. Здесь же, прямо сквозь кабину, проходила мачта единственного на яхте паруса. Редко, когда поднимаемого, но все же… Случаи в открытой воде бывают разные, и довольствоваться одними лишь винтами опытным мореплавателям не пристало.

Не сказать, что помещения были тесны, но выпрямиться в полный свой рост Алекс мог лишь на палубах. И даже кровать, наличие которой удивило и обрадовала путешественников, и та была ему коротковата. Дискомфорта это не приносило, но вызывало некоторое раздражение. Желание как можно быстрее добраться до суши, оказавшись в объятиях цивилизации.

Осмотрев приборную панель, которая совсем не пестрила разнообразием, но все же напрягала наличием множества рычажков, кнопочек и экранчиков, Алекс пришел к выводу, что лучше в рубке не задерживаться, позволив автоматике выполнять возложенную на нее работу. Садиться на капитанское кресло он точно не осмелился бы, и даже не потому, что боялся что-то задеть или сломать, а потому, что хоть и скудно, но смог разобраться в характере Доу, и такое ей бы нисколько не понравилось. Но и просто стоять посреди дрейфующего корабля, что медленно, но двигался в нужную ему сторону, тренер не хотел. Ведь есть куда более интересные занятия.

Проведенная накануне пьянка, затянувшаяся в итоге до самого вечера, позволила юноше куда лучше познакомиться с найденными его девушкой извозчиками. Не только лишь для душевного спокойствия и порядку для, но и в качестве оплаты за услуги. Доу хотела знать о Сириусе, а точнее об амбреонах, всё-всё. Кошачье очарование одолело ее, и «скромное» сердечко морской волчицы требовало заполучить и свою долю счастья, в виде черно-золотого комочка с красными глазками.

Стоя подле фальшборта, словно загипнотизированный бликами встающего солнца, он с улыбкой вспоминал всё пережитое за вчерашний вечер. Эту легкость и задор, преследующую Доу, и не меньший задор, совмещенный с каким-то уже знакомым уютом, излучаемый в окружение слегка подвыпившей Мисти. Именно эта атмосфера сумела окончательно выбить горечь незримой потери из сердца мужчины, что сейчас он предавался вовсе не сложным думам о мощи представителей «тайного» мира, скрытого от глаз ученых и покемоноведов… А может и не скрытого, а скрываемого ими, но уже от толпы. От обывателей. Нет. Он думал лишь о сосредоточенной слегка раскрасневшейся моське, которая, высунув от усердия кончик язычка, целилась пёстрым дротиком в мишень. Об улыбке, что сияла подобно солнечному диску, выглядывающему из-за хмурых туч, когда владелица ее, наконец, смогла одолеть своего противника в дартс. О горячем поцелуе, затребованном в награду, с привкусом сладковатых ягод, настойка на которых так полюбилась Мисти.

Столь приятные сердцу картины вызвали и более дальние, более старые воспоминания: о пережитых ими приключениях, о совместных тренировках, о страстных ночах…

– Так, – встрепенулся он, – хватит! Пора заняться делом.

* * *

Довольно любопытная картина царила сейчас в каюте капитана. Не самых крупных размеров кровать делили две полуголые девы… Точнее, одна из них была облачена лишь в просторную, до колен, футболку, да в черные трусики, пока другая как раз таки блистала наготой. Занавешенные окна не позволяли ненужным сейчас лучикам солнца вмешаться в интимный процесс… сна. Запертые двери не давали этого сделать людям. Но все равно, доносящиеся с палубы крики не могли не пробудить Мисти.

В сонной неге, девушка далеко не сразу почувствовала, что обнимает она совсем не стройный стан любовника, но незнакомые мягкие округлости. Возможно, носительница белой футболки с милым изображением псидака и не заметила бы подмены, вновь устремившись в мир грез, но нежный, отдающий небольшой хрипотцой голос, в коем даже в такой ситуации просачивались властные нотки, окончательно выдул «сонную пыльцу» из рыжей головушки.

– Ну ты и соня, – обдало ушко Мисти горячим дыханием, – Тебя даже вчерашний шторм не разбудил…

Как ошпаренная она отшатнулась от посторонней в своей постели, и лишь после осознала всю опрометчивость данного поступка. Выпитые на кануне настойки и коктейли, пусть и были весьма вкусными, и совсем не отдавали крепким алкоголем, да только алкоголь тот в них был, и было его немало. Накладывая эффект похмелья совсем неподготовленного организма на встречу затылка со стенкой далеко не самой просторной каюты, мы получаем поучительный жизненный урок: некоторым дамам не стоило пытаться перепить опытную морскую волчицу, и уж тем более не стоило, чуть поднабравшись смелости, отчитывать ее за непристойность и отсутствие манер. Обидеться, конечно, Доу не обиделась, но небольшой местью наслаждалась сполна.

– Уф-ф-ф… – тяжело задышала жертва «домашнего насилия». В ее голове вертелось множество вопросов, от «Почему ты голая⁈», до «Где я вообще⁈», но вырваться смог лишь один: – Где здесь туалет?

– Гальюн в трюме. Выйдешь, спустишься, и сразу за твоей спиной будет дверца.

Не позволив вырваться и остальным вопросам, ведь вместе с ними могли выйти и вчерашние закуски, Мисти распахнула двери каюты. Игнорируя свое облачение, и уж совсем не думая о внешности Доу, она последовала указаниям владелицы судна, в считанные секунды оказавшись в небольшой комнатке для размышлений, снабженной всеми удобствами.

Некоторое время, чтобы освежиться, которого никак не могло хватить на полную победу над похмельем, и всё еще слегка вялая девушка вновь поднимается на палубу, дабы порыться в оставленной в каюте аптечке.

Солнышку было еще далеко до зенита, однако припекало оно знатно.

«В такую погоду позагорать бы… – между делом отметила про себя рыженькая, попутно вспоминая, в каком из хранилищ расположен купальник, – но сначала блюплекс! А то голова меня доконает».

– И-и-и… ПОШЕЛ! – солоноватый океанский бриз принес с собой знакомый Мисти голос, а за ним и влажные чавкающие шлепки, словно камушек, что скачет по водной глади… Только размером с валун.

У фальшборта, со стороны странных звуков, собралась вся команда, не сразу замеченная ослепленной солнечными бликами девушкой. Мужики активно что-то обсуждали, поминутно косясь и тыча пальцем куда-то за борт, что незамедлительно подстегнуло и без того проклюнувшееся любопытство Мисти. Она, пусть и всего на секунду, но умудрилась даже забыть о головной боли.

«Возможно, какой-то покемон? – думала она, продвигаясь к компании моряков, – Как далеко мы отплыли от порта? Это все еще Кантовский залив?»

Реальность оказалась далека от нового вида покемонов. Но и разочаровывающей она не была. На яхту неслось черное пятно, парящее прямо над водой. Оно и издавало эти звуки, оставляя за собой след из подводных взрывов, словно что-то крайне увесистое отпадало от него по пути, находя свой покой на дне морском.