Текст книги "Покемон. Реальный мир (СИ)"

Автор книги: Fiks

сообщить о нарушении

Текущая страница: 112 (всего у книги 115 страниц)

– Он жив, – только и сказал я.

Под неверящим взглядом старухи, из уголков глаз которой лились черные кровавые слезы, моя рука легла на шлем монстра. Я пытался сделать хоть что-то! Пытался выпить из него энергию – бесполезно! Моя энергетика просто не могла проникнуть в ауру живого существа… без хорошей такой доли примесей призрачной энергии, которой, несмотря на присутствие Агаты, было очень мало разлито вокруг. Я пытался разбавить свою энергию психической силой безымянного, но и ее было слишком мало… большая часть была закована во льдах, и как с ней работать после прошедших преобразований я даже не представлял. В конце концов я попросту сжал пальцы и что есть мочи потянул, пытаясь сорвать шлем. Нащупал не то, чтобы шов, но некую выемку у самого его основания, там, где шейные пластины переходят в литую броню… без толку. Холодный металл не поддавался, даже скрипа не издал… Да и куда мне, раз уж даже Агата не сумела оставить и царапины на нем.

Последняя попытка – использовать поглощенную льдом мощь… Малую ее часть. Лучше пусть у меня ничего не выйдет, чем безымянный вырвется из ослабленной темницы, придя в себя. Повинуясь моему желанию, ледяной гроб поплыл… тяжело, совсем не так, как раньше. Голова покемона присоединилась к остальному его телу, вернувшись в темницу, и рука моя замерла напротив безликого шлема. Прикрыв глаза, я сосредоточился. Лёд явно изменился под воздействием другого вида энергии, однако моя – красная аура, все еще была ведущей в этом калейдоскопе. Все еще могла выделить именно водную составляющую среди прочих, что и формировала подвижную ледяную основу. Да только воды там практически не осталось, а заменила ее психическая сила. И как этот процесс повлиял на лёд, если уже не на обычный барьер, как он повлиял на составляющую его энергию и каким образом я могу всё это использовать… узнать я не успел.

Разорванный путь в голове безымянного восстановился, и из ядра его вырвалась безудержная мощь, вымывшая тьму из ауры и «голод» из доспеха… Столь плотный поток, что я никак не мог отщипнуть от него и куска, даже несмотря на саму возможность пожрать энергию из брони. Такое было лишь раз, и последствия «знакомства» с тем покемоном мне очень сильно не понравились… мощь безымянного настолько превосходила драгонайта, что одно его присутствие вызывало уже настоящую мигрень. Словно смотрю на солнце, при том что глаз у меня нет, а само светило горит на расстоянии вытянутой руки.

Сквозь розовато-красное твердое марево, в которое превратился лёд, за мной следило два бирюзовых огня, и взгляд их пробирал до глубины души.

– Встхкорону!!! – завопила Агата, давясь кровавым кашлем.

Но было поздно. Кажется, перед тем как сознание мое затопила боль, я успел расслышать утробный рык, приглушенный трескающимся льдом. Психические жгуты вырвались из доспеха монстра, пробив сдерживающий его барьер подобно обычному стеклу. Я только и успел, что дернуться, как они завихрились вокруг моей руки, оплели ее по спирали, и тут же развернулись. Чудовищная прочность плоти, безумная плотность костей, невообразимая регенерация… всё это ничто, когда телекинетик подобного, чуть ли не божественного уровня, желает лишить тебя конечности. Подобно старой половой тряпке, которую усердно отжимает неутолимая горничная, скрутилась правая моя рука. Кожа стиралась и лопалась, рвались мышцы связки и сухожилия. Скрипели кости, желая оказать сопротивления, но тщетно крошились под чудовищным напором.

Оставив от руки жуткое месиво, всё еще являющееся частью моего тела только за счет лоскутов кожи и части сухожилий, что уже пытались регенерировать, монстр не успокоился. Он не хотел меня убивать, ведь иначе я бы уже был мертв… но желал избавиться от моего присутствия, отчего все еще удерживающие меня невидимые щупы резко дернули вверх. Вторая встреча с безымянным, и опять безумная боль, непродолжительный полет, и «плавное» приземление прямиком в океаническую пучину. Ровнехонько в черное пятно, оставшееся после моих экспериментов…

* * *

Агата с жалостью глядела вслед юноше. Они провалились, по-крупному, но единственное, о чем жалела старуха – она умрет сегодня не одна. Призрак внутри застыл, уняв свои бесплодные попытки сожрать ее душу, и ни единый жгутик больше не тянулся к ее сердцу. Генгар боялся. Агата ощущала это как никогда, особенно сейчас, когда они стали единым целым. Ее покемон, один из древнейших духов региона, один из опаснейших демонов, печать которого поколениями передавалась в ее семье, боялся. Застыл, словно крохотный раттата пред хищным взором эканса.

Ей полегчало. Некротическая энергия все еще разлагала дряблое тело, но сейчас голодный демон более не пытался убить ею своего пленителя. Основа основ – чем больше призрачной энергии в теле человека, тем больше силы может провести его организм и тем быстрее он растрачивает свои ресурсы… Единственный способ, которым эта тварь может убить Агату, не нарушая древнего пакта – отдать ей свою силу. Столько, сколько старуха не сможет выдержать. Иначе генгар давно бы уже сожрал ее душу, да отправился резвится в загробный мир, но… Пакт. Из тех, которые невозможно нарушить, не лившись при этом своей сути.

Тягучая вялость наполняла ее тело, боль звенела в каждой мышце, каждой косточке. В таком состоянии, без мучительной, но столь необходимой поддержки призрака, ведьма не сможет даже пройтись… Да что там, ноги уже подкосились под небольшим ее весом, и старческое тело рухнуло на колени, прямиком в лужу черной крови. Именно так выглядит «влага жизни», когда наполняет ее совсем не живительная сила. Колени неприятно хрустнули, кольнув сознание раскалёнными иглами, но старуха лишь плотнее сжала зубы, ощущая ноющую боль в челюсти и лицевых мышцах. Пронзительный взор фиолетовых глаз, всё еще наполненных сутью генгара, не отрываясь следил за существом, убившим её нынешнего напарника.

Душа безымянного никогда не была обычной… Но она была! В отличии от Юберион, внутри которой есть лишь только искра – вполне себе физический, материальный объект, внутри безымянного была еще и душа. Да не простая… Сильная – не слабее чем у Оука. Светлая, совсем не погрязшая во тьме, несмотря на все злодеяния, творимые лапами монстра. Живая, но вечно вялая, застывшая… Так было раньше. Теперь же, Агата видела это, монстр пробудился. Его душа цвела, распускаясь златыми нитями, что окутывали всё тело. Формировался силуэт, которого так страшился генгар. Столь сильные души могут принадлежать лишь сильнейшим призрачным покемонам, существовавшим задолго до становления их вида, как такового… Но безымянный был молод. Джованни создал его, уподобившись богу, не больше пары десятков лет назад!

Ранее уже обсуждался этот вопрос, но длительные дискуссии не принесли ничего. С самой первой стычки Агата знала, что у этого покемона есть душа. Он жив, несмотря на искусственное происхождение. А значит, что кого-то убили, чтобы создать его. Кого? Кто стал жертвой? Кто послужил исходным материалом? Настолько сильным, что в результате творение обезумевшего ученого стало… таким.

– Я… – громоподобный глас раздался в голове старухи. Звонкий, проникновенный, пугающий, – Я – это я! Я есть! Я мыслю! Я могу найти ответы…

Сознание покинуло старое тело, не выдержав напора чужой мысли. А за ним свое вместилище покинул дух. Не Агаты – другого, более временного жильца. Генгар не спешил в атаку, не пытался защитить тело хозяйки… Он тут же нырнул в загробный мир, пытаясь отсидеться там. Но переплетение златых нитей, внутри которых в унисон билось два ядра души, никак не реагировало на действия призрака. Покемон истаял из восприятия генгара, и более тот не чувствовал давления чужого духа… но и выдыхать спокойно, отправляясь на помощь Агате, он не спешил. Призрак и без того едва не лишился связи со своим куском в покеболе старухи, когда психический монстр начал изливать свои мысли в головы окружающих, и последнее, чего он сейчас хочет – это вновь привлечь внимание того монстра.

Появились новые гости недружелюбной полянки. Изрытая траншеями, ямами, покрытая сухой землей и почерневшей сгнившей травой, она едва напоминала саму себя десятком минут ранее.

Кучка магнемайтов, суетливо жужжа катушками магнитных излучателей, осматривали каждое углубление, каждый дюйм недавнего поля боя. Юберион искала своего мастера и в зависимости от того, в каком состоянии она найдет его, и найдет ли вообще, будет принято решение о самоуничтожении. Прогремит ли сокрушительный взрыв над городом-миллионником, или же его жители даже и не узнают, как близко разминулись с трагедией? Чем дальше шли поиски, тем больше искусственный интеллект склонялся к первому варианту… Пока, наконец, из тени бросаемой одним из накренившихся деревьев не вылез недовольный черный кот, в зубах которого расположился лабораторный халат Лоуренса, вместе с самим ученым внутри.

Магнемайты окружили их, принявшись сканировать в меру своих сил и установленного на платформах оборудования, но, убедившись в наличии дыхания и пульса у мужчины, лишь замерли на почтительном расстоянии, образуя своими телами ячеистый барьер. Такой вряд ли сдержит серьезной атаки, но хотя бы даст шанс Сириусу вновь спрятаться в мире теней, откуда тот без труда сможет вести наблюдение за битвой… глядя на перемещающиеся по полю боя тени.

Миссия провалена: Джованни сбежал, безымянный тоже, и лишь жизни Лоуренса – очередного браконьера на территории Канто, более ничего не угрожает.

Глава сто седьмая

Кошки-мышки

Глава сто седьмая. Кошки-мышки.

Вспышка телепортации на мгновение осветила мрачный кабинет и вновь погрузила его во тьму. Но теперь, помимо удобного кресла с панелью управления в ручке, помимо рабочего стола и пары мониторов, здесь проглядывался силуэт мужчины… и парящего в воздухе мохнатого лиса. Кротко осмотревшись, неизвестный быстрым шагом пересек комнату, на ходу выхватывая покебол. Вновь вспышка, и теперь тут стало совсем уж тесно. Правда, ненадолго. Крупный, под самый потолок, гуманоидный покемон с массивным хвостом смотрелся нелепо в столь крошечной комнате: укрытая длинными шипами спина уперлась в мониторы, пронзив один и скинув со стены другой; огромный хвост в беспечных метаниях перевернул тяжелый дубовый стол, уронил на пол стул, и едва не сшиб подвисшего в воздухе кадабру. Махина уже раскрыла зубастую пасть, готовая зареветь во всю глотку, но была остановлена грубой хваткой на своем ухе. Мужчина едва дотянулся до него, и что есть мочи потянул вниз, отчего гиганту пришлось припасть на четвереньки.

– Заткнись! – шикнул он, – Опусти стену, только тихо!

Покемон замер, с щелчком прикрыв пасть, и аккуратно коснулся мощной трехпалой лапищей куска стены, на который указывал его хозяин. Совершенно беззвучно та словно растаяла, расслоилась и жидкой грязью потекла вниз, освобождая проход в длинный подземный коридор, чьи стены были укреплены металлами.

– За мной! – обратился неизвестный к кадабре, а сам уселся на спину своего покемона, умостившись меж ядовитых его шипов, – Вперед.

Он держался за длинный роговой шип монстра, растущий изо лба, иногда заставляя того поворачивать, или перестраиваться, обходя нередкие механические ловушки в широком тоннеле. И вопреки размерам розовой махины и скорости, которую та развила, монстр бежал совершенно беззвучно: жесткая почва под его лапами на мгновения обращалась мягкой глиной, гася удар и не позволяя вибрациям распространяться по всему комплексу. Они бежали вперед, ведомые знаниями мужчины и силой покемона, и, казалось, никто в целом мире не смог бы их остановить…

* * *

Чарльз Гудшоу, вместе с давним своим другом, заседал в верхнем зале башни Лиги в Саффрон-сити. Там, откуда в считанные мгновения можно оказаться на крыше небоскреба. Пожилые мужчины баловали себя чаем с небольшой дозой «крепкой добавки», для закалки нервов, внимательно следя за развернутой на стене голографической картой региона и изредка косясь на воздушный замок за окном. Красными точками на ней были отмечены основные базы Джованни, а некоторые из них, выделенные расчетами временно-союзнического искусственного интеллекта, еще и дополнительно обвели красным же цветом.

– Чарли… мы ведь столько лет друг друга знаем?

– Допустим… – Гудшоу аккуратно отставил чашку с чаем в сторону. Если Оук начинает речь таким тоном, то ничего хорошего ожидать не стоит.

– Я хоть раз тебе врал?

– Не припомню. По мелочам – так…

– Отчего же сейчас ты мне не веришь? Или, по-твоему, жизнь всего Саффрон-сити – это мелочь? Безопасность целого региона – мелочь?

– Сэм…

– Весь твой план основан на расчётах сбрендившей машины! Что ты будешь делать, если Агата не справится? Если Джованни сбежит? Если Юберион окончательно лишится своего подобия разума? Понимаю, что я здесь как раз для устранения последней проблемы, но остальные, остальные-то! А если она ошиблась⁈ Если все эти базы, – в экспрессивном жесте Оук указал в сторону карты, – фикция? Обманка! Если его с Лоуренсом контакт не ограничился одним лишь сбытом материалов, и всё происходящее – лишь план Джованни? Еще и Юберион… она – машина. Ей можно дать любую команду «из-под админа», и она ее исполнит! Даже не осознает того факта, что была использована!

– Вот именно потому, что она машина – она надежнейший «человек» среди всех нас. Единственная, кто не подвержен ментальному влиянию! Сэмми… Ты слишком засиделся в своих лабораториях. Забыл, каково это – не знать, принадлежит ли тебе твой разум. Идёт ли всё по твоему плану, или же ты плаваешь в иллюзиях! – Гудшоу протяжно выдохнул, успокаивая вновь вздыбившуюся бороду, – Если Агата проиграет, то того монстра не сможет остановить никто… Ни ты, ни Четверка, ни Сабрина… Агата – единственная, кто способен сразиться с психическим покемоном такой мощи. Да ты и сам должен помнить тяжесть ее руки. – Оук кивнул, – Остальные станут лишь пешками в руках твари. Его собственным оружием, как бывало это и раньше. Ученики Агаты… пока не способны ее заменить. Не в этом деле. Лишь она, Юберион, да твой протеже – вот и все разумные Канто, способные сопротивляться деятельности безымянного. Да даже Синтия попала под его влияние! А она куда сильнее и тебя, и Ланса! Ну… – смутился тот вдруг, – нынешнего тебя. В остальном… если Джованни сбежит – мы выследим его. И под «мы» я подразумеваю всю лигу. Целиком. Если он сбежит, то значит не сможет более прятаться за спиной безымянного. Значит Агата выполнила свою задачу, и между моими руками и шеей этой твари более ничего не будет стоять. Он не сможет скрыться нигде. И не сможет сбежать в необжитые земли… Сам ведь знаешь, кого там можно найти. А если этот безумец всё же осмелится… Он умён. И осторожен. Так долго скрывался под самым моим носом, и даже обретя могущественное оружие, он не спешил нападать открыто… Даже когда Канто ослаб, он продолжал оставаться в тени и набираться сил. Такой человек, возможно, сумеет выжить на диких островах, но точно не с пустыми руками.

– Считаешь, что расчет Юберион верен? Что он направится в одну из своих укромок? Но что, если она ошиблась, или намерено скрыла данные? И вообще… с каких пор ты идешь на поводу у браконьеров? Заключаешь с ними сделки, обещаешь прощение за все грехи… Я не узнаю тебя, Чарльз. Вспомни, как было раньше…

– Раньше мы не сталкивались с таким количеством таких напастей. Еще и разом! Один только безымянный сравним с утихомиренной тобой Лугией, а еще новая драконья стая, предательства в высших чинах Лиги, возросшая активность браконьеров… и всё это при отсутствии официального Чемпиона! Мы не можем даже запросить нормальной поддержки! Спасибо хоть Синтия откликнулась, обходя все правила и нормы. Если кто-то и должен вспоминать былое, то это ты. Я вёл деятельность Лиги все те года, которые ты занимался подрастающим поколением. И поверь, текущая ситуация – самая напряженная за всю мою карьеру. Уволиться бы… да на кого я этот бардак оставлю?

Тяжело вздохнув, Чарльз приложился к кружке, предварительно увеличив в ней долю «успокоительного». За ним последовал и Оук. Старики отрешённо глядели по сторонам: кто на доску, кто в окно, и думали о своем, ожидая сигнала от передовых отрядов.

– И всё равно, – вновь начал Оук, – я считаю, что нужно было вынудить Юберион убрать крепость из города. Хотя бы…

– Сам ведь пробовал это сделать. Понравилось? – Оук скривился, и тут же широко ухмыльнулся.

– Да-а-а… Она раскатала меня в ноль. Но знаешь, отличная ведь зарядка для ума. Давненько стоило…

Одна из отметин на карте маякнула, моментально приковав к себе внимание почтенных старцев. План аналитиков Лиги, утвержденный Гудшоу, был прост на бумаге, но сложен в исполнении. Ключевая роль в нем отводилась Агате и Скару – их целью стал безымянный. Окончательно устранить покемона, пока тот ослаб, но сделать это без каких-либо серьезных разведданных – очень, очень сложно. Особенно если учесть паранойю Джованни, что не раз спасала его от обнаружения. Чарли знал, что тот обязан оставаться рядом с безымянным, однако ввязаться в прямой бой браконьер не мог – размажут. И Гудшоу, и Агата, и сам Джованни неоднократно наблюдали, во что превращаются свидетели сражений ведьмы и монстра, так что реакция последнего в этом случае оказалась предсказуемой – он не вылезет из укрытия, пока сражение не завершится. А дальше он либо выйдет победителем, о чем должна сообщить Юберион, и тогда на место сражения отправятся все силы отделения Лиги Канто с одной единственной целью – добить. Либо же решит сбежать, лишившись своего главного оружия, о чём только что и сообщила искусственный интеллект.

Исходя из полученных от Лиги данных, а благодаря допросу Блейна и следующих за ним по цепочке командования, знали они очень и очень многое, Юберион сумела рассчитать координаты основных баз Джованни, и выделить среди них наиболее вероятные, как склады на случай экстренного отступления. Никто не сомневался, что у настолько осторожного человека они есть, как и в том, что спрятаны они крайне надежно. Бежать прямо из лаборатории, с пустыми руками – невозможно. Тем более, что без безымянного у него попросту не было возможности телепортироваться куда-то за пределы Канто или Джото. Даже алаказам Сабрины, считающийся сильнейшим психическим покемоном региона, что специализируется на пространстве, и тот не может покрыть расстояние до ближайшего к Канто материка. Однако, теоретически, считается что на это способен безымянный. Доказательств тому нет, но и опровержений тоже.

Исходя из гибели безымянного и отступления Джованни стандартными способами – аброй или кадаброй, можно было ожидать его появление на одном из схронов или на одной из точек возможного побега. У Лиги, точнее, у Канто достаточно сильных псиоников с обученными покемонами, способными отследить сам факт телепортации на вверенной им территории… Даже Юберион могла это сделать, используя чисто технические, как надеялся Гудшоу, средства. Но вот перекрыть все границы… невозможно. Регион огромен, отследить все направления не выйдет, тем более что транспорт Джованни и не нужен – покемоны решают вопросы любых перевозок: воздушных, водных, наземных и подземных. Действовать грубо не выйдет, и единственный выход – действовать умно. Точечно.

И вот, одна из баз подала сигнал… Главная база, в Вермилион-сити. Джованни телепортировался на свой стадион. Точнее, под него. А значит первая часть плана завершилась наилучшим для Лиги образом: безымянный убит, и его хозяин готовится к побегу.

– Видишь? – улыбнулся Гудшоу, – Она справилась. Самое сложно позади…

– Посмотрим, – Оук всё ещё лучился скептицизмом, – я бы не сбрасывал железку со счетов.

– Просто держи своего чаризарда наготове…

* * *

Длинный тоннель с бесконечным числом однотипных проходов по обе его стороны уводил розового покемона с его хозяином вдаль. Цель мужчины – склад с особо ценной вещью, – находилась у самого выхода с базы, но до нее, увы, Джованни так и не добрался. Путь ему преградили столь резко, что тот не стал даже пытаться останавливать своего нидокинга, а лишь спрыгнул со спины последнего. Высокая брюнетка, за спиной которой висел в воздухе огромный алаказам не повела и бровью, ведь вперед вышел не менее огромный черновласый мужчина. Он шел прямо навстречу монстру, совсем не опасаясь грозного рёва.

Рыча и скалясь, словно дикий зверь, нидокинг пёр вперед, готовый сбить своей массивной тушей преграду, повалить ее наземь и разорвать в клочья… Огромный ядовитый рог практически коснулся широкой груди мужчины, как тот размылся в воздухе. Единым слитным движением здоровяк обогнул морду нидокинга по правую от него сторону. Левая рука легла на массивный рог, что есть мочи надавив на него и уведя морду покемона к полу, а правая, сжавшись в кулак, врезалась в беззащитный бок.

Монстр взвыл от боли, и тут же прикусил язык, когда на всей скорости уперся рогом в пол, совершая совсем незапланированный кувырок и погружая шипы на спине в твердую почву. За ними, не теряя инерции, словно в тугую трясину под землю ушло и остальное тело. Целиком. Мгновением спустя из-под ног Бруно вырвалась розовая лапища, чьи когти отдавали гнилостным фиолетово-зеленным оттенком. Выпад был нацелен в ценнейшую для любого мужчины область, но задеть столь ловкую цель у монстра не вышло. Бруно отпрыгнул, краем сознания отмечая попытку Джованни уйти телепортацией, как и ответные действия Сабрины на этот его ход. Здоровяк хмыкнул, видя, как странный алаказам девушки материализовался у одного из боковых ходов, удерживая за усы младшего своего собрата. Джованни же вывалился неподалеку, пуча глаза от натуги – у девушки еще проглядывались небольшие проблемы с контролем ее силы, отчего она могла перестараться с телекинезом.

– Он нужен нам живым! – напомнил Бруно, избегая очередной подземной атаки.

– Поняла, – холодно кивнула Сабрина, отпуская цель. Хрипящий пучеглазый мужчина явно не сумел бы быстро сбежать, тем более что единственное средство к побегу уже было захвачено алаказамом.

Джованни подкошенной куклой рухнул на пол и замер без движения… Браконьер начал таять.

– Обманка! – рявкнул Бруно, – Найди настоящего! Он должен быть поблизости, – толстый розовый хвост практически сшиб мужчину, но тот успел отпрыгнуть в сторону, едва не налетев на удар когтистой лапы. Словно уж на сковороде вертелся он, и с каждым следующим выпадом сокращалось разделяющее его со смертью расстояние.

Тем временем, на месте тела криминального авторитета образовалась розоватая лужица, из которой за всем происходящим следила пара крошечных глазок. Совсем юный, едва ли осознающий себя дитто побулькивал что-то забавное, пусть и лишенное смысла.

– Телепортировал дитто вместо себя? Черт! – на секунду, лишь на миг, Сабрина утратила контроль над эмоциями, отчего земля под ее ногами покрылась тонкой коркой инея, – Пф-ф-ф… Алаказам, ищи!

– Казам… – с потусторонним эхом откликнулся он.

Монстр отпустил кадабру, но глаза последнего на секунду блеснули бирюзой. Покемон лишился сознания, а сам седой лис раскинул лапы над головой, прикрыв глаза. Лишь драгоценный камень во лбу его всё также сиял, да пять металлических шариков-проводников заплясали меж тонких пальцев обеих рук.

– Ка… – громогласно рыкнул покемон, и вместе с Сабриной они пропали во вспышке телепортации.

Из одного из тоннелей послышался далекий грохот, что тут же утонул в диком жужжании. На шум отвлекся нидокинг. Всего на секунду, но это позволило Бруно прервать смертоносную серию атак ударом в ухо. Словно по волшебству в его руке оказался покебол, и вот наземь ступило новое действующее лицо – огромная синяя лягушка с черной спиралью на белом брюхе. В росте она уступала противнику, да и выглядела не столь угрожающе… вот только первая же атака дала нидокингу понять: битва не будет простой.

Кулак поливрата окутался плотной взвесью синей энергии, и, с громким щелчком да последовавшей за ним ударной волной, покемон попросту вбил руку в землю, не только обращая твердую почву в вязкую трясину, но и заставляя «землеройку» покинуть свое убежище. Лучшая тактика борьбы с земляными покемонами – обратить твердую почву в топь. Большинство земляных могут плавать в своей стихии как в воде, но в настоящей воде они становятся беспомощными, лишаясь возможности использовать вибрации для перемещения. Болота – вот бич большинства землевиков.

– Вра-а-а… – заключил тот, громко квакнув.

Оказавшись на поверхности, нидокинг осмотрелся, и, не найдя своего хозяина, уже хотел было вновь опуститься под землю, подальше от трясины – да не успел. Мощные задние конечности лягушки напряглись, и тело его метнулось вперед, нанося сокрушительный удар огромного кулака прямо в живот противника. Нидокинга протащило по земле. Звериный оскал обнажил светло-зеленые, под цвет отравленных когтей, зубы. Покемон взревел, глядя в ухмыляющуюся жабью морду. Шипы на его спине встопорщились, также покрываясь ядовитой субстанцией. Они однозначно намекали – ближний бой с таким монстром будет очень сложным, а в затяжные схватки и вовсе лучше не входить. Да только выбора у поливрата не было.

– Разберись, – грубый бас Бруно отразился от стен.

Мужчина спокойно развернулся спиной к ядовитому покемону, рванув в одно из боковых ответвлений – откуда вовсю доносились звуки сражения, на что среагировал и нидокинг: решил вновь зарыться под землю, дабы помешать человеку навредить его тренеру, но тут же был атакован поливратом. Лягушка ловко извернулась в воздухе, всадив колено в грудную клетку хищника, и тут же получила удар мощного хвоста в ответ. Очередной обмен атаками закончился ничьей, и пусть розовая махина уже дважды получила урон от соперника, но зато ей удалось содрать кожу с жабьей лапы, коей та успела выставить блок. Яд, которым был покрыт чешуйчатый хвост, проник в кровь. И тем не менее, боевой покемон всё равно ухмылялся, бросая земляному мутанту вызов.

Бруно оставил своего подопечного сражаться, боясь потерять время. Джованни – не тот противник, которого следует недооценивать, что показал и трюк с дитто. Проведший не одну тысячу боев, мужчина смог распознать уловку… Но сделал это слишком поздно. Тренер земляных покемонов отправил своего нидокинга вперед не для того, чтобы задержать противников, а чтобы перекрыть им обзор. Вспышкой кадабры он прикрыл призыв еще двух покемонов, а после, используя подкоп вместе с кем-то из своих подопечных, сбежал, заставив дитто принять его облик и телепортироваться вместе с кадаброй. И всё это за те жалкие секунды, которые были нужны нидокингу чтобы добежать до противников. Опасный, изворотливый противник, который, к тому же, сражается на своей собственной территории. Оставлять такого на откуп Сабрине… Девочка она сильная и умная, Бруно знал это, но сейчас может и не справиться.

Впереди показался свет. Земля тряслась, за спиной звучали громовые раскаты мощных атака поливрата, яростный рык нидокинга, а впереди – жужжание. Жуткое и монотонное. Многоголосое.

Бруно оказался на каком-то разрушенном складе, и, не теряя времени, достал еще два своих покебола. Шустрый хитмонтоп, способный осыпать любого противника градом ударов со всех сторон разом, и еще более быстрый хитмонли, чьи перебинтованные руки и ноги могли с легкостью пробивать звуковой барьер, встали по обе стороны от своего тренера. Посреди склада полулежала Сабрина из плеча и предплечья которой торчали огромные черные жала, а вокруг девушки, да и по всему складу в общем, летали сотни бидрилл. Сабрина была освещена кругом света, что лился из пробитого потолка склада, и оттуда же нескончаемым потоком пёрли дикие осы. Она отлавливала еще живых насекомых своим телекинезом, раздавливая некоторых в процессе, и использовала их как живой щит от посылаемого со всем сторон града снарядов. А самое страшное – огромные черные иглы, источником которых служила королева роя. Они прошибали живую защиту насквозь, но разбивались о псионический барьер, совсем рядом с ее телом. И каждое такое попадание вызывало гримасу боли на излишне побледневшем лице.

Если бы не алаказам, что отвлекал королеву, вполне вероятно, что Сабрина уже была бы мертва. Гигантская оса носилась по всему складу, преследуемая тремя раскаленными металлическими шариками – снарядами психика. Сам же покемон лежал неподалеку: тело его было истыкано разноцветными иглами, в том числе и гигантскими – иглами матки роя. Одна из передних лап отсутствовала, из пореза на шее хлестала кровь… Раны совсем не характерные для бидрилл, оставленные кем-то уровня хитмонтопа Бруно.

«Паралич», – понял Бруно, едва уворачиваясь от одной из таких же.

Лишь слабое зеленоватое свечение помогло ему вовремя заметить угрозу. Вновь оглядевшись, он понял: по стенам склада также ползали насекомые – укутанные камуфляжем, помогающим слиться с окружением, отчего заметны их тельца становились только во время атаки. Именно они беспрестанно атаковали Сабрину и ее покемона – тот отбивал все снаряды оставшимися двумя шариками, и всё большее количество бидрилл замечали гостей, отправляя в них новые и новые порции парализующих, ядовитых и кислотных жал.

– Топ – защита, Ли – атака.

Бруно двинулся вперед, к девушке. Он внимательно осматривал округу, но в упор не видел Джованни… Разбитый склад, тело, кажется, райхорна или райдона валяющееся в углу, заваленное ящиками. Перевёрнутые стеллажи и полки, следы когтей на полу и дымящиеся подпалины по контуру отверстия в потолке дополняли картину, но не позволяли понять, что именно здесь произошло и куда делся Джованни. И это заставляло мужчину нервничать. Вокруг него кружил в смертоносном танце хитмонтоп, отбивая снаряды своим когтями. Казалось, мартышка разделилась на несколько своих копий, столь резво она перемещалась. Но с и хитмонли ему было не сравниться, ибо этот длиннолапый примат порхал словно бабочка… Его ноги покрылись тонким слоем пламени, и каждый пинок, направленный в летающих пчел, или же в тех, кто маскировался на стенах, запускал видимую в реальности волну жара, опаливая крылья насекомых и лишая тех маскировки.

Бруно с легкостью преодолел защитную «стенку» из истерзанных тел бидрилл, склонившись над изможденной брюнеткой. Круги под глазами, излишне бледная кожа… Казалось, вот-вот, и она лишится сознания. Вновь пришли на ум все те протесты, что высказал Бруно в сторону Чарльза, когда тот настоял на участии Юпси в операции. Мужчина считал и продолжает считать, что от едва отошедшей от травмы девушки будет больше вреда чем пользы, но доводы Чарльза было не переспорить. Сабрина – единственный на континенте псионик, способный перекинуть Бруно в любую точку Канто, Джото или Оранжевых Островов. Ее покемон – единственный, кто способен преодолеть такие расстояния, и при этом… взять след. Один раз почувствовав телепортацию покемона Джованни, он мог преследовать его до конца. И даже более того, мог сорвать новую попытку уйти, что и произошло… Жаль, что Джованни был в курсе о подобной особенности, отчего и не пытался уйти телепортом. Уже сейчас, командир операции это знал, начался штурм всех баз Джованни разом. И даже этот комплекс уже захвачен агентами… Он не сбежит. Никак.