Текст книги "Покемон. Реальный мир (СИ)"

Автор книги: Fiks

сообщить о нарушении

Текущая страница: 74 (всего у книги 115 страниц)

«Не могли же они ошибиться? – мелькало в его голове, – Или он не только чудовищно силен, но и столь же искусен?»

Действительно, если сильный и, что куда важнее, умелый псионик захочет скрыться, то очень вряд ли его смогут обнаружить, особенно те, кто как Роберт, не обладает высочайшей чувствительностью. Конечно, он достаточно долго и упорно работал со своим собственным разум, а потому его чувствительность к проявлениям чужого дара достаточно высока, но она и в подметки не годится урожденным сенсорам. Те способны, буквально, ощущать эмоции существ, лишь коснувшись волн, выделяемых практически любым разумом.

Увы, размышления псионика были перебиты крайне грубым образом, ведь вышедшая из-под воды волна первобытной ярости была столь мощной, что лучшему менталисту региона пришлось приложить все свои силы на банальную попытку оставаться в сознании. Даже мысленный поток, отвечающий за телекинез, пришлось пустить на эту задачу, отчего вся тройка незамедлительно начала падать.

Не особо чувствительные к подобным проявлениям Синтия и Ланс лишь ощутили легкий дискомфорт, который ощущает человек, проходя мимо дико скалящейся собаки на привязи, не страх, но какая-то подсознательная опаска. Куда больше их напугало само падение, и вовсе не из-за набранной высоты, а из-за состояния Роберта: если тот по какой-то причине не смог поддерживать их в воздухе, значит на них уже совершили нападение, которое никто из них не заметил.

Покеболы оказались в руках тренеров как по волшебству, но Роберт не дал тем совершить ошибку, и, отрешившись от терзающей его разум боли, поспешил вернуть контроль над их общем положением в пространстве.

– Все… В порядке…

– Нападение?

– Нет… Просто… Уф-ф-ф, голова раскалывается. Кажется, переговоры провалились.

– Там что-то случилось? – даже сохраняя настороженность и не выпуская черного покебола из рук, Синтия продолжала источать во вне детскую непосредственность, словно всё вокруг – всего лишь крайне веселое приключение.

– Волна чудовищной ярости. Рассеянная, но до ужаса сильная. И появилась она откуда-то снизу.

– Им нужна помощь, – взволновался Ланс, запуская покебол.

– Нет, – поморщился Роберт, потирая центр лба большим пальцем, – Они возвращаются. Трое.

Огромный гаярдос, не уступающий в длине майлотику Синтии, появился прямо под ними, и сразу же заозирался вокруг, в поисках своего тренера.

– Борс!

Услышав знакомый жёсткий голос, покемон успокоился, задрав голову кверху, и замер в ожидании команд.

– Ты уверен, что им не нужна помощь?

– Нет. Я только чувствую, что они на огромной скорости движутся сюда.

– Хорошо. Жди! – отдал он команду, и покемон послушно опустился под воду, что лишь спинные плавники да часть костяной короны остались торчать снаружи.

В отличии от спуска вниз, когда Лорду приходилось искать дорогу к логову, подъем происходил значительно быстрее, и уже спустя пару минут гнетущей тишины из-под воды со звучным влажным *Чпок* вылетел сначала майлотик, а после и драгонайт. Угорь, совершив кульбит и пролетев значительно расстояние, приземлился куда-то за спину своей хозяйки, пока Лорд завис в воздухе, рядом с Лансом, и оба покемона принялись на перебой докладывать своим тренерам о произошедшем, насколько, конечно, могли, ведь развитый разум едва способен компенсировать разницу в речевом аппарате.

Пучина вспухла, запенилась. Сперва из-под воды показались пара объемных усов, каждый из которых был толще плавающих неподалеку майлотика и гаярдоса. За ними показался рог, сравнимый по размерам с утесом, а после выглянула и остальная морда чудовища. По тяжелым надбровным дугам стекали целые реки соленой воды, напрочь игнорировавшейся покемоном, что вперил свой разъяренный взгляд в зависших в воздухе людей. Подъем прекратился, когда снаружи показался кончик носа, из ноздрей которого фонтаном вырвались потоки воды, едва не забрызгав ошарашенную троицу.

– Во-о-о-оу! Да он размером с небоскреб! Даже больше! – экспрессивно заметила Синтия, но покебол из рук так и не выпустила.

– Проблемно, – устало вздохнул Ланс, – Лорд, ты готов к переговорам?

– Пью, – свистящий гортанный звук, в сопровождении кивка, был однозначным ответом.

– Может, и мне вызвать Габи?

– Не думаю, – Ланс покосился на девушку, в ожидании полного игнора, но та лишь пожала плечами, убирая покебол обратно на пояс, – Он может разозлиться, и тогда даже шанса на нормально общение не будет. Хотя, если Роберт прав, то шансов у нас и так не много.

– Я не чувствую, чтобы он готовился совершить психическую атаку, но…

– Что, не томи! – под взглядом такой махины, Ланс нервничал все сильней и сильней, лишь иногда с удивлением подмечая полное спокойствие со стороны Синтии.

– Что-то странное… Не могу описать… Он явно относится к психическому типу, причем он до безумия силен в этом плане, но его энергия… Она будто непрерывно истекает вовне, из-за чего я не никак не могу почувствовать его разума. Подобное нехарактерно для психических покемонов. Да и для покемонов вообще.

– Это все очень интересно, – подала голос Синтия, – но он вообще-то ждет. Не грубо ли сначала выдергивать его на переговоры, а потом заставлять ждать? – девушка игриво склонила голову на бок, прикрыв один глаз длинной челкой, пока второй все также был обращен на покемона.

– Приветствую вожака! – начал Ланс, а сразу за ним подал голос и Лорд, – Мы пришли договориться!

– ФЬ-Ю-Ю-У-У! – глубокий вой, так напоминающий китовый, казалось, исходил из самой воды. Из всей поверхности океана разом, – ПЬ-Ю-У-А-А-У!

От вибраций, издаваемых гортанью монстра, водное полотно начало волноваться, будто в преддверии шторма.

«Убирайтесь!» – пришла Лансу картинка от Лорда, отчего тренер поморщился, ведь данный способ связи вызывал сильную головную боль.

– Ты первым напал на людей! И сейчас мы пришли только поговорить!

Очередной оглушающий вой, переходящий с низких, пробирающих до самого нутра частот, к высокому визгу, едва не разрывающему барабанные перепонки. Пятиметровые волны расходились от массивной морды чудища, грозя набрать силы и превратиться в цунами. Благо что в Канто нет внешних портовых городов, ведь Вермилион-сити, Фуксия-сити и Санни-таун выходят к заливу, и даже если это стихийное бедствие действительно достигнет региона, существенных проблем оно не доставит.

«Смерть!»

– Кажется, он не готов к диалогу… – шепнул Ланс, потирая виски, – Приготовься к отступлению, – обратился он к Роберту, получив в ответ кивок. Мужчина все также висел с закрытыми глазами, и сосредоточенно хмурился, – Если ты откажешься говорить, мы будем вынуждены…

Горящие золотом зрачки сузились в единую точку, полностью сфокусировавшись на Лансе. Даже парящий за его спиной дракон был проигнорирован. Очередная волна ярости от монстра, находящегося в сотни раз ближе, чем раньше, могла лишить отрядного псионика сознания, если бы, конечно, он не ожидал чего-то подобного.

* * *

– Что ты видишь? – Лорелей передала мне бинокль. Самый простой, можно сказать допотопный. Ни грамма электроники, лишь простейшая физика.

– Чудовище, – и речь не о внешности.

Тогда, на маяке, я не мог как следует рассмотреть эту тварь, но вот сейчас… Его аура просто поражает. Это золотое марево заглушает все вокруг, и на его фоне я совсем не вижу ни Ланса, ни Синтию, ни их покемонов. Чудовищная мощь.

– Нет. Это всего лишь покемон. Когда станешь одним из четверки, тебе регулярно придется бороться с такими.

– С чего… такая щедрость? – удивился я.

– Всего лишь смотрю правде в глаза. В твоем деле сказано, что ты занимаешься тренировкой покемонов меньше полугода, однако твои подопечные уже стоят на уровне покемонов сильнейших третьеранговых тренеров, занимавшихся обучением не один год! Удивительный, непонятный феномен… Если продолжишь в том же духе, то уже к будущему чемпионату сможешь потягаться со мной.

– С вами? Мне всегда казалось, что среди нынешней четверки легче всего скинуть Бруно…

– Хах, – лицо девушки украсила искренняя улыбка, – Многие так считают. На моей памяти, лишь трое претендентов бросали вызов кому-то кроме него. На самом деле, Бруно чуть ли не самый сильный противник. Пожалуй, для претендента только Ланс будет сложнее. Его покемоны не обладают схожей с моими универсальностью, мощью и скоростью драконов Ланса, или вездесущностью призраков Агаты… Но они сильны, по-своему. Если интересно, можешь поискать запись его боя за прошлый турнир.

Пока девушка говорила, я вновь вернулся к наблюдению, с ее согласия… Ну, она не потребовала вернуть бинокль, а значит не возражает. Мощный вой подводного дракона слышался даже отсюда, а вот драгонайта Ланса, что очевидно, слышно уже не было.

– Как думаете, какие у нас шансы?

– Зависит от множества факторов, – пожала плечами Лорелей, принимая протянутый мною бинокль, – Лига уже заключила немало договоров с лидерами тех или иных общин покемонов. Рощи бульбазавров, к примеру. Они поставляют нам редчайшие ингредиенты, растущие лишь на их священных полянах, где покемоны проходят массовую инициацию. Там тоже договаривался Ланс, но он утверждал, что их верховный ивизавр может контролировать чуть ли не весь лес. Или, например, стая тентакулов, возглавляемая огромным тентакруэлем… Он, конечно, в разы меньше этого гиганта, – девушка кивнула в сторону, ведущего предварительную беседу отряда альфа, – Но все равно, двадцатиметровая медуза – не самое приятное зрелище. Они, охраняют залив от гаярдосов, позволяя нашим судам спокойно там курсировать.

– А что лига дает взамен?

– По-разному. Иногда это продукты питания, иногда защита, иногда диалог ведется со стороны силы. Когда Ланс в последний раз шел договариваться с экзеггуторами, что активно расплодились в северо-западных лесах, на него попросту напали. У них не было главы, и вся многокилометровая роща представляла из себя кишащий древоподобными хищными монстрами лес. Пришлось чистить, после чего убедить остатки сидеть тихо и не нападать на людей стало куда как проще.

– Сейчас, стало быть, у нас есть с кем договариваться. Но что мы можем дать взамен?

– Я не знаю, – спокойно ответила Лорелей, поворачиваясь ко мне, – Я не специалист по драконам. Для этого есть Ланс и Синтия. Однако, – она нахмурила бровки, и подняла указательный палец, – если я что-то и смыслю в драконах, то действовать придется с позиции силы, иначе он откажется даже слушать.

Яркая вспышка из центра лагеря привлекла внимание.

– Кажется, ты его разозлил… – грустно произнесла Синтия.

– Он изначально ставил себя выше нас. Нужно показать силу, а после вновь попытаться договориться. Хм… Надеюсь Лорд не забудет захватить с собой Борса.

Синтия, тем временем, склонилась над упавшим на колени псиоником.

– Ты в порядке? Выглядишь неважно.

Роберт стоял на четвереньках, уперевшись руками в холодный лед, и очень тяжело дышал, с отчетливо слышимыми хрипами. На льду даже появлялись первые красные капельки крови, тонкой, но равномерной струйкой, льющейся из его носа.

– Кх… За… Кых… Задело…

– Прошу прощения, – девушку вежливо, но решительно отставили в сторону, и пока мужчине оказывали первую помощь, да решали о нужде отправке того в лагерь, враг не стоял на месте.

– Думаю, можно отправлять весточку Агате, – озвучила Лорелей, когда к нам подошла основная ударная группа.

Поначалу, я удивился отсутствию командных ноток, то и дело звучавших в ее речи, но, когда Синтия достала из кармана пару камешков, мне стало очевидно, что просьба, но не приказ, предназначалась именно ей.

Молча девушка подбросила камни вверх, и те попросту раскрошились… Вновь нацепив поднятые на лоб из-за бинокля солнцезащитные очки, я успел увидеть лишь бледно-фиолетовые полосы с зеленоватым отливом, что стремительно развеивались на ветру. Они тянулись в две стороны от ледника, скорее всего, по направлению к снабженными призраками льдинами.

На немой вопрос блондинка лишь весело улыбнулась, оставив свое действие без ответа. Хотя, сдается мне, что я единственный не понял произошедшего.

– Ты отдала обоих? – удивился Ланс.

– Мы решили, что так будет проще держать связь, – ответила вместо Синтии Лорелей, – Что куда важнее… Кажется, он наконец заметил нас… – отдав мне бинокль, девушка сняла с пояса все свои покеболы, отправив большую часть их обитателей в воду.

– Барьер! Уносите Роберта, живо! Сайрус, ко мне, остальные убирайтесь!

– ЕСТЬ!

Три вспышки телепортации, и на леднике осталась лишь наша четверка, да последний псионик, нужный на самый экстренный случай. Ученики Лорелей, по заранее определенному плану, направились к остальным отрядам, прихватив с собой лапрасов, и уже сейчас должны извещать тамошних командиров о текущем состоянии дел. С нами остался лишь Сайрус – последний псионик, должный доставить нас в лагерь, если что-то пойдет не так.

Мне не нужен был бинокль, чтобы видеть зарево нейтральной энергии, пылающей где-то там, впереди. Так что, сразу как начальство отдало команду, я поспешил возвести барьер. Без всякой театральщины, что, кажется, было замечено лишь Синтией, остававшейся спокойной даже в такой момент.

Дракон готовил свою атаку достаточно продолжительное время, зато по факту, когда пяти-шестиметровый луч нейтральной энергии с запоздалым свистом и громом пронесся над водной гладью, моментально испаряя тонны океанской воды и не задевая покемонов Ланса, Синтии и Лорелей лишь благодаря их чуйке, со звенящим грохотом врезался в барьер, одновременно ломая тот сильнейшим физическим воздействием, но и насыщая колоссальным количеством нейтральной энергии, мне пришлось сосредотачивать все свое внимание на протекающих процессах. Чинить, поглощать, насыщать, контролировать, возвращать…

Энергии было столько, что попытка скомпенсировать ее поглощением едва не привела к повторению инцидента с драгонайтом Оука, во всяком случае ощущение погружения в кипяток были крайне схожи, пока я не прервал те резким выбросом энергии во вне, в следствии чего стоящий под ногами лед, сохраняющий свою крепость исключительно из-за его насыщения ледяной энергией, которым прямо сейчас занималась одна из призванных Лорелей джинкс, начал стремительно таять, и мне пришлось контролировать еще и испускаемый мною туман, дабы тот исходил исключительно вверх, и не задевал союзников.

Так мы и стояли: в плотный, совершенно непрозрачный красный диск бил колоссальный луч из слепяще-белой энергии, пока по ту сторону диска вверх бил поток красного тумана, стремительно распространяющийся по небу, образуя густое бордовое облако, видимое, я надеюсь, только мною. И, возможно, Лансом, но изучать его реакции на происходящее попросту не было времени, ведь стоит отвлечься хоть на секунду, и мое тело вновь начнет разрываться изнутри, дабы плоть смогла экстренно подстроиться под возросшую энергетику… И кто тогда знает, останется ли поддерживаемый мною барьер, и что станет с моим спутниками, если тот таки развеется.

* Волевым произволом автора самочки драгонайтов имеют синюю чешую. Это уже не драгонейр, но еще не драгонайт. Зачем это сделано неизвестно даже мне, так что просто примите это. Может когда-нибудь пригодится. Если говорить о «воздушных» стаях, то это выглядит как-то так:

Глава семьдесят. Первый раунд

Глава семьдесят. Первый раунд.

Тридцать секунд. Пусть залп гиперлуча казался бесконечным, особенно на фоне боли, что заполнила каждый мой орган, каждую клеточку, когда количество проходящей сквозь мою ауру энергии превысило какой-то неосязаемый порог, но на деле длился он всего лишь тридцать секунд, и, увы, оставил после себя не только волнующийся кипящий океан.

На голубом небосводе не было видно ни облачка, а палящее солнце приятно грело мокрую от поднявшихся брызг кожу. Такое небо было бы признано подходящим для медленной созерцательной прогулки, той самой, когда лёгкий солоноватый бриз ласкает разгоряченную от теплого солнышка кожу, вымывая все неприятные мысли из головы путника, однако все портил зияющий провал в красную мглу, видимый одним лишь мною. Он бордовой кляксой расплывался по голубому небесному полотну, вызывая не самые приятные ассоциации, источник которых я не в силах распознать, как бы ни пытался. Я с трудом удерживал контроль над таким количеством энергии, облаченный в форму бордового тумана, старался придать тому максимально возможную плотность, ибо не знаю, как всепоглощающая сила поведет себя в этом мире, если выпустить ее на свободу. Развеется ли без следа, али начнет пожирать всё вокруг? А может, просто замрет без движения? Словно верный пёс будет ждать, пока хозяин вновь не обратит на нее свое внимание.

Проверять желания не было, а потому, я старался уплотнить растекающийся по небу туман, но так, чтобы тот не переходил на физический уровень воплощения. Жаль, что противник не стоял на месте, ожидая хода с нашей стороны, ведь как только залп гиперлуча подошел к концу, древнее чудовище издало пронзительный низкочастотный вой, от которого даже ледник под ногами задребезжал, и местами покрылся трещинами. Покемон не доволен тем, что противники не только все еще живы, но и готовят против него ответные меры.

Возможно, такие траты нейтральной энергии не прошли для чудовища даром, ведь стоит вспомнить проблемы Игнила, как самому становится дурно от подобных расходов… Или же ему просто нужно немного времени для отдыха? Как бы то ни было, второго залпа не последовало, и вместо него дракон лишь пару раз клацнул челюстями, сосредоточил на нас свой взгляд, мимоходом отметив и мою «тучку», и, недовольно порыкивая, что было слышно даже отсюда, направился в нашу сторону. Медленно, но неумолимо.

– Устройство перегрелось, нужно время! – прекрасно понимая, что последствия второй такой атаки либо попросту вырвут весь собранный и кое-как стабилизированный туман из-под моего контроля, либо заставят меня экстренно эволюционировать, я тотчас же поспешил предупредить своих спутников, дабы те начали делать хоть что-то.

Хлеб свой Четверка ела не зря, и Лорелей сориентировалась крайне быстро, пока Ланс с недоверием и долей опаски глядел за разворачивающимся над его головой действом. Не знаю, что именно он мог видеть своими глазами, которые по сравнению с моим «зрением» можно назвать дефектными, но мои слова он будто пропустил мимо ушей. Причем странное поведение любителя драконов заметила и его товарка по увлечению чешуйчатокрылыми, но, не заметив на небе чего-либо интересного, постаралась вернуть товарища в нашу реальность, аккуратно подергав того за плечо.

– Поняла! – выкрикнула слегка оглушенная после рева гиперлуча и последующего за ним воя драгонайта Лорелей, – Вы двое! Спрячьте нас!

Из-под воды вылетела пара ледяных духов, если, конечно, можно так назвать вполне себе живых и материальных существ. Просто за джинкс пошла именно такая слава из-за их любви убирать себя из восприятия своих жертв, чтобы совершенно незамеченными подлететь к тем со спины, да высосать из людишек все тепло, вместе с «жизненной силой», то есть кровью. Когда-то давно, из-за обилия получивших «поцелуй смерти» тел, найденных на севере Канто, что представляли из себя покрытых изморозью обезвоженных мумий, популяция этих опасных покемонов была сильно прорежена Четверкой тех времен, а остатки перешли под жесткий контроль лиги. Не жалуют они людоедов, не жалуют.

Появившиеся джинкс уже находились в боевой форме, и если спокойный покемон напоминал миловидную голубокожую девушку с аккуратными белыми ручками и роскошной блондинистой шевелюрой, облаченную в красное платье, состоящее из странной подвижной субстанции, то замершие в воздухе создания однозначно подтверждали звание ледяных духов. Темно-синяя, явно нездоровая потрескавшаяся кожа, растрепанные во все стороны блондинистые волосы, бездонные провалы во свет вместо глаз… Особо выделялись руки, покрытые большим количеством торчащих во все стороны белых шипов, и то самое красное платье, что активно бугрилось и переливалось, иногда исходя колючками, а иногда просто волнами.

Обе девушки взмыли высоко ввысь. Их тела переплетались в причудливом танце, покуда вода вокруг нашего ледника начала исходить волнами, словно в такт их движениям. Я же с трудом мог контролировать связующую ниточку тумана, благодаря которой контроль над темно-бордовым маревом, затмившим небо, все еще оставался при мне. Джинкс несколько раз едва не касались ее, и что будет в случае разрыва этой связи я предсказать не в силах, но хорошего точно мало.

Но вот, танец подошел к концу, а я, завороженно наблюдавший за сим действием, да увлеченный игрой «не дай джинкс случайно уничтожить этот мир», заметил, наконец, что вокруг айсберга образовался настоящий буран, сквозь который даже моими глазами с трудом можно было разглядеть приближающееся к нам золотое солнце, что представляла собой аура того дракона. Лишь в небе, где блондинки и устроили свой вальс, была широкая прореха, нужда в которой стала очевидна достаточно скоро.

– Что с барьером? – спросила Лорелей.

– Делаю что могу…

– Что-то не видно! – вспылила она, – Ланс, хватит витать в облаках! – попавшему под горячую руку парню прилетел слабенький подзатыльник, не только вернувший любителя драконов в реальный мир, но и остановивший попытки Синтии растормошить его.

– Что? – удивился он, осматривая округу.

– Ничего! Ты собираешься исполнять свои обязанности, или так и будешь смотреть на небо⁈ И что вообще ты там увидел?

– Ничего, – излишне поспешно ответил парень, стрельнув глазами вверх, – Совсем-совсем ничего…

– Ты не думаешь, что сейчас не время для твоих шуток? Соберись и отдай уже приказ.

Нахмурившись, Ланс в последний раз посмотрел на небо, после чего развернулся в сторону бушующей бури.

– Лорд! – крикнул он.

Даже сквозь ветра снежной бури были слышны хлопки мощных крыльев, и уже спустя несколько секунд, облетая ледяную преграду по высокой дуге, в центр ледника приземлился дракон. Несмотря на внушительные размеры, Лорд казался совсем маленьким, подавленным. Примерно также выглядел Сириус, когда я отчитывал того за самоволку в мир Тени, из которой тот вернулся без привязки к покеболу.

– Где Борс?

– Пру-у-у…

– Хорошо. Сможете синхронизироваться? Атаковать его снизу?

– Фью! Пу-о-у!

– Пожалуй, я присоединюсь! – ухмыльнулась Синтия, изымая черный покебол.

– Ты же не пойдешь туда лично? – обеспокоилась Лорелей, – Не пойдешь же, да?

Девушка лишь загадочно улыбнулась, и мигом спустя весь айсберг, на котором мы стояли, промялся, существенно опустившись под воду. Огромный дракон, украшенный серой чешуей и покрытый множеством шипов одним своим появлением едва не превысил допустимую грузоподъемность ледника. Длинной в десяток метров, от кончика морды до кончика хвоста, да имея пятиметровый размах крыльев, если так конечно можно назвать шипастые отростки, напоминавшие лапки огромного богомола, этот монстр… внушал.

Но более всего мне не понравилось, как эта машина для убийств начала активно принюхиваться, постепенно смещая голову в мою сторону. Покемон появился спиной ко мне, что позволило совершить хоть какие-то базовые подготовки к ожидаемым проблемам. Окружить себя туманом, благо что запасы того позволяли, и надеяться на лучшее. Устраивать внутренние дрязги в такой момент – не самое лучшее решение, и, думается, Синтия прекрасно это понимает. Вопрос лишь в степени ее контроля над собственным покемоном.

– Габи? – удивилась девушка, когда ее дракон начал медленно разворачиваться в мою сторону, продолжая активно принюхиваться.

– Хр… – из ноздрей ящера вышла пара струек дыма, а крошечные глазки-бусинки, слегка поблескивающие алым, смотрели ровно на меня. Медленно драконья пасть раскрылась в оскале, обнажая ряды острейших зубов, готовых в любую секунду испытать мою плоть на прочность.

– Вообще, меня не очень любят драконы… – проговорил я, глупо улыбнувшись.

– ЧЕРТ! – кажется, Лорелей тоже вспомнила об этом немаловажном факте, – Синтия!

– Поняла. Габриэлла, он друг! А друзей есть нельзя, мы это уже обсуждали.

– Хр-р-р! Гр-р-р… Пфр!

Нехотя кивнув, дракон в последний раз фыркнул, обдав меня тугими струями вонючего дыма, после чего девушка одним прыжком забралась на спину покемона, и быстро взмыла ввысь, пока формальный командир операции не попыталась остановить ту.

– Ну да, зачем нам составлять план атаки, – бурчала Лорелей, – когда можно просто сесть на дракона и полететь… Гр-р-р…

– Ты и сама рычишь не хуже… – Ланс решил не продолжать, и ледяной взгляд рыжей красавицы тут совершенно не при чем, – Кхм… Мы уже обсуждали подобные ситуации, и план действий у нас есть. Когда Синтия отвлечет его на себя, атакуете противника снизу, – он вновь обратился к Лорду, – Алекс, – Ланс вновь посмотрел на небо, – Ты…

– У меня все под контролем. Нужно только время.

– Понял.

Кивнув, Ланс также достал покебол, призвав еще одного летуна. Очередной серый дракончик, только в разы меньшего размера, чем подопечный Синтии, да покрытый гладкой кожей, без единой чешуйки. Ланс, следом за блондинкой, оседлал своего аэродактиля, что пусть и немного, но уступал Лорду в размерах, и взмыл ввысь, опять же с легкостью огибая ледяную бурю, скрывающую нас от взора противника.

Уж не знаю, чего Ланс хочет добиться, используя каменного покемона в водной среде, но буду надеяться, что эта рептилия достаточно манёвренна, чтобы позволить тому избегать хотя бы прямых ударов.

Тем временем, я наконец закончил упорядочивать «небесный» туман, отчего небосвод сейчас украсила огромная воронка из красного дыма, от центра которой прямо ко мне шел тонкий жгутик. Я намеревался поглотить всю эту прорву энергии, но делать это нужно постепенно. Шаг за шагом. И нет, это не жадность, но здравый смысл, ведь невидимое для обычных людей облачко с легкостью может обратиться стихийным бедствием мирового уровня, если начнет беспорядочно поглощать в себя окружающую энергию, усиливаясь за ее счет. Чем-то оно напоминает вызванный Виви разлив каменной смолы, вот только тот можно остановить за счет каменных покемонов, которые, увы, никак не могут выступать препятствием для моего тумана.

Шаг за шагом. Медленно. Не давая основной массе разлететься, я впитывал в свою ауру весь океан этой энергии, и не чувствовал его конца. Но зато прекрасно ощущал свою наполненность, и, боюсь, что уже через пару минут такого времяпрепровождения мое тело начнет испытывать физические муки от несоответствия качества ауры физической оболочке. Начнет перестраиваться, и мне остается только надеяться, что процесс этот пройдет не стихийно. Что я смогу им управлять, хотя бы в какой-то мере.

Ведь нельзя в и без того заполненный водой шарик налить еще больше воды. Он просто лопнет, хотя в моем случае он разорвется в клочья, чтобы чуть позже стать куда более плотной резиной. Но саму воду можно, так сказать, загустить. Да, это также неприятно, и самое близкое описание испытываемой мною палитры чувств – будучи обожранным аки дорвавшийся до бесконечных фруктовых садов снорлакс, продолжать поглощать пищу в немереных количествах. Дискомфорт, граничащий с болью, который, тем не менее, необходимо не только терпеть, но и сохранять при этом должный уровень концентрации, ведь контроль всех протекающих процессов, причем как внешних, в виде контроля самого тумана, так и внутренних, в виде его уплотнения и попытки интеграции с моей аурой, которая принимает энергию чуть более высокого порядка с великой охотой. Настолько, что мне необходимо ее сдерживать, дабы ситуация с драгонайтом Оука не повторилась вновь.

Одно радует: из нашего краткого разговора с Лансом, Лорелей поняла, что чего-то в текущей ситуации не знает, и решила не докучать мне вопросами вида: «Какого черта ты тут стоишь с закрытыми глазами и не ремонтируешь свое устройство⁈», за что ей отдельное спасибо. Но после миссии с девушкой таки придется поговорить. Объясниться, и попросить не распространяться лишний раз. И желательно, в присутствии Чарльза, способного придумать убедительную отмазку и проконтролировать, чтобы и сам я не выдал лишнего.

Кажется началось. Моего тумана коснулась волна энергии, и сразу же была им впитана. Удивительно, что снежная буря при этом осталась совершенно цела, ведь энергии в той атаке было совсем не мало…

Как я и думал, спустя пару минут я ощутил сильнейшее жжение в области груди, откуда и выходила связующая нить. Чтобы понять, что моя плоть начала трескаться и разрушаться, не нужно было даже снимать одежды, ведь я хорошо чувствовал рождение каждой новой трещинки. Даже слишком хорошо.

Все было как в тумане. Бьющие по сознанию инстинкты, желавшие сожрать все угощение разом, а не растягивать его. Вырывающийся из-под контроля туман, что брыкался словно дикий торус, каждый раз как его касалась очередная волна чужеродной ауры. И все возрастающая боль, говорящая о начале совершенно ненужной мне сейчас трансформации. По отдельности всё это можно с легкостью одолеть, и даже боль может быть мною проигнорирована, до определенного момента, но все вместе… Пришлось отключать аурное зрение, полностью отгораживаться от окружающего пространства, отдавая все свое внимание своей ауре, и протыкаемым с ней процессам.

Как бы не старался замедлить трансформацию, она продолжала набирать обороты. Жжение уже давно перешло с грудной клетки на весь торс, и мне даже сложно представить, как сейчас выглядело мое тело. Единственное, что я смог сделать – направить всю трансформацию на внутренние части моего тела. Органы, кости, суставы, связки, хрящи… Там меньше нервных окончаний, а значит и вероятность потери сознания от болевого шока тоже меньше. Лишь череп и мозг остались нетронутыми, во избежание так сказать. Все остальное было планомерно разрушено, дабы уничтоженные органы могли восстать из пепла. Всё, кроме костей. Что происходило с ними я не знаю, но отчетливые щелчки, звучащие по всему телу, довольно скоро начали сильно раздражать, особенно если учесть, что каждый такой щелчок сопровождался вспышкой боли.

Сложно сказать, сколько времени я провел в подобном сосредоточении на процессах собственного организма, но, когда я наконец почувствовал, что дармовая энергия кончилась, а организм мой так и не был улучшен до конца, я с облегчением и легким разочарованием открыл глаза. Не то чтобы мне понравился сам процесс, но ощущение незаконченности раздосадовало. Вопреки ожидаемого ледяного взгляда Лорелей, наполненного вопросом, укором, осуждением и бог знает, чем еще, я увидел лишь нервничающую девушку, что стояла посреди льдины, довольно далеко от меня.

Сложив руки под грудью, она крепко сжимала свои локти в ладонях. Поза ее была крайне далека от расслабленной, а взгляд источал просто тонны беспокойства. Лишь окончательно придя в себя я понял причину. Звуки. Их не было. Совсем. Завывание вьюги было. Шум волн, бьющихся о летящую на огромной скорости ледяную шрапнель, чем и была наведенная парой джинкс вьюга, был. А звуков битвы не было.