Текст книги "Покемон. Реальный мир (СИ)"

Автор книги: Fiks

сообщить о нарушении

Текущая страница: 114 (всего у книги 115 страниц)

– И… Что это значит? – не выдержала Мисти.

– Это значит, – Сеймур поправил очки, сосредоточив взор на девушке, – Что если из вашей окаменелости может получиться покемон третьего и выше уровня опасности, то оживлять его будет незаконно. Окаменелость при этом выкупается. В принудительном порядке.

– У нас просто заберут покемона⁈

– Ну… Палата заплатит… компенсацию… Кхм, – парень вновь взял себя в руки, – Мисс Ватерфолл. К сожалению, в данный момент Палата Эволюции не может предоставить вам свои услуги.

– А это еще почему⁈ – активней закипала Искорка.

– Ваш статус действующего агента лиги был заморожен… полгода назад.

– Что? – Мисти словно получила мешком с цементом по шее, – Как? Почему мне не сообщили⁈

– Прошу прощения… Но я ничем не могу здесь помочь. Вы сможете воспользоваться услугами Палаты Эволюции только после восстановления.

Взгляд девушки наполнился пламенем, руки сжались в кулаки, но… она промолчала. Возможно, подействовала моя рука, лёгкая на плечико, или же вид Сеймура, что, буквально, съежился под прицелом лазурных глаз. Нервным жестом она сбросила мою конечность, отойдя чуть в сторону. Весь вид ее говорил: кому-то будет очень-очень плохо, причём в ближайшем будущем.

– Но я-то могу ими пользоваться?

– Конечно.

– И полученный в результате покемон будет считаться моим?

– Если из вашей окаменелости получится покемон до третьего класса опасности – да. В противном случае…

– Да-да, я слышал. У меня с собой окаменелость оманайта, – я протянул ладонь к Рыжику, и, спустя миг ожидания, получил в ответ хранилище да чуть подобревшую моську: кому-то всё ещё будет плохо, но позже, – Прошу.

– Д-да… Хорошо… Сначала мы должны убедиться, что это действительно окаменелость оманайта. Технология отлажена, но в ней существует определенный процент погрешности: если тесты выявят, что ваша окаменелость действительно принадлежит оманайту, остаётся вероятность, что в процессе репарации мы получим другого покемона.

– И тогда вы выкупите мою окаменелость в обязательном порядке?

Сеймур кивнул.

– Приступаем? – поднялся он из-за стола.

– Последний вопрос, если позволите… Что такое уровень опасности окаменелости, как он определяется и на каком основании мне присудили ограничение по этому уровню?

– Это три вопроса… – вздохнул ученый, вновь усаживаясь в кресло, и жестом предложил присесть мне. На Мисти он старался лишний раз не смотреть, а та лишь молча уселась рядом. Будто ушла в свои мысли, но при этом внимательно следила за объяснениями, – Уровень опасности – внутренняя градации силы покемонов, введенная Платой Эволюции. Она не используется нигде больше. С ее помощью определяется… как бы это сказать… граничный потенциал покемонов. Каждому конкретному виду, с которым нам приходилось работать, присваивается определенный уровень, за основу которого был взят уровень энергетического насыщения семейства чаризардов. Проще говоря, если покемону присущ уровень энерго-насыщенности чармандера – это первый уровень опасности. Чармилиона – второй, чаризарада – третий. Существует еще и четвертый уровень, взятый на основе максимального выхлопа чаризарда профессора Оука, но… Мы не смогли воссоздать ни одного покемона с таким уровнем – опасно. Однако у нас хранятся их скелеты, можете изучить в рамках экскурсии.

– Я не понимаю… причем тут чаризарды?

– Традиция, – попросту пожал плечами Сеймур, – Сейчас у человечества есть возможность оценить большинство видов покемонов… но первыми такой оценки поддалось семейство чаризардов – выхлоп огня с их хвостов наглядно демонстрирует силу покемона, а его температура стала первым в мире цифровым показателем этой силы. Ведутся споры, и многие считают, что первым было пламя чимчара… но это ведь глупости! Его пламя зависит не от силы, а от настроения покемона. Оно даже гаснет, пока покемон спит! Кхм… прошу прощения, – смутился он, продолжив рассказ, – В современности измерения ведутся совсем по другим критериям, но Палата Эволюции решила сохранить эту традицию, взяв за основу именно чаризардов. Кабуто, например, имеют первый уровень опасности, что говорит о том, что энергетический предел среднего кабуто сравним со средним чармандером. Но кабутопс – его развитая форма, имеет уже третий уровень, сравнимый с чаризардом. Или, если брать примером оманайта, – хранилище вновь оказалось в руках ученого, – то он – второго уровня опасности, а омастар – развитая его форма – третьего. Ограничения для каждого тренера были введены не просто так, и присуждаются они в автоматическом режиме, основываясь на связанной с покедексом тренера информации: стаж, ранг, количество выполненных миссий или средний уровень выпускников, если речь о владельце зала. Мы оцениваем разные аспекты, и выносим свой вердикт… По которому вам присудили второй уровень, как максимальный.

– Зачем нужны ограничения я, возможно, и понимаю… Вы ведь выпускаете на волю уже взрослого покемона, но без сформированного менталитета? – радостный кивок в ответ, – А значит, что тренер-новичок просто не справится с подобным подопечным… Но я ведь не новичок?

– В системе сказано, что вы ведете свою деятельность не больше двух месяцев…

– Но вы ведь оцениваете и выполненные миссии?

– Верно, так я и сказал.

– И что, вашу систему не насторожил список моих миссий при столь скудном стаже?

– Э… Секунду, – пальцы вновь застучали по клавиатуре, а губы принялись бормотать, – Бедствие… удержание… засекречено… еще… высший глиф… засекречено… Кхм… – теперь во взгляде Сеймура читалось что-то среднее между паникой и растерянностью, – Большинство ваших миссий засекречены… Такое бывает с опытными агентами. Система не может их считать и классифицировать, оттого обходит стороной. Обычно, таким людям у нас выставляют ограничение на фоне остальных миссий и стажа, но в вашем случае… Только одна миссия по открытию и удержанию стихийного разлива каменной смолы и стаж меньше двух месяцев. Мне нужно связаться с начальством. Эм… Вы же принесли окаменелость оманайта? – я кивнул, – Если так, то повышение уровня допуска не потребуется… Мне в любом случае нужно будет связаться с профессором Гарпом, обработать вашу окаменелость и оформить сопроводительную рекомендацию для запуска репарации… Обычно на это уходит… около часа – для предварительного результата, и порядка полусуток для финального.

– Я понял. В таком случае мы оставим вам окаменелость, и вернемся за ней через час.

– Хорошо… Тогда… да, начнём с окаменелости… – бубня и поправляя на ходу очки, Сеймур поднялся из-за стола и прошел сквозь стеклянную дверь, во вторую половину помещения.

Мы покинули комплекс, и сразу двинулись в дорогу. Осматривать достопримечательности настроения не было, да и Мисти шла целенаправленно к выходу, не обращая никакого внимания на персонал. Уже на парковке она достала свой покедекс и принялась кому-то названивать… безрезультатно, что лишь сильнее злило девушку.

– Сволочи… Я вам дам – недееспособную… Я вам такую недееспособную устрою… – только и слышалось от нее.

С таким попутчиком точно не до экскурсий… Но я знаю, что может помочь. Рыжик из тех людей, кто с головой окунается в чужие проблемы, просишь ты их об этом, или нет… Не самая приятная черта, но какая есть. Думаю, путешествие к обиталищу бластойзов должно ее взбодрить… хотя нужно ли оно?

– Алло! Кэти⁈ Что за дела⁈

О, кажется, дозвонилась…

* * *

Песчаный брег омывали накатывающие волны. Десятки маленьких голубых черепашек носились по белому песочку, выпуская друг в друга тонкие струйки воды или слабые залпы водных пузырей, лопающихся даже от дуновения ветра. Молодняк развлекался, под присмотром больших братьев – пяти крупных синекожих великанов, как вдруг один из детенышей сквиртлов замер. Приподнялся на задних ластах, и вслушался в зов океана.

В панцирь прилетела очередная струйка – детеныши учатся правильному применению водного пистолета, но одинокий черепашонок не среагировал. До него добрался «брат» по кладке, заинтересованный необычным поведением. Со всех сторон осмотрел малыша, и тоже замер, обратив взор к океану. Уже двое детенышей стояли на пляже, поднявшись на ластах и вытянув шеи. Постепенно, весь выводок скучковался вокруг самого первого, и все как один вслушивались в океан.

– … десять лет отдала! Из-под моей руки вышли сотни обученных тренеров, десятки мастеров водных покемонов! За плечами сотни… тысячи миссий! Да я даже город однажды спасла! От цунами. А они… вот так. Даже не позвонили! Даже не связались! Ну как так можно⁈ – разносилось над водной гладью. Звонкий девичий глас с ощутимой угрозой и обидой в голосе.

К малышам подошли их взрослые сородичи, и на угловатых синих мордах их читался живой интерес. Тяжелой поступью вышагивали они, подталкивая друг друга и о чем-то заинтересованно порыкивая.

Вот над волнами показалась пара ярких пятен: кроваво-красное и огненно-рыжее. Сквиртлы радостно запрыгали, кто-то полез на шею более крупным бластойзам, чтобы лучше видеть незнакомцев, пока сами громилы лишь замерли в странном нетерпении. У кого-то подрагивал хвост, кто-то вовсю крутил головой, выискивая что-то в морской глади, а один и вовсе рухнул на песок, тут же разразившись шипящим храпом.

– Стоз! – рявкнул один вдруг, указывая когтем на едва-заметное синее пятнышко, стремительно несущееся к рыжеволосой паре.

– Ну ничего… Дайте мне только дойти до Саффрона, я им там всем устро… – сбилась девушка, когда прямо перед ее лицом образовалось водная клякса, – ю…

Выпущенный из-под воды луч угодил в невидимую преграду, расплескавшись о неё. Недоуменное шипение и перерыкивание раздалось в рядах бластойзов, а молодняк напротив, оживился и принялся забавно пищать.

– Это… на нас сейчас напали?

– Ага.

– Хорси?

– Угу.

– На нас напал хорси? А чего ты улыбаешься… Подожди… Это что, тот самый «отряд бластойзов»⁈ Один единственный хорси⁈

– Ну-у-у… он довольно сильный. Хочешь – попробуй поймать, – еще один луч, уже с другой стороны, угодил в ту же самую преграду, – И быстрый. Только учти, он ещё и бойкий. Уже трижды пытался атаковать Виви. Не может пересилить ее власть над водой, вот и пытается скинуть нас издали.

– Да? Хм-м-м… А давай! Хоть немного пар сброшу.

Игнорируя мечущуюся тень, что закидывала пришельцев и гидропомпой, и водными импульсами, и чернильными бомбами, необычная пара достигла острова, и под ликующими криками сквиртлов спрыгнула на песок. Еще один балстойз – транспорт пришельцев, оказался на голову выше, чем все присутствующие на пляже. Он поднялся на задние конечности, бросив недовольный взгляд на ораву черепашек.

– Бла-с-с-с! – шикнула черепаха, заставив уже рванувших было мелких замереть.

– Виви! Не надо обижать маленьких.

– Стоаз… – закатила черепаха глаза, – Ур-р-р… с-с-стоз?

Усевшись на песок, лицом к океану, красноволосый окинул скалящихся гигантов странным взглядом.

– Больших? – черепаха кивнула, – Больших можно, только не сильно. Чтоб не расслаблялись.

– Бла-а-а… – в довольной улыбке растянулась гостья, хотя для коренных обитателей острова то выглядело как оскал, – С-с-стоаз!

Нарочито медленно передвигая лапами, черепаха направилась вперед, и под хищным ее взором один из бластойзов попятился.

– Знакомый?

– Стоаз… – резкий рывок, и оба гиганта срываются в бег. Светлокожая догоняла, а блестящий фиолетовизной – убегал.

– Видимо да… Ты готова?

– Как видишь! – рыжеволосая девушка довольно потянулась, демонстрируя проглядывающую сквозь обтягивающий закрытый купальник фигуру, – Хм-м… Хорси значит… Голдин!

В воду угодил красный луч, а сразу за ним прыгнула и девушка, сложив руки перед головой и вытянувшись всем телом. Вошла практически без брызг, и тут же растворилась в глубине, удерживаясь обеими руками за рог призванной ею рыбки.

Красноволосый остался сидеть на берегу, чуть сгорбившись и уперев подбородок на одну из рук. Он внимательно смотрел куда-то вдаль, словно вошел в своеобразный транс, однако у глядящих за ним сквиртлов создалось ощущение, что мужчина всё видит. Один из них, самый смелый, воспользовался отвлеченным положением защитницы гостя, что уже настигла одну цель, и гналась за следующей… бедного бластойза попросту смыло мощью гидропомпы черепахи. Не столько болезненно, сколько унизительно, отчего и не выдержал один из наблюдателей, решив вступиться за брата. Остальные оказались более разумными, и предпочитали наблюдать и скалиться… как еще черепахам выражать свой смех?

Малыш сквиртл замер в пяти шагах от незнакомца, что пусть и улыбнулся, но взгляда на него не перевел. Шажок, еще шажок… и в лицо мужчине летит слабенький пузырьковый луч, что скорее намочил бы человека, чем нанес хоть какой-то урон. Безрезультатно – атака разбилась о вспыхнувшую на секунду преграду. Стекла вниз безобидной водой. Мужчина так и не обернулся, чем поселил обиду на морде черепашки. Миг, и ее сменяет заинтересованность, а сам сквиртл куда уверенней продолжает шагать к красновласому.

За спиной его – братья и сестры. Замерли, боясь шелохнуться. Боясь вздохнуть слишком громко, а храбрый черепах всё топал и топал вперед. Шажок за шажком, пока, наконец, не замер у самого стана великана.

– И что ты хочешь? – заговорил тот вдруг, напугав свору сквиртлят. Один даже упал на песок, вызвав сдавленное шипение сверху.

Малыш нерешительно обернулся, ища поддержки у старшего поколения и найдя ее в утвердительном кивке он смело бросился вперед… усаживаясь на колени незнакомца. Он не кусался, не пытался бороться, а лишь поудобнее устроился в новом гнезде, и довольно заозирался по сторонам, ловя на себе завистливые взгляды братьев и сестер.

Тень накрыла малыша. Тёмные, практически черные зрачки поднялись к небу, ожидая увидеть лицо или руку незнакомца, но увидели лишь силуэт огромной птицы, что пикировала прямо на него.

– Сква-а-а! – рявкнул он вдруг, раздувая щеки, а после выпустил всё такой же слабый пузырьковый луч во врага, – Ва-ва-вайрл!

– Угомонись!

Закованная в кожаную перчатку рука легла на затылок, переведя атаку в сторону океана. Перед мужчиной приземлился огромных размеров летун, что в росте от земли до хохолка мог посоперничать с некоторыми здешними бластойзами. Сквиртл никогда еще не видел такого большого и опасного покемона вблизи. Над их островом иногда летали такие, но их быстро отгоняли старшие товарищи, отчего малышу было очень любопытно. И не только ему: все маленькие сквиртилята, что успели попрятаться: кто в панцирь, кто в песок, а кто за лапы старших, во все глаза следили за четвертым неизвестным, буквально пожирая того взглядом.

– Размялся? – улыбаясь спросил мужчина, аккуратно проводя рукой по голове летуна. Вдоль красивой гривы из красно-золотых перьев, где торчали выделяющиеся белесые пёрышки – всклокоченные, грубые даже на внешний вид.

Пернатый довольно кивнул, уткнувшись клювом в ладонь мужчины, и с некоторым интересом оглядел сидевшего на его руках малыша. Сквиртл не ощущал опасности от хищника, да и расслабившиеся бластойзы, маячившие на фоне, намекали, что малышу ничего не угрожает. Черепашонок разглядывал покемона в ответ, и, довольно зажмурившись, выплюнул в птичью морду слабую струю холодной воды.

– Пидж!

– Пхах… Пфэ… – под возмущенным взглядом красновласый пытался сдержать смех, но взмокшая растрепанная физиономия пиджита выглядела столь забавно… – Прости… Но то, что ты проиграл столь грозному противнику, – рука вновь легла на голову черепашки, – повод возвращаться к тренировкам.

– Пидж-о-о-о! – заревел в ответ летун, вздымаясь ввысь и окатывая мужчину с черепашкой песчаной взвесью.

– Засранец… – прошептал тот, улыбаясь, – Джот! Пригляди за Мисти!

– Пиджо-о-о-о! – взвизгнул крылан, свершив пару кругов над водой, а после спикировав вниз, зависнув над самой поверхностью воды. Был готов нырнуть и спасти, или же отлететь повыше и не мешать… любая мысль девушки, и покемон поможет.

Эпилог

Эпилог

Темнота прояснялась. Болезненные ощущения сошли на нет, и медленно угасал оставшийся после них зуд. Чесались внутренности. Жгло глаза, металл неприятно холодил нежную кожицу, во рту четко прослеживался привкус чего-то замшело-тухлого… вкуснятинка. Постепенно резь в глазах пропадала – вокруг вырисовывались силуэты. Много белого, светлого… лишь одно яркое черное пятно. Огромное, пугающее… От него хочется отстраниться, забиться в раковину и так и остаться там сидеть. В безопасности…

* * *

– Алекс! Ты пугаешь его! Отойди…

– Но ведь… это мой покемон… – не без иронии заметил я.

– Уже нет. Пока ты остаешься таким… здоровым и страшным, этот кроха будет находится под моей защитой! Тебя даже драконы боятся, что уж говорить про бедную улиточку⁈

Кто из студентов, что внимательно следили за всеми этапами воссоздания жизни, сдавлено хрюкнул в кулачок.

– Это моллюск, – подметил старичок, лишь на секунду отвлекаясь от графиков, – Смотри, видишь эту кривую? Скачок, вот здесь… Это признак активизации двояковыроженных узлов в предтечном отделе мозга… – и тут же продолжил объяснять избранному студенту особенности в результатах его работы.

– Эй… – тонкая ручка аккуратно коснулась синих щупалец, кончики которых выглядывали из раковины. Плоть дрогнула, попыталась втянуться в домик, но до конца не влезла, – Не бойся… Я тебя не обижу, – ласково говорила Мисти, едва не шепча, аккуратно поглаживая раковину, меж длинных, пока еще не ядовитых шипов.

Из убежища начали выползать щупальца. Шесть длинных и тонких, как у полноценных осьминогов, и два коротких, толстых. Используемых покемоном для передвижения по морскому дну. За ними показались мандибулы – еще пара подвижных щупалец у самого клюва. С громким щелканьем, наконец, показался и рот с глазами – четыре острых клыка прикрывали ротовое отверстие, внутри которого расположились натуральные жернова. Если клыки вцепятся во что-то, то это что-то будет безоговорочно перемолото. Глаза покемона – огромные желтые, с узкими вертикальными зрачками, болезненно слезились от яркого света. Прозрачные веки часто смаргивали лишнюю жидкость, позволяя покемону и дальше вглядываться в лицо Мисти. Очень пристально, но настороженно. Омастар готов был «сбежать» в любую секунду… И да, из моей окаменелости появился именно омастар. Не оманайт, отчего вопрос по урегулированию уровня моего допуска оказался решен очень и очень вовремя – после короткого брифинга с Оуком, как с моим наставником, мне присудили третий – максимальный на текущий момент.

– Вот. У меня тут есть очень вкусная смесь из рыбок, водорослей и витаминов. Тебе они сейчас очень нужны, – улыбнулась девушка, и без тени страха протянула руку с питательным шариком на ней к зубастой пасти покемона. Молча тот принял еду, схватив шарик мандибулой, и запихнув тот в пасть. И всё это время взгляд монстрика был направлен на его новую хозяйку, – Ты такой милый! Хочешь еще?

– Кр… си-и-и-и… – клыки с щелчком захлопнулись, и из глотки покемона послышался протяжный писк. Щупальца аккуратно оплели руку Мисти, но та вновь не подала виду, лишь улыбнувшись.

– Вот, – еще один шарик был уложен на «пленённую» ладонь, и в тот же миг он был подхвачен и спрятан в «крайне надежное место», – Какая прелесть…

Должен признать, я не видел, чему тут умиляться. Виви, например, была очень милой черепашкой. Красивой. С гладкой, но прочной чешуей, с поблескивающим рыжим панцирем… Омастар же напоминал что-то среднее между осьминогом и вырванным из тела мозгом. Большая раковина была именно такой по форме – не совсем круглая, но и не овальная, а как бы… слегка спиральная. Как человеческий мозг. И покрыта она была рядом длинных шипов, что в будущем станут ядовитыми, как только покемон чуть-чуть подрастет. Под ней торчали огромные глаза и отталкивающая зубастая пасть, «украшенная» подвижными синими щупальцами. Мокрыми и склизкими. Но Мисти всё нравилось…

Буквально пару часов назад она с таким же упоением тискала своего нового хорси. Малыш действительно оказался боевитым – одна из жертв пойманных недавно браконьеров, которую выпустили в дикую природу. Травм у него почти не было, но людей он недолюбливал, вот и отдали его под присмотр бластойзам. А те, ленивые бездельники, отправили его «защищать» берег от «страшных» людишек, наслаждаясь бесплатным шоу, за что и были избиты Виви. О-о-о, да-а-а… Моя черепашка здорово прошлась сначала по бокам своих родичей, а потом и по их гордости. Никто не пострадал, за исключением чужого самомнения, но… разве нам не плевать?

– Скажите, вам нужно провести еще какие-то исследования? – обратился я к одному из ученых, пока Мисти игралась с новым подопечным.

– Нет. Стандартный омастар, никаких отклонений. Полностью здоров и сформирован. Рекомендации по уходу… мы передадим вашей подруге. Как я понимаю, именно она будет заниматься покемоном? – я кивнул, – Тогда, оплатите процедуры в приёмной, и можете быть свободны.

Что ж. Доходчивое объяснили, что претензий ко мне за незаконную передачу древнего покемона лицу, не являющемуся действующим агентом лиги, выказывать никто не будет. Приятно иметь какой-никакой авторитет. Или всё дело в самой Мисти? Всё-таки она не последний тренер в регионе. Был бы на её месте Эш, позволили бы мне передать ему омастара? Хотя стал бы я вообще это делать? Вряд ли…

* * *

Моллюск был робок. Его новая хозяйка… мама? Лидер стаи? Наставник? Покемону пока было сложно определиться с восприятием мира, но то, что Мисти – старшая в его новой семье он принял быстро. Семья его… странная. Довольно сильный желтый покемон, который почему-то свою силу не использует. Колоссальной мощи морские звезды, от одной из которых веет щипучим холодом… Все трое – однозначно старшие, но подчиняются человеку, пусть они и сильнее его. Из младших же… он сам, омастар. Белая рогатая рыбка – слабачка, ни на что не претендующая. И странное синее создание… К рыбке оно относится уважительно, хотя в настоящих старших авторитета не видит… только в человеке. Самого же омастара то существо почему-то считает конкретном за власть в стае, и раз за разом пытается одолеть его.

И вот опять, едва Мисти с ее пугающим компаньоном остановились у кромки воды, да выпустили на волю своих покемонов, странное создание тут же запустило струю воды в бедного моллюска. Раковина приняла удар, и вместе с омастаром внутри вылетела из воды, а оставшийся в море хорси принялся громко пищать гадости тому в след. Скрюченное синее создание, без рук и с малоподвижным хвостом, имело пару плавников на спине, за счет которых могло очень быстро плавать. А также имело трубкообразное ротовое отверстие, помогающее формировать тугие струи воды. Омастару оно не нравилось, но вот его хозяйка частенько любовалась буйным покемоном, и даже с радостью поглаживала покрытую коралловыми наростами голову.

И вот в такие моменты… Омастар злился. И ревновал. В такие моменты он был готов нападать в ответ, и одно лишь воспоминание о наглой синей морде выбешивало покемона. Да даже сейчас, едва он подумал, что старшая похвалит наглеца за такую хорошую атаку, как невиданная злоба исторглась из его сердца. Свернувшись раковину, он оттолкнулся щупальцами, резко вернувшись в воду, и уже практически сумел ухватиться отчего-то почерневшими клыками за хвост подлеца, как был остановлен властным окриком своей новой хозяйки. Что удивительно, соперник также остановился, выплюнув поток чернил не в морду моллюска, а в сторону. Оба покемона замерли в нерешительности, переведя взгляд в сторону Мисти.

* * *

– А ну не драться! Голдин, будь добра, погоняй этих двух. А то у них слишком много энергии… – и куда тише добавила, – Он уже разгрызание знает… с ума сойти…

С громким визгом хорси умчался к морскому дну, оставив растерянного омастара одного. Но наслаждался одиночеством он не долго, ведь уже спустя миг из недр его раковины также раздался визг, а самого покемона подкинуло вверх. Рог голдин остро блеснул на солнце, угодив в одно из опорных щупалец… Должно быть больно. Отследив падение, рыбка юркнула в океан, прямиком к своей цели.

– Бедняга, – прокомментировал я, – Он же гораздо медленней хорси и голдин.

– А как ты думаешь детей учат плавать? Раскрутить, и в центр водоема. Захочет выжить – выплывет. Это инстинкт.

– Серьезно?

– Нет конечно! Омастару будет полезно освоить быстрое плавание. Пока он незнаком с моими покемонами, они являются для него настоящей угрозой, а значит и стимулом. Но угрозы то нет! Идеальные условия для экспресс-обучения основам. А голдин… она просто слегка поиграется, вредить не будет. Хотя хорси как-то странно на нее смотрит, после того нашего заплыва… побаивается, что ли?

– Ну не знаю… Чего ему бояться, когда ненормальная рыбёха битый час носилась за ним по всему побережью, а ее не менее… экстраординарная хозяйка устраивала на беднягу загонную охоту.

– Ой, кто мне тут за жесткость будет рассказывать? У тебя даже генгар запуганным ходит!

– Туше…

Я опустился прямо на песок, расслабленно откинувшись назад. Рядом уселась Мисти. Высоко над нами, разгоняя белесые облака, летал Джот. Он продолжал пробовать свои навыки, не заржавели ли те, умышленно опуская самые сильные – комбинированные. Где-то там, вдоль линии пляжа, можно было найти Игнила, вокруг которого уже вовсю летали шарики из расплавленного песка. Неподалеку от него, скорее всего, обитается Виви, готовая в любую секунду затушить излишне погруженного в медитации друга. Возможно, где-то там же тренируется псидак Мисти, а может и просто играется – нынче у нас свободные часы. Хорошо здесь, но…

– Знаешь. Как-то мне уже надоели пляжи и море… Может, рванем дальше в горы?

– Мы ведь хотели доплыть до Вермилион-сити, и оттуда в Саффрон? Мне нужно звание восстанавливать.

– Сама ведь говорила, что там сейчас не до тебя.

– Так-то оно так… но что мне, бросить что ли всё⁈

– Да нет… Я просто предлагаю чуть переделать маршрут. Не нестись в столицу сломя голову, а пройти по южной части мыса.

– Через Фуксию? – подозрительно прищурилась Мисти, – Там ведь ничего интересного нет… Хочешь найти зал Коги?

– А тебе не интересно попробовать? Вот так, без всяких подсказок и наводок? Неужели не интересно отыскать стадион мастера «тайных» операций Канто? Взять у него пару уроков…

– Та-а-к… И откуда такой скепсис в голосе? Я чего-то не заю?

– Да нет, – пожал я плечами, – Просто какой же он мастер, если о Коге знают все новички Канто?

– О Коге – да… А о его учениках? О выпускниках его школы?

Я попытался вспомнить хоть что-то, но кроме как имени Джанин, если это конечно имя, а не прозвище, ничего на ум не лезло. Да и сама та Джанин… вроде наследница Коги на поприще держателя закрытого стадиона, и о каких-либо иных подвигах я не слышал.

– Опять туше…

– Два ноль! – задорно ухмыльнулась она, – Но знаешь… Я не против. Всё равно, как только я восстановлюсь в ранге, придется приниматься за работу. Лили давно просила ее сменить… стоп. А она знала?

– Вряд ли. Если бы знала – сказала бы.

– Тоже верно… Ну так вот, когда разберусь со всей той белибердой, которую Лига называет бюрократией, так сразу вернусь на работу тренера. Иначе посыпятся задания в разных частях региона, придется ездить… Больше я в такой затяжной отпуск не пойду, а то мне еще и лицензию отзовут. И стану я носителем незаконных покеболов… А потом меня посадят… Ты ведь навестишь меня в тюрьме?

Я нежно приобнял ее за плечико, и вгляделся в лазурные глаза.

– Конечно нет…

– Гад! – широко улыбнулась девушка, подтянувшись к моим губам. – Значит… Фуксия-сити?

– Она самая.

Мы лежали в обнимку, и думали о своем. Путешествие – это хорошо, но… думаю, стоит приступить к изучению новых направлений моих сил уже сейчас, не дожидаясь лабораторных условий и опытного ученого под боком. Не знаю, сколько еще осталось времени, и что будет делать с этим лига, но безымянный… Мьюту на свободе. И мне совсем не хочется проверять, смогу ли я регенерировать оторванную голову, и каковы будут ощущения, когда врачи будут собирать по кусочкам свернутую шею или пробитый череп… Не знаю, что вообще можно противопоставить такому существу, но никто не запрещает мне искать пути к победе.

* * *

Красная пустошь. Поднимающиеся ввысь обездоленные хребты выпрашивали у небосвода хоть каплю влаги, но получали в ответ лишь палящие лучи. Каньон Грампа, проложивший свое ущелье меж них был словно насмешкой: на дне его текла быстра река, но даже вокруг нее не было растительности. Почва здесь – плотная красная глина, попросту не способна дать жизнь зелёному миру.

В небе, прямо над каньоном, вспыхнула искра, и тут же погасла, а на месте её слегка зарябил воздух – это солнечные лучи искажались, проходя сквозь что-то невидимое обычному глазу. Рябое пятно плавно спустилось вниз, минуя хребты и погружаясь в ущелье. К самой поверхности воды. Рябь сошла на нет… однако происшествия на том не прекратились. Красный потрескавшийся камень – стенка ущелья, пришел в движение. Поплыл, посыпался. Сколы породы и красная пыль сыпалась вниз, но взлетала, так и не сумев настичь земли.

Образовался проход, скрытый взвесью каменного крошева, что на миг расступилась, пропуская незримый объект. А после все камни начали возвращаться обратно, как попало забивая собою дыру в стене. И даже пыль, не осела наземь, а принялась заколупывать едва заметные трещинки. Осталась лишь гладкая стенка, ничем не выделяющаяся на общем фоне, и один только ручей был свидетелем произошедших здесь невиданных вещей.

От автора.

Закончился первый том данной работы. Моей первой работы. Действительно, мне очень приятно было опробовать себя в стези писательства, и от пробы этой я получил лишь плюсы: научился излагать мысль, грамотно строить предложения, раздумывать над сюжетом, не только своей книги, но и в общем. Я перестал быть человеком, что радуется бездумному поглощению историй: книг, фильмов, сериалов, мультипликаций и прочего… С одной стороны, это хорошо – помогает отличать что-то тривиальное, притянутое за уши и выезжающее не за счет сюжета, от действительно интересных вещей. Помогает отличить превосходных сценаристов от второсортных, которых, тем не мнее, прикрывают гениальные режиссёры/художники/мультипликаторы. С другой же, мне перестали нравиться мои любимые фильмы и книги… не все, но некоторая часть присутствует. Это печалит.

Всё это к тому, что бросать писательскую деятельность я не собираюсь, как и бросать покемонов, но… дальше продолжать я не могу. Строить историю на гнилом фундаменте очень и очень сложно – одна ошибка, и всё рухнет. Чтобы продолжить рассказ о путешествии Алекса, мне нужно разобрать всё по кирпичикам, и начать вновь, возведя куда более крепкую основу. Потому… покемоны будут, но будут не скоро. Я продолжу выпускать главы второго тома, но только в закрытом формате, пока не переделаю первый и пока не наткнусь на важный сюжетный момент, противоречащей всему что было «до», а такие моменты будут (уже есть, даже в этой книге).