Текст книги "Дача для Забавы (СИ)"

Автор книги: Дирижабль с чудесами

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 31 страниц)

Глава 12. Одна Забава для троих мужчин

Забава стояла посреди двора, мелко дрожа то ли от ночного холода, то ли от ужаса, сковавшего её от пяток до макушки. Босые ноги быстро онемели. Забава, часто дыша, таращилась на дом, не понимая, что произошло. Она так быстро вылетела, что не взглянула на печку. А теперь, заставляя волоски на загривке подняться дыбом, в окне заплясал алый отсвет. Свой маленький обогреватель она не включала, а это могло означать лишь одно…

Мгновенно разум её прояснился. Страх перед тем, что привиделось ей внутри, отступил перед новой, куда более реальной угрозой. Остаться без крова – вот что было по-настоящему страшно. Она рванула обратно в дом.

Едкий запах гари ударил в нос. Она прикрыла его рукавом пижамы. Из приоткрытой топки печки валил густой дым. Прямо под ней занимались пламенем поленья, оставленные там для просушки.

«Божечки, чуть дом не сожгла!» – пронеслось в голове.

Она надела рукавички, схватила щипцы, щурясь от дыма и не дыша, закинула горящие дрова в печь. Захлопнула дверцу, закрыла её как следует, метнулась к окну, распахнула его настежь и, наконец, вдохнула полной грудью, но сразу закашлялась.

Оставаться в доме было нельзя. Забава схватила телефон, накинула куртку, всунула ноги в чуни и снова выскочила на улицу.

Там, отдышавшись, она огляделась вокруг.

Что-то нужно было делать. Только в доме – дымно и какая-то жуткая тварь. В бане – не топлено, да и тоже жутко.

Первой, как спасительная соломинка, в голове промелькнула шальная мысль о новой подруге. Но Забава тут же передумала.

– Нет, – строго сказала она себе, – Таисия, конечно, же не откажет. Но она и так за эти два дня сделала для меня больше, чем все остальные вместе взятые за пять лет. К тому же она наверняка там нежится с мужем. И тут я со своими несчастьями как снег на голову… и за шиворот… и в штаны.

Забава легко представила, как Тася, добрая душа, начнёт её уговаривать: «Да приходи к нам, чего ты!». И ей снова станет невыносимо стыдно за свою беспомощность.

Но и на улице оставаться тоже было нельзя. Пока выветрится дым, она сто раз успеет замерзнуть. И завтра придёт на конюшню без сил. А то и вовсе не встанет с кровати.

Забава в панике перебирала варианты.

Раньше она позвонила бы бывшему мужу. Но только не теперь. Кто оставался? Вася? Мысль о нём вызвала лишь тягостный вздох. Нет, напрашиваться ночью к мужчине – так себе идея. А к мужчине, который тебе не нравится – вообще несусветная глупость.

Миша? Было неловко до мурашек. Но стоять здесь на пронизывающем ветру в пижаме и наскоро наброшенной куртке было уже невыносимо.

«Позвоню, – в отчаянье решила она. – Если откажет… тогда уже к Тасе пойду с чистой совестью».

Пальцы замёрзли, поэтому она не сразу нашла его номер. Зато ответил он после первого гудка.

– Алло? – его голос прозвучал на удивление чётко и бодро, будто он и не спал, а только и ждал этого звонка.

– Миша, это Забава… – голос её осип, и она неловко прокашлялась. – У меня тут с печкой беда. Весь дом в дыму. Я вроде её закрыла, окна открыла, но вернуться туда пока не могу, если не спишь ещё, можно посидеть у тебя час-другой, пока проветрится?

– У тебя пожар?

– Нет, там долгая история…

– Сейчас буду, – отрезал он, без лишних вопросов. – Три минуты. Жди.

Забава посмотрела на экран телефона. Было не очень понятно, чего ей тут ждать, но адреса Миши она всё равно не знала. Вышла за калитку, кутаясь в тонкую куртку, вглядываясь в темноту и считая секунды про себя.

Внезапно ночную тишину совсем рядом прорезал гул двигателя мотоцикла. Яркий фонарь ударил ей по глазам. Забава сделала шаг назад, к забору. Конечно, Миша должен был скоро подойти, но мало ли что успеет произойти, пока его нет. И мало ли что это за лихач рассекает по тихим улицам в ночи.

Рев мотора был уже близко, резкий визг тормозов, и чёрный мотоцикл замер в сантиметрах от того места, где она только что стояла.

Забава с испугу вскрикнула и заскочила за калитку. Сердце колотилось где-то в горле.

– Это я! – раздался знакомый голос. – Не бойся.

Силуэт в шлеме поднял забрало

– Миша! Не знала, что у тебя мотоцикл. Зачем так пугать? Ты бы хоть предупредил! – набросилась она с нравоучениями и тут же мысленно одернула себя: «Сорокалетняя клуша. Ещё причитать начни!»

– Извини, напугать не хотел. Торопился, – коротко бросил он, заглушив двигатель. – Что у тебя там? Пожарных вызвала?

– Видимо, дверку не до конца закрыла. Может, что-то стрельнуло там, уголёк выпал… Я рядом дрова сушиться оставила… Ну и загорелись…

Миша кивнул, соскочил с мотоцикла и уверенным шагом направился в дом.

– Подожди здесь. Сейчас проверю…

В доме зажглась старенькая люстра. Забава видела с улицы, как Миша осматривается. Свет погас и через минуту он вышел. Забава закрыла дверь, и они двинулись к выходу.

– Ты всё правильно сделала.

Забаве в этот момент захотелось выпалить:

«Конечно! Я же не беспомощная. А позвала потому, что нужно где-то пересидеть, а не чтобы мне какой-то мальчишка нотации читал». – но сдержалась. В конце концов этот мальчишка примчался по первому зову среди ночи.

– Только в следующий раз следи, чтоб дверца хорошо закрыта была. Ну и про вьюшку не забывай. Вообще тебе лучше бы подумать над установкой газового котла.

– Ага, чтобы я тут вообще Хиросиму и Нагасаки устроила?

Михаил посмотрел на неё странным взглядом.

– Это города в Японии, куда…, – начала объяснять Забава, поняв, что мальчик, похоже, не знает таких элементарных вещей.

– Да в курсе я, – оборвал её Миша. – Просто сейчас оборудование вполне безопасное. Даже старички восьмидесятипятилетние справляются…

На этот раз Забава округлила глаза, негодуя. Но возмутиться тем, что он назвал её старушкой не успела.

– Ага! Это тебе за экскурс в историю!

– Ну вдруг ты не знал, – простучала зубами Забава.

– Ой, ты совсем замёрзла, да? Прости. Садись, поехали.

В любой другой день Забава нашла бы десяток причин для отказа. Но сейчас была слишком измотана и продрогла до костей, чтобы сопротивляться. Молча кивнула и, преодолевая смущение, устроилась за его спиной.

– Ну что, посмотришь мою холостяцкую берлогу, – бросил Миша.

Мотоцикл рыкнул и рванул в ночь, увозя её прочь от дома, по пути проверяя на прочность сон соседей.

Они проехали несколько поворотов и свернули на улицу, где стояли солидные, явно недешёвые дома. Её внимание привлек аккуратный фахверковый коттедж – единственный, где на террасе горели уютные фонари.

– Соседи у тебя какие-то шишки? Интересно, кто тут живёт, – невольно вырвалось у неё.

Мотоцикл как раз подрулил к этому дому и встал у калитки.

– Шишки на ёлке, а здесь живу я, – сказал Миша, заглушив двигатель.

Он подал ей руку, помогая сойти, и завёл своего «коня» во двор. Кивком головы приглашая за собой, направился к входу. До самого последнего момента, пока ключ не повернулся в замке, Забава скептически улыбалась, надеясь, что это неуместная шутка.

– Ты… снимаешь? – не удержалась она.

– Почему снимаю? Построил.

Войдя внутрь, Забава застыла на пороге. Никакое это было не «холостяцкое логово». По сравнению с этими интерьерами её дачный домик был просто сарайкой.

Пропуская её вперёд, Миша наклонился и тихо, почти у самой макушки, вдохнул.

– М-да… шашлычком пахнешь.

– Ещё бы, – вздохнула она. – Чуть сама не превратилась в шашлычок. Если бы меня за космы не оттаскали

– Если бы не что?

– Меня… будто кто-то за волосы дёрнул. Так сильно, что я проснулась. Открываю глаза, а там такая жуть, аж мурашки бегут. Рванула оттуда просто от страха. Потом уже на улице поняла, что дом горит.

– Кошмар приснился. Организм так сработал на задымление, – спокойно заключил Миша. – Инстинкт самосохранения.

Забава поняла, что спорить бесполезно. Парень явно был из тех, кто верит только в логичные объяснения.

– Может, ты и прав. Надо будет через час вернуться, – сказала она, решив сменить тему.

– Зачем?

– Окна закрыть. А то весь дом выстужу. Зря я что ли столько дров спалила? Я его второй день не могу как следует прогреть.

– Забей. Утром растопишь.

– Утром мне на конюшню надо.

– Ключи оставь, сам утром растоплю, – легко предложил он. – Ладно, пойдём, покажу, где спать будешь. Принесу тебе футболку и полотенце.

– Футболку? – удивилась она.

– Хочешь продолжать костром пахнуть?

– Утром всё равно эту же пижаму надевать.

– Переоденешься и под дверью оставишь. – скомандовал он и по тону было слышно, что возражения не принимаются. – В стиралку закину. Она с сушкой – к утру всё высохнет.

Миша вышел, оставив её осматривать комнату. Всё здесь было выдержано в спокойных тонах, минималистично и дорого. «Точь-в-точь как в хорошем отеле», – подумала Забава.

Хозяин отсутствовал недолго. И хоть дверь не была закрыта – постучал, прежде чем зайти, протянул ей сложенную футболку и пушистое полотенце.

– Спокойной ночи, – коротко кивнул он и вышел, притворив за собой дверь.

Забава осталась стоять посреди гостевой спальни в доме молодого, полного сил красивого парня. Одна.

«Может, никто из них мной и не интересуется вовсе? – подумала она, иронично глядя на себя в зеркало. – Может, я всё это сама придумала? Роковая, блин, женщина…»

Утро застало её врасплох. Она резко села на кровати – за окном было уже совсем светло. «Опаздываю!» – пронеслось в голове. Нужно было срочно найти Мишу – ведь Забава не знала, где в этом доме запрятана стиральная машина и… её вещи.

Она сорвалась с кровати и тут же застыла, с ужасом разглядывая свой ночной наряд: одна футболка, едва прикрывающая пятую точку. Ночью это смотрелось ещё куда ни шло, а вот днём… выглядело довольно недвусмысленно. Собрав всю волю в кулак, она выскользнула из комнаты.

Мишу искать не пришлось.

Он стоял внизу, у лестницы, и разглядывал её ноги, на которые она изо всех сил натягивала футболку.

– Доброе утро, – улыбнулся он. – Завтракать будешь?

– Мне бы сначала одеться, – смущённо пробормотала она.

– А, понял. Постирочная вон там, – он показал на дверь в конце коридора.

Она спустилась и шмыгнула мимо него, чувствуя кожей, как обжигает его взгляд. Быстро переодевшись в свою, уже чистую и сухую пижаму, она с облегчением выдохнула. И вышла, почти не стесняясь.

– Завтракать не буду, – заговорила она. – Мне бежать надо.

– Хотя бы это возьми, – он протянул ей упаковку с магазинными бутербродами. – У тебя же дома наверняка ничего не приготовлено.

– Спасибо, – она взяла еду. – А ключи от моего дома оставить?

– А как же ты домой попадёшь? – удивился он.

– Ой, точно! – она хлопнула себя по лбу.

– Ничего, я попозже сам на конюшню зайду, – успокоил он.

Забава накинула куртку и выскочила за дверь, не тратя ни секунды, не рассматривая хоромы.

Но стоило выйти на улицу, сразу же пригнулась: за соседним забором, почесывая затылок, стоял Василий и о чём-то оживлённо болтал по телефону.

«Ну класс. Так они ещё и соседи! – с ужасом подумала Забава. – А я тут в пижаме выхожу из Мишкиного дома… Надо же было так вляпаться!»

Пусть Вася был ей не по душе, но выставлять себя в таком свете перед соседом совсем не хотелось. Согнувшись в три погибели, она рванула в противоположную сторону.

Петляя по улицам, она в конце концов вышла на свою. И с трудом заставила себя не развернуться и не помчаться обратно.

Этот автомобиль она узнала бы и с закрытыми глазами наощупь.

Машина бывшего мужа была аккуратно припаркована у её дачного домика, перекрыв подход к калитке.

«Только бы он был один, – с надеждой подумала она. – без своей Любани…»

Глава 13. Потому муж из дома и выставил

Бывший муж вылез из автомобиля, по-хозяйски прошел во двор. Осмотрел свои бывшие владения. Забава наблюдала со стороны. Не очень-то и хотелось с ним встречаться. Но не бегать же от него, в самом деле?

Сосчитала про себя до десяти, сделала несколько глубоких вдохов-выдохов и уверенно отворила калитку. Фёдор обернулся, осмотрел с головы до ног.

– А что это ты в пижаме шастаешь?

– У тебя есть ко мне дело, Федя? – поинтересовалась она, игнорируя колкость.

Замялся, бросив взгляд на забор, где уже маячили любопытные соседки.

– Вообще-то да. Поговорить нужно.

– Может, в доме поговорим?

Они вошли. Забава принюхалась, переживая. Дымом уже не пахло.

Печка выстудилась. Сквозняк колыхал занавески.

Федя прошёл к печи.

– А что у тебя заслонка не закрыта? Дома холодина…

– Явился выговаривать и учить меня, как правильно жить? Я, между прочим, не по своему желанию сюда переехала, – огрызнулась Забава.

– Ладно, не кипятись, – отмахнулся он. – Я насчёт дочери. Каникулы скоро, ей где-то жить нужно будет.

– У меня условий нет, – твёрдо заявила Забава. – Печка, колодец, туалет на улице. Помыться нормально нельзя. Баню каждый день не затопишь. Так что Оксана – полностью на твоей совести.

– Дело в том, что у меня сейчас ремонт в разгаре…

– А я тут при чём, Федя? – голос её задрожал от возмущения. – Не я же тебе велела ремонт затевать. Хочешь – сними ей квартиру в городе.

– Деньги сейчас все на ремонт уходят и на… – он запнулся.

Забава пристально посмотрела на него. Она помнила все его ужимки.

– Федя, я тебя как облупленного знаю. Ты что-то недоговариваешь. Либо выкладывай всё, либо уходи и не трать моё время.

Он сдался, тяжело опустившись на стул.

– Люба беременна. Уже пятый месяц. Собственно, я поэтому и попросил тебя съехать. Тянуть уже было нельзя.

– Но ты говорил, что у вас ЭКО планируется… Я думала вы только в следующем году пытаться начнёте… То есть вы уже почти полгода ребенка ждёте? А заранее меня предупредить о переезде было нельзя?

– Это Люба просила никому не рассказывать. Первая беременность, возраст… Боится, что сглазят. Ну и гормоны там. Сама понимаешь… Она на съёмной квартире жила. Там места много, просторно, светло, ремонт свежий. Хотели там с ребёнком остаться. А тут хозяйка её в женской консультации увидела. Узнала, что Люба беременна, и потребовала съехать, мол, люди какие-то схемы крутят мутные: если маленький ребёнок есть, то не выселишь до совершеннолетия… В общем, пришла в слезах, на нервах. А ей волноваться нельзя…

– Теперь понятно, почему ты так торопился выставить меня, – горько усмехнулась Забава, тоже садясь.

– Ты пойми, мы же договаривались до совершеннолетия Оксанки, а ей-то уже восемнадцать. Тебе бы уже год как съехать. Но я-то думал ты ищешь жильё, решаешь как-то этот вопрос…

– Почему ты просто не поговорил со мной об этом, Федя?

– Ты бы начала вопросы задавать, спросила бы что за срочность. А я не хотел тебя расстраивать. Ты же все эти годы ни с кем не встречалась, а тут Люба… Так что насчёт Оксаны? Я её у себя принять не смогу. У нас ребёнок на подходе, нужно срочно делать ремонт в детской.

– Так ты поэтому вчера истерику закатил? Думал, что если у меня кто-то появился, то твоя идея с тем, чтобы Оксану ко мне сплавить, не удастся?

– Я должен быть уверен, что моя дочь в безопасности! Я думал, ты порядочная женщина, а у тебя какие-то мужики шастают.

Забава встала, терпение лопнуло.

– В общем так, Федя, свою личную жизнь я с тобой обсуждать не намерена. Понял? – её голос звенел от ярости. – И знаешь, что? У меня сейчас нет времени на пустые разговоры. Я на работу опаздываю.

– На какую ещё работу? – искренне удивился он.

– Это тебя не касается. Уходи, пожалуйста. Мне нужно переодеться.

Федя, понурившись, поднялся.

– В общем, ты подумай и позвони, скажи, что решила.

Он вышел.

Забава закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, чувствуя, как подкашиваются ноги.

«Так. Нужно срочно бежать на конюшню. А обо всех этих проблемах с беременной Любой и Оксанкой, оставшейся без жилья… я подумаю потом».

Забава ворвалась на конюшню ровно за минуту до начала своего рабочего дня и, не переводя дух, взялась за вилы. Стог сена оказался пыльным – стоило тронуть его, как в воздух взметнулись тучи мельчайших частиц, заставив её безостановочно чихать.

«Надо бы маску надеть, – мелькнула мысль, – чтобы не дышать этим постоянно и не кашлять потом, будто работала на рудниках».

Лошади, заслышав шаги и скрип тележки, тут же принялись демонстративно бить копытам, ржать и просовывать морды через решётки, всем видом показывая, что страшно голодны и ждут только её.

– Сейчас, сейчас, мои хорошие, – уговаривала их Забава, с усилием забрасывая очередную охапку сена. – Дойду и до вас, потерпите немного!

Она уже вываливала последнюю тележку, когда из дверей дома выглянула Таисия.

– Ой, а ты уже сено раздала? Какая шустрая! – Тася окинула взглядом проделанную работу. – Я им кашу заварила. Сейчас покормишь, в левады выпустишь – и можно приниматься за денники. – Она пригляделась к Забаве. – А что у тебя с лицом?

– Тась, – вздохнула Забава, опираясь на черенок. – Тебе с какого места начинать рассказывать?

– Что? Опять? – глаза Таси округлились. – Ещё только утро! Когда ты успела?

– Ну, как от тебя вчера ушла… – начала Забава и не закончила.

– Так! – Тасю будто ветром сдуло с порога. – Каши подождут! Рассказывай сейчас же!

– А у тебя… кофе найдётся? – жалобно спросила Забава. – Я не успела позавтракать…

– Что за вопросы, конечно найдётся! Пойдём в дом! – скомандовала Тася, разворачиваясь на каблуке.

На кухне она быстро замешала в кружках растворимый кофе, наскоро сделала два бутерброда с маслом и сыром и села напротив Забавы.

– Ну? – не выдержала она, когда Забава дожевала первый бутерброд. – Что там у тебя стряслось?

– Только не говори, что у меня мозгов нет, – начала Забава, глядя в кружку. – Я и сама это знаю.

– Зачем ты на себя наговариваешь? – нахмурилась Тася.

– Так бабка по отцу всегда говорила…

– Ага, – перебила её Тася, – бабка сама из ума выжила, раз язык поворачивается такое ребенку говорить! А ты повторяешь! Забудь про неё. Рассказывай наконец, что случилось!

– Я от тебя вчера пришла, затопила печку, в бане помылась и прилегла буквально на пять минут, – начала Забава, сжимая кружку в руках. – И вдруг проснулась от того, что меня кто-то со всей силы за волосы дёрнул! Открываю глаза, а над самой кроватью… такая рожа страшная… Тась, я чуть не поседела, правда!

На улице вдруг заржали кони.

– Подожди минутку! Запомни где закончила! – бросила Тася и побежала на улицу.

Забава вскочила, не понимая, выходить ли ей следом. Но Таисия вернулась, не прошло и минуты.

– Поганка там опять у соседей сено ворует. Показала ей черенок от лопаты, чтоб морду свою куда попало не совала. Вроде поняла! Так и что там дальше?

– Как была в пижаме, так и вылетела на улицу. Стою, трясусь, понимаю: дом горит! Пришлось обратно бежать. Тушить.

– А что загорелось-то? Андрей же сказал, что проводка поменяна!

– Дверцу печки плохо закрыла, наверное. Дрова сырые стреляли угольками. Один, видимо, в дверцу угодил и выпал на жестяной лист, где поленья сушились… В общем, чудо, что дом не спалила.

– Ну и за что ты себя ругаешь? Такое с каждым могло случиться! Если б ты знала, сколько раз я всякую дичь творила! Не ошибается только тот, кто ничего не делает!

– Ага! Только сапёр ошибается лишь один раз, – подначил женщин Тасин муж, вышедший из спальни.

На этот раз футболку надеть он не забыл.

– Андрей! Ну вот без твоего комментария нам никак было не обойтись!

Мужчина кивнул.

– Насчёт печки Тася права. Один раз плохо закрыла – теперь будешь осторожнее. А вообще надо зайти посмотреть задвижку. Может, там с фиксацией проблемы.

– Вот видишь! – обрадовалась Таисия. – Дело даже не в тебе, а ты уже себя во всём обвинила. Как ты вообще потушила? Из ведра всё залила?

Забава смутилась.

– Я про воду не подумала даже! Всё обратно в печь затолкала и снова на улицу.

– Во! Правильно! – похвалил Андрей. – Там им и место. Водой залила бы – потом убиралась ещё полночи.

– Да я больше не пожара испугалась, а этой жути. Ещё в первую ночь мне показалось, что кто-то со шкафа смотрит. Даже сейчас как подумаю – мурашки.

Она протянула руку и показала кожу, покрывшуюся пупырками.

– Так это ж домовой! – воскликнула Тася. – Смотрел на тебя, потому что знал, что задвижка сломана! Предупредить хотел, но не мог. А вчера он тебя от огня спас, получается.

– Лучше бы потушил и дал поспать. – пошутил Андрей.

Тася рассмеялась.

– Домовые так не умеют! Они же духи.

– Ну да, как за волосы дёргать – это пожалуйста, а пожар тушить – так они духи, – съехидничала Забава. – Если это домовой, то почему такой страшный? Я там чуть в мир иной не отошла без всякого пожара.

– А каким он должен был быть? – возразила Тася.

– Бабушка рассказывала, что домовые пушистые, как котики.

– Из-за котика ты бы с кровати не встала.

– Это да, – призналась Забава. – Повернулась бы на другой бок и дальше спать. Получается, единственный выход – это показать мне страшную рожу.

– Ты ему теперь конфет на шкаф положи. Или молока в блюдечко налей. Заработал!

– Дыма не наглоталась? – спросил Андрей, налив себе кофе и направляясь обратно в спальню.

– Нет, я не дома заночевала, – призналась Забава.

Стоило только Тасиному мужу прикрыть за собой дверь, как подруга тут же насела на неё:

– Я не поняла, – проговорила она шепотом. – И где это ты ночевала?

– Ну… я позвонила Мише…

Лицо Таси тут же расплылось в ухмылке.

– А говорила «слишком молодой», – подначила она.

– Да не было ничего. Он свою футболку дал и спать ушёл.

– О-о-о-о! – протянула Тася с многозначительным видом.

– Что «о-о-о»? – насторожилась Забава.

– Дорогая моя, мужики просто так первой встречной свои футболки не раздают! Ты ему точно понравилась.

Забава покраснела.

– Да брось ты выдумывать! Он вообще не приставал ко мне, – выпалила она и тут же пожалела.

Тася залилась счастливым смехом.

– Ага! Значит, он тебе всё-таки нравится! Признавайся!

– Ну… он определённо симпатичный, – сдалась Забава. – Но слишком молодой!

– И что из этого? Ладно, ладно, не буду давить. И что, совсем ничего не было?

– Ни-че-го, – твёрдо сказала Забава. – Я была так вымотана, что просто отключилась. А утром чуть не проспала. Неслась домой как сайгак. Ну а там Федя поджидал.

– Бывший? – уточнила Тася, и её лицо снова стало серьёзным. – Ему опять что понадобилось? Прискакал отношения выяснять из-за Васи?

– Хотела бы я, чтобы всё было так просто, – усмехнулась Забава. – Оказалось, никакого ЭКО у них и не планировалось. Это он так, для отвода глаз сказал. Его Любонька уже на пятом месяце. Вот и выяснилось, почему ему нужно было, чтобы я съехала за три дня – место новой семье освободить.

– Эта Люба же приходила к тебе. Было непонятно, что она беременна?

– Тась, я её видела первый раз. Ну полновата… Да и пятый месяц. У некоторых до самых родов живота не видно, если плод маленький. По мне тоже долго непонятно было. К тому же я тогда в шоке была, что посторонняя мадам ко мне в квартиру заявилась, дверь своим ключом открыла. Я бы не обратила внимания, даже если б у неё рога были.

– Ну знаешь, беременность всё равно не даёт ей права приходить в твой дом без спроса. Она твоему Феде пока ещё никто.

– Во-первых, она – мать его будущего ребёнка, – напомнила Забава. – А во-вторых… Если он соврал про ЭКО, то и про свадьбу, наверное, тоже мог. Говорил, весной поженятся. Но я думаю, они уже всё давно уладили. Или вот-вот распишутся. С беременной невестой это делается без очереди.

– И всё равно я считаю, что врываться к тебе она права не имела. Нужно было замки сменить и в суд подавать.

– Теперь уже поздно об этом думать. Тем более есть проблемы посерьёзнее.

Она тяжело вздохнула, допивая кофе.

– Люба своего не упустит. Она уже Федю накрутила, а дальше что? Сейчас он её пропишет, она родит… И всё. Они там на восемнадцать лет, как минимум, укоренятся. Никакой метлой их не выметешь. Не знаю, что теперь с Оксанкой будет. Она ведь совершеннолетняя уже… Выходит, моя дочь останется без крыши над головой. С этим нужно что-то решать.