Текст книги ""Ты уволен!" (СИ)"

Автор книги: ChristinaWooster

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

Я уже было полезла в сумку за телефоном, как этот мужчина в два прыжка преодолел расстояние, отделяющее его от меня. Его красные, налитые кровью глаза ужасающе уставились на меня.

– Давай лучше ко мне.

– Нет, спасибо.

– А, ну, живо, я сказал! Иначе прибью тут же, на месте!

Не помню, в какой момент мне стало страшно. То ли от этих слов, то ли от того, что его огромная волосатая рука потянулась ко мне, то ли от осознания того, что я здесь одна, в какой-то глуши, и даже Александр, в случае чего, не будет знать, где меня искать. Да что там Александр! Никто, кроме Гарри не знает, куда мы отправились! Стайлс, твою же мать, ну где ты?!

Огромный, противный, липкий, как пластырь, страх поднялся во мне. В моей сумке не было никаких острых и тяжелых предметов, которыми я могла бы отбить атаку.

– Давай, крошка, надолго не задержу – у меня там есть еще знакомый, кому ты можешь понадобиться.

– Отпустите меня, немедленно!

Я попыталась вырваться, но его огромная рука крепко схватила меня за плечо. В темноте блеснул золотой зуб, от него всего исходил ореол перегара.

– Заткнись, сука!

В секунду, когда я уже готова была заорать во всю глотку, из темноты выскочила фигура, набросилась на мужчину и тот в один момент, отпустив меня, повалился на землю, как подкошенный.

Перед глазами за съехавшими очками мелькнули кудри и цепочка на шее.

– Все нормально? Мисс Селдридж? Все нормально?

– Ты что, убил его? – тихо спросила я, и сама даже не заметила, как вцепилась в рукав Гарри. Сердце стучало в груди, как загнанная в угол клетки птица.

– Да нет, наверное. Хотя стоило бы. Вы целы?

– Целы. Но лучше было бы, если бы в этот момент я была дома!

– Простите. Простите, я идиот. Не подумал, что Вы, непривыкшая к такому времяпрепровождению, могли бы испугаться… Ладно, извините. Вы правы – лучше поехать домой. Давайте я вызову такси.

Гарри достал из кармана телефон, быстро вызвал такси, и, взяв меня под руку, увел от злополучного места поближе к дороге, к той стороне, откуда должна была вырулить машина такси.

Меня все еще трясло. Хотелось домой, в объятия к Саше, и чтобы больше никогда, никогда в жизни не появляться в этом страшном месте! Луна продолжала ярко светить, вой собак все еще звучал (или это было отзвуки страха?), а Гарри было все будто бы нипочем.

– Ну, как Вы? Не молчите, что ли. А то мне как-то не по себе.

– Мне тоже не по себе, знаешь ли, – резко заговорила я, стараясь унять дрожь, чтобы зубы так сильно не стучали, – когда какой-то пьяный огромный мужик хватает тебя и угрожает тебя убить! Знаете, мистер Стайлс, надеюсь, что это был последний день, который я провела в непосредственном обществе с Вами. Надеюсь, что отныне я буду видеть Вас только в офисе, в тот момент, когда Вы будете приносить мне кофе! Вон едет машина такси. Прошу Вас вызвать Вам следующую, я не хочу ехать вместе с Вами. А то вдруг Ваше присутствие накличет еще каких-нибудь бед мне! – я взмахнула рукой таксисту, – до свидания и спокойной ночи. Не опаздывайте завтра на работу.

С этими словами я быстро ворвалась в машину к таксисту. Пристегнулась, прижала ладонями сумку к трясущимся коленям. На счастье, таксист оказался приятным мужчиной в возрасте, и всю дорогу шутил и переключал радиостанции, ловя веселые песни. Я старалась не думать о том, что произошло, но не могла отделаться от мысли, что проклинаю Стайлса и желаю ему провалиться сквозь землю из моей жизни! Неимоверный стук сердца мне удалось успокоить только когда такси стало подъезжать к дому, но при малейшей мысли о недавнем событии снова начинало кружить мое сердце вокруг своей оси с ужасающей скоростью, вызывающей тошноту.

Как только я оказалась в квартире, я позвонила Александру и попросила его тут же ко мне приехать. Было начало второго ночи. Саша примчался в миг, обеспокоенным моим испуганным голосом – я объяснила это тем, что меня напугала собака у дома, которая стала лаять на меня, когда я вышла выкинуть мусор. Я ничего ему не рассказала. Я не имею права волновать его своими проблемами, которые свалились мне на голову по моей собственной вине.

На эту ночь Саша остался у меня, и спустя сорок минут, теплого душа и чашки чая с молоком я успокоилась и попыталась не думать о Гарри, который, возможно, все еще шлялся где-то там, загородом, ища себе приключений. Нет уж, больше никаких авантюр! Дороже своей собственной жизни может быть только жизнь своих близких, и как же я испугалась, когда подумала, что больше никогда не увижу Александра по глупости этого мальчишки! Такие эмоциональные всплески мне противопоказаны! Может быть, я и не особо дорожу своей собственной жизнью, но подвергать опасности своих близких и заставлять их волноваться по моему поводу я не позволю себе никогда!

Когда я уже засыпала, удобно устроив голову на груди Александра, пропускающего между пальцев мои волосы, мне пришла смс. Все тот же незнакомый номер, и в нем было одно-единственное слово, написанное с ошибкой:

«Извеняюсь».

========== Глава 5. ==========

На следующее утро я радостно отправилась на работу. Подумать только, месяц нервов, ночей без сна, волнений, криков до сорванного голоса и литры кофе – и вот, наконец-то, долгожданный и такой нервный номер нашего журнала красуется на всех прилавках города! А на обложке – неподражаемая Лола Гамильтон!

Ноги сами несли меня в офис, а о вчерашнем происшествии я старалась не вспоминать.

– Доброе утро, мисс Селдридж! Номер поступил в продажу только сегодня утром, но смею Вас уверить, количество проданных экземпляров уже превышает грань возможного!

– Я очень рада слышать это, Гарольд. Мы все хорошо потрудились, чтобы этот номер стал достоянием нашего города. Гарри у себя?

– Ваш секретарь? – Гарольд хмыкнул, покручивая длинный ус, – а как же.

– Хорошо. Спасибо. Принимайтесь за работу, Гарольд, удачного Вам дня.

– И Вам, мисс Селдридж!

Стоило мне сделать два шага по направлению к кабинету, как я была уверена, что он прошипел мне в спину «стерва».

Но, как бы то ни было, Гарри действительно уже восседал за своим рабочим местом и что-то быстро писал на листе бумаги. Заметив меня, он тут же убрал листок. Я сделала вид, что ничего не заметила.

– Доброе утро, мисс.

– Здравствуй, Гарри. Надеюсь, вчера ты добрался до дома благополучно?

– Как видите, благодарю. Сделать Вам кофе?

– Да, пожалуйста.

– Сию минуту, мисс.

– Спасибо.

Я смерила его холодным взглядом и зашла в свой кабинет. Пока мы можем немного отдохнуть, но мысли мои все равно витали вокруг предстоящей работы над новым номером. Когда ты работаешь в издательстве – у тебя нет ни минуты свободного времени. Как только выпускается номер, надо тут же напрягать мозги и думать над следующим и так до бесконечности…

Мои мысли прервал телефонный звонок.

– Алло?

– Кристина? Будь добра, зайди ко мне в кабинет. И как можно скорее.

– Хорошо, мистер Хоран, – я удивилась, что дядя звонил мне на мобильный, обычно, он присылал свою секретаршу сообщить мне о том, что хочет меня видеть, – что-то случилось?

– Пока что нет, и надеюсь, что ничего не произойдет. Жду тебя в кабинете.

– Хорошо, я сейчас буду.

Дядя ничего не ответил и тут же отключился.

Покрутив в недоумении телефон в руках, я вышла из задумчивости, когда в дверь постучали. На пороге стоял Гарри.

– Ваш кофе, мисс, – благородно сказал Гарри и со всей учтивостью прошел к столу, чтобы водрузить на него чашку.

– Спаси….

– Простите!

Одно неловкое движение и белая фарфоровая чашка делает неповторимый кульбит в воздухе, и все ее содержимое летит мне прямо на юбку.

– Твою мать! Ты что, совсем придурок?! – я схватила какие-то листы бумаги и принялась оттирать кофе, – откуда у тебя руки растут?!

– Прощу прощения, мисс, – невинно сказал Гарри и захлопал длинными ресницами. Убить его мало! – я могу Вам чем-нибудь помочь? Хотите, я принесу Вам полотенце?

– Унеси лучше себя с глаз моих долой! Иначе я за себя не ручаюсь!

– Я приношу свои искренние…

– Засунь свои извинения себе в задницу! – заорала я, – слышишь?! Вон отсюда! Чтобы я тебя не видела сегодня больше ни минуты! Убирайся!

– Слушаюсь, мисс.

Отдав честь, Гарри покинул мой кабинет.

Твою мать! Твою мать! Твою мать! За что мне такое наказание?! Неужели дядя не понимал, кого брал на работу?!

Я огляделась в кабинете. Никакой запасной одежды у меня тут не было, а пятно расползлось по черной юбке мерзкой мокрой лужей. Делать было нечего. Прижав к юбке папку с документами, тем самым закрыв пятно, я выскочила вон из кабинета.

***

– Кристина! Кристина! Мисс Селдридж, подождите!

Уже стоя у лифта, я оглянулась. Ко мне бежал Найл.

– Подожди!

– Куда ты так несешься? – спросила я, пропуская брата в кабину лифта и нажимая нужную кнопку, – неужели тоже к дяде?

– Нет, просто мне надо было кое-что у тебя спросить, – Найл принялся теребить крашенные волосы.

– Ну?

– А Хелен… Уже приехала?

Я вскинула брови.

Об отношениях подруги с моим братом можно написать уже целую книгу. Найл влюблен в нее около пяти лет, но всячески это отрицает и думает, что я этого не знаю. Хелен же постоянно хочет найти себе умного парня, под стать себе и своему образованию, но я знаю, что бы ей ни говорил разум, сердце тянется к моему брату. Мне же приходится просто молча за этим наблюдать, ибо влезать в чужие отношения – это как лезть в горящий дом. Вроде и цели преследуешь хорошие, чтобы спасти кого-то, но ведь ты не пожарник. И в итоге, и людей не спасешь, и сам опалишься. Нет уж, лучше пусть разбираются сами, а я и дальше буду делать вид, что не понимаю чувств Найла.

– Нет еще, а что?

– Да просто… Хотел ее увидеть. Пообщаться. Спросить, как там, что… На Кипре.

– Как только она вернется, я тут же дам тебе знать.

– Ага, хорошо, спасибо, Крис, – Найл слегка покраснел, и тут же решил перевести тему, – ты к отцу?

– Да, он сказал, что у него какой-то важный разговор ко мне, – мы вышли из лифта, – кстати, будь добр, когда мсье Мельес появится на работе, скажи, чтобы он подождал меня в моем кабинете.

– Что ж, ладно, – брат пожал плечами, – удачи!

***

– Мистер Хоран? Вызывали?

– Сколько раз я тебя учил, дорогая, что вызывают проституток и скорую, а людей просят зайти, – дядя встал из-за стола и указал рукой на кресло напротив, – садись, у меня к тебе важный разговор. Кстати, что с твоей юбкой?

– Так, технические неурядицы, – спокойно бросила я, а сев на кресло, снова уложила папку на колени, – так о чем Вы хотели поговорить со мной?

– Да. Разговор серьезный, и пока что я хотел бы, чтобы в офисе об этом никто не знал. Вчера мне позвонил один молодой человек, Пьер Леблан. Может быть, ты знаешь его?

– Мсье Леблан? Это… Основатель издательского дома в Париже? У них журнал «Beau monde»?

– Почти. Пьер Леблан – это его старший сын, который перенимает дело отца, и скажу тебе, довольно-таки успешно, – дядя приподнял брови, как бы намекая, что дальше будет что-то чрезвычайно важное и, сделав круг вокруг стола, сел за него обратно, – так вот, отец с сыном решили, что им стоит расширяться в своей деятельности и предложили мне подписать с ними контракт на сотрудничество. Чтобы ко всем прочим журналам, мы сотрудничали еще и с «Beau monde».

– Ничего себе! Это же очень здорово!

– Да, довольно-таки почетно, они ведь старее нас и у них сотрудничество с самим «Vog’ом». Но дело в том, – дядя снял очки и пристально на меня посмотрел, – что этого хочет сын. А вот отец пока сомневается. В общем-то, я был бы рад поехать в Париж на этой неделе, чтобы заключить сделку с мсье Лебланом. Но он, понимаешь ли, плохо себя чувствует, и вообще, все его родственники уже делят имущество, – дядя потер переносицу, – посему, раз дело после смерти отца отойдет к Пьеру, переговоры по поводу заключения сделки проводить тоже будет он.

– И?

– И ты должна поехать в Париж, чтобы подписать с ним договор.

На минуту в кабинете повисло молчание. Я? Поеду заключать сделку? От которой зависит будущего нашего журнала, со всеми из этого вытекающими последствиями?

Кажется, я произнесла это вслух. Дядя шумно вздохнул.

– А чему ты удивляешься? Здесь есть кому тебя заменить. Оставишь Мельеса за главного.

– А почему Вы не хотите отправить именно Александра на это дело?

– То, что он наполовину француз, вовсе не означает, что он сможет вести переговоры, понимаешь? Я уверен, ты справишься. По конфликтологии, помнится, в университете у тебя стояла твердая «пять».

– Да, но… Это не лекция и даже не экзамен! Мистер Хоран, я никогда не заключала никаких сделок!

– И ничего. Просто съездишь, пообщаешься с этим Пьером, покажешь ему наши сметы и концепции по поводу следующих номеров, обсудите то, как здорово обоим издательским домам будет, если вы начнете работать сообща, и, – дядя театрально махнул рукой, украшенной настоящим «Ролексом», – вуаля! Старик на смертном одре рад и благодарит сына за столь удачную сделку, ведь сама понимаешь, сына склонить к этому делу намного легче, чем прожженного скептика, которого в нашем мире называют акулой пера. Так что, считай, что это приказ, моя дорогая. А Александр останется главным в офисе на эти четыре дня, пока ты будешь отсутствовать. Уверен, что ничего страшного не случится за это время. Да и тебе это будет как своего рода практика, а в твоем ответственном подходе к работе я и вовсе не сомневаюсь.

– Когда я должна отправиться? – спокойно спросила я, хотя от радостного предвкушения столь значимого события у меня начинали дергаться пальцы на руках.

– В понедельник, в 12.13 у тебя самолет. Попрошу не опаздывать на регистрацию. Номер в Отеле я тебе уже снял.

Дядя улыбнулся, давая тем самым понять мне, что мой ответ не значил бы ровным счетом ничего. Я улыбнулась концом губ, представляя себя в роскошном ресторане, склоняющейся над папкой с документами, непринужденно описывая заслуги журнала перед мсье Лебланом, как он ставит свою подпись, мы пожимаем друг другу руки и благодарим за столь удачную для обоих сторон сделку… Как дядя гордится моей проделанной работой…

– Я уже вижу по твоим глазам, что ты только рада будешь взяться за это сложное дело. Ничего не бойся.

– Хорошо. Считайте, что эта сделка уже подписана.

– Вот и умница.

– Если Александр останется за главного, я могу взять с собой Найла? Просто одной мне будет как-то не по себе.

– Да, я как раз хотел сообщить тебе и об этом. Для Найла я уже купил билет. Поедете вместе. Он за тобой присмотрит, а заодно и сам чему-нибудь научится.

***

Вернувшись в кабинет, я стала осмысливать предложение. Да, эта поездка будет одним из самых значимых событий в моей карьере журналиста! Четыре дня в Париже, это, конечно, очень хорошо, но жаль, что я совсем не понимаю, как нужно заключать сделки! И что из себя представляет этот Пьер… И ведь на следующей неделе День Рождения Саши, мы должны были отметить его вместе…

Отбросив от себя папку с документами, я встала и прошлась по кабинету. Почему дядя не захотел, чтобы ехал Александр? Он старше, опытнее, он бы склонил на свою сторону этого Леблана в два счета! Или почему дядя не может поехать сам? Он ведь может убедить в чем угодно и кого угодно, хоть старика, хоть зеленого юнца!

Но, несмотря на эти мысли, сердце уже предательски щекотало от осознания того, что такое дело доверили мне! Гордость принялась распирать меня, будто губка, разбухающая от воды, словно бы я уже заключила эту сделку! Да, я должна поехать! Я должна склонить Леблана на то, чтобы он подписал контракт!

Я опустила глаза вниз на свою испорченную юбку. Огромное пятно от кофе создало какой-то свой причудливый рисунок на глади ткани, и она противно липла к ногам. Я попыталась оттереть пятно влажными салфетками. Но от этого оно стало еще больше и, казалось, еще прочнее въелось в ткань. Присев на край стола, я подвернула юбку, чтобы она высохла на мне и перестала липнуть к ногам. Я закатала ее до уровня настоящей мини-юбки, едва выполняющей свою изначальную функцию.

В этот момент дверь в мой кабинет неожиданно распахнулась, и на пороге предстал Гарри. За долю секунды глаза его расширились так, словно он на моем рабочем месте увидел что-то ошеломляющее.

Юбка, подвернутая, чтобы высохнуть, открывала мои ноги до самого бедра. Я немедленно соскочила со стола и принялась расправлять складки ткани, стараясь вернуть юбку до прежней длины.

– Твою мать, Стайлс, тебя что, стучаться не учили?! Я же тебе сказала, чтобы ты не смел показываться мне на глаза…

– Прощу прощения, но, по-моему, я слишком удачно зашел, – в миг раздался звук поворачиваемого в замке ключа, и Гарри привалился спиной к двери, закрывая мне выход из кабинета, а себе предоставляя отличное поле для видимости.

========== Глава 5. Продолжение ==========

– Гарри, я прошу тебя немедленно покинуть мой кабинет.

Мне удалось достаточно быстро овладеть своим голосом и снова напустить на свое лицо маску холодности, строгости и стервозности. Я встала, оправила юбку, но ноги все равно немного дрожали. Взгляд Гарри пугал и завораживал одновременно.

– Почему я должен уходить, когда я как никогда зашел вовремя? – Гарри сделал несколько шагов по направлению ко мне. Я стала отодвигаться вглубь кабинета. Шаг, еще шаг. Я упираюсь спиной в стол. Гарри надвигается все ближе.

– Потому что я не желаю тебя видеть!

– А я Вас желаю, – Гарри улыбнулся, – и не только видеть.

– Стайлс! Пошел вон, и чтобы я больше не слышала от тебя таких пошлостей!

– Ну что Вы, мисс Селдридж, – мой секретарь картинно закатил глаза, – таким девушкам как Вы, пошлости говорить не полагается. С такими девушками, как Вы, пошлости полагается совершать.

– Еще одно такое слово, и я…

– И Вы?

Гарри уже стоял почти вплотную ко мне. Мои легкие были наполнены непритязательным, но таким волнующим его парфюмом, я видела, как от нехватки воздуха высоко поднималась и опускалась его грудь во время дыхания. На белоснежной рубашке были расстегнуты верхние пуговицы, обличая его прекрасную шею с тонкими синими венами и татуировки под ключицами. Две птицы. Я только сейчас их разглядела. Птицы трепетали.

– Вам больше некуда бежать.

И он был прав. Сделав еще шаг ко мне, Гарри практически полностью вжал меня в стол спиной. Я инстинктивно присела на край стола, стараясь отодвинуться от Гарри как можно дальше. Его глаза, зеленые, как стекла, губы, ресницы, – все сводило с ума! Боже! Когда природа создавала это проклятье, она не забыла наделить его ангельской, идеальной, ждущей кисти художника или умелых рук скульптора внешностью! В лице Гарри, как и в его теле, не было никаких изъянов. Ни малейшего намека на недостаток. От этого голова шла кругом, а дышать становилось труднее.

– Если ты хоть пальцем меня тронешь, я не знаю, что я с тобой сделаю.

– Уволите? – шепотом спросил Гарри и его хриплый голос прерывался тяжелыми вздохами после каждого слога. Его мятное дыхание скользило по моей щеке.

– Ты…

В секунду Гарри обнял меня за талию одной рукой и рывком притянул к себе. Я почувствовала его дыхание на своих губах. Сердце упало куда-то вниз, и забилось там, то еле-еле, то с оглушительной быстротой и силой. С Александром такого никогда не было…

Гарри провел носом дорожку по моей щеке. Меня затрясло.

Его рука медленно сделала движение от талии до моего бедра. Меня шибануло током, и разряды прошлись по всем моим конечностям, связав их в какой-то морской узел, не давая ни пошевелиться, ни ударить противника.

Гарри смотрел прямо в глаза, зрачки расширились, губы изогнулись в какой-то змеиной усмешке.

Не могу вспомнить, о чем я думала в тот момент. Казалось, я вся обратилась в одно такое нечто, что каждым миллиметром естества чувствовало только руки Гарри на себе и его прикосновения. Он медленно двигал пальцами по моей спине, по плечам, даже не стараясь залезть под блузку или что-то в этом роде. Он просто держал меня в своих руках, и это было… Это было… Это был удивительно.

Его губы были в миллиметре от моих, я видела каждую трещинку на них, но он молчал.

Мои руки плетьми висели вдоль тела, я была беспомощна, но именно тогда мне и захотелось быть такой.

Я слегка облизала губы, Гарри дернул бровью и концом носа дотронулся до моего. Я испустила тяжелый вздох не то от страха, не то от удовольствия, и мое дыхание слилось с дыханием Гарри.

Гарри отпустил меня только тогда, когда тишину и волнение кабинета прорезал звон моего мобильного телефона. Сначала я даже не поняла, откуда доносится звук. Медленно моргнув, Гарри убрал руки и отошел на пару шагов назад. В глазах его стояло какое-то смутное выражение, смесь стеснения и довольства собой. Отвернувшись к столу, я схватила мобильный.

– Да, алло?

– Кристина, ты что, забег по офису совершаешь?

Я сначала даже не заметила, что голос у меня дрожит и мне не хватает воздуха. Отодвинув трубку от уха, я сделала пару глубоких вздохов, пытаясь выровнять дыхание. Я не оборачивалась, но чувствовала, что Гарри стоит в полуметре от меня и пристально слушает.

– Почти угадали, мсье Мельес. Бегала по заданию. А Вы почему еще не на работе?

– Я ужасно себя чувствую, mon ami , – сказала Саша и чихнул, – кажется, я заболел. Ты не заглянешь ко мне после работы?

– Да… Да, конечно.

Спокойствие, дышим ровно.

– И да, я не смогу завтра пойти с тобой на концерт.

– Концерт?

– Симфонической музыки, мы ведь собирались пойти вместе.

– Ах, да! Простите. Совсем вылетело из головы.

Саша, концерт…

Гарри, его руки…

– Я вернул в кассу один билет, свой, а ты, пожалуйста, сходи. Я очень хочу, чтобы ты сходила на этот концерт, а потом мне все рассказала! Хорошо? Я буду только рад, что ты завтра вечером не будешь сидеть дома.

– Да… Хорошо.

– Кристина, ты меня слушаешь?

– Да, да. Просто сейчас начнется совещание и…

– А, хорошо. Не буду отвлекать, – Саша снова чихнул.

– Вечером зайду.

– Люблю тебя, – сказал он и положил трубку.

– Ага, – ответила я уже в пустоту. Положила телефон на стол, но руки дрожали. Я осторожно убрала мешающие волосы за уши и хлопнула себя ладонью по щеке. Так, спокойно, все хорошо. Ничего страшного не случилось. Просто минутная слабость.

– Мисс Селдридж?

Я резко обернулась на голос Гарри. Он уже чинно застегнул рубашку до самой последней пуговицы, как примерный мальчик, поправил волосы и стоял, вытянувшись по струнке.

– Да, Гарри?

– Извините за то, что пролил на Вас кофе. И за то, что помог Вам его высушить.

Не дожидаясь моего ответа, Гарри развернулся и спокойно вышел из моего кабинета, как будто его здесь вовсе и не было.

***

Весь следующий день я провела у Саши, а вечером меня ожидал поход на концерт. Не скажу, что я не любительница классической музыки – порой это очень даже нужное музыкальное сопровождение в нашей жизни, но идти одной мне совсем не хотелось.

Во время пребывания у Александра, пока он силился мне что-то рассказать, прерывая свою речь то кашлем, то чиханием, я все боялась смотреть ему в глаза. Мне казалось, что стоит нашим взглядам встретиться, как мой потенциальный жених сразу же поймет, что случилось сегодня утром. А впрочем, что же такого случилось? Гарри просто обнял меня. Да, при этом, конечно, были сказаны парочка пошлостей, но… Это ведь Стайлс, в его возрасте это нормально. Наверное. Так или иначе, ничего ужасного не произошло. Я просто испугалась и поэтому не смогла тут же дать ему отпор, в этом все дело. Все было слишком неожиданно, да и ведь сам парень не собирался делать ничего страшного… Он просто меня обнял…

– Все-таки тебе надо было сдать и мой билет. Ты точно не будешь скучать один? Может, мне тоже никуда не ходить? Посидели бы вместе, посмотрели бы какой-нибудь фильм…

– Кристина! Этот концерт – самое великолепное зрелище, какое только может быть! Я сам бы отдал все, чтобы попасть на него, но, увы, сейчас я не могу даже встать с кровати. Я очень хочу, чтобы ты пошла, а потом мне все рассказала. И я не хочу, чтобы в свой выходной ты сидела дома со мной, больным и тоже заражалась.

– Хорошо. Но все только ради тебя! Завтра же подробно тебе расскажу, еще и автографы у всех попрошу. Я пойду собираться. Не скучай, а лучше ложись спать. У меня для тебя еще много новостей.

***

В концертный зал я прибыла ровно за полчаса до начала представления. Я сдала плащ в раздевалку, поправила волосы и макияж перед зеркалом и стала уныло слоняться по большому, белокаменному фойе, разглядывая фотографии артистов, спектаклей и прочих светских мероприятий. Ладно, может быть, этот концерт хоть ненадолго, но отвлечет меня от всяких ненужных мыслей. Признаться честно, за последние месяцы, прошедшие с отпуска, я безумно устала. Постоянные нервы, волнения, жизнь в бешеном ритме, от собрания к совещанию, какие-то выволочки сотрудников и прочие разные неурядицы медленно, но верно подтачивали меня изнутри. Все же, Александр был прав, когда отправлял меня на этот концерт, здесь я должна расслабиться.

Любуясь красотами убранства зала и нарядными горожанами, я прошла в зал, мерцающий в свете огромной люстры, чтобы занять свое место в первом ряду. Занавес уже был поднят, обнажая задний фон декораций. Люди начинали заполнять залу, величественно шествуя между рядами. Я покосилась на место по левую руку от меня. Я вот сижу здесь, через несколько минут буду наслаждаться потрясающей музыкой, в то время как бедный Александр лежит больным, принимая каждые тридцать минут разные таблетки. Ну, он же сам попросил…

– Вот уж никак не ожидал Вас тут увидеть.

Я подняла голову. Надо мной стоял…

– Гарри? Какого черта ты здесь?

– И я очень рад Вас видеть, мисс Селдридж, – проворно, но не теряя присущей ему грациозности, мистер Стайлс прошел к месту номер 12 и уселся со мной рядом, закинув ногу на ногу. От меня не укрылось, с каким щегольством был сегодня одет парень. Черный классический костюм так и блестел в свете ламп, белая рубашка была накрахмалена так, что воротничок стоял, как солдат на плацу, беспорядочные кудри были аккуратно причесаны и уложены. Развязанная бабочка болталась на шее, единственно напоминающая, что передо мной не член бомонда и высшего света, а всего лишь недавний подросток, безалаберный и конченный придурок. Ботинки Гарри сверкали, как зеркала.

– Я серьезно спрашиваю, какого черта ты здесь?

– Пришел в кассу, купил билет.

– Тогда пройди на свое место и не порти мне настроение, концерт начнется уже совсем скоро.

– Увы, но я уже на своем месте, – Гарри улыбнулся и протянул мне свой билет.

Секунду я молча на него смотрела. Потом взяла в руки и внимательно вгляделась в шрифт. Первый ряд, 12 место. Начало мероприятия: 18:30.

– Да быть этого не может, – протянула я, возвращая билет Гарри на месте, – почему именно это место?

– Я только вчера вечером узнал, что сегодня дают концерт, – Гарри ухмыльнулся, – когда пришел в кассу, билетерша сказала, что буквально час назад вернули этот билет и ничего лучше она предложить мне не может. Пришлось раскошелиться, но я думаю, это того стоит.

– Не знала, что ты такой поклонник симфонической музыки, – я переложила ногу на ногу, потому что от нервов никогда не знала, что делать со своими конечностями. Руками же я вцепилась в ремешок от сумочки.

– А Вы многого обо мне еще не знаете,– Стайлс аккуратно поправил волосы и устремил взгляд на сцену. Потом, чуть небрежно, обронил, – кстати, юбки Вам идут куда как больше, но Вы, такое чувство, будто знали, что сегодня я окажусь Вашим соседом.

Я уже была готова разразиться гневной тирадой, но прозвенел первый звонок, двери зала постепенно стали закрываться, а свет медленно гаснуть. Я была готова убить этого Стайлса. Это что, рок какой-то?! Почему даже сейчас он рядом?! Своим присутствием он не давал мне полностью сосредоточиться на концерте. Я то и дело краем глаза косилась на него и была готова дать руку на отсечение, что он за мной тоже наблюдал! Ну, Гарри! Ну, пронырливый ублюдок! Мы еще повоюем!

========== Глава 6. ==========

К счастью, концерт прошел лучше, чем я того ожидала. Кроме этих взглядов, которые Гарри посылал в мою сторону раз по десять во время исполняемой увертюры, больше ничего не было. Но поднимаясь со своего места, я вдруг ощутила, что мое сердце почему-то бьется сильнее, чем обычно, и быстро смешавшись с толпой людей, я поспешила к выходу.

Уже на улице, еле попадая руками в рукава плаща, я услышала за собой шаги. Гарри бежал за мной. Я остановилась у колонн концертного зала и обернулась. Мимо меня сновали люди, спешившие к своим автомобилям или на автобусную остановку, ресторан напротив кричал громкой музыкой и подмигивал огнями названия.

– Как Вам концерт?

– Потрясающе. Извини, Гарри, но я спешу.

– Вы не позволите мне Вас проводить? Не бойтесь, я приставать не стану. От того, что утром было, еще не до конца отошел, да и Вы все равно не в юбке… – он лукаво улыбнулся.

– Послушай, ты, – резко сказала я, не обращая, как при этих словах на меня покосились прохожие, – еще одна такая выходка, и ты будешь уволен. Ты меня понял? Чтобы ты держался от меня за километр! Я почти замужем, что тебе от меня вообще надо? – я перевела дух, а Гарри все молчал, не сводя с меня пытливого взгляда. Мне хотелось говорить еще и еще, добавляя в свою речь злость и ненависть, – Я всегда делаю так, как хочу, и заметь, у меня это всегда получается хорошо! В данный момент, я просто хочу, чтобы ты от меня отстал и не приближался ко мне со своими пошлыми намерениями! Понятно?!

– Понятно. Но Вам не повезло, что мы оказались слишком похожими, – Гарри поднял подбородок и цокнул языком, – ведь я тоже не привык отступать от своих намеченных планов.

***

Вернувшись домой, я первым делом позвонила Найлу. Скидывая туфли в прихожей и идя на кухню за газированной водой, так приятно было слышать голос нормального человека!

–Так значит, ты уже в курсе? Самолет завтра утром, не опаздывай, прошу тебя!

– Я буду готов, как штык! И вообще, это же так классно! Четыре дня в Париже! Спасибо, что решила взять меня с собой. Учеба достала, а тут такое разнообразие! – восторженно говорил Найл, – кстати, как концерт?

– Нормально, – я отпила глоток, – там был Стайлс. Каким-то чудом ему достался тот билет, который Александр сдал обратно в кассу. Просто рок какой-то.

– А может, судьба?

– Иди ты. Какая судьба? Я рада, что хотя бы эти четыре дня не буду видеть этого гребанного Стайлса с его самодовольной ухмылкой!

– Ну что ж, тогда все идет пока просто замечательно. Ладно, давай, ложись спать, а я пойду собирать вещи. Ты знаешь, у меня на это всегда уходит уйма времени.

– Да, хорошо. Спокойной ночи. Доберешься до аэропорта завтра сам?

– Не беспокойся, не маленький. Вызову такси.

– Хорошо, пока.

– Пока, Крис.

Я положила трубку и принялась массировать шею, чтобы снять с нее болезненное напряжение. Как там сказал Найл? Судьба? Ну-ну…