Текст книги "Сделка (СИ)"
Автор книги: Arbellaai
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 38 страниц)
Глава 6
Я третий день сидела в своей комнате, поедая весь шоколадный запас и запивая все это какао, думала о Джейми и о том, как по-скотски сложился тот вечер. Я успела забыть, что такое душ, нормальная человеческая еда и вода. Коко сидела рядом с тарелкой куриного супа и пыталась впихнуть его в меня, но я упорно сопротивлялась, открывая очередной батончик «Малышка Рут», фантики от которого горкой валялись возле моей кровати. Я умру от передозировки сладкого, и никто никогда не вспомнит про меня, на похороны придет только Темпл и Айрис, прикрывая опухшие глаза черными солнцезащитными очками, бросая на мой гроб горсть земли, уходя в свою счастливую жизнь и забывая о моем существовании… Боже, я просто королева драмы.
– Если ты сейчас не откроешь рот, я лично залью в тебя все, что плавает в этой тарелке! – пригрозила Коко.
М-м-м-м, какие у нее красивые тени цвета пудровой розы. Надо спросить, где она их купила. Оливер сидел рядом и подавал мне шоколадки, за что я была ему очень благодарна. Он так и не знает, что произошло, потому я строго-настрого запретила подруге рассказывать ему что-либо, понимая, что не выдержу его расспросов.
За что Господь послал на меня такую кару? В чем я провинилась? В чем согрешила? Хотела переспать до брака? Ну да. Не терпеть же мне до свадьбы. Хрен знает, когда это произойдет. Да и тем более я уже давно не девственница. Я хорошо учусь, люблю свою семью, стараюсь помогать, даю списывать двоечникам свои конспекты, каждый месяц жертвую деньги на благотворительность, практически не ругаюсь матом, не ворую, не убиваю… Какой же это бред. Аж тошно. Откинув голову на подушку, я завыла и перевернулась на бок так, чтобы видеть Коко и Оливера. Я так рада, что они рядом, что они поддерживают меня. На глаза навернулись слезы. Ну вот, опять. Хныкалка.
– Я вас так люблю, – плаксиво сказала я и потянулась к Оливеру, который заботливо обнял меня и погладил по спинке, массируя шею.
– Ну же, девочка наша! – заворковал он, – Мы всегда рядом с тобой, милая.
Я всхлипнула.
– Вот и нужно было ему возвращаться сейчас, – пробормотала я, прижимаясь к Оливеру еще сильнее.
– Что? Ты про кого?
Он отстранился, посмотрев мне в глаза, я открыла рот, не зная, что сказать, как в этот момент Коко запихнула в меня ложку супа. Я закашлялась, отчего он оказался буквально везде: на мне, одеяле, Оливере, а самое противное – в носу.
– И что мне с тобой делать? – сокрушенно покачала головой подруга, доставая влажные салфетки и убирая все следы недавнего казуса.
Оливер смахнул с носа длинную макарошку, и я, не сдержавшись, громко рассмеялась. Друзья присоединились ко мне. От смеха в глазах появились слезы. Я сморгнула их и, все еще хохоча, посмотрела на Коко и Оливера, которые тоже не могли остановиться. Они и правда самые лучшие: всегда рядом, поддерживают, защищают, любят и заботятся обо мне. И как я могу сидеть здесь, горевать, когда рядом со мной такие крутые люди? Я накинулась на них с объятиями, чувствуя, как в одно мгновение меня отпускает это идиотское состояние, державшее мою личность в заточении, как становится легче и открывается второе дыхание, в буквальном смысле!
– Что ты творишь? – хохотнул Оливер.
– Просто радуюсь тому, что вы рядом, – ответила я, а затем схватила с тумбы тарелку супа и в один присест прикончила ее, облизывая губы. – Вкуснотища!
– Ну так это же я готовила, – самодовольно улыбнулась Коко, а затем приобняла меня за плечи. – Ты так меня напугала, дурочка!
– Я так и не понял, что случилось?
Я взглянула на Оливера, взвешивая «за» и «против», а затем принялась рассказывать ему все, что произошло три дня назад. Коко иногда добавляла от себя, отчего картина становилась цельной и красочной. С каждым произнесенным мною предложением, лицо Оливера менялось, и это было так комично, что иногда не могла сдерживаться, хохоча во все горло. Удивительно, я рассказывала о грустных периодах жизни, когда мне было тяжело и мысли заполнялись одним человеком, а меня пробивало на смех. Кажется, пора возобновить сеансы с моим психотерапевтом.
– И он учится с Брендоном? – спросил Оливер, выделяя имя друга Джейми
Я кивнула головой, доставая полотенце и принадлежности для гигиены. Пора смыть с себя всю эту грязь, вернуться в жизнь и перестать умирать по прошлому. В конце концов у меня есть прекрасное настоящее, которое простаивает, ожидая под дверью моего призыва. Кстати, Виктор заходил ко мне несколько раз, но Коко сказала ему, что я болею и не пускала внутрь. Я скучала по нему, но понимала, что не могу быть с ним сейчас, когда мне так плохо. Было.
– Как вообще так получилось, что он учился здесь все это время, но ты об этом не знала? – спросил Оливер.
– Я сама не знаю, – пожала плечами я, стараясь не вспоминать Джейми.
– Как он выглядит?
Боже, Оливер издевается над мной? Я взглянула на него, не зная, что сказать, когда Коко пришла на помощь и повергла меня в шок:
– Он похож на Аполлона.
Глаза моего друга загорелись.
– Настолько хорош?
– Невероятно прекрасен, – поправила подруга.
– Колетт! – осуждающе воскликнула я.
– Что? – небрежно вопросила она. Невероятно! Моя подруга потеряна для меня, потому что эта предательница уже успела запасть на Джейми. – Только слепой не увидит, насколько он красив.
– Божечки! – радостно захлопал в ладоши Оливер. – Опиши его.
– Нет! – вскричала я.
– Высокий, о-о-очень, широк в плечах, крепок в бедрах, – Коко задумчиво тронула губу, и ее лицо приобрело мечтательное выражение. – А какая у него задница, м-м-м-м, так бы и потрогала эти булочки, – я ахнула, краснея до корней волос. Господи Боже, что творится с этой женщиной? – У него большие серо-голубые глаза, пухлые губы, волевой подбородок, выразительные скулы, и такой взгляд, – она прикрыла веки, – знаешь, такой чарующий, глубокий, проникновенный, словно он уже заранее знает всю твою подноготную и склоняет к греху.
Я закрыла глаза, не в силах вынести это прямое попадание. Он был таким, каким его описала Коко, и перед мной вновь встало его лицо, ямочка на щеке, вскинутая бровь. Передернувшись, я буквально выбежала из комнаты, направляясь в ванную, чтобы принять наконец-таки душ и стать нормальным человеком. Когда холодная вода ударила по коже, я съежилась и вскрикнула, а потом, спустя какое-то время, расправила плечи и улыбнулась, ощущая, как вместе со струями уходит все мое напряжение, мысли о Джейми, как они блуждают возле моих мечт и целей. Я намылила волосы шампунем, в нос ударил аромат ягод, отчего мои губы расплылись в улыбке. Я обожала вещи с приятным запахом, нюхала свои духи несколько недель в магазинах прежде, чем купить их, месяцами выбирала шампуни и маски для волос. Поменяв холодную воду на горячую, я учащенно задышала, с восторгом наблюдая за клубившемся паром, а затем нанесла немного скраба на свою кожу и смотрела на то, как частички завораживающе перекатываются под моей ладонью.
Убедившись в своей чистоте, я вышла из ванной, наткнувшись на парочку девочек со своего потока, поздоровалась с ними, а затем подошла к зеркалу и протерла его, видя в нем свое отражение. Я улыбнулась ему. Ну что за красотка! Ладно, шутка; я люблю себя, но не настолько. Промокнув полотенцем волосы, я нанесла на них масло и сыворотку, делающую их послушными, после чего помыла руки и достала крем для лица. В этот момент я увидела знакомое лицо в зеркале, из-за чего чуть не выронила банку из рук, а она стеклянная на секундочку. Я вновь взглянула в зеркало, думая, что мне привиделось, но нет, там действительно было ее отражение, и она смотрела на меня. Я обернулась. Перед мной стояла Альма, разглядывая с ног до головы. Ее взгляд остановился на моем лицо, и она широко улыбнулась, подходя ко мне. Бог мой, разве можно быть такой красивой? Ее черные волосы волнами спадали на загорелые плечи, лицо без макияжа было еще красивее, чем с ним.
– Привет! – Альма радостно притянула меня к себе и расцеловала в обе щеки, едва касаясь их лицом, а затем взяла меня за руку. – Какая же ты красивая!
Я стушевалась. Почему-то ее присутствие напрягало меня, все внутри желало смыться отсюда.
– Привет, – улыбнулась в ответ я, – спасибо. Ты сама невероятно привлекательна.
Ее глаза загорелись, и я немного расслабилась. Может быть, я чересчур осторожна? Может быть, она и правда рада видеть меня. «С чего это вдруг?», – раздался в голове голос.
– Ты ведь учишься на стоматологическом, верно?
– Ну да. А что?
– Я просто хотела сказать, что мы теперь будет часто встречаться здесь.
Я недоуменно взглянула на нее, не понимая, почему она говорит это.
– Я учусь на юридическом, и нас на время ремонтных работ определили сюда. Я живу в конце вашего крыла.
У меня ком встал в горле. Что? Что-о-о-о-о?! Твою мать! Это значит…, значит…, значит, что Джейми…будет появляться здесь…, причем достаточно часто… Каких же усилий меня сейчас стоило держать улыбке на лице и не закричать от гнева!
– Правда? – наигранно рассмеялась я. – Как я рада! Джейми всегда был моим другом, нет, даже братом! и я буду так счастлива быть ближе к его девушке. Мы ведь как семья!
Помните сказку, где девушку в знак благодарности за кувшин с водой ведьма сделала так, что из ее рта выпадали розы, драгоценности и прочие чудесные вещички, стоило только ей заговорить? Ей Богу, из моего выпали бы жабы и дохлая рыба, настолько мои слова были пропитаны ложью.
– Я ведь даже не знала, что у него есть кто-то знакомый здесь. Джейми скрытный, вечно все хранит в тайне, – пожаловалась Альма, – Из его друзей лично я знакома только с Эйденом, который приезжал сюда пару недель назад на несколько дней. Он такой хороший! – ОХРЕНЕТЬ. Этот козел приезжал сюда и даже не зашел ко мне? И после этого он звонит мне и говорит, что так соскучился. Я оторву ему голову, когда мы все встретимся в Хейтфорде на зимних каникулах! – Обо всех остальных я узнаю из его телефонных звонков. Было бы классно, если бы мы все познакомились. Я так хочу быть ближе к нему. Я была бы очень рада познакомиться с твоим братом, Темплом, и его девушкой Арвен!
Она считает, что я должна помочь ей в этом? Я? Девушка, которая девять лет сохла по ее парню. Она вообще в курсе, чего хочет от меня?
– Да! Конечно! Я могу устроить такую встречу, – я кивала головой, как китайский болванчик, ощущая такую же пустоту в своей голове, какая была у этой игрушки. Какого черта я творю? – Думаю, они все будут очень рады. – лицо Альмы просияло. – Сколько вы уже встречаетесь с Джейми?
– Семь месяцев.
Меня прям разрывало от вопроса, которые так и просился наружу – сколько?! Ско-о-олько?! Семь месяцев! А я мечтала о его взглядах и розочке от него…
– Я так надеюсь, что это приведет к достаточно серьезным отношениям, – намекнула я, вообще не понимая, почему мой язык выговаривает все эти слова. Я ведь чуть ли не молюсь сейчас, чтобы они расстались. – Понимаешь, Джейми нужна такая девушка, как ты. Уверена, что с тобой он счастлив.
Где мой Оскар? Где мой чертов заслуженный Оскар?! У Леонардо Ди Каприо? Пусть возвращает. Его игра не достойна моей в данный момент. Боже, как, как я вообще все это говорю? Какие серьезные отношения? Какой брак, на который я намекала? Какое к черту счастье с ней? Заклейте мне рот скотчем, пока я не сказала еще что-нибудь лишнее!
Альма радостно запрыгала и накинулась на меня с объятиями, из-за чего мое полотенце, которым я обернулась, чуть не упало на плитку. Схватив за края, я принялась поправлять его, когда послышались чьи-то тяжелые шаги и возмущенные голоса девушек. Я подняла глаза, и в этот момент можно было услышать, как падает моя челюсть, разбиваясь вдребезги об пол этой огромной душевой комнаты. К нам шел Джейми, лукаво улыбаясь, при этом он был полуобнаженным. Из-за отсутствия какого-либо предмета верхней одежды я увидела его мощные плечи и широкую грудь, от одного вида которых у меня буквально потекли слюни. Когда в поле моего зрения оказался пресс, мое сердце пропустило удар, а руки прям зачесались от желания, дотронуться до его прекрасного торса и ощутить гладкость этой белоснежной кожи, твердость мышц. Я попятилась и облокотилась на раковину оттого, что мои ноги подогнулись. Его черные штаны обтягивали крепкие длинные ноги и сидели достаточно низко, чтобы открыть вид на то, что заставляло меня мечтать о большем – невольно кровь закипела в венах, в груди появилось жжение, а все тело сотрясла дрожь. Невозможно выглядеть настолько роскошно и быть при этом запретным плодом. Искушающим запретным плодом.
Он обратил на меня дразнящий взгляд, словно понимал, какой эффект оказывает не только на меня, но и на других девушек, стоявших позади него и пялившихся ему в спину. Я осознавала, почему их рот оставался открытым, почему им так сложно было отвести взгляд, почему их грудь учащенно вздымалась – Джейми был невероятно сексуален сейчас. Да и, впрочем, как всегда. Я старалась дышать ровно, отвела от него взгляд и перевела его на Альму, губы которой изогнулись в томной улыбке.
Джейми подошел к нам, обхватил Альму за талию и привлек к себе для поцелуя. Он действовал умело, совмещая в одном акте нежность и грубость, ласку и жесткость, она же давала ему полную власть над собой, позволяя Джейми вести ее и получать удовольствие. Его руки скользнули вдоль ее ноги и сжали бедро, отчего она даже застонала. Это было настолько впечатляюще и завораживающе, что я не могла перестать смотреть на это и уйти, потому что представляла себя на ее месте, ощущала на себе все прикосновения рук Джейми, чувствовала вкус его губ.
Наконец он оторвался от нее, запечатлев короткий поцелуй на щеке Альмы, и прижал ее к себе со спины, отчего они теперь оба уставились на меня. Их взгляды красноречиво говорили о том, что я здесь явно лишняя, что им хочется заняться совершенно другими делами. Я сжала ноги, ощущая, как меня сотрясает желание. Это какой-то абсурд.
– Привет, – улыбнулся Джейми.
– Привет, – поспешно ответила я. – Что ты делаешь в женской душевой?
– Хочу принять душ, – пояснил он. – Что-то не так?
– Это женская душевая. Для тебя найдется место в мужской. Она в другом крыле.
– Оу, извини, пожалуйста, – встряла Альма, хохотнув. – Мы знаем, просто привыкли принимать душ вместе.
О как. Почему бы и нет? В женской душевой? В моей душевой… Кажется, Бог решил меня уничтожить. Я схватилась за край полотенца, боясь, что оно может не выдержать моего учащенного дыхания, и это не ускользнуло от взгляда Джейми. Он посмотрел на мою руку и игриво спросил:
– Ты хочешь присоединиться?
Я ошеломленно открыла рот, не зная, что сказать.
– Очень смешно, – выдавила я, умоляя мою кровь не приливать к щекам.
Я не вынесу этого позора.
– Расслабься, я всего лишь балагурю, – хохотнул Джейми и толкнул меня в плечо.
Когда его ладонь коснулась моей кожи, меня будто парализовало. Надо сбежать отсюда, срочно, если я хочу остаться живой.
– Уверена, твой брат надерет ему задницу, стоит Джейми только коснуться тебя, – рассмеялась Альма. – Ладно, это была шутка.
На самом деле она права. Если Темпл узнает, что Джейми предложил такое и даже в шутку, он приедет сюда из Нью-Йорка и сожрет его с потрохами.
– Извини, это была глупая шутка, – виновато произнес Джейми.
– Ничего страшного, – театрально улыбнулась я, собирая свои вещи. – Я, пожалуй, оставлю вас одних.
– Ты очень внимательна, – признательно выдохнула Альма, прижимаясь к Джейми.
Я наспех кинула баночки в косметичку и выронила одну из них: она закатилась под тумбочку, и мной было принято решение оставить ее там, лишь бы спастись от этого чудовища.
– Но крем! – воскликнула Альма.
Джейми поцеловал ее в плечо, отчего она благоговейно вздохнула.
– Потом заберу, – бросила я, чуть ли не выбегая из ванны.
– Валери, стой! – закричала Альма. Я остановилась, но не обернулась, слушая, как грохочет в груди сердце. – Джейми хоть и большую часть проводит в общежитие, у него есть дом. Мы хотим организовать там вечеринку на следующей неделе, наверное, ближе к выходным. Ты придешь?
Я кивнула головой, сдерживаясь, чтобы не убежать.
– С радостью, – выдавила я, скрываясь за стеной.
– Приводи своих друзей с собой! – добавил Джейми
Я открыла дверь, дрожа всем телом, но не от холода, а от чувств, и последнее, что я услышала перед тем, как выйти из душевой, – радостный визг Альмы, сменяющийся стоном, и рычание Джейми.
Глава 7
Я смотрела на небо и считала облака, которые проносились по нему с молниеносной скоростью. Ветер раскачивал деревья, срывал с людей головные уборы и, как очевидно, гнал облачка вперед.
– Этот похож на аиста, – прищурив глаза, сообщил Оливер, а затем сделал глоток из кружки. От его ароматного зеленого чая извиваясь шел пар. Я присмотрелась, пытаясь найти там черты аиста, но упорно видела дятла.
– Это дятел, – сказала я.
Я обхватила чашку с капучино, предвкушая толстый слой пенки, прихлебнула немного и счастливо улыбнулась, наблюдая за тем, каким мечтательным становится выражение лица Оливера.
– О чем ты думаешь? – спросила я, замечая, что веснушек на его лице стало больше.
Разбросанные по всему лицу, мягкие и такие солнечные, они навевали мысли о лете, о нашей поездке с Оливером и Коко в Майами, где мы три недели валились на пляже под палящим солнцем, каждые два часа намазывая на себя солнцезащитный крем, плавали в море, играли в волейбол, по вечерам жарили зефир в огне и слушали, как милый парень в компании своих друзей поет под гитару. Оливер всегда напоминал мне о чем-то хорошем в моей жизни: его большие глаза кофейного цвета были такими яркими, такими завораживающе красивыми, что часто я не могла оторваться от них, заразительная, добрая и душевная улыбка всегда вселяла в меня надежду на лучшее, а его каштановые вьющиеся волосы, которые я часто перебирала, когда он лежал у меня на коленях и рассказывал о новых знакомствах или о людях, оставшихся в его прошлом…
Я любила своего друга всем сердцем. Иногда я думаю: что было бы, если бы на моем пути Оливер не повстречался бы? Я бы определенно чувствовала бы какую-то утрату, пронося ее через всю жизнь, потому что таких, как Оливер, нет на свете. Душевный, добрый, веселый, умеющий сострадать, верный – с ним тебе не страшно ничего. Он был рядом в то время, как меня рвало в туалете клуба, потому что я напилась. Это был мой первый день, когда я приехала сюда и окончательно поняла, что больше не увижусь с Джейми и навсегда останусь сестрой его друга. Оливер был рядом, заботливо вытирая мое лицо, давая возможность выплакаться в его плечо, а затем отвез к себе в общежитие, где я провела несколько дней в его объятиях. Он готовил еду, кормил меня с рук, смотрел со мной «Сумерки», когда большинство ненавидело фильм и морщилось при одном его упоминании, выгнал соседа, попросив его дать нам несколько дней, поил меня горячим какао и пел на ночь песни. Кстати говоря, голос у него ангельский.
Сердце сжалось, и я ущипнула его за щечку, а затем, когда он мило ойкнул и засмеялся, обняла, чувствуя, что моя родственная душа рядом. И так будет всегда. Я надеюсь.
– Ты такой сладкий, – умильнулась я.
– О-о-о-о, ты моя булочка с корицей! – воскликнул он, накрыв мою ладонь своей.
– Вы такие милые, – усмехнулся Тибо, садясь рядом с нами. – Меня прям сейчас стошнит.
Мы захохотали. У Тибо был перерыв на обед. Он поставил на стол тарелку с пастой в сливочном соусе и большую миску овощного салата, набросился на еду и буквально за считанные минуты уничтожил все, что было. Нам оставалось только наблюдать за этим с открытым ртом. Удивляться, здесь, конечно, нечему, ведь Тибо огромный, ведет достаточно активный образ жизни, успевает учиться, работать и состоять в университетской хоккейной команде. Мы были на половине матчей, держали в руках плакаты с его именем и призывом «порвать всех уродов из Ада» и искренне болели за друга, который был в позиции защитника, нередко забрасывающего шайбы в ворота противника. Ну не мужчина, а скала! Вы только посмотрите на эти мускулы!
Я тронула его бицепсы, и он криво улыбнулся, допивая воду из бутылки, после чего приобнял меня за плечи и откинулся на спинку стула.
– Орел, орел! – вскричал Оливер, давясь чаем.
Тибо кинул в него смятую салфетку, но он вовремя увернулся, злорадно рассмеявшись. От Тибо так вкусно пахло, что я прижалась к его шее, с восторгом вдыхая в себя аромат этих прекрасных духов. Умопомрачительный мужчина: трудолюбивый, смелый, отзывчивый, готовый всегда прийти на помощь – он никогда не бросит, будет топить за тебя и ради тебя. Как Коко еще может сомневаться в отношениях с ним? Как она может выбирать других, когда есть Тибо? Эти вопросы остаются для меня загадками.
– Как у вас дела? – спросил он. – Слышал, вы были на заезде.
Я поджала губы, а Оливер в ужасе округлил глаза.
– Значит, все-таки слухи правдивы, – хмыкнул Тибо.
Он взглянул на меня, но я будто потеряла дар речи: смотрела на него, хлопая ресницами, и пыталась понять, что именно Тибо сейчас сказал. Слухи? Какие слухи?
– О чем ты? – спросил Оливер.
– Говорят, что Валери знакома с Сатиром, – Тибо медленно повернул ко мне голову, подмигнул и сказал то, что выбило у меня почву из-под ног: – а еще, что она с ним спала и их связывают достаточно тесные отношения.
– Я и Джейми? Я…спа…ла…с… Са…Джей…, – я даже не могла выговорить это, все время запинаясь на его имени. Язык заплетался так, словно я его отморозила или мне в него вкололи два шприца анестезии. – Ты что такое говоришь?!
– Я как раз ничего не говорю. А вот они, – он незаметно обвел пальцем всех, – только и говорят о тебе и Сатире с тех пор, как ты вошла сюда.
Оливер ошеломленно открыл рот, демонстрируя пломбы, которые появились у него буквально несколько дней назад. Гадский кариес. Я обхватила его подбородок и притянула к себе, всматриваясь в зуб, который мне не нравился. Неаккуратная работа.
– Кто тебе делал зубы? Почему тебе не смогли подобрать пломбу такого цвета, как у твоей шестерки? Зуб белый, а пломба желтая.
Тибо прыснул со смеху, а я продолжала дальше искать изъяны, вытесняя из головы все, что было сказано до этого.
– Ты реально хочешь сейчас обсуждать зубы, когда тут судачат о тебе? – прошипел Оливер, мягко обхватив мою руку.
– Ну да, – вскинула бровь я. – Открывай рот.
– Нет! Мы должны об этом поговорить.
– Я не хочу ни о чем говорить, – смотря на его рот, произнесла я.
Мне не хотелось принимать эту реальность, не хотелось думать, что сейчас здесь есть люди, обсуждающие меня и Джейми, с которым нас ничего не связывало, кроме многолетней дружбы этого человека с моим братом.
– Чтобы потом после очередной пьянки ты взорвалась, а потом снова копила в себе это? – глаза Оливера гневно вспыхнули. – Нет уж!
Это правда. Потом я взорвусь, разражаясь всем этим дерьмом и рыдая в это время в туалете.
– Ты ничего не хочешь рассказать, милая? – тихо спросил Тибо, толкнув меня в локоть.
Я сложила руки параллельно друг другу и спрятала в них красное от стыда лицо. Ну почему все складывается именно так?
– Он друг моего брата, – сказала я.
Мы замолчали. Тибо положил ладонь на мое плечо и сжал его, Оливер ласково погладил мои волосы.
– И это все? – Я отрицательно покачала головой. – Если ты не хочешь об этом говорить, я все пойму, – поспешно сказал Тибо, а затем положил свою голову на мою.
– Все хорошо, – произнесла я. Для меня поддержка Оливера и Тибо была бесценна. Я подняла голову, посмотрев на своих друзей, а затем открылась им: – Я была влюблена в него девять лет. Пару месяцев назад мне показалось, что я наконец его забыла, впустила в свою жизнь новых людей, знакомилась с парнями, активно общалась с ними, завела отношения с Виктором, но встреча с Джейми заставила меня усомниться во всем этом, – я тяжело вздохнула, отводя взгляд, – в себе. Я не могу перестать думать о нем, не могу не вспоминать наши встречи, его лицо, глаза, тело. Самое ужасное – я хочу его.
Я покраснела и ощутила себя ужасно опустошенной, потому что то, что я отрицала все эти дни, стало правдой ровно в тот момент, когда оно перестало существовать только в моей голове. «Зачем ты это сделала? – раздался голос в моей голове. – Они осудят тебя, не поймут». Страх, словно уродливый червяк, стал разрастаться и превращаться в огромного монстра, но тут Тибо обнял меня, воркуя и успокаивая:
– Ты переживаешь тяжелое время. Я восхищаюсь тем, как ты справляешься, как держишься, хотя искушение столь велико, – он провел ладонью по моей щеке. – Ты не виновата, что учишься здесь, что тебе приходится видеться с ним, что из-за этого старые чувства вновь вспыхивают. Ты живой человек, и это нормально. Ты не машина, чтобы сдерживать себя, – он взял в ладони мое лицо. – Только пойми: перед тобой сейчас есть настоящее в лице Виктора, которому ты очень сильно нравишься. Я ни в коем случае не говорю, что тебе нужно через силу быть с тем, кого ты не любишь, но я думаю, тебе следует дать ему шанс. Посмотри, что из этого получится, и если тебе не понравится, если ты утвердишься в мыслях, что этот человек тебе не подходит, то смело отпускай и продолжай искать свое счастье. Жизнь все расставляет на свои места.
Я благодарно сжала его ладони, ощущая, как все внутри наполняется верой в лучшее будущее.
– Спасибо. Мне было очень важно услышать эти слова.
Я чмокнула его в щеку и обняла Оливера, когда в кафе зашел Виктор. Я улыбнулась при виде него. С взъерошенными волосами и в помятой рубашке он был похож на обычного человека, а не на ангела, как это было обычно. Я так не хочу его ранить, так не хочу сделать ему больно…
Он отыскал меня среди всех и поспешил к нам. Я встала и кинулась в его объятия, а он закружил меня и прижался губами к моим, одаривая мягким поцелуем, попадающим прямо в сердце. Он действовал нежно: перебирал мои волосы, пропускал их сквозь пальцы, гладил тыльной стороной ладони шею, отчего по ней пробегались мурашки. Невозможно быть таким милым, таким, что разрывается сердце от непередаваемых чувств. Я взглянула в его глаза и почувствовала, как трепещет от волнения мое сердце, как оно наполняется нежностью к этому человеку.
– Я безумно за тебя переживал, – сообщил он. В его взгляде отчетливо читалась грусть. – Коко толком не сказала, чем ты болела, поэтому я принес тебе все лекарства сразу…, – Виктор на второй день передал Колетт пакет с препаратами от всего, чего только можно было. – Извини, что меня не было рядом, – понизил голос он.
Я провела ладонью по его щеке, отчего веки Виктора затрепетали, и прошептала:
– Спасибо. Спасибо, что ты есть.
На его лице появилась ослепительная улыбка. Он идеальный. Правда. Виктор повернулся к Тибо и Оливера, поприветствовал их, а после сел на стул, притянув меня к себе. Я приземлилась на его колени и почувствовала неловкость, так как не совсем привыкла совершать такие жесты. Для меня это все ново. Мои предыдущие отношения продержались два месяца прежде, чем мы расстались, и это было в старшей школе. Я виделась с Джастином каждый день в школе, он дарил мне цветочки, хотя прекрасно знал, что я не любитель их, ходил со мной гулять по паркам Хейтфорда, где мы прятались от моего брата и его компашки. Те весь город держали и держат до сих пор под контролем. Благодаря Джастину я начала жить половой жизнью, правда секс у нас был всего два раза, и то он не сразу нашел вход. Пришлось «вешать» таблички с указателями. Тогда я узнала, что он такой же профан в сексе, как и я. Было печально, ибо я надеялась хоть чему-то научиться прежде, чем меня засосет взрослая жизнь.
После Джастина я знакомилась с парнями, но дальше двух-трех свиданий дело не заходило. Безусловно, многие из них предлагали переспать в первую же встречу, но я была против. Я слишком трепетно отношусь к своему здоровью, чтобы ложиться под незнакомого человека, у которого, возможно, куча венерических заболеваний. Буэ.
– Ты уже приметил место для практики в какой-нибудь стоматологической клинике? – спросил Тибо у Виктора.
Тот кивнул, выпив немного капучино из моей чашки и поморщившись.
– Не люблю капучино, – быстро сказал он. – Да, я буду практиковаться у своего отца.
Мы все кивнули головой, но на долю секунды на лице Тибо появилась усмешка. Я вообще знала, что Тибо не особо любит Виктора и Мартина, но мне никогда не были известны причины этой неприязни. Виктор повернулся ко мне и подмигнул.
– Круто, – сказал Тибо, убрав назад заплетенные в косички волосы.
– А ты будешь играть в этом году в хоккейной команде? – спросил Виктор.
– Да. Через неделю возобновляют тренировки, так что видеться с вами я не смогу так часто, как сейчас.
Ну бли-и-и-ин. Меня это расстроило. Я люблю Тибо, как своего брата, и мне важно видеть его каждый день. К нам подошла Дакота, которая тоже работала здесь официанткой.
– Всем привет, – поздоровалась она своим мелодичным голосом. – Тибо, так что насчет твоей знакомой?
Тибо почесал переносицу.
– Она не сможет. Завал на учебе.
– Жаль, – поджала губы Дакота. – Ну ладно, всем хорошего дня.
– Спасибо, и тебе, – хором ответили мы.
– Что за девушка? – обратилась к другу я.
– У нас есть вакантное место официантки. Не можем никого найти. График не всем подходит.
Я задумалась: может это судьба?
– Во сколько начинается смена и во сколько заканчивается? – спросила я.
– Начало в 16:00, конец в 22:00, но нужно будет остаться до 23:00, чтобы привести все в порядок.
– Я согласна, – я откинулась на спинку стула и победно улыбнулась.
Да, мне нужна эта работа: она поможет отвлечься, займет мое время, я буду часто проводить время с близкими мне людьми, а еще мысли о Джейми канут в Лету. Идеально. Лицо Тибо засияло, и он широко улыбнулся.
– Ты серьезно сейчас? – спросил Оливер.
– Да.
– Но тебе ведь не нужны деньги.
– А я не ради денег устраиваюсь.
– Но как же наши посиделки? – с щенячьими глазами произнес он.
– Вы сможете приходить сюда, – я вытянула губы в трубочку.
– Но и мы с тобой теперь будем видеться реже, – сказал Виктор, и я повернулась к нему.
– Мы всегда можем встречаться после 11 вечера, а вообще ты можешь помогать мне здесь после десяти.
Виктор пустил смешок и покачал головой.
– Уговорила.
Я захлопала в ладоши и посмотрела на Тибо.
– Ну что, я тогда поговорю с начальством о собеседовании, и ты придешь к нам завтра, чтобы они могли поговорить с тобой лично. Хорошо?
– Без проблем.
Виктор встал.
– Ну что, мы с тобой идем?
Я последовала за ним, обняла своих друзей и взяла Виктора за руку, получив в ответ поцелуй. Встав на носочки, я потянулась к нему, обвивая шею руками, когда послышался звон колокольчика, что означало, что в кафе новый посетитель.
– Ну все, мы пошли, – бросила я, хватая свою сумку и поворачиваясь к Виктору, когда мой взгляд уперся в Джейми.
