Текст книги "Исход земной цивилизации: Война (СИ)"
Автор книги: Anya Shinigami
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц)
Он заулыбался.
– То есть, ты мне предлагаешь в шкаф спрятаться? – он усмехнулся и открыл дверь, встретившись с пронизывающим до костей взглядом Ангелы, смиренно терпевшей все выходки Ривки и даже не подозревающей, что происходит вокруг нового канцлера на самом деле, а главное, кто открыл ей дверь. – Добрый день, Ангела, вам не жарко в таком костюме? – он отошел, чтобы пропустить ее и молчаливую Мин Чжи в номер.
– Благодарю, мистер Бен-Эзер, мне не жарко, однако от воды я бы не отказалась.
Он только пожал плечами и открыл минибар, выудив оттуда бутылку Сан Пелегрино и захватив с тумбочки стакан. Ривка присела в кресло с видом королевы мира и подождала, пока ее примеру последует отчего-то чересчур галантный Александр, который даже наполнил стакан Новак.
– Канцлер МакГрегор, – сразу же пошла в наступление она, – с вашего позволения, извольте объяснить, почему вы пренебрегли собственной безопасностью и сбежали от охраны, да еще и, как сообщила Мин Чжи, приняли наркотики? – она строго зыркнула на Александра, по-видимому, обвиняя в случившемся только его одного.
Тот только усмехнулся, но не проронил ни слова, позволив Ривке ответить.
– Как я вижу, Ангела, скрыться нам не удалось, так в чем же причина ваших волнений, если я все равно оказалась под бдительным присмотром? – спокойно спросила Ривка; она вновь играла в эту игру, хотя могла просто выставить Ангелу за дверь, если бы не желание Александра быть в курсе дел клана Нинурты.
– Подполковник Бен-Эзер, мы, кажется, с вами договорились, что вы не будете вмешиваться в дела канцлера, – спокойно заявила Новак, а у Ривки непроизвольно вытянулось лицо.
– Что, простите? – переспросил он, роясь в телефоне, который отложил только сейчас; Новак поджала губы, над ней откровенно потешались, и Александр брал дурной пример с Ривки, хотя не должен был так поступать. Но теперь играм действительно пришел конец, ведь он делал серьезный шаг в объединении анкийского сообщества, и никакая Новак не должна была встать на пути. – Мисс Новак, чтобы не ходить вокруг да около, хочу сообщить сразу, что намерен жениться на Ребекке, и ваше вмешательство в этот союз заранее обречено на провал.
– Вы смельчак, Бен-Эзер, – чуть фамильярно обратилась Новак. – Но, боюсь, что для канцлера уже подобрана кандидатура из нашего клана, – она, конечно же, намекала на Джека Мура, почему-то игнорируя Александра.
– Ангела, мне иногда кажется, что вы глухая, – под одобряющий взгляд Александра сказала Ривка. – Великий Анкиа уже в курсе, и он весьма обрадовался этому союзу, но чтобы предупредить ваши возмущения и угрозы, хочу сообщить, что моей семье предоставлена надежная защита, и ваше вмешательство в мою жизнь более не имеет смысла. Более того, можете передать Коскинену и всем остальным, что если хотя бы волос упадет с моей головы и, уж тем более, что-то случится с моей семьей, то весь ваш клан будет ждать образцово-показательная кара. Я благодарна вам за то, что вы помогли мне подготовиться к должности канцлера, но любая благодарность должна иметь границы. Ваши люди уже удостоились многих постов, Ангела. И теперь, уверяю вас, ваше присутствие в моей жизни более неприемлемо. Я служу на благо всего анкийского народа, а не только на благо клана Нинурты.
Ангела, кажется, уже знала, что услышит в этой комнате, но, тем не менее, сохраняла уверенность и умело пользовалась этим талантом, заставляя оппонентов напряженно выжидать, когда же из ее рукава полетит следующий козырь.
– Ваше решение выйти за потомка Анкиа, боюсь, примет только его род. И вы слепо полагаете, что они не будут манипулировать вами? Неужели вы не видите, что смысл выборов абсолютно теряется в связи с этим вашим решением? Что клан Анкиа будет поддерживать вас только до тех пор, пока ваши цели не станут идти вразрез с их целями. А когда вы станете им не нужны, вы конечно же приползете к нам.
– Этого не будет, – встрял в разговор Александр, наслушавшись чепухи из уст Ангелы; Ривка смотрела на него с сомнением, полагая, что он не должен был вмешиваться в этот разговор. – Если вы решили, что этот брак станет темой кривотолков как минимум двух кланов, то уверяю вас, вы не правы. Он станет первым шагом к упразднению классовости и разделению на кланы.
Ангела не сдержала возмущения, шумно выдохнув через нос.
– Канцлер, как вы видите, этот мужчина вновь вмешивается в вашу жизнь, хотя на подобные высказывания просто не имеет права! Он уже лезет в политику.
Александр подскочил на месте, сжав кулаки, и грозно воззрился на Ангелу. Ривка не могла взять в толк, отчего же он так резко реагирует на подобные слова, хотя должен сохранять самообладание, наблюдая со стороны.
– Вы, двое, – неожиданно с сомнением и с долей презрения сказала Ривка, – а вы раньше не встречались? Вы так рьяно друг друга недолюбливаете, что у меня складывается впечатление, что здесь явно есть подводные камни.
Ангела и Александр посмотрели на нее обескураженно, а затем даже со злобой. Оба.
– Да ладно? – Ривка аж открыла рот, глядя на Александра с насмешливым удивлением. – Впрочем, это многое объясняет…
Она просто не могла скрыть укол ревности, и теперь весь разговор казался нелепицей. И как она раньше не заметила? Они никогда не стеснялись проявления взаимной неприязни, но теперь стало ясно, что внутри обоих кипела некая давнишняя обида. Ривка почувствовала себя обманутой, она сложила руки на груди и теперь смотрела на скрывшего это Александра.
– Ребекка, на эту тему поговорим потом, и я всё объясню, – спокойно сообщил Александр, но она вовсе не собиралась закатывать сцену.
– Всего лишь недолгий роман лет тридцать назад, – поддержала Новак. – Рассказывать нечего, – она посмотрела на Александра, не скрывая неприязни во взгляде.
– Действительно, разные кланы, разные жизненные позиции.
– Однако, Александр, ты вновь пытаешься нарушить все устои, снова выбрав девушку из другого клана. Так может быть, хватит? Ты же видишь, что это ни к чему не приводит, – легко и непринужденно перешла она к неформальному общению. – Канцлер, советую вам хорошенько подумать. Джек Мур все еще прекрасная кандидатура, по-крайней мере с его стороны не придется ждать предательства, – Новак, вставая с дивана, вновь бросила взгляд на Александра. – Он из нашего клана и лоялен нам на все сто процентов.
– Ангела, ты не слышала? – раздраженно спросил Александр. – В отличие от твоей маниакальной жажды сохранения чистоты крови, нас это не интересует.
– Когда захотите поговорить, канцлер, вы знаете, где меня найти. Мин Чжи, идем, думаю, на этом твои услуги более не требуются.
И они обе вышли, оставив за собой молчание.
– Значит…
– Тебя тогда еще на свете не было, зачем ворошить прошлое? Или ты хочешь знать всех женщин, что были у меня за всю жизнь?
– Я боюсь состариться, пока буду слушать, – она поднялась из кресла и, развернувшись, демонстративно ушла в спальню.
Александр немного опешил от такой реакции.
– Поверь, если соотнести мои годы жизни с твоими, то состарюсь я, – попробовал перевести в шутку он, прекрасно зная, какой разгульный образ жизни вела Ривка до встречи с ним.
Она вышла из спальни с клатчем, окончательно оскорбившись его словами.
– Но про Ангелу ты уж точно должен был мне сказать.
– Чтобы ты каждый раз ненавидела ее еще больше? – в его словах была правда, Ривка бы еще меньше держала себя в руках в ее присутствии.
Александр не дал ей пройти мимо, поймав в капкан объятий и плюхнувшись с ней на диван.
– Не имеет смысла спрашивать, знает ли она про тебя.
Но Александр покачал головой и указал взглядом на диван, где до этого сидела Мин Чжи.
– Лейтенант О спрятала там жучок, – пояснил он громко, чтобы слышали нинуртцы по другую сторону динамика.
Тот, как по команде, вылетел из зазора между сидением и спинкой и прилетел аккурат в руки Ривки, которая, не думая, тут же бросила его в стакан с водой, к которой так и не притронулась Новак.
– Новак ничего не знает и даже не догадывается, – он раскачивал Ривку на коленях, словно маленькую девочку. – И скажу честно, я бы не назвал это интрижкой, мы были вместе около десяти лет. Тайно.
Ривка вылупилась на него, услышав довольно серьезную цифру и внезапно ощутив дух соперничества, явно намекающий, что стаж ее с ним отношений едва ли можно сравнить с десятью годами.
– Тайно?
– Я предпочитал простую жизнь, а Ангелой – дочерью генерала станции на Венере по добыче ископаемых – правили амбиции. Сама понимаешь, семья непростая, эти Хендерсоны. Ей запретили встречаться со мной, так как я был из клана Анкиа и всего лишь подполковником. Сама Новак к тому времени, а это было в семидесятых, уже овдовела, ее муж погиб при исполнении. О свадьбе не могло быть и речи, а ее приверженность клану постепенно стала меня утомлять, и я начал изменять, пока всерьез не увлекся другой женщиной.
– Я ничего не знаю о ней, и поверь, не хотела бы знать, если бы не то, что вы оказались связанными.
– Это было очень давно, – он мягко улыбнулся и забрался ладонью под ее блузку, мягко поглаживая спину, живот и уделяя особое внимание груди. – Да, я практически никогда не оставался на долгое время один. Это были земные женщины или анкийки из самых разных кланов и сословий. И это то, чем я занимался в последние сто лет, до этого, можно сказать, я сидел в заточении. И скоро мне придется вернуться, так как анкийцы перестанут понимать, почему я не старею, – как-то уж слишком плавно перевел он тему.
Ривка смотрела на него со всем вниманием, теперь понимая и осознавая все его слегка утрированные реакции на присутствие Новак, а также и неприязнь самой Ангелы. Ривка никогда не касалась темы его прошлых женщин и, в общем-то, не хотела знать подробностей, как не хотела рассказывать и о своих приключениях.
– Значит, она считает тебя предателем, – сказала Ривка, возвращая тему на место, внимательно посмотрела на Александра и с иронией спросила: – И сколько лет в запасе у меня, пока ты не…
– Ребекка! – он буквально прорычал ее имя и повалил на диван, устроившись сверху. – Я не бросаю слов на ветер. В жизни все может случиться, но сколько еще раз мне делать тебе предложение руки и сердца, прежде чем ты поймешь, что я, бог Мардук, люблю тебя? Как ты думаешь, многие ли знали о том, кто я?
– О, мой господин! – ее глаза расширились в приступе напускного раболепия; Ривка шутливо ударила его кулаком в грудь, но затем обхватила за шею и вынудила прижаться теснее. – В том, что вы прекрасный любовник, у меня никогда не было сомнений, но я никогда не хотела знать, откуда в вас эти навыки.
– Уж кто бы говорил…
========== Глава 3 ==========
– Стен Пэгг, Дэйли Сиппур, – представился корреспондент одной из трех основных онлайн-газет анкийского мира. – Уже некоторое время ходят слухи о вашей связи с бывшим деканом пилотского факультета Нью-Бабили, который также участвовал и в подготовке к первому заданию выборов в качестве главного кибернетика проекта виртуального Марса…
Ривка посмотрела на хмурую Летти, сидевшую по правую руку от нее. Конечно, Летти уже знала, что именно заготовлено для этой конференции, и не могла оказать Ривке поддержку из-за того, что принадлежала к клану Нинурты, но Ривка понимала, что где-то в глубине души подруга была рада. Дана своих чувств по поводу официальной помолвки не скрывала и даже пообещала заняться всеми приготовлениями к помолвке и свадьбе лично, чтобы избавить Ривку от лишних хлопот, но Ривка предпочла отдать официальную помолвку в руки профессионалов, а вот с домашней свадьбой была не прочь заручиться ее поддержкой, чтобы не перегружать основательно взявшуюся за приготовления Яэль.
– Мистер Пэгг, именно этот повод и стал причиной сегодняшней встречи с прессой. Я здесь, перед вами, чтобы подтвердить слухи об отношениях с мистером Бен-Эзером и объявить о помолвке, на которую будут приглашены представители самых разных кланов, а также пресса.
Разговоры в зале стали громче, но Ривка не замечала их. Она вдруг улыбнулась, вспомнив газетный снимок, на котором их с Александром поймали смеющимися и счастливыми в кафе в Тель-Авиве, и другой снимок с беззаботно прогуливающейся за ручку парочкой; никто не мог и предположить, что снимки постановочные, и канцлер сама стала распространителем слухов.
– Ана Фэнг, Рэд Плэнэт, – представилась молоденькая корреспондент военной газеты. – Канцлер МакГрегор, но разве вы не из клана Нинурты? Насколько нам известно, мистер Бен-Эзер из клана Анкиа. Это Великий Анкиа стал причиной вашего выбора? Он давит на вас?
Ривка сделала удивленные глаза, выдержала паузу и только потом ответила:
– Репортер Фэнг, этот вопрос не имеет смысла, так как вы и все остальные в курсе, что мы с Александром знаем друг друга еще до моего назначения канцлером. Более того, Великий Анкиа в то время не знал даже о моем существовании, – аргументировала она. – Уверяю вас, это брак по любви, и никаких иных причин у него нет.
– Как же отнесся к вашему решению клан Нинурты? – с подозрением спросил Стен Пэгг.
Ривка улыбнулась, давая понять, что и этот вопрос тоже является бессмысленным.
– Вы меня сегодня удивляете, – с долей иронии заметила она, хотя прекрасно понимала, что журналюги не могли написать ни строчки без подтверждения всех домыслов ее словами. – Естественно, они, как строгие родители, не хотят для меня такой партии, но мне же, напротив, этот союз видится как шаг в будущее, где все анкийцы будут равны. Вы все знаете, что я рьяно поддерживаю демократию.
– И с этим согласен Великий Анкиа?
– В современном обществе без демократии никуда.
Летти незаметно покачала головой, давая понять свое отношение к этому заявлению, озвучить которое она советовала как можно позже.
– Канцлер МакГрегор, почему оружейный завод стал выпускать вдвое больше оружия и почему строятся новые авиабазы на Земле? – раздался обескураживающий вопрос. – Достоверные источники сообщили, что эти базы, строящиеся под видом американских и русских, будут готовы к эксплуатации уже этим летом. К чему такая скорость?
– Этот вопрос не по теме, мистер Пэгг, – заговорила Летти.
– Ничего, секретарь Хендерсон, – спокойно оборвала Ривка, которая уже давно заготовила речь. – В век технологий и ведения военных действий с целью подавления земных конфликтов нам необходима дополнительная поддержка со стороны обороны. Эта мера является превентивной. Сейчас многие страны владеют ядерным оружием, кто-то афиширует это, кто-то держит в тайне, но мы должны быть готовы, если у кого-то хватит ума нажать на кнопку.
Корреспондент Пэгг, почесав рыжую макушку, что-то записал в свой планшет.
– Возможно, это как-то связано с назревающим конфликтом в Сирии?
– Мисс Фэнг, мы уже ответили на этот вопрос, – Летти бросила на нее грозный взгляд. – Конференция на этом подходит к концу, – объявила она и посмотрела на сосредоточенную Ривку.
Кажется, та была выжата как лимон, потому что ей приходилось жить в постоянной лжи, ведь она держала в себе слишком много секретов Великого Анкиа; пресса выслушивала стопроцентный бред, и Летти не могла знать всей правды, даже являясь близкой подругой. Ривка никогда не указывала Летти и Дане на их принадлежность к клану Нинурты, и именно поэтому им удалось сохранить теплые дружеские отношения, несмотря на давление со стороны Новак и обоих Коскиненов.
Когда они вышли из зала во внутренний коридор, где их уже не слышали посторонние, Ривка глубоко вздохнула, позволив себе слабость, но потом будто бы воспряла духом и лучезарно улыбнулась.
– Ты в порядке? – Летти коснулась ее плеча и взглянула из-за стильных прямоугольных очков в толстой оправе, которые носила, чтобы выглядеть серьезнее.
– Конечно, я в порядке. Я же выхожу замуж, – Ривка постаралась изобразить радость, но глаза ее выдавали. – Я счастлива.
Летти покачала головой.
– Может, найдешь время для нас с Даной? – спросила она. – Хотелось бы посидеть как в старые добрые времена…
Ривка усмехнулась и посмотрела на нее, замедлив шаг, а затем и вовсе остановилась.
– Не припомню, чтобы ты присутствовала в этих “старых добрых” временах, кроме той выпускной вечеринки, – но, попытавшись отшутиться, Ривка вдруг вспомнила о Сэме, о котором Летти, должно быть, и не забывала, но та, казалось, спокойно перенесла импульс тяжелых воспоминаний.
– Значит, надо сделать нынешние времена старыми добрыми.
– О`кей, – Ривка подмигнула и направилась к своему кабинету, где ее ждала устроительница свадеб, напоследок сказав: – Спасибо, что не осуждаешь.
– Ты слишком упряма, чтобы с тобой бороться. Но ты должна понимать, что ему тоже будет грозить опасность. Кто-нибудь да захочет убрать его с дороги, как флаг демократии, которой в анкийском мире не место.
– Летти, будь осторожна, – Ривка остановилась и заозиралась по сторонам. – Твои слова опрометчивы, а везде есть уши. Кто-нибудь может не так понять и решит, что ты угрожаешь мне. Не хочу, чтобы у тебя были проблемы.
Та просто кивнула и попрощалась, отправившись на этаж, где располагался управление по связям с общественностью.
***
– Улыбайся, или все решат, что ты вовсе не рада предстоящей свадьбе, – в приказном тоне шепнул Александр.
– Я просто очень устала со всей этой подготовительной беготней, – Ривка слегка ссутулилась, но Александр ненавязчиво крепче прижал прохладную ладонь к ее голой спине, вынудив выпрямиться. – Добрый вечер, министр Энгельс, – Ривка протянула руку министру образования из клана Энки, намеренно демонстрируя крупный бриллиант на пальце.
– Канцлер, вы просто ослепительны! Поздравляю с помолвкой! – чрезмерно громко сказал мужчина, облик которого имел мало общего с внешностью анкийцев, которые славились своей статью; не в пример им, он был приземист и даже имел изрядное брюшко, а розоватые щеки могли дать представление о пристрастии министра к алкоголю.
Ривка искренне поблагодарила Энгельса, который, по правде говоря, нравился ей больше остальных министров. Его слово на совете было редким, он не вступал в перепалки, а если такое случалось, то его аргументированные и емкие реплики заставляли остальных задумываться. Невзирая на не всегда серьезный вид, Энгельс был не менее хитер, нежели остальные, а видом его можно было лишь обмануться.
– У меня слишком открытое платье, – сказала Ривка, бросив взгляд вниз на пышную юбку, рваным шелком телесного цвета спускающуюся поверх белеющего подъюбника.
– Оно вовсе не открытое, – сообщил Александр. – Просто оно идентично цвету твоей кожи и поэтому тебе кажется, что ты голая. Прекрати нервничать.
Ривка с шумом выпустила воздух и улыбнулась следующему гостю, подошедшему для приветствия и для того, чтобы посмотреть на будущего мужа канцлера.
– Прекрасный союз, канцлер МакГрегор, вы отлично смотритесь вместе. Признаться, я не удивлен, что вы, натура страстная, выбрали брак по любви, а не по расчету, – ни капли не лукавя, прокомментировал владелец киберкорпорации “Анкитек Дайнемикс”, плодами которой пользовались не только анкийцы, но и люди. – Жаль, конечно, что вы не дали шанса кому-то другому.
– Спасибо, мистер Буджардини*, – рукопожатие плавно превратилось в галантный, но слишком долгий поцелуй руки – более того, по правилам этикета его губы не должны были касаться кожи, но, тем не менее, Ривка почувствовала их и едва сдержала возмущение.
– Альберт Буджардини, – представился он, наконец, протянув ладонь Александру и подмигнув ему. – Рад познакомиться с тем, кому удалось завладеть сердцем нашего прекрасного канцлера.
Благодаря ослепительной южной внешности с куршевельским загаром и белыми зубами, Альберт был до ужаса приторным, и поначалу его слова можно было счесть саркастичными или заискивающими, но Ривка, ведя дела с этим человеком, уже успела понять, что подобная манера поведения была свойственна ему и в менее формальной обстановке. Она быстро смекнула, что он голубоват, аки утреннее Тель-Авивское небо.
– Страстный характер, значит, – едва шевеля губами, произнес Александр, вызвав скептичный взгляд суженой.
– Пойдем за стол, кажется, я устала от долгих разговоров. А ведь за целый вечер мы поздоровались едва ли с половиной. Но, несомненно, то, как Альберт заигрывал с тобой, было забавно, – Ривка спрятала пару смешков за ладонью.
– Ну, если веселье подобного рода лечит твои нервы, то наслаждайся, – он подцепил пару бокалов шампанского и, дождавшись, пока Ривка осушит половину, сопроводил ее к ближайшему к сцене столу.
Со сцены тягуче лилась негромкая мелодия незнакомой романтической песни в исполнении какой-то популярной анкийской певицы, что совершенно не мешало общению гостей. Ривка кивнула Дане, пришедшей на прием, что удивительно, с сыном министра Бараката, служившим в магистрате, подобно отцу, представителю клана Анкиа, и внутренне порадовалась такой поддержке. Жаль, конечно, на приеме не было канцлера Геба, о существовании которого, казалось, анкийское сообщество и вовсе забыло.
– Не верти головой, все в порядке, охрана справится с миссией нашей защиты, – спокойно произнес Александр, ничуть не опасаясь, что их могут подслушать; он взял Ривку за руку, и бриллиант, отразив гранями свет люстры, на миг ослепил его. – Ты теперь всегда планируешь быть такой дерганой?
Ривка не сдержала возмущенного взгляда – ей казалось, будто Александр не осознает всей опасности, таящейся в выставлении их отношений напоказ. Хотя, бесспорно, он прекрасно понимает, что спокойная жизнь закончилась, что теперь его везде будет сопровождать охрана; но хватит ли ее, чтобы уберечь от гибели, ведь теперь, став мужем канцлера, он превратится в завидную мишень? И то, что на самом деле он далеко не простой анкиец, никак не спасет его от пули промеж глаз.
– Именно потому что ты равнодушен, словно тебе плевать на собственную жизнь, я и волнуюсь за нас обоих, – сказала Ривка и допила вино, только сейчас почувствовав хоть какое-то расслабляющее действие алкоголя.
Официальная часть помолвки была позади, как и длинная речь Ривки, изображавшей счастье и прятавшей волнение, впиваясь ногтями в ладони. Александр же выглядел слишком расслаблено, впрочем, как и всегда.
– Ребекка, – он склонился к ее уху, обжигая кожу теплым дыханием. – Мне пятьсот тысяч лет, я просто уже не умею волноваться настолько заметно для остальных. С тысячелетиями вырабатывается привычка спокойно реагировать на все окружающее.
Она на миг прикрыла глаза, отдаваясь звуку его глубокого сексуального голоса, и медленно повернулась.
– Я заметила твою выдержку, в особенности, когда на Лахму Новак взяла меня под свое крыло.
В глазах Александра на миг мелькнула ярость, когда Ривка снова пересекла черту дозволенного.
– Ты когда-нибудь научишься следить за языком?
– Мой господин, – прошипела она, – когда я стану вашей супругой, я намерена вне работы демократизировать наши отношения. Слепого поклонения можешь не ждать, если не устраивает, можешь уволить с работы и из постели. Я как-нибудь переживу.
Она обиженно отвернулась и занялась принесенным официантом запеченным лососем, игнорируя недобрый взгляд Александра.
– За что я вообще люблю тебя? – внезапно вслух произнес он, и в речах его звучала ирония.
– Любовь зла, – философски заметила Ривка, – думаю, тебя просто не интересуют слепо преклоняющиеся рабыни. Но возможно, нам просто суждено быть вместе.
Ривка каким-то образом решила, что может позволять себе подобные выступления. Она отчего-то была уверена, что Александр нуждается в ней больше, чем она в нем. И, наверное, это было чистейшей правдой – по крайней мере, ей так казалось. Ведь, невзирая на то, что она была упряма, точно ослица, Ривка пока еще сохраняла и статус женщины Мардука, и должность канцлера.
– Живя в анкийском мире, ты все еще веришь в судьбу? – он усмехнулся уже по-доброму, словно пропустил мимо ушей речь о демократизации отношений.
– Как, видимо, и в демократию, – выдохнула она и, сжав его руку, когда к столу подошли оба Коскинена с женами, Новак и отец Летти, едва слышно проскрежетала: – Ты посмотри, вся свора в сборе.
Они поприветствовали представителей клана Нинурты, приняли их поздравления, и только сейчас Ривка заметила недалеко от выхода, рядом с Даной и ее кавалером, Летти в обществе Джека Мура и невольно встала.
– Ты куда? – уточнил Александр, наблюдая за ней.
– Пойду до девушек дойду.
Ривка с трудом прорвалась сквозь попадавшихся на пути политиков, владельцев фабрик и корпораций, военных высшего состава, желающих перекинуться с ней парой слов, и подошла к столу подруг.
– Мистер Мур, – Ривка протянула руку, когда Джек встал, чтобы поприветствовать ее, но она смотрела не на него, а на Летти, не очень понимая, почему они пришли на прием как пара.
Ривка расцеловала подруг в обе щеки и присела на свободный стул, Александр смотрел на нее издалека, явно недовольный ее побегом, но она одними только губами проговорила “две минуты”, и он после паузы кивнул.
– Какой веселый прием, – заупокойно сказала Дана, подняв бокал. – Но давайте все же выпьем за твою помолвку!
Ривка взяла с подноса проходящего мимо официанта фужер и пригубила, чокнувшись с остальными, соглашаясь, что официальный прием вышел чересчур скучным и тоскливым. Уже после второй песни ей хотелось пристрелить певицу, нагоняющую тоску на гостей.
– Что насчет девичника? – спросила Летти, и Ривка внезапно заметила, что Джек явно держит ее за руку под столом, что не могло не удивлять, учитывая, что, по словам Новак, он был вроде бы не прочь стать мужем канцлера.
– Предлагаю провести его где-нибудь на курорте Египта, Иордании или…
– Естественно, Израиля, – усмехнулась Ривка, так как Дана собиралась предложить именно этот вариант.
Ее браслет вибранул сообщением и это не скрылось от глаз собеседников.
– Господин поздравляет с помолвкой, – пояснила она, хотя сообщение гласило, чтобы она завязывала с разговорами и вернулась на свое место, потому что его величество заскучало. – Пойду к будущему супругу, а то он скоро прожжет во мне дыру взглядом, – она поднялась с места и, кивнув подругам, отправилась обратно, с некоей обидой заметив, что Летти ничего ей не сказала об отношениях с троюродным братом.
***
После окончания торжественного приема Ривка ничком рухнула на кровать в своих покоях в Малакате, чувствуя, что ее ноги вот-вот отвалятся из-за высоких шпилек. Раздался стук в дверь, и после короткого “войдите” в комнате объявился Геб, которого Ривка узнала по чуть шаркающему неторопливому шагу. Он подошел к подопечной, присел на край кровати и положил ладонь на ее спину.
– Поздравляю с помолвкой, – он погладил ее по плечу и убрал руку.
– Спасибо, Геб, – неформально поблагодарила она и открыла глаза, взглянув, наверное, на самого близкого в этом мире анкийца после Александра, отчасти потому, что от него не было никаких секретов, но главное, он всегда с пониманием относился к ее ссорам с Александром, даже если она была не права. – Кажется, мои ноги сейчас отвалятся.
Она поерзала на покрывале, суча ногами, словно обиженный ребенок, и перевернулась на спину, внимательно глядя на Геба. Его кустистые седые брови снизу были похожи на лапки сколопендры.
– Господин сказал, что ты была слишком напряжена. Что тебя так сильно волнует?
– Ничего особенного, всего лишь его жизнь, – фыркнула она и подавила истеричный смешок; не найдя удобного положения, Ривка села и свесила ноги, расправив юбку платья. – Я не подхожу на роль канцлера, по крайней мере потому, что не могу мешать личную жизнь с работой. Это брак не просто политический ход, это угроза его жизни. Как вы думаете, кто первым попробует снять его голову с плеч, при этом даже отдаленно не подозревая, кто он такой на самом деле? А что, если мои родители пострадают? Какая, к черту, демократия в мире, который многие тысячи лет практически живет монархией?
– Не практически, а даже на все сто процентов, – поправил Геб. – Но ведь он свой выбор сделал. Столько лет выдавая себя за простого анкийца, он решил поступиться свободой ради спасения людей, анкийцев и их будущего. Я считаю, что в этом поступке есть доля самопожертвования. Да, он сам создал мир таким, но теперь в кратчайшие сроки необходимо его изменить.
– Разве моим браком с анкийцем из клана Анкиа это можно как-то ускорить? Не проще ли объявить, что нибируанцы скоро будут представлять реальную угрозу? И если вы все не перестанете играть в классовость, то нас ждет большая проблема.
– Проблема и так ждет нас, ты же понимаешь, почему Анкиа дает лазерное оружие для решения конфликта в Сирии?
Ривка на миг замолчала, словно поток мыслей иссяк.
– Он хочет открыть нас людям. Это очень грубые меры, и я с ними не согласна. Может начаться война, появятся расистские группировки. Не все люди смогут принять, что с ними соседствует высшая раса. И речь все равно пойдет о подчинении. Однако мир слишком изменился…
– Верно, но если дать анкийцам и людям общего врага, то это сплотит их, – Геб посмотрел на нее внимательным взглядом умных глаз. – Господин считает, что ты затаила на него некую обиду, но кажется, дорогая, ты и впрямь в штыки воспринимаешь все его решения только из-за страха за его жизнь.
Ривка в приступе возмущения не успела открыть рта, прежде чем Геб заговорил снова:
– Думаю, это платье вполне сойдет за подвенечное, – он оглядел Ривку с головы до ног. – Я пойду, позову Гретель, чтобы она помогла освежить твой макияж и прическу. Будь готова через полчаса.
– Геб, к чему готова? – прекрасно зная ответ, но отказываясь верить, спросила она.
– Сегодня вечером ты станешь женой господина, – он не стал указывать на очевидное сарказмом, позволив ей играть в эту игру, улыбнулся, на миг показав чуть кривоватые старческие зубы и вышел из комнаты, оставив Ривку в гулкой тишине.
И почему она ничего не чувствовала после известия о внезапной свадьбе? Ривка попыталась понять свои ощущения, она никогда не мечтала о пышном торжестве, которое было бы неминуемо в мире людей в ее семье, где подставной раввин сочетает ее и Александра Бен-Эзера по иудейским и анкийским традициям одновременно. Мама настаивает на присутствии раввина, и Ривка не может не согласиться с необходимостью следования традициям, ведь все считают, что ее жених – еврей. Теперь, конечно же, людские традиции, не имели никакого значения для Ривки и Александра, ведь, по сути, боги, которым поклонялись люди, и были нибируанцами или анкийцами.
– Мамочка бы с ума сошла, узнав, за кого единственная дочь выходит замуж, – она залилась смехом, граничащим с истерикой. – Зато дети Люцифера будут евреями!
Решив, что макияж после долгого дня не спасти, она залезла под душ и тут же услышала стук в дверь.
– Заходи, Гретель.
