Текст книги "Исход земной цивилизации: Война (СИ)"

Автор книги: Anya Shinigami

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 27 страниц)

– Команда Хвост Кометы, в бой! – громом раздался клич капитана в эфире, и, собравшись строем, изображения анкийских истребителей на радаре, ринулись на юг; каждый из пилотов, конечно же, понимал, что живым им не вернуться, но Александр был уверен, что они не дрогнут перед страхом смерти.

Шаттл взмыл вверх, прячась в пелене на удачу затягивающих небо облаках.

– Режим невидимости, Терренс.

– Есть, сэр! – бойко отозвался второй пилот и защелкал по приборной панели.

Шаттл подался вибрацией – фюзеляж покрыл защитный слой отражающего жидкокристаллического вещества, проецирующего картинку от противоположных сторон шаттла и позволяющего делать его невидимым.

– Министр Андерсен, что с моими родителями? – настроившись на определенную волну, спросила Ривка, на чьем лице наконец проступили нотки волнения.

– Канцлер МакГрегор! Рад слышать ваш голос! Ваши родители вылетели из зиккурата Бараката и летят в безопасное место. С ними все в порядке.

Она на миг прикрыла глаза и сглотнула, приложив ладонь к холодному металлу обшивки.

– Хвала Анкиа, – проговорила она и взглянула на Александра. – Наш господин свободен, – наконец это была улыбка прежней Ребекки – будто робкая, но невероятно счастливая. – Спасибо, Андерсен. Удачи на Земле.

– Спасибо, мэм! – не менее воодушевленно отозвался Андерсен, и Александру только оставалось удивляться, как сильно изменилось отношение всегда скептично настроенного к канцлеру премьер-министра.

Ривка убедилась в том, что радар не показывает их местоположение и, выключив гарнитуру, подошла к Александру, присев в соседнее кресло. Бен же, до этого наблюдавший со стороны, отошел подальше, стараясь не вторгаться в их личное пространство. Как бы он ни любил Ривку, он уже давно отпустил ее, а сейчас и подавно не хотел видеть ее влюбленного взгляда, устремленного на Мардука. Она столько сделала ради него, она смогла построить целый флот и сохранить мало-мальский мир на Земле, ожидая его возвращения. И вот он здесь, этот нибируанец, все тот же назойливый козел, который увел у Бена девушку, но такой важный для нее и всего мира… Анкиа был знаменем свободы для анкийцев – и эта вера в единственного лидера сохранилась опять же из-за прославляющей его деяния Ривки.

Александр был ее якорем, тянущим за собой, но, в то же время, именно он побуждал ее к действиям, именно он научил ее лидерству и разбудил ее внутреннюю силу. И сейчас, глядя на них, влюбленных, держащихся за руки после долгой разлуки, Бен только сильнее возжелал идти за ними в огонь и в воду. Их миром была Земля, им обоим была интересна лишь справедливость, и хотя они оба не были праведниками и сегодня, как и множество раз, шли по трупам, но они вели мир людей и анкийцев к свободе…

– Геб атаковал Нибиру, уловка с сигналом беспилотника сработала, им удалось отвести взгляд! – сообщил второй пилот, держащий связь с несколькими базами, рассыпанными на Земле и передающими новости из космоса.

– На каком этапе наступление? – Ривка подскочила с кресла, бросившись к экипажу.

– Им удалось прорваться сквозь кольцо защиты, они в атмосфере! – воскликнул не верящий собственным словам пилот, на дисплее перед которым высветилось именно это сообщение.

– Геб, старый плут! Я знал, что он еще себя покажет! – не сдержался Александр; а на лице его вспыхнула победная улыбка, хотя до победы было еще далеко.

– Мы отошли на безопасное расстояние от Бад-Тибира, всем приготовиться к выходу из атмосферы! – раздался голос командира.

…А в это время сотни истребителей и бомбардировщиков, словно из ульев, вылетали из трех огромных флагманов в космосе, держа путь на Нибиру. Их фюзеляжи украшал грозный символ Ордена Шемеш – изображение головного убора Амон Ра – алое солнце, заключенное в круг коброй.

– Генерал Геб, шаттл канцлера покинул атмосферу Земли, они перешли на гиперсвет и через несколько минут будут у нас.

– Это хорошие новости, – Геб выдохнул, чуть потеряв в осанке, хоть немного расслабившись.

– Флот Энки разгромил нибируанцев на Лахму, они взяли базу с ядерным оружием под свой контроль, – сообщил один из операторов в командном пункте главного флагмана.

Летти ликовала, хотя это вряд ли отражалось на ее лице. Она сидела в кресле на капитанском мостике, пока еще неофициально удостоенная звания подполковника космической авиации, чтобы ей было дозволено командовать наступлением.

– Сэр, генерал Коскинен на связи, – опустив наушник гарнитуры, сообщил Хакада – главный оператор-диспетчер флагмана.

Геб включил громкую связь, уже зная, что Коскинен-младший принесет хорошие вести. Сын министра встал на сторону анкийцев, в отличие от предателя-отца, попавшего под влияние Нинурты и сделавшегося тише воды.

– Геб на связи, – сказал старик, ничуть не стыдясь того, что оказался пониженным в должности.

– Не думал, что еще когда-нибудь услышу ваш голос, канцлер Геб! – торжественно заявил Коскинен, и Летти мысленно представила, как тот, щелкнув каблуками, встал по стойке смирно, отдав честь старому канцлеру.

Летти неотрывно следила за десятком мониторов сразу под мостиком, где эскадра бомбила некрупный нибируанский военный город, не давая самолетам из зиккуратов нибируанцев взлететь.

– Теперь генерал, генерал Коскинен, – напомнил Геб добродушно. – Докладывайте.

– Истребительская и легкобомбардировочная эскадры готовы ко взлету. Скоро они присоединятся к наступлению. Полковник Живкович свяжется с вами, он командует флотом Лахму.

– Что слышно с Земли, генерал Коскинен? – ворвался в эфир жесткий голос Летти.

– Бад-Тибира в осаде, восточное побережье Америки пылает огнем, уничтожены уже восемь нибируанских баз, – отрапортовал тот, узнав голос троюродной племянницы.

– Каковы наши потери? – с замиранием сердца спросил Геб, понимая, что за победами скрываются жертвы; костлявые пальцы легли на перила капитанского мостика.

– Иордания и Китай потеряны, боюсь, и от Бад-Тибира скоро останутся одни руины. Андерсен передал, что им вместе с русскими удалось продвинуться на восток к Сибири. Скоро будут уничтожены две крупные шахты.

Все знали, что Земля объята огнем, и те ужасы, которые приходилось испытывать мирному населению, только начинались. Но анкийцы и крупные державы, что имели отношение к Ордену Шемеш, пойдут до конца. Лахму отстоять удалось, однако у повстанцев оставалось еще много работы. Благодаря Энки Ордену удалось выведать расположение стратегически важных объектов Нибиру и ее спутников. Полная карта планеты, в несколько раз превышающей размеры Земли, конечно же, облегчала задачу, и надежда анкийцев крепла. Теперь их лидер был свободен, и все ждали его прибытия, что, несомненно, укрепляло дух бойцов в небе над Нибиру, на Земле и на Лахму, где наступление закончилось победой.

– Цербер-1, заход на пятую полосу разрешен, – скомандовал диспетчер подхода. – Генерал Геб, канцлер и Великий Анкиа здесь.

…Шаттл, переходя на реверс, снижал скорость, подлетая к открывшемуся шлюзу огромного корабля, долгие годы служившего орбитальной станцией Меркурия. Его обшивка, которая справлялась с огромной температурой на поверхности планеты, имела необычный стальной окрас с отливом в голубой цвет, что успели осветить габаритные огни небольшого шаттла. Шасси мягко коснулись покрытия полосы, и экипаж при торможении слегка дернуло вперед. Александр был все также молчалив, возможно, он никак не мог привыкнуть к свободе и к тому, что практически сразу из заточения он попал в самую гущу событий. Все еще с трудом осознавая масштабы операции, он старался сохранять веру в лучшее, тем более, как гласило сообщение с Лахму, Марс удалось отстоять. Анкийский флот возрос более, чем наполовину, и истребительская и легкобомбардировочная эскадры уже двигались к Нибиру, готовые вступить в бой.

На Земле все еще оставались министры, командовавшие освобождением планеты, Андерсен осаждал американское побережье, все ближе продвигаясь к центру страны – туда, где находилась самая крупная военная нибируанская база континента, отданная под командование Нергала. И хотя Александр сожалел о том, что его родной брат встал на другую сторону, но и он, и Энки понимали, что сожаление сейчас неуместно, ведь Нергал был на все сто процентов лоялен Нинурте.

Шаттл остановился в герметичном отсеке, и когда шлюз позади закрылся, а давление стало повышаться, второй пилот приступил к перенастройке системы, постепенно выравнивая давление внутри шаттла. Как только давление пришло в норму, открылся шлюз, ведущий в зиккурат военного флагмана, где их уже встречал взвод пехотинцев, образовав живой коридор до идущих навстречу Геба и Летти, что по настоянию Ривки принимала участие в командовании. Шаттл остановился и развернулся на сто восемьдесят градусов, опустив трап аккурат в образованный анкийцами проход.

– Ты готов встретить своих верных подданных? – Ривка улыбнулась и приосанилась; она смотрела на Александра, облачившегося в форму верховного главнокомандующего еще в Бад-Тибира.

– Идем, – просто ответил он и твердой походкой отправился вперед, оставив за собой взвод оперативников.

Зиккурат будто бы замер, перестал дышать, когда с трапа сошел их лидер, но в следующую секунду в едином порыве раздался приветственный клич. Анкийцы воспряли духом, глядя на Великого Анкиа, выглядящего так, будто и не было этих чудовищных семи лет, когда они чувствовали себя неполноценно из-за его отсутствия.

Геб, стоявший у трапа, протянул ладонь, но Александр сжал его в крепких мужских объятиях, не боясь сломать древнему старику ребра. Летти же удостоилась чести объятий канцлера.

– Я так рада тебя видеть, – чуть сдавленно сообщила Ривка.

– Возьми себя в руки, – осознав, что та вот-вот даст волю чувствам, приказала Летти, и ее всегда отрезвляющий командный тон подействовал на госпожу канцлера, которая вновь сделалась серьезной и уверенной.

– Спасибо, – напоследок шепнула Ривка благодарно; она пожала руку Гебу, который был слишком взбудоражен появлением драгоценного Анкиа, не обратив на нее особенного внимания.

– Пару слов для поднятия всеобщего духа, – Геб протянул Александру коммуникатор, который должен будет передать его голос во все летательные аппараты, по всем секретным каналам, чтобы донести дух приближающейся победы.

Александр, конечно же, не был готов к речи, однако опыт от кровопролитных войн, в которых он вел за собой многотысячные войска, не позволил ему дрогнуть.

– Анкийцы, друзья! – уверенно начал он. – Прошу меня простить за долгое отсутствие в вашей судьбе, однако вижу, что вы не пали духом и шли только вперед к своей цели – к свободе! Нам досталась тяжкая ноша – защитить Землю, и я вижу, что вы готовы! Мы сражаемся из-за обиды, которую нанесли нам нибируанцы, вторгнувшись в привычный нам мир! Мы сражаемся против тех, кто не признает наших прав, и эти права отныне мы будем защищать, чтобы Земля очистилась от ядовитого желтого тумана! Чтобы люди и анкийцы, как и прежде, могли существовать под мирным небом! Я есть Великий Анкиа, сын Энки, стоявший на вашей защите на протяжении долгих четырех тысяч лет! Я не дрогну, и вы не должны дрогнуть перед врагом! И я вижу целую армию моих верных подданных, моих незаменимых соратников, бросивших вызов тирании! Вы, кто пришел сражаться за свободу, вы, кто пришел в этот мир свободными! И вы в самом деле достойны свободы! Как вы распорядитесь ею? Будете за нее драться? – и в ответ над зиккуратом вновь раздался боевой клич, наполненный энергией готовых идти к победе анкийцев. – Сражайтесь, и вы можете погибнуть. Бегите – и останетесь в живых… но к чему бежать, если не найдется ни одного места на Земле и в небе, где вы сможете сохранить свои жизни? Братья, не бойтесь гибели за правое дело, не бойтесь идти вперед, только в ваших руках наша свобода! Истребляйте, мстите за себя, мстите за более слабых, за людей, чьи жизни под нашей ответственностью! И люди, не боясь, идут в бой, помогая нам на Земле, – говорил Александр, и Ривка только удивлялась, как довольно скупые сведения, которые она успела передать мужу во время короткого разговора в ее квартирке в Бад-Тибира, обрели такую мощь в его устах. – Их славные бойцы пополняют ряды нашей армии, они не боятся, и мы не будем!

Вот он, он действительно вернулся – их лидер, их Великий Анкиа, нибируанец, вставший на защиту людей. И его голос, обретший силу над зиккуратом и в приемнике каждого анкийца, подпитывал надежду и желание рваться в бой каждой живой души, имеющей отношение к военным операциям на трех планетах.

Завершив речь, Александр будто бы совсем стал прежним, и Ривка смотрела на него с необъяснимым трепетом и благодарностью за то, что он сумел сохранить разум и себя за годы заточения. Он оставался таким, каким забрал его плен – сильным духом, способным повести за собой миллионы.

Геб отдал команду разойтись по своим постам, а сам предложил вновь прибывшим проследовать к электрокару, что доставит их в командный пункт. Ривка уже давно не была на орбитальной станции Лахму и совсем отвыкла от вида металлических стен, отсутствия мебели и пустоты коридоров между отсеками флагмана, некогда списанного нибируанцами, но восстановленного на орбите Меркурия.

Командный пункт и капитанский мостик встретили своего господина невероятной энергетикой. Его речь затронула сердце каждого бойца, будь то пехотинца, ведущего бой на земле или пилота, разрывающего небеса Нибиру и Земли гулом мощных движков. Геб указал ладонью на капитанский мостик, и у Александра не возникло ни доли сомнения, когда он взошел на него, уверенно сомкнув пальцы на перилах.

– Доложить обстановку на Нибиру…

***

========== Глава 22 ==========

Обелиск памяти солдат Нибиру, погибших в гражданской войне пятидесятилетней давности, разлетелся на куски, попав под обстрел анкийских истребителей, преследующих строй противника. Целью нападения на Ресети-ири было уничтожение связи с Землей. Это были гигантские пирамиды, подобные пирамидам Хеопса, которые из-за найденных там мумий ошибочно были приняты людьми за гробницы. На самом деле пирамиды Земли и Нибиру служили мощными передатчиками сигналов.

Планета, незнакомая анкийцам, представляла собою сплошные зеленые джунгли, и вряд ли нашелся хотя бы один уголок, где на Нибиру властвовала пустыня. Огромные океаны омывали берега не менее крупных материков. Города у побережий, на равнинах и ущельях гор открывались перед пилотами незнакомой архитектурой. Подобно спускающимся с холмов рисовым полям, многоуровневые районы простирались на сотни километров, поражая своей масштабностью. Здания с золотыми крышами ослепительно сияли в свете солнца, но только там, куда еще не дошел огонь войны. В разрушенных городах крыши покрыла копоть. Величественные памятники царям и героям на площадях с невероятной красоты фонтанами постепенно превращались в руины. Нибируанцы, пытаясь спастись, бежали по улицам, исчезая в подземных переходах в надежде на спасение. Наверняка под поверхностью Нибиру была сеть бункеров на случай войны. Анкийцы старались не палить в жилые дома, а уничтожать только стратегически важные объекты.

То же самое происходило и на Земле, только здесь, напротив, велась ожесточенная борьба за сохранение военных баз, городов и средств коммуникации. Вашингтон превратился в пепелище, пятиугольник Пентагона пылал, словно ведьмин костер, поднимая в небо столп черного дыма такой величины, будто в столице Америки повторился последний день Помпеи. От Бад-Тибира, древнего величественного города посреди Сахары, остались лишь дымящиеся полуразрушенные здания. Землю сотрясали взрывы, под пеленой пепла в изломанных позах нашли последнее пристанище анкийцы, положившие свою жизнь, чтобы избавить родную планету от нибируанцев.

Если бы Ребекке довелось увидеть Тель-Авив, столь горячо любимый ею город, сейчас, она бы в бессилии упала на колени, глядя на разнесенные ударами с воздуха любимые улицы – бульвар имени графа Ротшильда едва ли был узнаваем, в сохранившихся зданиях были выбиты стекла, а на улице Монтефиор горел израильский истребитель. Звезда Давида на сохранившемся хвосте едва различалась, облизываемая языками беспощадного пламени. Отель Херодс на Гордон Бич протаранил нибируанский бомбардировщик, подбитый анкийским эскадроном над Средиземным морем.

Лишь вечный Иерусалим пока стоял, будто все еще в силах защитить жителей своей нерушимой стеной. Из храмов и мечетей доносились бесконечные молитвы Богу. Кто-то стоял посреди улицы, обратив лицо и раскрыв объятия разрываемому гулом реактивных двигателей небу, готовый к Судному Дню. Города, оказавшиеся вблизи анкийских и нибируанских баз, пылали рыжим пожаром. И лишь в отдаленных уголках не велось никаких военных действий ввиду отсутствия там стратегически важных объектов. Сколько погибло гражданских и сколько военных со стороны анкийцев и людей? Страшное число жертв неумолимо росло. Жестокое побоище, на которое решилась Ривка и отец Мардука, планируя нападение, обещало превратить и Землю, и Нибиру в две большие братские могилы. Не было сомнений, что груз вины еще настигнет Ривку, но сейчас нельзя было опускать руки. Глядя на нее и Александра, солдаты и простые диспетчеры крепли духом. И им обоим ни в коем случае нельзя было спасовать.

– На нас летит строй штурмовиков, – сообщил командующий соседним флагманом – сын генерала Коскинена. – Они прорвали кольцо осады, сэр! Нибируанцы не впускают нас в Ресети-Ири!

Александр помрачнел и потер виски. Изучив вооружение флагманов, он пытался рассчитать силы, ведь они отнюдь не увеличивались. Оборона Нибиру, дав трещину, позволила вторгнуться на планету, но явно не из-за отсутствия боеспособности. Уловка с фальшивым сигналом сработала, в то время как анкийцы напали с другой стороны по совету Энки, знавшего слепые пятна в защите Нибиру. Силы были примерно равны, но анкийцам ни в коем случае нельзя было терять флагманы.

– У нас есть восемь ядерных ракет, и теперь самое время пустить их в ход, а часть прибывающей эскадры под командованием полковника Живковича должна встать на оборону флагманов, – он взглянул на того, недавно прибывшего на базу со своими бойцами.

– Но, мой господин, мы и так принесли много разрушений на вашу родную планету, – Геб, конечно же, прекрасно помнил о ракетах на борту флагманов, но пускать их в ход собирался только в крайнем случае.

– Направить ракету на Ресети-Ири. – назвал Александр точку столкновения – северный город Нибиру, в его центре находилась главная пирамида связи, уничтожение которой оборвет военное соединение между их командными пунктами, но главное, лишит пилотов на Земле связи. – Приказ всем истребителям уйти из зоны распространения.

Древнейший город Нибиру, самый первый от начала времен, окажется уничтожен его коротким приказом. В командном пункте повисло молчание. Даже операторы, поддерживающие связь с бойцами, на миг прекратили переговоры. Анкийцы хоть и привыкли к военному режиму, но они никогда не были кровожадными.

– Александр, быть может, не стоит торопиться? У них и так нет преимущества из-за внезапности нашего вторжения, – Ривка положила ладонь на плечо мужа, пытаясь отговорить от опрометчивых действий, хотя для применения ядерного оружия была довольно веская причина.

Он посмотрел на нее с яростью, губы его побелели.

– Ребекка, ключ от нашей победы заключен в этой пирамиде. Без нее нибируанцы слепы, как кроты. Если они потеряют связь с Землей, то станут куда более уязвимы.

– Я понимаю, но разве мы можем быть настолько кровожадными, чтобы уничтожить целый город вместе с его мирными жителями? – строго, почти по-матерински укорила она.

– Несколько часов назад ты приняла решение поставить на кон миллионы жизней людей, а теперь жалеешь народ, который повинен в людских страданиях? И именно ты оставила анкийскую столицу, зная, что она превратится в руины… Ребекка, если мы не разрушим пирамиду, то ядерные ракеты с Нибиру полетят на нас…

Она напряглась, стараясь отогнать непрошеное чувство вины. Ривка осознавала, сколько жизней унесет война, начавшаяся по ее приказу, но не хотела бессмысленных жертв, которые причинит ядерный удар. Земля была местом основной битвы, и если нибируанцы выпустят ракеты с Нибиру, то это грозит тотальным уничтожением двух рас. Однако уничтожение пирамиды собьет навигацию.

– Господин прав, мы должны запустить ракеты первыми. Их жизни против наших, – рассудил Геб, хоть слова дались ему нелегко.

– Однажды я уже совершил просчет, позволив Нинурте и Нергалу атаковать меня первыми. У меня не возникло мысли, что только из-за желания поквитаться со мной они могут сравнять с землей Содом и Гоморру. Радиация распространилась почти по всей планете, и людям едва удалось выжить. Больше я такой ошибки не совершу, – голос Александра стал жестче, увереннее. – Ты должна верить мне, потому что у нибируанцев не возникло бы сомнений напасть первыми. Возможно, пока мы говорим, они уже готовы к запуску собственных ракет.

В серых глазах Ривки все еще было отчетливое сомнение, но теперь, когда Александр был свободен, она должна была отпустить вожжи правления, позволив ему самому решать, что нужно делать, ведь он знал намного больше о нибируанцах, чем она, Геб и все остальные. Только как принять на себя груз вины за гибель мирных жителей Нибиру? Чем они, защитники Земли, в таком случае были лучше? Из-за их нападения противник уже нес серьезные потери, так почему же именно сейчас в Ривке взыграло чувство вины? Но все было очевидно, ведь теперь это было направленное истребление, а не случайные жертвы во время военной операции. Вот в чем была эта чудовищная разница…

– Геб, Выполнять приказ! Запуск ракеты на Ресети-Ири! – твердо повторил Александр.

– Хендерсон, готовность номер один.

– Да, сэр! – ответила та без тени сомнений.

Ривка оцепенела, не в силах пошевелиться; своими действиями они несли разрушение в мир, о котором почти ничего не знали. У всех нибируанцев, что окажутся в радиусе взрыва, не будет ни секунды на то, чтобы попрощаться со своими близкими. Женщины, дети, немощные старики превратятся в пепел в момент взрыва, не успев даже почувствовать боль. Александр выглядел уверенно в своем решении, но иначе он не мог, его рука не должна дрогнуть, ведь взгляды и сердца анкийцев обращены только на него одного. И только Ривка, державшаяся долгие семь с половиной лет, не единожды отдававшая смертельные приказы, внезапно на ослабевших ногах села в кресло по правую руку от мужа.

Она сама спланировала кражу этих ракет, но все же искренне надеялась не пускать их в ход. И вот, глядя на то, как одна из них покинула пусковой шлюз, устремившись к планете, издали напоминающей родную Землю, затаила дыхание, почувствовав сухость во рту.

– Сэр, перехватчик, – обернувшись, сообщил оператор, получив сообщение от командира эскадрона с орбиты. – Он несется прямо на ракету.

– Хендерсон, выпускай вторую… – будто бы равнодушно приказал Александр, но Ривка видела, как пульсирует на его виске жилка, выдавая истинные чувства.

– Да, сэр…

Первая ракета, не достигнув цели, взорвалась, встретившись нос к носу с героическим нибируанским пилотом, направившим самолет в нее. Она не успела достигнуть атмосферы, ее сбили. Зато вторая ракета, словно стрела, пущенная метким лучником, ворвалась в атмосферу и через несколько мгновений поверхность планеты в точке удара подёрнулась и пошла кругами, точно водная гладь от брошенного камня.

Командный пункт флагмана несколько мгновений находился в молчании, пока с Нибиру не донеслись первые сообщения.

– Цель уничтожена, эскадра анкийцев успела покинуть зону распространения.

– Хакада, что с нибируанским сигналом? – не своим голосом спросил Геб, все же присев в кресло возле своего господина.

Пальцы японца порхали над приборной панелью, на дисплее перед ним производились какие-то незнакомые Ривке замеры и расчёты.

– Сэр, связь Нибиру с Землей нарушена! – отрапортовал тот, и тотчас по кораблю прокатилась волна восторженных возгласов; пилоты, участвовавшие в бою и слышавшие вести из своих передатчиков, наверняка вздохнули с облегчением или же тоже закричали от радости; по новому приказу с новым приливом сил они ринулись в бой, сокрушая вражеский флот, и будто и не было никакого волнения за жизни миллионов нибируанцев…

Александр бросил через плечо приказ готовить к вылету шаттл.

– Господин, там ведь еще не безопасно, наши силы хоть и перевешивают, но война еще не окончена.

– Энлиль не может скрыться, Геб, – сжав кулаки, сказал Александр, – я должен убить его лично, и тогда по нибируанским законам займу трон я или мой отец. И ни у кого не возникнет сомнений, что переворот совершен. Подготовить вылет до Экалати! – уже с нажимом повторил он.

– Но как же наследный принц? – спросила Летти, отвлекаясь от переговоров.

– Мертв, – сквозь зубы злобно сообщила Ривка, ощутив даже прилив сил из-за совершенного возмездия за свои страдания. – Здание, в котором он находился при атаке, рухнуло в считанные секунды. У него не было ни единого шанса на спасение.

– Нинурта мертв… – на выдохе повторила Летти, решив поначалу, что ослышалась; она смотрела на Ривку, в чьих глазах вновь появилась решимость и даже жестокость.

Летти некогда гордилась принадлежностью к клану Нинурты, она никогда и подумать не могла, что ей доведется увидеть его воочию и еще невероятнее было то, как она внутренне радовалась вести о гибели этого мерзавца. Она знала, что Ривка пережила несколько месяцев унизительного рабства в его постели на коротком поводке. Даже для анкийцев, старающихся поддерживать чистоту своей крови, подобный инцест с биологическим отцом казался просто немыслимым. И безумный блеск в ее глазах вперемешку с темным удовлетворением от осознания факта его кончины выглядел более чем логично.

– Я с тобой, – сказала Ривка, следуя за Александром к электрокару; всего четыре часа они провели на флагмане, чтобы вновь его покинуть. – Битва еще не окончена, я не могу отпустить тебя одного. Это слишком опасно.

– Нет, ты здесь за главную, Ребекка. Один из нас должен остаться тут. Это приказ, – и, развернувшись на каблуках, он направился к рядовому, что должен был сопроводить его до зиккурата.

Она хотела было что-то сказать, но лишь застыла на месте, глядя в его удаляющуюся спину.

– Полковник Живкович, необходимо сопровождение Великого Анкиа на Нибиру в столицу, – раздался командный голос Хакады, общавшимся с командующими эскадронами, только что прилетевшими на флагман.

Александр взошёл на трап уверенной походкой, не имея никаких сомнений насчет правильности своего решения. Чем быстрее он убьет Энлиля, тем меньше жертв будет в этой кровопролитных войне, которую он рассчитывал закончить быстро…

***

– Бен, отойди от стремянки, быстро! – не своим голосом рявкнула Ривка, никогда до этого не позволявшая себе общаться с другом в приказном тоне.

– Анкиа только что приказал мне следить за тобой в оба глаза и не выпускать в открытый космос. Его приказ выше рангом, – с усмешкой бросил тот, буквально перегородив ей дорогу.

– Когда это ты успел стать верным слугой моего мужа? – нервно бросила Ривка, глядя как скрывается в шлюзовом отсеке шаттл Александра.

– А вот это уже оскорбление, – шутливо бросил Бен, понимая, что Ривка на взводе. – Послушай, не надо делать резких движений. Здесь ты в безопасности, и это именно то, что ему нужно. Позволь ему самому завершить начатое тобой дело. Он взрослый мальчик, не надо так его опекать.

– Перестань заговаривать мне зубы, Бен, время уходит! – процедила Ривка и в следующую секунду, совершив обманный маневр, попыталась оттолкнуть его.

– Что за ребячество, госпожа канцлер? – улыбка на его самодовольно лице раздражала ее все больше.

И тогда она достала пистолет и направила прямо на него.

– Бен, я не шучу, отойди, – губы ее подрагивали от гнева, а крылья носа трепетали в нетерпении.

Но он только закатил глаза и поднял ладони вверх.

– Ты действительно не понимаешь, что для него очень важна твоя безопасность?

– Не время препираться!

Позади нее уже собиралась охрана, по-видимому, упустившая беглянку из командного пункта.

– Госпожа канцлер, опустите оружие! – крикнул один из военных, приставленный к ней Гебом.

И тогда, понимая, что она не отступится, Бен только дёрнул бровями, и она все поняла сразу. Секунда, шаг в сторону, и Ривка уже на скорости ветра взлетает по стремянке и, прыгнув в самолет, опускает крышку. Из кабины она с удивлением замечает, как Бен, о физической подготовке которого она и не знала, ловко раскидывает маститых вояк, крича ей, чтобы она поторопилась.

Надеть летный комбинезон у нее не было времени, поэтому из всей экипировки на ней оказалась только летная маска с трубкой для подачи кислорода.

– Летти, открывай шлюз вертикального взлета! – приказала Ривка, зная, что та ее услышит и повинуется.

– Ты уверена, Ривка? – уточнила Летти на всякий случай, понимая, что Геб и Александр будут весьма недовольны.

Но Ривка не ответила, и когда оказавшийся под ней по странному стечению обстоятельств истребитель с Лахму с ее именем и эмблемами Красных Волков и Ордена Шемеш, оторвался от покрытия зиккурата на реактивно-реверсивном двигателе и взмыл к потолку, где уже открылся для вылета шлюз, она краем глаза успела уловить, как все же скрутили и уложили на живот Бена. Удивительно, как мало на самом деле знала о нем Ривка.

Отправившись вслед за Александром, она, может, и не осознавала опасности, таящейся в ведущейся на Нибиру битве, но второй раз не могла отпустить мужа в неизвестность. Последний его подобный приказ оставаться в безопасности, закончился весьма печально. Быть может, именно осознание факта, что Ривка снова может его потерять, и послужило спусковым крючком к действиям.

Как же давно она не выходила в открытый космос, пилотируя истребитель. Болезненными, но светлыми и даже неуместными чувствами кольнули воспоминания недолгих счастливых месяцах на Лахму. Тогда Ривка и подумать не могла, куда занесет ее судьба, для нее существовали только небо Марса, запах начищенных сапог и любовь подполковника соседнего испытательного эскадрона. Кажется, счастливее времени в ее жизни и не было. Как судьба могла оказаться настолько непредсказуемой, что сначала забросила Ривку в незнакомый ей мир, тайный анклав, неизвестный простым людям… Марс оказался и вовсе колонизованным многие тысячи лет назад, а надо всеми стояла высшая нибируанская раса, которой поклонялись кланы, ошибочно полагая, что их предки благородны и величественны. Как нелепо. Нибируанцы были обыкновенными варварами, уничтожающими прекрасную планету – дом людей и анкийцев. И пускай нибируанцы считали Землю лишь своей колонией, а ее обитателей рабами, но Земля более им не принадлежала и люди имели право на нормальную жизнь.