Текст книги "Связанные Неприятности (СИ)"

Автор книги: AnnKo

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 21
Демоны, долги и двойное дно

Глава 21.

Барнабас стоял у панорамного окна, меланхолично заложив руки за спину. Его полупрозрачный, акварельный силуэт на фоне пепельно-розового неба долины казался зыбким и нереальным. Но наброшенное на шею полотно – мой серебристый шарф – было абсолютно осязаемым, плотным и по-домашнему теплым. Призрачные пальцы мажордома привычно поправили изящный узел на груди.

– Кхм… С чего бы начать? – тихо произнес он, не оборачиваясь. Голос его звучал негромко, чуть приглушенно, словно доносился из глубокого колодца. – Видите ли, Элизабет, я, как и вы, здесь чужой. Мой родной дом – Нижний Мир, измерение Пятого Круга. В нашей реальности почти нет солнца, небо там вечно затянуто багровым маревом, а земля представляет собой бескрайнюю, иссушающую зноем пустыню. Но самое главное, Пятым Кругом правит абсолютная, жестокая логика Договора. Я родился там низшей сущностью – бесформенным сгустком воли, который веками мечтал лишь об одном: обрести имя рода и плоть. О, те немногие, у кого в Нижнем Мире есть фамилия – это высшая элита. Все остальные – лишь безликие тени, обязанные им прислуживать.

Он на мгновение замолчал, уставившись в окно, а в его груди я отчетливо увидела, как грозно вспыхнуло медное пламя.

– Триста лет назад прежний хозяин этого замка, великий имперский артефактор Элиас, призвал меня, – продолжил Барнабас. – Для нас, низших демонов, такой призыв – это единственный, уникальный шанс на эволюцию. Элиас предложил мне честный контракт: я становлюсь его мажордомом, защищаю Источник и этот дом, а взамен, после завершения моей верной службы, он отпускает меня на волю. Но уже в ранге Высшей Сущности. Понимаете? Законы Договора обязывают связующего мага после завершения контракта поделиться со связываемым демоном частью своей чистой энергии. Этой колоссальной силы мне с лихвой хватило бы на то, чтобы навсегда воплотиться в материальном мире. Я бы вернулся на Пятый Круг свободным и сильным лордом, – Барнабас горько, иронично усмехнулся. – Я должен был стать по-настоящему живым, Элизабет. Совсем настоящим, из плоти и крови.

Я замерла, так и не донеся ложку с овсянкой до рта. В груди что-то сочувственно сжалось. Так вот почему он так отчаянно ухватился за мой недовязанный шарф. Моё рукоделие, напитанное эмоциями, давало его призрачному телу ту самую долгожданную плотность и структуру, о которой он безуспешно грезил веками. Вязание буквально сшило для него телесную оболочку, пусть еще не совсем материальную. Но думаю это не предел, ведь он продолжает напитываться магией.

– Элиас был мне больше чем просто хозяин. Он стал мне учителем и другом. Но… – Барнабас резко сжал кулаки, и его фигура на мгновение пошла нервной рябью. – Те, кто пафосно именовал себя «чистыми магами», подняли кровавый мятеж. Им до безумия нужен был Источник «Светлого Ключа» – ведь он единственный во всей Астральгии обладает уникальным свойством: умеет вдыхать душу в неодушевленные вещи, оживлять механизмы и восстанавливать разрушенное. Предателей было слишком много. Они ворвались в этот холл, когда я на кухне готовил вечерний чай для мастера. Элиас погиб прямо здесь, у камина, до последнего вздоха защищая секретный проход в подвалы. Напоследок он успел выкрикнуть мне последнее, связующее слово нашего договора: «Храни!».

В ту же секунду воля умирающего великого мага и вся моя демоническая суть сплелись в один яростный узел чар. Я выпустил наружу всю ментальную мощь Нижнего Мира, намертво запечатав замок в кокон стазиса. Нападавшие маги в панике бежали, а те немногие, кто выжил, разнесли по Королевству леденящие душу слухи. С годами эти байки обросли совсем уж дикими подробностями. В тавернах шептались, будто в долине «Светлого Ключа» земля разверзлась прямо в бездну, сам замок наводнили кровожадные монстры, а любого случайного путника пытаются утащить под землю ожившие деревья-чудовища. Страх пустил корни так глубоко, что последние сто пятьдесят лет сюда не совался ни один живой человек. До вчерашнего дня. До вашего появления, Элизабет.

Барнабас медленно повернулся ко мне, и в его полупрозрачном силуэте проступила вековая усталость.

– И вот я храню этот дом. Как и заклинал Элиас перед смертью. Уже сто пятьдесят лет. Нематериальный, неприкаянный, намертво привязанный к этим руинам условиями невыполненного контракта. Те мятежные маги ушли, в ужасе бежав от моей истинной демонической формы, которую вы изволили наблюдать сегодня на рассвете. Но их потомки никуда не делись… – он многозначительно посмотрел на меня, и багровые искорки в его глазах вспыхнули ярче. – Высокомерный лорд Максимилиан фон дер Штерн-Кроненберг, который привез вас сюда – прямой кровный наследник того самого чародея, что нанес моему мастеру Элиасу последний, смертельный удар. И этот циничный индюк прислал вас в «Светлый Ключ» вовсе не из внезапного благородства.

Я невольно ахнула, едва не выронив ложку обратно в тарелку, а внутри всё заклокотало от ярости. Каковы уроды, а! Мало того, что сто пятьдесят лет назад устроили здесь кровавую бойню, уничтожили потрясающее поместье и убили невинного мастера, так теперь еще и этот глянцевый лорд Штерн строит из себя благородного спасителя! Прилюдно разыграл спектакль на балу, подарил недвижимость, а сам за спиной дергает за ниточки. Поросенок высокомерный, аристократ недоделанный!

– Погоди… Значит, ты действительно не из этого мира? – я наконец обрела дар речи, торопливо прожевав и проглотив кусок тоста. – Ты – инопланетянин? Демонический пришелец?

– У каждого своя дорога, мисс Элизабет, – Барнабас грустно усмехнулся, плавно покачав головой. – Наши родные измерения бесконечно далеки друг от друга. Но суть одна: нас обоих притянули в Астральгию насильно, против нашей воли. Вас – вашим утонченным любопытством и той загадочной серебряной нитью, меня – древним принудительным призывом. Мы оба здесь заложники.

Я отхлебнула еще глоток обжигающего лавандового чая, чувствуя, как по телу вместо паники разливается упрямая, чисто московская уверенность.

– Но если ты могущественный демон из самого Пятого Круга, Барнабас… почему ты так сильно испугался этого хлюпика Пинча из налоговой?

– Я ни капли не боюсь ничтожного министерского клерка. Я опасаюсь той сокрушительной силы, которая стоит за его спиной, – Барнабас резко обернулся к окну, и его призрачные кулаки сжались до белых пятен. – Герцог фон дер Штерн действует чужими руками, и он дьявольски умен. Он прекрасно знает, что «Светлый Ключ» – это не просто кусок земли, а истинное сердце всей долины. Он знает, что в подвалах этого дома сходятся мощнейшие магические потоки, которые веками питали Источник. Те мятежники убили моего хозяина только потому, что Элиас наотрез отказался отдать им ключи от подземелий.

Я замерла с кружкой в руке, лихорадочно сопоставляя факты.

– Источник? Так вот почему мои унылые серые носки на глазах превратились в кутюрные туфли, а душное платье перешилось в летящий шифон?

– Именно так, мисс Элизабет. Ваша личная магия наложилась на спящую магию Источника, срезонировав с ней.

– Магия⁈ – я чуть чаем не поперхнулась, а мои брови взлетели куда-то в район растрепанной прически. – Какая еще к черту магия? У меня? Барнабас, окстись, я из Москвы! Я обычный дизайнер одежды, у меня в активе только диплом текстильного института и пара побед на конкурсах модельеров! У меня никогда не было магии и быть не могло!

– Я не знаю, как устроено ваше родное измерение, мисс, – мягко возразил мажордом, уважительно склонив голову. – Возможно, этот дар всегда дремал в вашей душе, а жесткие законы вашего мира просто не позволяли ему проявиться. Но здесь… вы не просто вяжете. Своими спицами вы фактически структурируете хаос, управляя Источником через петли и узоры. И именно этого герцог никак не ожидал.

Барнабас подошел ближе, и его голос стал жестким, чеканящим слова:

– У Штерна было два плана, Элизабет. Первоначальный расчет строился на том, что проклятый замок мгновенно уничтожит беззащитную простолюдинку. И тогда, по закону о выморочном имуществе, поместье как ничейное официально перешло бы в собственность герцога – уже чистым, без призраков и старых договоров. Но вы выжили. Более того – замок принял вас, а я обрел форму. И тогда Штерн сразу активировал план «Б». Эти три тысячи золотых астралов земельного налога – просто легальный юридический способ выставить вас за дверь и конфисковать «Светлый Ключ» за долги перед короной. Законным путем, против которого не попрешь.

Я опустила взгляд на свои новые, переливчатые туфельки-носки. Они тихонько, обнадеживающе мерцали в полумраке гостиной, словно напоминая, кто здесь настоящий мастер.

– То есть, – я прищурилась, лихорадочно просчитывая варианты, – у меня есть ровно три дня, чтобы доказать этой Астральгии, что я могу принести казне доход, который с лихвой перекроет их несчастные три тысячи?

– Гораздо больше, мисс, – твердо подтвердил Барнабас. – Нам нужно создать нечто такое, что королевские оценщики просто не посмеют измерить обычным золотом. Нам нужно сотворить истинный артефакт.

Я решительно хмыкнула и со стуком отставила на поднос пустую чашку.

– Артефакт, говоришь? Значит, Барнабас, первое задание: достань мне самый тонкий вязальный крючок, какой только сумеешь откопать в закромах твоего мастера. В голову уже наперебой лезет безумная куча идей, но, разумеется, их нужно как следует обдумать и просчитать. Что мы имеем в сухом остатке? Три дня в запасе, твои уникальные знания о подземельях и мой опыт в создании коллекций, от которых у самого Адриано Висконти случился бы инфаркт от зависти. Раз холеный герцог хочет войны, он её гарантированно получит. Но воевать с этим поросенком я буду не мечом, а нитью. Посмотрим, чей крой окажется прочнее.

Я уверенно поднялась с кресла, и мои новые переливчатые туфли-мюли мягко, пружиняще отозвались на шаг, идеально соприкасаясь с каменным полом.

– А теперь рассказывай про Источник. И про тех, кто хочет отнять замок. Нам пора готовиться к приему гостей.

Глава 22
Серебро в ладонях

Глава 22.

– Лучше я покажу. Пошли, – коротко бросил Барнабас.

Мы спускались всё ниже и ниже. Я шла вслед за мажордомом по узкой винтовой лестнице, вырубленной прямо в монолитной скале, на которой высился замок. Стены коридора излучали едва заметное, мягко пульсирующее внутреннее сияние, выхватывая из темноты древние, глубоко высеченные в камне руны. Прохладный воздух с каждым шагом становился густым, плотным, наэлектризованным. Кожа на загривке приятно покалывала от зашкаливающей концентрации магии.

Наконец каменные ступени оборвались, и мы вышли в грандиозный круглый зал. Его купольный потолок терялся где-то в вышине, а стены из темного базальта плавно сходились к центру. Там, на небольшом постаменте, высилась монументальная чаша из монолитного белого камня, внутри которой шумел Источник.

Я подошла ближе, и у меня перехватило дыхание. В чаше бурлило и переливалось живое, текучее «серебро». Магия закручивалась безупречными тугими спиралями, плавно взмывая вверх и опадая обратно тяжелыми струями. Боже мой… Она выглядела в точности так же, как та таинственная нить, что затянула меня в этот мир за кулисами показа Висконти. Те же мириады крошечных серебряных искорок, тот же глубокий жемчужный блеск.

Я смотрела на это сияние, и в груди сладостно, тягуче замерло сердце. Это фантастическое зрелище не пугало – наоборот, оно казалось мне самым родным, самым понятным и правильным во всей вселенной. Разум словно отключился, уступив место чистому инстинкту творца. Мой взгляд намертво приковало к этим ослепительным, тончайшим серебряным струям, которые сами собой рождались из расплавленного металла и динамично вихрились над поверхностью чаши. Пальцы, привыкшие за долгие годы работы чувствовать малейшие изъяны и текстуру материалов, абсолютно неосознанно потянулись к этому кипящему совершенству. Меня неодолимо, магнетически влекло прикоснуться к чистой магии, ухватить одну из этих идеальных, сияющих нитей и ощутить её невероятную структуру.

Барнабас резко дернулся. Его обычно спокойное, красивое лицо исказилось от самого настоящего, дикого ужаса. Багровые искры в его глазах испуганно вспыхнули, а безупречная мажордомская выправка мгновенно слетела. Он до смерти перепугался за меня, понимая, что чистая энергия Источника может в секунду уничтожить хрупкого человека.

– Нет! Не смей! Назад! – истошно крикнул он, выбрасывая вперед руку в отчаянной попытке перехватить меня, но было слишком поздно.

Мои пальцы без малейшего страха погрузились в самую гущу серебряного вихря.

И вместо боли или холода меня захлестнул запредельный, чистейший восторг. Магия оказалась невероятно теплой, невесомой и мягкой. Она ласково обволакивала ладони, словно самый дорогой, самый качественный кашемировый пух премиум-класса, какой только можно вообразить. По телу разлилось блаженство. Источник не атаковал меня – он нежно ластился к рукам, словно живое существо, мгновенно узнавая во мне своего законного мастера. Это было восхитительно, до мурашек, до слез на глазах.

Я, словно в глубоком, осознанном трансе, аккуратно подцепила ногтем одну из тончайших, светящихся струй и плавно потянула её вверх. Из общего серебряного потока послушно вытянулся кончик безупречной, идеальной нити. Она была бесконечной, эластичной и словно живой.

Барнабас замер, его рука так и осталась висеть в наэлектризованном воздухе. Он смотрел на меня в оглушительном шоке. В ту же секунду его полупрозрачный силуэт стремительно налился плотностью, обретая четкие, резкие мужские контуры.

– Он принял тебя, Лиза… – он впервые перешел на «ты», и его голос, обычно приглушенный, теперь прозвучал ровно, чисто и весомо, раскатившись глубоким эхом под сводами зала. – Абсолютно невероятно. Источник – это капризная, замкнутая на хозяина стихия. После гибели Элиаса он намертво заблокировался, и я был уверен, что эти серебряные вихри навсегда застыли, превратившись в холодный кусок металла. Любой чужак, даже попытайся он взломать мои заслоны, наткнулся бы на глухую, смертоносную защиту. А тебя он впустил без сопротивления. Теперь ты – полноценная Хранительница «Светлого Ключа». Мой древний контракт автоматически переходит к тебе. Отныне ты моя законная хозяйка.

Я едва слышала его слова, полностью завороженная тем, что происходило прямо у меня на глазах. Серебряная нить в моих пальцах начала стремительно, подчиняясь какому-то внутреннему ритму, сама собой сворачиваться в идеально ровный, пульсирующий клубок. Он быстро вращался прямо на моей ладони, пока не достиг размеров спелого яблока, а затем тяжело и весомо опустился в руку, приятно обжигая кожу концентрированным теплом.

Мы молча переглянулись в звенящей тишине подземелья. Я – обычная московская попаданка в простом сером шерстяном платье и самодельных текстильных туфлях, и он – демонический мажордом, впервые за полтора века обретший настоящую надежду.

– И что мне теперь со всем этим делать? – шепотом спросила я, крепче сжимая в руке драгоценный, сияющий клубок.

Барнабас внимательно посмотрел на мои пальцы, затем уверенно перевел взгляд мне в глаза. На его красивом лице появилась открытая, предвкушающая улыбка хищника, который наконец-то дождался своего часа.

– Вязать, Лиза, – ответил мажордом, кивнув на серебряное сияние в моих руках. – Вязать так, как никто и никогда в этой чопорной Астральгии еще не вязал. У нас осталось ровно два с половиной дня, чтобы сотворить шедевр, перед которым вынуждена будет склониться вся королевская комиссия. Наш Источник дал нам идеальный материал. За работу, хозяйка.

Глава 23
Серебряная Лилия и маркетинговый план

Глава 23.

Весь следующий день мы провели в жарких, ожесточенных спорах. Я мерила шагами обжитую гостиную, то и дело замирая у панорамного окна, за которым всё так же зловеще чернела мертвая долина, и лихорадочно пыталась понять: что я, успешный дизайнер из Москвы, могу прямо сейчас предложить этому чопорному миру? Грандиозные архитектурные артефакты, перестраивающие замок – это глобальное будущее, а сейчас мне нужно элементарно выжить, заработать гору золота и сохранить «Светлый Ключ» за собой.

«Так, думай, Лиза, думай! – стучало в висках. – Что правит любой эпохой, кроме денег и оружия? Ну конечно же, мода! Жажда женщин выглядеть сногсшибательно. Но что именно выдать? Связать летящий кардиган оверсайз из ангоры? Нет, местная знать не поймет трикотажного уюта, решат, что я предлагаю им облачиться в пастушьи кофты. Сделать ставку на утягивающие корсеты нового поколения? Ребра они, может, и спасут, но аристократки слишком консервативны, чтобы менять нижнее белье по совету незнакомки. Замахнуться на полноценное бальное платье из серебряной нити Источника? Идея шикарная, но физически глупая – у меня банально не хватит времени вывязать крючком пять метров сложнейшего кружева за двое суток. Мне нужен легальный, быстрый и бьющий без промаха чит-код…»

И тут меня осенило с такой силой, что я едва не подпрыгнула. В памяти мгновенно всплыли те расфуфыренные мадам на приеме у герцога – затянутые в удушающие тиски, в необъятных кринолинах, перегруженных слоями безвкусного тяжелого бархата. Бедные женщины, они же двигались на балу с грацией груженых товарных вагонов! А я ведь могу облегчить им жизнь, сделать их образы элегантными, воздушными, летящими… И для этого мне не нужно шить тонны одежды.

– Вот только, Барни, – я резко затормозила посреди комнаты и вздохнула, устало потирая переносицу, – пробиться на закрытые балы высшего света мне теперь точно не светит. Каламбур, однако, учитывая название нашего замка. После того как герцог фон дер Штерн публично выставил меня нищей, безродной спасительницей и сослал в эту глушь, меня на порог ни одного приличного аристократического дома не пустят.

– А зачем тебе этот блеклый высший свет? – Барнабас хитро, понимающе прищурился, и в его глубоких черных глазах озорно заплясали багровые искорки. – Давай начнем очаровывать тех, кто действительно двигает реальное золото в этой стране, Лиза. Купцы первой гильдии, богатейшие торговцы заморскими специями, владельцы мануфактур… Поверь, у этих людей денег в кубышках сидит ничуть не меньше, чем у высокородных лордов. А вот желания выделиться, пустить пыль в глаза и утереть нос заносчивой знати – в разы больше.

Я замерла, переваривая его слова. Хм-м, а ведь это чертовски гениальная маркетинговая стратегия! Сначала дочка какого-нибудь гильдейского старшины придет на званый ужин в моем революционном наряде, а там вся эта придворная знать изойдет сочной слюной от зависти и сама приползет ко мне с мешками золота.

– Ты просто гений, Барни! – я от чистого восторга подскочила на месте и, совершенно потеряв контроль над собой, с разбегу запрыгнула на демона, крепко и порывисто обнимая его за шею.

Время словно остановилось. Барнабас на долю секунды замер, став под моим весом абсолютно материальным, твердым и обжигающе горячим. Сквозь плотную ткань его безупречного фрака я отчетливо почувствовала колоссальную, дремлющую мужскую силу. Опомнившись и осознав, в какой двусмысленной позе нахожусь, я густо, до корней волос покраснела, поспешно соскользнула на пол и отступила на три шага назад, судорожно оправляя подол серого платья.

– Кхм-м… – Барнабас невозмутимо поправил серебристый узел своего шарфа, сделав абсолютно царственный вид, что ничего из ряда вон выходящего только что не произошло. Разве что багровые искорки в его глазах вспыхнули чуть ярче. – Искренне польщен вашей столь экспрессивной оценкой, мисс Элизабет.

– В общем, план у нас такой, – я изо всех сил старалась говорить максимально сухо и деловито, чтобы скрыть горящие щеки. – Я свяжу из нити Источника ювелирную брошь. Это будет не обычное банальное украшение, а портативный материализатор стиля. Маленькая, изящная серебряная лилия. Богатая дама просто приколет её к своему уродливому, тяжелому платью, магия Источника срезонирует с тканью, и наряд на глазах превратится в мой эксклюзивный дизайнерский шедевр. Мой личный крой поверх их безвкусицы. Как тебе концепт?

– Потрясающе, Лиза, – на губах демона заиграла искренняя, хищная улыбка. – Это будет… настоящее швейное наваждение, которое захлестнет город. Налоговое ведомство сойдет с ума, пытаясь оценить стоимость такой магии.

– Тогда с тебя рабочий инструмент, – подытожила я, возвращая себе уверенность. – Мне нужен тончайший, идеальный вязальный крючок. Такой, чтобы им можно было плести кружево буквально из самого воздуха. А пока я готовлю эскизы первой «Лилии Астральгии», подумай, как мы незаметно доставим наши броши на закрытый рынок гильдий. Думаю, если подать их с правильным пафосом, их расхватают как горячие пирожки во время голода.

Барнабас уважительно кивнул и плавно, беззвучно растворился в воздухе, оставив после себя легкий аромат лаванды. А я решительно схватила чистый клочок пожелтевшей бумаги, огрызок угля и принялась набрасывать контуры своего первого магического шедевра.