Текст книги "Мы видели звезды лишь на старых фотографиях (СИ)"
Автор книги: AliyaZ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 43 страниц)
– Билл! – радостно окликнула его я, вытягивая шею и вставая на носки, чтобы он смог разглядеть меня в столпотворении. Но парень, как ни в чем не бывало, даже ухом не поведя, продолжил движение по своей траектории. Может, просто не услышал?
– Курточку? – услышала я голос перед собой. Пожилая гардеробщица уже смотрела прямо на меня, выжидающе улыбаясь. Моя очередь наступила на удивление быстро.
– Ах, да, конечно, – протянув свою верхнюю одежду женщине и пригладив волосы, спутавшиеся под капюшоном, я поспешила в класс, чтобы успеть до начала урока поболтать с парнем, по общению с которым я почему-то до невозможности истосковалась.
Зайдя в класс, я очень растерялась, потому что место на заднем ряду, которое мы с мальчишкой всегда занимали вдвоём, тоскливо пустовало. Сдвинув брови в непонимании происходящего, я окинула взглядом класс. К моему удивлению, Билл сидел на второй парте, нервно расписывая в тетради ручку. Округлив глаза и пожав плечами, я направилась прямо к нему.
– Привет. А почему... – я тут же осеклась, увидев на месте рядом с Биллом его сумку. – Можно я сяду? – тихо проговорила я, начиная обзаводиться неприятными подозрениями.
Билл повернулся в мою сторону. Из-под чёрной чёлки на меня взглянули его карие глаза, сейчас совсем не светящиеся теплотой и добром. Брови парня были приподняты и изогнуты. Сложив картинку воедино, я поняла, что он, скорее всего, на что-то (или кого-то?) очень зол.
– Здесь занято, – ровным тоном бросил он и вернулся к расписыванию своей ручки, которая, кстати, судя по исчерканному листу, писать начала уже давно.
– Кем же? – удивлённо расширив глаза, спросила я.
– Моей сумкой, – скрестив руки и посмотрев вперёд перед собой, утвердил Билл.
– Поня-я-ятно, – протянула я. – Ты что-то хочешь мне сказать? Я о чём-то не знаю? – осторожно взяв сумку Билла в руки, я спокойно опустилась рядом с ним. – Что-то случилось?
Ноздри Билл резко расширились, а брови вскочили ещё выше и, казалось, будто сейчас они подпрыгнут до самых волос. Я чуть не рассмеялась, потому что представила, что Билл сейчас закипит и выпустит пар, как старый чайник. Никогда ещё не видела его таким... Злым?
– Что случилось, Билл? – выделяя каждое слово, повторила я.
– А ты спроси у своих дружков! – резко вскочив на ноги, выкрикнул парень.
Весь класс резко обернулся на него, и в кабинете повисла гробовая тишина. Билл быстро выдернул из моих рук свою сумку и, не сказав больше ни слова, быстрым шагом покинул помещение. Дверь, которую он закрыл, хлопнула так громко, что почти оглушила меня.
Отлично. Сегодня сижу одна.
POV Билл
Tokio Hotel – Zoom Into Me
Громко топая от злости, я зашёл в гараж и закрыл за собой откатные двери. Плюхнувшись на старый диван, обтянутый потёртой кожей чёрного цвета, я, наконец, перевёл дыхание.
Возвращаясь домой из музыкальной школы, я практически бежал. Мне было плевать на урок сольфеджио, который я пропустил, на строгую мисс Хэтчинсон и все остальное – мне не хотелось оставаться в стенах учебного заведения больше ни на минуту.
В моих мыслях постоянно была Виктория. Я всегда думал об этой девушке с улыбкой на лице, вспоминая её чёрные глаза, озорные веснушки и весёлый смех. Но после вчерашнего, её образ в моей голове словно подёрнулся легкой дымкой, и мне было сложно разглядеть в ней ту девушку.
Я то оправдывал Викторию, то находил в произошедшем её вину. Это противоречие дико мешало мне мыслить здраво, вызывая головную боль.
Я достал из кармана телефон и открыл папку с входящими сообщениями. Последнее послание было от Виктории. Я в тысячный раз перечитал её сообщение: «Сейчас я думаю о том, что у тебя очень красивые глаза».
Зачем она написала мне это? Посмеяться надо мной или действительно так думает? А может, девушка просто прикалывалась надо мной вместе со своей долбанутой компанией? Не важно. В любом случае отвечать я не собирался. Ни вчерашним вечером, ни сейчас.
Сегодня в глазах Виктории я прочитал полнейшее непонимание моего дерзкого поведения, и это очень меня смущало. Либо она действительно не при чем, либо делает вид, что не понимает происходящее. Сначала, нагрубив девушке, я был уверен во втором варианте, но, придя в «студию» и немного успокоившись, я начинал склоняться к варианту номер один.
Наверное, зря я был так резок с ней... Напрасно вспылил... Но сделанного не воротишь, и из-за собственной же глупости я буду вынужден постоянно обдумывать то, что сказал девушке, как посмотрел на неё и как убежал прямо с урока, оставив её в растерянности.
Резко встав с дивана, я направился к своему электронному пианино и сел за инструмент. Легко открыв крышку из гладкого тёмного дерева, я положил руки на белоснежные клавиши и, прерывисто вздохнув, заиграл.
– Гуляет ли кто-нибудь там
В одиночестве? Есть ли там кто-то, кто замерзает? Одно сердцебиение, Затерявшееся в толпе Кричит ли там кто-нибудь то, Что никто не слышит? Тонет ли там кто-нибудь, Идя ко дну от страха? Я могу почувствовать тебя. Не отворачивайся.
Мои пальцы плавно скользили по клавишам, глаза были полузакрыты, а вся боль, которую я ощущал в данный момент, совершенно точно отображалась на моем лице.
– Приблизься ко мне,
Стань ко мне ближе. Я знаю, ты боишься. Если вдруг ты не сможешь дышать, Я буду рядом. Приблизься ко мне.
На секунду, подняв руки над клавишами, я набрал в грудь побольше воздуха и продолжил петь:
– Там кто-нибудь смеётся,
Чтобы убить боль? Там кто-нибудь кричит, Чтобы прогнать тишину? Просто открой свои уставшие глаза... Приблизься ко мне, Стань ко мне ближе Я знаю, ты боишься, Но если ты не сможешь дышать, Я буду рядом. Приблизься ко мне. Подойди ближе... Ещё ближе... Если ты не сможешь дышать, Я буду рядом Приблизься ко мне, Приблизься ко мне, Стань ко мне ближе. Когда мир разрывает тебя на части И ты начинаешь истекать кровью, Если ты не сможешь дышать, Я буду рядом Приблизься ко мне. Стань ко мне ближе.
– Браво!
Я резко обернулся и увидел стоящего неподалеку от меня Тома. Он слегка похлопывал в ладоши и еле заметно улыбался. Я бегло оглядел брата и, опустив голову, сложил руки на коленях.
Том подошёл ко мне и, пакостливо улыбнувшись, одним пальцем нажал на клавишу верхнего регистра фортепиано.
– Давно написал эту песню? – спросил он, опираясь на музыкальный инструмент.
– Да нет, – я покачал головой, вспоминая о том, как записывал её слова в школьных тетрадях. Однажды, на алгебре меня резко охватило вдохновение и, проигнорировав ненавистный урок, я с удовольствием поддался творческому порыву.
– О чём она? – брат направился к своему инструменту и, взяв гитару в руки, принялся что-то тихонько наигрывать.
– Просто так, ерунда, – отмахнулся я и тут же покинул место, на котором сидел. Захлопнув крышку пианино, я неловко переминался с ноги на ногу.
– По твоему лицу во время исполнения этой песни так не скажешь, – не отставал близнец, буравя меня своим пристальным взглядом.
Я закатил глаза. Вот любит же Том пристать ко мне со своими расспросами! Такое ощущение, что для него это – как смысл жизни.
– Можно подумать, ты всё это время стоял и разглядывал моё лицо, – усмехнулся я, сложив руки на груди и скрестив ноги между собой. Мои глаза устремились в пол.
– Представь себе, – брат оставил в покое свою гитару и снова принялся мучить электронное пианино. – Сыграешь ещё раз?
– Нет, – решительно произнес я. – Как-нибудь в другой раз.
– Понятно... – протянул Том, уже усаживаясь за фортепиано. – Эта песня не для моих ушей.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я, приближаясь к своему близнецу.
– То самое, – просто ответил он и открыл крышку музыкального инструмента.
Я обошёл Тома с другой стороны и, убирая его руки от пианино, вернул его крышку в прежнее положение.
– Что значит «то самое»? Ты можешь говорить нормально? – начиная закипать, я требовательно посмотрел на брата.
– Это значит, что ты планируешь петь эту песню только для своей этой Виктории, – он широко улыбнулся и поднялся на ноги. Потягиваясь и зевая, Том подошёл ко мне ближе и слегка похлопал меня по спине. – Девчонкам нравятся подобные подкаты.
Я закатил глаза и покачал головой. Почему этот человек – мой брат-близнец? Ещё и старший. Чёрт бы побрал его безудержный интерес, излишнюю болтливость и абсолютное неумение вести себя в обществе.
– Я обязательно приму это к сведению, – недовольно проворчал я, хватая с пола свою сумку. Набросив широкую лямку на плечо, я направился к выходу из студии.
– Ну и куда ты пошёл? – Том нахмурился и вскинул руки, указывая большими пальцами обеих рук на музыкальные инструменты позади себя. – Я думал, мы немного порепетируем... Хотя знаешь, забудь. Мама готовит шикарную индейку, а я давно не ел.
Ожидая, пока откроются двери гаража, я почувствовал, как в животе требовательно заурчало.
– Тут ты прав, – согласившись с братом, я вышел из студии и направился в сторону главного входа в наш дом. – Я тоже голоден.
Поравнявшись со мной, Том приобнял меня за плечи и, слегка повиснув на мне, потащил в дом.
Avril Lavigne – 17
Когда вся наша семья уселась за стол, чтобы поужинать, Том первый набросился на приготовленные мамой блюда. Гордон улыбнулся, глядя на то, с каким аппетитом мой брат поглощает пищу, а мама внимательно смотрела на меня. Поймав на себе её взгляд, я натянуто улыбнулся.
– Всё в порядке, сынок? – наконец, прекратив что-то выискивать в моем лице, спросила мама.
– Да, – пожимая плечами, я сделал глоток апельсинового сока. – А что может быть не так?
– Я просто спросила, – пробормотала она, подкладывая Тому овощной салат. – Мне кажется, ты выглядишь расстроенным.
– Разве? – я приподнял правую бровь и состроил непринуждённое выражение лица. Неужели по мне так заметно, что я чувствую себя более, чем паршиво?
– Просто Билл до сих пор под впечатлением от вчерашнего вечера, – вытирая руки салфеткой, а затем протягивая их к графину с соком, сказал Том.
Я резко повернулся к брату, окинув его крайне возмущённым взглядом. Вот придурок!
– О чем ты, милый? – поинтересовалась мама, обращаясь к своему старшему сыну.
– А, пустяки, – запихивая в рот кусочек мяса, пробубнил Том. – Просто Билл вчера впервые побывал в гей-клубе.
Мама закашлялась, подавившись напитком, который только что пригубила. Гордон заботливо погладил её по спине, в удивлении раскрыв глаза и глядя на меня.
От только что услышанного я широко открыл рот и медленно повернул голову к Тому, который вёл себя так, будто сказал что-то абсолютно будничное и спокойно продолжал есть.
– Что ты несёшь? – сквозь зубы процедил я, толкая брата в плечо.
– Успокойся, Билл, – ласково проговорила мама и взяла Гордона за руку. – Мы можем обсудить это все вместе. Когда ты понял, что тебе нравятся... парни?
– О боже, мам! – я резко встал из-за стола, со злостью бросив на стол салфетку. – Какие парни? Я не гей!
– Билл, не нужно этого стыдиться, – ровным тоном начал Гордон. – Мы любим тебя и примем абсолютно любым. Из-за твоего выбора сексуальной ориентации ты не перестаёшь быть нашим сыном.
Какого хрена?! Ну, Том! Совсем уже не контролирует свой длинный язык! Вздумал шутить со мной? Зря он это сделал. Сегодня я совсем не в настроении выслушивать тупые детсадовские шутки!
– Гордон, я нормальный, – чуть спокойнее принялся объяснять я. – Мне нравятся девушки. А в гей-клубе я оказался случайно и не находился там больше трёх минут.
– Ага, заливай, – самодовольно усмехнувшись, бросил близнец.
– Том! Прекрати смеяться над братом! – строго заявила мама, лишь на секунду отводя от меня свой взгляд. – Сынок, присядь, и мы поговорим...
– Не о чем говорить, мам! – прокричал я и повернулся к Тому. – Я.Не.Гей. Зато твой старший сын – полнейший кретин!
– Ты это обо мне? – отвлекаясь от еды, Том поднял на меня голову и сузил глаза.
– А ты видишь здесь ещё одного такого же пустоголового идиота? – с вызовом прошипел я.
– Полегче, сопляк, – Том встал со стула, небрежно отодвигая его в сторону, и приблизился ко мне.
– А то что, «здоровяк»? – с усмешкой произнёс я и горделиво вздёрнул подбородок.
– Ты щас у меня отхватишь! – прокричал брат, замахиваясь на меня.
– Немедленно прекратите!
Услышав голос мамы, мы моментально повернулись к ней и тут же сели на свои места. Когда мама говорила с нами таким тоном, как сейчас, мы оба приходили в себя и сидели смирно, боясь даже просто заглянуть матери в глаза.
– Я не знаю, что у вас за шуточки, но мне это совсем не нравится. Ты, – мама указала пальцем на Тома. – не вздумай шутить с братом подобным образом и замахиваться на него. А ты, – переключаясь на меня, продолжила она. – не оскорбляй старшего и не воспринимай его слова всерьёз, если это всего лишь шутки. Это не повод для ссор.
– Брось, мама, – осмелившись заговорить первым из нас, Том улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, что имелись в его арсенале. – Мы и не думали ссориться. Да, братишка?
Я кое-как подавил в себе желание вырвать стул из-под пятой точки своего дорогого братца, чтобы тот повалился на пол, и с совершенно неискренней улыбкой на лице произнёс:
– Конечно. Мы просто дурачились.
Гордон, всё это время наблюдавший за нами, покачал головой и вернулся к ужину. Выражение лица нашей мамы становилось менее устрашающим, и я стал расслабляться.
Отпив немного из своего стакана, я вздохнул. Выходка Тома, конечно, позволила мне ненадолго отвлечься от мыслей о Виктории, а в частности сегодняшнем дне, но сейчас я снова стал думать об этом и анализировать своё поведение.
Всё-таки оно казалось мне неправильным. Даже если бы Виктория была замешана в дешёвом спектакле, который устроила её подруга Рейчел, мне не стоило сегодня уподобляться её компании и повышать на девушку голос. Я обязательно должен перед ней извиниться.
Встав из-за стола и, с каждой секундой прибавляя всё больше уверенности в себе, я поблагодарил маму за ужин и направился в комнату.
– Эй, я с тобой! – прокричал Том, поспешно вскакивая со своего места. – Спасибо, мам!
Я остановился около лестницы, ожидая брата. Том подошёл ко мне и, картинно поведя рукой, позволил мне пройти первому. Когда мы вошли в нашу комнату, я бросился к шкафу с одеждой.
– Ты чего это, обиделся? – спросил брат, наблюдая за моими действиями.
– Нет, – я покачал головой, переодевая футболку. – На дурачков не обижаются.
– Отлично, я безумно счастлив! – пробубнил брат, притворно улыбнувшись, а затем спросил: – А куда ты собрался?
Я торопливо расчесал волосы и, закинув в рот подушечку мятной жвачки, надел на себя куртку.
– Мне нужно к Виктории, – ответил я и, проверив свои карманы на наличие мобильного телефона и ключей, дёрнул ручку двери нашей комнаты.
– Ммм, все сразу стало понятно. Спасибо!
Я тихонько рассмеялся, уловив последние слова брата, становившиеся всё тише. Спускаясь вниз по лестнице, я самодовольно улыбался: Том будет мучиться в догадках весь оставшийся вечер.
– Билл, ты уходишь? – убирая со стола, поинтересовалась мама.
– Да, – ответил я, завязывая шнурки своих кед потуже. – Не беспокойся, я не в гей-клуб.
Мама закрыла лицо руками и рассмеялась.
– Не задерживайся, – предупредила она и, покачав головой, вернулась к своим домашним делам.
Переходя через дорогу и приближаясь к дому Виктории, я заметно разнервничался. На часах было почти девять, и я думал, не поздно ли заявлюсь к девушке домой?
Я был более, чем уверен, что Виктория не захочет меня видеть. Всё-таки я нагрубил ей, совершив побег с урока сольфеджио как полнейший придурок с неустойчивой психикой. Мне безумно хотелось всё исправить и, подойдя к дому своей знакомой, я набрал в грудь побольше воздуха.
Я запустил руки в волосы, невольно взъерошивая их, и уже несколько минут ходил из стороны в сторону около гаража семьи МакИвен.
– Ну же, соберись, тряпка! Тебе нужно просто извиниться, здесь нет ничего сложного, – говорил я, обращаясь к самому себе.
Как только я пытался подойти к входной двери дома Виктории, ноги будто сами пятились назад. Тихо выругавшись, я махнул рукой и отошёл на «безопасное» расстояние. Сколько я уже стоял здесь и боролся с самим собой, знать мне не хотелось.
– Эй, ты что, в сторожи подался? Платить не буду!
Я задрал голову вверх и увидел на втором этаже Викторию, которая высовывалась из окна и широко улыбалась. Не сдержав и своей улыбки, я подошёл поближе.
– Привет! – прокричал я, озираясь по сторонам, а потом устремил свой взгляд на девушку. – Я подумал, что... нам стоило бы поговорить.
Виктория на секунду покинула окно, а затем снова вернулась.
– Может, зайдёшь?
Я пожал плечами, а затем снова расплылся в счастливой улыбке. Виктория оказалась умнее меня и не стала злиться на мое сегодняшнее поведение. Я активно закивал головой и бросился к входной двери.
Виктория замахала руками.
– Стой! – она вытянула шею, чтобы посмотреть, нет ли рядом со мной ещё кого-то. Убедившись, что я совсем один, девушка продолжила почти шёпотом. – Ты сможешь забраться в окно?
Я чуть приоткрыл рот, ошарашенный услышанным. В окно? Я никогда не лазал к девушкам через окно и не уверен, что смогу это сделать. Но разве я мог отказать Виктории, которая, нетерпеливо оглядываясь, ждала моего ответа?
– Ты уверена в этом? – как можно тише проговорил я, ища глазами способ пробраться к девушке в комнату.
– Абсолютно! – воскликнула Вики и указала пальцем на гараж, у которого стояла небольшая стремянка, около которой были сложены различные инструменты. Видимо, отец Виктории здесь недавно что-то ремонтировал. – Сначала заберись на крышу гаража, дальше не очень сложно!
Не очень сложно? Должно быть, она шутит.
– Хорошо, – сказал я скорее себе, чем Виктории.
Взяв себя в руки, я настроился на свою главную, на данный момент, миссию. Быстро потерев ладони, я подошёл к гаражу. Что делать дальше?
Будет ужасно, если я облажаюсь и не смогу преодолеть всё это. Собираясь с силами, я прошагал все ступеньки маленькой лестницы, подпрыгнул и попытался ухватиться за выпирающую к краю крышу. Мои руки соскользнули, и я поднял голову, чтобы посмотреть на Викторию. Она нервно кусала губу, наблюдая за каждым моим действием. Незаметно для девушки, я провел рукой по слегка вспотевшему лбу и резко выдохнул.
Сняв с себя куртку, которая стесняла мои движения, и оставшись в футболке, я бросил верхнюю одежду на крышу. Снова подпрыгнув, я схватился за её края и, прилагая огромное количество усилий, подтянулся вверх.
Оказавшись на крыше гаража, я удивленно огляделся. Я смог! Поскользнувшись, и чуть не свалившись вниз, я сумел сохранить равновесие, но, признаться, крепко испугался. Крыша была скользкой от воды, которая образовалась вследствие недавних дождей.
– Осторожно! – выкрикнула Виктория из своего окна. Я показал ей большой палец, радуясь тому, что теперь имел возможность видеть её чуть ближе. Теперь мне необходимо было проделать почти то же самое, что и минуту назад, но расстояние от крыши гаража до окна комнаты Виктории было немного больше.
Неуверенно ступая по бугристой поверхности крыши, я приблизился к окну и снова посмотрел на Викторию. Она хмурилась, теперь уже кусая ногти. Я улыбнулся и, неожиданно став в тысячу раз решительнее, принялся взбираться выше.
Пытаясь не соскользнуть, я крепче сжал пальцами гладкую поверхность и проделал тоже самое со второй рукой. Когда наши с Викторией лица оказались на одном уровне, она широко улыбнулась.
Как только моя рука коснулась оконного подоконника, Виктория накрыла мою руку своей ладонью и придержала створку окна другой рукой.
– Пароль?! – шутливо щурясь, проговорила она.
– Что? – подумав, что ослышался, я резко выдохнул и заглянул девушке в лицо.
– Назовите пароль, – отпустив оконную ставню и скрестив руки на груди, повторила Виктория.
Я начал растерянно озираться по сторонам в поисках подсказки. Ещё раз взглянув на девушку, я ляпнул первое, что пришло в мою голову:
– Веснушка.
– Ну отлично, – чуть нахмурившись, девушка сделала шаг назад, наконец, впуская меня в свою комнату.
Тяжело дыша, я слабо рассмеялся и покачал головой. Не верится, что я смог забраться. Ну... почти.
Помогая мне окончательно попасть в свою комнату, Виктория хлопнула в ладоши и подпрыгнула.
– Невероятно! Ты забрался! – улыбка девушки на мгновение сползла с её лица. – Я безумно волновалась! Ты в порядке?
– Да, – заверил её я и, отряхивая свою одежду, прошёл вглубь комнаты. – Ты всех впускаешь к себе только после того, как они назовут пароль?
– Нет, – сказала Вики, закрывая окно и поправляя лёгкие сиреневые шторы. – На самом деле, ты первый, кто забирался ко мне через окно.
– Серьёзно? – искренне удивившись тому, что сказала Виктория, я свёл брови к переносице.
– Да. Обычно друзья ходят ко мне как и принято – через дверь, – она усмехнулась и села на свою большую кровать. – А почему ты выбрал для пароля именно это слово?
– Не знаю, – я неопределённо пожал плечами. – Просто это первое, что пришло мне в голову.
– Ненавижу веснушки, – пробормотала девушка, мотая головой из стороны в сторону. – Но пароль засчитан. Надо будет его запомнить.
– Брось! У тебя очень красивые веснушки! – поспешил возразить я, но, после того, как я сказал то, что уже успел сказать, мысленно отчитал себя за это. Вроде бы это был ненавязчивый комплимент, но почему тогда мне стало столь неловко?
– Спасибо, – довольно улыбнулась Виктория и похлопала ладонью по поверхности кровати рядом с собой. – Садись, чего стоишь.
Присаживаясь рядом с девушкой, я решил не медлить и заговорил:
– Виктория, я хотел извиниться за то, что произошло в музыкальной школе. Я ни в коем случае не хотел нагрубить тебе. Прости, я просто был немного расстроен...
– А что стряслось? – с интересом спросила она, внимательно рассматривая моё лицо.
– Да так, ерунда, просто... – я замялся, не зная, как продолжить. Не мог же я рассказать ей о глупом розыгрыше Рейчел Дэвис. – Просто твои друзья немного вывели меня из себя, и я непроизвольно выместил свою злобу на тебе. Мне так жаль...
Виктория в удивлении покачала головой и пододвинулась ко мне поближе.
– Что они от тебя хотели?
– Я же говорю, пустяки, просто я был не в настроении, вот и всё, – как можно более непринуждённо ответил я. Теперь я на все сто процентов был уверен в том, что Виктория ни коим образом не причастна к происшествию в день Хэллоуина.
– Хочешь, я с ними поговорю? Совсем уже с ума сошли! Я скажу им, чтобы больше вообще не приближались к тебе! – со злостью выпалила Вики, прикрепляя к своим словам подходящие по смыслу жесты.
– Нет, не стоит. Всё в порядке, – я улыбнулся, пытаясь всем своим видом показать, что я правда в порядке. Ведь в данную минуту я чувствовал себя наилучшим образом. Почему? Всё просто.
Виктория была рядом.
– Прости, я не знала, что они снова к тебе пристают, – виновато опустив голову, призналась девушка.
– Не будем об этом, – отмахнулся я, тряхнув волосами. – Лучше расскажи как прошёл сегодняшний урок сольфеджио.
– Ты действительно хочешь знать? – хихикая, поморщилась Виктория.
– Честно? – поинтересовался я и после пары мгновений молчания, задумчиво сказал. – Нет, не думаю...
– Тогда лучше ты расскажи как провёл время в те драгоценные минуты свободы? – Вики забралась на кровать вместе с ногами и слегка подтолкнула меня плечом.
– О-о-о, это долгая история, – поджав губы, протянул я. – Значит так...
====== «Marlboro» красный ======
POV Виктория
Skilet – Comatose
Сегодня я, наконец, смогла вдоволь выспаться. В последнее воскресенье каникул единственное, чего я хотела – это отдохнуть дома, собраться с мыслями и проверить, чтобы все было готово к школе.
Как обычно оставив все важные дела на вечер, я полдня общалась с Биллом посредством смс. Благо, мы мирно разрешили напряжённую ситуацию и даже ни разу не упомянули в разговоре те сообщения, которые я наотправляла ему, будучи пьяной. Втянувшись в интересный диалог с другом, я напрочь забыла о том, что мои конспекты, которые нужны завтра на химии, были у Эр-Джея.
Парень не блистал знаниями в этой области, да и вообще перебивался с двойки на тройку, поэтому часто просил у меня помощи. Конечно же, я не отказывала ему и в последний учебный день перед каникулами отдала свои тетради приятелю, чтобы за каникулы он смог хоть что-то из них почерпнуть. Я не уверена, что Эр-Джей открывал их хоть раз, но для меня главное то, что я выполнила свой долг – помогла другу.
Взглянув на небольшие часы-будильник в форме сердца, стоящие на прикроватной тумбочке, я удивлённо раскрыла глаза. Уже восемь часов! Я поторопилась встать с кровати, на которой почти с самого утра лежала с телефоном в руках, и стала собираться к Эр-Джею для того, чтобы забрать свои тетради.
Парой движений причесав волосы, я наспех натянула синие джинсы и светлую футболку, а затем, прихватив по пути небольшой кожаный рюкзак, спустилась вниз. Надевая чёрную кожаную куртку и засунув ноги в невысокие ботинки, я заглянула в гостиную.
– Пап, я ухожу ненадолго, мне нужно кое-что забрать у одноклассника для завтрашнего дня! – выкрикнула я, надеясь, что отец услышал меня сквозь болтовню ведущего вечерних новостей по телевизору.
Папа вышел ко мне и, оглядев с головы до ног, произнёс:
– Сегодня холодно, может, наденешь шапку?
Я покачала головой, накидывая на одно плечо лямку от рюкзака и убирая свой мобильник в карман куртки.
– Не волнуйся, не замёрзну, – я встала на цыпочки, чтобы поцеловать отца в щёку. – Я скоро вернусь.
– Не задерживайся, – папа улыбнулся и махнул мне рукой.
Я расплылась в довольной улыбке и, толкнув входную дверь, вышла из дома.
Кутаясь в куртку, я пожалела, что не послушала папу. На улице и правда заметно похолодало. Ускорив шаг, я стремилась как можно скорее оказаться у Эр-Джея. В мои планы входило следующее: недолго погреться у друга и сразу же вернуться домой.
Подойдя к входной двери большого дома, я уверенно нажала на небольшую золотистую кнопку в уголке двери – звонок – и нетерпеливо затопала ногой. Наконец, дверь открылась, и передо мной возник Эр-Джей.
– Вики? – в удивлении произнес он. Парень оглянулся, а затем вышел ко мне. – Ты поздновато? Что-то случилось?
– Привет, – я дружелюбно улыбнулась, поправляя лямку рюкзачка на своём плече. – Извини, просто я хотела забрать у тебя свои конспекты по химии. Сегодня я весь день провалялась дома бездельничая, и только под вечер вспомнила об этом.
– Хорошо, – нахмурился Эр-Джей, снова оглядываясь назад. – Я сейчас принесу. Подожди здесь.
Он поспешил за тетрадками, а я так и осталась стоять в дверях в полнейшем непонимании. Обычно друг тащил меня к себе, норовил угостить чем-нибудь, а если его родители были дома, то я могла немного поболтать и с ними. Но сегодня Эр-Джей оставил меня на пороге своего дома, не пригласив внутрь, к тому же его выражение лица мне очень не понравилось.
Сделав пару шагов, я оказалась в огромном холле. До моего носа донёсся запах алкоголя, сигарет и чего-то ещё, так сильно смахивающего на дым. Он что, курил здесь марихуану?
Я направилась в гостиную, откуда слышался громкий смех каких-то девушек. Я застыла посреди комнаты подобно статуе, увидев в комнате Стива, величественно восседающего на середине большого дивана в компании двух девчонок и кучи всякого дерьма, а именно: моря пива, сигарет и нескольких пакетиков травы. Я отшатнулась. Мой рот невольно открылся и, казалось бы, он опустился до самого пола. Сказать, что я была удивлена – значит ничего не сказать.
Я не могла даже пошевелиться от шокового состояния, в котором пребывала, а Стив меня даже не заметил, разделяя своё внимание между двумя очень «легко» одетыми девочками.
– Вики, только не кипятись, ладно?
Я обернулась и увидела Эр-Джея, который мгновенно обошёл меня и встал напротив, пытаясь закрыть собой только что увиденную мной кошмарную картину.
Я молча вырвала свои тетради из рук парня и, больше не глядя на Стива, поспешила покинуть это место. Чувствуя, как на глаза наворачиваются предательские слезы, я начала дёргать ручку входной двери, но та не желала мне поддаваться. Наконец, расправившись с упрямой дверью, я оказалась на улице, и холодный вечерний ветер уже не казался мне таким мерзким, как несколько минут назад.
– Постой! Вики, остановись! – прокричал Эр-Джей, выбегая из дома и нагоняя меня. – Я всё тебе объясню! Стив тут не причём, это я позвал этих девчонок. Он...пойми, он переживает из-за того, что у вас сейчас не всё гладко...
– Я видела достаточно, – спокойно проговорила я, мечтая, чтобы слезы не полились из глаз прямо сейчас.
– Вик...
– Не надо, Эр-Джей, – обрывая парня на полуслове, я покачала головой и попятилась назад. – Я не хочу ничего знать.
Развернувшись, я бросилась прочь. Навязчивый ветер ударял в лицо, но я практически не обращала на него внимания. Не ощущая холода, я просто шла куда подальше, утирая выступившие слезы.
Почему всё это происходит со мной? Сегодняшний день был таким спокойным, я чувствовала себя счастливой, даже и не думала о проблемах со Стивом, но он поспешил напомнить мне о том, что таковые у нас имеются. Как он позволяет себе вести себя подобным образом, когда в наших отношениях творится чёрт знает что?
Я злилась. Злилась на Эр-Джея, Стива, на саму себя, в конце концов. Мне до жути не хотелось возвращаться домой. Мне не хотелось прийти в свою комнату, упасть ничком на кровать и рыдать. Ни за что! Но куда мне идти? Имея много друзей, я не знаю никого, кто бы мог меня сейчас утешить, и кому бы я могла полностью довериться.
Кроме одного.
Достав мобильный телефон из кармана кожаной куртки, я быстро набрала номер Билла, который уже запомнила наизусть, и, ожидая ответа всего полсекунды, услышала в трубке его голос.
– Билл, ты сейчас очень занят? – хлюпая носом, спросила я. Слёзы катились по моим щекам нескончаемым потоком, и я пыталась говорить как можно более понятно. – Прости, что звоню так поздно.
– Виктория, что случилось? Ты что, плачешь? – обеспокоенно затараторил парень.
– Мы можем сейчас встретиться? – игнорируя вопросы Билла, поинтересовалась я.
– Да, конечно! Где? – сразу согласился он, и на секунду мне показалось, что моя боль начинала понемногу стихать.
– Давай на набережной? – предложила я, снова хлюпнув носом и тем самым раскрывая себя.
– Понял, выхожу! – быстро сказал Билл и тут же повесил трубку.
Убирая телефон в карман, я повернула в сторону набережной. Сейчас Билл был мне до невозможности необходим! Кроме него я действительно не знала к кому пойти... Даже с Рейчел мне сейчас совсем не хотелось разговаривать. Знаю же, что она станет защищать Стива в любой ситуации.
Да даже если бы у меня был выбор, я всё равно выбрала бы его.
Когда я проходила мимо небольшого супермаркета, в мою голову пришла дурацкая мысль. Зайдя внутрь, я направилась к кассе и, пытаясь перестать плакать, обратилась к продавцу:
