Текст книги "Мы видели звезды лишь на старых фотографиях (СИ)"
Автор книги: AliyaZ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 43 страниц)
Стратегии поведения и подходящие для ситуации реплики хаотично проносились в моём сознании, не желая найти себе место, и я просто ляпнул то, что когда-то давно вычитал в учебнике по самообороне, который подсунул мне брат.
– Чем могу помочь? – как можно более спокойно и приветливо обратился к парням я.
– Сигаретки не найдётся? – пробасил уродливый верзила с вьющейся чёлкой, ниспадающей на узкий лоб.
– Не курю, – просто ответил я. – И вам не советую. Для здоровья вредно.
– А знаешь, что ещё вредно для здоровья, Каулитц? – с угрозой в голосе спросил Арчи, делая шаг в мою сторону. Я был несказанно удивлен тому, что парень знает мою фамилию. Не дожидаясь моего ответа, рыжий продолжил: – Очень вредно бегать за чужими девчонками, урод. Это всегда плохо кончается, – бросил он и, сплюнув на землю, встал уже непозволительно близко ко мне. Я смотрел в его блёкло-серые глаза, стараясь не выдавать своего страха, но грудная клетка предательски вздымалась, заставляя дыхание меняться на сдавленный хрип. – Прощайся с патлами, мудила, – процедил рыжий сквозь зубы и в следующий же момент схватил меня за волосы и с силой отшвырнул от себя, заставляя удариться головой о кирпичную стену близлежащего здания.
Мой затылок, пронизываемой тупой болью, загорелся огнём. Рот тут же наполнился кровью, а зубы предательски задребезжали, но я попытался встать, дабы не быть избитым в лежачем положении.
Компания дружно загоготала, и я с ужасом заметил, как они, переступая с ноги на ногу, начинают разминать свои кулаки.
Хоть мы с братом и часто переживали нападки от сверстников ещё в Германии, драться лично мне никогда не приходилось. Для меня всё обычно заканчивалось тем, что я слышал от Тома тихое «беги» и послушно исполнял им сказанное, после чего брат возвращался домой весь в синяках и ссадинах, но всё же возвращался. Сейчас я думал только о том, что если сегодня я останусь в живых, то просто обязан буду сказать ему спасибо за всё, что он делал для меня. Почему-то раньше я воспринимал всё это как данное, даже злился на Тома, но в этот момент, когда нежданно-негаданно пришёл мой «звёздный час», я осознал, как же сильно всё-таки ошибался насчёт своего близнеца.
– Чё застыл, как блаженный? – крепкий коренастый парень с завязанными в хвост волосами грубо взял меня за грудки, тяжело дыша прямо мне в лицо.
И тут меня как молнией ударило.
Все люди, что когда-либо делали мне больно, унижали меня, втаптывали в грязь и всячески оскорбляли, словно превратились в один собирательный образ, буравящий меня сейчас своими отвратительными тёмными глазами-жучками.
Собрав свою ненависть и волю в кулак, я одарил черноглазого презрительным взглядом и просто плюнул в его мерзкую рожу. Мне было неважно, что сейчас меня покалечат или даже убьют. Я лишь хотел видеть выражение лица этого недочеловека, чёртовой шестёрки, которую используют как рабочую силу для того, чтобы с лёгкой руки разрушить чью-то жизнь.
Его брови, глаза, нос, губы – всё было залито красной тягучей жидкостью, и я рассмеялся подобно сумасшедшему, считая секунды до того, как из меня сделают «суповой набор», безжизненный мешок.
Я плохо помню то, что происходило дальше. Они кричали, рассыпая ругательства в разные стороны, били меня ногами, руками; в лицо, в живот и по коленям. Но мне словно и не было больно, по крайней мере физически. Единственное, что я чувствовал – это как внутри меня что-то рушится, разбивается, словно зыбкий, уже надломленный хрусталь, и это ощущение было последним, что могло удержать меня в сознании и более-менее здравом рассудке.
И я терпел. Я не издал и звука даже тогда, когда от моего лица, кажется, не осталось и живого места, а всё тело уже давным-давно украшали сотни синяков. Могу точно сказать, что увидел испуг на их лицах, когда я снова засмеялся, поняв, что они закончили, и я больше не получу увечий.
– Привет тебе от Стива Харриса, ублюдок, – бросил Арчи, бегая взглядом по мне, неподвижно лежащему на холодной ночной земле. Я не знаю, как долго они избивали меня, но тьма на улице уже была практически непроглядной, и леденящий ноздри воздух уже совсем не напоминал весенний.
– Чтоб ты сдох, – теряя последние силы, прохрипел я и широко улыбнулся рыжему своими окровавленными зубами.
– Сматываемся, парни, – на секунду дрогнувшим голосом проговорил Арчи.
Я не видел, как они ушли. И не помнил, сколько времени прошло до того момента, как я, держась только на желании остаться в живых, поднялся и отправился домой, еле стоя на ногах.
Фонари давно погасли, да я и не увидел бы их света при всём желании – мои глаза заплыли и налились кровью, поэтому я двигался по памяти, выставив перед собой ослабшие руки, боясь наткнуться на что-нибудь и снова упасть уже замертво. В стрессе путь показался мне невероятно коротким, и вот, с трудом отделяя отёкшие веки друг от друга, я рассмотрел знакомые следы от шин на газоне, которые всегда оставлял Гордон, неуклюже заезжая во двор на своём пикапе.
Приближаясь к входной двери, я молился лишь об одном: чтобы Том был где угодно, только не дома. Ведь я просто физически не смогу ответить на все его вопросы о том, что произошло, а это обязательно породит в брате агрессию, а за ней и череду необдуманных поступков.
Толкнув закрытую дверь уже третий раз, я понял, что сумка с ключами осталась там, в тёмном проулке, через который я, на свою беду, решил сократить путь. В отчаянии громко ударив по деревянной поверхности, я почувствовал дрожь в ногах, которые, похоже, больше не собирались меня держать. Окончательно потеряв силы, я закрыл глаза и опёрся руками о косяк двери, сложив на них свою тяжелую голову.
– Билл? – я услышал тихий шёпот рядом с собой.
Билл? Кто он? Не думаю, что это я. Билла больше нет. Есть только это бренное подобие тела, изуродованное и искалеченное теми, кто не понесёт за это никакого наказания. Я больше не хотел быть тем, кем являлся все семнадцать лет своей жизни. И если реинкарнация на самом деле существует, то сейчас я хочу умереть, а в следующей жизни больше никогда не становиться человеком.
– Билл, что с тобой? БИЛЛ! – братские руки схватили меня за плечи и начали трясти в неистовом желании понять, почему же я пришёл домой в таком виде.
– Я... я... – каждый звук, произнесённый мной, отдавался болью во всём теле, и я просто повис на Томе, не желая больше делать каких-либо попыток к коммуникации.
– Пойдем, пойдем, – успокаивающим тоном произнес мой брат, закидывая мою руку на своё плечо. – Вот так, хорошо, – пробормотал он, заводя меня внутрь и помогая подняться по лестнице.
Том. Секунду назад я мечтал умереть так, чтобы он не видел моих мучений, но сейчас я снова подумал о том, что недооцениваю его так сильно, что меня нужно закрыть за решёткой в обвинении за бессердечность.
– С-с-спасибо. Спасибо, Том, – кое-как выдавил я, сжимая ладонь близнеца в своей. Он должен знать, что я благодарен ему. Ради него я выкарабкаюсь.
– Да заткнись ты хотя бы сейчас, горе ты луковое! – бросил он мне, и в его голосе я отчетливо услышал нотки отчаяния. – Ложись скорей! – медленно опустив меня на кровать, брат осторожно стащил с меня ботинки и футболку, отбросив их в сторону и сразу же садясь рядом. – Пиздец, – ровным тоном констатировал Том, оглядывая меня с ног до головы. – Полный пиздец.
– Прости меня... – переставая соображать, прошептал я. Мой взор застилала светло-серая пелена, и я почувствовал, как глаза медленно, но верно закатываются.
– Кто? – резко произнёс Том, возвращая меня в сознание. Я лишь открыл рот, но сразу же понял, что не могу издать и звука, – мои связки отказывались работать. – КТО? – громко повторил брат, заставляя меня ощутить головную боль и поморщиться.
– Нет... Обещай... обещай, что не будешь влезать в это... – я умоляюще смотрел на Тома, что навис надо мной в ожидании ответа.
Брат вскочил на ноги, схватившись за голову. Он что-то говорил. Громко, бранно, бесконечно долго, клял весь мир, всю Вселенную...
Я сдался. Все семь защитных механизмов моего организма дали сбой, и я уже не по своей воле начал отключаться, плавно теряя нить происходящего. В моих глазах всё ещё стояли лица этих ублюдков. Но, кроме них, там почему-то появилась ещё Виктория, и...
– Стив Харрис... – почти не шевеля губами, выдохнул я.
И весь свет погас.
POV Том
T.I. ft. Eminem – That’s All She Wrote
Coolio – Gangsta’s paradise
Наблюдая, как глаза брата медленно закрываются, и он теряет сознание, я задрожал, чувствуя, как сильно колотится в груди моё сердце. Глядя на окровавленное лицо Билла и морщась от боли за близнеца, я резко встал на ноги.
– Гордон! – закричал я, впадая в полнейшую панику и мечась по комнате. – Гордон!
Снизу послышались шаги, становившиеся всё громче, а потом в дверях показался отчим.
– Том, чего ты так орёшь? – спросил он, а затем заметил лежащего на кровати без сознания Билла. – Господи, что случилось? – он мгновенно бросился к моему брату, меняясь в лице. – Как это...
Дальнейших слов Гордона я уже не слышал. Я за секунду миновал все ступени лестницы и, схватив с крючка в прихожей свою толстовку, выбежал из дома.
Боже, как я мог такое допустить?! Почему не знал, что у моего близнеца неприятности? Я же старший брат, чёрт возьми! Это моя вина! Это всё – только моя вина!
Я думаю только о себе. Билл не раз говорил мне об этом, когда мы ссорились, но я не воспринимал эти слова всерьёз, как и он мои, ведь всё, что мы говорили друг другу в такой момент, было сказано сгоряча, только для того, чтобы задеть друг друга, но, однако, Билл был прав. Если бы я больше думал и заботился о своём близнеце, о частичке себя, который был слабым, ранимым и уязвимым, слишком добрым и искренним, то, возможно, этого бы не случилось. Я должен был знать, что у Билла проблемы и никогда не допустить, чтобы произошло что-то подобное!
Переходя с бега на быстрый шаг, я повернул в сторону автобусной остановки. В данную секунду я мечтал обрести способность телепортироваться, даже если за это мне пришлось бы дорого заплатить. Мне казалось, что каждая минута на счету, и вот-вот истечёт время, в течение которого я могу помочь своему брату. Но чем я сейчас могу ему помочь, кроме того, чтобы быть с ним и заботиться о нём? Вряд ли есть ещё какие-то варианты, но в этот момент мои эмоции были намного выше здравого смысла, который, кажется, с каждой минутой покидает меня насовсем. Единственное, что было в моей голове – это месть. Месть за моего родного брата, за моего близнеца, который не мог и мухи обидеть, но его избили так, словно он сделал что-то очень серьёзное. Это несправедливо. Это, мать их, несправедливо! Билл не заслужил ничего подобного!
Мои руки сжимались в кулаки. Глаза словно застилал непроглядный туман, и сколько бы я не моргал, у меня не получалось придать своему взгляду трезвую ясность. Моё тело тряслось от злости и нетерпения наказать ублюдков, которые посмели причинить Биллу боль. Я никогда больше не позволю обидеть моего брата, даже если мне самому придётся пострадать.
Предчувствие, которое мучило меня последние несколько дней, оказалось верным. Даже не верится, что существует что-то подобное... Но, как оказалось, очень даже существует. Как и близнецовая связь.
Сейчас мне было так больно, как, кажется, не было никогда. А что, если Биллу больнее? От одной только мысли мне будто становилось трудно дышать...
Сначала я подумал о том, что нужно пойти к Георгу, с которым у меня сейчас были самые доверительные отношения из всех своих друзей и знакомых, но я вовремя одумался. Он ничем не сможет мне помочь, а вот ребята из моей школьной тусовки, которые очень меня уважают и являются полнейшими отморозками, точно подходят.
Запрыгнув в автобус, я прошёл в самый конец салона и сел на сидение возле окна. Накинув на голову капюшон, я откинулся на сидении и закрыл глаза.
Всё это случилось из-за Виктории... Совершенно точно из-за неё. Я ведь так и знал, что она принесёт моего брату неприятности! А о чём он только думал, приводя домой девчонку, которая принадлежит вовсе не ему, а какому-то моральному уроду, позволяющему себе такую низость, как нападение со своими кончеными дружками толпой на одного?! Впору говорить, что Билл виноват сам, но как только я вспомнил, как он вошёл в дом, с каким трудом говорил, как закрыл глаза...
Резко вскочив со своего сидения, я схватился за поручень и с силой сжал его, опуская голову вниз и жмурясь, что есть мочи. Гнев поглощал меня полностью, и я хотел разнести весь автобус: врезать водителю по морде, чтобы ехал быстрее, немногочисленным пассажирам, которые были заняты каждый своим делом, а потом выйти на улицу и просто вдохнуть свежего воздуха. Мои лёгкие отчаянно нуждались в кислороде, которого мне сейчас катастрофически не хватало...
– Молодой человек, с вами всё в порядке?
Я поднял голову и увидел перед собой невысокую старушку, которая обеспокоенно меня оглядывала. Я прекратил сжимать поручень как умалишённый и скинул с головы капюшон. Ничего не ответив пожилой женщине, я прошёл в сторону центральной двери и принялся считать секунды до следующей, нужной мне остановки.
Когда ночной ветер ударил мне в лицо, я с жадностью втянул в себя воздух. Оглядевшись по сторонам, я двинулся вглубь тёмной улицы, туда, где абсолютно точно мог найти своих приятелей.
Спустя несколько минут я, наконец, оказался около здания-долгостроя, исписанного различными граффити, нелицеприятными выражениями и прочим. Направляясь в ту сторону, откуда слышались громкие мужские голоса, я перешёл на бег.
Увидев меня, парни резко встали и все, как один, нахмурились. Я перестал бежать и, остановившись напротив своих приятелей, шумно выдохнул, уперев руки в свои колени.
– Том, чува-а-ак! – Сэм – высокий чернокожий парень с короткими африканскими косичками отставил в сторону биту, которую сжимал в своих руках, протянул мне свою широкую ладонь и расплылся в белозубой улыбке, притягивая меня к себе и слегка приобнимая.
– Мы думали, что ты сегодня не придёшь, – удивлённо произнёс Эмиль – ещё один из моих чернокожих друзей, так же как и Сэм, обнимая меня. – Братишка, с тобой всё нормально? – спросил парень, очевидно, заметив моё состояние.
– Парни, – я отошёл на пару шагов от Эмиля, чтобы видеть всю компанию своих приятелей и попытался отдышаться. – Мне нужна ваша помощь, – хрипло проговорил я.
– Что случилось? – поинтересовался высокий и очень крупный парень в красной кепке, который был самым старшим из нас. Он подбрасывал в руке небольшой нож, который только что использовал в качестве дротика.
– Мой брат... – я покачал головой из стороны в сторону, пытаясь взять себя в руки и хоть немного успокоиться. – Моего брата сильно избили, он сумел сам дойти до дома, и... я сразу поехал к вам... – я судорожно сглотнул, крепко сжимая челюсти.
– Ты знаешь, кто это сделал? – спросил Эмиль, мгновенно став серьёзным и сосредоточенным.
– Знаю, я знаю... – торопливо сказал я, нервно переступая с ноги на ногу. – Я пойму, если вы не захотите идти со мной... Но я всё это так не оставлю... Это не сойдёт этим мудакам с рук!
– Тише, братишка, – спокойно начал Маркус – младший брат Сэма, подходя ко мне поближе. – Ты что, собираешься разбираться с этим дерьмом сейчас?
Я округлил глаза и свёл брови к переносице.
– Конечно сейчас! – задыхаясь от злости, воскликнул я. – Мой брат лежит весь окровавленный без сознания, а эти ублюдки будут ходить, как ни в чём не бывало? Ты серьёзно, Маркус, мать твою?!
– Я всё понимаю, Том, – на передний план вышел Сэм, заслоняя собой Маркуса. – Твой брат – наш брат. Но нужно всё обмозговать. Тебе не стоит высовываться, чувак. Мы сами разберёмся...
– Нет, – я отчаянно замотал головой, не желая даже слушать о том, что я не должен быть причастным к этому. Какого хрена?! Я собственноручно выбью всё дерьмо из уродов, которые избили моего близнеца! Я убью их всех!
– Ты сейчас не в себе, – негромко проговорил Маркус, и был на все сто процентов прав.
Эмиль достал из заднего кармана джинсов пачку сигарет и, взяв одну в зубы, щёлкнул зажигалкой.
– Расскажи всё, что знаешь об этих смертниках, – требовательно произнёс он и выпустил клубок густого сигаретного дыма.
Я судорожно принялся выуживать из своей головы все факты, которые мне известны относительно Стива Харриса. Всё смешалось в одну большую тарелку каши, которую мне необходимо было расхлебать как можно скорее...
– Стив Харрис, – сквозь зубы процедил я и тут же раздражённо сплюнул на землю. – Нам нужен Стив Харрис.
– Хорошо, – Эмиль несколько раз понимающе кивнул. – Продолжай.
– Он учится в Центральной старшей школе, там же, где и Билл. Всё началось с девчонки... – я запнулся, подавляя в себе новый приступ паники, когда воспроизвёл случившееся у себя в голове. Шумно прочистив горло, я продолжил: – Билл общается с девчонкой этого Стива, но у них ничего нет... наверное... Он ничего не сделал!
– Я знаю, Том, – успокаивающе проговорил Маркус – единственный из всех моих друзей, кто обладал довольно мягким характером. – Не важно, что сделал твой брат. То, что они избили его толпой – уже заслуживает наказания.
– Чем занимается этот Стив Харрис? – поинтересовался Эмиль, скрестив руки на уровне груди.
– Я не знаю... – я поморщился, пытаясь вспомнить всё, что когда-либо Билл говорил мне об этом козле. – Он вроде в команде по баскетболу...
– Ладно, чувак, не напрягайся. Мы разузнаем о нём как можно больше, – Сэм похлопал меня по плечу и развернулся к остальным ребятам. – Парни! Нам нужно узнать всё об этом Харрисе: чем живёт, чем дышит, как добирается домой и как будет трястись от страха, когда мы будем мстить ему и его поганым дружкам за брата нашего друга. Главное быть осторожными.
– Всё как всегда, Сэм! – выкрикнул невысокий брюнет по имени Дэйв, который уже довольно потирал руки, и в его глазах читалась абсолютная готовность отомстить непонятно кому за непонятно кого. Именно поэтому я пошёл к этим ребятам. Им плевать, кого бить и по какой причине.
– Я должен пойти с вами, – пробормотал я, глядя на асфальт, который сплошь и рядом был усыпан бычками от сигарет.
– Сейчас ты должен братишке своему помогать. Я так понимаю, его не слабо помяли... – сочувственно поджав пухлые губы, промолвил Маркус.
– Не слабо... – я кивнул, с трудом проглатывая ком в горле.
– Не волнуйся, дружище! – Сэм выставил вперёд сжатый кулак, чтобы я приложил к нему свой, как мы всегда делали. – Мы будем держать тебя в курсе. Но торопить события не стоит.
– Делайте так, как считаете нужным, – выдохнул я, доверяя этим парням на все сто процентов.
– Выпьешь? – спросил Дэйв, протягивая мне бутылку пива, которую только что пригубил.
– Нет, – я отрицательно покачал головой и отступил назад. – Я пойду домой.
– Конечно, чувак, – Эмиль протянул мне руку, которую я тут же пожал. – Будь на телефоне.
– До связи, – бросил я и, слабо махнув рукой всем остальным парням, направился прочь со стройки.
Добравшись до дома, я больше всего на свете боялся, что Билл всё ещё находится без сознания. Я не хотел видеть его в таком состоянии, я просто не могу видеть своего брата таким...
Засунув ключ в замочную скважину и пару раз прокрутив его, я открыл входную дверь и тихо вошёл в дом. В гостиной меня уже ждали мама и Гордон. Увидев, как я вошёл, они мгновенно встали с дивана и направились ко мне.
– Том, сынок! – мама резко прижала меня к себе, а потом внимательно рассмотрела, словно убеждаясь, что со мной всё хорошо. – Где ты был так поздно?
– Мне было необходимо пройтись, – буркнул я, поспешно снимая кроссовки и небрежно оставляя их на коврике, а затем направился в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.
Гордон крепко схватил меня за плечо, тем самым останавливая.
– Постой, Том, – металлическим голосом произнёс отчим.
Я развернулся к родителям, пытаясь не выдать своего состояния. Наверное, меня всё ещё трясло от гнева, хотя, после разговора с друзьями, я должен немного успокоиться и просто ждать, когда ублюдки получат по заслугам.
– Нам нужно поговорить, милый, – тихо проговорила мама и повела меня к дивану. Усадив меня на мягкое сидение и опустившись рядом со мной, спросила: – Ты знал, что у Билла были проблемы?
Я мучительно медленно покачал головой и зажмурился. Разве я мог позволить этому случиться, если бы знал?!
– Нет, конечно, я ничего не знал, – как будто не своим голосом ответил я и почувствовал, как в груди заныло.
Мама прерывисто вздохнула и опустила взгляд на свои руки. На её лице до сих пор отображался ужас от увиденного, и вряд ли мать когда-нибудь забудет то, как её окровавленный младший сын лежит без сознания непонятно по чьей вине.
– Я же говорил, Симона. Том бы сказал нам, если бы Биллу что-то угрожало, – Гордон посмотрел на маму, а я – на него. Лицо отчима было словно недвижимая маска. Никаких эмоций. Мне вдруг стало жаль всех нас.
– Том, – мама снова посмотрела на меня. – Ты знаешь, чьих это рук дело? Нам нужно знать на кого писать заявление и...
– Нет, мама, – твёрдо сказал я. – Отец той сволочи, которая сделала это с Биллом – хороший юрист. Ты ничего не докажешь, вы сделаете только хуже...
Мама с Гордоном переглянулись, очевидно, осознавая то, что оба здесь бессильны, а затем плавно перевели свои взгляды на меня. Сидя между ними, я чувствовал невидимое давление с их стороны. Я знал, что скажет мама.
– Том, я прошу тебя. Пожалуйста, не лезь во всё это. Сынок, пожалуйста! – взмолилась она, хватая меня за руку. Её глаза заслезились, и моё сердце сжалось. Если бы ты знала, мама, что уже слишком поздно просить меня об этом...
– Конечно, – я кивнул, криво улыбаясь. – Не волнуйся. Я буду с Биллом, это сейчас важнее.
– Он сейчас спит, – сообщила мама, вставая с дивана. Врачи дали ему обезболивающее, и он тут же уснул.
– Что они сказали? – в страхе услышать что-то ужасное, я затаил дыхание.
– Лёгкое сотрясение мозга, – тихо проговорила мама, взяв Гордона под руку, словно ища поддержки. – Рассечена бровь, разбита губа... и ещё много чего, – следя за моим взглядом и выражением лица, она резко замолчала. – Сынок, с ним всё будет в порядке. Просто нужно время...
– Я хочу к нему, – почти неслышно произнёс я, чувствуя головокружение и приближающийся приступ тошноты.
Мама кивнула, давая понять, что наш недолгий разговор окончен, и я могу удалиться. Не сказав своим родителям больше ни слова, я бросился к лестнице и, держась за перила, поднялся наверх.
Толстовка, застёгнутая до самого конца, как будто душила меня и я, сняв её с себя, с остервенением бросил вещь на пол. Нехотя взглянув на кровать брата, я шумно всхлипнул и грубо утёр своё лицо. Билл лежал на спине, и его грудь медленно вздымалась и опускалась. Размеренное дыхание было тихим, практически неслышным.
Я подошёл ближе и, присев на колени, склонился над близнецом. Его лицо было спокойным, словно его сон был безмятежным, не омрачённым чем-то плохим. Лицо Билла было сплошь и рядом в синяках, ссадинах, кровоподтёках. Я не узнавала в нём прежние черты, так сильно похожие на мои. Осторожно взяв брата за руку, словно безжизненно лежащую на груди, я поморщился: холодная кожа напоминала мне о том, что брат мог не выжить в этой неравной битве, к которой он совершенно не был готов. Но Билл оказался сильнее, чем я думал, и я даже мог бы гордиться им...
– Прости, что я считал тебя слабаком и неудачником, – прошептал я, считая должным сказать это Биллу прямо сейчас. – Наверное, ты сильнее меня. Положив голову на свободный участок кровати и, по-прежнему сжимая руку своего близнеца, я устало прикрыл глаза. – Ты точно сильнее меня...
====== Реабилитация ======
POV Виктория
Lostprophets – 4AM
Школа, казалось, всецело сошла с ума. Повальная подготовка к экзаменам набирала нешуточные обороты. Ученики пытались закрыть все прорехи в когда-либо упущенной школьной программе, спешили записаться на предэкзаменационные факультативы, а учителя лишь молились о том, чтобы у каждого из выпускников получилось то, что они задумали на будущее.
После дополнительного занятия по английскому языку я встретила Стива, который, видимо, уже поджидал меня около локеров, желая завести свою любимую пластинку о том, что нам с ним есть, что обсудить...
– Я не прошу тебя что-то решать прямо сейчас, просто... Давай поговорим? Я искренне не понимаю, в чём дело, и мне нужно разобраться в этом как следует. Нам нужно... – держа меня за руку, Стив старательно пытался поймать мой взгляд, но я лишь изучала глазами свою обувь, боясь установить с парнем зрительный контакт. Казалось, что как только это произойдёт, он сразу же поймёт всё, что я чувствую, и никогда не сможет простить меня за это.
– Хорошо, – наконец, кивнула я. – Только давай не прямо сейчас? Мы можем сходить куда-нибудь на выходных и поговорить об этом как нормальные люди. Как ты на это смотришь? – несмело подняв глаза на Стива, я слегка улыбнулась и сжала его руку немного сильнее.
– Конечно, – просиял он. – Обязательно.
Всё же, парень заслуживает знать всю правду, всё, как есть. И я не имею никаких прав держать его в неведении, пока его же друзья шепчутся за его спиной, обсуждая произошедшее на дне рождения Рейчел. Когда-нибудь мне всё равно придётся признаться Стиву во всём, что я утаивала от него последние несколько месяцев, и откладывать это на потом не стоит. Я знаю парня ещё с тех пор, как мы оба ходили пешком под стол, и пусть наши отношения не всегда складывались так, как хотелось бы, я хотя бы из уважения к нашему прошлому должна закончить это всё достойно, без обид и недомолвок. Иначе дальше будет только больнее... И не только нам двоим.
– Ты сейчас на тренировку? – незаметно высвобождая свою кисть из его ладони и поправляя на своей шее лёгкий платок, участливо поинтересовалась я.
– Нет, – растерянно проговорил Стив, нервно таская вверх-вниз собачку на замке своей толстовки болотного цвета. – Отец оплатил мне репетитора к финальным экзаменам, так что... Теперь приходится посещать на две тренировки меньше, – развёл руками парень. Тема для разговора явно была болезненной для него, ведь Стив не представлял своей жизни без любимого спорта.
– Держись. Скоро весь этот кошмар закончится, – успокаивающе погладив парня по плечу, я боковым зрением увидела беззаботно вышагивающую по школьному коридору Роксану – девушку, учащуюся в одном из нескольких параллельных классов. С ней мы в команде ставили новогодний танец. Неожиданно вспомнив, что я планировала сделать до того, как со мной заговорил Стив, я встрепенулась и, стараясь не выпускать знакомую из вида, закинула на плечо ремень сумки, которую только что держала в свободной руке.
– Мне пора, – бросила я парню, всё так же бегая глазами по коридору. – Нужно кое-что узнать насчёт вечерних факультативов, и... В общем, встретимся на выходных, ладно? – быстро махнув Стиву рукой, я бросилась за Роксаной, которая уже вот-вот должна была скрыться за углом.
– До встречи... – прозвучал тихий голос Стива уже за моей спиной.
Ускорив шаг, а затем перейдя на бег, я сверлила взглядом спину белокурой девушки, стремительно подходящей к нужному ей кабинету. Когда кудрявая блондинка уверенным движением руки повернула дверную ручку, я всё же окликнула её:
– Рокси! – пробежав ещё несколько метров, я остановилась возле девушки и резко выдохнула.
– А? – лёгкие кудри Роксаны вспорхнули в воздухе, словно крылья красивой птицы, а большие серые глаза в удивлении округлились. – А, Виктория! – губы девушки растянулись в улыбке, и она слегка приобняла меня. – Рада тебя видеть, красотка!
– И я тебя... – не зная, как начать разговор, пробормотала я. – Слушай, Рокси, можно тебя спросить?
– Да, конечно, что угодно! – обнажив ряд белых зубов, девушка поправила тетрадь, норовящую выскочить из книги, которую она держала в руках.
– Твой одноклассник, Билл Каулитц, он...
– Эм... кто? – нахмурив брови, спросила Роксана.
– Ну, высокий такой, худой, с длинными чёрными волосами, очень тихий парень... – активно жестикулируя и показывая на себе то рост, то длину волос Билла, тараторила я.
– А, этот-то... – сморщившись, словно перед лицом девушки только что размахивали мёртвым голубем, протянула она. – И чего он?
– Дело в том, что мы с ним ходим вместе в музыкальную школу, и преподаватели интересуются, куда он пропал на всю неделю, – густо покраснев, соврала я. Конечно, больше всего новым исчезновением Билла интересовалась я. К тому же, его телефон уже неделю был недоступен, а страница на Фейсбуке не была активна столько же. – Вот, собственно, и всё, – разведя руками и неловко улыбнувшись, добавила я.
– М-м-м... – задумавшись, Роксана провела пальцем по маленькой родинке на своём подбородке. – На самом деле, я с этим Виллом...
– Биллом, – поправила девушку я.
– Биллом, да. На самом деле, я с ним как-то даже ни разу и не разговаривала. Но, я думаю, ты можешь поинтересоваться у мистера Фишера, пока факультатив не начался. Я думаю, он в курсе, – поведя рукой в сторону аудитории, предложила Роксана.
– Точно. Без тебя бы не додумалась. Спасибо! – подмигнув блондинке, я шагнула следом за ней в кабинет истории.
Мистер Фишер – невысокий сухопарый мужчина, чей возраст выдавала лишь жемчужная седина висков, стоял, опираясь на учительский стол, и по своему обыкновению тихо напевал себе под нос ненавязчивую мелодию, попутно изучая в своём ежедневнике какие-то записи. На мужчине красовался забавный свитер, который, судя по всему, являлся венцом коллекции свитеров, которые он исправно менял каждый день.
– Мистер Фишер, извините... – осторожно начала я, от волнения заламывая кисти рук.
– Да? – тепло улыбнувшись, преподаватель поправил свои очки, чуть съехавшие на переносице. – Мисс МакИвен, если вы насчёт факультатива, то уже немного поздно для...
– Нет-нет, – замотала я головой. – Я к вам с немного другим вопросом. Хотела узнать насчёт Билла Каулитца... Он учится в этом классе, – сделав вдох, я кивнула в сторону одноклассников Билла, сейчас наслаждающихся общением на перемене. – Он вот уже неделю как пропал, и я начала волноваться, что он пропустит что-то важное в школе. И я подумала, может, вы знаете, всё ли у него в порядке... Он обычно никогда ничего не пропускает, поэтому, я считаю, что есть повод бить тревогу или... что-то типа того, – запинаясь, наконец, закончила я.
– Мистер Каулитц болен. Его родители привезли справку в директорат ещё на прошлой неделе, а подробностей я, к сожалению, не знаю. Будьте уверены, он отсутствует по уважительной причине, – снисходительно кивнув мне, преподаватель вернулся к своим записям, но тут же оторвался от них и снова поднял на меня взгляд, заблестевший интересом. – Билл – ваш друг? – немного сощурившись и понизив голос до шёпота, спросил мистер Фишер.
