Текст книги "Фэнкуан: циклон смерти (СИ)"

Автор книги: Женя Дени Женя

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 37 страниц)

Но друг будто оглох и ослеп. Он уже расстрелял с десяток тварей, но новые и новые выползали из темноты на звуки выстрелов, и он продолжал косить их, не останавливаясь, словно заведённый механизм.

– Артём, соберись! – зарычал Серёга в отчаянии, чувствуя, как время утекает сквозь пальцы. – Поезд! Ромины родители!

Артём услышал. Он замер на секунду, опустив автомат, потом с ненавистью посмотрел на водителя Лэнд Крузера. Тот здоровенный детина ревел от того, что его баба стала одной из тварей. Это было точно: она тянула к нему руки и рычала. С заднего сидения показалась кучерявая блондинка, и при виде него её глаза округлились в испуге. Но Артёму было плевать, насупившись, тяжело двинулся к ним.

– Стоять! – рявкнул Серёга, преграждая путь. – Он уже наказан, Тёма. Посмотри на него. Его и так эти твари сожрут через минуту, даже стрелять не придётся. Не трать патроны. Идём, прошу тебя.

Артёму стоило чудовищных, нечеловеческих усилий развернуться и пойти за другом. Ему было невыносимо больно оставлять Лену здесь, в этой груде искореженного металла среди кровожадных мразей. Да, Лена причинила ему много боли за последнее время, если быть более точным – она его просто предала и растоптала. Променяла на другого, даже не оглянувшись, будто несколько лет совместной жизни ничего не значили. Но Артём не мог её ненавидеть. Не получалось, хоть ты тресни. В груди вместо привычной злости на неё появилась невыносимая, разрывающая боль потери и тоска, которая, как ни странно, перекрывала всё, что она натворила. Солёные слёзы покатились по щекам сами собой, пощипывая обветренную кожу. Он вовсе не был плаксой, и сам ненавидел слёзы, считал их проявлением слабости. Но сейчас ничего не мог поделать... они просто текли сам по себе.

Глава 36: Сомнительные обстоятельства, сомнительные действия. 31 декабря 2025 года.

В Лэнд Крузере ехало четверо: две парочки, которые ещё совсем недавно готовы были загрызть друг друга прямо на глазах у военных. Да уж, никогда не угадаешь, когда жизнь может перевернуться с ног на голову... и вчерашние враги вдруг объединяются.

– Мхм… – Жанна прочистила горло, чувствуя неловкость от соседства с теми, с кем ещё несколько часов назад они едва не подрались.

– Мааась, – капризно протянула Полина, поправляя круглые очки-пустышки на носу. – Нет, ну ты представляешь? Поезд на юг… Я вот думаю, может, и нам рвануть на юг лучше? Ну куда же лучше, чем всякие эти Заветы… Сталина…

– Ильича, – поправил её Мася, продолжая следить за дорогой. – Не жужжи, Поль, разберёмся по пути.

– А что тут разбираться? – не унималась девушка. – На юге зимой мягкий климат! Там вообще последние несколько лет стабильный плюс! Люди, блин, круглый год арбузы выращивают! И загорать можно… и купаться… мммм…

Она мечтательно закатила глаза, покачивая головой в такт своим мыслям, потом вдруг резко обернулась к сидящим позади:

– А откуда вы, собственно, узнали про юг?

– Мой отец со мной связался, – коротко, без лишних подробностей ответила Жанна.

– А кто твой отец? – Полина, хлопая длинными нарощенными ресницами, оглядела её с ног до головы с нескрываемым любопытством.

– Никто, просто живёт там, – Жанна пожала плечами, давая понять, что продолжения не будет.

– Никто… – Полина закусила губу, явно не удовлетворённая таким туманным ответом.

– А откуда он узнал, что поезд отойдёт именно в полночь? – подал голос Мася, на мгновение отвлекаясь от руля.

– Ну, есть у него знакомые… на станции… – Жанна врала как могла.

– А нам друг, короче, позвонил до отключения связи, прикиньте, – встрепенулась Полина, снова переключая всё внимание на себя. – И такой: тоси-боси, туда-сюда! Осторожно, зомбик! – она скривилась, указывая тонким пальчиком на заражённую бабульку, которая как раз попыталась подрезать крузак с её стороны.

– Не слепой, – буркнул Мася, ловко объезжая старушенцию, даже не сбросив при этом скорости.

– …говорит, мол, ребят, сегодня будет кабздец полный… – продолжила Полина, не обращая внимания на его бурчание. – Типа будет полно людей неадекватных, но вот типа мы с моей подругой будем отсиживаться в Заветах.. ээ.. Хрущёва, приезжайте, мол… А ещё, он, кстати, последние несколько дней капец странный был, скажи, Мась.

Она выпучила глазёнки на своего Масю, ожидая подтверждения, как маленькая собачонка, ждущая лакомство.

– Ага, – односложно подтвердил тот.

– Типа говорил, мол, люди заражаются какой-то дрянью, из Китая всё пошло, – Полина тараторила, явно наслаждаясь ролью главного источника информации.

– Стоп, – нахмурилась Жанна, переваривая услышанное. – То есть он знал заранее об этом? До того, как всё началось?

– Так и я о чём?! – всплеснула руками Полина. – Вот я тоже так думаю! Ну мы типа поначалу поржали над ним… Типа ха-ха-ха, в свои игрушки тупорылые переиграл… А вот позже…

– А кто ваш друг? – вклинился Илья, до этого молча наблюдавший за дорогой и за этим бесконечным потоком слов. – Как он узнал? Кем он вообще работает?

Полина задумалась, поправила очки на переносице и наморщила лоб, собираясь с мыслями.

– Ну, он типа геймер-стример, что ли, – неуверенно протянула она. – Да, Мась?

– Ага, – снова отозвался тот, объезжая очередное препятствие на дороге.

– Откуда простому стримеру знать о таких вещах? – задумчиво, почти про себя произнесла Жанна.

– Вообще, он не простой стример. У него там какая-то бриллиантовая кнопка от платформы есть. Короче, у него много подписчиков. Но вот на днях типа он пожаловался, что ему запретили постить в интернет и стримить, прикиньте? Типа не может даже в соцсети селфи запостить… Вообще жесткач! – Полина аж передёрнула плечами. – И короче, он всё это время был сам не свой. А потом и вовсе выдал, что праздновать НГшку с нами не будет. Мы просто уже несколько лет все вместе собираемся на даче у друга, вот. Мы знатно прифигели, сначала расстроились. Да, Мась? Ну типа это было так неожиданно... И по итогу: то один слился, то второй, то третий... Ну и мы подумали, что сами хотим в этот раз как-то необычно отпраздновать, и взяли горящий тур в Мадрид.

– Всё равно непонятно, как он узнал… – покачала головой Жанна, чувствуя, как в этом бесмысленном потоке информации тонет главное.

– А ну типа он сказал ещё, мол вот эта его новая подруга типа врачебка, ой врачиха, то есть докторка.

– Господи, за что? – простонала Жанна, чувствуя, как от этого разговора у неё начинает побаливать голова. – Я что, в прошлой жизни детей воровала?

– Чего? – не поняла Полина, хлопая пушистыми ресничками.

– Врач, Полина, – произнесла Жанна. – Это называется врач.

– Ну, короче, да. – Полина беззаботно махнула рукой, пропуская замечание мимо ушей. – Ну вот, типа она ему сказала, походу.

Она вдруг резко обернулась, глянула куда-то вниз и ахнула, вжимаясь в дверцу.

– Ай! Не наставляй на меня эту штуку! – взвизгнула она, поджимая ноги. – Мась, он на меня своё ружьё направил!

– Я не направлял, – искренне удивился Илья, глядя на свой автомат, который просто покоился у него в ногах, прислонённый к сиденью. – Он просто стоит.

– А вдруг он в меня выстрелит? – не унималась Полина, косясь на оружие.

– Он на предохранителе и направлен в потолок, – с трудом сдерживая раздражение, пояснил Илья. – Не выстрелит, не волнуйся.

– Смотри мне… – прищурилась Полина, пытаясь изобразить угрозу, но получалось у неё это скорее смешно и мило, чем серьёзно. – У Маси твой пистолет! Он на раз-два с тобой разберётся.

– Вот же овца шлакоблочная, а! – ругалась про себя Жанна. Пока Мася вёз их по заснеженным улицам в сторону вокзала, она предпочитала не бранить Полину вслух: мало ли, решат высадить посреди дороги, и что тогда делать? Кстати плату за помощь качок всё же заломил – потребовал автомат Ильи. Но Илья пободался, и в итоге, скрипя зубами и сердцем, он отдал ему пистолет Макарова с полной обоймой. Качок тоже оказался не дураком, за спасибо везти никого не соглашался, и рассудил здраво, что сейчас оружие нужнее, чем когда-либо.

– Чёрт… – выругался Мася, резко крутанув руль, объезжая очередной завал.

– Чё такое? – встрепенулась Полина, хватаясь за поручень.

– Да везде тупики! – раздражённо бросил он, хлопая ладонью по рулю. – То хрен проедешь – сразу на пузо ляжем, то каких-то ограждений понаставили! На хрена? Сука!

– А тебя правда зовут Мася? – невпопад, просто чтобы сменить тему, спросила Жанна.

– Меня Максим зовут, – привычно огрызнулся тот. Этот амбал походу вежливо разговаривать не умеет, даже со своей девушкой. Это Жанна заметила сразу при их разговоре.

– Ой, точно! – спохватилась Полина. – Я Полина… Что-то мы не познакомились даже…

– Я Жанна, – представилась девушка.

– Илья, – коротко добавил её спутник.

– А вы типа тоже пара? – Полина накуксилась, оглядывая их с ног до головы с таким видом, будто анализировала, подходят ли они друг другу по каким-то только ей известным параметрам.

– Нет… мы познакомились сегодня, – ответила Жанна, пожав плечами.

– Да ладно? – удивилась шатенка, округлив глаза. – Вы как будто сто лет вместе… два злых белоруса…

– Чего? – синхронно переспросили Жанна и Илья, переглянувшись.

– Почему белорусы? – нахмурилась девушка, не понимая, откуда взялось такое сравнение.

– Ну типа… ну лица… – Полина замялась, подбирая слова. – Лица у вас какие-то… белорусьи…

– Намекаешь на то, что у меня нос картошкой? – с вызовом спросила Жанна, понимая по-своему, куда та клонит.

– Ты чё? – замахала руками Полина, искренне испугавшись, что её не так поняли. – Неееет… – Она на всякий случай внимательно посмотрела на неё, потом отвернулась к окну. – Блин, голова трещит… горло так болит… и таблетку не выпьешь… Ах!

Девушка отпила пару глотков воды из бутылки, поморщилась и закрыла глаза.

– У меня есть обезбол… – неохотно призналась Жанна и полезла в свою сумку.

– Говорю же, нельзя… – Полина ласково погладила свой ещё плоский живот. – У нас с Масей скоро будет малыш…

– Ого… – искренне поразилась Жанна, застыв с рукой в сумке. – Поздравляю… И… тогда тебе и в самом деле лучше не глушить таблетки.... И наверное вам действительно стоит драпать на юг, потому что если дальше будет вот такая погодка...

– Посмотрим, – вклинился Максим. – Врач нам нужен. Если всё это затянется… Кто будет роды принимать? Кто будет лечить её и ребёнка в случае чего? А у Юрки подружка – врач как раз... Если он ничо не напутал.

– Она педиатр? Или акушер-гинеколог? – логично спросила Жанна.

– Не знаю, – пожал плечами Максим. – Но врач есть врач.

Жанна поджала губы и поиграла бровями, всем своим видом давая понять, что нифига подобного. По её умозаключениям, узкие специалисты не просто так называются узкими специалистами.

– Блин, мась… Дай куртку… я замёрзла.

Все трое были удивлены словами шатенки, ведь они сидели с работающей печкой, в салоне было довольно тепло, и все трое были без курток. Только одна Полина куталась в свой пуховик, накинув капюшон на голову.

– Бери, – коротко бросил Максим, не отрывая взгляда от дороги.

– Спасибки… – девушка сняла с его подголовника куртку и надела её поверх своего пуховика, закутываясь в два слоя.

У Жанны в голову закрались нехорошие мысли. Но она их отогнала, Полина же беременная. А у беременных организм работает непредсказуемо: их то в жар, то в холод бросает, им то клубнику подавай, то чернозём в сливках. Она вытащила обезболивающие и выпила его дабы успокоить ноющую головную боль. Та после удара и укола обезбола врачей в карантине немного прошла. И вот снова спустя несколько часов взялась пилить несчастную блондинку. Илья попросил и ему дать, пилюлю у него болело всё тело. Видимо, гормоны стресса поуспокоились в тёплой и относительно безопасной машине, и тело начало обмякать, отпуская напряжение. Жанна поделилась с ним таблетками. Она вновь открыла свой телефон и посмотрела на сообщение от отца: «Дочь. Связь глушат. Доберись до Казанского вокзала до полуночи. Оттуда выйдет последний поезд из Москвы. Он идёт до Краснодара. Назови свою фамилию проводнику. На станции я тебя встречу. Будь осторожна. Люблю, твой папа».

– Хм… – Илья краем глаза увидел сообщение на почти разрядившемся смартфоне подруги. – Твой отец всегда оставляет подпись в смсках?

– Да, – улыбнулась Жанна. – Он у меня старомодный. Я удивилась, что он не начал сообщение со слов: «Дочь, добрый день!» А то он так может… И всегда в конце оставляет эту приписку… «Люблю, твой папа». Он думает, что если он так не будет писать, то это будет звучать грубо. Я уже пыталась его переучить… бесполезно.

– Это здорово… – Илья неловко улыбнулся, не зная, что ещё сказать. – Забавный у тебя батя…

Он замолчал, и вдруг его внимание привлёк холодный блеск металла, мелькнувший в сумке Жанны.

– А что это у тебя?

– Мама… – с печалью ответила девушка.

Илья застыл, пытаясь переварить ответ. Максим, сидевший за рулём, тоже насторожился, напряг слух, ребята говорили не слишком громко. Жанна отодвинула край ткани, и Илья увидел урну для праха.

– Это моя мама…

– Боже… Жанна… – выдохнул он. – Ты меня извини…

– Ничего страшного, – покачала головой она. – За что ты извиняешься? Много ли людей таскает прах своей матери с собой? Это же жуть какая...

– Так ты с ним… – Илья запнулся, подбирая слова. – Ты его хотела в Мадрид отвезти?

– Да… Моя мама наполовину испанка. Пока мои дед с бабкой не развелись, она жила в Мадриде. Потом при разводе бабушка увезла её к себе на родину, в Краснодар. Но моя мама всегда помнила Мадрид и мечтала рано или поздно туда вернуться… Но… – Жанна с горечью посмотрела на урну. – Видишь, как получилось. Тромб оторвался…

– Мне очень жаль, Жан.

– И мне очень жаль, – тихо ответила она. – Я всё время маме обещала, что мы сгоняем с ней на её родину. – Она попыталась улыбнуться, но вышло косо. – Но я много работала… и толком не отдыхала. У меня всегда были какие-то дела-отмазки, и всегда было не до мамы. А когда её не стало, я поняла, что я идиотка. Что я растратила время, которого было так мало отведено нам с ней.

– Эй… – Илья приобнял её за плечи, чувствуя, как она напряжена. – Ну ты же… перестань. Никто не может такого предположить и знать заранее. Твоя мама не оценила бы то, что ты так убиваешься. Наоборот, ты должна жить! Жить теперь и за себя, и за неё! И ты вообще крутая, раз решила всё-таки мамину мечту осуществить… пусть немного запоздало, но всё же!

– Да… – Жанна шмыгнула носом. – Я хотела оставить урну в семейном склепе дедушки, получила разрешение от родственников… Но вот как вышло… Не судьба, мам.

Илья не нашёлся, что ещё сказать. Он видел, как Жанна изо всех сил старается не разреветься, и просто обнимал её, давая понять, что она не одна. Но потом решил всё же разрядить обстановку:

– Так ты, получается, на четверть испанка… А так и не скажешь…

– Да? – Жанна подняла на него глаза. – Непохожа? А на кого похожа?

– Судя по акценту – на француженку… – хитро улыбнулся Илья.

– Ой! Иди ты, амёбина! – Жанна ткнула его в бок. – Ща как грызану!

Она прекрасно слышала свою картавость и давно смирилась с этим речевым дефектом, так что намёк восприняла правильно как попытку разрядить тяжёлую атмосферу. И решила подыграть.

– А ты у нас кто, кстати? – спросила она, вытирая непрошеные слезинки.

– Не поверишь.

– М?

– Белорус… – с самым серьёзным лицом ответил Илья.

– Ахахаха…

– Ммм! – Полина, оказывается, успела уснуть. И застонала во сне, дёрнувшись на сиденье, и веселье мгновенно угасло.

– Эй, Поля… – Максим оторвал руку от руля и приложил ладонь к её лбу. – Бляха!

– У неё температура? – встревожилась Жанна, отстраняясь от Ильи и подаваясь вперёд.

– Да, – озадаченно ответил Максим. – Заболела, что ли…

– Это может быть и стресс, – попыталась успокоить его Жанна. – Столько всего за день пережили…

– Надеюсь, что просто стресс… – неуверенно выдал он.

– Она какая-то бледная, – заметил Илья, наклоняясь поближе, чтобы рассмотреть девушку.

Полина действительно выглядела неважно: лицо её стало бледным, почти сероватым, веки подрагивали, а со лба стекали капли пота. При этом она была укутана в две куртки и продолжала дрожать, хотя в салоне работала печка и было довольно тепло.

Чем дольше они ехали, тем больше Максим волновался. Поля перестала стонать и начала как-то нехорошо хрипеть, будто у неё что-то с лёгкими.

– Жанна, ты говорила, у тебя есть таблетки какие-то… – решился спросить он.

– Есть от аллергии, обезболивающее и от простуды, – Жанна быстро перебрала в голове содержимое аптечки. – Но от лёгкой простуды, там просто витамин с седативным эффектом…

– Давай! – бросил он ей, вставая в очередной автомобильный затор.

Кажется, они наконец нашли нормальную дорогу. Так долго приходилось плутать и искать проезды, что Жанна уже начала всерьёз волноваться, что на поезд они не успеют.

– Ну, ей вроде как нельзя всё подряд давать… – засуетилась Жанна, доставая зиплок с таблетками. – Она же в положении.

– Ей всё сейчас можно! – отрезал Максим.

Илья решил подстраховаться и взял автомат в руки, положив на колени. Любому было понятно, что стрелять из автомата в салоне машины опасно. Но выбора особо не было, тем более что пистолет, которым он мог бы действовать аккуратнее, Максим забрал в уплату за проезд.

Жанна взяла одну капсулу, открыла бутылку с водой и осторожно наклонилась к спящей Полине.

– Полина, открой рот… Надо таблетку выпить…

Чем дольше она всматривалась в лицо девушки, тем отчётливее понимала: таблетка от простуды ей уже не поможет. Вообще ничего не поможет. Кожа Полины приобрела землистый оттенок, который они уже видели у заражённых, а под глазами залегли тёмные, почти чёрные круги.

– Да просто сама дай ей! – Максим начинал закипать, нервно постукивая пальцами по рулю. – Она проглотит!

– Это плохая идея… лезть к ней в рот, – попытался отговорить Жанну Илья, но она уже приняла решение.

Дорога освободилась и Максим, естественно, не стал стоять на месте. В трясущейся машине, которую то и дело бросало из стороны в сторону на ухабах, это превращалось в какой-то абсурдный квест. Жанна одной рукой подхватила голову Полины, удерживая её на весу, другой плеснула немного воды из бутылки в уголок рта. Вода тут же потекла обратно, тонкой струйкой скользнула по щеке и закапала на куртку, оставляя тёмное влажное пятно.

– Не глотает… – Жанна растерянно посмотрела на Максима. – Она не глотает…

– Почему? – в голосе мужчины послышалась паника. – Как это?

– Нельзя ей ничего давать, пока она в отключке, – пояснила Жанна, чувствуя, как внутри всё холодеет. – Может захлебнуться или подавиться.

– И что делать? Ждать, пока проснётся?

– Ждать.

– А если… – Максим сглотнул, не решаясь договорить. – А если проснётся уже не она? И что, если будет поздно?

Жанна промолчала, и это молчание было красноречивее любых слов.

– Врач… – выдохнул Максим. – Надо доехать до Юрки… Я выкину вас возле Казанского, как и условились. Всё равно пока по пути, только эта дорога и осталась похоже...

– Она пристёгнута, не надо.... – шепнула Жанна Илье, кивая на автомат, который тот держал наготове. Максим пока этого не замечал, полностью сосредоточившись на дороге и своей девушке.

– Да твою мать… – прорычал он и вдавил сигнал, когда впереди снова показалась вереница машин, которые тоже желали воспользоваться этим путём.

Они простояли полчаса, но очередь не сдвинулась ни на сантиметр. Всё это время Максим безуспешно тормошил уснувшую Полину, пытался привести её в чувство, но та лишь невнятно мычала в ответ. Илья с Жанной переглядывались: по внешнему виду девушки было ясно, что она скоро проснётся и доставит всем серьёзные проблемы. Они не видели сам процесс обращения, но наблюдали заражённых достаточно близко, чтобы понять – Полина сейчас выглядит точно так же, как те, кого они встретили в аэропорту.

– О! – Максим вдруг резко вывернул руль, выезжая из общего ряда, и пристроился за тёмно-коричневым Аурусом с госномерами, который направлялся к блокпосту.

– А что ты делаешь? – насторожился Илья.

– Попытаемся втиснуться за ним, – бросил он, не сводя глаз с впереди идущей машины.

– Думаешь, сработает?

– Если не тупить…

Комендант подъехал к блокпосту, и Крузер практически вплотную пристроился за ним. К гос-тачке сразу подошёл военный, ещё трое держали оружие наготове, внимательно следя за происходящим. Водитель, не опуская стекла, показал какой-то документ, военный кивнул и коротко сказал что-то в рацию. Заслон убрали, пропуская его.

– Вот… давай… давай…. – Максим нетерпеливо барабанил пальцами по рулю, впившись взглядом в впереди идущий Аурус.

К нему направился тот же военный, видимо, решив, что это тоже правительственная машина, но по выражению лица было заметно: он засомневался. Номера-то были не служебные, обычные, гражданские. Как только Аурус тронулся, Максим вдавил педаль газа и чуть не въехал ему в задницу. И если бы водитель Ауруса не оказался лихачом, во время рванув с места, авария случилась бы неминуемо.

– Эй! Стоп! Стоять! – заорал военный, которого Максим едва не сбил, проскакивая мимо.

Трое других, стоявших на КПП, мгновенно вскинули автоматы, целясь в удаляющийся крузак. Но первый выстрелил вверх из пистолета, предупредительная пуля ушла в тёмное небо, но Максиму было плевать. Он уже проскочил блокпост, пристроившись за Аурусом.

Илья резким движением столкнул Жанну на пол, чтобы в случае стрельбы её не задело, и сам пригнулся, насколько позволяло пространство салона.

– Ты чё, сдурел? – прокричал он Максиму, чувствуя, как сердце уходит в пятки. – Нас чуть не пришибли!

– Не пришибли же! – огрызнулся тот, не сводя глаз с дороги.

– Дерьмо… – выдохнул Илья, прислушиваясь. Выстрелов больше не было, погони тоже. Сердце понемногу начало успокаиваться, хотя адреналин всё ещё бурлил в крови.

– Агрххххх! – раздался вдруг сдавленный, гортанный звук от Полины.

– Поля? – Максим резко повернул голову и замер, глядя на свою девушку. Илья тоже увидел, кто сейчас проснулся вместо той Полины, с кем они разговаривали час назад. Лицо её исказилось, глаза закатились, обнажая покрасневшие белки, а из приоткрытого рта вырывалось рычание. – Поль? Нет! – закричал Максим. – Нет! Поля!

Илья, не раздумывая, снял автомат с предохранителя и навёл ствол на девушку, которая уже тянула скрюченные пальцы к своему парню, пытаясь дотянуться до его шеи.

– Не смей! – заорал Максим, заметив движение. – Убери автомат! Не смей, сука! Не смей в неё стрелять!

Полина царапала его толстовку, впиваясь ногтями в ткань, но дотянуться до кожи не могла, ей мешало расстояние и ремень безопасности, удерживающий её на месте.

– Я сказал, положи ствол! – голос Максима сорвался на визг. – Положи ствол, ублюдок, иначе я тебя убью!

– Это больше не твоя баба! – рявкнул Илья в ответ, не опуская оружия. – Это чудовище! Ты что, слепой?

– Я сказал, положи, сука, пушку! – Максим продолжал орать, при этом не сбавляя скорости и лихо маневрируя между зомби на дороге. – Это не твоё дело! Я отвезу её ко врачу! Её вылечат! Опусти пушку, падла!

– Ребята, перестаньте! – вмешалась Жанна, пытаясь подняться с пола. – Илья, убери!

– Ты с ума сошла? – не поверил он. – Она зомби!

– Максим, не гони так! – крикнула Жанна, видя, что дорога впереди плохо просматривается. – Ты же ничего не ви…

Максим отвлёкся на крик. В ту же секунду Полина дёрнулась и уже более цепко схватила его за толстовку. Он лишь на мгновение оторвал взгляд от дороги, пытаясь высвободиться, и тут же за это расплатился. Удар был страшным. Лэнд Крузер влетел в бок корейского джипа, выскочившего на перекрёсток. Сработали подушки безопасности, с громкими хлопками выбрасывая белые мешки. Одна из них с силой ударила Полину, отбрасывая её обратно на сиденье и вырубая. Вторая пришлась по Максиму, и он тоже потерял сознание, обмякнув на руле.

Илью и Жанну вырубило ударом головой о передние кресла. На секунду в салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением сдувающихся подушек и завыванием ветра в разбитые стекла.

Максим очнулся от резких, сухих хлопков выстрелов. Сколько он был в отключке, сказать было сложно. Всё плыло перед глазами, лицо, рёбра и голова нестерпимо болели. Он с трудом разлепил веки и увидел перед собой чьи-то размытые силуэты.

Он потянулся к Полине, и в этот момент она резко очнулась. Дёрнулась, зарычала и попыталась вцепиться в него зубами. Он едва успел отшатнуться. Она сломала руку при ударе и теперь могла действовать только одной, но этой одной тянулась к нему, не переставая рычать и скалиться.

– Поля… – прошептал Максим, глядя на неё с ужасом и болью. – Как же… Полина…

– Ах… ааа… – простонала Жанна, приходя в себя.

Голова раскалывалась так, что казалось, череп сейчас треснет. Вообще, получить ещё один удар по голове при уже имеющемся сотрясении могло стать для девушки смертельным. Совершенно чудесным и невероятным образом она не убилась.

– Илья… – Она попыталась растрясти бессознательного парня, у которого вместо носа теперь была кровавая котлета. – Эй, ты… тупоклювый хорёк! – Жанна трясла его за плечо. – Очнись в ужасе! Эй!

– Апх… хэ-хэ… – Илья закашлялся, и изо рта брызнула кровь.

– Ты как?

– Всё… болит… – прохрипел он, с трудом ворочая языком.

– Ещё бы, – выдохнула Жанна. – Нас чуть не угробил качок репоголовый!

– Полина! – донёсся до них голос Максима.

Он смотрел на свою девушку. Дужка у той на очках сломалась при ударе о подушку безопасности, над бровью зияла глубокая рана, изо рта и разбитой губы текла кровь. Но не это пугало. Пугало то, что она не просто была ранена… она смотрела на него пустыми, безумными глазами, и во взгляде девушки не осталось ничего человеческого.

– Чёрт… – простонала Жанна, когда увидела эту картину.

А дальше краем глаза она заметила через боковое стекло со стороны водителя какие-то фигуры, у одной из которых был автомат, и тут же послышалась череда выстрелов.

– Жанна… падай на пол… – Илья вяло хлопнул её по плечу, пытаясь заставить спрятаться.

– Всё нормально, – она прикоснулась к его руке. – Стреляют не в нас…

Она увидела разгневанного мужчину, который палил по приближающимся зомби, расчищая путь. Тела тварей валились на снег.

Жанна попыталась наклониться к сумке, но спину прошило острой болью, и она зашипела сквозь зубы.

– Чёрт… Спина…

– Кажется, мы… не доберёмся на юг… – промямлил Илья, с трудом ворочая языком.

Жанна всё же смогла дотянуться до сумки, достала влажные салфетки и начала судорожно вытирать лицо от крови, затем переключилась на Илью, стирая алые разводы с его разбитой физиономии. Она увидела, как те люди пошли к другой машине и забрали с собой раненых.

– Уходят? – растерянно пробормотала она. – Это ведь мы их… Не будут разбираться?

Никто не слушал её и не комментировал. А она и не обращалась ни к кому конкретно.

– Эй! Ребята… – Жанна повысила голос. – В машине пусть даже уже раздолбанной, конечно, сидеть приятно… Но нам надо уходить отсюда, пока они почистили улицу от зомби! Вы меня слышите?!

– Уходи, – глухо сказал Максим, не отрывая взгляда от извивающейся Полины.

– Как же вы меня все задолбали, честное слово… – взорвалась Жанна. – А ну быстро из машины вылезли! Макс, бери пистолет! Илья! Илья, не спать!

Она растормошила Илью, который снова начал отключаться.

– Нет… не сплюный… я не сплюш… – промычал он.

– Писец… – Жанна ткнула ему в лицо два средних пальца. – Сколько пальцев я показываю?

– Сама такая, – огрызнулся он, сфокусировав взгляд. – Ты чё хамишь!

– Шевелиться можешь, наглядное пособие по деградации?

– Могу шевелиться и дать тебе по жопе за острый язык! – буркнул Илья, но в голосе хотя бы появилась какая-то жизнь.

– Давай автомат! – Жанна бесцеремонно забрала у него оружие, натянула куртку, подхватила сумку и с третьей попытки смогла открыть дверь, после столкновения её заклинило.

Когда холодный ветер ударил в лицо, она чуть не потеряла сознание. Ориентация в пространстве поплыла, девушка рухнула на колени и тяжело задышала, хватая ртом холодный воздух.

– Боже… – прошептала она, и слёзы покатились по щекам. – Ну пожалуйста… – Она никогда не была особенно религиозной, но сейчас слова сами срывались с губ. – Дай мне сил добраться домой. Я в тебя никогда не верила, но прошу, помоги мне…

Она с трудом поднялась с колен и огляделась. Издалека к ним приближались две шатающиеся фигуры, которых она не могла разглядеть как следует из-за бесконечно падающего снега и боли, застилающей глаза.

Жанна обошла машину и помогла Илье выбраться из салона. Он едва держался на ногах, был совершенно не в себе. Затем она попыталась открыть водительскую дверь, но ничего не вышло: передок смяло так сильно, что металл вошёл в салон, зажав Максиму и Полине ноги.

– Максим! – она дёрнула его сзади за воротник. – Эй, Максим! Ну давай же! Выходи!

– Я же тебе сказал! – огрызнулся он. – Пошла вон отсюда!

– Жанна, оставь его! – промычал Илья, опираясь на разбитую машину.

– Ну и хрен с тобой реально! – взорвалась она. – Чао, какао! Придурок, нюня квашеная!

Жанна с силой захлопнула пассажирскую дверь и отошла. Слёзы снова навернулись на глаза.

– Всё из-за него… – шептала она, вытирая мокрые щёки. – Это всё из-за него…

Она начала лихорадочно осматриваться, пытаясь понять, куда им теперь деваться. Куда идти в этом снежном пепелище. Но проклятый снегопад скрывал всё, а слёзы только мешали.

Она подхватила Илью под руку, и они медленно побрели вперёд, едва волоча ноги через лёгкие сугробы. Когда они поравнялись с разбитым джипом, в который влетел их Лэнд Крузер, Жанна услышала приглушённые стоны и замерла.

– Ты чего? – Илья остановился, морщась от боли. – Надо идти… Чёрт… Кажется, у меня рёбра сломаны… Ах…

– Ты слышишь? – перебила она. – В той машине кто-то есть?

– Не слышу ничего…

Жанна отпустила Илью и подошла к разбитому джипу. И правда – на заднем сиденье лежала девушка. Она кашляла и тихо стонала, рука была вывернута под стрёмным углом, а на голове явно была глубокая рана. Но на заражённую она не походила, в глазах читалась боль, а не безумная жажда убивать.

Жанна посмотрела туда, куда ушли люди, ехавшие в этой машине, но на той улице их уже не было. Тогда она, превозмогая боль в спине, доковыляла обратно до Лэнд Крузера, к Максиму.

– Эй ты, лысая башка! – крикнула она. – Там девушка в машине живая, но сильно раненая! Помоги достать!

Максим медленно повернул голову и посмотрел на неё с такой ненавистью, что, казалось, воздух между ними должен был заискрить.

– Ты что… тупая или глухая? – процедил он сквозь зубы.

– И первое, и второе, и третье, и компот! – не сдавалась кучерявая. – Хватит нюни распускать! Ты виноват в том, что только что произошло! По твоей вине сейчас там девушка кровью истекает! Вылезай из тачки и помоги мне её вытащить! Иначе…

Она резко вскинула автомат, наставив дуло прямо на него, от чего тому чуть по носу не попала.