Текст книги "Правила волшебной кухни 8 (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

– Нет! Я ни денаро не вложу в Дорсодуро! Мой план звучит хорошо только тогда, когда мне всё достаётся бесплатно! Вот если бы я раскачал бизнес, – мечтательно сказал Контарини. – Тогда я бы начал платить со всех доходов один процент.

– Один? – удивился Вивальди. – Но ведь в Венеции принято платить по пятнадцать, а то и двадцать процентов.

– Да! Но так ведь это же Дорсодуро! Если бы я успел оформить договора при префекте Монгана, у меня были бы старые договора со сроком годности девяносто девять лет. И сколько бы я всего успел сделать за это время!

– Слушай, – Вивальди оглянулся по сторонам и понизил голос. – Так давай сменим префекта? В чём проблема-то? Он же молодой, неопытный, можно припугнуть.

– Да как же его припугнуть? Он же иностранец.

– Вот именно! Своих пугать не стоит, а вот иностранцев очень даже можно. А хотя, – Лука задумался. – Нет, мы же всё-таки цивилизованные люди, так что можем сделать всё по закону.

– Вот! – кивнул Альдо. – По закону мне нравится. Так что же ты придумал?

– У каждого человека есть свои секреты, – улыбнулся синьор Вивальди. – Ты слышал что-нибудь о синьоре Энрико Фальконе?

– Кто же не слышал? – усмехнулся Альдо, уже понимая, к чему ведёт товарищ.

За синьором Фальконе закрепилась слава неподкупного и скандального правдоруба. Синьор Фальконе был журналистом.

– Давай намекнём ему, что префект Маринари находится не на своём месте. Скажем, что он неопытный и странный. И пускай Фальконе всё остальное сделает сам. А когда расследование наберёт обороты, ты выйдешь к публике и скажешь: «Смотрите, этот гнусный Маринари не разрешает мне поднимать район Дорсодуро с колен!». И все скажут: «ай-ай-ай, какой же плохой этот синьор Маринари». И тогда-то парень никуда не денется. Поставит все нужные подписи, и ты начнёшь облагораживать район.

– Ты хотел сказать «зарабатывать деньги»? – уточнил Альдо.

– Да какая разница?

– Разница огромная!

– Ладно, – усмехнулся Лука. – Так и поступим. Фальконе действительно раскопает все тёмные тайны Маринари. Он очень дотошный и опытный человек.

Купцы выпили за идею, обсудили детали, а следом сделали несколько звонков. А через несколько дней встретились в то же самое время и в том же самом месте.

– Смотри! – радостный Лука протянул Альдо свежий номер венецианской газеты. – Видишь? Пустая колонка!

И впрямь – первая полоса газеты была пуста. Ну… практически. Наверху было написано имя знаменитого журналиста, а ниже всего лишь несколько строк мелким шрифтом: «Расследование касательно префекта Маринари началось. Все подробности я буду выкладывать здесь. Хорошей мне охоты».

– Ну что? – спросил Альдо. – Можно идти делать заявление? Сегодня ведь как раз музыкальная премия в городе проходит.

– Но у нас нет приглашения, – сказал Лука.

Мужчины переглянулись и рассмеялись. Есть приглашение, нет приглашения, они были желанными гостями везде – и даже там, куда их не звали. В итоге уже через несколько часов синьор Контарини и синьор Вивальди стояли на красной ковровой дорожке и махали рукой репортёрам. И настала пора начинать шоу…

– Минуточку внимания! – крикнул Лука. – Мой друг хочет сделать заявление! Синьор Альдо Контарини решил поднять район Дорсодуро!

Альдо же изобразил из себя скромнягу и даже специально покраснел. Отмахнулся и сказал:

– Да нет же. Я не смогу поднять район Дорсодуро, – и тяжко вздохнул. – Увы и ах, префект Маринари не позволяет. Я ведь хотел построить парки, а это такая тяжёлая работа. Хотел получить от района хотя бы парочку зданий для развития, но нет… мне нельзя. От синьора Маринари следует отказ за отказом.

– Ох! – театрально выдохнул Лука.

– Да. Настроение портится от такого, – пожаловался синьор Контарини. – И руки опускаются. А я ведь просто хотел помочь людишкам…

– Людям, – поправил его Вивальди.

– Ах, да-да, – спохватился Альдо. – Людям.

Журналисты записывали. Камеры снимали. Микрофоны ловили каждое слово, а купцы были крайне довольны тем, что их план пока что удавался…

Глава 12

Я стоял внутри темноты. Не «в темноте», да-да, я не ошибся. Я был у неё прямо внутри. Ни стен, ни пола, ни потолка, только я и голоса вокруг. Едва сделав шаг, я тут же споткнулся обо что-то, невольно шагнул ещё несколько раз вперёд и понял, что о каких-то ориентирах даже думать не приходится.

И кажется, Греко что-то перепутал, но… от этого даже смешнее.

– Эй! – крикнул я в темноту. – Я предлагаю переговоры! Есть такое желание⁈

А в ответ опять этот омерзительный смех со всех сторон. По памяти сделав несколько шагов назад, я потянулся к двери, но не нашёл её. Как, впрочем, и стены, вдоль которой можно было бы до неё добраться.

Пространство работало совершенно непонятным образом, напрочь игнорируя физику. И о хотя бы подобии ориентирования можно было забыть. Странно это всё, очень странно.

– Ну что, путник⁈ – раздалось слева.

– Заблудился⁈ – добавили справа.

– Теперь ты останешься с нами навечно! – а вот это уже проорали сверху.

Объёмный, так сказать, звук, прямо как в кинотеатре. Долби… это самое… чего там долби-то? Сураунд, кажется?

– Но если ты будешь умолять нас, – продолжили голоса, – то, возможно, мы пощадим тебя.

– УМОЛЯЙ!!! – разом рявкнуло голосов так-эдак десять сразу же со всех сторон.

А я, признаться, к такому обращению не привык. И что это вообще за просьба такая?

– Ага, – ответил я. – Бегу и падаю. Кстати! А может быть кто-нибудь из вас хочет карбонару или сет из морепродуктов? Или…

Я начал перечислять блюда различных кухонь мира. Том-ям, японский рамен, мексиканское тако, грузинские хинкали, севиче, фалафель, кебаб, бургер, фиг-энд-чипс и дальше, дальше, дальше. На кой-мне это было нужно? Вопрос хороший. На самом деле я думал, что таким образом смогу заставить тварь себя выдать – хотя бы короткого вздоха хватило бы, чтобы она себя выдала. Очень уж мне хотелось бы понять откуда взялась эта нечисть, потому что она явно не венецианская.

Даже запах и вкус у этой энергии совсем другой. Сама она плотная, но при этом нисколечко не вредит физически. На рассудок давит, но так, слегонца совсем. Как будто сама не хочет – очень похоже, что это какая-то побочка.

Что ж…

– Ну ладно, – сказал я после того, как перечислил тридцать семь блюд, но так и не получил ответа. – Значит, буду медитировать.

С тем я сел на пол и закрыл глаза, – хотя толку от этого было немного и ничего, считай, не изменилось. Выровняв дыхание, я погрузился в транс и принялся раскачивать свой источник, а попутно изучать это странное пространство и эту странную энергию. Вокруг тем временем продолжался шум и рядом со мной на пол грохались какие-то… предметы. Даже близко предположить не могу, что это такое было, однако был готов в любой момент отбить атаку.

Но! Поскольку в меня до сих пор ничего не прилетело, можно сделать вывод о том, что нечисть просто пугает меня. Вот только мне не страшно.

– Оп-па!

И тут я понял, что прямо под землёй, под полом и фундаментом, именно там, где по идее должны были быть вколочены стандартные венецианские сваи, вместо них находится небольшая комнатушка. Как это возможно? Ну-у-у, в этом месте было что-то типа маленького острова, что не очень характерно для Венеции. Вообще-то совсем не характерно!

Тут блин реально дом стоял на фундаменте! Настоящем фундаменте, который располагался в настоящей земле. И это около порта. Очень интересно… И вся эта негативная энергия прёт именно из неё! А в комнатке той, если я всё правильно понимаю, находится что-то типа портала.

Хотя… что значит «что-то типа»? Портал и есть! Согласен, большим специалистом по пространственной магии я не являюсь, но кое-что о порталах всё равно знаю. Всё-таки мои родители превратили наш род в обитель тёмных искусств, и весь дом был завален соответствующей литературой.

Вот я и почитывал на досуге. Приходилось изучать тёмную магию почти что наравне со всеми, с тем чтобы однажды, если семья силой решила бы заставить меня подчиняться и служить, я мог дать им отпор. Ведь когда знаешь, что именно против тебя применяет, отпор давать значительно легче.

Короче! Много всякого видел, много всякого читал, но как именно работают порталы я не знал. Во всех книгах, что добывали родители, на этот счёт содержались лишь жалкие обрывки знаний. Да-да! Общеизвестно, что люди не могут использовать пространственную магию, но! Работы-то в этом направлении непрерывно ведутся! Но о результатах лично я ничего не знал. О положительных результатах конечно. Так что дальнейшие выводы я сделал не исходя из каких-то запретных знаний, а благодаря банальной человеческой логике.

Эта комнатушка внизу создавалась либо при постройке дома, либо же перед постройкой дома, потому как в условиях Венеции просто взять, прокопать и пристроить её попросту невозможно. А значит, она очень и очень древняя.

– Ну точно же…

И теперь мне стало понятно, почему это здание сносили столько раз. Греко дал ссылочку на информацию по объекту, и по пути сюда я вычитал, что этот дом сносили и отстраивали, сносили и отстраивали, сносили и… и вот так около десяти раз. Наивные! Наверное думали, что если снести дом, то аномалия исчезнет, но даже не подозревали что проблема кроется гораздо глубже. Под фундаментом.

– Посмотрим-посмотрим…

Я продолжил щупать пространство, и постепенно пришёл к мысли, что с этой нечистью пора бы уже что-то делать. Как минимум, потому что задолбала – никак не даёт нормально сосредоточиться.

– Смотрите! – верещали голоса с разных сторон. – Человек уже практически не дышит! Ему страшно! В его душе поселился страх!

Следующий голос опять начал шептать прямо в ухо:

– А ты знаешь, что мы можем взять твою душу и надкусить⁈ – и снова рассмеялся, что стало последней каплей.

Я быстро выбросил руку в сторону шёпота с целью схватить гадину за горло, вот только… горла не было.

– Аха-ха-ха-ха! – заржала нечисть уже на другое ухо. – Хорошая попытка, но мы бестелесны! Мы повсюду, человек! Нас нельзя ни увидеть, ни схватить! Бессмертные боги прошлого принимают тебя в своей обители, но ты здесь незваный гость! Каково это, а⁈ Каково находиться там, где тебя не ждут и там, куда тебя не звали⁈ СТРАШНО⁈

И так далее, и тому подобное, и всё в том же стиле. Голоса продолжали издеваться надо мной – шептали, кричали, смеялись и давили буквально со всех сторон. Клянусь! Терпение у Артуро Маринари буквально ангельское, но в какой-то момент я всё-таки психанул.

– Достали! – рявкнул я.

– Ну раз достали, тогда взгляни страху в глаза! Открой нам свою душу!

– Да без проблем, – сказал я. – Сейчас открою…

А следом сосредоточился и начал втягивать в себя негативную энергию так быстро, как только мог. И… чёрт! Мне казалось, что я сейчас «употреблял» саму ночь. Втягивал в себя не энергию, а вот-это-вот непроглядное пространство вокруг меня и… да! Комната постепенно начала светлеть.

Всё-таки снаружи день, солнце палит вовсю и не могло же быть такого, чтобы свет не нашёл хотя бы одну щёлочку?

– Да ладно⁈ – хором крикнули голоса, а затем начали вразнобой истерить: – Так нечестно! Что ты делаешь⁈ Ай-ай-ай!

Но что в итоге? В итоге за неполную минуту я поглотил в себя всю эту тьму, открыл глаза и увидел, что прямо передо мной стоят четыре сущности. Интересные бабайки, честно говоря, первый раз таких вижу.

Они как будто бы были сделаны из сгустка тьмы и визуально напоминали просто кусок чёрного чего-то с хищными красными глазами.

– Человек применяет страшные вещи! – пожаловалась одна бабайка другой. – Его нужно наказать!

– Нужно! – согласилась вторая. – Но он ещё не посмотрел страху в глаза!

– Да почему же? – влез я в диалог. – Почему же не посмотрел? Вот прямо сейчас и смотрю…

Сущности замерли. Красные глаза стали круглыми-круглыми, и теперь скорее напоминали запретительные сигналы светофора. Насчёт ртов не уверен… не знаю, есть ли они у них вообще, но если бы были – уверен, раззявились бы на всю.

– Да ладно⁈ – крикнула одна из сущностей. – Ты что, нас видишь⁈

– Он нас видит! – заверещали другие. – Он нас видит!

– Вижу-вижу, – кивнул я. – Ну а теперь давайте поговорим…

Я высвободился из лотоса, поднялся на ноги, и начал разминаться.

– Обожаю китайскую кухню, – сказал я, хрустнув затёкшими позвонками. – Знаете, по какой причине?

– И… по какой же? – непонимающе спросила сущность.

– В ней нет тормозов, – ответил я. – Господа китайцы готовят всё, что бегает, плавает, летает, ползает и… что там ещё? Растёт! И вот мне интересно сейчас стало, что же можно из вас приготовить?

– Не надо из нас готовить, – слабо пискнула одна из сущностей. – Мы несъедобные вообще-то.

– А вот это мы сейчас и проверим, – я сделал шаг вперёд и:

– Бежим! – заорали бабайки и бросились врассыпную. Потешно спотыкаясь и толкаясь друг с другом, они сделали вид что разбегаются кто куда. Но Артуро Маринари не проведёшь! Я очень даже ясно почувствовал, что вся эта нечисть так или иначе стремится вниз. В потайную комнату, из которой я тут же почувствовал токи негативной энергии.

– Мы ещё вернёмся! – раздалось откуда-то. – И наша месть будет страшна!

Так… не то, чтобы я всерьёз отнёсся к этой угрозе, но хотелось бы сделать так, чтобы они не вернулись. А для этого надо сделать… что? Правильно! Для этого надо обесточить комнату. Сосредоточившись, я принялся тянуть тёмную энергию из-под земли. Тянул, тянул, тянул, но тут вдруг понял – я уже заработал себе недельку без сна, и если продолжу, то лишь усугублю. А потому прекратил.

– Н-да…

Следом я задумался вот о чём: кучу лет мои родители потратили на поиски рабочего портала. Мечтали, что будут тянуть из него негативную энергию для своих артефактов, и очень расстраивались по поводу того, что у них ничего не получается, и что им постоянно продают какие-то пустышки. А их сын тем временем просто взял и нашёл. Случайно. Даже не думал об этом, честное слово!

И думаю, что маменька с папенькой очень многое отдали бы мне за то, чтобы я сообщил им о портале.

– Ладно, – я хлопнул в ладоши. – Осмотрим территорию…

С тем я начал бродить по своим новым владениям и что хочется отметить в самую первую очередь, так это простор. Такой… м-м-м… заводской. Высоченные потолки, на которых висели длинные лампы, на стене будто бы в угоду санпину белая плитка, ни единой перегородки или стены, а ещё…

– Ой.

А ещё кровосток на полу. И что-то мне всё это напоминает. И судя по близости порта и рыбацких хижин, вывод приходит сам собой: кажется, раньше это здание использовали как цез по разделке рыбы. Причём всё сохранилось идеально, даже несмотря на то, что зданию четыре сотни.

– Устраивает, – кивнул я сам себе. – И это мягко сказано…

Осталось теперь лишь решить, что делать с комнатушкой внизу. И стоило мне лишь об этом подумать, как я заметил – под над ней начал темнеть. Энергия, а вместе с ней и тёмное пространство, пёрли наружу.

– Непорядок.

Махнув рукой, я срезал весь негатив и решил пронаблюдать за динамикой. Ну и пронаблюдал: через час тьма поднялась снова, и мне снова пришлось её собирать. И вот он, подвох! Получается, что это место не подойдёт никому из моих нынешних сотрудников. Я просто-напросто не смогу тут никого оставить.

Ладно… подумаем, как быть. А место реально шикарное, и надо бы поблагодарить за него Греко. У человека настоящая чуйка на то, что мне нужно…

Интерлюдия. Габриэль Греко

Габриэль Греко сидел в своём кабинете за столом и не моргая глядел на телефон вот уже несколько часов. Он всё ждал и ждал, когда же Артуро Маринари позвонит ему с тем, чтобы объявить страшное… о том, что они с Греко больше не друзья. И что никакого уважения больше нет и быть не может.

Однако экран телефона оставался всё таким же тёмным и равнодушным.

– Да ладно? – наконец спросил сам у себя Греко. – Он что, даже не позвонит?

Валентина же как могла постаралась успокоить мужа:

– Слушай, Маринари же взрослый адекватный человек и…

– А ещё он префект! – перебил супругу Греко. – И плюс ко всему идеальный повар, который готовит именно так, как нравится нам обоим!

– Ну не переживай ты так…

– Я не могу не переживать!

Таким манером прошёл час. Второй. Третий. Рабочий день Греко и Валентины уже давным-давно закончился, но синьор Габриэль всё продолжал сидеть и молча пялиться на свой телефон. Его супруга уже было дело собралась идти домой, но тут в дверь постучали.

– Войдите, – безучастно сказал Греко.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл курьер. Не римский, и не даже не в костюме голубя, а самый что ни на есть обыкновенный. Молодой парнишка лет шестнадцати с термосумкой за спиной.

– Синьор Греко? – спросил он.

– Вам доставка от синьора Маринари.

– ДА ЛАДНО⁈ – Греко заорал так, что аж сорвал связки, и плюс ко всему у него тут же начал дёргаться глаз. Дрожащими от волнения руками он взял коробку, которую передал ему курьер, открыл и не удержался от того, чтобы повторить: – Да ладно⁈

Внутри лежала коробка конфет ручной работы, бутылка красного вина сорокалетней выдержки, и ланчбокс с нарезкой разнообразных сыров.

– Это конец, – выдохнул Греко и погрустнел ещё сильнее. – Это конец нашей с ним дружбы. Всё. Я подвёл хорошего человека…

– Почему ты так решил? – уточнила Валентина.

– А то ты не знаешь?

А дело было в том, что в корпоративном сообществе Венеции ещё давным-давно устоялись свои правила на тот случай, когда один человек провинился перед другим. Драка между провинившимся и оскорблённым означала то, что всё ещё можно исправить. Словесная перепалка, так вообще сигнализировала о том, что человек, который злится на тебя, на самом деле тебя любит, уважает и уже простил. Просто для вида хочет покричать на тебя и ждёт, что тоже покричишь в ответ. Выпустишь пар, так сказать.

Но! Если обиженная сторона присылала тебе конфеты, это означало окончательный и бесповоротный разрыв всех официальных и неофициальных отношений.

– Всё, – взрослый серьёзный мужчина не смог удержаться от слёз. – Я всё испортил.

Валентина тем временем широко-широко распахнула глаза и смотрела на мужа, открыв рот, но тут всё-таки взяла себя в руки и сказала:

– А знаешь, что?

– Что?

– Не печалься!

– Ага, – кивнул Греко. – Ты мне вот сейчас сказала не печалиться, и я сразу же перестал. Именно так это и работает.

– Прекрати! – Валентина была неумолима. – Я твоя жена! Я твой секретарь! Я твоя правая рука! В конце концов, я просто умная и красивая женщина, так что я всё решу!

– И как же ты сможешь решить это? – устало улыбнувшись спросил Греко и утёр слёзы галстуком.

– Я решу это так, как подобные вопросы решают женщины.

– Это как?

– Я пойду к другой женщине! – твёрдо заявила Валентина. – Мы с Джулией в хороших отношениях, так что я пойду к ней и всё разузнаю! А может быть даже решу!

– О, дорогая, – немного оживился Греко. – Если ты действительно решишь этот вопрос, проси что хочешь и… стоп! А я ведь знаю, что ты хочешь! Помнишь ты говорила, что какой-то модный дом… как его там?

– Модный дом «Дигидом».

– Точно-точно! Помнишь ты говорила, что они выпустили новую сумку, которая стоит невероятных денег? А я тебе ещё говорил, что нам нужно немного подождать и подкопить на неё.

– Помню-помню, – с чувством затаённой обиды произнесла Валентина.

– Так вот забудь про это! Если ты поможешь мне решить вопрос с Маринари, мы не будем ни ждать, ни копить! Я лично приду в дом «Дигидом» и куплю тебе эту сумку!

На такое супруга Габриэля тяжко вздохнула и сказала:

– Теперь мне точно придётся решать вопрос.

– Стоп, – не понял Греко. – А до этого ты не собиралась стараться?

– Ну… сперва думала просто узнать, что к чему, но теперь точно придётся разбираться, – Валентина улыбнулась. – Сумка-то и правда классная.

– Женщина! – крикнул Габриэль. – На кону стоит моя честь! А ты в этот момент думаешь о сумке⁈

– Ага, – рассеяно ответила Валентина, мечтательно глядя в окно и уже представляя себе сумку. – Кра-а-а-асненькая… С такими вставочками…

– Просто иди, женщина, – вздохнул Греко. – И помни, что я тебя очень люблю…

Глава 13

Я осмотрел здание ещё разок, простучал стены во избежание новых внезапностей, а затем оценил проводку. И то, что она в помещение вообще наличествует – это, пожалуй, единственный плюс. Чтобы запустить производственные мощности, нужно будет всё переделывать. Чай, не в средневековье запускаться собираюсь, и потому моя заготовка будет жрать целую кучу электроэнергии.

Дальше я прикинул, где можно будет установить морозильные камеры, куда поставить столы, куда мойку и так далее, и тому подобное. Примерный план в голове возник, и потому я решил, что на сегодня достаточно.

Вышел на улицу и уже порядочно отошёл от здания, двигаясь в сторону «Марины», как вдруг заметил, как к нему спешит Матео. В одной руке у рыбака был молоток, в другой здоровенный рыбацкий гарпун, подмышкой стремянка и новая пластиковая табличка, а в зубах длиннющий гвоздь.

В целом, для чего нужен такой набор – понятно. И признаюсь честно, мне было крайне любопытно понаблюдать за тем, что будет происходить дальше. Как именно Матео собирается вогнать гвоздь в камень, да ещё и через пластик, который обязательно раскрошится. Но…

– О! – крикнул Матео, выронив гвоздь. – Артуро! – а затем уронил и всё остальное.

Табличка, стремянка, молоток, гарпун – всё это с грохотом упало на мостовую, а рыбак в несколько широченных прыжков оказался возле меня, крикнул:

– Мы снова друзья! – и сгрёб меня в объятия.

Обнял и как давай плакать в плечо. Я аж почувствовал, как он трясётся, всхлипывая.

– Матео, – кое-как выдавил я из себя. – Отпусти. Раздавишь.

– Извини, – рыбак отступил на пару шагов и шмыгнул носом.

– Что это с тобой? – уточнил я.

– Со мной всё в порядке, – ответил Матео. – Но главное, что с тобой всё в порядке! Ты выжил, Артуро! И ты остался в своём уме! Как же здорово-то, а⁈ У меня только-только появился второй лучший друг, и я уж думал, что потерял его!

– Гхым… с чего это вдруг потерял?

– Так ведь здание проклято!

– Ой, да ничего оно не проклято, – отмахнулся я, а потом решил спросить: – Слушай, всё понимаю, но зачем тебе гарпун?

– Э-э-э…

Матео быстро нагнулся, поднял гарпун и спрятал его за спиной, делая вид, что ничего особенного не происходит.

– Я думал, что… ну… это, – замялся рыбак. – Что мне придётся твоё тело отбивать. Всё-таки ты мой друг, и я был обязан тебя похоронить.

Ах ты ж мой хороший! От такого заявления я аж расчувствовался. Улыбнулся, потрепал Матео по волосам, как большого, лохматого и, – что самое главное! – верного пса, а потом сказал:

– Когда-нибудь.

– Обещаешь?

– Обещаю, – кивнул я. – Ты настоящий друг. Слушай, а табличка тебе зачем?

– Повесить вместо старой хотел, – объяснил Матео. – Чтобы никто внутрь не зашёл и не пострадал. Там так и написано, кстати, «Посторонним вход воспрещён». И кстати! Артуро, а что там внутри?

– Долго рассказывать. Давай лучше пойдём, покажу.

– Да ну его нахрен!

– Пойдём-пойдём, – настоял я.

С определённой опаской, но Матео всё-таки поддался на уговоры. Зашёл, огляделся, а после глубоко-глубоко вдохнул.

– Странно, – сказал он. – Обычно на меня такие места давят, а тут вдруг как будто дышать стало легче. Никакой тяжести, никакого гнёта. Тут… чисто!

Матео формулировал как мог. То, что он называл «тяжестью» и «гнётом», как по мне – обычная негативная энергия. И что характерно, он ведь тоже её чувствует, пускай и по-своему. Ну… а что тут удивительного? Всё-таки русал в каком-то там поколении. Полурусал? Четвертьрусал?

– Маринари, ты гений, – Матео освоился и начал бродить по цеху. – Не знаю, как ты это сделал, но сделал.

Долго задерживаться не стали. Выйдя наружу, я подобрал табличку Матео и вместо того, чтобы раздолбать её молотком просто повесил на дверную ручку. Думаю, так тоже сойдёт.

– Матео! – хлопнул я себя по лбу. – А что мы всё обо мне, да обо мне? Ты сам-то как? Как твоя эпопея с русалками?

– А что с русалками? – напрягся рыбак. – Опять воруют, что ли?

И стоило ему спросить, как я вдруг задумался и понял: последние несколько дней я нигде и ни от кого не слышал жалоб на кражи. Никто даже мельком не обсуждал пропавшие вёсла или якоря, да и рыбный рынок потихонечку начал оживать. Свежая рыба в полном своём ассортименте лежала на прилавках.

– Нет, не воруют, – ответил я. – Всё спокойно, насколько я знаю. Это ты их утихомирил, что ли?

– Вроде того.

– А как?

– Ну, – Матео опять замялся. – Мне в некотором роде пришлось стать их королём.

Я уже накрепко привык, что мои собеседники частенько начинают таращить глаза, открывать рот, орать дурным голосом: «Да ладно⁈» – и прочими гипертрофированными способами показывать своё шокированное состояние. Но вот конкретно сейчас я сам оказался на их месте.

– Ты… король русалок? – переспросил я.

– Не всех, понятное дело, – ответил Матео. – Только венецианских. Тех, что в лагуне живут. А вообще у меня там ситуация случилась очень похожая на твою, Маринари. Они меня общим голосованием выбрали в предводители, и моё согласие особо не требовалось. Но! Венецией я не клялся, никаких присяг не приносил и вообще сказал, что мне нужно подумать. Намекнул им, что они будут себя хорошо вести и прекратят всё это… всё вот-это-вот, то я, скорее всего, соглашусь.

– А они ведь и впрямь себя хорошо ведут, – сказал я и подумал о том, что от Ани уже пару дней как нет никаких сообщений насчёт нападений на баржу. – А ты сам-то, Матео? Хочешь быть русалочьим королём?

– Даже не знаю, – пожал плечами рыбак. – Если честно, у меня с женщинами как-то особо не складывается. Не могут они со мной слишком долго рядом находиться, уж не знаю почему. А тут, считай, женским коллективом руководить… Ладно!

После Матео предложил мне вне очереди отгрузить крабовых панцирей со скидкой, а я чтобы не обидеть согласился. С тем мы пожали руки, попрощались, и я в распрекрасном настроении двинулся обратно в «Марину».

Вернувшись в ресторан, я первым же делом решил собрать подарочную коробку для Габриэля. Логичней было бы отправить корзину, но свободных корзин что-то как-то не нашлось, и поэтому вот – коробка. Наспех сунул туда конфет ручной работы, которые мы тестировали для пекарни синьоры Бачокки, бутылочку вина и несколько баночек с соусами моего авторства – песто красный, песто зелёный, сальсу и чесночный с трюфелем. Красиво упаковал всё это дело, перевязал ленточкой и отправил курьером.

В последний момент подумал о том, что надо было бы ещё и сопроводительную записку написать. Мол, так и так, срок годности соусов максимум неделя, так что не затягивай, ешь. Спасибо тебе за всё, Греко, не суй руки в реку. Но! Такой у меня красивый бантик получился, что грешно было развязывать. Поэтому отправил так. Думаю, синьор Габриэль в состоянии сложить два и два и понять к чему бы это всё.

Курьер ушёл, а я в кои-то веки добрался до кухни. Индзаги в этот момент косплеил осьминога-трудоголика – стоял у плиты и пытался готовить одновременно на восьми конфорках, периодически отбегая к фритюру, чтобы подёргать сетку. Выглядел он при этом так, как будто только что пробежал залпом несколько марафонов.

– А где Петрович?

– Я не знаю, где синьор Петрович! – взвыл парень. – Он полчаса назад прогнал мне какую-то чушь про щеночков на стремнине, а потом сказал, что у него сиеста и ушел!

– Во как… ну давай тогда я помогу, что ли?

А работали мы, на удивление, молча. «На удивление» – это потому что мы с Джанни толком вместе и не работали никогда… ну… банкеты и мероприятия не в счёт. Синхронизация случилась чуть ли не с первой секунды – уворачиваясь друг от друга, мы перекидывались продуктами, заканчивали за друг за другом блюда, оформляли, отдавали… чувство локтя! Вот что это было. Не магия, но очень близко к этому.

Обед прошёл настолько спокойно, насколько это вообще возможно. Я уж было подумал, что сегодняшний день уже исчерпал лимит по событиям, но тут завертелось снова. Беда пришла оттуда, откуда я её вообще не ждал.

В зал ворвался злой как чёрт Аугуриели. Сын дона сразу же направился ко мне и чуть ли не через зубы процедил о том-де, что:

– Синьор Маринари, нужно срочно поговорить.

– Слушаю.

– Война, – домовой достал телефон, разблокировал его и начал что-то яростно написывать. – Вот только не обычная, синьор Маринари, а информационная. Префектуру Дорсодуро и конкретно вас атакуют венецианские купцы.

– Какие ещё купцы?

– Контарини и Вивальди, – Аугуриели показал мне фотографию двух пузатых синьоров.

– Ага, – кивнул я. – А напомни, пожалуйста, я им какое-такое плохое зло сделал?

– Никакого! Просто один из них пытался…

А дальше мой зам рассказал мне о том, как раз за разом заворачивал схему Контарини, отказывая ему во всех прошениях. Причём схема была настолько тупой и наглой, что мне даже не верилось, что такое вообще можно придумать. Товарищ хотел за просто так получить половину района. Ещё и про парки какие-то постоянно заикался… короче, дегенеративный бред как он есть.

И вот, после того как Аугуриели отказал ему несколько раз, началась атака. Под лозунгами «Маринари не справляется», «Маринари чужак», «Маринари сопляк», «Дорсодуро заслуживает лучшего» и всё такое прочее, синьор Контарини начал терроризировать все местные СМИ.

– Ага…

Но не успел я толком отреагировать и даже понять, как именно на такое стоит реагировать, как в «Марину» вошли ещё гости. Синьор Вальмарано, а с ним ещё трое.

– Здравствуйте. А вы тут…

– Добрый день, коллега, – префект Каннареджо первым пожал мне руку, а затем начал по очереди представлять своих спутников. Префекта района Сан-Марко, синьора Гримани, Бруно из Кастелло и Феррари из Санта-Кроче. К моему превеликому стыду, все эти имена и фамилии я слышал впервые.

– Очень приятно, синьоры, – вполне искренне сказал я. – Но хотелось бы узнать, в чём причина вашего визита. Уверен, что такие занятые люди как вы собрались вместе неспроста.

– Давай присядем, Маринари? – предложил Вальмарано и игриво улыбнулся. – Под вино разговор легче пойдёт.

– Без проблем.

Билли и Вилли, будто команда пит-стопа, за неполную минуту организовали нам лучший столик. Принесли вина и несколько порций дежурных закусок – сыры, оливки и нарезку колбас. Префекты устроились, я лично разлил вино бокалам и чокнулся со всеми, когда был поднят первый тост за Венецию.

– Итак, – Вальмарано пристально посмотрел мне прямо в глаза. – А почему вы так спокойны, синьор Маринари? Почему не говорите, что у вас проблемы?

– То есть? – не понял я.

– То и есть. Купцы Контарини и Вивальди…

Ну а дальше префект Каннареджо пересказал мне всё то же самое, что минутой раньше Аугуриели. Правда… в выражениях Вальмарано стеснялся ещё меньше. «Тупые подонки без зачатков мозга как такового» – самое лестное, что он сказал об этих двух синьорах.

– Хитрые, как первоклашка. Только если первоклашка, он… э-э-э…