Текст книги "Правила волшебной кухни 8 (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Как итог: уже через час я сидел в Джентльменском Клубе за одним из центральных покерных столиков, а напротив меня собралась чуть ли не вся «центровая» нечисть Венеции. Непосредственно сам хозяин Клуба, дон Базилио, старшая сирена и Матео в качестве парламентёра от русалок.

– Друзья мои, – начал я, обводя их всех взглядом. – Мы с вами живём в Венеции. В городе, где люди и нечисть делят одну землю, одну воду, одно небо… нормально пафоса?

– В самый раз, – кивнул дон Базилио.

– Отлично! Тогда продолжаю. У нас всё общее, но… почему-то у людей чуть ли не каждый день проходят фестивали, карнавалы, праздники и прочие массовые гуляния. А у вас? У вас ничего нет! Вы прячетесь по норма, вылезаете только под покровом темноты и… давайте начистоту: вы чисто технически не можете просто так, по настроению, собраться и хорошенечко повеселиться. А почему?

Никто не ответил. Однако в глазах нечисти я видел разгорающийся интерес.

– Потому что не верите, что достойны этого? Не верите, что имеете права⁈ Но разве вы хуже⁈

– Нет! – рявкнул Шон, у которого от мотивационной речи раскраснелись уши. – Не хуже!

– Разве у вас нет талантов, нет сил или желания устроить настоящий праздник? – и теперь, в качестве контрольного, всем весом на больное: – Разве вы не любите Венецию так же сильно, как люди?

– Любим! – отозвались все хором. Ну… кроме Матео. Тот просто сидел и охреневал от происходящего.

– Так почему бы вам тогда не устроить свой собственный фестиваль? Прямо сегодня ночью! Неужели не справимся⁈

– Кхм-кхм, – прокашлялся дон Базилио, вальяжно поигрывая цепочкой от часов. – А что за фестиваль ты предлагаешь, мальчик мой?

– Не знаю! – ответил я, но тут же передумал: – А хотя знаю! Давайте это будет фестиваль плавучих платформ? Все желающие разобьются по командам и построят нарядные плоты и гондолы. Украсят их, как хотят, а потом проплывут через всё Дорсодуро? У кого будет самая красивая платформа, тот и молодец. И да! Предлагаю, чтобы все присутствующие за этим столом были в жюри.

– Ты льёшь мёд в уши старика, мальчик мой, – улыбнулся дон Базилио. – Но скажи. Разве это не соревнование?

– Соревнование.

– А как же приз?

Я улыбнулся и поднял бокал.

– А призом будет…

Глава 17

Запах свежесваренного кофе, крики чаек, плеск воды в канале – всё это стало для меня примерно таким же родным, как берёзки, самовары, заснеженные поля и прочие атрибуты далёкой холодной родины.

Прямо сейчас я сидел на летней веранде и наблюдал за проплывающими мимо гондолами. С радостью хочется отметить, что движение в Дорсодуро становилось с каждым днём всё плотнее и плотнее – турпоток прёт, как на дрожжах. И в этом, насколько я понимаю, есть моя заслуга. Так вот! В руке у меня была уже вторая чашка эспрессо за день, и я собрался собрать мысли в кучу.

Вчерашний вечер всё никак не шёл из головы. Фестиваль! Я вспомнил, как всё начиналось, и невольно усмехнулся. Потом усмехнулся ещё раз, не выдержал и рассмеялся в полный голос, потому что фестиваль прошёл… никак.

Я-то по наивности своей думал, что это люди – самые нерешительные зануды на свете, а нечисть должна быть легка на подъём. Ошибся. Оказалось, что нечисть может вести себя ещё хуже. И вот что было: после моего вдохновенного спича нечисть уже настроилась на фестиваль, а сам я уже практически видел, как стою на набережной, смотрю на платформы и оптом пожинаю позитивную энергию… но.

После того, как первые эмоции утихли, дон, Шон, сирена и Матео начали говорить, что спешка в таких делах смерти подобна, и им всем нужно тщательно подготовиться. Дескать, это же соревнование. И тут я сразу же пожалел о том, что рассказал каким будет приз. Он понравился всем настолько, что нечисть решила подойти к делу с максимальной серьёзностью.

Даже Матео! По такому случаю рыбак вышел пообщаться со своими русалками, и вернулся с вестью о том, что их платформа будет состоять из настоящих кораллов, а добыча их дело опасное и небыстрое, поэтому придётся подождать. А если не подождать, русалки обидятся.

Одним срочно понадобилось дождаться каких-то супер-опытных корабельщиков, вторые послали письмо с запросом в Атлантис, – где это я даже близко себе не представляю, – а третьи хотели подготовить самые лучшие материалы. Увы и ах, переубедить я никого так и не смог.

В итоге фестиваль платформ был перенесён на неопределённый срок, а мне нужно было срочно придумывать новый план касательно сквера. Какой? Вообще непонятно пока что.

– Ладно, – вздохнул я, допил кофе и направился в зал.

Не успел толком зайти, как следом в «Марине» появилась синьора, которую я прежде у себя в гостях никогда не видел. Лет сорока… наверное! Потому что тут оценку на глаз задавать категорически нельзя – синьора была очень ухожена, и при полном параде. В шляпке с вуалью, в лёгком летнем пальто, и с квадратной сумочкой из чёрной кожи через плечо. Она внимательно оглядела зал вокруг, остановилась взглядом на мне и долго не расшаркиваясь сразу же спросила:

– Синьор Маринари?

– Здравствуйте, – кивнул я. – Да, синьор Маринари.

– Отлично! А я как раз вас и ищу. Вы мне нужны, как префект.

– Слушаю.

– Меня зовут София Росси, мы с вами не знакомы, но я за вас голосовала.

– Очень приятно, – улыбнулся я.

– Увы, голосовала не лично, – зачем-то продолжила синьора София. – Заболела в день выборов и передала свой голос через подругу. Так вот. Честное слово, я не хочу вам надоедать, – тут женщина тяжко вздохнула. – Но я просто не знаю, к кому мне ещё обратиться. Полиция разводит руками, социальные службы говорят, что это не их профиль. Я уже устала обивать пороги, синьора Маринари…

– Прекрасно понимаю вас.

– И вот мне подсказали, что с такими вопросами лучше сразу же идти к префекту. Префект ведь человек уважаемый, и должен помочь. Понимаете, я ведь не хочу травмировать моего мальчика! Я не хочу, чтобы от пострадал или с ним что-нибудь случилось…

Я слушал, кивал и пока что не перебивал. Однако у меня сложилось полное впечатление, что разговор начался с середины. Понял пока что только то, что у синьоры какие-то серьёзные проблемы с сыном, и я должен ей помочь.

Синьора тем временем растараторилась настолько, что сбила дыхание. Отдышалась, расстроенно покачала головой и продолжила?

– Я уже не знаю, что мне делать, синьор Маринари. Мой мальчик своими собственными руками губит свою же жизнь, и если я сейчас не отреагирую, то могу потерять его. Понимаете ли, я растила его без отца. Возможно, мне не хватило авторитета в его глазах, и он начал искать его на стороне.

– Угу, – в сотый раз кивнул я.

– Мой мальчик связался с плохими людьми, которые занимаются… всяким, – синьора чуть понизила голос. – В том числе и кражами. Эти негодяи негативно влияют на моего малыша, а недавно даже предложили ему уйти из дома и переехать в другой город. Туда, где эта банда проворачивает свои особо тёмные дела. А он…

– Что он?

– Он согласился! – чем больше рассказывала синьора Росси, тем всё более и более несчастной она выглядела. – Вот я и боюсь, что он уедет. А ещё, представляете, недавно я нашла у него кошелёк. Женский кошелёк! Денег внутри, конечно же, уже не было, зато был телефон владелицы. Я позвонила по нему, мы встретились и… да, та синьора подтвердила, что кошелёк у неё украли.

– А вы?

– А я вернула ей вместе с кошельком все украденные деньги и извинилась. Ох, мой малыш! Мой бедный мальчик, на какую же кривую дорожку ты встал…

Я был малость в шоке. Ребёнок, который ворует кошельки, связался с бандитами и собирается переехать в другой город? Представляю себе этого малолетнего преступного гения и то, что из него может вырасти. И… ну неужели этот школотрон реально ходит в авторитетах?

– И ещё! – тут София начала плакать. – Он набил себе татуировки. И ладно бы что-то красивое… цветочки там, бабочки, или имя какой-нибудь девочки. Но нет! Он набил черепа, кинжалы, драконов и прочий ужас…

Синьора разрыдалась в голос. Я же лихорадочно соображал: а что она от меня-то хочет? Чтобы я поговорил с этим малым? А вдруг… вдруг он мне лицо, так сказать, набьёт? Я ведь и ответить не смогу! Это не принцип даже, и не какое-то там убеждение, это из области животного естества – не трогать детёнышей. И даже если они выглядят как матёрые уголовники с черепами во всю спину – всё равно.

– А ещё он ничего не делает, – всхлипнув крайний раз, снова завелась София. – Ничего не хочет, ничем не интересуется. Сидит целый день и играет в игры на своём компьютере. Причём нервный такой. Если оторвать – орёт, ногами топает. Я ведь его и на работу устраивала через знакомых… не ходит!

Так… минуточку.

– Либо играет, либо с дружками своими пропадает! А я ведь с той компанией говорила, и просила оставить моего мальчика в покое! А они отвечали, что никто никого никуда не тащит, и что он сам приходит, и что они тут не причём! – тут София схватила меня за плечи. – Последний шанс, синьор Маринари! Я устроила моего малыша на работу через моего хорошего знакомого, и это действительно его последний шанс! Прошу вас, помогите!

– Устроили малыша на работу, – задумчиво повторил я. – Прошу прощения, а в школу вы его отдавать не пробовали?

Что-то мне кажется, что в этой истории оба хороши – и мать, и сын. Вряд ли малолетний пацан хочет вкалывать, и это весьма понимаемо. Или же…

– Слушайте, а сколько лет вашему мальчику? – спросил я, на что София снова разревелась.

– Ой, да он совсем маленький ещё. Ему двадцать шесть.

– Сколько⁈ – вырвалось у меня.

И сразу же захотелось сделать синьоре Софии комплимент. Женщина выглядит не просто хорошо, а просто восхитительно для своих лет. Однако:

– Ага, – кивнул я. – Двадцать шесть лет мальчику. Понятно. А от меня-то вы что хотите?

– У вас есть авторитет, – ответила София. – Посодействуйте, пожалуйста. Раньше в префектуре была организация, которая помогала с проблемными детьми, но потом она распалась…

«Но даже если бы не распалась», – подумал я про себя и в очередной раз охренел: «Двадцать шесть лет!»

– … и если бы вы смогли каким-то образом помочь, то я была бы вам премного благодарна.

Я подумал. Взрослый мужик, который ведёт себя как ребёнок – это не моя проблема. Я вообще-то префект, а не… не тот, чья это проблема! Однако мать плачет. И не просто мать, а моя избирательница.

– Ладно, – сказал я. – Разберёмся с вашим мальчиком. Однако не без вашей помощи.

– Всё, что угодно, синьор Маринари!

– Я отправлю к вам одного человека, который в таких делах действует максимально эффективно.

– Психолога?

– Ну-у-у-у, – протянул я. – Можно и так сказать. Однако этот психолог очень узкого профиля. И этот специалист в некотором роде разбирается в криминальном мире и его порядках, поэтому не переживайте. Они с вашим мальчиком будут на одной волне. Главное! – тут я перешёл непосредственно к делу. – Главное, чтобы у моего специалиста был доступ к вам домой и ваше разрешение.

– Разрешение на что?

– Чистая формальность, – заявил я. – Смотрите, как мы поступим: прямо сейчас вы пойдёте в префектуру и найдёте там моего заместителя, синьора Аугуриели.

– Так, – кивнула синьора Росси.

– Объясните ему суть проблемы, а потому подпишете бумажку о том, что вы согласны на вмешательство в ваши дела, проникновение в дом, и так далее и тому подобное. При всём уважении, хотелось бы снять с себя ответственность.

– Да-да-да, – закивали София. – Я согласна. На всё согласна.

«Марину» синьора покинула чуть ли не бегом. Я же вернулся на кухню. Буквально с утра нам привезли новую паста-машину с объёмом чаши, – на минуточку! – в двадцать литров. Эта красотка в скором времени должна была уехать в заготовочный цех, но пока никакого заготовочного цеха нет, я не удержался от того, чтобы поиграться с ней. Насадки! Сколько же тут насадок! Я теперь за редким исключением могу вообще все виды пасты крутить!

Однако… не успел я даже распаковать моя чудо-машинку, как мне позвонил Аугуриели.

– Приходила синьора Росси, – сказал мой зам. – Все нужные документы оформили.

И ничего себе, как говорится. Она бежала, что ли? Или каким-то образом проехала по всем мостам и ступенькам на велосипеде? Ладно…

Спустя примерно полчаса в «Марину» зашла моя сестрица, и именно она-то мне и было нужна.

– Родители больше не появлялись? – уточнила Аня. – А то у меня что-то сегодня настроение бить отца наличествует. После вчерашнего разговора до сих пор осадочек остался.

– Нет, – ответил я. – Не появлялись. Но есть у меня работёнка, которая поможет тебе снять стресс. Интересно?

– Ну-ка, ну-ка…

– Нужно вразумить одного товарища. Он с чего-то вдруг решил, что он гангстер. Решил податься в криминал, стать преступников, рубить бабки и пугать людей. Мать вся в слезах.

– Та-а-а-к…

– А ещё он в какую-то игру постоянно играет. Как там синьора Росси говорила? «Военная Зона», что ли…

– «Зона Войны», – поправила меня Аня.

– Точно! А ты откуда знаешь?

– Так у нас Артёмка в неё рубился, – сестра пожала плечами. – Долго, между прочим.

– Знаешь… я как-то не особо сильно следил за его увлечениями.

– Хорошо тебе. А вот меня родители заставили его отучивать, когда тот вместо занятий артефакторикой начал в ней с утра до ночи пропадать. Помню, злым он тогда стал, нервным каким-то. На игроков, которые его убивали, проклятия насылал. Короче говоря, крыша у него тогда знатно потекла.

– А знаешь, что-то такое припоминаю, – согласился я, вспоминая Артёма Эдуардовича в самый расцвет пубертата. – Ну так что насчёт работы? Справишься?

– А ты сомневаешься? – улыбнулась Аня.

Интерлюдия. Деметрио Росси

Деметрио – двадцати семи лет отроду, коренной житель Венеции и по совместительству мамин пирожок, прямо сейчас разложился звездой на своей кровати и пытался провалиться в сон. Всю ночь он играл в «Зону Войны», а потому малость бредил и всё никак не мог заснуть. Что плохо. Поскольку сегодня ему было нужно встретиться со своими друзьями и обсудить собственную роль в группировке.

Прямо сейчас Деметрио находился на самом дне иерархии и по факту являлся мальчиком на побегушках. Однако парень был уверен: ещё немного… ещё чуть-чуть, и он обязательно поднимется. И станет боссом мафии. Или вообще боссом боссов мафии! Однако сперва ему нужно выспаться.

– Вот… чёрт, – выругался Деметрио, когда у него зазвонил телефон. – Опять мать… алло?

– Сынулечка, тебе через час уже пора выходить на работу, ты же помнишь?

– Конечно помню.

– Это твой последний шанс, Деметрио, я тебя предупредила.

– Да-да, последний, – парень зевнул. – Я помню.

А следом сбросил звонок, переустановил телефон на беззвучный режим и отбросил его подальше. Идти на работу он, разумеется, даже не собирался. И как же здорово, если этот «последний шанс» действительно окажется последним в отличии от двадцати предыдущих. Ведь если он действительно будет последним, мать наконец-то отстанет от него со своей работой. Навсегда.

Деметрио перевернулся с бока на бок, снова закрыл глаза и наконец-то начал проваливаться в сон, как вдруг услышал знакомый звук.

– Пип. Пип. Пип…

Опять бред! На сей раз перевозбуждённый мозг подкинул ему пиканье бомбы из игры – ну прямо точь-в-точь.

– Мне что, разминировать бомбу надо? – пробормотал Деметрио и улыбнулся. А затем слуховые галлюцинации перешли на качественно новый уровень.

– На твоём месте я бы остановила таймер, – буднично произнёс женский голос.

– Да не, зачем? – Деметрио даже глаза не открыл. – Это всё не взаправду. Мне это всё просто снится. Сейчас пройдёт…

Парень снова поёрзал на постели, и снова попытался уснуть. Однако звук…

– Пип. Пип. Пип.

…никак не желал исчезать. И такой он отчётливый был, что в какой-то момент в голове у Деметрио что-то перещёлкнуло. Парень резко сел на кровати, открыл глаза и тут же…

– Да ладно⁈ – замер с раскрытым настежь ртом.

На полу, в полуметре от его кровати, лежала бомба. Точная копия той, что он десять тысяч раз разминировал в своей любимой игре. Шашка тротила, чёрный прямоугольник таймера с двумя кнопками, провода – всё как в «Зоне Войны».

– ДА ЛАДНО⁈ – от такого у Деметрио чуть было глаза не вывалились. – Мать постаралась, что ли?

– Нет, – ответил женский голос. – Не она.

Тогда парень повернул голову и увидел, как на подоконнике сидит молодая красивая девушка в чёрной одежде. Волосы собраны в пучок, глаза волчьи, а на губах лёгкая усмешка. Она сидела, скрестив ноги в лотосе, и спокойно смотрела на него.

– Ты кто такая?

– Я та, кто смастерил эту бомбу. А предназначена она для того, чтобы тебя немножечко разбудить. Или нет? Или да? Кто знает? Но на твоём месте я бы нажала на кнопку деактивации.

Деметрио задумался. Перебрал в уме все возможные варианты, и остановился на том, что эту девушку всё-таки подослала его настырная матушка. Ну сколько же можно⁈

– Знаешь? – усмехнулся парень. – Такими детскими разводами меня не взять. Ты хоть знаешь, к кому ты пришла? – тут он наконец-то поднялся с постели и зашагал к подоконнику. – Слышишь⁈ Ты знаешь, к кому ты пришла⁈ Ты хоть знаешь, как меня называют в банде⁈ Не знаешь! Но если сейчас же не уйдёшь, то узнаешь не только «как», но ещё и «почему»! И будешь знать, что бывает с теми, кто мешает мне отдыхать! А теперь пошла отсюда! И игрушку свою забери!

Деметрио схватил бомбу и швырнул её в девушку. Та в свою очередь как-то невероятно лениво увернулась, и бомба вылетела из окна. Пролетела над узкой улочкой, булькнула в воду канала, а в следующий момент… взрыв! Мощный, громкий, такой что стёкла во всём здании задрожали.

– Да ладно⁈ – выпучил глаза Деметрио. – Это что такое сейчас было⁈

– Ну вот видишь, – пожала плечами девушка. – А ведь она могла здесь взорваться.

– Ты совсем безумная⁈

– Ну а что такого? – девушка соскочила с подоконника и начала расхаживать по комнате. – Ты же говорил, что ты практически босс мафии. И… кстати. Я этот фильм тоже видела. Мог бы свои собственные фразы придумать, а не передирать всё один в один. Ладно! Одевайся, собирайся, поплывём на работу.

– Чего⁈

– Твоя мать сообщила префекту, что ты очень плохо себя ведёшь. А я как раз из структуры, которая следит за такими вот непослушными детишками вроде тебя. За хулиганистыми мальчишками, которые норовят сбиться с пути. И хватит на этом. Давай-давай, вперёд, пора трудиться.

– Я⁈ – хохотнул Деметрио. – На работу⁈ Да никогда!

Росси понимал, что ничего ему не будет. Никто ему ничего не сделает, и не заставит идти ни на какую работу. Сон спугнули – это да, но не более. А потом он просто отмахнулся, сел за компьютер и начал включать «Зону Войны».

– Ты всё-таки плохо понимаешь, к кому тебя послали, – сказал он через плечо своей таинственной гостье. – Мне однажды один хам слово кривое сказал, так я от него живого места не оставил. Ты смотри, я нервный…

Деметрио включил загрузку, а потом повернулся на стуле и продемонстрировал свои татуировки.

– Я опасен! – заявил парень. – Ты знаешь вообще, что такое – четыре месяца заниматься боксом⁈ Ты знаешь, на какие вещи я способен⁈ А ведь я ещё две недели на капоэйру ходил! И три дня на карате!

– О-о-о, – протянула девушка. – Это серьёзно.

– Вот-вот! Поэтому давай-ка, сваливай. Твоя миссия провалилась.

– Ты, кажется, не понял, – вздохнула девушка. – Ты в любом случае пойдёшь на работу, нравится тебе это или не нравится.

– А ты попробуй меня заставь, – усмехнулся Деметрио.

Девушка в свою очередь посмотрела на него, подумала, а после достала из-за спины нож. Небольшой. Тоненький, и почти без гарды. Она покрутила его на пальцах, будто фокусник, и сказала:

– Я так поняла, что тебе нравятся боевые искусства. Смотри… это стилет. Вес триста двадцать грамм, общая длина двадцать сантиметров, дамасская сталь, полуторная заточка с обеих сторон. Не сильно-то боевой, если разобраться, скорее сувенирный, но режет не плохо.

Тут она перевела взгляд на Деметрио.

– Хочешь узнать, как он действует? Хочешь, кину в тебя ножом?

Деметрио же в ответ рассмеялся. Громко так, задорно.

– Ой да брось, – сказал он. – Все мы знаем, что ты ничего не можешь мне сделать. Ко мне уже приходили из всяких городских структур, и с кем я только не общался. И потому я знаю, что ты не можешь применить ко мне силу. Ведь в противном случае у тебя будут проблемы.

– Проблемы? – улыбнулась девушка. – Хочешь сказать, что я потеряю работу?

– О, нет! Ты вообще больше не сможешь жить в Венеции. А с твоим префектом, знаешь что сделают? У-у-у-у…

– Хм, – девушка на секунду задумалась. – Знаешь, у меня ведь есть гражданство Российской Империи. Поэтому я максимум потеряю работу. Ну а ещё у меня брат префект.

В следующий момент она подкинула нож, поймала его за лезвие, и толком не целясь бросила в Деметрио. А тот даже моргнуть не успел. Нож просвител в воздухе и вонзился в аккурат между его ляжек, в сиденье игрового компьютерного стула. Р-р-р-раз! И рукоятка уже вибрирует в опасной близости от его паха.

– Следующий брошу чуть выше, – сказала девушка. – Мне бросать? Или ты всё-таки начнёшь собираться и одеваться?

– Ну всё, женщина, ты нарвалась!

Деметрио подскочил и двинулся на свою незваную гостью.

– Обычно я не бью женщин! – сказал он. – Но ты первая на меня напала! А меня, знаешь ли, учили, что неважно кто перед тобой – мужчина или женщина! Если к тебе проявляют неуважение, нужно постоять за себя! Ведь репутацию можно потерять лишь однажды!

Деметрио подошёл к девушке вплотную, встал в корявую боксёрскую стойку, замахнулся и сказал:

– Прощай…

Деметрио не заметил её движения. Он даже не понял, что произошло. Просто в один момент мир перед глазами поплыл, посыпались искры, а следом наступила темнота. Он провалился в забытье, а когда вынырнул из него, первым делом услышал незнакомый мужской голос.

– … синьорина Анна, вы уверены?

– Да-да, синьор Джузеппе, – а вот этот голос он уже знал. – Видите, насколько ответственный парень? Даже без сознания на работу пришёл. А меня попросил проводить, говорил, что ему очень стыдно из-за того, что он уже трижды вас подвёл. Так что не беспокойтесь. Смену отработает без проблем.

Деметрио открыл глаза. Сначала увидел перед собой лишь размытые пятна, но постепенно картинка сфокусировалась. Он был одет, обут, и до кучи стоял на ногах. А рядом с ним стоял какой-то синьор в заляпанной фартуке, – по всей видимости Джузеппе, – и та самая девушка в чёрном.

– Ну, – мужчина почесал в затылке. – То, что он пришёл, это похвально. Вот только этот ваш Деметрио опоздал на пять часов.

– Это моя вина, – ответила девушка. – Прошу простить, немного перестаралась.

– Угу… а что это у него на лбу? Он ударился, что ли?

– Не знаю даже. Может, ему кто-то щелбан дал?

Щелбан? Тут Деметрио понял, что у него до сих пор довольно сильно трещит голова, поднёс руку ко лбу и поморщился. Чуть выше переносицы, будто рог прямо посередине, вздулась огромная, пульсирующая кровью шишка.

– Какого…

– Ну что? – улыбнулась ему Анна. – Доработаешь смену?

А Деметрио огляделся и наконец-то понял, где он находится и что вообще происходит. Он стоял посередь какой-то заваленной коробками подсобки, а через открытую настежь дверь виднелся прилавок с кассовым аппаратом. Магазин? Лавка?

– Стойте! – заорал он. – Какая ещё, к чёрту, смена⁈ Я…

– Стоп, – перебила девушка. – Лучше заткнись и отработай. И не беси тётю Аню.

Деметрио хотел спорить. Хотел возмутиться, послать всех и убежать отсюда, но… что-то во взгляде девушки заставило его промолчать. И тогда он решил: «Ладно. Отработаю. Всего лишь одну смену, а сразу же после неё встречусь с парнями и расскажу им про эту сумасшедшую, что посмела поднять руку на члена банды. Посмотрим, как она запоёт после этого…»

– А ты чего такой довольный? – спросила Анна.

– Просто.

– Думаешь о том, как пожалуешься своим дружкам?

– Увидишь.

– Страшные, должно быть, люди, да?

– Узнаешь. И поверь, тебе очень-очень это не понравится…

Остаток смены длился шесть часов, а работать Деметрио пришлось в небольшой рыбной лавке. В той самой, куда матушка устроила его через своего друга – этого самого синьора Джузеппе. Деметрио пришлось обслуживать покупателей, взвешивать рыбу, пробивать чеки, и прочее, прочее, прочее. Казалось бы, ничего сложного, однако работа была нудной. А ещё работа была… работой.

– Неплохо, парень, – сказал синьор Джузеппе под конец рабочего дня. – Буду ждать тебя завтра. Только не опаздывай снова!

– Ага, – кивнул Деметрио и вышел из лавки.

А куда ему направиться дальше, он уже прекрасно знал. К банде! Его друзья как раз приехали в Венецию всем составом, чтобы провернуть одну «темку», и остановились в старом заброшенном палаццо на границе Дорсодуро.

Часть банды была, мягко говоря, шалупонью. Зато другая часть – вполне себе серьёзные ребята, некоторые даже с подвязками в настоящей мафии. А вот и они! Зайдя внутрь через незапертую дверь, Деметрио увидел, как вся банда собралась за длинным столом. Ребята что-то живо обсуждали – спорили, жестикулировали, перебивали друг друга, и пока что не обращали на него никакого внимания. Никто даже голову в его сторону не повернул.

– Парни! – крикнул Деметрио, проходя к столу. – Вы даже не представляете, что сегодня произошло! На меня какая-то психованная баба наехала! Надо бы разобраться!

А вся банда разом замолчала. Один за другим, парни поворачивали головы в сторону Деметрио, смотрели на него и… бледнели. Выражение лица каждого смеялось от удивления к настоящему ужасу. И… как-то странно они выглядели. Фингалы, синяки, ссадины и нет этого… как его… радости на лицах, во!

– Парни? Вы на стрелку ходили, что ли? Без меня?

– Пошёл в задницу отсюда! – рявкнул Тони, главарь банды.

– Э-э-э-э, – опешил Деметрио. – Что за дела?

– Я говорю: «пошёл в задницу отсюда»!

– Но мы же друзья!

– В задницу!

– Что произошло-то⁈

– Не твоего ума дело! – Тони аж оскалился. – Ну-ка свалил отсюда быстро!

И только сейчас Деметрио начал понимать, откуда у главаря под глазом огромный фингал. Да и все остальные ребята при ближайшем рассмотрении выглядели не лучше – у одного рассечена бровь, у другого запёкшаяся кровь в волосах, третий вовсе не сидит, а стоит рядышком со столом, опираясь на костыли, а четвёртый держится за бок и морщится от боли при каждом вдохе.

И даже Лукас! Самый матёрый боевик их банды, обладатель магического дара и чемпион своего родного города по боям без правил, тоже сидит с загипсованной рукой.

– Лукас⁈

– Уходи отсюда, парень, – сказал верзила.

– Но почему⁈ Ты же говорил, что я перспективный! Ты говорил, что из меня выйдет толк!

А Лукас даже не обратил на него внимания. Вместо этого он повернул голову в тёмный угол комнаты и спросил:

– Госпожа, я правильно сказал?

Из темноты вышел знакомый силуэт. Та самая Анна была тут как тут.

– Да, Лукас, – сказала она. – Хороший мальчик. Ты всё правильно говоришь, – а затем перевела взгляд на Деметрио. – Я же говорила. Хочешь ты или не хочешь, тебе придётся работать и перестать маяться чушью.

Девушка усмехнулась, а затем снова обратилась к банде:

– Кстати, ребята. Вы бы уезжали из Венеции поскорее, а то не нравитесь вы мне.

– Да-да-да! – загалдели ребята наперебой и начали суетиться. – Конечно, синьорина Анна! Мы уедем! Вот прямо сейчас уедем и больше никогда не вернёмся!

– Вот видишь? – спросила Анна у Деметрио. – Они уже уезжают. А тебе пора идти домой. Нужно хорошо выспаться перед рабочей сменой…

– Да не пойду я ни на какую смену!

– Ну вот, – вздохнула девушка. – Я, кажется, расстраиваюсь.

– Нет-нет-нет! – заорал Лукас. – Синьорина Анна, не расстраивайтесь, пожалуйста!

– А что мне твоё «пожалуйста»? Всё равно расстраиваюсь.

– Не надо!

Тут Лукас подорвался с места, подбежал к Деметрио и начал трясти его за плечи:

– ИДИ НА РАБОТУ!!! – а потом… заплакал. Крупные слёзы покатились по щекам чемпиона по боям без правил. – Иди на работу, – повторил он сквозь всхлипы. – Пожалуйста. Прошу тебя, умоляю, просто иди на работу…