Текст книги "Правила волшебной кухни 8 (СИ)"

Автор книги: Юрий Винокуров

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Правила волшебной кухни – 8

Глава 1

– Уважение!

Дон Базилио шарахнул кулаком по столу так, что аж бокалы подпрыгнули. А Шон, опасливо покосившись на дона, быстренько сгрёб своих барменов в кучу и увёл в подсобку, по пути приговаривая о том-де, что здесь совершенно не на что смотреть. По случаю полудня, кроме нас и персонала сейчас в джентльменском клубе не было никого.

– Они требуют от нас уважения! – продолжил Базилио. – А сами не уважают Венецию!

К чему бы это всё? Да к тому, что делать такие масштабные дела втихаря и надеяться на авось я не собирался. Поэтому быстренько назначил встречу с доном, чтобы узнать у мудрого старого домового о том, что он знает о бале префектов. И заодно посоветоваться насчёт Аугуриели. Однако слово за слово, и разговор ушёл куда-то совсем не туда.

– Дон, успокойтесь, – я постарался дружелюбно улыбнуться. – Венеция готова, вы сами об этом прекрасно знаете. А вот люди… ну нельзя им вот так разом вывалить всю правду. Реакция будет…

Тут я крепко задумался. А какая будет реакция, если, например, по всем телеканалам мира одновременно включится трансляция с космической станции и господа астронавты на серьёзных щах начнут вещать о том-де, что Земля плоская?

– Хрен его знает какая будет реакция, – заключил я. – Но всё равно спешить не стоит…

По моему первоначальному плану вводить «ночной мир» мир Венеции в «дневной» нужно было тихо, осторожно и, что самое главное, постепенно. Да! Что ни делай и что только не придумывай, первый аномальный житель, вышедший в свет, обязательно вызовет резонанс. Интерес? Внимание? Или симпатию, на которую я очень надеюсь. Тот же Петрович, например, когда не пьёт и не матерится – ну милаха же.

Однако! Один домовой, один лепрекон или одна русалка никого не напугают. Но вот если сразу же объявить, что ночные жители ВЕЗДЕ, – да-да, и у вас под кроватью тоже, гляньте, проверьте, – а числа им не счесть, то это мгновенная паника, раскол в обществе, а там глядишь и меры какие-нибудь нехорошие. Так что да – подготовка, подготовка, подготовка. Таков был план. А тут вдруг бал. На который по негласным правилам уважения должен был присутствовать Аугуриели.

– Я просто не могу взять его с собой, дон.

– Но как же так, Маринари⁈ Ты сам выдвинул идею, и сам же хочешь её похоронить⁈ Подразнил и отобрал, получается⁈ Знаешь, мальчик мой, это и есть неува…

– Погодите, дон, – перебил я. – Я ведь не просто так вам об этом говорю, верно? Не потому, что я не хочу брать вашего сына с собой. Дело ведь в том, что на входе во Дворец Дожа стоят сканеры, которые фиксируют аномальную активность…

Аня уже метнулась во Дворец и внимательно изучила его системы защиты, так что информацию я получил, можно сказать, из первых уст. Ну и плюс к этому личный опыт имеется. Шахматотрон ведь тоже пищал на входе, но тогда мы отмазались тем, что это чудо инженерно-магической мысли. А вот Аугуриели у нас будет из плоти и… плоти.

– Датчики зафиксируют, что Аугуриели не человек. Как итог – бал сорван, скандал гремит, а мы вместо того, чтобы полностью контролировать ситуацию… э-э-э… полностью не контролируем ситуацию!

– Но ведь рано или поздно придётся, Маринари. Ты же обещал!

– И своё обещание я помню, дон, – кивнул я. – И согласен с тем, что уважение – это очень важно. Но вот конкретно сегодня на кону стоит не только срыв первоначального плана, но и моя репутация.

Дон в ответ по-стариковски побурчал. Задумчиво погонял остатки виски по дну бокала, а затем выдохнул.

– Всё понимаю, – сказал он. – И да, ты прав, сегодня неудачный день для этого… как его… комбината?

– Камминаута, – поправил я Базилио.

– И для него тоже, – согласился дон. – Однако на бал ты всё равно пойдёшь вместе с Аугуриели. Просто иди и ни о чём не беспокойся.

– Но так ведь сканеры же…

Тут Базилио хитро улыбнулся и наконец-таки допил свой бокал.

– Эти сканеры, Артуро, спрятаны в стенах, которые были возведены ещё тогда, когда люди в обезьяньем обличии лазали по деревьям…

– Вот как? – уточнил я. – То есть Дарвин всё-таки прав?

– Дарвин? – нахмурился дон. – Так звали моего прадеда. Причём тут мой прадед?

– Я… э-э-э…

– Он, кстати, ботаником был. О-о-о, какой же у него был сад! Орхидеи, розы, фикусы! – Базилио ностальгически разулыбался, а затем вдруг снова стал серьёзен. – Причём тут мой прадед, Маринари?

– Проехали…

В итоге мы с доном договорились обо всём том, о чём хотели договориться, и дальнейшее переливание из пустого в порожний не имело смысла. Поэтому мы пожали друг другу руки и разошлись каждый по своим делам. Которых у меня, например, было с избытком. Спустившись с чердака лепреконов, я двинул по направлению к «Марине», и практически тут же:

– Алло? – у меня зазвонил телефон.

– Братишечка! – раздался бодрый голос Анны Эдуардовны. – А ты там, случайно, головушкой не захворал?

– Прости?

– Не прощу! Вечером бал, а у нас с Джулией до сих пор платьев нет!

– Кхм, – я аж закашлялся. – В каком это смысле «у нас»?

– В коромысле! Думаешь, я вас одних отпущу? Дож, бал, весь цвет города, а вы без сопровождения меня любимой? Ну уж нет! Я тоже хочу!

– Э-э-э…

– Не обсуждается, Артур! Так вот, – хохотнула Аня. – Чего звоню-то? Хочу уточнить, какой у нас бюджет.

– Опять «у нас»?

– Артур, не тупи! Ну конечно же у нас! Я ведь не по своей воле на этот бал иду, так что ты должен мне компенсировать траты.

– Погоди-погоди… не по своей воле? Знаешь, одним из симптомов какой болезни являются взаимоисключающие утверждения?

– Ой…

– И ещё. Не знаю насчёт Джулии, но тебя я вчера видел с целыми пакетами одежды. Рафаэль еле пёр! И, между прочим, вместо того, чтобы руководить понтонами! Куда тебе ещё одежды⁈

– Вот как, значит? – вздохнула Аня. – Ты когда себе новое имя выбирал, надо было не Артуро Маринари брать, а Авраам Маринкранц. Или Маринштейн. Или… короче! Тебе жалко, что ли⁈

– Нет, – ответил я. – Не жалко, но…

– Значит мы пошли на шоппинг, спасибо, пока!

Аня бросила трубку. Я же вернулся в ресторан, на автомате надел фартук и встал к плите раскидывать заказы. А сам тем временем думал: на балах мне бывать приходилось, это да. Не то, чтобы я очень любил подобные мероприятия, да и родители не горели желанием таскать меня с собой, но иногда это было необходимо. Высокая аристократия, правила, все дела.

И если я хоть что-нибудь понимаю в балах, то сегодня вечером мне тоже предстоит приодеться. Нужен смокинг. Или не смокинг? Чёрт! А зачем гадать, когда можно просто взять и позвонить сведущему человеку.

– Алло? Синьор Монгана, здравствуйте! Скажите, пожалуйста, на сегодняшнему балу какая вообще форма одежды приветствуется? Обычной смокинг подойдёт?

– Не понял, – сказал Марио и ненадолго задумался. – У тебя что, нет праздничного костюма префекта?

– Так ведь…

– Ну точно! – крикнул синьор Монгана. – Конечно же у тебя нет костюма! Тебя ведь только-только избрали, а подобный костюм как минимум полгода шьётся.

– Кто шьётся полгода? – не понял я. – Костюм?

– Ну да! Праздничный костюм префекта. Забей в поисковик и посмотри в сети, как он выглядит, а я пока подумаю, что делать.

Марио скинул звонок, а я последовал его совету. Забил. Посмотрел. И следом малость обомлел. Как бы так расписать? Праздничный костюм был очень и очень пышным. Тёмно-синий шёлк и бархат, с золотым шитьём везде, где только можно. На плечах меха, на груди – вышитый золотом греб Венеции, а пуговицы явно стоят больше, чем средняя квартирка в Дорсодуро. Широкие рукава, красная как кровь шёлковая подкладка, а вот низ… как по мне малость подвёл. Штаны до колен, а ниже белые чулки и вычурные туфли с пряжками.

А ещё шляпа с перьями и расписная маска.

– Золотится роза чайная, – невольно вылетело у меня. – Как бокал вина… н-да…

И что мне теперь делать? Где мне всё это искать? Уверен, что можно наведаться в ближайшую сувенирную лавку и найти там точь-в-точь такой же костюм, вот только пошит он будет из полиэстера, паутинки и старой половой тряпки. И мало того, что будет выглядеть дёшево, ещё и разойдётся в самый разгар веселья. Несолидно, мягко говоря.

– О-хо-хо… и что делать?

Внезапно, в зал «Марины» залетел запыхавшийся синьор Монгана с огромным чехлом для хранения одежды.

– Вот, – буквально всучил он мне чехол и припал к барной стойке, пытаясь отдышаться. – Примеряй.

Расстегнув молнию, я увидел шикарный костюм – такой же, как в сети, только не синий, а зелёненький. И проблема была бы решена, если бы синьор Марио Монгана не был на голову ниже меня. Едва примерив расшитый всяким-разным камзол, я констатировал:

– Не лезет.

– Вижу, – расстроенно вздохнул Марио. – Ну… я попытался, – и тут вдруг резко воспрял духом. – А кста-а-а-ати! Кажется, я знаю выход из положения! У синьора Пеллегрино может быть костюм вашего размера! Само собой, придётся ушить, но так ведь он ему больше и не пригодится! Предлагаю вам немедленно бежать в префектуру Сан-Поло и…

– Стоп! – перебил я экс-префекта. – Нет. К чёрту. На такое я не подписывался. Пойду на бал в поварском кителе…

– Что⁈ – Монгана аж за сердце схватился.

– Послушайте, Марио, выборы были демократическими, так ведь? Так. Люди выбрали меня именно за кулинарные достижения и таланты, потому как других у меня немного, и потому китель будет вполне себе уместным.

Синьор Монгана попытался спорить, но получалось у него вяло и неубедительно. А тут ещё и Гореликов пришёл. И не пришёл даже, а заплыл в зал на манер величавой павы. Именно в таком смокинге, в которой я предпочёл бы появиться на балу – чёрном, строгом, с бабочкой и запонками.

– Эть! – Антоша покрутился перед нами. – Ну как?

– Отлично, – ответил я и посмотрел на часы. – Не могу не отметить, синьор Антонио, что время к полудню, а вы ни в одном глазу. Налить?

– Не-не-не-не, – запротестовал Гореликов. – На бал нужны идти трезвым…

– На бал? – уточнил я. – А ты, прости меня, каким боком там?

– Вообще-то я почётный гость, – поднял бровь Гореликов. – Люди на бал со всей Венеции съезжаются. А я, на минуточку, посол Российской Империи, а не шушера какая! Конечно же я пойду! Так, – тут Антон скептически осмотрел меня. – У тебя что, костюма нет?

– Нет. Я в кителе пойду.

– Маринари… ты… как бы так сказать? Ладно позор, но это ведь ещё и неуважение.

– Вот-вот! – поддакнул Монгана. – Я ему об этом же говорю!

– Ой, да идите вы все, а? – сказал я. – Я этого титула вообще не хотел! Отвалите от меня, пожалуйста, вместе со своим уважением и неуважением! Приду как есть! Не пустят, значит не пустят и хрен с ним!

Антон с Марио переглянулись и пожали плечами. Из чувства такта ещё чуть продолжили разговор, обсуждая предстоящее празднество, а потом вышли вон. Я же остался один на один с обеденной запарой и на редкость паршивым настроением. А через час ко мне снова пожаловали гости, на сей раз в лице синьоры Паолы.

А та чуть ли не с порога сдала мне Монгану. Сказала, что это он по старой дружбе напряг её и послал ко мне делегатом, поговорить про костюм и уважение традиций. Собственно говоря, про костюм и уважение традиций и случился наш с синьорой Паолой диалог. Префект – лицо района, люди ждут что их лидер будет выглядеть достойно и так далее и тому подобное…

– Слушайте, – устало улыбнулся я, когда словесный поток иссяк. – Я бы с удовольствием оделся как положено, но я понятия не имею, где мне достать этот чёртов костюм.

– Ну, – синьора Паола посмотрела на часы. – Время ещё есть. Если ты действительно хочешь, то Венеция должна помочь, – а затем как-то уж слишком хитро улыбнулась и исчезла.

– До новых встреч! – крикнул я вслед старушке, а затем обратился к Конору. – Конор?

– Что?

– У тебя есть праздничный костюм префекта?

– Нет.

– И у меня нет, – вздохнул я. – А ключи от танка где?

– Синьор Маринари, вы меня пугаете…

Незнание родного фольклора расстроило меня ещё сильнее, и потому я двинулся на кухню, спросить земляка:

– Петрович?

– Ась?

– У тебя есть праздничный костюм префекта?

– Ага, – хохотнул домовой. – А покусать не завернуть?

– Понятно…

Окончательно разбитый, я принялся за работу, потому что… ну а что мне ещё оставалось? И так веду себя, мягко говоря, неадекватно со всеми этими расспросами. Время шло, обед остался позади и тут я вдруг вспомнил, что забыл сегодня поутру накормить Ужас Глубин.

Сгрёб в тару лососёвую тешу с прошлой разделки и пару кило отварного риса, чтобы у водоворота от таких изысков случайно панкреатит не начался, и вышел в переулок. Подошёл к каналу и свистнул Андрюху.

Вода тут же закрутилась, и тут же началась кормёжка.

– Уважаемый Ужас Глубин? – хохотнул я. – А может быть у вас есть праздничный костюм префекта?

– Бр-р-ру? – как-то неуверенно переспросил Андрей, на что я достал телефон и показал ему картинку, а тот: – БР-Р-РУУ-УУУ!!! – вдруг как-то подозрительно резко свалил.

Что ж…

Продолжаем работать, стало быть. Вернувшись в «Марину», я подошёл к бару, взял чек-лист закупки и уже почти начал терзать Конана своими расспросами, как вдруг из соседнего зала с причалом донеслось знакомое:

– БР-Р-РРУ-УУУ!!!

– Погоди-ка, – я всучил чек-лист лепрекону. – Порисуй пока, – и бегом направился в зал.

Забежал, огляделся и понял что Ужас Глубин вертится прямо посередь причала. Причём не штатно вертится, а вот прямо бушует так, что вода о камни плещется.

– Андрюша? – нахмурился я. – Ты чего здесь забыл?

А Андрюша вместо ответа взял, и выплюнул прямо на ступени сундук. Старинный, огроменный, обитый железом и серебром. И при всё при этом даже без намёка на замок!

– Бр-р-ру, – с чувством выполненного долга буркнул Андрюха и пропал. Я же подошёл поближе к сундуку, открыл его и…

– Интер-р-ресно…

Интерлюдия. Анна и Джулия

Есть базары, есть рынки, есть торговые ряды и торговые центры. Но венецианцы не были бы венецианцами, если бы для сети торговых улочек, раскинувшихся от площади Сан-Марко и до моста Риальто, не придумали своё собственное название, полное местного колорита.

Мерчерия.

И именно здесь, среди туристической толчеи и блеска богатых витрин, Анна Сазонова и Джулия Бачокки подыскивали себе наряд для вечера.

– Вот это красивое, – сказала Джулия, указывая на тёмно-синее платье в пол.

– Тебе сколько лет? – брови Ани изогнулись в скептическую галку. – Слишком скромно! На бал к Дожу нужно что-то яркое! Что-то эффектное! Чтобы все себе бошки посворачивали, глядя на тебя!

– Боюсь, я не привыкла быть в центре внимания.

– Привыкнешь, – сказала Анна Эдуардовна, затолкала Джулию в примерочную и закинула внутрь платье, которое подобрала ей лично сама.

– Мало.

– Ничего не мало.

– Ну я же говорю мало! Не налазит!

– Ох, – Аня отодвинула шторку примерочной. – Так, ну-ка встала! Выдохнула! Максимально!

И тут:

– Синьорина Бачокки! Синьорина Сазонова! – воскликнула почтенная матрона, подкравшись к девушкам сзади. – Как же я рада вас видеть у меня в бутике! Что-то уже подобрали?

– Да вот, пытаемся, – ответила Аня и сдула непослушную прядку со лба.

– Отлично! Если будут какие-то вопросы, я рядом. И конечно же, для вас будет скидка на весь товар. Двадцать процентов, – синьора задумалась. – А хотя чего это я? Тридцать!

– Синьорина Бачо-о-окки! – вдруг откуда ни возьмись появился улыбчивый индус в шёлковой рубашке. – Синьорина Сазонова! Какая честь видеть вас неподалёку от моей модной лавки! Пойдёмте скорее к нам, у нас выбор в два раза больше, что-нибудь обязательно подбе…

Индус не договорил, потому как выхватил от владелицы бутика вешалкой прямо по хребтине.

– Эй!

– Абу, ты совсем охренел⁈ – взвилась синьора. – Это насколько надо обнаглеть, чтобы переманивать моих клиентов в моём же бутике⁈

– Это не ваши клиенты! – возразил Абу. – Они общие! – и: – Ай! – получил вешалкой снова.

Что характерно, подобную сцену девушки видели уже не впервые. Вся Мерчерия будто сговорилась и теперь изо всех сил добивалась расположения юных синьорин. Откуда их вообще знали? Непонятно, но такое внимание оказалось приятным.

И если Джулия вела себя скромно, то Анна Эдуардовна проявила свою дикую натуру и брала от жизни всё.

– Никогда такого не было, – шепнула синьорина Бачокки, спрятавшись в примерочной. – Чтобы за меня дрались.

– А у меня было, – хохотнула Аня. – Но дрались как правило мужчины. И как правило не за право одеть, а за право убить.

– Жуткая у тебя жизнь была…

– Была, – согласилась Аня.

Примерка продолжилась. В поисках Идеальных Платьев, девушки переходили из бутика в бутик, смотрели, выбирали, мерили. Конечно же, по ходу дела нужно было о чём-то общаться, и слово за слово речь зашла о мужчинах. Ну а если конкретней, то об Артуро Маринари и вчерашней истории с обручальным кольцом.

– Артур взял его и сказал, что разберётся.

– Разберётся, как же, – Аня усмехнулась. – Если этот тугодум не понимает таких откровенных намёков, то я уже и не знаю, что сделать, чтобы вы уже наконец-то поженились.

– Аня!

– А чего? Я серьёзно. Чего ждать-то?

– Ну… наверное…

– Кхм, – и тут Анну Эдуардовну как будто подменили. Спесь сбита, кураж сошёл на нет, а в глазах детская потерянность. – Джулия… можно спросить?

– Конечно.

– Просто у меня особо нет и никогда не было близких подруг, и потому я не знаю… не спрашивала… короче! Первый мужчина. Каково это вообще? – спросила Аня и судя по тому, как стремительно начала краснеть Джулия, поняла что довольно сильно промахнулась с формулировкой вопроса: – Я не про это! Я про то, как ты вообще поняла, что он твой?

– А, – выдохнула синьорина Бачокки. – Понятно. Но, честно говоря, сказать мне нечего, потому что не с чем сравнить. С Артуро у меня первые серьёзные отношения, и он сам нашёлся. Судьба, видимо, – пожала плечами Джулия.

– Судьба, – задумчиво повторила Аня.

Повторила, а потом очень сильно приуныла. Правда, ненадолго! Стоило ей увидеть себя в красном платье с лёгким шёлковым платком, как игривое настроение тут же вернулось обратно.

– Отлично, – кивнула Анна Эдуардовна сама себе.

Затем посмотрела на часы и невольно вскрикнула. В приятных хлопотах время пролетело незаметно и теперь получалось так, что на бал они с Джулией успевают впритык. А брат тем временем ждёт их в «Марине».

– Артур, мы опаздываем! Да-да, не урчи! Встретимся у дворца Дожа. Да знаю я всё, знаю! Сам не опаздывай. Да хватит уже… ой, – Аня отняла трубку от уха. В динамике продолжал негодовать брат, а она не могла оторвать глаз от Джулии, что только вышла из примерочной. – Это оно…

Нежно-розовое, с золотистым отливом. Облегающий талию корсет, пышная юбка с кружевной отделкой, скромное, но при этом вполне себе декольте.

– Ты… вообще! – прокомментировала Аня.

Не снимая с себя покупки, девушки расплатились и что есть мочи рванули в сторону Дворца. Побежали, добежали, и ещё на подходе к площади врезались в толпу. Дворец оказался окружён праздной толпой – люди заняли собой всю площадь, все мосты и ступени, а некоторые бедолаги стояли в гондолах и тупо ждали удобного случая, чтобы спешиться.

– И как нам пробиться ко входу?

– Локтями, – улыбнулась Аня. – Активнее работаем локтями, – и будто ледокол начала пробивать дорогу для синьорины Бачокки.

С Артуром они договорились встретиться у третьего столба от лавки «Вкус Бомбея» в сторону моста Риальто. И Артур, как человек пунктуальный и собранный, уже ждал их на месте. Вот только…

– Ого! – хохотнула Анна Эдурадовна. – Интересный у тебя прикид, братишка.

– Это традиция, – парировал Маринари. – И нечего ржать!

А вот Джулии почему-то было не смешно. При виде своего суженного, девушка замерла и побледнела.

– Ты чего? – в один голос сказали брат с сестрой, а она так и не нашла что ответить.

Вместо этого она молча взяла Артуро за руку и уже сама, без посторонней помощи расталкивая людское море, повела его прямиком ко входу во Дворец Дожа. Завела внутрь, подвела к огромной картине в несколько человечьих ростов, что висела рядом со входа, и всё так же молча указала на картину пальцем.

– Ох ничего себе, – выдохнула Аня. А вот Артуру пришлось отойти на пару шагов, чтобы рассмотреть её.

Итого: на картине был изображён мужчина в старинном костюме на фоне штормового моря, буквально кишащего парусниками. Гордо вздёрнув подбородок, он смотрел вдаль, а внизу под картиной была приписка: «Паоло Лучио Анафесто, первый Дож Венеции».

– Ох-ре-неть, – по слогам вымолвила Анна Эдуардовна и на всякий случай протёрла глаза.

– Не понимаю, – нахмурился Артуро. – Что происходит-то?

– Дядечка на картине, – тихонько сказала Аня. – У тебя точно такой же костюм…

– Нет! – суровый мужской голос пронёсся по залу, и все вокруг разом стихли. – У синьора Маринари не ТАКОЙ ЖЕ костюм, – сказал Дож в наступившей тишине, спускаясь по лестнице. – Это ТОТ ЖЕ костюм…