Текст книги "Душа Махабира (СИ)"

Автор книги: Юрий Неспящий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 28 страниц)

Глава_25.2

Алмас тянул до последнего, копье полетело так быстро, что в секунду достигло парня. За миг до столкновения от снаряда отскочили в стороны два Алмаса. Они скрылись в обломках гигантских колонн и стен, хаотично раскиданных по арене.

Надзир рванул на пружинистом духе, добрался медленнее копья, зато пыли поднял как кавалерия. Отреагировав на шорох, черноглазый рванулся за поворот, коснувшись стены, он обрушил на Алмаса град камней, которые изрешетили его.

Двойник.

Почти бесшумно на бандита спрыгнул силуэт. Солнце оказалось на стороне Надзира, он отскочил и резко вернулся, пригвоздив двойника к стене кастетом с длинным шипом на ударной части.

– Хватит прятаться, ты всегда был бродягой и трусом мальчик, – прокричал черноглазый, выискивая юношу в оседающей пыли.

– Если и так, то до вас мне далеко.

Надзир обернулся на голос, в белой завесе стоял кудрявый силуэт с ножом наготове. Черноглазый рванул к нему по прямой, в руках он скопил подушку из духа. Алмас выставил нож. В следующий миг парень пролетел десять метров, покатился кубарем по белому песку. Тут же оклемавшись Алмас глянул на Надзира, улыбнулся.

Черноглазый зашатался, повалился на колени. На виске у него кровоточила ссадина с ободранной кожей.

– Молоток! – крикнула Рюга, она видела – в момент когда Надзир отшвырнул парня, его двойник метнул увесистый булыжник из-за угла.

– Не кричи, нас заметят, – шикнул Сайф.

– Да-да.

– У вас две слабости, вы не видите дух. – Алмас поднялся, гордо распрямил грудь. – Но что хуже – вы куда быстрее собственной силы.

– ЩЕНОК! – Рявкнул бандит и снова забросил себя в упор к Алмасу так быстро, что кожа на лице бандита вытянулась, оскалив десны.

В последний момент черноглазый затормозил в паре шагов от юноши, сжал дух до предела, чем запустил парня в воздух с кучей песка и камней. – «НАСТОЯЩИЙ!» – пронеслось в голове Наздизра, пока он наблюдал, как Алмас в свободном полете пикирует на песок.

– ТАК-ТО! – проорал бандит.

– Дурак, – ухмыльнулась Рюга.

Вдруг сознание Надзира поспело за его глазами. Алмас не отключился, он рухнул, но смотрел на черноглазого. Бандит понял, что в миг, когда он отправил парня в полет, тот бросил нож ему за голову.

Надзир понял все.

Но было уже поздно.

К его горлу плотно прилегал нож, впившийся в глотку на толщину ногтя.

– Даже не думайте, – Прошипела иллюзия Алмаса. – Я не хочу убивать вас.

Пот выступил на теле бандита, сбился в ручейки. Его дух сжимался и рассеивался в неуверенности. Он хрипло дышал. В какой-то момент Надзир направил к горлу фиолетовый поток.

Алмас видел это и убрал руку до того, как дух выбил нож. Бандит крутанулся. Иллюзия растворилась. – «Снова!» – понял черноглазый.

Теперь к его горлу приставил лезвие уже настоящий Алмас.

Клюв изогнутого клинка погрузился на полпальца под ключицу.

– СДАЮСЬ! – провопил черноглазый.

– Спасибо, – прошептал Алмас.

Бандит упал на колени. Арена заревела, восторженным хором приветствуя юношу.

Он поднял ладонь в привычном жесте и тут же скрючился.

– За что спасибо парень? – спросил Надзир, держась за рану.

– За все.

Рюгу потряхивало, еле сдерживая улыбку, она обратилась к Сайфу:

– Что теперь?

– Победившим и раненым дают десять дней на отдых, – ответил зверолюд, – ему выделят лучших целителей, чтобы он был готов к следующему бою.

– Ясно…

– Алмас опасно сражается.

– Да.

– Хочешь еще посмотреть?

– Да.

За пару часов с вершины обелиска Рюга увидела множество камнелюдов с сильнейшим внутренним духом. Что поразило ее больше – грандирам не уступали и люди, – «Кажется, зря я говорила такое Мие, она не безнадежна даже без той силы…» – думала гон, наблюдая, как два здоровяка отлетают в стороны при каждом обмене ударами.

– Слушай а все наги обладают песчаным духом? – Девушка внимательно глядела на кота. – Он же звездный, как это возможно?

– Они дети песчаной Матери, сестры Шакат.

– И что?

– Наги перенимают дар того, кто их породил.

– Жуть, – буркнула Рюга, наблюдая, как два змеелюда словно буря, то растворялись, то собирали себя из пыли и песка. Они создавали непредсказуемые леса из песчаных кольев, вились как угри в попытке ранить друг друга. – Сотня… нет, даже десяток таких мог бы захватить любой город…

– Не по своей воле они захватили, и не один. – Сайф наклонил голову. – Наги за неделю совершили переворот во всех городах Махабира.

– Ах да, их мамочку схватил злой дед да.

– Есть ли для тебя что-то важное в этом мире? – игнорируя подтрунивание девушки спросил фарнис.

– А как же.

– Умножь в сотни раз и получишь то, что каждый нага чувствует в отношении Матери. – Зрачки кота сузились до ниток, он глянул на Рюгу. – Они хранят верность не по убеждениям – это их природа, так они выживают.

С полминуты гон глядела на фарниса.

– Да помню я, береги глаза, а то выскочат, – отмахнулась она.

Еще через полчаса гон увидела красного бойца, который разошелся на отборочном турнире. – «Огненный дух…» – Рюга жевала губу, наблюдая, как дерзкий пацан обрушил столб вихревого огня на противника грандира. Тот просто рухнул, как стена сгоревшего дома.

– И на кой черт ему понадобилось мухлевать? Или это был не он? – рассуждала шепотом девушка.

Красный парень всплескивал кулаки вверх.

– Победитель молодой господин Дамир Маакт – проорал ведущий, оглушая всю арену – явный обладатель звукового духа. – На этом открытие турнира окончено, следующие бои состоятся, когда минет десять лун!

– Он из знатной семьи, – сказал Сайф, – скорее всего, его свита по приказу отца делает так, чтобы сын магистрата казался неуязвимым.

– Скорее невредимым… Этот красный и так одарен. – Рюга скривила губы. – Они что, настолько трусы, что боятся честного боя?

– Таким стал Салатош, – выдохнув сказал зверолюд, затем поднялся на изогнутые как у кота ноги. – Сжимай.

Гон схватила наконечник стрелы на шее.

(Ночь того же дня)

– Рюга…

– Рю! – настойчиво шептал голос с первого этажа постоялого двора.

«Приперся… придется сдержать слово…» – раздраженно подумала девушка.

Гон подошла к открытому окну, этой ночью две луны лишь едва касались друг друга и светили особенно ярко.

– Привет. – Алмас мягко улыбнулся. Весь в бинтах и шинах, с кровавыми синяками, которые виднелись даже в темноте.

– Жуть, – фыркнула Рюга.

– Что?

– Пожалуй, в ближайшую неделю буду звать тебя калекой.

– Ха-ха… – Алмас потянулся к затылку, но ребра тут же дали знать о себе. – Я пришел за… эм-м-м.

– Помню я.

Носорог в кустах грузно встал и подошел к парню. Обдал его горячим дыханием из ноздрей.

Рюга спрыгнула прямо на зверя.

– Залезай, зрелище не для чужих глаз.

– Да! – сказал парень, – Аэ-э…

– Ц, ох черт. – Рюга закатила глаза, спешилась. – Как ребенок.

Гон подсадила Алмаса на спину носорога.

– Спасибо.

– Надо полагать, в следующий раз ты приползешь ко мне как гусеница?

– Возможно.

Юноша виновато хохотнул. А Рюга зыркнула на него, скучив брови.

– Гхм. Я постараюсь так не рисковать больше.

– Ага, постарайся. Калека.

Глава_25.3

Через десять дней Алмасу пришлось драться с камнелюдом. Юноша выбрал своим оружием короткие стержни с клювом на конце которые походили на кирки. Неповоротливый грандир быстро смирился с поражением. Иллюзии облепили его как кучка хорошо организованных бандитов и за пару минут избавили от трети каменных наростов, которые откалывались как штукатурка, несмотря на то что были укреплены плотным внутренним духом.

– Сдаюсь – процедил камнелюд, припал на колено. Из его тела сочилась черная смолистая кровь.

– Благодарю! – Алмас поклонился, помахал толпе.

Сын магистрата провел за следующие десять дней три боя, против песчаного нага, камнелюда и человека с духом, который Рюга смогла определить как способность управлять паром из собственного пота и слюны.

Хоть все трое противников и корректировали тактику, пытались разорвать дистанцию, для первых двоих все кончилось одинаково.

Дамир в совершенстве овладел своим духом. Дикий юный халид научился отталкиваться от воздуха, взрывая сжатый огонь. Вспышка толкала его пятку в прочной обувке, так он пролетал пол арены быстрее, чем противник успевал моргнуть. А затем бойцов настигал удушливый вихрь пламени. Он не убивал, но обжигал, не давая шанса оправиться.

Гон и фарнис сидели на уже привычном обломанном обелиске.

– Пар, худшей способности для пустыни не придумать, да? – сказала Рюга, толкнув Сайфа в плече.

– Не уверен… – отозвался кот.

Рюга нашла Алмаса в толпе. В окружении целой свиты, под началом Сомаха парень стоял на ступенях среднего обода арены. – «Смотри как следует,» – подумала Рюга. Из красных глаз она попыталась вытянуть духовые иглы, будто хотела проткнуть юношу насквозь.

– Прекрати, нас заметят, – проворчал Сайф.

– Давай посмотрим, может, у этого дымка выйдет что-то путное. – Гон оперлась на ладони и поглядела в небо.

– Вряд ли…

– Это почему же?

– Васкот Латан не явился на поединок! – объявил оратор с дугового подиума возле трибуны для знати. – Победа присуждается Дамиру Макту!

– Ясно… Они его тоже избили?

– Скорее подкупили, бродяге вроде Васкота не светит ничего, даже если победит сына Магистрата. Думаю, он получил предложение, от которого не отказываются, – рассудил Сайф.

– У меня просьба.

Зверолюд посмотрел на девушку.

– В день боя пацана я буду охранять его, – красные глаза с узкими зрачками сверлили фарниса. – Устроишь?

Кот глядел на нее пол пару секунд, вздохнул.

– Знал, что ты это скажешь. Но у меня условие.

– Какое?

– Если начнутся проблемы я уведу вас обоих, а значит, буду рядом.

– Годится… Хотя это два условия, – Рюга снова поглядела на Алмаса, – если так случится, пацан этого не забудет.

(За день до боя)

Рюга возвышалась над выдохшимся Алмасом. С пустыни дул холодный ветер, раскидывая пыль, которая липла к телу. Юноша выдохся в бесчестных попытках освоить то, чему его учила Рюга все прошедшие дни.

– Ты сделал достаточно, угомонись уже, – сказала она.

– Я так не считаю, – прохрипел парень и уселся на колени, глянул на гона.

– Ты что, так боишься этого красного пацана?

Алмас помотал головой в попытке стряхнуть боль в висках, стало только хуже.

– Нет, я боюсь опозориться.

– Ну и дурак.

– Посоветуй мне что-нибудь еще.

– Я и так сделала что могла, не наглей. – Рюга скучила брови. – Скажу еще вот что: мой Мастер всегда говорил, что в битвах духа исход никогда не предрешен, победа достанется тому, кому больше надо.

– О чем ты.

– О том дубина, что у тебя все шансы. Красный дурак как я, не видит пока использует дух, да и видит он вполглаза. Ты же полноценный зрячий, и дух у тебя звездный. – Рюга присела на корточки перед Алмасом. – У тебя большое преимущество. И ты достаточно подготовлен, но если будешь так трястись – проиграешь еще до начала боя.

– Но…

– Заткнись и иди спать… – Рюга было пошла прочь, но почти сразу вернулась. – Сегодня переночуешь у меня.

– Правда?

– Что за тупое выражение лица? – Гон хрустнула пальцами. – Я твой телохранитель на ближайшие сутки.

– А… я рад. – Алмас больно улыбнулся.

– Пошли уже.

(Утро, за два часа до поединка)

Рюга плотно заматывала грудную клетку в попытке скрыть любой намек на то, что она девушка.

– Не пялься… А лучше постой за дверью, – сказала она Алмасу, который искоса поглядывал на нее как полоумный. – Вали, а то поколочу.

С ухмылкой юноша вышел за дверь. Там в тени коридора, как обычно, дежурил Сайф, который оделся максимально скрытно.

– Готов? – спросил кот, не поднимая головы.

– Да, – сказал Алмас и на ровном месте сбил дыхание.

– Могу дать совет.

– Слушаю!

– Если не уверен, что сможешь нанести удар, не приближайся к нему, а когда предоставится возможность ударить, не колебайся.

После слов Сайфа Алмас вовсе забыл дышать и уставился в пол как и фарнис.

Через пару минут вышла Рюга. Она сделала все что могла, чтобы походить на мужчину. Разодетая в пепельные одежды как у местных вышибал, закрыла лицо, обмотала руки тряпками, чтобы добавить объема, и надела тюрбан, похожий на гриб.

– Чего уставились?

– Только не упрямься, – сказал фарнис и подошел к девушке, мохнатым пальцем он помакал в маленькую баночку и показал Рюге, та присела, кот намазал черную краску ей под глаза.

Алмас хихикнул.

– Что еще?

– Да так, просто ты похожа на Надзира теперь.

Гон тяжело выдохнула. – «Для тебя стараюсь дурак». – подумала она.

– Выходим, – объявил Сайф, – нам нужно сперва встретиться с Сомахом.

Битый час они слонялись туда-сюда, наконец Рюга и Сайф вошли в подвалы Арены. Ветер завывал из ослепительных проходов, ведущих на поле боя.

– Со мной, Алмас, нужно потолковать, – сказал Сомах и взял юношу за плечо.

– Эй, куда ты его поволок, – завелась Рюга.

– Не твоего ума дело, – бросил толстяк, но тут же почувствовал железную хватку на плече.

– Еще как мое, урод. Я буду с ним до начала боя, ты меня понял?

Сомах потупил несколько секунд. Он сильно потел, видимо взмок еще до того как пришел сюда. Его усы дергались как у мыши, которая нюхает несъедобное. Наконец, он подал голос.

– Дура, не твое это дело, ты…

Гон схватила его за одежду и подняла на добрый метр. Придавила к стене.

– Говори тут, или вали, – сказала она самым низким голосом, на который была способна.

– Только… Только ты это, пообещай не лезть, это его дело, наше!

– Рю, отпусти его, пожалуйста, я многим обязан Сомаху, – Алмас положил ладонь на спину девушки.

– Этот урод что-то задумал, сейчас сам сдуреешь от блевоты, которая польется из его пасти. – прошипела гон, но толстяка отпустила, буквально. Тот свалился на землю, чирканув лопатками о выступ.

– Короче… Слушай внимательно парень. – Опираясь на колени, толстяк встал. – Мы уже считай в Лактане, все, дело сделано, всех туда пустят, весь караван, КАЖДОГО ха-ха.

Толстяк облизал губы, вытер потный лоб.

– Ты это, короче, проиграй. Побей, побегай как умеешь, подури этого сынка магистрата. Но вредить не вздумай, понял?!

– Что? Но, я же не за этим тут… – вполголоса проговорил Алмас.

– Ты пойми парень, ты же не победишь, ты видел их, не только этого сосунка, а песчаные наги, грандир что швыряет валуны как солому. – Сомах сорвал голос. – Даже если победишь, тебя может и пустят за стену, а нас?

– Я понимаю…

– Вот-вот, ты тут благодаря мне, нам всем. Мы годами побирались на помойках, такого шанса не будет, не будет, тебе говорю. – Сомах махал пальцем перед лицом парня.

Рюга отпихнула толстяка.

– Все, вали, дай ему отдышаться перед боем.

– Не лезь, – потребовал Сомах, – я его вырастил, не ты, ты бродяга из пустыни, тебе не понять что такое жить в Махабире.

Гон глядела на него словно перед ней дымящаяся куча навоза.

– Я ему и слова больше не скажу, а ты проваливай, не то убью.

Рюга создала костяную голову без глаз с демоническими клыками. Сомах застыл с открытым ртом.

– Пшел! – гаркнула гон и пнула его.

Алмас ссутулился и глядел, как убегает его второй отец. – «Он же твердил… что верит в меня, что… тогда,» – в голове юноши поднялся хаос обрывочных мыслей.

– БОЙ ГОСПОДИНА ДАМИРА И АЛМАСА ИЗ ДРАХТА! – возвестил оратор.

Алмас глянул на Рюгу. Та отвернулась.

– Я… я думаю, – бормотал он.

– Поступай так, чтобы не жалеть. – сказала она, игнорируя его глаза. – Иди, тебя все ждут.

Слово все она прошипела так, будто речь шла о яме, в которой копошится сто тысяч жуков.

– ДАВАЙ, ВАЛИ! – проорала девушка, разорвала над парнем флягу с водой и толкнула его в спину.

На ватных ногах Алмас побрел к воротам. Ослепительный свет поголотил юношу. Рюга ударила в блочную кладку кулаком так сильно, что на стене осталась кожа. Следом она приложилась и головой.

– Сжимай, – отрешенно сказал Сайф.

– Ага.

Дрожащей рукой Рюга стиснула наконечник и оказалась над ареной. На миг гон увидела, как площадь в центе опутывает вихрь радужных, тончайших нитей из белого духа.

Глава_25.4

Алмас вышел за ворота и накинул на себя капюшон цвета песка. За прошедший месяц арена сильно изменилась. Наги в своих песчаных битвах искривили ландшафт на новый лад. А грандиры разломали архитектурные огрызки, которые и без того утратили всякий смысл. Запекшиеся лужицы крови никто не убирал.

Чтобы добраться до центра, пришлось обходить весь этот хаос.

Юноша взглянул на противника. Дамир шел уверенно, на его лице растянулась узкая улыбка, с едва блестящими зубами. Он навешал на себя вдвое больше красных лент, с тех пор как они виделись в прошлый раз.

Вяло Алмас сделал привычный жест. Но ладонь над головой согнулась словно озябший росток. Юноша отпустил руку, почти бесконтрольно она упала, шаркнув по штанам.

Дамир же занес над головой кулаки, выпустил сгусток горящего духа.

– Теперь ты ничего не сможешь! – сын магистрата наклонил корпус, приложил ладони к песку.

– НАЧАЛИ, – крикнул оратор.

Красный рванул в привычной манере, готовый сжечь Алмаса. Но уже на подлете понял – перед ним двойник.

– НО КОГДА ОН УСПЕЛ?! – удивленно прокричал оратор.

Иллюзия не выдержала плотности духа Дамира и растаяла еще на подходе.

– Крыса! – прорычал красный, его глаза заметались по арене

– Эй! – прокричал Алмас, поднявшись на колонну позади.

Дамир сразу метнулся к нему, на бешеной скорости дворянин напоролся на пятку, которая вылетела из-под земли аккурат между ног. Вторая иллюзия вынырнула из песка и тут же раздвоилась. Хором двойники прокричали:

– Для того, кто не видит, ты слишком самоуверен!

Двойники начали избивать красного. Алмас наносил унизительные удары: подсечки, пинки, пощечины и подзатыльники. Третья иллюзия, которая окликнула Дамира едва добралась, чтобы влепить очередную затрещину.

Всех двойников сдула огненная вспышка. Скаля зубы, сын магистрата начал смотреть пристально, однако его глаза еле впускали дух, который он силился в них направить.

В ста шагах стояло два Алмаса. Иллюзии повторяла духовые каналы так точно, что отличить их было невозможно.

Дамир метнулся к двойникам, за пару секунд он затормозил в десяти метрах и вылил из пяток волну огня, которая накрыла все впереди, плавя песок.

Духовое пламя рассеялось. Но двойникам это будто не навредило, они стояли в тех же местах.

– Я понял! – осклабился Дамир. – Ты песчаная крыса! Зарываешься как трус!

– А ты как горящая куча навоза, которую жгут, когда нет выбора, – с задором крикнул Алмас в ответ.

Публика загалдела, даже Рюга с высоты обелиска слышала обалдевший бубнёж.

– Решил драться? – прошептала она.

– У него осталось мало духа, – сухо сказал Сайф.

– Это и слабость, и сила.

– М?

– Мы заметили, что чем меньше у него духа, тем сложнее отличить двойников от оригинала.

– Толку, если скоро он не сможет их создавать.

– Сможет еще раз десять. – Рюга начала раскачиваться, будто убаюкивая себя. – Ради этого он и тренировался все это время.

– Вот я тебя и нашел!

Секундой ранее Дамир разнес в пыль плиту, под которой прятался Алмас, чтобы сосредоточиться на двойниках. Сын магистрата вложил в удар так много духа, что от взрыва опалил собственные волосы и отлетел на пять шагов. Но он видел, как его пламя разорвало двойника и вторую иллюзию, что была в песке под ним.

Одного за другим Дамир испепелял двойников. – «Осталось шесть,» – подумал Алмас. Весь в поту, он при каждой возможности перебежками двигался все дальше от центра, пока двойники напирали на красного. Щедро осыпая его пинками, камнями и пылью.

Толпа начала кричать.

– Он побежал туда!

– Да, да, он там, Дамир…

– Как вы смеете лезть в поединок!

– Нет! Он там, там!

– Позади тебя!

Айны сходили сума. Кто-то боялся за свои ставки, другие пытались помочь, кто-то сопереживал юноше, а кто-то, наоборот, болел за знать и хотел выслужиться. Тут и там начались драки. Те, кто не хотел, чтобы Алмаса раскрыли, выкрикивали ложное местоположение.

– ЗАТКНИТЕ СВОИ ПОГАНЫЕ РТЫ МУСОР! ЭТО МОЙ БОЙ, А ВАМ ПАДАЛЬ, РАЗРЕШАЕТСЯ, ТОЛЬКО, СМОТРЕТЬ! – проорал Дамир.

– Как он смеет…

– Сам ты мусор!

– Избалованный выскочка!

– Мальчишка!

Источник последнего выкрика Дамир смог определить. Он сгруппировался, кинуться, чтобы выжечь зрителя и большой кусок в придачу. Вдруг в глазах Дамира потемнело. Сын магистрата закачался.

– ВОТ ТАК!

– Алмас!

– Покажи ему его место среди мусора!

– АЛМАС, АЛМАС, АЛМАС…

Рюга и сама в какой-то момент чуть не сорвалась кричать вместе с толпой, она так напрягла шею и спину, что ощутила судорогу, а на глазах проступили слезы.

– Дожимай его, дурачок.

Красный прикоснулся к затылку, кровь густой смолью показались на пальцах, залила спину и быстро запеклась.

Три иллюзии окружили Дамира и начали метать камни. Каждый бросок выплескивал из них остатки духа, и уже без пристального взгляда было понятно – все они двойники. Бросая очередной снаряд, иллюзия проронила его сквозь ладонь.

Последний камень, который тающие Алмасы смогли метнуть, Дамир поймал. Он развернулся к настоящему. Тот мало чем отличался от сына магистрата, весь в поту и пыли, юноша был вымотан не меньше противника.

– Убью, – выдавил Дамир.

Алмас снял со шнура на поясе короткие колотушки. И постучал ими друг о друга. Красный по привычке прыгнул на огненном духе, но не пролетел и пяти метров.

Схватив сломанную пику под ногами, Дамир побежал к противнику. Они сошлись на треснувшей каменной платформе.

Алмас раздвоился, но сын магистрата быстро распознал, кто есть кто и направил оружие в оригинал. Наудачу юноши, копье разломалось от жара и лишь полоснуло по ребру. Дмир отбросил древко и начал махать руками-ногами.

Огненные кулаки проходили близко к телу Алмаса. Они обжигали кожу, но на каждый выпад Дамир получал болючие тычки палками в ребра и подмышки.

С воплем сын магистрата вложил остатки духа в последний удар ногой. Алмас рухнул, перекатился вправо. Дымясь как подпаленная трава, красный рухнул на плиту. Его тело уже не могло потеть, а дух едва светился внутри.

– У…Убью, – хрипел он.

Алмас поглядел на него, закрыл глаза, выдохнул.

– Я сдаюсь! – он поднял руку.

Затем медленно пошел к выходу.

Арена заревела.

– ПОВЕРНИСЬ! – заорала Рюга с высоты обелиска.

Но шум не давал и шанса быть услышанной.

– КИНЬ МЕНЯ К НЕМУ ЖИВО! – крикнула Рюга Сайфу.

– Нет! Мы не сможем помочь ему! И я не дотянусь…

Гон вцепилась в обелиск гигантскими костяными лапами и зашуршала вниз, тревожно глядя на арену. – «Откуда тут эта дрянь!»

За спиной Алмаса на ноги поднялся огненный сгусток, мощным духовым столбом он ударил выше главной трибуны. На губах Дамира виднелись потеки оранжевого экстракта.

– УБЬЮ!