Текст книги "Душа Махабира (СИ)"

Автор книги: Юрий Неспящий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 28 страниц)

Холмы Мастеров l Душа Махабира

Глава 1.1_Песок везде

Рюга не хотела открывать глаза, интуитивно гонкай понимала, что еще слишком рано, – «Жарко… Чего так жарко-то?» – раздраженно думала она.

Утреннее солнце уже щипало глаза, она прикрыла их длинными пальцами. Сухие губы потребовали воды. Девушка лениво поднялась. Высоченная, в кожаной броне она вдруг широко открыла глаза.

– Какого хрена.

Гон сидела посреди пустыни на спальном мешке. Все вроде верно, тут она и уснула, только пустыня другая и палатки нигде нет. – «Обокрали? Я не могла пропустить такого!» – думала Рюга, мотая головой. В ее красные волосы набился песок. Она взяла горсть и просыпала его сквозь пальцы, будто впервые видела такой – белый и мелкий.

Гонкай дернулась вправо.

– Фух… – она выдохнула и подтянула поближе секиру из черного металла с широким лезвием. – Может сон?

Для надежности Рюга прилегла, закрыла глаза.

Кряхтящий визг заставил ее отказаться от идеи отлежаться еще немного.

Гон поднялась. Бесшумно перед ней приземлилась крупная птица, – «Слепая?» – подумала Рюга. Ее розоватые глаза стали ярко-красными, – «Плотный…» – подумала Девушка разглядывала духовое тело зверя, мощный желтоватый поток внутри коршуна ясно говорил о его намерениях.

Размером с бочку он понемногу подшагивал, периодически дергая головой, на которой клацал клюв. на месте где напрашивались глаза, лишь колыхались перья как у птенца.

Похожий визг вдалеке и шуршание за спиной. Рюга потянулась к секире. Хоть и безглазая, но птица видела, как в теле гонкай сформировались красные кости, поверх собственных. С их помощью Рюга могла поднять железяку весом с наковальню.

Коршун продолжал подходить, – «Трое… Нет, пятеро!» – девушка оглянулась.

В этот же момент первая птица заорала как истеричная старуха и кинулась на гона. В следующий миг пернатый монстр хаотично трепыхался, выплескивая кровавые бусины на песок.

Вихрь красных волос и топора – еще две головы скатились по горке.

Четвертая птица хотела сцапать девушку за ногу, резко подняв и опустив колено Рюга переломила ей шею. А вот пятая смогла ухватиться за плечо, соскользнула и тут же раздербанила когтями кожаную броню и бок гона.

– Жри! – проорала она.

С этими словами из ее тела выросла гигантская костяная рука, полупрозрачная, тлеющая, она один в один повторяла движения Рюги.

Птица, напуганная вспышкой духа, отлетела, но тут же попалась в захват костяных пальцев. Следом Рюга похоронила ее под песком, со всей силы шмякнув о землю.

«Сзади!» – пронеслось в ее голове.

Поздно.

Стервятник втрое больше предыдущих обрушился на нее, впечатав в лежак. Затем натужно поднял девушку в воздух.

Рюга отпустила секиру. Когти главаря не проткнули ее, вокруг тела проступили ребра и ключицы, в духовой оболочке которых засияли трещины. Хотя значения это уже не имело.

Костяные пальцы сомкнулись на шее птицы, она потеряла равновесие и выпустила Рюгу. Та приземлилась, укрепив скелет духом. Хотя голову и желудок тряхнуло до тошноты.

Коршун закувыркался, поднимая пыль. Рюга побежала в другую сторону к лежаку. Схватила секиру, повернулась к черному силуэту.

К удивлению девушки, птица решила атаковать снова.

Подшагнув в метательной позе, гон запустила секиру. Получилось не идеально, голову накрыла рукоятка, а топорище срикошетило в грудину.

Подбежав на усиленных ногах, девушка собиралась добить вожака, но это было лишним. Свернутая шея и рассеченная туша фонтаном заливали песок, который жадно впитывал влагу, превращая и без того густую кровь в завернутые комки.

Рюга потянулась вытащить оружие, попятилась. Вонь от птицы была неповторимой: белая гниль, дохлятина и прелая шерсть. Идея позавтракать добычей быстро растаяла.

Сморщив лицо гонкай выдернула секиру. Заводила топорищем по песку в попытке очистить его от крови. В итоге перемазалась сама.

Вернувшись к лежаку, девушка собрала вещи, огляделась и пошла в случайном направлении.

Рюга шагала до вечера, совсем выбившись из сил, она села на теплый песок.

«Гадство… накой я погналась за ней? Живая… Лучше бы держалась подальше…» – подумала девушка, скинула сумку и улеглась звёздочкой в яме между двух барханов. Она смотрела в небо, на котором уже появлялись первые звёзды, заявившие о себе раньше всех. Две луны, красного и синего оттенков, выстроились друг за другом и еле формировали восьмёрку – «ничего знакомого, даже песок сыпется по-другому.»

Сделав сдержанный глоток из горлянки, Рюга снова свалилась без сил, решая куда идти. Наглый песок был уже везде, и в волосах, и под всей одеждой, даже под плотно прилегающими налокотниками. – «Темнеет, гадина… и палатку наверняка она стащила, наверное, буду спать тут. Интересно, здесь холодно по ночам?» – думала Рюга готовясь к рывку.

Из последних сил она доставала спальный мешок. Девушка закуталась в нем, намотала тряпку на голову чтобы песок не попадал на лицо. Хотя пара песчинок все-таки заползли. Она выплевывала их и попыталась найти хоть сколько-то удобно положение, чтобы поспать.

Обгоревшая шея ныла от любого движения. А ноги скручивало от ходьбы.

Ветер противно гудел, напоминая вой старой собаки. Рюга прикрыла ухо, – «Найду зарублю заразу!» – подумала она, глотая густые слюни. Песок все еще был горячим.

Луны набрали яркость и нависли над девушкой, не давая погрузиться в сон. Стряхнув щепотки песка с длинных ресниц, гонкай посмотрела на небо, звезды казались раскалено– белыми, а луны огромными будто спустились ближе к земле.

На момент Рюга была очарована этим видом, однако ломота во всем теле быстро расколдовала ее. Девушка попыталась занять новое положение, чтобы не нарушить тонкую систему защиты от песка и сквозняков. Проворочалась несколько минут, наконец успокоилась и задремала. Песок стал холодным.

– Г-где… звезды? – в полусне промямлила Рюга, выглянув из-под тряпки.

Все еще была ночь, тело уже потряхивало от холода. Гон проморгалась, но так и не увидела ни единой яркой точки, только тусклое гало от лун.

– ОПЯТЬ ТЫ! – процедила Рюга и, надорвав крой, как гусеница выползла из кокона спального мешка. Она схватила секиру, встала в стойку, и уставилась в небо.

Точнее в темное, пульсирующее облако, оно застыло в сотне метров над землей. Постукивая зубами, Рюга смотрела на явление красными глазами, она ВИДЕЛА, что это не просто пыль, и тем более не вода, оно было – живым. Дух внутри тучи искрился и переливался словно по грозовому небу, но медленно и равномерно.

– ЧЕГО ТЕБЕ НАДО!? – заорала гон, выпуская пар из ноздрей. Ее кожа покрылась ципками, а волоски по всему телу затопорщились.

Ответа не последовало.

– Ц, – Рюга раздраженно скрутила пару восьмерок секирой, воткнула оружие в песок. Напитав лезвие духом, поставила ногу в специальный крюк с противоположной стороны лезвия, заорала и волчком запустила топор в небо.

Гон застыла с задранной в шпагат ногой, натянув мышцы до предела. Оружие улетело, прорубив облако насквозь.

– ВЕРНИ, МОЮ, ПАЛАТКУ! зараза.

Из-за концентрации на броске, глаза Рюги потускнели и перестали отслеживать дух облака. Она восстановила пристальный взгляд, ожидая увидеть духовую рану, или хоть какое-то изменение в ауре облака… – «Ничего?.. он что… забрал ее?» – подумала она, не увидев ни изменений, ни секиры, которая уже должна была вернуться.

– ГАД!

Облако заискрилось, пробухтело еле слышными раскатами грома, – «Глумится надо мной!» – подумала Рюга. Туча повисела несколько секунд и лениво поплыла прочь на восток.

– НЕ УЙДЕШЬ! – закричала гон и побежала вслед.

Оглянувшись, она заметила, как за спиной что-то поднимается в вверх, это была ее сумка, спальный мешок и полупустая фляга с водой. Колпачок открылся – жидкость глухо забарабанила по песку и тут же замерзла.

– Э-э-э? – от растерянности, на миг, ее лицо стало как у обиженного шестилетнего ребенка. – стой, с-СТОЯТЬ!

Рюга бежала за ним почти час, сначала быстро и наравне, потом все медленнее. Она вспотела и одновременно оледенела. С ее губ срывался все более тусклый пар. Гон ругалась все реже, даже про себя.

Шуршание сапог прекратилось, слышен был только ветер и хриплое дыхание. Рюга злобно смотрела на плывущую вдаль тучу, которая стащила все ее добро.

– Еще увидимся, зараза.

Девушка села на песок, скрестила ноги, выровняла дыхание и начала расслаблять тело, снимая спазмы от долгого забега. Через минуту гусиная кожа разгладилась, а дыхание выровнялось

– Я тебя еще достану, зараза. – уже спокойно пробурчала Рюга и сосредоточилась на сохранении тепла в теле. – Опять я все потратила.

«Не хватает…» – подумала Рюга, нахмурив брови. Она приоткрыла глаза чтобы прицениться, скоро ли рассвет, было понятно – еще не скоро. – «Какого черта в этой пустыне так холодно!?»

Гонкай сомкнула пальцы на ресницах, чтобы убрать с них раздражающие льдинки. Вдохнув полной грудью, стиснула зубы и принялась дальше согревать тело остатками духа. Рюга знала, что уже вышла за рамки допустимого.

Утренние солнце и жажда разбудили Рюгу, присыпанная песком, она выгнула спину.

– Тьфу, пф-ф, – фыркала она, выковыривая языком песчинки, скребущие по зубам.

Девушка вытянулась как вялый, только что проснувшийся ленивец, – «Пить охота», – подумала она.

Рюга прищурилась. Пейзаж был не обнадеживающим: барханы, небо без облаков, а за горизонтом шпили с ржавыми прожилками. – «И где я вообще оказалась?» – подумала Рюга и снова пыталась обдумать последние пару дней, не сон ли все это? Под аккомпанемент хруста в теле, гонкай встала.

– Откуда я бежала? – девушка посмотрела на восходящее солнце и решила идти на запад, она лишь примерно понимала, где остались ее вещи. – «Может, оно не все стащило?» – Думала Рюга, растирая плечи. Она побрела по свеже уложенному песку, который уже почти успел съесть ночные следы.

Найти место откуда гон начала погоню удалось только к полудню. Рюга узнала его по форме барханов, между которыми и решила заночевать. Блеск вдали дал ей надежду. Шурша песком, она соскользила вниз.

Блестяшкой оказался гребень для волос, который Рюге подарил наставник после экзамена. Девушка заплела волосы. Край гребня напоминал плавник, который выпирал вверх на затылке.

Рюга потрогала медальон на шее, он был прямоугольным, на нем изображение ее школы с одной стороны и символ Холмов Мастеров с другой. Он означал, что его носитель состоит на службе пилигримом. Хотя Рюга получила это звание всего пару месяцев назад.

Поглядев еще, девушка заметила песчаный бугорок, похожий на булочку, – «фляга!», – подумала гон, подошла, раскопала ее и дернула. Это и вправду была фляга. Рюгу улыбнулась, но тут же скривила губы, в песке зазвучала трещотка.

Под флягой лежал шипящий каралик цвета песка. Змея пригнулась и прыгнула Рюге в лицо. Она извивалась, опутывая руку девушки, но все без толку – защемленная между двух пальцев змея стала беспомощной. Рюга передавила ее голову, та хлюпнула, превратилась в кашу, а из показавшихся клыков закапал желтоватый яд.

– Будешь моим обедом, – заявила Рюга и осмотрела флягу, – колпачок был сорван, но что-то еще бултыхалось. Девушка бросила змею, которая дергалась в конвульсиях, и выжала из фляги все что было, – «даже глотка нет…» – Рюга заткнула флягу и присела на песок, тут же встала, раскаленный он не сильно располагал к посиделкам.

«Даже если дотяну до ночи – не смогу ее пережить», – думала гонкай.

– Дьявол! – шикнула она, схватила змею и снова побрела, не зная куда.

Весь день Рюга блуждала по пустыне, решила идти в сторону шпилей. Гон то и дело сбивалась с пути из-за того, что приходилось спускаться в борозды барханов. Девушка думала о храме, в котором выросла. Вспоминала слова своего наставника, снова и снова, как к застрявшему куску мяса она приходила к его словам, – «Ты умрешь иссушенной старухой до первых седых волос…»

Глава1.2_Холод – учитель

Глава1.2_Холод – учитель.

Заваленный снегом каменный храм на Холмах Мастеров содрогался от хриплых девчачьих выкриков и всплесков красного духа.

– До первых седых волос ты умрёшь иссушенной старухой, даже корни тебе не помогут! – сказал её наставник, крепкий мускулистый гон со смуглой кожей и дюжиной шрамов, – Довольно!

Рюга продолжила безрассудно атаковать его. Хан жёстко перехватил мелкий кулак девочки и плавно повалил её на соломенное татами. Держал крепко, но не вредил.

Рюга рычала. Сделав очередной всплеск духа, она сформировала толстенную, полупрозрачную кость вокруг запястья. Кость горела, но не обжигала рук мастера. Хан с трудом удерживал её. Следом девочка создала огромные рёбра, они оттолкнули учителя. А затем, красной костяной ногой, которая проглядывала из тела девочки, она отскочила и пролетела в другой конец храма. Красные, демонические на вид кости тут же рассеялись.

– И что с того! Вы сами говорили – это мой дар, я трачу его как хочу, – тяжело дыша сказала юная Рюга.

– Я не для того тебя учу, чтобы ты повела короткую, бессмысленную жизнь. Лучше развиваться медленнее, чем сгорать как спичка. Ты должна успеть сделать что-то достойное! – скрестив руки нравоучал Хан и строго глядел Рюге в глаза.

– Почему я должна делать что-то?! – выкрикнула девочка и, сформировала гигантский костяной кулак, кинулась на учителя.

– Ты… уже сама ответила на свой вопрос, – разочарованным тоном выговорил он.

Хан не сдвинулся с места. Девчонка рухнула, не преодолев и половины пути между ними. Лёжа без движения, она уже не могла контролировать своё иссушенное тело. В очередной раз Рюга злоупотребила духом. Она знала, что он не бесконечен, чувствовала, что скоро выбьется из сил. Её глаза раскраснелись, молча девочка заревела.

– Вы с сестрой пережили одно и то же. Бери с неё пример, она не скулит, не живёт прошлым. Растёт и становится крепче, то, что она талантливее не значит, что ты должна гнаться за ней, – Хан навис над ней. – Пойми это наконец!

– Вы просто ж-жалете что взяли меня, а не Рю, – выдавила Рюга, не в силах сдерживать хныканье.

– Я такого не говорил, – сказал Мастер и затопал прочь из ледяной тренировочной залы. – Может холод научит тебя чему-то.

Рюга осталась одна на холодном татами. Ее тело было горячим.

Так прошёл час.

Затем еще.

«Холод, чему он может меня научить!» – думала девочка, постукивая зубами. Обычно даже самый лютый зимний день не мог заставить ее дрожать, но сейчас её трясло. Выплеснув в спарринге весь имеющийся дух и даже выйдя за рамки того, что было, она больше не могла противостоять леденящим сквознякам, – «Даже не повернуться!»

– Черт! – скулила она, упираясь лбом в соломенный пол.

Она услышала знакомые шаги.

– Рю!

– Рюга!

Ее беловолосая сестра-близнец и маленький мальчик на кроличьих лапах с большущими лисьими ушами подбежали, и тут же начали ее поднимать.

– Отстаньте! Я тренируюсь… – последнюю фразу она выдавила с хрипом жажды.

– Не упрямься, – мягко сказала ее сестра.

– Вот, попей, – прислоняя тыквенную фляжку к губам, сказал Кито, – ты опять переусердствовала. Нужно согреть ее!

Рюга сдалась. Больше всего девочке хотелось пить. Облокотившись на близняшку, она жадно впилась во флягу. Явно имея опыт вот так хлестать воду, она даже не подавилась и высосала ее полностью.

– Ты совсем замерзла, – сказала сестра и взвалила ее на спину.

– Тренируюсь я, что вы докопались! – фыркнула Рюга.

Мальчик-зайчик бегал вокруг них туда-сюда, не в силах помочь из-за роста, он бесполезно суетился, переминаясь с лапы на лапу.

– К-к Мастеру, Рю, скорее! – тревожно прощебетал Кито.

– Да.

– Не пойду я! – рычала Рюга и попыталась вырваться.

Сестра ничего не ответила и молча потащила ее на спине из храма, в сторону небольшого домика неподалеку.

Их ноги хрустели свежим снегом. Еле-еле Рю смогла донести свою сестру до домика, из которого медленно шел дым.

Девочка тихо постучала.

– Мастер, можно к вам?

– Входите, – ответил так же тихо старческий голос.

Рю зашла внутрь, положила сестру на одеяло, которое быстро разложил Кит.

– Здрасте.

– Здравствуй, Рюга, – делая глоток теплой воды ответил учитель Рю и Кито. Он выглядел как ожившая статуя божества, на которую налепили белый халат и непомерно длинные брови с усами, которые почти скрывали его глаза.

– Мастер, она снова потратила весь дух, но в этот раз даже больше, чем весь, – щебетал лин, нервно подергивая ушами, из-за контрастного горячего воздуха камина.

– Ясно, я вижу, попробуй в этот раз ты Кит, – медленно ответил старичек.

– Я, н-но-но, вдруг, вдруг не получится, вдруг я только наврежу, – начал отнекиваться Кито растерянно озираясь на всех в комнате.

– Я подстрахую тебя, – спокойно ответил мастер и медленно спустился с кровати, мелкими шажками подошел к лежащей девочке. Он был ростом чуть выше ушей лина, но уже гораздо ниже юных сестер гонов.

– Л-ладно, я, начинаю, – мальчик сосредоточился, растер ладони, и положил их на живот Рюги.

Ее сестра сидела с краю скрестив ноги и смотрела на всех со стороны своими белыми глазами.

– Тяжелый день? – разорвал тишину старец, поняв, что его ученик отлично справляется.

– Ага, – ответила Рюга, без эмоций пялясь в потолок, – спарринговались с Ханом.

– И как прошло?

– Вот так и прошло.

– Рюга, не злись пожалуйста, – морщась сказал Кит, – ты блокируешь мой дух. Спасибо.

– Когда-то Хан тоже не умел сдерживаться. Он был таким же как ты, наверное, даже хуже, – сказал мастер, попивая воду из чашки. Рю жестом предложила ему еще, но старичок оказался.

– Он опять сказал, что я умру бабкой лет через двадцать.

– Если будешь так расплескивать свои силы, может и раньше, – сострил Мастер, пытаясь общаться на ее языке.

– Скорее еще раньше, от очередной тренировки на морозе, – буркнула Рюга размяв шею, силы возвращались к ней.

– Хан искренне пытается научить тебя всему что знает. Он мало учил, – старичок вздохнул. – Такой уж он, тебе и повезло, и не повезло одновременно.

– Какое тут везение, он грубиян и, и вообще…

– Прям как ты, – с ухмылкой влез в разговор Кит, Рюга зыркнула на него, ее зрачки быстро сузились. Лин карикатурно кашлянул и тут же продолжил восстанавливать потоки в ее духовом теле.

– Он заботится о тебе, как умеет, – добавил Мастер.

– Он меня на морозе оставил!

– Но он же и попросил нас тебя забрать, – мягко сказала беловолосая сестра.

– Угу, – кивнул Лин.

– Мог бы и сам забрать, – буркнула Рюга.

Сестры встретились взглядом, в этот момент Рю легко улыбнулась и еле заметно повела подбородком в сторону форточки, которую бесшумно открыл мастер Хан. Встретившись взглядом со своей ученицей, его огромная голова с черными бровями спросила.

– Научилась чему-то?

– Ага, если зимой потрачу весь дух – замерзну задом к верху, – прохрипела она.

Хан слегла улыбнулся и закрыл форточку и захрустев снегом добавил.

– Это уже что-то.

– Черт, Мастер Хан, но сейчас не зима, – с закрытыми глазами бурчала себе под нос Рюга заняв позу для медитации на теплом песке.

Она точно знала, что дотянет максимум до середины ночи, а дальше придется принять холод. Снова. Весь.

– Дьявол, я не против, потащите меня кто-нибудь в домик с камином, – шептала она, зажмурив глаза.

Глава2_ Хазем из Махабира

Глава2_ Хазем из Махабира.

– Ти живая, красавиц? – сказал низкий мужской голос на языке Холмов с сильным акцентом.

Рюга попыталась разлепить глаза, но от долгой ледяной ночи они просто не слушались. Девушка хотела двинуться, но тело было вязким, пьяным, и как всегда, при полной утрате духа – бесконтрольным. Она чувствовала, как ее с трудом подняли, мельком увидела ноги в белых шароварах, которые вминали лунный песок.

– Х-хан? – в полубреду промямлила она.

– Ага, я угадать твой язык красавиц, два удач с тобой уже случиться в этот юный день, – сказал мужчина и, набрав воздуха, с кряхтением закинул ее на присевшего огромного зверя с массивными задними лапами. Животина была лысая, но с густой гривой на спине, хвосте и шее, которая заканчивалась блаженной рогатой мордой с ушами-лопухами.

Мужчина в тюрбане залез на своего ездового зверя и, не без труда, умастил Рюгу в некое подобие шатра. Сложил ее клубком, положил что-то теплое в центр и укрыл одеялом.

– Ты т-только тронь меня и будешь вторым… в моем, списке, – полушепотом угрожала она, поняв, что это не ее наставник.

– Не бояться красавиц, спать, согревать! Слишком холодный ночь для такой юный девушка, – сказал Мужчина и накрыл ее еще пледом, а потом еще одним. Подпер ткани так, чтобы нигде не дуло, в конце украсил это все своим тюрбаном с причудливыми лентами, на которых была выведена угловатая каллиграфия.

Начинало светать, ездовой зверь покорно встал на задние лапы и лениво пошел, ловя равновесие гигантским хвостом. Шатер словно плыл над песком. А Рюга обнимала что-то теплое и круглое, свернувшись клубком.

Рюга проснулась, свернутая в клубок, лениво размяла тело, почти не двигаясь, она напрягала мышцы в разных местах. Вдруг девушка поняла, что движется. Она совсем забыла, что ее кто-то подобрал ночью и уложил в шатер. Все еще сонная, она со всей силы ударила ногой по воздуху. В полусне ей померещилось, будто ее вот-вот затащат в кипящую воду.

Гон пробила боковую стенку шатра из прутиков, здорово поцарапалась, а также двинула чашечку до такого хруста, что не стала даже ругаться. Попав в самый нужный нерв – заскулила. Вдруг девушка обнаружила у лица флягу, которую держал мужской загорелый кулак с кольцом на каждом пальце, одно диковинней другого.

Недоверчиво Рюга взяла ее, приняла сидячее положение, упершись макушкой в шатер, наклонила голову. Девушка зыркнула на мужика за поводьями, который напевал что-то монотонное. Откупорила крышку, понюхала – кислая брага. – «Черт, а пить надо…» – подумала она и жадно выдулила пол фляжки, вытерла губы, громко выдохнула.

– Я все допью? – спросила она, ощутив, что жизнь налаживается.

– Конечно Красавиц! Пить сколько хочешь.

Дожав флягу, она попросила добавки, выпила половину и снова попросила допить.

– Будь осторожно, ум… э-э-э, – оборвав фразу, он начал раскачивать поднятой ладонью и одновременно головой.

– Ага, я уже поняла, что это не вода.

Рюга пыталась осмотреться. Ничего толком не было видно из-за красной тряпки шатра и спины мужика. Ломота в теле тоже подталкивала ее наружу. Ездовой зверь чуть не рухнул от перекоса, когда она на ходу слезала с него, предварительно навалившись на торговца в тюрбане.

Спрыгнув, она встала в полный, двухметровый рост, потянулась и, провыв почти как волк, на ходу сделала отточенную серию гимнастических упражнений хрустя всем чем только можно. Мужик поглядывал на нее, а Рюга на него – синий халат с узорами, смуглая кожа, густая черная борода с сединой, но что наиболее примечательно бирюзовый прозрачный кристалл прямо во лбу, выглядывающий из самой кожи.

Мужик уловил этот взгляд и поспешил одеть свой тюрбан. Его ездовой зверь остановился.

– Ты вообще кто, дядя? – сказала девушка, застыв в разминочной позе.

– Меня зоват ХАЗЕМ! – гордо отчеканил он. – Я есть торговец Хаташ и Драхт.

– Агы… а второй имя, у тебя иметь? – передразнивая спросила Рюга.

– Зачем второй? – полюбопытствовал он, теребя измученный ус.

– А ты откуда? или… где мы вообще? – снова оглянувшись по сторонам, спросила девушка.

Они были уже ближе к высоким шпилям, которые Рюга видела вчера. Вокруг появились крупные полосатые валуны с блестящими в них кристаллами. Песок был утыкан мертвыми растениями и бревнами, которые ветер полировал уже не первый год.

– Пустынь Махабир, я, ты идем в Хаташ, – сказал мужчина, обведя вокруг пальцем и в конце указал на каньон вдали.

– Я вообще не дура… но таких названий не слышала никогда, – скрестив руки на груди фыркнула девушка.

– Значить, ты далек дом, – Хазем взялся за бороду явно поняв, что сказал неудачно, – или… дом далеко твои… нет, дома твой далек?

– Ага, это ты в яблочко, – выдохнула Рюга.

– Что есть яблочко? – с улыбкой спросил торговец, но наткнулся на очередной грустный вздох девушки, – Продолжить путь вместе? Тут плохой место, со мной опасать… или, опасностъ, – все с большим трудом подбирая слова, выговорил торговец, периодически переходя на свой язык, подытожил, – со мной идти красивый девушка, и будем в Хаташ уже через… два лун!

– Еще раз назовешь меня красивый девушка – вмажу, – сказала Рюга, впилив в него взгляд.

– Ха-ха-ха.

На его смех гон очертила ногой полукруг на песке, встав в боевую стойку, хотя слегка пошатнулась – странное питье било в голову.

– Понимать, понимать, другой дом, другой правил. Как твой им? – улыбаясь спросил он.

– Рюга.

– А второй им? Полагать он у тебя есть.

– Красная кость, и не им, а имя.

– Красный кость… Для такой кр… – он умолк, поняв, что исчерпал слова для выражения своих мыслей.

– В любом случае, спасибо за помощь Хазем, дальше я могу идти и сама, – сказала Рюга и добавила к этим словам дикое урчание в животе. – Ты не видел тут змею? Она была у меня…

– Это… нельзя еда, – сказал он и достал ее из левого мешка на боку седла – яд всюду, не только в голова, даже в мясо.

– Вот как.

– Лучше будет…

– Рассчитываешь что-то получить бородач?

– Б-бородач… Получать, что значить – рассчитыват?

– Ооох, – закатив глаза не выдержала Рюга, – в долг быть у тебя не хотеть, так понятнее?

– Ох, нет, нет, никакой долг Хазем помочь в беда. Хазем верить, что так правда, – твердо выговорил он и приосанился, будто позировал для портрета.

Рюга смотрела на него с прищуром, сжимая губы медленно наклонила голову.

– Ха, ладно! Я тебе верю, – громко заявила девушка, прыгнула на седло, а потом протиснулась в обратно в шатер. Она попыталась поднять его крышу так, чтобы могла сидеть в полный рост. – Твой зверь выдержит? И не найдется чего поесть?

– Нет, Таршин не устать, он кут и от такой кр… – Хазем резко умолк и зашарил в боковой сумке, – Да, еда есть у я, вот угощайся кр… Угощайся.

Он протянул ей коробочку, в которой было пара отсеков с вяленым мясом разного цвета, и немного сушенных ягод с потрескавшейся белой кожурой.

Рюга взяла тару и начала жевать. Хазем поглядывал на нее, к своему удивлению обнаружил, что ест она сосредоточенно. Не смотря на голод, гон не стремилась набивать живот. Мужчина протянул ей еще питья, как раз в тот момент, когда девушка начала немного давиться.

– Скоро стать прохладно, Каньон Хаташ впереди, – сказал Хазем, когда они забрались на горку, с которой открывался вид на гигантское ущелье с множеством извилистых путей в оранжевых скалах.

Спустя час они вошли в каньон. Местами в нем торчали огромные кристаллические пики длинной с улицу – прозрачные и синеватые, они переливающиеся радужными оттенками.

Ветерок и тень от высоких скал немного разогнали жару. Рюга убрала занавески по бокам, – «Чертовщина, я о таком крае даже не слышала. Хан столько рассказывал о своих странствиях, а про это место – ни слова» – думала она, жадно оглядывая все вокруг: растения, камни, даже жуки с изредка пробегающим зверьками, их вид… Все было знакомо, но отличалось, как сахар, сделанный из разных растений.

– Какие странные облака, – сказала она, медленно разжевывая по сушеной, пресноватой ягоде за раз. Девушка посмотрела пристальным взглядом, отчего ее глаза засветились красным. – Погоди… Оно что, ЖИВОЕ?!

Огромные белые ребра фракталами тянулись по небу. Дюжина плавников по бокам, как будто бы девушка смотрела на мертвую рыбу изнутри. Рюга встала, чтобы заглянуть как можно дальше. Тянущийся от одного края до другого длинный хребет заканчивался расплывчатой головой-черепом.

– Не бойся кр… Рьюга – одернулся с сожалением Хазем – Это хороший облако, это Дарахаш!

– Это Звездный дух? – зачарованно сказала девушка, сев на спину Хазема, но почти сразу опомнилась, вылезла из шатра и пошла рядом, – Кто такое делает?

– Это не дух, это – молитв.

– Чего?

– Подношение чистый сердце. Люди Махабир создать живой суть – Дарахаш.

– Да ладно тебе, – скептически сказал девушка, – такое сможет только обладатель звездного духа.

– Звезд, дух, нет к… Рьюга, все благодаря Молитв, так уже многий век в наш край, – подняв указательный палец, разглагольствовал торговец.

– Да как скажешь. – Закинув руки за шею девушка, думая про себя. – «Вас просто дурачит какой-нибудь тысячелетний долгожитель, чтобы помыкать толпой.»

Дорогу перебежали несколько перекати-поле, которые изнутри вращал кто-то пушистый и многолапый. С бодрым визгом они полетели в пропасть каньона. Из любопытства Рюга перешла на сторону обрыва и глянула вниз – там был бездна, испещренная сотнями кристаллических мостов, она тускло светилась изнутри.

– А есть у вас еще какой-нибудь… Или какая-нибудь, Молитва, которая выглядит как облако из песка.

– Хмм, есть легенд о живой пустыня, он красть людей и вещь путник…

– Да! – перебила его Рюга. – Гадина перенесла меня сюда из Холмов, а потом украла мою палатку, затем еще и лежак, и секиру! – протараторила она, подойдя слишком близко к Таршину, отчего зверь попятился вбок и чуть не стукнулся о скалу.

– Просить, не пугать Таршин, – успокаивая кута сказал мужчина, посмотрел вдаль и продолжил. – Это легенд, но уже два раз я нахожу в пустыня такой как ты, он сейчас в Махабир, думаю вы мочь, найти общий язык.

– А какой он? – спросила девушка.

– На вид, ммм – юный, – задумчиво проговорил торговец. – Я вас познакомить, он еще в Хаташ, я полагать.

– Ага, спасибо Хазем, – сказал Рюга, в развалку вышагивая по обрыву.

– Пожалуйста красавиц, – с улыбкой в шестьдесят четыре зуба отчеканил мужик. На что в ответ увидел, как девушка скучила брови и начала водить туда пудовым кулаком, улыбка быстро уменьшилась, и он поправился, – Рьюга.

К концу дня, по словам Хазема, они дошли до середины канона. Всю дорогу Рюга помирала со скуки, донимая торговца вопросами, но в итоге уперлась в его ограниченный словарный запас. С трудом девушка обучила его дюжине новых слов и поправила слишком плохо произносимые. Её спаситель держался достойно, но в итоге вымотался и начал путаться. В конце дня Рюга ехала молча и разглядывала хоть и красивые, но однотипные скалы и живность.

Когда ее дух начал восстанавливаться, Рюга снова смотрела на округу пристальным взглядом. Дух струился почти повсюду, его испускали кристаллы, но больше всего он исходил от неба, по которому медленно плыли костяные облака. К вечеру Дарахаш полностью скрылся за горизонтом на севере.

Несколько раз они поворачивали на развилках, выбор которых девушке был неясен, ни табличек, ни карты у Хазема – ни каких-либо еще признаков. Когда в очередной раз они свернули в особенно темный туннель, она увидела группу из двадцати, может, и тридцати духовых пятен живых существ. Слишком большие для живности, они толпились и бродили вдали, то ли люди, то ли звери на тонких лапках.

– Хаз, там кто-то есть – сказала Рюга, протянув длинную руку за его плечо.