Текст книги "Нелюбимая жена ректора академии (СИ)"
Автор книги: Юлия Ли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)
Глава 45
Вечер прошел замечательно.
Мы шутили, смеялись и наслаждались уютной атмосферой кофейни. Хозяйка подала лучшую в мире выпечку и фирменные напитки. Дети уплетали вишнёвые и малиновые пирожные со взбитыми сливками, безе с ореховым кремом, овсяное печенье с сухофруктами и шоколадные бисквиты с прослойкой тягучей карамели.
Взрослые пили нежнейший сливочный кофе и обсуждали Зимний бал. Моника твердо вознамерилась идти на мероприятие с Фабианом и все мои деликатные намёки, что он – не совсем подходящий для нее кавалер и в принципе спутник жизни – были благополучно проигнорированы. Устав спорить с подругой, я махнула рукой и погрузилась в приятные переливы мелодии, доносившиеся из старого патефона.
– Алис, уже решила, кому составишь компанию на балу? – Поинтересовалась она, когда допила третью порцию восхитительного шоколадного напитка с шапкой пены.
Я пожала плечом, покосилась на сына и дочь. Госпожа Дрю и господин Стервуд заранее уведомили меня, что готовы посидеть с детьми на время бала и даже не возьмут за это сверхурочную плату, и потому я была совершенно спокойна. А вот о кавалере, признаюсь, не думала.
– Я обязана пойти на бал в качестве штатного академического врача, – хмыкнула, повертев еще теплой фарфоровой чашечкой, зажатой ладонями, – буду одна.
Моника приподняла идеальную бровь:
– Одна?
– Одна. – Ответила таким многозначительным тоном, что она тут же сменила тему.
Снежные сумерки пленила ночь, над городом закружилась метель.
Мы распрощались около девяти вечера и разошлись по домам. В конце концов, до бала почти неделя, а завтра обычный рабочий день, занятия и практику никто не отменял.
– Мама, смотри! – Шепот Эрин окутал меня мягким бархатным покрывалом.
Я проследила за её вскинутым вверх указательным пальчиком. Доченька показывала на окна соседнего дома. Они ярко светились.
– Там папа, – обрадовал сын.
Сердце в груди совершило кульбит.
Из головы напрочь вылетело, что Коннор поселился по соседству. Шторы в его квартире были плотно задернуты, но даже сквозь них я без труда различила высокий плечистый силуэт, перемешавшийся по гостиной и кухне.
Смахнув снежные хлопья с лица и волос, решительно потянула детей в нашу квартиру.
– Уже поздно. Вам давно пора ложиться в кровати.
Близнецы грустно покосились на льющийся из папиных окон свет и поплелись в общий подъезд. Через полчаса Эрин и Ларк сладко посапывали в пене перины и кружевных одеял. Я поцеловала сына в прохладный лоб, потом чмокнула свою девочку в носик, почесала за ушками спящего кота-фамильяра и вернулась на кухню.
Из крана лилась вода, руки механически мыли посуду. Снежная вьюга усилилась. Вдоль обочин жалобно скрипели железные фонари.
Я взяла очередную тарелочку и вдруг передернулась. Между лопаток будто погладили жаркими шершавыми пальцами. Кожа мгновенно покрылась мурашками. Оглянулась и замерла. В окнах напротив возвышалась мужская фигура.
– Коннор? – Сорвался с губ тихий стон.
Муж словно проницал глазами тьму, пургу и плотную ткань занавесок и неотрывно смотрел на меня. Ласкал горячим нечеловеческим взглядом. Оберегал сквозь время и расстояния. Тихо звал меня по имени, прокладывая дорожку от своего драконьего сердца к моему.
Гулкий треск битого фарфора отогнал наваждение.
Я уронила тарелку в раковину. И это помогло собрать разбежавшиеся мысли. Так, Алиса, не фантазируй. Дракон просто стоит у окна и изучает полуночную метель. Тебя он не видит.
Пресекла эмоции и собрала осколки, чуть не порезавшись.
Из легких вырвался отчаянный вздох.
Я ждала от властного супруга подвоха. И всё еще жду.
Целый день провела как на иголках. Боялась, он ворвётся в лазарет и устроит скандал. Но нет, Коннор не появился. Ни в столовой, ни в коридорах Академии. И только небу известно – какой именно новый шаг предпримет наследный лорд далеких земель.
… Шаг последовал уже на следующий день.
Минуло три часа пополудни, я приняла две партии лекарственных средств, по ящику со снадобьями, зельями и микстурами и проводила ревизию, как вдруг на пороге лазарета возник дракон.
– Господин ректор? – Выдавила улыбку. – Вы за отчётом?
Он прищурил глаза.
– Вы подготовили отчёт, профессор?
Я покосилась на стол, где в кипе бумаг лежал незаконченный документ. Демоны подери, после вчерашней бессонной ночи – я о нём совсем позабыла.
– Почти.
– Так и думал, – со странной усмешкой заметил дракон. В воздухе витала магия, мягко шевеля занавески на шторах, нежно касаясь бархатных поверхностей, поглаживая меня по лицу и рукам. – Сдадите в конце недели, – снизошел до поблажки, – вместе с объяснительной.
Хлопнула ресницами, не веря ушам.
– Объяснительной?
– По поводу вашего поцелуя с магистром Блумом.
Он издевается?
– Магистр Блум уволился по собственному желанию!
Супруг едва заметно кивнул.
– Но вы-то по-прежнему здесь.
У меня разом закончились все слова и ругательства. Ненормальный. Этот несносный дракон – ненормальный!
– Это всё, что вы хотели сказать? – Прошипев, я решительно склонилась к ящикам с ярко-зелеными зельями: от простуды и прочих легочных заболеваний.
– Не всё. – Его голос звучал упрямо и ровно. – Я прошу вас отпустить со мной Эрин и Ларка. На три-четыре часа.
Резко оглянулась.
– Отпустить?
– Свожу детей в парк развлечений, они давно об этом просят, – ответил дракон. – Даю слово, в восемь вечера дети будут у вас.
– Подождите. – Нахмурилась. – У детей сейчас занятия.
– Занятия закончились десять минут назад.
– О. – Только и смогла произнести.
Супруг испытующе сверлил своими потемневшими как штормовые волны глазами, а я не могла поверить ушам. Коннор мог и не спрашивать разрешения. Просто забрать детей из Академии, а после поставить меня перед фактом. Он в своём праве. Но муж явно стремится наладить диалог, это вызвало невольное уважение.
– Конечно, – шепнула, коснувшись руками волос. – Хорошей прогулки.
Дракон по-военному четко кивнул, развернулся и исчез. Вот это да. Ни упрёков, ни угроз, ни обвинений. Лорд Коннор Торнот – вы часом не заболели?
До вечера дотерпела с огромным трудом. Даже визит подруги и магистров не отвлёк от детей и дракона. В Сантилье был один-единственный парк развлечений. В восточной части города. Этакий ледяной городок с крутыми горками, катком, каруселями, домиками для отдыха, множеством кафе, таверн и комнат для игр. Я несколько раз водила туда близнецов, вот только цены там ощутимо кусаются. На скромное жалование тогда еще академического врача, совмещавшего полставки с преподавательством, многого я и дети позволить себе не могли.
– Алис, ты сегодня сама не своя, – заметила Моника, когда я механически оделась, заперла лазарет и двинулась к выходу.
Фабиан опять отговорился срочной проверкой практических, хотя уверенна просто нашел удобный повод встречаться в кабинете с любовницей, и подруга покидала учебное заведение без жениха.
– Коннор забрал детей в парк развлечений, – призналась я.
Декан факультета бытовой магии опешила:
– Без твоего согласия?
– Почему же. – Пожала плечом. – Спросил разрешения и забрал.
– Ох, – у подруги вытянулось лицо. – Не шутишь?
– Ни капли.
Она была потрясена. А я-то как потрясена. До сих пор не могу поверить, что это мой дракон!
Супруг вернул детей строго в оговоренный час.
Я успела навести в квартире порядок, приготовила ужин, и вскоре в дверь деликатно постучали. На пороге обнаружились лорд Торнот и мои ангелочки.
– Мама, мама! – Воскликнули Эрин и Ларк и кинулись обниматься. Их щечки горели алым цветом, глазки блестели от восхищения.
Я крепко их обняла.
– У-у, как соскучилась. Понравилось в парке?
– Очень, – признался сын.
– Там столько каруселей и магии, – добавила Эрин, поглаживая по пушистой головке спящего за пазухой фамильяра. – Мы катались, играли, снова катались.
– А потом папа купил нам яблочной пастилы, пирожных и лимонада. Было весело!
Я покосилась на мужа-дракона.
Он задумчиво смотрел на детей и сдержанно улыбался. Высокий, сильный, крепкий, словно скала.
– Спасибо, – произнесла одними губами, обнимая детей.
Драконьи глаза задорно блеснули.
– Не за что, профессор.
– Останетесь с нами на ужин, лорд Торнот? – Ой, я спросила это вслух. Что на меня нашло?
– Не могу, – Коннор покачал головой, сохраняя бесстрастный вид. И только в синих глазах полыхали смешинки. – Должен вернуться в Академию.
– Тогда до завтра.
– До завтра, Алисия.
– Пока, папа!
– Пока! – Хором воскликнули Эрин и Ларк, помахав отцу ладошками в вязаных рукавицах.
Дракон исчез. А я прикрыла дверь в полном недоумении, сбитая с толку и совершенно растерянная. Вот так денёк.
Я думала «игра в отца» – это разовая акция, но сильно ошиблась. Через день Коннор забрал детей в лавку с игрушками, скупив там половину ассортимента, потом повел их в детский театр, а после дети совсем лишили меня дара речи.
Застыв у заснеженного крыльца, куда мы подошли минуту назад, я с изумлением, глотая морозный воздух ртом, прошептала:
– Вы хотите остаться на ночь у папы?
Ларк и Эрин с милым малышом-фамильяром на ручках весело закивали.
– Хотим.
По спине побежал холодок. Уж не знаю, когда дракон успел завоевать любовь моих детей, но судя по всему – как раньше мы жили, уже не будет.
– Боюсь, это не самая хорошая идея, – буркнула, покосившись на окна драконьей квартиры. Они были темными.
Близнецы обиженно надули губки, а затем из-за спины раздалось хрипло-тягучее:
– Почему?
Дракон словно вышел из серебристой метели и через мгновение замер поблизости.
– Папа, папа. – Дети ринулись к отцу обниматься.
Я закусила губу, опустила глаза. Почему когда он рядом мне всё время неловко и больно?
– Эрин. Ларк, – муж присел возле детей на корточки, потрепал по плечам, смахнув с одежды пушистые хлопья, бросил в мою сторону долгий многозначительный взгляд. – Алисия.
– Добрый вечер, господин ректор, – выдавила с трудом. С мужем за целый день мы не виделись.
Он выпрямился, подхватил мою руку в перчатке и крепко сжал. Разбуженная невинным прикосновением чувственность откликнулась в теле волной жаркой дрожи.
– Итак. Вы не ответили на вопрос, – напомнил дракон.
– Это, – сглотнув, заставила себя говорить ровно и сухо, – будет невежливо.
– Детям полезно общаться с отцом. – Коннор нежно перебирал мои пальцы своими, заставляя заметно нервничать. – Или вы мне не доверяете, профессор?
Еще спрашивает. Конечно, не доверяю!
– В таком случае, – синие глаза с вертикальными зрачками блеснули азартом, – можете подняться в мою квартиру и всё проверить. Прямо сейчас.
Пульс подскочил. Внутри всё сладко замерло.
Он что, меня соблазняет?
Кое-как уняв волнение – или это я дрожу из-за мороза? – строго отрезала:
– Сейчас неуместно. Быть может, позже. После Зимнего бала.
– Как вам будет угодно, – уголки мужских губ едва заметно улыбнулись, дав понять, что меня поймали на слове.
Коннор простился с детьми и я, едва передвигая налитыми свинцом ногами, потянула обиженных близнецов в теплый подъезд. Спину между лопаток до последнего жег испытующий драконий взгляд.
Глава 46
Новое утро началось с неожиданного подарка. Под дверью квартиры я обнаружила букет алых роз, перевязанный серебряной лентой расшитой рунами драконьего рода.
Коннор.
От пряного сладкого аромата закружилась голова.
Супруг прислал мне цветы?
Хмыкнув, склонилась и подхватила зимний букет, осыпанный заклинаниями неувядания. Что на него нашло? И что нашло на меня, если я вдруг решила принять этот дар?
– Мама, что там?
Ко мне с двух сторон прильнули Эрин и Ларк. Шумно втянули носиками сладко-терпкий запах и развеселились.
– Это папа прислал, да?
Мои маленькие проницательные дракончики. И ничего-то от вас не скроешь.
– Да, мои хорошие, – закрыв входную дверь пяткой, я вернулась в прихожую. – Ваш папа в последнее время меня удивляет.
– Это потому, что он очень любит тебя, мамочка, – с грустными глазками шепнула Эрин, гладя фамильяра по пушистой снежной шерстке. – А ты совсем этого не замечаешь.
– Угу, – с печальным вздохом подтвердил растерянный сын.
Коннор любит меня? Вот уж глупости!
Но расстраивать своих крошек не рискнула. Им сегодня и без того целый вечер придется провести в компании гувернантки и гувернёра, без мамы и папы. А всё из-за Зимнего бала.
Бал, к слову, заметно скорректировал учебный процесс. У младших курсов занятия отменили, а старшим сократили учебное время на треть. Жаль, я не могла позволить себе выходной. Без меня в лазарете – только гуляет и свищет ветер, а потому, поставив розы в хрустальную вазу на тумбу, налила в нее из графина воды, затем поцеловала в пухлые щёчки доченьку и сына и побежала готовить завтрак.
– Хотите оладьи с тертым сыром и черничным сиропом? – Крикнула из кухни, попутно успевая заварить детям ягодный чай, а себе – крепкий кофе.
– Да! – Ответили мне хором.
В девять утра, вверив близнецов госпоже Дрю и лорду Стервуду, я побежала в лазарет. Надо было доделать отчёт, закончить сортировку поставленных зелий и снадобий, подзарядить медицинские артефакты и написать объяснительную. На последнем пункте я смачно скривилась.
Естественно, половины из перечисленного – я не успела. После полудня в Академию пожаловал важный гость. Сам император!
Из лазарета меня поманили шум, смех и крики в холле главного корпуса. Вспомнив о необходимости зайти в деканат медицинского факультета за ведомостью, я всполоснула руки над умывальником и покинула своё тихое царство. Коридоры бурлили как море. Парни с интересом сравнивали себя с гордым и молодым правителем Верденской Империи; девушки томно вздыхали, провожая лорда Себастьяна влюбленными взглядами.
Сбоку чуть слышно шептались бытовички с последнего курса:
– Девочки, смотрите, император приехал без жены!
– Да, верно. Слышала, они разругались и вроде разводятся.
– Разводятся?
– Почему?
– Кузен моей тетушки по папиной линии из Ульдена вроде упоминал о заговоре Ее Величества против мужа.
Магички ахнули.
– Заговор?
– Против такого мужчины?
– Она сумасшедшая.
Пробираясь через толпу в сторону лестницы, я на силу удержалась от раздраженного вздоха.
Взгляд против воли упал на императорскую делегацию в центре холла. Коннор и Себастьян шагали плечом к плечу и вполголоса переговаривались. Сильные, уверенные в себе. Похожие, словно братья и одновременно разные как огонь и лёд, сумерки и рассвет, шторм и затишье. Мой муж был подобен суровому северному морю – бушующий, переменчивый, непреклонный. Император рядом с ним казался монолитной горой, несгибаемый и основательный. И да, студентки, точно подметили. Императрицы рядом с ним не наблюдалось.
Словно ощутив, что я с любопытством разглядываю их со второго этажа, Коннор вскинул голову, безошибочно определяя меня среди пестрой толпы. Бледно-синие драконьи глаза блеснули голодом. Метка истинности на запястье кольнула теплом, по коже покатился приятный озноб.
Я отчего-то смутилась.
Передернула плечами и, смахнув жаркое наваждение, наведенное чарами Истинного, поспешила в деканат. Вот же… искуситель! До бала оставались считанные часы, а еще столько всего надо успеть.
Часы до вечера пролетели незаметно. Я пообедала в столовой вместе с Эрин и Ларком и их наставниками, потом завершила работу и, погасив лампы в большей части лазарета, потянулась к пакетам с одеждой. Чтобы не бегать туда-сюда по пронизывающему до костей ветру, содержимое гардероба захватила с собой.
Хрустящая бумага пакета мягко зашелестела, когда я достала чулки и воздушное платье. Светло-синий атлас мерцал тысячами огней. Корсаж украшали мелкие капельки кристаллов. Подол расшили шелковыми узорами, напоминавшими снежные руны. Декольте в меру открытое, с мягким кружевом. Великолепный образ завершали длинные узкие рукава.
Застегивая мириады маленьких пуговичек, затягивая атласные ленты под грудью, расправляя шелковистые складки – я провозилась с платьем сорок минут. Потом покружилась перед зеркалом и улыбнулась. Платье эффектно подчеркнуло фигуру: узкую талию, пышную грудь, и заодно мою хрупкость и нежность.
– К этому наряду кое-чего не хватает, – раздался за спиной низкий голос дракона, пугая до дрожи.
– Коннор, – прошипела, стараясь унять сердцебиение. Эта его манера неслышно подкрадываться – изрядно допекла.
Муж, как ни в чем не бывало, приблизился. В его затянутой белоснежной перчаткой руке темнел футляр.
– Что там? – Спросила с сомнением.
Жаркий взгляд мужа не отрывался от моего лица, глаз, губ, медленно сполз к декольте, разжигая в груди странное пламя.
– Подарок.
Еще один?
Дракон вскрыл футляр.
На черном бархате лежал гарнитур из бриллиантов. Колье, серьги и браслет. На прозрачные, как стекло, камни упали отблески света. Украшения заиграли всполохами разноцветных огней. Я завороженно ахнула. Богиня. Бриллиантовый гарнитур был восхитителен.
– Позволишь? – Произнес супруг низким, чуть простуженным голосом. Драконьи глаза неистово полыхали.
Сделалось не по себе.
Я хотела отказать, но в последний момент передумала. Бал накануне Смены года – самое чудесное и волшебное время. Жители Империи верят, в эти снежные недели случаются настоящие чудеса. Надо только загадать желание и очень сильно в него поверить. Мое желание уже сбылось. Я снова со своими любимыми малышами, снова в Академии, мне больше не о чем мечтать.
– Конечно. – Приподняв волосы, медленно развернулась к мужу спиной.
На острые ключицы легла прохладная бриллиантовая нитка с неуловимой ноткой сладкой ванили. Дракон защелкнул на шее замочек, задержав пальцы на моей обнаженной коже чуть дольше необходимого. Украсил левое запястье сверкающим браслетом. Серьги я надела сама.
– Готова? – Поинтересовался супруг и приглашающе протянул затянутую белым шелком ладонь.
Сердце заколотилось как бешеное.
Стоп. Ректор вздумал представить меня Академии в качестве официальной жены?
А с чего он решил, что я хочу? С чего возомнил, будто мне это нужно?
Нет и еще раз нет.
– Коннор, я благодарна за цветы, украшения, всё остальное, – пробормотала, кое-как протолкнув слова через сведенное спазмом горло. – Но давай не будем торопить события, ладно?
– Торопить события? – Его бровь изогнулась.
Несмотря на случайно оброненную драконом фразу у ледяного фонтана о том, что мы муж и жена, проректор и остальные скрыли от студенческого сообщества этот факт. Для всех я по-прежнему просто профессор Алисия Рейт. И пока ничего не собираюсь менять.
В глазах защипало.
– Ты понял, о чем я.
– Не доверяешь мне? – Хмыкнул дракон то ли с недовольством, то ли с раздражением. – И не любишь.
Это упрёк?
Я вскинула голову, готовая защищаться от драконьих нападок, но Торнот снова меня поразил. Печально усмехнулся, разыскал мою руку в складках пышной юбки, поднес к губам.
– Как пожелаете, профессор. Жду на балу.
И, восхищая разворотом плеч и идеальной осанкой, ушел.
Я потеребила мерцающие льдом зимних озер бриллианты на запястье, заставляя себя через силу глотать горький воздух. В мыслях и чувствах царила сумятица.
Коннор снова и снова делает мне навстречу шаги, пытается помириться, а я раз за разом его отталкиваю. И даже совместная поездка в столицу не заставила меня изменить своё мнение. Ну не могу я себя пересилить, не могу простить предательство Истинного-дракона!
Глава 47
За панорамными окнами белые пушистые хлопья кружились в причудливом танце; быстро темнело.
Я миновала пустой коридор и вошла в торжественный зал. С самого сотворения Академии он служит для балов, приемов или турниров. И как академический врач, присутствующий на всех мероприятиях, я знаю помещение как свои пять пальцев.
Под потолком большая хрустальная люстра. Стены отделаны коричнево-золотыми панелями. Паркет цвета мёда блистает. А еще зимний бал на то и зимний – в качестве украшений по залу развесили гирлянды, ленты и елочные венки.
Коннор стоял за трибуной и обращался с речью к студентам. Рядом с ректором возвышался император. Себастьян тоже произнес свою речь, более короткую и, наконец, грянула задорная музыка. Девушки в шелковых платьях и юноши в элегантных костюмах разбились на пары. Кто-то отошел к столам с угощениями. Другие образовали шумные группы, шутили и веселились.
Преподаватели теснились возле колонн у выхода на балкончик с резными перилами.
Наверное, зря я согласилась принять от мужа подарок. Легкий шелест атласа, плавный шажок от бедра и вот ко мне прикованы сотни взглядов: удивленные, восхищенные, любопытные, завистливые.
– Смотрите, это профессор Рейт? – послышались голоса из толпы.
– Она.
– На ней бриллианты?
– Пф, это не бриллианты. Стекло, – возразил чей-то альт.
– Не-а, бриллианты. Мой дар не обманывает.
Я поморщилась. Ну, вот. Хотела как лучше, а вышло…
– Профессор Рейт, позвольте выразить вам своё восхищение, – выдернул из мыслей сдержанный голос проректора, когда я очутилась возле колонны. Доус подхватил мою руку в перчатке, поднес к губам, поцеловал. – Вы изумительно выглядите.
– Благодарю, – вежливо улыбнулась. – И вы само очарование.
Пожилой маг в мантии смущенно отмахнулся:
– Вы мне льстите, Алисия.
Я обменялась любезностями с другими коллегами и заметила среди студентов подругу. На Монике красовалось бордовое платье с золотым шитьём. Образ декана факультета бытовой магии дополняли белые ажурные перчатки до локтей, легкий макияж. Волосы она заплела в косу и уложила на голове виде короны. Позади, чуть отстав, шагал Фабиан Гор. Магистр старательно изображал интерес и веселье, но на его лицо то и дело прорывалось угрюмое выражение.
– Алис, – заметив меня, Моника подбежала. Карие глаза подруги сверкнули изумлением. – Ты… невероятно красива.
– И ты самая настоящая красавица, – я невольно перевела взгляд на Фабиана. Тот рассеяно изучал стайки студенток и хмурился. Сердце в груди болезненно сжалось. Уж не любовницу ли он высматривает?
– Алисия, – наконец галантно кивнул.
– Фабиан.
– О, Фаб, смотри, какая прелесть, – Моника не могла оторвать взгляда от прозрачного как снежный хрусталь колье. – Это ректор подарил, угадала?
– Да, – я сдержанно улыбнулась.
– Значит, просит прощения. – Она заговорщически мне подмигнула. – И правильно делает.
Скупо хмыкнув, поглядела из-под полуопущенных ресниц на зал.
Коннор и Себастьян возвышались близ трибуны в окружении орд восторженных леди. И каждой отвечали комплиментом или шутили. Я невольно залюбовалась гордой статью нелюбимого мужа. Безупречен, красив, открыт к диалогу. Может…
– Дашь ему еще один шанс?
Рассеянно перевела взор на Монику.
Прилипнув к откровенно скучающему Фабиану, она смотрела на меня, чуть сузив глаза.
– Говорю, простишь Торнота или нет?
– Я…
Она искоса оценила лорда-ректора и перешла на шепот:
– Имей в виду, зазеваешься – и такого мужика вмиг уведут.
Моника! И как не стыдно?
Шикнув, покосилась на Фабиана.
Благо, увлеченный беседой с магистром Лоуренсом он не расслышал.
Бал постепенно набирал обороты. Я не хотела пялиться на Коннора, но взгляд, словно магнит, притягивался к его статной фигуре. Вот, он целует руку одной из преподавательниц. Вот, общается с кузеном. Вот, соглашается на танец с рыжей симпатичной студенткой, кажется, дочерью местного градоначальника.
Сердце в груди нестерпимо заныло. По телу, шипя, побежал ветерок.
Я ревную мужа-дракона? Ревную по-настоящему?
Тряхнув головой, с усилием отвела от супруга затуманенный взгляд и выпалила первое, что пришло в сумбурные мысли.
– Проректор Доус, я могу взять отгул на зимние каникулы? Начиная с двадцать шестого?
Он разговаривал с некроманткой Дихольм и магистром Кроносом.
– Эм. – Вопрос застал пожилого мага врасплох.
– Отгул?
– Да.
Доус нахмурил лоб.
– В одиночку я такие вопросы не решаю, Алисия, – с сожалением развёл руками. – Необходимо согласие ректора. Кстати вон он, танцует с Региной Экхарт, с бытового факультета. Если вам принципиально решить это во время бала – дождитесь окончания танца и задайте ему вопрос.
Хмыкнула. Ну, разумеется. А чего я ждала?
Грянула новая мелодия. Моника воскликнула:
– Вальс.
И потянула жениха танцевать.
Я отвлеклась на беседу с Дихольм и не расслышала твердой поступи за спиной.
– Подарите мне танец, профессор?
Дихольм возле меня побелела как мел. Магистры вытянулись по струнке, проректор вздрогнул.
– Лорд Себастьян, – я изобразила искреннюю радость и развернулась к императору.
Дракон был выше всех нас на целую голову и эффектно выделялся в своем черном костюме с серебром.
– С огромным удовольствием.
Мужские губы растянула улыбка, он протянул свою могучую ладонь.
Второй раз танец с правителем дался мне гораздо легче. Пусть на нас и таращилась вся Академия. Мы кружились под звуки вальса. Среди соседних пар виднелись Моника и Фабиан с кислым лицом, знакомые по лазарету студенты и Коннор в паре с новой девушкой, на этот раз темной магичкой.
– Не можете простить моего кузена за обман, леди Торнот? – Вкрадчиво поинтересовался Себастьян.
Я посмотрела на императора. Спокоен, расслаблен, даже весел. Будто и не было похищения близнецов и заговора его супруги.
– Не могу, – призналась честно.
– Понимаю.
– А вы бы… – прикусив губу, рискнула спросить, – смогли смириться с предательством близкого?
– Уже, леди Торнот.
– Говорите… – с изумлением прищурилась.
– Да, о жене, – подтвердил император. – Она получила развод и вернулась на Родину, в южный Уэлш.
– Вы не казнили заговорщиков?
– Казнил. Но не ее.
Я была потрясена. Чудо, что не запнулась о пышный подол. Выходит, крылатые ящеры не такие уж жестокие чудовища, какими их рисует человеческая молва?
– Это очень благородно, Ваше Величество, – шепнула глухо.
Себастьян улыбнулся.
– Лестно слышать это от вас .
Как предписывает светский этикет, потупила глаза.
– Значит, вы теперь…
– Холост? Абсолютно. – Дракон обвел шумный красочный зал хищным взглядом, – и присматриваю себе новую пару.
– Здесь?
– А чем Северная Магическая Академия плоха? – Его голос лучился весельем. – Слышал, здесь работают и учатся весьма талантливые магички.
– Истинно так, брат. – Раздался низкий урчащий тон моего мужа-дракона. Коннор приблизился под ручку с раскрасневшейся от восторга студенткой.
Она ойкнула, исполнила перед императором книксен и оставила нас втроём.
– Позволишь украсть у тебя Алисию? – Супруг не сводил с меня глаз.
В этот момент наша энергетическая связь горела пожаром. Запястье с меткой искрило магией.
– Разумеется. – Себастьян вложил мою руку в ладонь кузена. И хотел уходить, но на миг задержался. – Позвольте дать вам совет, профессор.
– Да? – прищурилась я.
– Жизнь – коротка. А жизнь человека еще короче. Не позволяйте ошибкам прошлого отравлять ваше настоящее и будущее. Будьте умнее.
Подмигнув, Его Величество исчез, и муж закружил нас в медленном танце.
Мы едва ли обменялись за вальс парой фраз. Впрочем, они были без надобности. Драконий взгляд ласкал и дарил обещание. Да и сказанное императором напоследок разбередило в душе старые раны. Я ведь почти влюбилась в Коннора в ту страстную брачную ночь, почти поверила в семью. А потом упрятала эти чувства в самую глубь и заперла на железный замок. Как долго я еще смогу сдерживать то, что намного сильнее разума?
– Ты прекрасна, любимая – заставляя сердце биться быстрее, супруг поцеловал мою ладонь и подвел к столам с угощениями.
Обязательно меня смущать?
Щеки горели, воздуха не хватало. Хорошо, ректора отвлекли очередные студентки – обязанность главы Академии танцевать со всеми желающими дамами одно из условий Зимнего бала. Я кое-как перевела царапавшее горло дыхание. Взгляд зацепился за мрачную Монику. Подруга была почему-то одна.
– Фабиан вспомнил, что не деактивировал в аудитории учебные артефакты, – объяснила она, когда спросила. – Умчался на факультет.
– Ясно.
Над залом поплыли аккорды кадрили. Я приметила императора в паре с молодой преподавательницей алхимии. Кажется, им было весело. Себастьян вёл, а она, порхая ресницами, о чем-то вполголоса щебетала. Быстро, однако.
Вдруг Моника под боком воскликнула.
– Фаб, растяпа. Ключ от кафедры у меня! – И, мотнув связкой с ключами, приподняла подол бордового платья и протиснулась через танцующих. – Сейчас вернусь.
Я хотела ее остановить, но не успела.
Грудь заковало тревожное ожидание.
Подхватив бокал с легким игристым вином с ароматом корицы и цедры лимона, отпила. Коннор держался в кругу членов совета попечителей, обсуждая финансирование факультетов на новый год. Я запоздало вспомнила, что не спросила его об отгуле. Ладно. Не хочу пока приближаться к супругу: сердце все еще колотится, а щеки пылают.
Куда запропастилась подруга?
Допив вино, я незаметно выскользнула в окутанный снежным сумраком коридор. До темного факультета добралась за пару минут, и тут меня настигли громкие отчаянные рыдания.
– Моника?
Подруга сидела на широком пустом подоконнике на фоне серого неба и, обхватив колени руками, давилась слезами.
– Что случилось?
Услышав мой голос, она вскинула зареванное лицо и прохрипела:
– Фабиан мне изменяет!
