Текст книги "Хозяйка забытого княжества, или Новогодье в замке Дракона (СИ)"

Автор книги: Юлия Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

– Почему ночью? – С недоверием поинтересовался Волдер, застыв рядом с хозяйкой на случай, если придется меня защищать.

Тед тяжело вздохнул.

– На самом деле я пришел на закате. Видел, как вы уезжали в повозке.

Потом вернулись поздно вечером. И решил не беспокоить. Подождать до утра. Спрятался от мороза, – он махнул в сторону чернеющего строения, -

вон в том пустом сарае, думал, переночую... а потом услышал голоса. Один сразу узнал.

В этот момент в плеяде амбаров раздался скрип и следом грохот. Это вырвало из оцепенения и перевесило здравомыслие и чувство страха. Если есть хоть малейшая возможность спасти часть припасов, я должна ею воспользоваться.

Глядя страшноватому мужчине в лицо, что в своём тулупе и шапке напоминал медведя из дремучего леса, уверенно кивнула.

– Действуй, Тед.

Великан казался равнодушным и безучастным, но стоило произнести два слова, двинулся в сторону пожара, подхватывая со снега пустые ведра и пугая решительностью.

– Всё сделаю, госпожа.

То с какой быстротой и уверенностью двигался Тед, перемещаясь от горящих амбаров к колодцу и обратно, заставило невольно им восхититься.

Уже через пару минут половина охваченных пламенем построек была залита мощным потоком воды, а вторая закидана мокрым снегом. Зато сугробы вдоль каменных дорожек заметно просели.

Незваный гость был наделен недюжинной физической силой. Он ловко орудовал тяжелеными ведрами с водой, будто те ничего не весили.

Двигался с невероятной скоростью, противореча собственным габаритам, а то, что не удалось затушить водой, забрасывал фонтаном снега.

Вскоре о пожаре напоминал лишь едкий запах гари, повисший над ночным поместьем густым туманом, и обугленные остовы амбарных построек.

– Вскрывайте замок, – велела я, когда Тед и Волдер приблизились к первой двери.

Тед, разжившись железным ломом, с легкостью саданул по оплавленному замку. Хрустнуло, двери амбара распахнулись. Эмма с

Санной, сбегав в дом, вернулись с масляными фонарями и вместе со мной отправились изучать последствия ночного поджога.

На то, чтобы обойти все постройки и провести ревизию ушло два с лишним часа. В пожаре погибло несколько мешков с зерном и овощами и часть детских вещей. Остальные припасы не пострадали. По моей просьбе

Тед перенес все мешки и тюки в наименее пострадавший от пожара сарай и запер его на замок.

– Боялась, будет хуже, – призналась я, тяжело выдыхая и покачиваясь от усталости.

Время близилось к четырем утра, а мы еще даже не вернулись в поместье.

– Мадам, вы бледны. Идемте в дом? – Встревоженно заметила Санна.

Верно, едва держусь на ногах. Но где гарантия, что поджигатели не затаились где-нибудь поблизости и ждут своего часа?

– Я это… покараулю до утра, – прерывая ход тягостных мыслей, заверил Тед.

– Ты замерзнешь, – сказала я.

– К морозам привычный. Ничего со мной не случится, – возразил громадный мужчина, опуская взгляд под ноги.

Он всем видом демонстрировал удаль и силу, но я чувствовала, что –

очень устал. Грудь «великана» под истертым временем тулупом ходила ходуном, он тяжело дышал, его лицо покрывала едкая копоть, по вискам из-под шапки тёк пот.

– Нет, так дело не пойдет. Сначала приведешь себя в порядок, поешь, а потом берись за караул, – распорядилась я. – Санна проводи Теда внутрь, выдай чистую одежду, покажи, где можно смыть грязь и накорми. А мы пока останемся тут.

– Мадам, я испачкаю вам дом, – Тед боязливо покосился в сторону поместья. – Лучше останусь на улице.

– Никаких «лучше», – произнесла, повысив голос. – Иди, у тебя полчаса. Потом жду обратно.

Работник лесопилки, оказавшийся у особняка в самый нужный момент, тяжело вздохнул и поплелся за Санной. А я, гоня усталость, сон и невзирая на плохое самочувствие, вместе с дворецким взялась вычеркивать из заранее составленных списков сгоревшую помощь.

Тед вернулся на десять минут раньше. Его жутковатое лицо было чистым, промытые волосы кудрявыми локонами лежали под шапкой.

Грязный старый тулуп он сменил на новый, выданный моей помощницей, и больше не пугал неопрятным видом и горьким запахом. Тед был сыт и, судя по блеску в глазах, очень доволен.

Вовремя. Сил совсем не осталось.

– Охраняй двор и в первую очередь склады с провиантом. Следи, чтобы никто посторонний не проник на территорию и, само собой, в дом, -

слабым голосом обратилась к нему.

– Будет исполнено, госпожа. Спите этой ночью спокойно.

Ночь, если ее можно было так назвать, стремительно перетекала в раннее утро. Правда, рассветом даже не пахло. Трещал мороз, в черном бархате неба сияли яркие северные звезды.

Я

в последний раз окинула мутным взором внутренний,

изуродованный пламенем, двор и отправилась к себе, где едва скинув пальто, сапоги и рукавицы, завалилась в постель и забылась глубоким сном.

Глава 7

– Рассказывай всё, что знаешь.

Спустя пять часов – после горячего душа и позднего завтрака я устроилась в кресле у горящего камина, а Тед, сминая пальцами стянутую с головы теплую шапку, возвышался в дверях гостиной. Входить «великан»

наотрез отказался, боясь испачкать ковер с пушистым ворсом.

– Так вот, я схоронился в том сарае, чтобы переночевать, вы уж не серчайте из-за этого.

– И не думала. Продолжай.

– Сижу, значит, дремлю и вдруг слышу – в полной темноте голоса. Их было двое. Они двигались от задних ворот. Один говорил другому, чтоб поджигал амбары аккуратно, не оставляя следов. А второй шикнул, мол,

«не умничай, сам знаю, как надо». Вот этот голос я и узнал. Он принадлежит охраннику из городской Управы, мадам. Его имя Керик.

Внутри взметнулась холодная ярость.

Перед мысленным взором встало слащавое лицо Дормана, который вчера вечером приказным тоном велел этому самому Керику не пропускать «госпожу Рейнар» в Управу!

– Уверен? – Процедила, стараясь не поддаваться охватившей меня злости и жажды немедленной расправы.

– Да. Росли вместе. Отлично его знаю, ни с кем не перепутаю.

Глубокий вздох, я поднимаюсь из кресла и, сцепив руки замком, задумчиво прохожусь вдоль отбрасывающего рыжие блики камина. Все самые худшие догадки подтвердились – в княжестве у Летты, то есть меня, завелся очень опасный враг. Холодный, расчетливый, умный и скрытный.

Действует не своими руками, а руками местных банд и подчиненных. То пытается запугать, то нарушить намеченные планы, то просто –

напакостить.

Выдохнула, суживая глаза. Что ж, мсье Дорман, ваш ход засчитан.

Теперь мой черед удивить вас так – чтоб впредь было неповадно ставить мне палки в колеса и покушаться на имущество, собственность и безопасность семьи Рейнар.

– Спасибо, Тед. Ты прекрасно справился с поставленной задачей, -

совладав с темными эмоциями, тепло улыбнулась, явно смущая нелюдимого мужчину, все больше походившего на медведя из старых сказок.

– Я старался, – уверил он.

– Знаю.

Волдер за утренней трапезой поведал, наш внезапный гость не сомкнул глаз до утра, патрулируя территорию поместья и особенно приглядывая за подожженными амбарами. Если недоброжелатели и крутились где-то поблизости, то увидев, какой охранник объявился в особняке, повторить попытку поджога – не рискнули.

– Я беру тебя на работу.

– Э… меня? – Тед, кажется, удивился.

– Да. Забудь о лесопилке. Ты там больше не работаешь. С этого дня я нанимаю тебя охранником. Жалование обещаю хорошее. Питаться будешь на кухне с остальными. Жить в домике привратника у главных ворот. В

первую очередь: следи за спокойствием на территории, и никого без моего ведома внутрь не пускай. А ночью, ну, ты сам понимаешь, какие опасные тут могут быть ночи. Если согласен…

– Согласен, мадам, – глухим грудным голосом выпалил Тед.

– Отлично, Санна выдаст тебе необходимую одежду, все покажет и расскажет, – я крикнула: – Санна!

Девушка выбежала из кухни, придерживая подол простенького шерстяного платья.

– Да, госпожа?

– Я взяла Теда на работу. Пожалуйста, обеспечь его всем необходим. И

передай отцу, чтобы привел тот домик у ворот в приличный вид. С этого дня он не будет пустовать.

– Конечно. – Помощница охотно кивнула и с улыбкой обратилась к новому жителю поместья, – добро пожаловать, идем?

Грозный с виду мужчина, не поднимая глаз, кивнул и вместе с миниатюрной, юркой и симпатичной дочерью Волдера исчез на кухне.

Я помассировала виски и села в кресло. Короткий сон не принес ожидаемого облегчения, голова гудела как разворошенный пчелиный улей, в ушах звенело. Прикрыв глаза, сосредоточилась на образе двуличного

Дормана, размышляя на какие еще подлости способен доверенный самого князя-дракона.

Меня потревожили шаркающие шаги дворецкого.

– Кхэ, мадам, прощу прощения за беспокойство. В поместье прибыл гость.

– Кто? – Простонала, не открывая слезящихся глаз. В висках пульсировала кровь, мечталось только об одном – побыстрее забраться в кровать и накрыться пледом с головой.

– Я, милая Летта, – из коридора донесся бодрый возглас Люмьера.

«Милая»? Что-то новенькое.

– Доброго утречка. После вчерашнего нападения в той злополучной подворотне я счел своим долгом первым делом вас навестить и осведомиться о здоровье. Как ваше самочувствие?

– Всё прекрасно, – не поднимая опущенной на руку головы, процедила сквозь зубы. – Можете возвращаться на службу.

– Э… – в реплике представителя закона сверкнули обида и уязвленное мужское самолюбие. Выпятив большой живот, он без приглашения проследовал к большому круглому столу и замер в полуметре от дивана. –

Думал, обрадуетесь, пригласите на чай.

– Очень обрадовалась, – избегая взгляда на раскрасневшегося с мороза постового, уверенно повторила: – А теперь – всего наилучшего, мсье

Люмьер.

Постовой, опешив от ледяного приема, завис, перекатываясь с носок на пятки и раздумывая – последовать ли совету хозяйки и уйти или продолжать допекать ее настойчивым вниманием. Неожиданно мужчина шумно втянул воздух носом и нахмурился:

– Кстати, почему все поместье пропахло гарью? Заметил это еще на крыльце. У вас ночью был пожар?

Насильно выставлять постового за дверь я права не имела; как-никак представляет в княжестве закон. Но вот что с ним делать – таким назойливым, считающим себя неотразимым и дотошным?

Неторопливо подняла голову, встала с кресла, расправляя плечи и демонстрируя великолепную осанку.

– Пожар?

По круглому лицу Люмьера побежали тени подозрительности.

– Только не говорите, что не чувствуете этот скверный запах горелого.

Прошлой ночью у вас опять что-то случилось? – Проникновенно, располагающе. – Доверьтесь мне, госпожа. Излейте душу. Вы в княжестве совсем одна, без семьи и друзей. Почему бы нам не завести крепкую дружбу? Я рядом. И всегда готов прийти на помощь. Только позовите.

– Это очень мило, – я ловко увильнула от щекотливой темы отношений.

– Но я не понимаю, о каком возгорании идет речь.

Тед ясно изложил все факты ночного происшествия, назвав имена виновных. Вот только его слово – против слова Дормана явно играло не в нашу пользу. Доказательств причастности к вчерашней беде прихлебал местного градоначальника у меня нет, а обвинять голословно – это верный путь нажить новых непримиримых врагов.

Выход нашла моментально.

– Ах, запах… – сжала губки бантиком, затрепетала ресницами.

Мой бывший всегда таял, когда так делала, отстаивая собственную точку зрения. Миры пусть и разные, но мужчины везде одинаковые.

– Понимаете, вечера случился маленький конфуз.

– Какой?

– Я была в таком стрессе, вся на нервах. После нападения шайки…

этого, как его там?

– Сиера, – подсказал Люмьер.

– Да, Сиера, – мой голосок наигранно задрожал. – И вот, чтобы немного развеяться, перед сном решила подышать свежим воздухом и отправилась на задний двор. Думала – это поможет усмирить нервный озноб. Фонарь брать не стала, он тяжелый. Вместо него взяла свечу. А потом….

– Что? – Люмьер подался ближе, выпучивая глаза, которых не сводил с моих сочных коралловых губ.

– Налетел порыв ветра, представляете. Вырвал горящую свечку из рук и бросил в постройку. Она, естественно, вспыхнула. На самом деле, ничего ужасного не произошло, если не считать одной подпаленной стены.

– Одной? – Нахальный гость забавно пошевелил усами, исподлобья поглядывая на молодую и свободную хозяйку поместья, за которой был совсем не прочь приударить.

– Может, двух, – я невинно улыбнулась.

В этот момент в гостиную вошла Санна. Использовала это себе на благо.

– Ой, помнится, вы говорили о чае?

– Э… да, – Люмьер почесал макушку, упираясь взглядом в мою грудь, скрытую шелковым платьем. – Я бы не отказался… От чашки чая, разумеется.

– Тогда чего мы ждем? – Жеманно сложила ладони у рта. – Санна, сделай чай и подай сюда, – обратилась к помощнице.

Та, видя, как выкручиваюсь из сложной ситуации, связанной с поджогом имущества, звонко откликнулась:

– Конечно, сию минуту.

– Присаживаетесь, – я вежливо пригласила гостя в гостиную, из последних сил подавляя желание вкинуть его за пределы владений за шиворот.

– А вы? – Разваливаясь на обитом серым бархатом диване, будто уже стал хозяином дома, спросил Люмьер.

Скрипя зубами, превозмогая сильную головную боль, чувствуя себя разбитой и подавленной из-за осознания мести одного из самых влиятельных горожан (после князя-дракона) приподняла подол юбки со шлейфом цвета кармина и присела на край дивана.

Постовой минуту не двигался, а потом сдвинулся ко мне и даже попытался взять за руку! Отдернула ее в последний момент, сунув между коленей.

– Как дела в Дуборе? – Поинтересовалась, делая вид, что не замечаю его дерзких попыток сближения.

– Чудесно. – Люмьер хмыкнул и потер влажный лоб. – Как всегда.

Заколоченные досками лавки, полупустые таверны, безлюдные улицы и площади – это, по мнению местных властей, чудесно?

– Кстати, градоначальник передавал вам свои наилучшие пожелания.

– Вот как? – Прищурилась.

– Вы вчера были очень испуганы и подавлены. Мы все это заметили, в том числе мсье Дорман. Он хороший человек, поверьте. Внимательный, умный. И управляющий из него прекрасный, да. Наш князь сделал правильный выбор, назначив его на эту должность три года назад. Эх, если бы не то проклятие.

– Проклятие?

– Да, все беды только от него. Так говорят, мадам Рейнар.

– Кто проклял князя-дракона? – Я настолько внимательно слушала

Люмьера, что чуть не вскрикнула, когда под ухом прозвенел женский возглас:

– А вот и чай.

Монолог постового прервала вбежавшая в гостиную Санна. Девушка поставила поднос с чайным сервизом на столик, разлила по чашечкам ароматный напиток и, откланявшись, убежала.

Усач без стеснения забросил в рот сразу три корзиночки из теста и залпом выпил чай, в какой кухарка по традиции добавила пряные травы.

– Так что это за проклятие, мсье Люмьер? И кто проклял Его

Светлость? – Цепляясь за крохи информации о владыке княжества, полюбопытствовала.

– Кто же знает, милая Летта, – Люмьер подцепил ногтем еще одну тарталетку, а потом еще. – Это дело давно минувших дней. История темная и очень запутанная. Не хочу о ней вспоминать.

Он поморщился, будто проглотил дольку лимона, сам налил себе чай и жадно выпил.

Я поднесла фарфоровую чашечку ко рту, упорядочивая новые факты.

Гость под боком сопел, недовольный тем, что вытянула его на откровения про князя-дракона, а я всё думала и думала о загадочном повелителе этих заснеженных земель и вдруг поймала себя на странном ощущении. Узорная метка на запястье откликнулась волной покалывания.

– … как вы считаете?

Из мыслей выдернуло нетерпеливое мужское бормотание.

Гад, пока размышляла о драконе, парившим вчера в ночных небесах, успел до неприличия сократить меж нами расстояние и теперь обдувал моё лицо несвежим дыханием и пытливо всматривался в глаза.

Чудом заставила себя не поморщиться.

– Что считаю?

– Я пригласил вас к себе на чай. В эти выходные.

– Как мило, – плавно поднялась, позволяя складкам на юбке мягко разгладиться. – Я подумаю.

– Правда? – Постовой тоже вскочил и довольно огладил усы.

– Да. Вам сообщат о решении. А теперь, простите, у меня много дел.

– Да, да, понимаю. Самому пора возвращаться в контору. Но перед уходом, – он прокашлялся, – я обязан осмотреть место вчерашнего возгорания и зафиксировать данный факт в документах. Правила, мадам.

Ничего не поделаешь.

Да чтоб тебе!

Мысленно обругав постового едким словцом, ласково кивнула:

– Конечно, я провожу на задний двор.

*

– Только скажите, и я выкину его за ворота, мадам, – раздался тихий бас Теда в макушку, едва я остановилась у края мощенной камнем дорожки.

Мой новый охранник, совмещавший обязанности привратника и смотрителя, возник за спиной широкой тенью, не издав ни единого звука.

Проводив постового на место пожара, я со сложенными на груди руками наблюдала за тем, как усач придирчиво скребёт обугленную деревянную стену углового амбара и втягивает носом запах закопченных построек.

– Не надо. – Чуть заметно покачала головой. – Сделаем только хуже.

Пусть изучает.

Тед молча попятился к поместью.

– Понял. Если понадоблюсь, я поблизости.

– Спасибо, Тед.

Постовой еще с минуту «обследовал» черные фундаменты, затем расправил плечи, стряхивая с ладоней гарь и копоть, и вернулся ко мне.

– Поджог действительно случился из-за случайной искры. Вы правы,

мадам, это не стоит моего внимания. Укажу в рапорте, как несчастный случай.

Я мило улыбнулась.

– Конечно. Рада, что навестили.

– А я-то как рад. Теперь жду с ответным визитом, – Люмьер недвусмысленно мне подмигнул, отчего к горлу подкатил ком тошноты.

– Само собой. Тед вас проводит.

Как только незваный визитер скрылся из видимости, я с шумным стоном перевела дыхание. Бессонная ночь вкупе с неприятным приходом законника вогнали в состояние жуткой усталости и депрессии. Тело потряхивает, в голове шумит. Увы, времени на отдых практически нет.

Близится полдень.

Пора собирать в повозку еду и одежду и объезжать окрестные деревушки.

Разыскав Волдера на первом этаже, отдала соответствующие распоряжения и, получив ответ, что всё будет готово через полчаса, отправилась в личную спальню сменить домашние блузу и юбку на дорожный утепленный костюм. Вбежав к себе, первым делом сбросила одежду, достала из шкафа теплое шерстное платье нежного светло-зеленого оттенка с серебряным кружевом, натянула колготки и взялась вытаскивать из волос шпильки и невидимки, чтобы переплести их в тугую косу.

Неожиданно палец ошпарила сильная боль.

– Ай.

Отдернув руку, уставилась на проколотую невидимкой подушечку.

– Вот же, черт, – всплеснув рукой, тихо выругалась.

Прямо накануне поездки.

Прижав уколотое место к губам, метнулась по спальне к столику со шкатулкой, в которой прежние хозяева хранили бинты, вату и заживляющую настойку в бутылочке из белого стекла, а в следующий момент услышала тихий щелчок за спиной.

Это открылась загадочная книжица, найденная мной в кабинете старого Рейнара. Вчера, сбитая криками дворецкого с толку, бросила ее на прикроватную тумбочку и благополучно о ней забыла.

Стоп. Защитная магия истончилась и она открылась? Сама!

Хватаю книжицу и с изумлением нахожу на кожаной обложке собственную кровь. Видимо, попала, когда минуту назад трясла от боли проколотым пальцем.

Так, посмотрим. Повертев книжицу в пальцах, открыла и громко фыркнула.

– Да ладно?

Заинтересовавшая с первого взгляда вещь – оказалась личным дневником Летты Рейнар.

Бегло пролистнула желтоватые странички,

исписанные каллиграфическим явно женским почерком и, забыв о необходимости собираться в поездку, прижимая проколотый палец к губам, упала в кресло.

Дневник лег на колени.

В лицо повеяло бумажной пылью с чуть уловимым мускатным запахом.

Я погладила красивый, сделанный на совесть, кожаный переплет и открыла дневник на середине. По спине тотчас побежал липкий озноб.

Взгляд зацепился за странную, я бы даже сказала – пугающую надпись.

Она была единственной на всю страницу: написана большими немного кривоватыми буквами, из чего следовало та, кто её писала – пребывала в состоянии сильного испуга, трижды подчеркнута, а рядом стоял восклицательный знак.

«Он попытается меня убить после свадьбы!»

Глава 8

– Госпожа! Повозка готова! – Звенящую тишину нарушил возглас

Волдера за дверью.

От неожиданности вскрикнула, вскакивая из кресла. Дневник Летты предсказуемо соскользнул с колен, исчезая в ворсе ковра.

– Да, хорошо, – выдохнув, заставила голос быть твердым и уверенным.

– Спущусь через десять минут.

– Жду, мадам, – Волдер шаркающей походкой направился к лестнице, я же подхватила дневник и попыталась вернуть заинтересовавшую меня страницу. Бесполезно.

После падения он закрылся, и найти ее оказалось проблематично.

Пролистнув туда-обратно, отложила его на чайный столик и с невеселыми мыслями пошла одеваться.

Кого назвала убийцей та, чьё место я теперь занимаю?

И значит ли это, что мне, как и настоящей внучке Рейнара, грозит еще одна смертельная опасность – откуда не ждешь?

Заплетая волосы в косу, прикрыла глаза. Впереди много дел, хватит паниковать и пугать себя заранее. Я и в родном мире в случае серьезной затеи умела отбрасывать всё лишнее, собиралась и доводила задуманное до конца. Не позволю разрастающемуся в груди кому страха подточить свою волю и сбить с намеченного пути.

– Я готова. – Через указанный промежуток времени я стояла у подножия лестницы, полностью одетая.

Дворецкий быстро, насколько ему позволяли силы, натянул старый тулуп и древнюю как мир истрепанную шапку. Мельком отметив, что пора бы приодеть слуг и нанятого охранника в приличную одежду, приподняла подол и направилась к двери.

– Счастливого пути! – Пожелали Санна и Эмма, вышедшие нас проводить.

Я сразу устроилась на твердом, обитом кожей, сиденье. Места внутри почти не осталось, только для меня одной. Прочее пространство занимали объемные мешки, тюки, бочки и ящики.

– Госпожа, – из снежной дымки, прорезанной бледными зимними лучами, возник Тед, – если позволите, поеду с вами.

На самом деле от охраны я бы не отказалась, но душу точило неприятное предчувствие новой диверсии. Стоит хозяйке выйти за порог –

недруги опять попытаются нанести вред имуществу семьи Рейнар.

– Лучше присматривай за поместьем, – попросила его. – Мне так будет спокойней.

– Как скажите, – Тед попятился обратно к амбарам, которые по-прежнему были забиты собранной едой и одеждой.

Я посильнее прикрыла ноги полами пальто, после чего повозка покатилась к главным воротам.

День обещал быть морозным, но ясным. Воздух, густой и тягучий, серебрился и обжигал колючим холодом. Темные снежные тучи клубились только над замком дракона, что возвышался на обломке скалы вдалеке.

Даже отсюда я видела, как снег там валит стеной, над величественными светлыми башнями воет ветер, а дневной свет меркнет от наползающих от фундамента ночных теней.

Повозка круто свернула по тракту, созерцания владений дракона прервал хриплый крик Волдер:

– Приближаемся к первому поселению! Называется Заячья Гряда.

Тряхнув головой, с удивлением обнаружила вокруг незнакомый пейзаж. Слева тянулся горный массив, неподалеку от тракта бурлили болотные топи, окутанные зловонным зеленоватым туманом. И всюду тянулись бескрайние заснеженные поля.

Так крепко задумалась, не заметив, как пролетела большая часть пути.

Не встречая других повозок, мы подъехали к самому восточному поселению княжества.

– Заячья Гряда? – Переспросила в шуме ветра, с интересом рассматривая однотипные бревенчатые домики, рассыпанные среди сугробов.

Я впервые уехала от поместья и Дубора настолько далеко.

Справа – виднелось замерзшее озеро, рядом острым шпилем вверх поднималась водонапорная башня. Вдоль леса чернел обрывок крепостной стены. Много веков назад тут стоял военный форт, но со временем от него не осталось даже построек, кроме маленького участка сложенного из серого камня.

– Да, – ответил Волдер. – В Гряде проживает пятнадцать семей! И двое одиноких: лекарь и старушка-гадалка.

В этот момент заснеженная дорога забрала в крутой поворот, отчего поселение ощутимо приблизилось. Крестьянские домики разрослись вширь и ввысь, а заодно появилась небольшая площадь, пара торговых лавок, запертых на замок, и заброшенная детская площадка.

Дворецкий, ловко управляясь с груженым транспортом, свернул к селению и через пять минут остановил повозку на расчищенном от снега клочке обочины – аккурат у забитой досками бесхозной таверны.

Едва я выбралась из повозки, опираясь на руку старика, из ближайших домов показался народ. Мужчины и женщины настороженно оглядывали внезапных гостей, кто-то, побаиваясь, держался за калиткой; другие, распахнув ворота, неуверенно шагали навстречу.

– Добрый день, – я улыбнулась, – помните меня? Я Летта Рейнар.

Приезжала к вам не так давно. И вот вернулась с обещанной помощью.

Мои слова мало подействовали на измученных холодом и голодом местных жителей. Они по-прежнему косились с недоверием и о чем-то шептались.

– Ну же, смелее! – Я махнула в сторону забитой мешками повозки, -

подходите, не стесняйтесь.

Судя по удивлению и тихим охам, жители до последнего не верили, что разодетая госпожа вернётся с едой и одеждой. Первым от толпы отделился здоровый детина в мохнатом полушубке, местами смятом и изъеденным молью. Приблизился и, невзирая на мороз, стянул шапку с головы и пробасил:

– Я Ивар Лостер, плотник-деревщик. У меня жена и двое детей, семи и девяти лет.

Припоминая мужчину, вынула список, нашла его имя, поставила напротив галочку и указала на мешки.

– Всё верно. Ваши мешок муки, крупы, капусты, моркови. И вот еще теплые вещи, – я лично развязала тюк, набитый тряпками и достала женскую, мужскую и детскую одежду и обувь. – Берите, не бойтесь.

Ивар с сомнением оглядел «сокровища», на которые ему указали, и рассыпался благодарностях. После плотника к повозке приблизился каменщик, за ним пекарь – единственный на всё село. И работа пошла быстрее. Местные – в основном главы семей (но были и женщины) подходили, называли имя – я отмечала их в списке и охотно раздавала привезенную помощь.

Изначальная настороженность мигом растаяла. Вскоре вокруг меня и

Волдера бурлил народ, бегали дети, поедая калачи, посыпанные сахаром, испеченные по моей просьбе кухаркой вчера перед пожаром.

– А вы к нам еще приедете? – Хохоча, выкрикнули довольные вкусными подарками розовощекие мальчик и девочка. Судя по всему, брат и сестра.

Передавая очередной тюк с вещами молодой женщине в пуховом платке и пальто, пообещала:

– Обязательно приеду. Как только управлюсь с остальными поселениями.

– Спасибо, мадам. Вы наша спасительница, – шепнула местная жительница, принимая дары. А потом на глазах погрустнела. – Правда, рано или поздно еда закончится, вещи прохудятся. И только мороз и стужа останутся, как и прежде – неизменными.

– Да, – включаясь в беседу, поддержали остальные. – Всё дело в холоде и снеге, что укрывает земли почти десять месяцев в году. Звери давно бежали из лесов, госпожа. Рыба уплыла. Все, кто мог, разъехались по материку, подальше от княжества.

– Если бы мороз и стужа ушли, а к нам снова вернулось лето, вот бы зажили…

– Точно зажили, – вздыхали другие.

Слушая ропот крестьян, я хмурила брови и опять возвращалась к неутешительному выводу. Бороться надо не с последствиями, а с главной причиной: морозом и холодом. И помочь в этом нелегком деле – мне иномирянке Виолетте Романовой может только пр о клятый князь-дракон.

Не успела эта мысль промелькнуть, кто-то очень крепко стиснул меня за локоть. Хватку можно было бы назвать мужской, настолько она вцепилась в руку даже через плотное зимнее пальто.

Резко оглянулась, различая за спиной щуплую старушку, опиравшуюся на кривую деревянную клюку. Плотное теплое одеяние укутывало худощавую невысокую фигуру; седые торчавшие клоками волосы скрывал капюшон. Женщина была очень старой. Лицо чиркали глубокие морщины.

Она горбилась, поглядывая исподлобья, щурила подслеповатые глаза, а вот ее губы стыли в странной полуулыбке.

Невольный испуг, сжавший сердце, отпустил.

– Добрый день, – я выдавила улыбку, – вы верно за провиантом?

И склонилась к списку имён, выискивая одно не отмеченное и смутно припоминая, что в селе проживает одинокая гадалка.

С толку сбил ее хриплый ответ:

– Не только. Пришла на тебя посмотреть.

От удивления вскинула голову:

– На меня?

– Ту, что перешла через границу миров.

От пронизывающего до костей взгляда сделалось не по себе.

Откуда она знает, что я не из этого мира?

– Я вас не понимаю.

– Понимаешь, милая. – Женщина прищурила светло-голубые, почти бесцветные глаза. – Я раскинула руны. Они всё про тебя рассказали.

– И что рассказали вам руны?

– Только ты можешь спасти Его от проклятия. А заодно и всех нас.

– Кого спасти?

– Того, с кем неразрывно связана брачными узами. Сама ведь уже обо всём догадалась, не правда ли?

Загадки, сыпавшиеся одна за другой, порядком утомили.

Отрицательно покачала головой.

– Вы меня с кем-то путаете. Я – Летта Рейнар, владелица поместья.

– Верно, – гадалка улыбнулась, – ты теперь Летта. А то, что было раньше можешь забыть. Обратной дороги уже не будет.

Наверное, я побледнела и отшатнулась, ибо старушка поспешила успокоить:

– Не бойся, – ее голос смягчился, взгляд потеплел. Именно так мать смотрит на своё любимое, но пока неразумное дитя. – Я пришла не пугать, а предупредить. Запомни, милая, только истинная любовь вырвет Его из плена древнего проклятия. Смело иди вперёд даже тогда, когда все отвернутся. Даже если не будет сил – не сворачивай с пути. Тропа приведет к заветной цели. Но будь крайне осторожна. Опасайся женщины с разными по цвету глазами. Эта – единственная способна уничтожить вас обоих.

Ее голос эхом простерся над шумной дорогой.

Понадобилось несколько секунд, чтобы осмыслить странное предсказание и унять гулко забившееся сердце в груди. И правда – сложно оставаться спокойной, когда неизвестная вываливает факты в лицо, о которых знаешь только ты. И при этом сулит – очередные препятствия и намекает на нового еще пока неоткрытого врага.

Выдохнув после заминки, заметила, как Волдер вытаскивает из повозки мешки и тюки для гадалки, а местные мужчины взваливают их на плечи и по указанию женщины идут к ее дому.

В мою сторону гадалка больше не оглянулась. Сгорбленная спина, фигурка под темно-коричневым старым плащом – вскоре зимняя дымка поглотила нечёткие женские очертания и двух ее провожатых.

– Мадам, – из задумчивости вырвал вопрос Волдера, – все жители получили обещанную помощь. Едем дальше?

Неторопливо обежала глазами засыпанные снегом домики, запертые на замок редкие лавки и шумно выдохнула. Мало ли что наговорила старая дама. Может, неверно растолковала предсказание или выдала желаемое за действительное? Не хочу размышлять и теряться в догадках. Слишком много дел, а времени в обрез. Отбросив панику, снова собралась, как делаю в любой критической ситуации, и кивнула надежному и верному помощнику.