Текст книги "По головам - 4 (СИ)"

Автор книги: Ярослав Георгиевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 26 страниц)

На этот раз заставил обратить на себя ледяной голос Снежаны.

– Отец очень недоволен.

Пришлось, тяжело вздохнув, поворачиваться теперь к нашей черноволосой красавице, которая сидела, закинув одну ножку на другую, и покачивала носком туфли.

– И чем же он не доволен?

Снежана приподняла бровь, и с некоторой издёвкой протянула, немало меня своим тоном разозлив:

– То-то вы не знаете…

– Или говори прямо, или будем считать, что ты ничего не сказала. Что за игры в загадки?

– Ну очевидно же, Темнозар. Ваша трансляция! Ни с кем не согласованная самодеятельность…

– Мы разве подписывали договор о том, что обязуемся не организовывать никаких трансляций?

Снежана явно хотела возразить, но я ей не дал.

– Претензии совершенно необоснованны. Но я готов обсудить их все, если твой отец считает иначе… Потом.

Девушка нахмурилась, но всё же нехотя кивнула.

– Отец просит впредь оповещать его о любых ваших действиях, которые могут повлиять на общий ход компании…

– Так, стоп. А он нас оповещает о всех подобных своих действиях? Что-то я не заметил…

Снежана вновь нахмурилась. Явно хотела сказать что-нибудь резкое, но вдруг расслабилась и даже слабо улыбнулась.

– Отец на это сказал бы, что вы слишком нагло себя ведёте и вообще рискуете, а подобные разногласия могут привести к пересмотру условий нашего сотрудничества…

– Но?

– Но смысл впустую сотрясать воздух? Вы же всё равно сделаете по-своему? Я бы могла сказать, что будь на вашем месте кто-то другой, вы бы уже тысячу раз пожалели о своём поведении. Только смысл в этом?

– Ты сообразительная девушка.

Снежана усмехнулась, наградив меня крайне выразительным взглядом.

На этом наша дискуссия завершилась. А я не стал говорить, что планирую делать такие вещи, которые поставят наше сотрудничество под ещё больший вопрос.

Глава 35

Сражение за Ирий разгоралось всё жарче.

Боевые корабли Дома продолжали интенсивную бомбардировку, перегружая системы противокосмической обороны, выматывая расчёты и операторов. Десантные транспорты делали заход за заходом, сбрасывая на поверхность всё больше бойцов и техники.

Вот только не всё шло гладко.

Изначально высадку планировалось вести сразу в трёх точках: на удобном перекрёстке и дальше, возле расходящихся от него дорог, которые и вели к конечным целям – расположенным ближе всего к столице космпортам.

Но те, кто планировал когда-то единую систему обороны Ирия, наверняка предвидели возможное нападение с этого направления. Поэтому именно неподалёку от злосчастного перекрёстка находился мощный и хорошо замаскированный узел обороны.

В штабе вице-адмирала Дубовского об этом явно были не в курсе, даже не догадывались. Иначе не направили бы свои корабли прямо на вражеские пушки. Да я и сам узнал всё совершенно случайно, когда взломал один из информационных центров, отвечающих за координацию огня – замаскировано всё оказалось просто отлично, даже сканеры нашей «Косатки» не смогли ничего обнаружить.

Разумеется, делиться своими открытиями с союзниками я не собирался. Даже если бы хотел, это вскрыло бы наши истинные возможности…

Поэтому десантники Дома, ничего не подозревая, влетели в расставленную для них ловушку.

Ирийские командиры действовали предельно расчётливо. Не стали палить сразу, как только транспорты вошли в зону поражения. Напротив – выждали, пока больше кораблей снизится, пока они откроют шлюзы, пока начнут сыпать вниз десятками спускаемых модулей… И только после этого открыли ураганный огонь.

Эффект оказался ошеломляющим. Один транспорт взорвался сразу же, ещё два оказались подбиты и начали стремительно падать, оставляя дымные следы, ещё дюжина получила различные повреждения, из которых половина – ставила крест на дальнейшем использовании их в операции без серьёзного ремонта.

Падающие на поверхность десантники, те, кого успели сбросить, стали законной добычей скорострельных пушек, пулемётов и ракет. Кажется, живым до поверхности не долетел никто.

Конечно же, это было лишь временной и локальной победой Ирия. В остальных двух точках первая волна высаживалась по плану. А часть висящего в космосе боевого флота тут же отделилась от основной массы кораблей и перенесла огонь на новую цель, при этом постоянно лавируя и не подставляясь под ответные выстрелы. Вниз обрушились сотни огненных стрел, ракеты пошли косяками…

Голубой мерцающий купол щита мигал после каждого попадания, стараясь прикрыть спрятанную глубоко под землёй крепость. Но слишком много мощных орудий били в одну точку. Уже скоро перегруженные щиты не выдержали и исчезли, словно отказали окончательно обессилевшие после долгой и очень тяжёлой работы мышцы.

Разряды тут же начали взбивать толстый слой грунта, прикрывающий крепость, вырывая целые его куски, мгновенно раскаляя докрасна и разбрызгивая во все стороны сияющими каплями. Внизу скрывались толстые композитные плиты, наверняка рассчитанные на то, чтобы выдерживать обстрел какое-то время… Но не вечно.

Орудия с земли огрызались всё реже и всё менее точно – они были самым слабым звеном, равно как средства наблюдения и связи. А пока узел обороны уничтожался, Дубовский перенаправил оставшиеся десантные транспорты в те две точки, которые оказались более безопасными. Вот только, какая незадача – теперь две группы высадившихся на поверхность бойцов Дома оказались отрезаны друг от друга, и были вынуждены работать полностью самостоятельно.

Защитники Ирия ещё и перенаправили часть своих орудий на постановку заградительного огня над зонами высадки. Это ослабило противодействие бомбардирующим поверхность кораблям – те тут же почувствовали слабину и усилили обстрел. Но, с другой стороны, и потери среди десантных транспортов тоже несколько выросли, как минимум ещё один корабль оказался сбит.

Но операцию это хоть и замедлило, но остановить не могло.

Пока в воздухе разыгрывалась драма, люки первых врезавшихся в поверхность десантных капсул и челноков распахнулись, выпуская рои летающих дронов. Вниз упали пандусы, по которым начали сбегать бойцы в бронескафандрах. Следом, тяжело шагая, спускались утыканные орудиями боевые роботы. Лязгая траками, скатывалась гусеничная техника, мягко соскальзывали платформы на антигравитационных подушках.

Ирийцы тут же накрыли сначала одно, а потом, с небольшим запозданием – и второе место высадки. Батареи дальнобойных огнестрельных гаубиц, крупнокалиберные миномёты, системы залпового огня, одноразовые дроны-камикадзе – в ход пошло всё, что было. Вокруг раскрывшихся десантных капсул и спешно разгружающихся челноков начали вздыматься столбы поднятой в воздух взрывами земли. Замигали личные и отрядные щиты, начали истошно строчить предназначенные для перехвата вражеских снарядов системы… Но несмотря на все ухищрения, пехотинцев и технику безжалостно перемалывало.

Висящие в космосе корабли тут же накрывали всё, что пыталось огрызаться с земли. Батареи ирийских самоходных установок, даже рассредоточенные по поверхности, уничтожались за считанные секунды, не говоря о стационарных огневых точках. Какие бы мощные крепости там, внизу, ни были построены – против сосредоточенного огня орудий целого флота они пасовали…

А челноки и капсулы всё садились и садились, прямо на дымящиеся остовы и раскиданные тела. И наружу высыпали всё новые и новые бойцы, выкатывалась и выплывала боевая техника.

И всё это медленно, но неотвратимо расползалось в стороны. Двигалось, захватывало всё больше чужой земли, растекалось двумя кляксами с тонкими ручейками – идущими по дорогам колоннами.

Десантников продолжали обстреливать, им постоянно приходилось обходить заминированные участки – ползущие впереди инженерные машины с мощными сенсорами исправно показывали минные поля и либо заставляли их детонировать, либо показывали безопасные пути обхода.

Все крупные объекты на пути колонн, которые могли оказаться замаскированными укреплениями, обстреливались из космоса. Несколько небольших городков и посёлков прекратили своё существование, как и пара бывших некогда очень симпатичными рощиц.

После первых неудач казалось, что дальше всё пойдёт более-менее по плану… Но я благодаря разведке и своим агентам знал, что обе колонны впереди поджидают засады.

Первая из дорог, ведущая к «Центральному» космопорту, ныряла в густой, давно посаженный лес. Уничтожение его всего заняло бы слишком много времени, да и лесной пожар, вызванный обстрелом из космоса, мог сильно замедлить продвижение. Поэтому десантники, замедлившись и рассредоточившись вдоль обочин, продолжили движение вглубь.

И нарвались. Наверх из-под земли поднялись замаскированные до поры автоматические турели, на огневые позиции выплыли, выкатились лязгая гусеницами и вышли, тяжко шагая, разнообразные боевые платформы – о каком-то единообразии вооружений в войсках Ирия нельзя было даже мечтать, их все собирали с астероидного кольца по камушку.

Считанные секунды – и воцарился огненный хаос. Где-то вдалеке жахнул залп гаубичной батареи, начали взлетать вверх ракеты, противно засвистели скорострельные плазменные пушки…

Прямо на пути десантников начали возникать траншеи и рвы – явно работа Парашаевых. Вместе с раскиданными повсюду минными заграждениями, это сильно затруднило наступающим движение вперёд… А без этого подавить спрятанные в гуще леса огневые точки было невозможно.

Остатки десантников с трудом смогли вырваться прочь из проклятого леса, преследуемые метким огнём ирийских снайперов, прячущихся под активной маскировкой – которые, вероятно, тоже были тенями. Несколько раз крупные отряды буквально сминало гравитационными ударами. Кое-где зашевелились и начали подниматься, направляя оружие на недавних товарищей, мёртвые.

Не дожидаясь конца отступления, висящие сверху корабли начали обстрел леса, наплевав уже на всё. Толстенные стволы разлетались в стороны и трескались, как щепки, вспыхивали свечками. Листву и ветви на десятки метров вокруг сносило хлёсткими ударами воздуха. Но защитники Ирия всё продолжали и продолжали огрызаться… Лес буквально кипел, вспыхивая огненными росчерками ракет, разрядов и сгустков плазмы.

Командующий колонной офицер из остатков бойцов и подтянувшихся подкреплений сформировал два отряда и, оставив на дороге небольшой заслон, отправил их далеко в стороны, обходить место предполагаемой засады. Однако, я знал, что это ничего не принесёт – линия укреплений тянулась через весь лес, а у ирийцев пока было достаточно свежих сил, чтобы отбиться на любом из направлений и, при необходимости, отступать на заранее подготовленные резервные позиции.

Собственно, это всё и выявила разведка боем. Оба отряда, зайдя в лес всего на несколько километров, вновь попали в огненные мешки. Ирийские военачальники умело перераспределили резервы и заставили наступающих умыться кровью.

При этом операция по высадке не прекращалась ни на секунду, подкрепления к наступающим продолжали поступать и поступать, несмотря даже на большие потери. Конвейер работал, не обращая внимание на единичные сбои. Все уцелевшие десантные транспорты возвращались в космос, вне досягаемости ракет и противокосмических орудий стыковались с большегрузными кораблями, загружались снова, и по готовности всё это вновь отправлялось на поверхность.

И несмотря на поддержку из космоса, несмотря на постоянно подходящие подкрепления, несмотря на окопавшиеся уже на краю леса орудия приданной десантникам батареи, наступление начало буксовать.

Действия обоих сторон я мог оценить сполна – у меня были взломанные источники как у противников, так и у союзников, что давало комплексный взгляд на события. Помимо прочего, всё исправно записывалось, чтобы можно было передать потом нашим аналитикам на изучение.

Бойня в лесу была в самом разгаре, когда и вторая колонна попала в засаду. На сей раз местом, где развернулась драма, стала широкая горная гряда, сквозь которую протянулся ниточкой тонкий серпантин дороги.

На ползущую по ней колонну десантников, обрушилось около полусотни поднявшихся в самоубийственную атаку флаеров. И это – одновременно с орудийным залпом и целым роем ракет.

Первыми целями были выбраны идущие впереди инженерные машины. Их щиты исправно выдерживали пару-другую прямых попаданий, после чего гасли… На долгий бой такого рода техника просто не была рассчитана.

Спустя секунды на узкой дороге всё горело, кипело, чадило и разлеталось. Движение колонны тут же застопорилось – было просто не пройти дальше, не оттащив повреждённые машины, а сделать это не позволял непрекращающийся обстрел.

Флаеры тоже оказались уничтожены почти полностью, обратно уйти повезло лишь считанным единицам… Но своё дело они сделали…

Наступило шаткое равновесие, когда никто не мог взять верх. И в лесу, и в горах десантники Дома больше не могли добиться решительных успехов. Вскоре даже слепому стало ясно, что победоносного марша до Ирийской столицы не получается, а операция затягивается…

Именно в этот момент часть флота, подчинявшаяся напрямую роду Гаевых, начала движение. На попытки вице-адмирала связаться с ними, своевольные аристократы ответили кратко: «Мы без вас решим, когда настал момент обнажить свои клинки».

Корабли Гаевых начали входить в атмосферу за пределами зоны гарантированного поражения, а значит – достаточно далеко от ирийской столицы. Своевольные аристократы посчитали, что так будет быстрее, чем ждать завершения безнадёжной битвы за космопорты. Даже несмотря на необходимость преодолеть маршем немаленькое расстояние…

После этого все будто с цепи сорвались. Суда, принадлежащие влиятельным семьям Дома или арендованные ими на время операции, начинали нырять в атмосферу один за другим, будто соревнуясь – кто быстрее.

То, что лучшие люди Дома так и не дождались окончательного подавления всех систем противокосмической обороны, привело к немаленьким потерям – обычные гражданские каботажники, медлительные и неповоротливые, были отличными мишенями даже в тех областях, где концентрация пусковых шахт и орудий на поверхности была не очень велика. Но никого это не останавливало…

Все предварительные договорённости между аристократами Дома внезапно потеряли всякую силу. Я смог перехватить ещё несколько споров между представителями различных семей. Те, кто замешкался и не успел занять удобные места для высадки, находящиеся ближе к предварительно назначенным целям, пытались договориться с более шустрыми товарищами… Но безнадёжно, они получали взамен в лучшем случае добродушные насмешки.

Ситуацию осложнило то, что высадкой командовал не одарённый, который не принадлежал ни к одному из знатных родов. Судя по всему, вице-адмирал либо был ставленником Перовского, либо являлся просто удовлетворяющей всех нейтральной фигурой, не имеющей никакой реальной власти. Никак иначе я не мог объяснить того, что ему доверили координировать действия регулярных сил и вольных дружин, поставив его выше настоящих теней.

И в такой критический момент отсутствие у вице-адмирала реальной власти и авторитета сказалось не самым лучшим образом. Дубовский безуспешно взывал к разуму потерявших всякий контроль одарённых – но слова его просто игнорировались.

От всеобщего и тотального безумия удержались лишь две семьи, артефакторы Рубцовы и мастера иллюзий Троевские. Их корабли так и остались на орбите. Была причиной осторожность, или же они, наоборот, решились рискнуть и поставить на победу десантников, и на возможность внезапно оказаться впереди остальных – но эти два рода до поры заняли выжидательную позицию.

Пришла пора вступать в дело и нам. Спасибо Аристократам Дома за самый настоящий подарок – а то я не знал, как объяснить союзникам наши дальнейшие действия, и как сделать так, чтобы они нас случайно не сбили…

– Передай отцу, мы тоже начинаем высадку, – повернулся я к Снежане.

Глава 36

– Точка высадки – квадрат «Эн-восемнадцать-пять». «Косатка» пойдёт впереди, следом – оба наших транспорта.

Снежана медленно повернулась на своём кресле, пристально посмотрела на меня своими холодными глазами цвета стали и переспросила:

– Квадрат «Эн-восемнадцать-пять»?

– Да. Ты верно расслышала. Это там, где поместье Огневых.

– Темнозар. Это безумие.

Голос её был совершенно спокоен – просто констатация факта.

И да, со стороны всё именно так и выглядело.

В отличие от прочих аристократов, которые выбирали себе места для посадки подальше, где безопасно, мы собирались сунуться в самое пекло. Туда, где плотность зенитного огня настолько высока, что, наверное, некоторые обломки наших кораблей может забросить обратно на орбиту – после полного уничтожения, само собой.

Я не должен был объяснять ничего, но всё же ответил.

– Снежана. Это не безумие, а расчёт. Мы воспользуемся тем, что сектор противокосмической обороны, принадлежащий Огневым, включен в общую сеть. Это даст некоторую фору… А там уже – дело техники.

– Всё это, конечно, здорово, Темнозар, и звучит красиво. Но… Могу только повторить, что отец будет очень недоволен, если со мной что-то случится.

– Пусть не беспокоится.

Снежана ненадолго замолкла и приобрела отстранённый вид… После чего, усмехнувшись, добавила:

– Темнозар. Отец просит передать, что снимает с себя всякую ответственность о твоей безопасности. И не может гарантировать, что между твоими людьми и дружинами аристократов Дома не случится никаких конфликтов.

– А этого мы как раз и не боимся… Начинаем!

Действовать требовалось быстро. Нам на руку играл воцарившийся вокруг хаос, но… Приходилось балансировать на той тонкой грани, когда ещё чуть-чуть, и недавние союзники сами начнут тебя расстреливать. Просто на всякий случай, чтобы избавиться от возможной угрозы.

С другими аристократами они такого не сделали, потому что свои, и потому что без их дружин делать на Ирии нечего. Но нас-то никто всерьёз не воспринимал!

Даже наличие Снежаны на борту не могло послужить достаточной защитой. Ведь кто мешает подбить только транспортные корабли, а «Косатку» не трогать?

Правда, переживал я не очень сильно. Со стороны вся затея выглядела чистейшей воды самоубийством, и от наших недоброжелателей, если такие были, требовалось только одно: не мешать и подождать, пока сами убьёмся.

Делать этого мы, само собой, не собирались.

Набрав скорость, нырнули в атмосферу. Сначала – «Косатка», следом – оба транспорта.

Системы Ирия тут же пометили нас как приоритетные цели. Ведь мы нацелились в самый центр защищённой области, будто бросая вызов. Даже десантники из регулярных частей Дома действовали не столь отчаянно, сбрасывая свои челноки и капсулы несколько в стороне.

Наша траектория была выверена практически до метра. Снижение началось из строго определённой точки, под строго определённым углом. Искусственный интеллект, распределяющий цели, логично назначил ответственными за наше уничтожение орудия и пусковые установки, расположенные удобнее и ближе всего… То есть – вокруг поместья Огневых.

И вот тут был нюанс. Меня, конечно же, совершенно справедливо подозревали в предательстве интересов Ирия – как их понимал местный Сенат. И запрос на исключение нашего сектора из общих контуров защиты отправлен на самом деле был, причём довольно давно.

Но ирийцы допустили большую ошибку, используя для координации огня глобальные системы связи. Да, их протоколы были с надёжным шифрованием… Но для меня это не стало проблемой, учитывая наличие целого одного экземпляра программного обеспечения для разбора и анализа – блока управления огнём нашего сектора. Так что я без труда перехватил запрос ещё на пути от пульта управления, послал на него ложный ответ, а искусственный интеллект распределённой и много раз дублированной системы так и остался в неведении относительно того, что в противокосмической системе – брешь.

Это не было панацеей, учитывая встроенную защиту от подобных событий в алгоритмах. Если бы орудия не выстрелили, а ракеты так и остались в шахтах, цели тут же перераспределились бы между другими секторами. Потому одновременно с началом снижения я послал команду, которая совсем чуть-чуть изменила пристрелочные коэффициенты у контролируемых нами орудий и ракет. Так что, когда по нам открыли огонь, он оказался совершенно для нас безопасен. Разряды проходили совсем рядом, не задевая наши корабли. Ракеты же, будто слепые, проносились мимо и уходили дальше вверх…

Этот трюк позволил выиграть немного времени. Но когда после двух залпов в нас не попали ни разу, искусственный интеллект всё же сообразил, что что-то не так. Он оперативно перенацелил на нас ближайшие свободные орудия, развернул уже идущие в другую сторону ракеты… И вот здесь пришла пора вступить в дело «Косатке».

Пришлось очень быстро вертеться, чтобы сбивать всё, что летело в нас, или подставляться под выстрелы, прикрывая идущие следом корабли. К счастью, до поверхности оставалось уже совсем немного, а наши транспорты были оборудованы собственными щитами, которые работали в форсированном режиме…

Вот только их снесло почти сразу, уже после нескольких пропущенных мной разрядов. Барже досталось довольно серьёзно, она получила три попадания в корпус и два по двигателям, транспорту повезло больше – задело только один раз. Всё-таки, не такая большая и удобная мишень.

Но до цели оба судна дотянули. А там можно было расслабиться – теперь уже нас прикрывали находящиеся возле поместья мощные противокосмические орудия и скорострельные плазменные пушки, сбивающие всё отправленное вдогонку – от ракет до обыкновенных снарядов. Прямой же наводкой с поверхности нас было не достать, только с воздуха или из космоса.

Я тут же отправил вице-адмиралу, заодно продублировав Перовскому и Снежане, информацию о подчинённых нам узлах противокосмической системы. До этого их обстреливали так же, как и остальные, но теперь в этом не было нужды. И союзники не могли проигнорировать информацию – по сути целый сектор, пусть и небольшой, перестал быть для них опасен, и теперь можно было сосредоточить больше огня на оставшихся, сделав его интенсивнее. Пусть это давало какие-то считанные проценты выигрыша, но я на месте Дубовского их игнорировать бы точно не стал.

Мы же одним рискованным рывком оставили далеко позади сразу и регулярные части Дома, и дружины всех его аристократов вместе взятых. Правда, оказавшись теперь за линией фронта, практически в полном окружении. Но нам к такому было не привыкать.

Поместье Огневых, пережившее недавнюю осаду, и так походило на крепость. По периметру всё было изрыто глубокими траншеями, утыкано автоматическими турелями и наспех возведёнными бункерами. Территория на добрый десяток километров вокруг была полностью расчищена – все находящиеся рядом постройки без всякой жалости уничтожили, леса срубили под корень, неровности рельефа засыпали или срыли.

И вот на эту почти идеально плоскую поверхность три наших корабля и рухнули.

Экстренное торможение и посадка на неподготовленную площадку не пошли на пользу обоим большим кораблям. У баржи сильно деформировалась нижняя часть – к счастью, я знал, что там никого нет, наружные отсеки специально были оставлены пустыми. Кроме того дымились, медленно остывая, безобразные проплавленные дыры – следствия попаданий.

У транспорта Мироновых отказала часть систем, хотя внешне он выглядел как будто бы целым. Один из двигателей был серьёзно повреждён ирийским разрядом. К счастью, остальных оказалось достаточно для более-менее сносного маневрирования и посадки.

Металлические туши обоих больших кораблей глубоко ушли в землю, мягкую и достаточно глубокую в этих давно терраформированных местах. Скорее всего, сами они уже не смогли бы подняться в космос, и своим бессилием теперь чем-то напоминали выброшенных на берег китов – один большой, а второй маленький, словно детёныш.

Несмотря на то, что посадка вышла достаточно жёсткой, внутренние системы искусственной гравитации демпфировали удар, сохранив жизни находящимся в трюмах бойцам. И свою задачу корабли выполнили. Моя небольшая армия оказалась на поверхности.

Со стороны поместья тут же подъехали пожарная команда и медики. К счастью, тушить ничего не понадобилась… Но вот медицинская помощь оказалась очень кстати, один из разрядов достал-таки до внутренних отсеков.

Следом тащилась вереница фургончиков с родовыми эмблемами. Чтобы загрузить их, пришлось полностью выгрести семейный арсенал. Из него достали всё, вплоть до доисторических вибросекир.

Также скромно ждали своего часа две фуры, пригнанные Мюллером и Вано, набитые купленным легальными способами оружием. Там были в основном охотничьи ружья. Не лучшее подспорье против бронескафандров… Но в межзвёздной пустоте и голому астероиду порадуешься.

Вокруг кораблей тут же стало людно – из открытых люков повалили наружу бойцы, в основном – репликанты. Выносили раненых, раскладывали рядками в стороне, вокруг копошились медики.

Несмотря на завидную дисциплинированность, их ещё надо было правильно организовать и озадачить. Чтобы всё вокруг не погрузилось в хаос, требовались немаленькие усилия.

Следя за происходящим с помощью множества камер и сенсоров, я управлял огромным живым организмом – своей армией – с помощью прямых команд, которые передавал через приобретённые на Технотроне приёмопередатчики. На всех их не хватило, поэтому всю массу репликантов «мирных» профессий пришлось разбить на отряды с репликантами-воинами во главе.

Бок о бок с искусственными солдатами спрыгивали на землю и строились набранные из вахтовиков дружинники, со стороны поместья подтягивались оставшиеся верными Огневым бойцы и челядь, вооружённые кто чем, но готовые сражаться все до последней служанки.

В сторонке, поглядывая на остальных свысока, неприступным островом среди людского океана высились локи. Доставить их к месту боевых действий оказалось сложнейшей логистической задачей, за решение которой следовало сказать спасибо Вениамину и всё тем же постоянно выручающим нас контрабандистам – ребята на одних только наших заказах наверняка поднялись за неделю так, как получалось не каждый месяц.

Локов было немного, всего тридцать пять голов, но все они были до зубов вооружены и закованы в панцири дорогих бронескафандров. Если бы удалось попросить их поделиться своими арсеналами, получилось бы вооружить целиком пару-другую отрядов репликантов… Но совершать такую глупость, конечно, я не собирался.

Вождь отряда уже послал мне приглашение на ритуальный поединок. И по хорошему, конечно, следовало его провести, чтобы доказать представителям воинственной расы своё право командовать…

Но мне было некогда этим заниматься. И локи, хвала Кровавым, не настаивали – понимали, что всему своё время. Приняли моё обещание почтить славную традицию чуть позже… После боя.

Сейчас же надо было использовать каждую секунду.

Разгрузка ещё не завершилась, когда подтянувшаяся вслед за фургонами с оружием техника начала копать вокруг новые траншеи, а инженеры Огневых принялись устанавливать на завязших в земле кораблях турели, протягивая временные кабели к реакторам кораблей и превращая их фактически в долговременные огневые точки. Пусть мы провернули финт, которого никто не ожидал, и заставили всех немного удивиться – но рано или поздно наши противники могли решить, что стоит заглянуть в гости, засвидетельствовать нам своё почтение…

Тем не менее, главное наше преимущество здесь и сейчас заключалось в скорости. Получив оружие, бойцы грузились в подъезжающие одно за другим транспортные средства и тут же направлялись к назначенным им целям. Я взломал системы управления городской автобусной сетью, а заодно перехватил управление роботизированными такси и грузовиками пары немаленьких контор по доставке крупногабаритных грузов. Всё, что имело колёса и управлялось автопилотами, получило простую команду: ехать в нашу сторону… Так что с тем, чтобы перебросить быстро куда-то большую массу людей, проблем у нас никаких не было.

Первыми целями были выбраны оружейные магазины, принадлежащие их владельцам склады, участки дорожной инспекции и полиции. Увы, судя по сведениям, редкие на спутнике армейские склады были опустошены практически сразу же – ирийцы никогда не готовились к серьёзной заварушке на поверхности, полностью положившись на прикрытие со стороны орбитальных батарей. При такой доктрине планетарные войска считались атавизмом, и это сыграло с земляками Темнозара злую шутку.

Механизмов всеобщего призыва не было тоже. Здесь, правда, Сенат сориентировался быстро и просто поставил под ружьё всех тех, кто доступнее всего и к кому можно обратиться максимально оперативно: оружие раздали полицейским, представителям охранных контор и дорожным инспекторам. Их всех, кто не дезертировал под шумок, тут же отправили «на фронт», занимать позиции вокруг узлов системы противокосмической обороны, в первую очередь – основных, расположенных возле космопортов. На местах осталось по паре-другой человек, чтобы не допустить полной анархии… Чем мы и решили воспользоваться.

Прикрывая наши действия, я полностью положил для всех посторонних связь в столичном округе: взломал ретрансляторы местной сети и заставил их блокировать все сообщения, кроме наших собственных. Из-за необходимости проверки и фильтрации, правда, теперь всё работало с огромными задержками – но для нас оно хотя бы работало, в отличие от остальных.

Этим удалось добиться, в том числе, косвенного оправдания нашей излишней самостоятельности. Дубовский безуспешно пытался раз за разом вызывать нас, но я не отвечал, делая вид, что сообщения теряются. Было только вопросом времени, когда ситуация дойдёт до Перовского и тот начнёт передавать приказы напрямую через Снежану. Конечно, на фоне одарённых других семей наше поведение смотрелось скорее нормой, и я в любом случае не собирался подчиняться – но зачем вступать в прямую конфронтацию? Пусть даже всё и шито белыми нитками, но лучше соблюсти минимум приличий и позволить участникам событий сохранить лицо.

Пока же наши отряды с огромной скоростью, не встречая никакого сопротивления, один за другим захватывали все более-менее значимые для нас объекты столицы, не брезгуя создавать опорные пункты в удобных для обороны точках города. Везде, где было можно, выгребались остатки оружия и боеприпасов, вместе с трофеями всё это раздавалось тем репликантам, которые всё ещё были безоружными.

Потихоньку мои люди занимали позиции и вблизи поместий тех семей, которые, как я считал, совершенно точно замарались в действиях против нас – речь о Мироновых, Романцевых, Парашаевых и Кащеевых. Хотя вниманием мы не обошли никого, везде караулило хотя бы несколько наблюдателей.

Кроме того, возле каждого из Храмов Смерти Ирия уже некоторое время дежурили мои агенты.