Текст книги "Измена. Сохрани меня (СИ)"

Автор книги: Яна Таран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)

Глава 27

Лиза на удивление за ту мою телефонную ошибку мозг мне не делает, отходит. Это странно, но мне же лучше – можно сосредоточиться на важных вопросах. До завершения проекта пара соглашений, которые вскоре с заказчиком все-таки подписываем. Дина добивает Корнева своими креативными решениями, мы с Русланом бьем по рукам и празднуем победу. Вот теперь можно уходить в отпуск.

В последние дни все чаще раздумываю над тем, что говорила Злата. Да, все оказалось правдой, Феде нужна операция. Исакова пересылает переписки, из которых следует, что срочно их готова принять лишь клиника Сашки Палканова, но внезапно приходит отказ. Врач, с которым общалась Злата, говорит, что это приказ руководства, и деталей он раскрыть не может.

И, видимо, это становится причиной, почему Исакова решила выдумать весь этот бред с Федей и моим отцовством. Отчаяние такая штука, женщины на многое идут ради своих детей. Интересно, как бы она отмазывалась, если бы я на ДНК-тесте настоял? Сделала бы вид, что обиделась и согласие бы не дала? Уверен, так бы и было.

И хоть ранее ни единой мысли не возникало, что Федя может быть моим сыном (да и не может!), но теперь постоянно мысли лезут, а что, если… Пытаюсь сопоставить факты и злюсь на самого себя. Злата – великолепная актриса, умело поселила во мне сомнения, а я повелся. Вот и все.

После разговора с Палкановым убеждаюсь, что у Златы просто не было выбора, Сашка (хотя какой Сашка, теперь он Александр Петрович), лично отклонил запрос, но в итоге, выслушав меня, соглашается принять Федю. Правда, добавляет, что необходимо мое присутствие. Немного напрягаюсь.

Однако оказывается, он строительство нового корпуса запланировал, мы могли бы это обсудить, раз уж я сам его набрал и попросил оказать услугу. Хитрый гад. Знает, как выгоду не упустить. Для меня эта сделка может быть приятным бонусом, поэтому все же планирую небольшое путешествие.

Да, я тоже выгоду упускать не намерен.

Сегодня прихожу к ужину, вовремя. Из кухни умопомрачительный аромат, дети убегают в комнату с новыми игрушками, а я наблюдаю, как Лиза хлопочет с блюдами, слежу за ее движениями. Любуюсь. Давно вот так расслаблено за ней не наблюдал, меня завораживают ее повадки, замечаю, что Лизка напряжена. Нет, ни черта она не успокоилась, скорее всего, просто стала в себе обиду держать.

Как будто она вынуждена играть роль примерной жены, а я продолжаю изображать мужа-семьянина. В то время как между нами растет пропасть. И впервые за последнее время думаю о том, что все у нас неправильно.

И эта неправильность давит. Я не привык сомневаться и копаться в себе. Это все глупости и женские темы, но понимаю, мы катимся не туда. Особенно остро это чувствуется сейчас, когда скандалы прекратились. Мне бы радоваться, мозг никто не делает, но между нами тонна непонимания.

Мы отдаляемся с Лизой немыслимо.

И причина затишья не в том, что у нас наладилось. Наоборот, все стало хуже. Только раньше я знал, что у нее на уме, а теперь нет.

Лиза поднимает мимолетный взгляд, и тут же отворачивается, принимаясь накладывать в тарелку пасту, а я вдруг думаю о том, что мог бы ей все рассказать. С самого начала.

– Лиз, нужно поговорить, – произношу устало. На какое-то время воцаряется тишина, атмосфера мигом меняется. А из рук жены выпадает ложка.

В ушах стоит звон, я ожидаю, что она как раньше, хотя бы выслушает.

Но Лиза в мгновение переворачивает еще даже не сказанные слова с ног на голову, она тут же делает свой собственный вывод, обвиняя, даже не понимая, насколько все хуже на самом деле.

Ее неспособность слушать злит, одновременно усиливая тревогу за Лизку. И я притормаживаю с объяснениями. Представляю ее реакцию, когда она услышит, куда и с кем я собрался.

Решаю, что для правды не пришло время, Лиза в последнее время и так ходит совершенно потерянная. Уезжать, оставляя ее с очередной истерикой идея плохая и слишком уж эгоистичная. Чтобы разрулить, нужно жену хотя бы подготовить к этой правде.

Вот так бывает, не договорил однажды, и ложь накопившись, вылилась в неожиданную дилемму. Впервые вру Лизке, вот так, не умалчивая, а прямо, что еду по проекту. Хотя по работе тоже. И связи реально почти не будет, но в отеле есть вайфай. Палканов, конечно, выдумщик. Его клиника расположена вдали от цивилизации, и славится тем, что свежий горный воздух пациентам доступен взамен на современные блага.

Наверно, я все же чувствую вину. Особенно когда вижу, как Лиза вся сжимается от моих слов, отчаяние в ее глазах заставляет почувствовать себя говнюком, жена звучно ставит передо мной тарелку с ужином и из кухни выбегает, а у меня пропадает аппетит.

На душе паршиво.

Лучше не становится и спустя пару часов. Попытка примирения, как в былые еще бездетные времена, заканчивается провалом. Лиза грубо убирает мою руку, по обыкновению к себе не подпуская.

И это уже бесит реально.

***

Поездка выходит продуктивная. Палканов добродушничает и Злату принимает, мне даже кажется, они снова находят общий язык. Федя устроен, обследование идет полным ходом, а с Сашкой мы обсуждаем детали проекта. Если Дина не передумала уходить, нужно будет ее сюда отправить в командировку.

Хмурюсь, представляя, как Лиза встает в позу, услышав, что мы с Диной черт знает куда отправимся. Я и эти дни из головы не могу выбросить холодный тон жены, на звонки она отвечает, но сама не беспокоит. А разговоры сухие до невозможности. Я лишь спрашиваю о детях, и мы прощаемся после формальных «все нормально».

Ладно. Отправлю Руслана с Диной, если она останется. Отчего-то не хочу создавать лишних поводов для ревности жены. Да и все, что от меня зависело, мы с Сашкой обсудили, остальное решим в процессе.

Завтра с утра самолет домой, и я мысленно готовлюсь к разговору с Лизой. Либо воздух тут и правда особенный, либо меня допекло наше общение, словно чужаков, но я решаю, что нужно все рассказать.

Есть лишь один нюанс с этой поездкой. Федя ко мне тянется.

Возможно, стоит проверить факт отцовства, но только Злате я говорить об этом не собираюсь. Она точно согласия не даст, или, напротив, договорится и подменит результат. Из мыслей выныриваю, когда слышу робкий стук в дверь.

На улице почти ночь, кого там нелегкая принесла?

– Привет, – Злата стоит в дверях моего номера, немного покачиваясь. В руках бутылка.

– Здоровались сегодня. Зачем пришла? С Федей что?

– С ним все в порядке, пока что. Обследование проходит успешно.

Она молчит, а потом добавляет.

– Спасибо тебе, Вадим. Я ужасно себя вела, а ты все равно помог.

– Нормально все, – отмахиваюсь. – Зачем надираешься, у вас завтра важный день.

– Ты прав. Пустишь?

У меня нет никакого желания ее впускать в номер, точнее, как раз желания я и опасаюсь. От Златы ожидать можно чего угодно. Она уже лезла ко мне, правда, сейчас выглядит по-настоящему потерянной. Исчезла Актриса, осталась отчаянная мать.

Впрочем, она и не дожидается приглашения, делает два шага и упирается в меня, поднимает взгляд, бросает его на мои губы, а я отхожу в сторону.

– Прости, я думала ты не против, но если…

– Нормально себя веди, кофе тебе сделаю и на выход.

Действительно варю ей крепкий напиток, в отеле, благо, имеется кофемашина, люкс себя оправдывает. И делая глоток за глотком, Злата немного приходит в себя.

– Ты, наверно, считаешь меня расчетливой стервой, – горько усмехается Исакова. Именно такой я ее и считаю, но ничего не отвечаю. – Это твое право, я действительно вела себя гадко. И тогда полезла, чушь наговорила. Но я не стала бы портить тебе жизнь, просто я…

Злата замирает, обхватывает руками чашку.

– У меня есть к тебе чувства, Вадим, – признается она, тут же взгляд опуская. Я же замираю с чашкой в руках. Если это снова ее игра… – Но это тебя ни к чему не обязывает, – она продолжает рассматривать кофе, будто там есть что-то интересное. – Быть может я, и правда, перегнула палку, когда… когда сказала, что Федя твой сын. Но я хочу спросить…

Она мнется, я терпеливо жду.

– Ты чувствуешь ко мне что-то? У вас с Лизой не ладится, я слышала. Может, дело во мне?

Выдыхаю. Хоть кажется, что именно сейчас Злата не играет, а все равно в ее большую любовь верится не особо. Если она еще тогда на мне зациклилась… Лет шесть уже прошло, а то и больше. За это время у нас ничего не было, я считал, что все в прошлом, и вот, признание Златы холодной водой меня окатывают.

– То, что происходит у нас с Лизой тебя не касается. И дело точно не в тебе. Федьку мне жаль. Я помогу пацану. Но ты на что-то большее не рассчитывай. И признаниями не усугубляй, если снова что-то задумала…

– Нет, нет, прости, я решила… я подумала… забудь. Мне очень страшно, Вадим.

Она закрывает лицо руками. Беззвучно трясется, мокрые дорожки стекают по щекам. Ненавижу женские слезы, надо было Злату вытолкать, не изображая супермена. В конце концов, она сама решила надраться. Нужно вот было мне ее откачивать?

– Федя самое дорогое, что у меня есть, Вадим. Если с ним что-то случится, я… я не смогу жить… Завтра важный анализ, а ты уезжаешь, у меня нет абсолютно никакой поддержки тут.

Злата выглядит реально беспомощной. Да уж. То, что она на все пойдет, ради сына, я уже понял.

– Я просто хочу сказать тебе спасибо. Что рядом, что не прогнал меня.

– Всё хорошо, будет. Федя молодец, а врачи здесь на уровне, Палканов педант, подбирает персонал высшей категории. Бояться нечего.

– Можно я еще посижу? Мне просто нужно поговорить с кем-то, иначе свихнусь. Пожалуйста.

Мы действительно сидим вот так какое-то время. Больше она не заговаривает о чувствах, и становится настоящей. Ведет беседу в основном она, про Федю, про то, как он рос, как говорить начал, забавные ситуации рассказывает, Злата пытается отогнать мысли о вердикте, который завтра должны озвучить врачи, и заполняет мысли приятными воспоминаниями. Меня даже немного восхищает ее сила духа.

Не гоню ее, и когда она отрубается прямо в кресле, не бужу. Переношу девушку на диван, а сам ложусь в спальне.

***

Телефон пиликает, оповещая, что пора собираться, скоро вылет. Утро раннее, и в номере еще полутьма. Я потягиваюсь и вдруг замечаю, что в постели не один.

Глава 28

Злата?! Она жмется ко мне, ее ладонь скользит под одеялом, опускаясь ниже, руку перехватываю, но девушка внезапно тянется ко мне и целует в губы.

Не отвечаю, а когда окончательно доходит, к чему все идет, резко встаю, девушку буквально скидывая. Злюсь на себя, что сразу не остановил. И злюсь на то, что хоть разумом понимаю – ничего между нами быть не может и не будет, а физиология однозначно оповещает – то, чего давно не было, хочется восполнить. И если бы я не пресек действия Златы, если бы дал слабину, мог бы наворотить непоправимого.

– На выход, живо.

Мой голос в тишине номера звучит так громко, что Злата в мгновение сжимается.

– Прости, я… Вадим. Прости. Мне сон приснился. Я не сразу поняла, что не сплю, но…

– Выметайся.

– Вадим…

– Что неясно? Ты какого черта вообще оказалась в моей постели?

– Я не знаю, кажется, ночью вставала попить воды, просто по инерции в спальню пришла, я вчера немного выпила, ты же видел, я была не в себе.

– Значит так, Злата. Через пару дней вы возвращаетесь в город, и чтобы я больше о вас ничего не слышал. Даже если нужно будет решать вопросы, связанные с операцией. Ускорить процесс и так далее. Все, дальше сама. Это ясно? На операцию я выделил, все копии бумаг тебе передаст Палканов, я буду ждать ответа от него. Вытворишь ерунду, документы аннулирую. Усекла?

– Да, я… Но мы сотрудничаем, меня часто в ваш офис посылают и…

– Ты наверняка догадалась, о чем я, Злата. Шарахаться при встрече необязательно, но ни слова о том, что ты была со мной тут, это понятно? К тому же, некоторые вопросы относительно работы ты в состоянии с братом обсудить. Иначе ищи других спонсоров.

Быстро кивает. Обозначив условия, почти выпихиваю ее из номера, еще вчера надо было так поступить.

Быстро собираюсь, скоро самолет, давно мне так не хотелось домой. Я соскучился по Лизке, и теперь вина рождает тяжесть в груди. Обрушивается. Придавливает, словно плитой бетонной. Я, наверно, впервые так цепко грызет совесть.

Я злился на жену из-за ее истерик, и не придумал ничего лучше, чем отгородиться от наших общих проблем. Решил, что она должна в себе разобраться. А сам чуть не совершил ошибку.

Все кажется таким глупым. Да, проблем накопилось немало, но они решаемы. Пока еще решаемы. Мы должны наладить отношения. Психолог, отпуск, что угодно. Мне не нужна другая, чтобы пар спустить. Мне нужна моя Лизка. Я заказываю столик на двоих, договариваюсь с мамой, чтобы она взяла Аришу и Артема на завтрашний вечер, пусть Лиза не любит, когда дети с ней, но все хорошо будет. Мать с внуками справится. А нам с женой нужно побыть наедине.

Чем ближе родной город, тем яснее я вижу, что выход есть. У меня поднимается настроение, и хоть два перелета вматывают, все равно по пути домой заезжаю в детский центр, а в цветочном выбираю любимые лилии жены.

Детей тискаю дольше обычного. Наверно, вину чувствую еще и потому, что помогаю чужому ребенку. Но теперь решаю сделать все, чтобы мои сорванцы чувствовали, у них есть отец. А не только приходящий с работы уставший манекен. Арина и Артем так радуются подаркам, что изгрызающие изнутри мысли стихают.

С Лизкой сложнее. Вот тут настоящий облом. Она себя накручивает. Накидывает обвинения.

Вот что снова не так?

– Твой проект сдан больше недели назад, – чеканит она холодным тоном, отвечая на мои вопросы, мысленно матерюсь. – На работе ты ушел в отпуск. Да только я не в курсе, что это мы, оказывается, так отдыхаем после удачно сданных дел.

Прихожу в недоумение. Мягко говоря. Уж чего я не ожидал, что Лиза Русу позвонит, иначе как она узнала? Вообще же не интересуется моими делами, а тут специально решила разузнать? А этот черт и рад. Он ведь считает, я с Диной жену обманываю, типа получи по заслугам. Нашелся, моралист.

Лучше бы за своей сестрой присмотрел.

Надеюсь, она не разболтала братцу о том, кто с ней был в путешествии. Вообще Бондарев меня уже напрягает. Нет, серьезно, зачем лезет, куда не просят?

Я признаюсь, что был в поездке не по работе, но ничего ведь не было! И да, виноват, виноват перед Лизкой очень, но объясниться не выходит.

Разумеется, разговор не складывается, полный раздрай. Она меня выгоняет, даже не дослушав! И весь мой настрой летит к чертям. С чего я взял, что жена будет способна принять правду? Мне даже начинает казаться, что она просто ищет повод для ссор. Цепляется за любую возможность устроить истерику. И как выясняется, высказано далеко не всё.

Ночью меня будят ее входящие, Лиза ими закидывает, вываливает все обиды.

Помимо непонимания, что вообще происходит, растет и раздражение. Я не отвечаю, выхожу из номера, в холле стоит автомат с дрянным кофе. С таким же дрянным, как ощущения внутри. Как мы докатились до такого?

Я брожу по улицам, незаметно для себя прихожу к дому. Долго смотрю на темные окна.

Что сейчас делает Лиза? Уснула после того, как высказалась? Беззвучно плачет? Наконец, успокоилась?

Я, признаться, в растерянности. Прохлада ночи немного встряхнула и освежила мысли.

Многое могу понять, но, если она так хочет, я исчезну из ее жизни. Собирался на следующий день прийти домой, все объяснить нормально, надеясь, что первый пар Лиза выпустила. Но после потока в мессенджере мне и самому бы понять, чего я хочу.

Да, Лизка моя, родная, у меня не было мыслей уходить из семьи. Думал, перебесится. Поговорим. Но не выходит. Ни черта не выходит у нас.

Все чаще возникают сомнения. Мы стали слишком разные, и пусть в этом есть и моя вина. Но осталось ли между нами то, ради чего создавалась семья? Я даю время не только ей, но и себе.

Дни летят один паршивее другого, я выхожу на работу раньше, не дожидаясь окончания недельного отпуска. Детям оставляю планшет и иногда с ними связываюсь в обход Лизы. Приходится сказать, что пока что не могу приехать, но обязательно вернусь.

Снова ударяюсь в работу, а спустя несколько дней действительно прихожу домой, но… застаю Лизу одну.

Вещи мои собирает, чемоданы полные. Пустота обволакивает так яро, сковывает вмиг, неужели все? Конец. Вот так, даже не дав шанс, обрубает.

Лиза бросает мне под ноги фото, я когда-то всюду таскал его с собой. И хоть жена пытается храбриться, подбородок гордо задирает, я вижу перед собой ту девчушку, которая когда-то покорила меня своим взглядом.

Словно за эти несколько минут нашего молчания глаза в глаза, я пробираюсь сквозь ее броню, которой она себя огородила. И меня торкает. Прошибает нахрен ее взглядом бездонным.

Хочу прижать ее, между нами вспыхивает что-то давно забытое, я жутко по Лизке соскучился, вот, что я понимаю. Все вокруг становится размытым фоном, желание такое сильное, что мысли исчезают. Податливая Лизка, отзывчивая, моя. Моя. Я так скучал по ней.

Все эти месяцы скучал, оказывается. Даже сам не подозревал насколько. По вискам так долбит пульс, что не сразу понимаю – Лиза теперь не отзывается на мои движения, напротив, сопротивляется, отталкивает, кричит. А я замираю в миге от цели.

Черт, черт.

Что за…

Тяжело дышу, разглядывая жену. Сама же хотела продолжения, я чувствовал, как она прижималась. Да, я сто раз перед ней виноват, да, я готов вымаливать прощение. Понимаю, как никогда, что не хочу ее терять. И просто не знаю, что делать.

Снова ухожу ни с чем.

***

Эти дни выворачиваю себя наизнанку, что совсем на меня не похоже. Мне хреново без Лизы. Вот такие новости. Так бесили ее истерики, а сейчас… сейчас еще фиговей.

В этот день Дина объявляется, она все-таки уволилась, а сейчас звонит и просит помощи. Гордая Дина просит – выходит, дела у нее реально плохи. Я обещал ей адвоката, а еще у нее большие проблемы с финансами. Что-то жестит ее муж там, но Дина деньги мои не берет. Правда, все же соглашается на выгодное предложение от банка, с которым мы сотрудничаем.

Ей нужна большая сумма, и она разумно понимает, что такая с неба не падает. Но кредит ей одобрят с моим поручительством, тут точно вопрос будет закрыт. Она еще немного сомневается, удобно ли это, точно ли она ничего не должна за просьбу. Что за зверь ее так запугал там?

Смотрю на Дину, слушаю про ее проблемы, а у самого мысли вокруг Лизки крутятся. Хочу ее увидеть, да и детям обещал новые ништяки. Да только я совсем не ожидаю, что жена меня с Диной увидит. Очередной скандал устраивает, вот сколько можно?!

Здесь она явно промахивается, становится очевидно – жена готова любой повод использовать, чтобы обвинить. В этом есть и мое упущение, чувствую, что Лизка в отчаянии, именно поэтому я набираю Дину при ней, хотя мог бы и не оправдываться.

Просто реално хочу показать, не все, что кажется очевидным, так и есть. С Диной у меня ничего нет. А вот не с Диной… Не с Диной сложнее. Хоть там тоже ничего. Однако, я все же виноват. Рассказываю лишь часть правды про Злату, но кто именно бывшая, благоразумно не называю.

Я прошу Лизу дать мне шанс, готов показать, что все изменится. Что искуплю вину, что еще не поздно все вернуть. Я хочу этого, но готова ли Лизка простить и нужно ли ей это, ответа нет.

Кстати, Актриса реально поменяла тактику. Лишь молчаливо бросает взгляды, когда мы в офисе пересекаемся, а накануне корпоратива мы у Руса сталкиваемся, я заезжаю к нему за важными бумагами. И после обсуждения деталей очередного проекта, Рус просит Злату, которая в этот вечер тоже к нему заезжает, доставить домой, раз мне по пути все равно.

Исакова находится первой, уверяет, что на такси доберется. Вот и хорошо, я все равно не собирался ее подвозить. Но выходим мы все равно вместе.

– Я слышала, что вы с Лизой разошлись… – начинает она, но я перебиваю:

– Это не твое дело.

– В гостинице живешь, я слышала. Может, это и не мое дело, но… Вадим, ты не думал, что проблема не в тебе?

– О чем ты? – перевожу на Злату внимание.

– Сам подумай, ты же все для нее делаешь, обеспечиваешь семью, ты… ты верный, и не ведешься на других женщин… Нет, подожди, – реагирует она на мой взгляд. – Я не собираюсь ей ничего говорить о нас.

– Нет никаких нас, Злата.

– Ты прав. Но послушай. Меня ты оттолкнул, и все время отталкивал. Если бы ты изменял ей, не отказался от того, что могло произойти. О таком, как ты, любая мечтает. Мы с Лизой общаемся, и я не понимаю, чем она постоянно недовольна.

Прищуриваюсь, наверняка подруга Злата реально хреновая, хоть медаль выдавай – худшая подруга. Но ее слова настолько перекликаются с тем, о чем я и сам уже думал, что продолжаю слушать.

– Не думай, что это подкат, просто правда не понимаю Лизу. Я бы ни за что тебя не отпустила, а она… она же пренебрегает тобой, Вадим. Лиза не понимает, как ей повезло, она не знает, какого это, по-настоящему страдать. У нее есть все возможности стать лучше, няню нанять, заняться собой, говорю это как мать, потому что на себе прочувствовала, как тяжело с ребенком. Но я смогла выбраться. И мне в сто раз хуже, чем ей. Одна Федю воспитываю… без отца. Даже… даже перед тобой унизилась. Прости.

Она резко отворачивается. Выдыхает. И больше на меня не смотрит, разглядывая темноту перед собой. Глубоко вдыхает и выдыхает. Считаю, что больше ничего не скажет, да и мне нечего на ее речь ответить.

Молча отворачиваюсь, собираясь пройти к джипу, такси Златы уже подъезжает, фары виднеются вдалеке. Но слышу вопрос в спину и замираю от его постановки:

– Ты наверняка себя винишь в вашем разрыве, но… но может, у нее кто-то есть? Не думал об этом?