Текст книги "Измена. Сохрани меня (СИ)"

Автор книги: Яна Таран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)

Глава 3

Вадим не приходит и когда я укладываю детей спать.

Вера Степановна, повздыхав, «какой молодец у меня муж, все на себе тянет и в выходные работает, не жалея себя», отчалила. Я еле выдержала, чтобы не вытолкать ее вон раньше.

И когда сказки рассказаны, а Артем с Аришей лежат по кроватям, я, аккуратно ступая по мягкому ворсу ковра, выхожу в коридор. В квартире стоит тишина, и всхлип, вырывающийся наружу слишком звонко отпечатывается на перепонках эхом.

Теперь можно. В носу щекочет, глаза печет, слезы начинают катиться одна за другой. Днем мне приходится скрывать свои эмоции, дети не должны видеть, как я разбита, но после отбоя – мое время.

Вадим ведь знает, что я устаю, мне тяжело, и даже не предупредил ведь о том, что задерживается.

Где он? Почему не звонит?

Я набираю его номер снова и снова, но телефон выключен. А если что-то случилось?

Рабочий номер тоже молчит, охранник отвечает, что да, Соколовский Вадим Александрович был, но уехал на объект. Уж не знаю, не сам ли Вадим дал ему инструкции так отвечать жене.

Размазывая тушь по лицу, которую я старательно нанесла для встречи с девочками, я подхожу к большому зеркалу. Долго всматриваюсь: так яростно, так цепко. И то, что обнаруживаю, мне совершенно не нравится.

Будто впервые себя вижу.

Господи, я, и правда, сдала! Волосы тусклые, блеска нет и подавно, даже в пучке видно, что дела плохи. Под глазами мешки, кожа серая, губы опухли. Но даже не это все меня повергает в шок. А собственный взгляд.

Усталость и беспробудное отчаяние – вот, что я там вижу.

Не знаю, сколько вот так стою, зависнув. Но когда слышу щелчок двери, бегу в спальню и, быстро скинув с себя домашние шорты, укутываюсь в одеяло.

Не хочу, чтобы Вадим меня видел такой. Да, он миллион раз присутствовал в моменты моих истерик, но именно сейчас я стала понимать, о чем говорила Даша. Каждый мужчина хочет рядом видеть умницу и красавицу, и Вадиму наверняка плевать, что я не вывожу все навалившееся на меня в последнее время. Слышу, как открывается дверь в комнату и снова закрывается. А потом из душа доносится звуки душа, и после Вадим приходит и ложится рядом.

Почему он пошел в душ? Раньше бы я подумала, что это обычная процедура перед сном, но сейчас появляется тревожная мысль – а если он смывал с себя запах другой женщины?

Закусываю губу, чтобы не разреветься. Больше не получается думать, что он святой. Особенно, когда я беру его телефон, убедившись, что муж спит, и обнаруживаю, что устройство запаролено. Я накрываюсь подушкой и тихо реву.

Неужели он меня обманывает, и Даша права?

Утром я просыпаюсь раньше Вадима, а учитывая, что я и уснула под утро, конечно, не выспалась. И все же я очень обижена на мужа. Поэтому захожу в детскую и, видя, что оба ребенка уже не спят, тихонько спрашиваю:

– Кто с мамой хочет прокатиться к тете в гости?

– А папа? С нами? – коверкая слова спрашивает Артем.

– Па-па? Па-па? – вторит ему маленькая Ариша по слогам.

Я сжимаю пальцы и усилием воли растягиваю на лице улыбку:

– Папа устал и не сможет с нами поехать. Зато у меня есть идея – как насчет мороженого?

На это дети оживляются. Ариша берет рюкзачок и пихает в него плюшевого гуся и поросенка.

– Бусь, Нюсь, бррр, – с важным видом говорит мне, обозначая, что ее игрушки поедут с нами. Артем потирает лицо. Ему всегда нужно больше времени, чтобы проснуться, но собирается он быстрее сестры.

Поэтому через двадцать минут, успев закинуть в детей кашу, я говорю таксисту адрес, и вскоре мы подъезжаем к дому Даши. Которая ответила утром на мое сообщение почти сразу и, как оказалось, совершенно не злится. Даже прощение попросила. Укол совести не заставляет себя долго ждать, я плохая подруга. И жена. И хозяйка.

Чтобы не расклеиться окончательно, прижимаю к себе не подозревающих о цели побега из дома детей и глубоко дышу.

Да, я поехала к Даше, потому что хочу поговорить. С кем-то. О том, что мой муж, возможно, мне изменяет.

***

Усадив детей в комнате смотреть мультики, мы с подругой перемещаемся в кухню.

– А где Дэн?

– По делам мотается, не парься, появится не скоро. Так что ты хотела? – Даша подсаживается ближе, я замечаю, что она переводит тему, и чувствую, будто она просто не хочет говорить про мужа.

Вообще у нас со Златой появлялись мысли, что он Дашке изменяет, но она намеки замяла. При ее твердых убеждениях, она либо как сапожник без сапог не видит очевидного. Либо вид делает, что ничего не понимает. Хотя, конечно, Дэн ни разу пойман не был. Это все наши домыслы. Вдруг мы, и правда, ошибаемся насчет него?

Я совсем не хочу попасть в такую же ситуацию. Быть дурой, пока у меня за спиной происходит предательство.

– Я думаю, что…

Замолкаю, опускаю глаза и принимаюсь теребить салфетку, кусаю губу, чтобы снова не разреветься, на что подруга берет меня за подбородок и легонько приподнимает, заставляя посмотреть ей в глаза.

– Лизок, что случилось, зайка? Что-то с детьми?

– Нет, нет, все хорошо. Речь про… Вадима.

– А с ним что?

– Ты была права, точнее, я не знаю, но боюсь, что он… что он меня… обманывает.

Все-таки всхлипываю, отстраняясь, и вытираю непрошенные слезы. Они жгут кожу. Даша сочувствующе сдвигает брови.

– Блин, Лизок, может там еще не…

– Ты сама говорила про признаки измены, все подходит. Он задерживается, не ужинает дома, с детьми ему неинтересно, я ему неинтересна! Попросила посидеть с Темой и Ришей, всего пару часов, Даш, а он маму вызвал и через час уже уехал. И не сказал. Телефон часто недоступен, а еще он запоролен теперь, ведь у нас не было секретов. А когда Вадим домой приходит, сразу идет в душ…

Я всхлипываю и всхлипываю, пока выдаю весь этот поток, а потом, договорив, окончательно расклеиваюсь. Мне неуютно оттого, что я вываливаю на Дашку свои проблемы, но мне больше не с кем поделиться. Злата до сих пор на сообщение не ответила – после тусовки отсыпается.

– Ну, ну, погоди, ну, что ты, – Даша протягивает мне салфетку. – Слушай, а давно у вас был… секс?

Качаю головой.

– У вас его что… нет?

– Есть, но, – вздыхаю. – Редко очень. Не помню, когда в последний раз… понимаешь, я очень устаю, Вадим поздно приходит, я к этому времени вымотана. Ведь мне никто не помогает с детьми. Да он и сам уже не так часто проявляет инициативу. А если его интерес пропал, потому что… потому что… он мне изменя-а-а-а-ет, – реву.

– Тише, тише, – Даша подсаживается ближе и обнимает меня за плечи. – Отставить слезы. Давай сделаем так, я по работе с ним иногда пересекаюсь, они заказывают в нашей компании рекламные кейсы и мероприятия, я понаблюдаю, Златку вон попросим, она чаще всех бывает в офисе Вадима. Порасспрашиваем, понаблюдаем. Кстати, скоро мы организовываем фирме твоего мужа корпоратив, если у него кто-то есть, там обязательно что-то вскроется. А пока что вытирай слезы и не думай об этом.

Даже забавно. Еще вчера Дашка сама мне впихнула в голову мысль об измене моего мужа, а сегодня просит не думать о таком развитии событий.

– И вообще. Даже если все не так хорошо, ты красивая, Лизка, найдем тебе еще настоящего мачо, а не козла! Ну… что ты снова. Лизонька…

– Я не хочу мачо, я хочу своего мужа, чтобы как раньше.

Она вздыхает и сама становится грустной.

– Очень тебя понимаю, Лизок. Я тоже.

– Хочешь Вадима? – шучу невесело.

– Мужа своего, дурочка. Дэна, конечно. Хочу, чтобы у нас стало, как раньше, но жизнь меняется. С этим ничего не поделать. Нужно заниматься собой, и тогда то, что вокруг подстраивается под твои интересы, а не наоборот. Выше нос, подруга.

Она широко улыбается, предлагая и мне растянуть губы в улыбке, но у меня внутри все равно весельем не отдает. Я же чувствую, что что-то не так.

У нас с Вадимом все плохо, и я очень долго не замечала, насколько.

Когда же мы свернули не туда?

Глава 4

С Дашкой становится немного легче. Возможно, потому что я впервые решаюсь озвучить то, что меня гложит некоторое время. Вот только озвучив свои подозрения, я сделала догадки на шаг ближе к реальности. Это больно, но еще больнее, когда сама себя обманываешь и позволяешь вытирать о себя ноги.

Кто она? Почему с ней? Зачем он так со мной?

Неужели все это правда?

Вопросы сводят с ума, но сейчас мне есть с кем поделиться, и хоть сдавливает грудную клетку ужасно, слез нет. А еще Даша предлагает мне план по выводу Вадима на чистую воду, я лишь округляю глаза.

– А он точно не догадается? Ну что мы так хотим его проверить?

– Спокойно, Лизок, я уже так делала.

Снова мои брови ползут вверх.

– Ты же знаешь, какой Дэн бабник. Был, – Даша прячет взгляд, да уж. И был, и есть сейчас. Но все мои попытки ей открыть глаза она пресекает, и переводит тему. – Так вот, метод опробован. Пишешь сообщение с неизвестного номера, ладно, я сама напишу, он подумает, что от нее. Текст будет безупречный, мы все подстроим. Твоя задача просто сделать так, чтобы перед выходом он телефон дома оставил, чтобы с реальной любовницей заранее разговора не вышло до разоблачения.

– А если… если не получится?

– Для этого есть план «Б». Но о нем позже. Он поедет к ней, стопудово поедет, поняла? И тогда мы сможем проследить, где она живет.

– А если… если нет никого? Вдруг мы ошибаемся?

Даша сочувствующее сдвигает брови.

– Лизка. Я понимаю, насколько тяжело такое принять, но сама говоришь, факты есть. Они неоспоримы. К тому же у вас нет секса, а мужчине он нужен, даже если это просто физиология. Поверь, я знаю, что ты чувствуешь. И сейчас тебе важно решить. Ты готова все узнать? Или предпочитаешь сдать назад, надеясь, что само собой все наладится. А измена останется чем-то призрачным. Такой вариант тоже может быть, подруга. И я не буду тебя осуждать. Ну так как? Знать или не знать? Вот в чем вопрос.

Наступает пауза, я кусаю губы, мну пальцы. Бросаю взгляд на выход с кухни.

С детства, борясь со своими страхами, я использовала один проверенный прием. Представляла самый ужасный вариант из возможных, если опасение подтвердится. И придумывала план, что буду делать. И тогда все остальные варианты становились простыми.

Вот и сейчас я представляю, что будет, если Дашка права. И Вадим реально меня обманывает. Что я буду делать? Как я буду одна?

А дети? Как они отнесутся к новости, что мы с их папой разводимся, если вдруг такое произойдет? Смогу ли я вообще с Вадимом заговорить, узнав об измене?

Пока что не знаю. И в плане нет четких пунктов. Пока что одни вопросы.

Страх ложится на плечи и проходит вниз по телу осознанием предстоящего кошмара, я же не смогу без него, я же… я люблю мужа… дети любят отца.

А как Лиза? Как? Не будешь же ты молча улыбаться, зная, что он спал с кем-то еще?

Зная, что он пренебрег моими чувствами? Семья это же святое, ее нужно беречь, а не искать на стороне развлечения.

И… что меня особенно волнует, не отвернется ли он от детей? Вадим и так не часто с ними время проводит. И сейчас написал сухое сообщение с вопросом, где я нахожусь. И получив ответ, больше вопросов не задавал. Его не смутило, что я так рано к подруге поехала. Его не смутило, что мы накануне странно поговорили.

Может, у него жизнь еще лучше станет после развода. Никто не будет «мозг взрывать», «доставать вопросами», «навязывать детей». А я. Я привыкла одна. Справлюсь. К тому же, я больше никогда не буду одинока. У меня есть Тема и Риша.

Дашка все еще ждет моего ответа, а я вздыхаю.

– Знать, – говорю хрипло, глаза снова наполняются слезами. Но я их вытираю ладонью и добавляю громче: – Знать.

– Молоток, Лизка. И помни, я с тобой.

Она обнимает меня за плечи, а в дверь раздается звонок.

Брови Дашка поднимает. Я, почему-то шепотом, спрашиваю.

– Дэн?

– Не думаю. Он до вечера умотал.

С этими словами п подруга выбегает из комнаты, а спустя пару минут, чашка, которую я усердно кручу в руках, снова погрузившись в свои мысли, замирает. Я вся замираю. На пороге в кухню стоит Вадим: руки в карманах брюк, взгляд внимательный, отросшая щетина, которая ему так идет, – я смотрю на него и никак не понимаю, может ли Вадим, мой Вадим, с которым мы, смеясь, мечтали о будущем, который кружил меня по комнате, когда я ему первый тест на беременность показала с двумя полосками, который обещал беречь меня и любить всегда-всегда, стать чужим?

Злость внутри все еще есть, но она присыпана тоской. Пока что у нас как будто все хорошо, но скоро эта иллюзия лопнет.

Вадим делает глубокий вздох и расслаблено опирается плечом на арку:

– Ну и чего ты сбежала? – голос с теплыми нотами, и глаза эти его в душу проникающие.

Красивый и… лживый? Так бывает? Не могу на сто процентов сказать. И пока он взглядом меня окутывает, моя решимость тает. Гораздо проще, когда я его не вижу, а вот так, глаза в глаза, былая уверенность дает слабину.

– Лиз, что случилось?

Он присаживается передо мной на корточки, а я мотаю головой. Даша строго-настрого приказала никакими мыслями не делиться. Иначе «обманщик» сразу же станет осторожнее. И это усложнит разоблачение. Вот только Дашки-спасительницы нет. Я слышала, как она вошла в комнату к детям, видимо, этим решила дать нам возможность поговорить.

– Ничего не случилось. Я за неделю устала, и вчера был сложный день. Ты спал, я решила, чтобы тебя не тревожить, к Дашке поехать.

– Ясно, – хмыкает он. – Злишься? – спрашивает он будто и так все знает. – Потому что я вчера на работе весь день проторчал вместо того, чтобы с детьми сидеть?

Не могу делать вид, что все хорошо. Киваю и жмурюсь. Вадим приподнимается и прижимает меня к себе, я чувствую его теплые ладони на плечах, он целует мои волосы и тихо шепчет:

– Все хорошо, Лизка, все хорошо. Объект сдаем и буду больше времени вам уделять.

И я ему почему-то верю. Дашка бы снова назвала меня наивной. Но сейчас я Вадиму верю.

Глава 5

В понедельник вечером Вадим снова задерживается. И я снова злюсь, несмотря на то, что в воскресенье день прошел изумительно. Муж взял Аришу и Артема на площадку, и я успела убраться в квартире.

А вечером, уложив детей, я попыталась поговорить с ним, и Вадим меня даже выслушал. И сказал, что все будет хорошо. Был лишь один момент, за который я себя сейчас ругаю. Ариша на ночь раскапризничалась, и мне пришлось некоторое время провести в детской, она долго засыпала, и я пришла в спальню лишь к двенадцати. А потом бегала ее проверяла, потому что она всхлипывала во сне.

Нужно ли говорить, что к часу ночи я оказалась вымотана, и когда Вадим полез ко мне, я не смогла… Не смогла физически.

И вот теперь, я набираю мужа, а его телефон снова не отвечает. Бесит! Ну почему нельзя предупредить? Мы же договаривались…

Звонок в дверь заставляет вздрогнуть, но я тут же растягиваю на лице улыбку.

Пришел!

И утка, запеченная в апельсинах, не успела покрыться льдом!

Не глядя в глазок, я распахиваю дверь и тут же замираю. За порогом не Вадим.

– Привет, – высокий широкоплечий мужчина улыбается. Но ответить мне нечем. Радоваться абсолютно не хочется. – Я Руслан. Зам Вадима, мы как-то виделись, ты, наверно, не помнишь. Он дома?

Машу головой и отступаю, прикрыв грудь руками.

По дому бюстгальтер я не ношу, и от мороза, который проносится по коже от неуютного взгляда внезапного гостя, я чувствую дискомфорт. Руслан к тому же переводит внимание на вырез топа, но тут же поднимает глаза и будто сам стыдится своего поступка. По крайней мере, мне кажется, он смущается. Правда, ненадолго.

Потому что снова напирает:

– Мне ему кое-что передать нужно, и чтобы он срочно подписал бумаги. Когда вернется?

– Обещал сегодня не задерживаться, но до сих пор нет. Думаю, скоро приедет.

– Ладно, я, пожалуй, пойду.

Телефон в моих руках оживает, и я, ничего не отвечая Руслану, быстро поднимаю трубку. Вадим, ну наконец-то!

– Привет, Лизок, прости… скоро буду. Ты еще не выбросила ужин? – шутит он в своей манере.

– Оставались последние секунды до полета…

Муж смеется, а я перевожу взгляд на мужчину, который с интересом за мной наблюдает.

– Тут Руслан подъехал… – говорю в трубку.

– Точно, он говорил, ушел уже?

– Нет.

– Пусть подождет, скоро буду.

– Хо… хорошо.

Вадим отключается, а я пялюсь на потухший экран.

Подождет? У нас дома? В нашей квартире?

Я и девочек почти не привожу, привыкла, что мой дом – моя крепость. Вадим вообще предпочитает с друзьями встречаться за пределами квартиры. А тут какой-то Руслан будет со мной в квартире? Пока Вадим едет домой?

Видимо, так и есть, потому что мужчина всё еще разглядывает меня и как будто ждет ответа. Наверняка разговор слышал.

– Вадим звонил, – хрипло звучит мой голос. – Проходите, можете его на кухне подождать, только вот тут нужно снять обувь.

– Хорошо, сделаю все, как вы сказали, Лиза. Не переживайте, я не проблемный.

Я хмурюсь и добавляю:

– Да мне как-то все равно.

Разворачиваюсь и скорее иду в кухню, чувствуя, как мой затылок жжет чужой и совершенно ненужный в этой квартире взгляд.

– Чай, – говорит Руслан, когда я подхожу к графину, чтобы налить воду. В горле пересохло. Я вздергиваю брови.

– Что, простите?

Оборачиваюсь.

– Вы наверняка хотели предложить мне чай или кофе. Так вот, я буду чай.

– Вы серьезно? Руслан, вы может там в компании какой-то начальник, но вы что-то путаете. Я не намерена…

– Па-па?

Ариша выглядывает из-за угла и удивленно поднимает бровки. Она весь день спрашивает, когда папа придет. Моя зайка очень привязана к Вадиму, у меня сердце каждый раз сжимается, когда она к двери входной подходит и слушает, что в подъезде происходит. Шаги ждет заветные. Артем в этом плане серьезнее, но он и старше. Ему проще что-то объяснить.

– Не па-па, – тянет она разочарованно. – А де па-па?

Я открываю рот, чтобы ответить на ее вопрос, но меня перебивает мужской голос несусветного наглеца, расположившегося на нашей кухне:

– Привет, малышка, я Руслан. Я, как и ты, жду твоего папу. Он очень скоро нас с тобой порадует, это точно. Я узнавал.

– Ма-ма? – Ариша смотрит на меня, ища поддержки, и я усилием воли растягиваю на лице улыбку.

– Руслан скоро уходит, он выпьет чай, дождется папу и пойдет.

– Папа бр-р-р?

– Конечно, милая, папа скоро приедет.

– Дяде тяй, папу мне.

Она кивает и убегает в комнату.

– Чудесная малышка, – говорит ей вслед Руслан. – Очень смышлёная. И красавица в маму.

Теперь я улыбаюсь расслаблено. Когда моих детей хвалят, это, безусловно, подкупает. Правда, это совершенно ничего не значит. Руслан не должен себя вести, словно находится у себя дома.

– Вы на меня злитесь за что-то? – этот Руслан просто обезоруживает своей прямотой. Я злюсь, но на самом деле ведь это чувство направлено даже не на этого мужчину. Завелась, потому что бесилась из-за Вадима. – Вы сказали дочке, что я выпью чай. Если вы не против…

– Сахара сколько, – обрываю его я и выдыхаю. От меня не убудет. Ничего неприличного в этом нет.

– Без.

Я достаю вазочку с конфетами и ставлю на стол, на блюдце кексы, чай делаю и себе.

Тишина в кухне все это время стоит поразительная, мне все еще неуютно, и я то и дело проверяю время на телефоне. Ну где носит Вадима? Сам Руслан, кажется, вообще не беспокоится, удобно ли мне. Ему по ощущениям вообще прекрасно.

Вон растягивает улыбку, пристально глядя на меня, а вот я снова хмурюсь:

– Что-то не так с чаем?

– Все так.

– Тогда что?

– Вы очень красивая.

Замолкает. А я все же не выдерживаю:

– Слушайте, вы пришли подписывать документы, давайте дождемся моего мужа без неуместных комплиментов.

– Почему неуместных? Я просто озвучиваю факт. Ничего более.

Черт, да, мне приятно, но должен ли посторонний мужчина делать мне комплименты?

– Мой муж…

– Ваш муж счастливчик, Лиза, – обрывает Руслан. – И совершенно напрасно задерживается. На его месте я бы скорее бежал домой.

– Вы не на его месте.

– Ваша правда, – снова растягивает губы в улыбке мужчина.

Звонок в дверь становится спасением, с какой стати я вообще любезно слушала, что говорит этот Руслан? Чай еще сделала. Надо было просто отправить его вниз ждать Вадима на лавочке. С Варварой Семеновной и Ладой Матвеевной. Вот они бы в обморок от счастья упали в такой компании. Эти сплетницы бы еще несколько дней отходили от мужественного аромата, исходящего от Руслана.

– Привет, Лизок, – Вадим кивает, едва переступив порог, и даже не поцеловав, идет в кухню. – Привет, Рус. На «Донаван» заезжал, по стройке вопросы возникали. Что там у тебя?

– Да вот, подписать нужно, на встречу же завтра с утра. Мы договаривались.

– Точно.

На меня Вадим не обращает внимание будто. А я между прочим тоже здесь. Руслан поднимает взгляд, пока Вадим просматривает бумаги.

– Спасибо за чай. Лиза, и кексы просто изумительные.

Поджимаю губы и выхожу, не отвечая. Не нравится мне этот Руслан. И то, что Вадим меня не целует, и слова не сказал, войдя в дом, тоже выводит.

Мне даже кажется, я улавливаю запах женских духов. Хотя может быть это от Руслана. Был ли этот аромат, когда он вошел? Я запомнила только его терпкий, похожий на древесную кору с примесью цитруса.

Вот духи у него приятные. А сам он нет.

– Обиделась? – муж расправляет свою половину кровати, которую я демонстративно оставила нетронутой. Руслан ушел, дети уложены.

– Ты обещал не задерживаться.

– Так вышло, важная делегация на стройку приехала, срочно вызвали…

– У тебя все срочно!

– Лиз…

– Все, кроме меня! С каких пор делегация для тебя важнее? Звонок тяжело сделать?

– Лиз, ты о чем? Это моя работа. Ты должна понимать…

– Но я не понимаю, Вадим, – голос срывается. – Я хочу видеть дома мужа. Хочу, чтобы у меня оставалось время на себя. И да, на нас. Но ты, как всегда, находишь отговорки! И даже не звонишь, когда задерживаешься!

– Ясно. Ты не в настроении.

– Что? То есть я виновата? А ты понимаешь, почему я не в настроении?

– Я спать. – Вадим щелкает выключателем со своей стороны и ложится, отворачиваясь от меня. Так жестко отсекает мою обиду, что я от досады вдыхаю воздух и вдыхаю, забывая выдыхать.

Он совсем меня не понимает. Вот так просто лег спать, свалив все на мое настроение. И спустя несколько минут засыпает. Спокойно, и без размышлений. Как обычно! Ничего не изменилось!

Хорошо ему. А что делать мне?

Мы снова вернулись к тому, с чего начали.

Я закусываю губу и тянусь за телефоном. Немного подумав, пишу Даше, вытирая ладонью свою обиду с щек.

– Я готова. Теперь точно да.