Текст книги "Земля - вид сверху"

Автор книги: Виталий Бабенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 29 страниц)

Оператор Бехбуд посмотрел на меня с сожалением (впрочем, не переставая сиять; как ему удавалось соединять любые выражения лица с неизменной улыбкой, я так и не понял).

– Ты не все знаешь, брат, – сказал он, – Были такие случаи в истории. Пустыню Наска знаешь?

Я опять мысленно ахнул. Я не только знал о пустыне Наска, но и не раз писал о насканской цивилизации много лет назад – в журнале «Вокруг света». Конечно, в Америке есть свои «Вокруг света», и их там немало, но, честно говоря, такой осведомленности от калифорнийского оператора я не ожидал.

– Допустим, знаю, – сказал я.

– Вот, прямое доказательство! – воодушевился Бехбуд. – Все эти огромные фигуры, посадочные полосы – о чем это говорит? Что тогдашние люди к звездам летали? Не знаю, врать не буду. Летали они к звездам, не летали – их дело. А вот горючку они жгли, это факт. И она у них кончилась. А вместе с ней кончилось и человечество. И такое было в истории уже много-много раз.

– В чем же заключаются наставления перед концом света? – спросил я – как мне представлялось, о главном.

– Э-э, брат, – хитро заулыбался Бехбуд. – Это секрет. Свою книгу я только друзьям даю читать, и то не всем, – объявил он, нимало не смущаясь тем обстоятельством, что пять минут назад выражал готовность издать свой труд. – Но тебе дам, брат, ты мне понравился. Вот еще несколько страниц допишу – и вышлю тебе…

Я тут же вручил Бехбуду свою визитную карточку, однако свой адрес он мне так и не оставил…

Нефть – спасительница китов

…От северного к южному полюсу по тридцатому земному меридиану была проложена электромагнитная спираль… Электрическая энергия этой полярной спирали питала станции всего мира. Границ между поселениями народов больше не существовало. В небе плыли караваны товарных кораблей. Труд стал легким… А. Н. Толстой «Голубые города»

Может быть, связь между американским персом Бехбудом и классиком швейцарской литературы XIX века Готфридом Келлером (1819–1890) покажется странной, однако она существует, и если через эти две столь разные личности провести прямую линию, то вдоль нее выстроится огромное множество людей, которых объединяет одна точка зрения: топливные ресурсы очень скоро будут исчерпаны и тогда цивилизацию постигнет большая, может быть, даже окончательная беда.

В 1880-е годы Келлер писал: «Придет время, когда будут поглощены черные сокровища под землей, дарованные солнцем; для этого потребуется меньше столетий, чем потребовалось тысячелетий, чтобы их создать. Тогда обратятся к электричеству. Но так как живые леса теперь медленно, но верно уничтожаются, то где будет взять водяные силы, которые могли бы привести в движение электрические машины?»

Такой пессимизм вполне характерен для конца XIX века, когда понятий «ядерная» или тем более «термоядерная энергия» еще не существовало, а словосочетание «альтернативные источники энергии» могло показаться бредом читателя, свихнувшегося на модной, только что народившейся ветви литературы – научной фантастике.

Но разделять подобное мнение в конце века двадцатого– на мой взгляд, ошибка непростительная, и здесь я никак не могу согласиться с моим «братом» Бехбудом. Между тем близость энергетического коллапса давно уже стала общим местом популярной литературы об энергетике, и даже среди просвещенной публики находится огромное количество людей, которые не видят в будущем ничего, кроме хлада и мрака. Этим людям, видимо, и невдомек, сколь часто в нашем столетии опровергались прогнозы близкого энергетического голода.

За поддержкой мне хочется обратиться к известному американскому ученому, популяризатору науки и писателю-фантасту Джорджу Гарри Стайну (1928–1997). Вот что он писал не так давно в журнале «Аналог»:

«У человеческой расы никогда не иссякали запасы энергии, и они никогда не иссякнут в будущем. Время от времени мы можем испытывать нехватку энергии, потому что неправильно управляем имеющимися энергетическими ресурсами или потому что нам не удается разработать новые, дабы удовлетворить возрастающий спрос. Однако мы проявили себя достаточно толковой расой, чтобы избежать настоящую нехватку энергии. История ясно доказывает это, и данная историческая тенденция продолжается даже в наши дни.

В прошлые времена всякий раз, когда мы сталкивались с недостатком энергии, путь решения проблемы никогда не поворачивал вспять – к использованию прежних источников энергии, а если поворот назад и происходил, то очень ненадолго. Путь всегда лежал вперед – к использованию новых энергетических ресурсов.

Когда примерно в 1700 году Англия начала испытывать нехватку дерева, англичане не стали возвращаться назад, не стали снова жечь коровий и овечий помет, вместо этого они разработали новую технологию и принялись добывать и сжигать уголь.

В середине девятнадцатого столетия возникла новая нехватка энергии. Рынок китового жира и других видов топлива животного происхождения, используемого для освещения и обогрева жилищ, расширялся быстрее, чем это позволяли ресурсы. Спрос превысил предложение. И тогда для осветительных целей стали использовать каменное масло, эту липкую черную жидкость, которая сочилась из-под земли и столь досаждала фермерам Западной Пенсильвании… Впоследствии открытые под землей обильные запасы дешевой сырой нефти, а значит, и запасы производимых из нее топлив и смазочных материалов ознаменовали переход от китового жира к нефтепродуктам. Защитники природы, которые ныне волнуются из-за китов, никогда не упоминают, что как раз предприимчивость первых нефтяных баронов, возможно, и спасла тогда китов и тем самым сохранила для «Гринписа» нечто такое, о чем можно беспокоиться в следующем столетии…

Испытываем ли мы нехватку энергии сегодня? Вовсе нет… Одни только Соединенные Штаты располагают самым большим в мире запасом угля, которого хватит нашей планете, чтобы прожить еще два миллиона лет, даже при ускоренном темпе потребления. Во всем мире только разведанные запасы угля составляют 560 триллионов тонн. Не испытываем мы недостатка и в нефти и не будем испытывать его в грядущем. Начиная с 1942 года было сделано 29 серьезных прогнозов касательно мировых запасов нефти, восемь из этих прогнозов уже опрокинуты разведанными, доказанными и разрабатываемыми нефтяными месторождениями. Только в Соединенных Штатах запасы природного газа достигали тогда, по оценкам современников, 11,9 триллиона кубических футов (337 кубических километров), этого должно было хватить на 196 лет…»

Поясню мысль уважаемого – и, увы, уже почившего – Джорджа Стайна насчет «опрокинутых» прогнозов. Оценки нефтяных запасов, сделанные в 1952 году, показывали, что «черного золота» хватит человечеству всего на 25 лет. 1977 год мы уже давно прожили и нефтяного истощения не увидели. В 1966 году разведанные запасы возросли настолько, что эксперты стали говорить о новом сроке обеспеченностью нефтью: 33 года. 1999 год уже на носу, и опять-таки каждому ясно: не последние капли выпивает человечество. В начале 1980-х– еще одна порция пророчеств: тогда считалось, что до «конца нефти» осталось 40 лет. Последние прогнозы, которые мне удалось почерпнуть в современной прессе, снова говорят о сорокалетием сроке, но ведь сейчас конец девяностых– получается, что и недавние прогнозы опрокидываются так же легко, как и предсказания пятидесятилетней давности.

Итак, нефти все-таки хватает. Другое дело, что меняется география ее добычи. Еще не так давно США могли полностью рассчитывать на собственную нефть – теперь ясно, что национальные американские запасы истощаются довольно быстро: еще, может быть, лет десять – и они сойдут на нет. Бережливые американцы заглушили многие скважины и сорок процентов своих потребностей в жидком углеводородном топливе удовлетворяют за счет ближневосточной нефти. А Ближний Восток – мягко говоря, политически нестабильный регион. Нефти там немало, но и толпа вокруг этого колодца собирается весьма разгоряченная. По некоторым оценкам, к 2020 году две трети мировой нефти будет поставлять именно Ближний Восток. А это означает только одно: цены на нефть будут расти и человечество ждут весьма грозные нефтяные кризисы.

Добавим к этой картине еще один перспективный колодец – каспийский, вокруг него тоже ведется сложная политическая игра. Можно ожидать, что и этот богатый источник станет узлом экономических противоречий первых десятилетий следующего века.

Впрочем, не нефтью единой богата наша планета. Есть еще газ и уголь. Можно дополнить Джорджа Стайна: по современным оценкам, запасы природного газа в США достигают не 337, а 4600 кубических километров. Что касается запасов газа на территории бывшего СССР, то их в 12 раз больше – 54 тысячи кубических километров. А если попытаться представить мировые запасы газа – 135 тысяч кубических километров, – то надо нарисовать в воображении газохранилище площадью с Московскую область и высотой 3 километра.

И при этом геологоразведка не стоит на месте – постоянно обнаруживаются новые месторождения, и это воображаемое «газохранилище» – при том, что газа на планете потребляется ОЧЕНЬ много, – на самом деле не уменьшается в размерах, а растет.

С углем примерно та же история. Современные расчеты показывают, что угля хватит еще не на одно столетие. Но… как кто-то когда-то выразился, история угля – это история, в которой «хорошее неотделимо от плохого». Хорошее заключается в том, что угля действительно очень много, а плохое – в том, что мы вынуждены его использовать. Простой прогноз напрашивается сам собой: в ближайшем будущем уголь будет все шире использоваться вместо нефти и природного газа, особенно в стационарных установках для производства электроэнергии. Однако желательно, чтобы это был не простой уголь, а «чистый».

Двенадцать лет назад в США была начата «Программа технологии чистого угля». Она предусматривает введение новых принципов сжигания угольного топлива, значительное уменьшение выбросов в атмосферу серы и прочих вредных веществ, использование экономичных и эффективных устройств экологического контроля, введение новых способов переработки угля в более чистое и ценное топливо. Сейчас большая часть работ уже завершена, и в ближайшие годы в США заработают прототипы электростанций нового типа – таких, на которых и будет во многом строиться энергетика XXI века.

Какой же вывод можно сделать из сказанного и приведенных цифр? Продолжать потребление угля, нефти и газа и ждать, что славные геологоразведчики будут открывать все новые и новые запасы? Вовсе нет. Вывод как раз противоположный: ископаемое углеводородное топливо бесценно, его надо беречь и экономить, а энергию следует получать иными способами.

Снова про ассигнации

Как Вам, вероятно, известно, до сих пор, в нарушение запрета, содержащегося в моем приказе от мая 91 года, по Парижу продолжают ездить замаскированные под электромобили машины на жидком топливе… Нет нужды указывать на опасность, которую представляют для всех шестисот тысяч парижан выхлопные газы тридцати четырех автомобилей на жидком топливе, разъезжающих, как мне достоверно известно, по городу. Борис Виан «Париж, 15 декабря 1999…»

Очень не хочется (но все-таки придется) повторять старую добрую, тысячи раз цитировавшуюся мысль Дмитрия Ивановича Менделеева о том, что сжигать нефть (добавлю: и газ) – все равно что топить печку ассигнациями. Сказано бесконечно правильно. Ископаемые углеводороды – богатейшее сырье, заветный клад, оставленный нам природой, и лучше производить из него массу полезных вещей, чем уничтожать в двигателях внутреннего сгорания.

Однако дело даже не в двигателях. Дело, прежде всего, в нашем здоровье. Загрязнение воздуха в результате сжигания ископаемых топлив влечет за собой рост легочных заболеваний. Урон, наносимый человеческому здоровью на планете только продуктами горения, оценивается суммой 4 миллиарда долларов в год. А еще дело, конечно, в том, что запасы нефти, газа, а также угля и горючих сланцев – при всей их колоссальности– конечны. Они относятся к невозобновляемым энергоресурсам. Еще сто, двести, триста лет, и они все равно закончатся, и нашим потомкам останется только проклинать нас, сетуя на нерадивость и недальновидность предков.

Между тем человечество так устроено, что просто не может не потреблять энергию, причем в возрастающих масштабах. Нам всем нужно готовить пищу, передвигаться с места на место и обогревать жилища, не говоря уже о том, что должны крутиться колеса заводов, производящих массу предметов, без которых мы уже не мыслим нашего существования.

За двадцатый век использование энергии на планете выросло примерно в 15 раз, а численность населения мира увеличилась в 3,75 раза. Следовательно, потребление энергии на душу населения поднялось в 4 раза. Оно будет подниматься и далее – ничего не поделаешь, таковы законы роста, – и население мира тоже будет увеличиваться, пока не стабилизируется лет через тридцать – сорок на уровне 10–11 миллиардов человек. Нас будет примерно вдвое больше, чем сейчас, а энергии – в расчете на каждого – будет потребляться, скорее всего, более чем вдвое. Но ведь на этом жизнь на Земле не закончится: там, впереди, ждут своей очереди новые, неисчислимые поколения… Все очень просто: жизнь бесконечна, а привычные нам энергетические ресурсы конечны, и из этого положения надо как-то выходить.

К счастью, у человечества есть практически неиссякаемый источник энергии. Это Солнце. Только нам еще надо научиться им пользоваться. Наше светило поставляет Земле колоссальную мощность – примерно 1017 ватт, это более чем в 100000 раз превышает сегодняшний уровень потребления электроэнергии. За двадцать дней Земля получает в виде солнечного излучения столько же энергии, сколько ее хранится во всех запасах ископаемого топлива на планете. Прав был Циолковский, когда говорил о возможности проживания на планете колоссального количества людей, – Солнце, если разумно использовать его энергию, действительно могло бы прокормить не одно, не два, а десятки и сотни современных человечеств.

В сущности, уголь, нефть и природный газ – тоже энергия Солнца, только овеществленная и невозобновляемая. А есть энергия возобновляемая. И надежды на жизнь в двадцать первом и всех последующих веках связаны именно с ней – с солнечной энергией в «чистом» и преобразованном виде, а также энергией земных недр и термоядерных реакций. (Для тех, кто не очень разбирается в преобразованиях энергии, поясню: энергия ветра, рек, океанских волн, морских течений, биомассы, перепад температур между поверхностью океана и его глубинами – это все энергия нашего Солнца, только в разных «упаковках».)

«Упаковки» солнца

Появление орбитальных гелиостанций, потоками микроволнового излучения сильно осложнивших приземельскую астронавигацию, вынудило поднять орбиты постоянных и обитаемых спутников почти до уровня стационарных… К тому же нижние горизонты были сильно захламлены старыми, отслужившими свой век спутниками, носителями и их частями… Андрей Балабуха «Нептунова арфа»

Начнем с древесины. Деревья – тоже возобновляемый источник энергии, только восстанавливается лес весьма слабыми темпами, а поглощается древесина быстро. Причем если мы совершим воображаемое путешествие от «Севера» к «Югу», то количество сжигаемого дерева резко возрастает. Например, в Северной Америке только десятая часть вырубаемой древесины идет на топливо, в Европе – уже тридцать процентов, а в Латинской Америке, Африке и Азии эта цифра колеблется между 75 и 90 процентами. «Специалисты предсказывают, что если вырубка леса будет продолжаться в том же темпе, что и сегодня, то даже с учетом подрастающих насаждений лесные запасы будут уничтожены через 150 лет…» – писал эколог Хайнер Винклер пятнадцать лет назад. Прогноз, может быть, и не совсем точный, но тенденция подмечена верно. Нет, леса нам нужны для дыхания и, разумеется, для красоты, лучше их на золу не переводить. Тем более что есть куда более интересные энергетические возможности.

Мы, скорее всего, нечасто задумываемся, что гидроэнергетика – очень молодая отрасль. Ей немногим более ста лет. Первая в мире гидроэлектростанция заработала на реке Фокс близ города Эпплтон (штат Висконсин, США) 30 сентября 1882 года. С тех пор гидроэнергетика испытывает постоянный рост. За первый век существования ГЭС их доля в выработке мировой электрической энергии поднялась до 25 %, а во всей энергетике мира она составила 5 %. И это, разумеется, не предел.

Энергетические возможности гидроресурсов огромны. Если обуздать энергию всех рек планеты, то можно получать до 73 триллионов квт/час в год. Это едва ли не в десять раз превышает современное мировое производство электроэнергии. Однако до такой эффективности – чтобы все реки да обуздать – нашей цивилизации еще далеко. Европейские страны используют 60 % потенциала своих рек (но, скажем, Норвегия получает от ГЭС 99 % своей электроэнергии). Япония обладает всего одной четвертой потенциала гидроресурсов Азии, однако производит в два раза больше гидроэлектрической энергии, чем все остальные азиатские страны, вместе взятые. А вот в Африке используется всего пять процентов потенциала гидроэнергии.

По некоторым прогнозам, к 2020 году гидроэнергетика мира будет давать в 4 раза больше энергии, чем сегодня…

Еще не так давно ни одно научно-фантастическое произведение о близком будущем не обходилось без описания гелиостанций, перерабатывающих энергию солнечного излучения непосредственно в солнечный свет. Как-то незаметно эти станции сошли со страниц фантастики в реальную жизнь. Солнечные батареи дают ток на космических станциях. В различных странах построено немало домов, на крышах которых установлены панели фотоэлементов. Успешно работают множество гелиостанция – среди них, например, «Ранчо Секо» в Калифорнии: она вырабатывает два мегаватта электроэнергии. Американские ученые полагают, что даже при нынешнем коэффициенте полезного действия фотоэлементов – у кремниевых преобразователей он составляет около 23 процентов – гелиостанции, покрывающие менее одной сотой территории Америки, могли бы полностью удовлетворить потребность США в электроэнергии.

У гелиостанций неоспоримые преимущества: они экологически чисты, работают бесшумно, выбывшие из строя пластины легко заменить новыми. Но есть и недостатки: эти станции требуют больших площадей и выход энергии непостоянен. Поэтому строительство их оправдано только в южных странах – в местностях с максимальным количеством солнечных дней в году…

Может быть, проще улавливать энергию на космических станциях и посылать ее на Землю? В иных фантастических произведениях это действительно самый простой способ, но в реальности все обстоит гораздо сложнее. Спору нет, создание спутниковых электростанций принципиально возможно. Интенсивность солнечного излучения за пределами атмосферы в восемь раз больше, чем на поверхности Земли, и можно вообразить, что КПД станции, которая станет собирать световую энергию гигантскими солнечными батареями и передавать ее на земные приемники в виде пучков микроволнового излучения, будет довольно высок. Тем не менее опасности такой передачи энергии велики, а строительство энергетического спутника, запуск его на орбиту и создание наземных приемников очень дороги, поэтому разговоры о подобных станциях пока не вышли за рамки дискуссий. Многие эксперты полагают, что и не выйдут в дальнейшем никогда: слишком уж легко такой «луч жизни» может стать «лучом смерти»…

Калифорнию порой называют «штатом энергетического будущего». Здесь действительно можно найти едва ли не все виды использования альтернативных источников энергии: гелиостанции, «энергетические башни» (станции, где солнечная энергия собирается с помощью зеркал, следящих за солнцем), геотермальные установки, дающие шесть процентов электроэнергии штата, ветрогенераторы (в Калифорнии производится около 80 процентов ветровой энергии мира)…

Парк ветрогенераторов «Саузерн Калифорния Эдисон» – величественное и незабываемое зрелище. На плоской равнине стоят и машут «руками» 72 современные ветряные мельницы. Конечно, они не мелют зерно – лопасти этих генераторов ловят ветер, чтобы давать ток. Мощность парка – 935 мегаватт. «Ветроферма» в калифорнийском городе Техачапи еще больше: она насчитывает 4500 турбин и обеспечивает потребности в электроэнергии четверти миллиона человек.

Все бы хорошо: экологическая чистота, относительная дешевизна (стоимость ветроэнергии в наши дни уже сравнима со стоимостью энергии теплостанций, сжигающих ископаемое топливо), – только вот находиться рядом с парком ветрогенераторов, а тем более жить поблизости от него достаточно неприятно: слишком большой шум. Плюс неровный выход энергии, плюс необходимость больших площадей, поскольку ветрогенераторы с гигантскими лопастями должны располагаться на изрядных расстояниях друг от друга, плюс привязка к определенной местности: постоянные ветры дуют далеко не везде… Тем не менее энергетика XXI века никак не обойдется без ветровой составляющей. Уже сейчас ветрогенераторы поставляют примерно один процент энергии, потребляемой штатом Калифорния. А потенциал ветровой энергии трех штатов США – Северной Дакоты, Монтаны и Вайоминга – примерно равен потребности в энергии всей страны…

Уже давно в мире существуют станции, использующие перепад температур океанской воды. Принцип здесь следующий: теплая океанская вода испаряет жидкость с низкой температурой кипения – например, аммиак, – пары этой жидкости вращают турбину, затем охлаждаются холодной океанской водой, накачиваемой из глубин, и снова превращаются в жидкость. Две такие станции – каждая мощностью 50 киловатт – работают близ побережья острова Гавайи; 120-киловаттная станция дает ток на острове Науру…

А еще есть электростанции, работающие на метане, полученном из отходов. Одна такая станция в штате Род-Айленд обладает мощностью 10 мегаватт, а всего в США работают уже более ста метановых электростанций…

И есть немало иных станций, использующих альтернативные источники энергии: приливные, поплавковые (работающие на колебательном движении океанских волн), погруженные в струи морских течений… Правда, последние еше не вышли из стадии опытных разработок. Океанские течения вроде Гольфстрима или Куросиво – неиссякаемые источники энергии. Турбина, установленная в потоке воды на определенной глубине, могла бы стабильно давать значительный ток. Плотность энергии здесь приблизительно киловатт на квадратный метр – ни гелиоустановки, ни вет-рогенераторы такими «мускулами» похвастаться не могут. Однако стационарное размещение турбины в океанском течении представляет собой сложную техническую задачу, и промышленных образцов таких установок еще нет…

А в Южной Америке на специальных «энергетических фермах» выращивается сахарный тростник, который затем перерабатывается в спирт: в Бразилии почти 80 процентов автомобилей используют в качестве топлива чистый этанол…

И конечно же, очень перспективен как топливо водород… Вспомним:

«…настанет день, когда все залежи каменного угля истощатся…

– Какое топливо заменит уголь?

– Вода, – ответил инженер.

– Вода? – переспросил Пенкроф. – Вода будет гореть в топках пароходов, локомотивов, вода будет нагревать воду?

– Да, – но вода, разложенная на составные части, – пояснил Сайрес Смит. – Без сомнения, это будет делаться при помощи электричества, которое в руках человека станет могучей силой… Да, я уверен, что наступит день, и вода заменит топливо; водород и кислород, из которых она состоит, будут применяться и раздельно; они окажутся неисчерпаемым и таким мощным источником тепла и света, что углю до них далеко!.. Словом, я уверен, когда каменноугольные залежи иссякнут, человек превратит в топливо воду, люди будут обогреваться водой. Вода – это уголь грядущих веков».

Это строки из «Таинственного острова» Жюля Верна. Великий французский фантаст и здесь оказался пророком. Водородные батареи стали реальностью наших дней. Эти электрохимические генераторы, превращающие энергию водорода в электричество, в два-три раза более эффективны, чем двигатели внутреннего сгорания; они бесшумны, их единственный побочный продукт – дистиллированная вода. Такие батареи уже используются в космосе, где они обеспечивают пилотируемые корабли и орбитальные станции электричеством и водой…

Водород – самое чистое топливо завтрашнего дня – получают многими способами: его можно добывать из природного газа, легкой нефти или мазутов, можно разлагать воду на водород и кислород с помощью электрического тока (электролиз), микроорганизмов (биологический метод) или ферментов (биохимический метод)…

Иногда в печати можно даже встретить заявления, что «XXI век будет веком водорода».

Сразу возникает вопрос: а почему тогда не «веком термоядерного синтеза»? Или «веком новейших технологий»? Ведь уже сейчас разрабатываются новые методы использования традиционного углеводородного топлива: нетермическое разделение элементов, выделение чистого углерода с помощью биотехнологии… Почему, наконец, не «веком энергосбережения»? Экономия – тоже один из важнейших ресурсов человечества. Сберечь 10 процентов энергии – все равно что дополнительно произвести те же 10 процентов. Подсчитано, что при грамотном энергосбережении – то есть при бережливом расходовании энергии в производстве, в самом энергетическом хозяйстве, на транспорте, в коммунальной сфере – Россия могла бы экономить примерно 40 процентов электроэнергии.

Вот что пишет в своей книге «Экология коммерции» известный американский бизнесмен и писатель Пол Хокен (р. 1946):

«Переход к солнечной энергии и другим эффективным энергетическим технологиям – вовсе не несбыточная мечта. Используя существующие технологии, мы можем сократить нынешнее потребление электроэнергии в домах и промышленности на 75 процентов. Сегодня уже существуют автомобили, которым одного литра бензина хватает на 42 километра, а в конструкторских бюро рождаются машины, которым литра хватит на 85 километров. Одна компания, именуемая «Саутуолл», изготовляет окна, которые, будучи установлены с северной стороны дома, даже зимой собирают тепло. Мы можем строить здания, которые вообще не требуют внутреннего отопления. В Канаде уже возводятся дома, которым требуется одна десятая той энергии, что потребляется американским домом. Новая технология термоакустического охлаждения, хотя еще и не до конца разработанная, не только сводит на нет необходимость во фреонах, но также сокращает потребление энергии.

В одном исследовании Совета по экономическим приоритетам сообщается, что капиталовложения в альтернативные энергетические технологии порождают в четыре раза больше рабочих мест, чем строительство новых традиционных электростанций. Фотоэлектрические системы и ветроэнергетические установки порождают в два или даже в пять раз больше рабочих мест, чем могут предложить АЭС или электростанции, работающие на угле. Ветроэнергетические установки, которые поначалу были в пять раз дороже атомных электростанций в пересчете на стоимость киловатта энергии, сегодня производят энергию, цена которой равна цене энергии, вырабатываемой угольными и атомными станциями, а к концу десятилетия они будут производить более дешевую энергию, чем любой другой источник, за исключением гидростанций».

Если говорить о прогнозах в области энергетики, то я сделал бы такой. XXI столетие не будет веком «чего-то одного» – энергии ветра, или солнца, или термояда, или водорода. Это будет столетие разнообразных способов извлечения энергии. По-прежнему будут широко использоваться нефть, уголь и природный газ, от атомной энергии, как ни печально, человечество тоже не сможет отказаться, но вместе с тем все больше и больше места в нашей жизни будет занимать энергия альтернативная. В первом десятилетии следующего века доля возобновимых источников в мировой энергии будет составлять 25 процентов^[31], а к середине столетия дорастет, возможно, и до половины. И это не просто мои собственные досужие размышления – к таким цифрам сводятся прогнозы многих специалистов, высказанные в разных странах мира.

Хочется верить, что и Россия – с ее колоссальными гидроресурсами, с обилием рек и речушек, на которых можно ставить очень эффективные малые ГЭС, с ее просторами, над которыми веют «даровые» ветры, с ее опытом строительства приливных и геотермальных станций – тоже обратит себе на пользу преимущества альтернативной энергетики. Хотя сейчас следует с грустью отметить, что поиск возобновимых источников энергии в нашей стране практически не ведется.

Я так и не получил книгу от моего заокеанского «брата» – оператора Бехбуда. Наверное, он, гоняя тяжелый автобус по калифорнийским дорогам, до сих пор размышляет о некоторых дополнительных наставлениях своим заблудшим собратьям. И с лица его, конечно же, не сходит ослепительная улыбка доброго человека, уверенного, что, пока книга не дописана, человечество еще поживет.

Золотая десятка

Десять лет назад на Земле произошло весьма знаменательное событие. Только на него мало кто обратил внимание.

А событие действительно важное: в 1999 году численность населения Земли перевалила через круглую и очень солидную цифру: 6000000000 человек^[32]. Много это или мало?

Два С половиной гектара

Если Адам производил на свет детей так же часто, как это делают сейчас, и если все восемьсот лет он был способен выполнять эту благородную задачу, то легко подсчитать приблизительную численность его семейства: 400 сынов и 400 дочерей (разумеется, не обязательно в пропорции 1:1). Будь его дети столь же плодовиты и живи они столь же долго, то всего за четыре смены поколений на Земле уже теснились бы 25 миллиардов человек! Айзек Азимов (1920–1992), американский писатель-фантаст

Шесть миллиардов чего бы то ни было очень трудно вообразить. Но и без особого воображения можно понять, что число людей на планете просто колоссально.

Если на живой вес, это примерно 300 миллионов тонн.

Если, скажем, уподобить человека тепловой машине, «вырабатывающей» в ходе самой обыкновенной жизнедеятельности около одного ватта в час, то нынешнее человечество – это рассеянный по планете калорифер с потрясающей мощностью 150 гигаватт в сутки. С ума можно сойти!

А если взять и поделить площадь земной суши на численность населения планеты, то на каждого человека придется всего-навсего два с половиной гектара территории —любой территории, включая горы, ледники, пустыни, болота и прочие неудобицы.

М-да, негусто. Пройдет еще какое-то время, и вообще повернуться будет негде. Может ли такое случиться? Реально ли подсчитать, сколько нас будет через «какое-то время» – например, в XXI веке? И сколько вообще должно быть людей на планете Земля?