Текст книги "Маленькая хозяйка большого герцогства (СИ)"

Автор книги: Виктория Вера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 18 страниц)

Снимаю тапочки и пробую босой ступнёй мягкий песок. Чуть левее отмечаю выступающие из воды скалы, переходящие в довольно крутой, но невысокий горный склон. Здесь изумительно красиво!

И это всё моё!

– Ииимм! – знакомый писк заставляет обернуться.

Лис выбегает на пляж с таким довольным и деловым видом, словно приветствует меня в гостях на своей территории. Радуюсь компании и опускаюсь привычно почесать его.

– Значит, ты уже освоился здесь? Надеюсь, тебе нравится?

– Фрррр…

– Вот и славно. Кажется, мне тоже здесь очень нравится. Осталось только придумать, как нам с тобой вот это всё сохранить… и не дать себя в обиду, верно, милый?

***

Рамиз говорит, что дорога от имения до точки искажения, ведущей в столицу безопасна. Только сумасшедший решит рисковать, промышляя там, где ездят в основном обитатели имения Эон Нидао и его гости.

Выбираю простую закрытую карету без гербов. Ею пользуются слуги, выполняя различные поручения. За каретой последует телега.

Отправляемся сразу после завтрака. Меня сопровождают Малия, дио Хэмис и Рамиз, тот самый стражник, которого смущаясь и краснея, рекомендовала Миа.

Пятой точкой ощущаю, насколько хуже дороги герцогства в сравнении с дорогами в имении Фрэй Дау, хотя потряхивает и там, и здесь.

Отмечаю, как убого выглядят деревеньки, очевидно, что часть домов заброшены, потому что вокруг всё поросло травой, а люди почти не встречаются, жизнь не кипит. Большая часть полей не возделана и зарастает бурьяном.

Именно то, о чём говорили управляющие. Я не поверила, что картина настолько удручающая, и посчитала, что стоит оценить ситуацию самой. Вдруг меня хотят ввести в заблуждение, чтобы убедить выделить дополнительные средства на те или иные нужды? Но нет… меня не обманули. Ситуация довольно прискорбная.

– Проблемы были и при вашем батюшке, – “успокаивает” меня дио Хэмис, – конечно, не в таких масштабах, но всё же. Большие земли – большие потребности и большой королевский налог. И примите во внимание, что с окончания северной войны не прошло и трёх лет. Противостояние с Лотаринией опустошило казну не только Эон Нидао, но и почти всех земель королевства. И по сей день лорды вынуждены платить повышенные налоги на укрепление границ и восстановление северных регионов.

Войны? Вспоминаю, как читала об этом в детской книжке по истории, что давал мне виконт, но не уделила особого внимания. Нужно будет наверстать упущенное, сейчас могут пригодиться любые знания.

– На всё нужны средства, – продолжает дио Хэмис, – а ваш батюшка, светлая ему память, был блестящим дипломатом, но весьма… простите, конечно… посредственным дельцом. Казна при нём пополнялась очень медленно. Его светлость переживал и пытался развивать мануфактуры, но особого успеха не достиг. К тому же он, по доброте душевной, часто давал деньги в долг или на развитие, как ему казалось, интересных прожектов… но ни денег, ни людей, ни прожектов позже найти не удавалось.

Ох, так значит не одна “я” такая “прекрасная” хозяйка. Вот только разгребать придётся именно мне… если, конечно, не хочу вверить свою жизнь и судьбу какому-нибудь хозяйственному дио, который будет радостно вытирать об меня ноги, приглашая на семейные обеды любовниц…

***

– Есть ещё предложения? – мы прорабатываем разные тактики переговоров, готовясь к сегодняшним встречам. Я же, ко всему, пытаюсь за разговорами отвлечься от ненавистной тряски, к которой так и не привыкла.

Малия какое-то время хмурится и я очень надеюсь на её светлую голову и опыт.

– После того как вы появились на балу в том новом платье, которое я перешивала по вашим указаниям… ммм… было много сплетен по поводу вашего нового образа и того внимания, которое вам оказывали.

– О! Полагаю, это только из-за слухов о расторжении помолвки. Герцогства, знаете ли, на дороге не валяются… – скептично приподнимаю бровь.

– Не совсем, ваша светлость, – замечает Дио Хэмис, – вы и прежде были привлекательны, как дочь герцога Эон Нидао, но такого внимания со стороны благородных дио не было. Даже на вашем первом, после окончания траура балу, когда вы уже приняли титул герцогини, но ещё не объявили о помолвке. Так что в словах Малии есть резон, на балу вы произвели впечатление своим… скажем так, выигрышным отличием от других дэй.

– Вы-то откуда об этом осведомлены, виконт?

– Земля слухами полнится, ваша светлость. Именно об этом и пытаюсь сказать, вас так активно обсуждали, что разговоры дошли даже до моей скромной персоны. И, смею заметить, ваш невинный образ превзошёл по интересу неприятный инцидент с вашим падением.

Не знаю, стоит ли доверять тому, о чём говорит дио Хэмис, но я очень хорошо расслышала хихиканье наиблагороднейшей публики и не тешу себя надеждой, что моё нелепое фиаско забудется из-за разговоров о платье или причёске.

– Госпожа, – замечаю, что Малия смущённо мнётся, – у меня несколько раз пытались выяснить, в каком салоне вы заказали ваше платье и уточняли, не я ли вас готовила к этому балу. Я, конечно, сразу сказала, что не имею права разглашать личные сведения, но это вызвало ещё больший интерес. Ко мне даже подсылали слуг, предлагавших деньги за то, чтобы отправиться в дома неких благородных дэй и поведать им всё, что тех интересует… Я не согласилась, вы не думайте. Но до сих пор не решалась рассказать об этом.

Улыбаюсь, понимая, что мне очень повезло с Малией. Я уже не раз могла убедиться, что она умеет держать язык за зубами, к тому же весьма неглупа.

– Ну что ж, раз такое дело, то наш план немного меняется…

Замечаю, что мы подъезжаем к городу, и опускаю вуалетку своей дешёвой шляпки с полями. Поправляю складки на подоле простенького платья. Слегка припудриваю губы, делая их совсем бледными, и проверяю волосы: кончики завитых прядей ниспадают на лоб смешной чёлкой и ещё несколько коротких локонов обрамляют лицо по бокам.

Завершают образ очки дио Хэмиса, которые он щедро доверил мне для сегодняшних дел.

Глава 5

В столице останавливаемся в скромной таверне с небольшим подворьем. Заводим на задний двор свою телегу. Малия тоже сегодня не похожа на себя, потому что в противовес мне выглядит, как зажиточная горожанка. Лёгкий макияж, шляпка и аккуратные жемчужные серьги очень ей идут.

Подхватываем с Малией по корзине и ловим городского извозчика, который довезёт нас до центральной площади. Дио Хэмис поедет по другим делам в отдельной карете и с носильщиком. Рамиз в одеждах простого горожанина остаётся присматривать за телегой.

Кстати, столица считается очень безопасным местом. Патрули Его Величества не зря едят свой хлеб.

***

– Доброго дня, уважаемые. Могу я видеть хозяйку? – Малия сегодня мой переговорщик. Она немного смущается, но держится молодцом.

В милом помещении, оформленном в розовых тонах, три арочных прохода, сквозь которые видно мастериц, работающих над заказами.

– Я хозяйка этого салона. У вас какое-то поручение от вашей госпожи? – делового вида дамочка выплывает из широкого арочного проёма.

– Не совсем, то есть вот… – Малия засовывает руку под платок, прикрывающей корзину и достаёт отрез нежно-голубого моавина. – У меня поручение от нашего управляющего. Предлагаю ткань напрямую от мануфактуры.

Говорит так, как я её учила, мило улыбается и протягивает отрез хозяйке.

– Моавин? Но мы элитный швейный салон и ткани у нас только самые редкие, дорогие и заморские. Что мне делать с моавином?

Язык чешется влезть в разговор Малии и вставить: “Вот волос из турецкого дивана! Вот лоскуток персидского ковра… “. Но я покорно стою чуть позади и стараюсь не отсвечивать.

– О, разве вы не слышали? Её светлость герцогиня Эммилина Эон Нидао появилась в платье, в котором подол юбки и часть отделки были выполнены из дымчато-серого моавина и она произвела фурор во дворце. Говорят, благородные дэи предлагают немалые деньги её горничным только за то, чтобы узнать, в каком салоне для неё шили то платье.

– А вы неужто знаете? – скептично поднимает бровь хозяйка, но взгляд становится цепким, внимательным.

– Что вы, уважаемая. Я только выполняю приказ управляющего, который посчитал полезным показать, какие ещё цвета выпускает наша мануфактура и рассказать о расценках на отрезы моавина… – Малия делает короткую паузу, очевидно, подзабыв текст, но тут же спохватывается: – Ведь если так и дальше пойдёт, то придётся расширять производство, вот я и уточняю, кто ещё из мастерских собирается делать заказ на грядущий сезон! А то уже и цену приходится третий раз поднимать, запасы ткани у нас, знаете ли, не бесконечные, новое сырьё вырастет ещё не скоро… так ещё ж и обработать нужно.

У хозяйки начинают бегать глазки. А выражение лица меняется на напряжённое.

Всё это время моавин продавался по скромной стоимости, потому что никто не пытался набить ему цену, а при этом ткань весьма красивая, прочная и удобная в работе. Вероятно, ушлые заморские торговцы, в своё время так запудрили головы местным дивам, что покупать “доступное” и тем более шить из этого наряды, для них стало зазорным.

Я собираюсь это изменить.

– И многие ли уже заказали? – хозяйка, которая с самого начала приняла позицию “что за дешёвку вы нам пытаетесь всучить”, уже не выглядит столь самоуверенной.

– Разумеется, уважаемая, как только тот бал прошёл, так заказы едва ли не каждый день поступают. Те салоны, что сразу подсуетились да предложили моавин к отделке, уже тайно шьют благородным дэям новые платья... ммм... Как у герцогини Эон Нидао, – снова чуть не забыла текст Малия.

– Хорошо, давайте посмотрим, какие цвета у вас имеются.

Хозяйка уже просчитывает, как можно обставить это дело, но старается сохранять образ благодетельницы, к которой пришли на поклон просители.

Малия показывает ей несколько разных оттенков, каждому из которых мы дали особенное название: “восход для двоих” – пудрово-розовый, “романтичный закат” – тёплый розовый, “дымная роза” – пепельно-розовый, “загадочная незнакомка” – лавандовый, “тайный поклонник” – молочно-голубой, “весенняя свежесть” – нежно-зелёный с бирюзовыми нотками.

Кому нужен просто розовый, если можно выбрать “восход для двоих”? Все оттенки мы подбирали с Малией, пока я отлёживалась в постели.

Кстати, серого среди них нет, как и белого. Эти цвета мы намеренно не стали предлагать. Из своего прошлого я хорошо помню, что предложение элитных товаров нужно строго ограничивать. Иначе его попросту не будут ценить. А белый, к тому же, легко перекрасить в любой другой оттенок.

– Для начала мне потребуется рулон “тайного поклонника”, пара рулонов “восхода на двоих“ и отрез “загадочной незнакомки”, пожалуй, двадцать архов этого оттенка мне будет достаточно. Доставьте ткани к завтрашнему вечеру.

Пауза… Малия отыгрывает замешательство… и:

– Госпожа, это невозможно! Вчерашние заказы будут доставлены в салоны только через две недели. Ваш заказ, вероятно, будет готов не ранее, чем через восемнадцать дней.

– Восемнадцать?

С уважаемой хозяйки салона моментом слетает вся спесь.

– Видите ли, уважаемая. Кто-то скупил довольно большую партию, и остатки на складе в данный момент пополняются. Но вы сами понимаете, что первыми получат свои заказы те, кто заказал раньше, – "наивно" хлопает глазками Малия.

– Как вас зовут, дорогая? – хозяйка салона, наконец, “расщедривается” на натянутую улыбку.

– Обращайтесь ко мне Алия, уважаемая, – для лучшей конспирации, имя Малии решили сократить.

– Дорогая Алия, не желаете ли испить со мной чаю? Я бы хотела немного побеседовать с вами, так сказать, наладить деловой контакт.

Я всё ещё стою чуть позади Малии, и меня, разумеется, не удостаивают вниманием, принимая за скромную помощницу “представительницы мануфактуры”.

Сама Малия делает вид, что задумалась и невзначай косится на меня, а я успеваю сделать незаметный жест рукой, надеясь, что она догадается идти с хозяйкой. Она замечает и легонько кивает, маскируя это лёгким покашливанием.

– Почему бы и не испить чаю, дел на сегодня ещё много, но я совсем не против непродолжительного общения, – наконец расплывается в милой улыбке моя “подельница”.

Меня, естественно, не приглашают.

– Я подожду вас снаружи, уважаемая, – смиренно лепечу и слегка кланяюсь, ещё больше перекрывая лицо.

– Конечно, конечно… – произносит побелевшая Малия, с трудом сохраняя остатки самообладания. Не каждый день герцогини горничным кланяются.

Я предупреждала, Малию, что её могут попытаться склонить к тому, чтобы поменять местами очередь и получить моавин раньше конкурентов. Она кивала, запоминая, всё, что слышала, но при этом смотрела на меня с большой долей скепсиса.

Ну не зря же я присутствовала на всех этих светских мероприятиях своего настоящего папочки? Некоторое понимание ведения деловых переговоров буквально въелось под корку.

Солнышко приятно припекает, по чистому, уютному бульвару вальяжно прогуливаются горожане. Уважаемые сэи, проходя мимо швейного салона, с затаённым дыханием пытаются разглядеть, что происходит внутри.

Напротив салона расположился небольшой скверик, где у фонтана мальчишки играют камушками. Кидают их, пытаясь сбить башенки из других плоских камушков. Наблюдаю за ними, отмечая, что каждый за один бросок старается сбить башенку своего “противника”. Видимо, побеждает тот, чья башня дольше сохранится. Мимо проносится карета, и я резко подаюсь назад, осознав, что засмотрелась и сошла с тротуара.

– Ааа! Смотри, куда идёшь, оборванка! – голос с визгливыми нотками.

Меня неожиданно грубо толкают в бок, а я оборачиваюсь, слегка прибалдев от такого заявления. В этот же момент сзади кто-то больно хватает моё предплечье, дёргая в сторону, но я успеваю заметить насыщенно-жёлтое платье и знакомый профиль брюнетистой стервы.

Алессинья?

Глава 6

Меня бесцеремонно оттаскивают в сторону, очевидно, освобождая путь ко входу в швейный салон для дэи… как её там? Пон Курт? Пон Клуд?

Она проходит мимо, задрав нос, и к моему облегчению даже не удостаивает меня взглядом.

– Ещё раз так зазеваешься – отсыпят ударов палкой. Чего рот разинула?

Отчитывает басом высокий мужчина в форме стражника, затем разворачивает меня за плечи и отталкивает дальше от входа в швейный салон. Его напарник ухмыляется и забавляется, наблюдая мою растерянность:

– Давай, иди отсюда, пока цела. Считай, что тебе сегодня повезло, у госпожи хорошее настроение.

Спорить и не думаю, отступаю несколько шагов назад и останавливаюсь за углом здания.

И с чего бы это у “госпожи” было хорошее настроение? Уж не мои ли многочисленные фиаско тому виной?

Сердце всё ещё ухает в груди. Мда… мало приятного. Это ещё хорошо, что брюнетистая стерва не стала меня рассматривать. Представляю, как бы она обрадовалась возможности пополоскать моё имя в новых сплетнях… хотя… кто б ей поверил?

Малия выходит и начинает крутить головой. Делаю взмах рукой, чтобы привлечь внимание, она сразу замечает и обрадованно спешит ко мне.

– Как мне неловко перед вами, ваша светлость, – произносит едва слышно.

– Всё в порядке, Малия, ты же выполняла мои указания. Так как прошёл разговор за чашечкой чая?

– Как вы и предполагали, хозяйка сначала выясняла моё положение при мануфактуре, а потом начала предлагать мне деньги за то, чтобы я подменила списки и подготовила её заказ раньше, чем заказы конкурентов. А я ответила, что деньги её мне не надобны, потому как местом своим весьма дорожу, но ради такого уважаемого салона, посмотрю, что можно сделать…

В следующих салонах мы используем тот же сценарий, с разными вариациями. Ещё утром попросила передать управляющему, чтобы начинал присматривать дополнительных ткачих и работников, а потом отписался, что потребуется для расширения производства.

Есть у меня подозрение, что вскоре это понадобится. Ну как подозрение? У меня есть стратегия и план.

К вечеру мы едва перебираем ногами и даже пару раз останавливаемся, чтобы передохнуть, когда я начинаю ощущать зарождающийся в ногах спазм.

Нам удалось набрать заказов на приличную сумму и по завышенной стоимости. И салоны ещё были рады, что успели провернуть такую “выгодную” сделку, потому как Малия по большому секрету рассказывала, что на фоне ажиотажа, цены придётся поднимать вдвое…

***

– Дио Хэмис, как ваши успехи? – мы уже пересекли точку искажения и снова трясёмся по дорогам Эон Нидао.

– Неплохо, ваша светлость. Многие из отобранных вами вещей оценены весьма высоко, подождём результатов торгов, но я уже сейчас предполагаю, что у вас не будет особых трудностей для выплаты следующего королевского налога, конечно, с учётом других доходов от герцогства. Я немного ознакомился с бумагами по денежным вопросам, которые вы мне давали.

О! Эта новость заставляет меня широко и довольно улыбнуться и едва ли не похлопать в ладоши. Да я просто умница! Ай да молодец! Вот так быстро разобралась с главным насущным вопросом!

Вещи для аукциона отбирала с помощью дио Фаджида, управляющего имением. Те, что имели для рода какую-то памятную ценность трогать не стала. Всё же они собирались поколениями рода Эон Нидао. Но праздные безделушки, которые покупались по настроению, без сожаления отправила на торги. И как оказалось, это была прекрасная идея.

Как и идея вдохнуть новую жизнь в продажи моавина.

Как и решение переложить на своего лекаря и наставника часть дел, всё же он имеет соответствующее образование и воспитывался, как наследник виконтства.

С трудом сдерживаю, рвущуюся изнутри, эмоции. Сейчас мне кажется, что я готова горы свернуть! Особенно приятно, наконец, ощутить уверенность в завтрашнем дне. Это мне-то нужен опекун? Обойдутся! Я и сама отлично справляюсь.

Чтобы не выглядеть странно, отворачиваюсь к окну и таки позволяю себе растянуть довольную улыбку. Вдвойне приятно будет утереть нос тем, кто считает меня беспомощной и безответственной транжирой.

Ну вот, а родной отец сомневался, что мне можно доверить ведение собственного проекта. Интересно, как там они с мамой?

К имению подъезжаем, когда солнце скрывается за горизонтом, вокруг опускаются прозрачные сумерки и начинает накрапывать дождик.

– Госпожа, там впереди всадники, – сообщает кучер.

– Всадники? Разбойники?

– Нет, нет, что вы, – одеты по форме и явно не из простых.

– Я узнаю в чём дело, – вызывается Рамиз. – На всякий случай, ваша светлость, не обозначайте своё присутствие, пока не поймём, что им нужно.

Киваю ему и натягиваю шляпку с вуалью чуть ниже на лоб, хотя внутри нашей простенькой закрытой кареты и без того уже довольно темно.

Когда равняемся с группой всадников, Рамиз приоткрывает штору, чтобы говорить, а я инстинктивно вжимаюсь в сидение.

– Доброго вечера, господа. Что-то случилось? Вам нужна помощь?

– Доброго вечера, уважаемый, нет, всё в порядке.

Отмечаю уставший вид отвечающего стражника, а затем в поле моего зрения попадает знакомый идеальный профиль. Граф тоже верхом, и всего в нескольких шагах от кареты. Его сиятельство бросает равнодушный взгляд на говорящего Рамиза и снова устремляет свой взор в ту сторону, откуда мы приехали.

Рамиз оборачивается на меня – прикладываю палец к губам, чтобы соблюдал молчание. Замечаю, как губы Дио Хэмиса, сидящего напротив, растягиваются в ухмылке.

– Тогда всего хорошего, – Рамиз обменивается со стражником лёгким поклоном головы, и кучер трогает, увозя нас к воротам имения Эон Нидао.

На въезде в имение прошу остановиться и уточнить у стражей, что они знают о нахождении его сиятельства на подъездной аллее. Они сообщают, что господин прибыл спустя час после нашего отъезда. Ему сообщили, что герцогиня отбыла по делам и вернётся нескоро, но он не уехал, а предпочёл ожидать на повороте к имению.

Малия рассказывала, что в прошлый раз граф, несмотря на отказ, проследовал прямо в мою спальню, перепугав Мию. Он хотел поговорить, но я, очевидно, была уже не в том состоянии, чтобы вести светские беседы.

Собственно, я и сейчас не в том состоянии… мои нервы мне ещё очень пригодятся.

С другой стороны, получается, они прождали меня целый день и, должно быть, устали и голодны. Конечно, это совершенно не мои проблемы, но…

– Добрый вечер, госпожа!

– Добрый, Миа. Распорядись на кухне, чтобы там приготовили порядка дюжины горшочков с едой. Что-то горячее, вкусное и сытное.

– Возможно, жаркое с мясом и овощами, госпожа?

– Да, прекрасно. Пусть кто-то из стражей подвезёт готовую еду графу и стражникам, что ожидают на подъездной аллее. Да в корзины сложите тёплого хлеба и кувшины с напитками. Поднимешься ко мне, как всё будет готово, я передам тебе записку для его сиятельства.

Не переодеваясь, присаживаюсь за письменный столик и на бумаге, тиснённой гербом Эон Нидао очень медленно и старательно вывожу:

"Что бы вы ни задумали, у меня нет на это времени.

PS: Ваши люди выглядят слишком голодными и уставшими, вы их тоже не кормите и по ночам спать мешаете?”

Глава 7. Ла Дэрвиль

– Госпожа, как же приятно видеть вас в добром здравии!

Сияющая Миа появляется в спальне уже с подносом в руках и пока я умываюсь, накрывает мой завтрак. Снова на столике просторной террасы.

Зелёный салат и каша с ягодами. По моей просьбе.

– А вот здесь письма и приглашения для вас. Все они были переданы в последние несколько дней, – указывает на серебряный поднос, который ставит на низкую тумбу возле дивана.

– Спасибо, Миа. Я позже посмотрю, – широко улыбаюсь девушке, снова нарушая этикет, предписывающий благородным дэям “не более, чем лёгкую улыбку”. Но кому какое дело, если настроение только и делает, что ползёт вверх?

Быстро завтракаю и собираюсь. День снова предстоит насыщенный. Перед выходом надеваю скромную шляпку с густой вуалью и набрасываю на плечи лёгкую шёлковую пелерину. Миа говорит, что теперь я похожа на одну из зажиточных горожанок.

Вот и хорошо, снова не буду привлекать лишнего внимания, оставаясь инкогнито.

Выбираю ту же простую закрытую карету без гербов, что и накануне. Сегодня со мной дио Хэмис и Рамиз. Как и я, мужчины выглядят непримечательно и просто.

– Предлагаю начать с посещения Обители Милосердия, ваша свелость,– замечает наставник.

***

Ла Дэрвиль красив, вернее, был бы красив, если бы не бросающаяся в глаза неухоженность, грязь и общее гнетущее ощущение тоски и тревоги.

– Езжайте, пожалуйста, помедленнее, – стараюсь рассмотреть мелькающие лавки, узкие улочки, заколоченные кое-где окна домов. Вглядываюсь в лица людей на улицах, отмечаю их убогую одежду.

Солёный воздух врывается в открытое окно коляски, наполняя лёгкие восторгом, но к нему тут же примешиваются запахи нечистот и я фыркаю.

Одна из дорог ведёт вдоль небольшой возвышенности, с которой открывается вид на море, доки и огромные корабли.

От масштабности вида захватывает дух! Кажется, я только сейчас начинаю осознавать, во что влезла. Ну где я и где вот это вот всё? Это же целый город! Город!!!

– Вот мы и на месте, ваша светлость.

– Прошу вас, не обращайтесь так ко мне при посторонних.

– Конечно, уважаемая сэя, я понимаю, что мы не афишируем своё присутствие здесь, – он первым выбирается наружу и протягивает мне руку: – Позвольте помочь вам выйти.

– Спасибо, – улыбаюсь его хитрому заговорщическому виду.

В Обитель Милосердия попадают те, кому не повезло. Одно крыло большого старинного здания отведено под лазарет. Здесь помогают тем, кто не может себе позволить более качественное лечение у городских лекарей.

Возле распахнутых высоких дверей столпились люди, они о чём-то спорят. Подхожу ближе. Один из братьев милосердия объясняет бледному, измождённому мужчине с запёкшейся на лице кровью, что он не может ему помочь. Неподалёку, прямо на каменном полу сидят и лежат люди. Кто-то стонет, кто-то плачет, и все явно нуждаются в помощи. Над ними уже хлопочут две женщины в форменных серых хламидах.

– Что у вас случилось? – вступает в разговор дио Хэмис.

– Доброго дня, уважаемые, у нас нет мест, чтобы разместить его и тех, о ком он просит! Так-то самым пострадавшим мы уже помощь оказали, одного даже разместили в зале. Но посмотрите сами! Что же мне остальных на пол класть? Вот я и говорю, что или лекаря вызвать домой или попроситься в общественную лечебницу!

– Да говорю же вам, там тоже нет мест и меня отправили сюда, в надежде, что здесь помогут. Прошу вас! Хоть на пол кладите, хоть куда, но не выгонять же! Там ребёнок и женщины! Ну как же так?!

Только сейчас замечаю, что одна из женщин прижимает к груди бледного парнишку.

– Уважаемый сой, – достаю белую монетку и вкладываю в ладонь упрямого работника обители, – помогите этим людям!

– Да что мне ваши деньги?! – отказывается от целого салера работник. – Что ж я зверь какой? Но как мне быть, раз все лежанки заняты? Вот только посильную помощь и окажем прямо тут.

В очень длинной комнате и впрямь стоит множество грубо сколоченных кроватей, среди которых я не вижу свободных. Вспоминаю, как сама недавно пролежала на холодном жёстком полу и понимаю – в чём-то брат милосердия прав.

– Может, принести одеял и постелить на пол?!

– Да какие уж тут одеяла? Сами посмотрите, у нас здесь кто, чем прикрывается. Повезёт, если холстина какая найдётся.

– Ну хоть что-то же можно сделать? Рамиз! Где можно найти одеяла?

– На рынке бывают и в лавках.

– Найдите сколько сможете. Нужно хотя бы пару десятков хороших одеял, матрасов, подушек и побольше сухой соломы! Пусть всё это привезут сюда.

Вкладываю в ладонь Рамиза мешочек монет.

– Одеяла будут, продолжайте уход за пострадавшими! – обращаюсь к растерянному работнику обители.

Брат милосердия благодарит лёгким поклоном и тут же возвращается к своим делам.

– Да благословят вас боги, уважаемая! – спустя некоторое время подходит ко мне тот самый мужчина, что уговаривал брата помочь остальным. Голова у него уже перевязана, а кровь с лица смыта.

– Спасибо за добрые слова, – немного теряюсь, смущённая его реакцией. – Расскажите, пожалуйста, что с вами произошло?

– На наш обоз напали. Мы возвращались домой, распродав товар в столице, вы же знаете, что там как раз прошёл большой весенний базар. Мы ехали целой группой торговцев, включая меня, да ещё почтовая коляска. Некоторые с семьями, – тяжело вздыхает и хмурится. – Сначала угрожали мужчинам, но те неохотно делились вырученными от продаж монетами, тогда разбойники стали угрожать надругаться над женщинами и мы не выдержали.

– А ребёнок как пострадал?

– Мальчишка? Сам бросился мать защищать, глупый. Только себе навредил.

Как можно поднять руку на ребёнка? Не всегда грабители ведут себя жестоко, а у этих, судя по всему, никаких принципов.

– Сколько человек пострадало, знаете?

– Убили двух стражников, да одного упрямого торговца, чтобы других сильнее припугнуть. Остальные – кому как повезло. Кого просто поколотили, а у кого и рана от ножа осталась на память. Не хотели рыться в телегах, но точно знали, что у нас есть деньги. И даже примерно представляли сколько. Потому и трясли до последнего.

– Стражи уже выясняли у вас подробности?

– Да что там выяснять, уважаемая? Не мы первые не мы последние. Неужто не знаете, что такое у нас едва ли не через день случается? Кому-то везёт, их не трогают, а кому-то вот, как нам – нет. А что поделать-то? Нужно торговать, чтобы выжить. Мне вот прежде везло, да в этот раз нарвался.

Он продолжает сетовать на то, что с ним приключилось. И я мягко поощряю его. Задаю вопросы, внимательно слушаю. Чувствую, что ему нужно поделиться, чтобы выплеснуть эмоции и страх.

Он рассказывает о шайке разбойников, которая в последнее время совсем распоясалась. О том, как стало тяжело и опасно торговать, о непомерных сборах и безучастных стражах закона, о том, как хотел бы уехать с семьёй, да всё никак не накопить на покупку жилья в другом месте. А здесь свой дом не продать, потому как никому здесь жильё не нужно…

Рамиз возвращается с парнишками носильщиками, которые тащат ворох одеял и мешки с сеном. Начинается суета и людей укладывают прямо в закутке коридора. Мест в большой зале нет даже для того, чтобы приткнуть у стеночки лежанки из соломы.

Отмечаю в своей книжечке, что нужно проследить за обителью и её нуждами. Пусть предоставят по ней отчёт. Какие пациенты, какие трудности. Хорошо бы найти кого-то, кто будет заниматься подобными поручениями. Такого, который не будет приукрашивать действительность и кому можно доверять.

– Благодарю за вашу щедрость, уважаемая, – прощается со мной брат милосердия. – Вы не думайте, мы у порога людей не оставим надолго, как только сможем, переложим на кровати.

Желаю ему милости богов и направляюсь к выходу.

Внутри кареты даю себе несколько минут, чтобы собраться с мыслями.

– Виконт, Рамиз, поделитесь со мной соображениями и слухами, почему разбойники бесчинствуют на моих землях, а стража не может это пресечь?

Дио Хэмис смущается и отводит взгляд. Рамиз хмурится. В карете повисает пауза.

Тааак… что, и это тоже “я”?

– Обещаю, что бы вы ни сказали, я приму информацию с благодарностью, даже если она окажется нелицеприятной.

– Кхм… – на этот раз начинает Рамиз, – госпожа, если вы позволите быть откровенным… дело в том… в общем, у нас не хватает людей.

– Значит, нужно их нанять?

– Не всё так просто. Помните, вы приказали разобраться с этими нападениями своему личному отряду?

– Допустим… – ухожу от прямого ответа.

– Вы тогда распорядились сократить жалованье вчетверо до тех пор, пока не переловят всех разбойников… и ещё штрафы ввели.

Кажется, я понимаю, к чему он ведёт и заранее перебираю в памяти подходящие ругательства.

– Так вот, с тех пор личный отряд… сильно сократился. Никто не горит желанием рисковать здоровьем и жизнью без оплаты. А подобными вопросами обычно занимается именно личный отряд. У городских стражей другие задачи, да и самих стражей в городе осталось мало, особенно после того, как вы приказали наказать начальника управления.

Да уж… такими темпами, скоро я начну задавать только один вопрос: как оно всё тут до сих пор выжило?

– Так! Мы изменим это. Рамиз, я хочу назначить вас заняться этой задачей. Скажете потом, что вам потребуется и я это обеспечу. Мне нужны толковые люди в личный отряд. Если кто-то из прежних воинов захочет вернуться – я не против. Нужно отменить штрафы и наказания и выплатить работающим стражам порядка компенсацию за то, что не оставили свои посты. Мне нужен список этих людей с должностями и суммой месячного жалованья, а также список наказаний и штрафов: кому, за что и сколько.

Рамиз откровенно зависает, переваривая информацию. Даю ему время всё осмыслить.

– Не переживайте, молодой человек, авось не каждый день такая удача перепадает. Выправим высокую должность и жалованье, – дио Хэмис покровительственно похлопывает молодого мужчину по плечу.

***

Городской рынок удручает своей неухоженностью и видами грязных вонючих луж. Мимо слоняются попрошайки и подозрительного вида личности. Рамиз, на всякий случай старается идти максимально близко. Дио Хэмис предлагает взять его под локоть, чем я с радостью пользуюсь.