Текст книги "Единственный шанс мессира Хаоса (СИ)"

Автор книги: Виктория Вера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 21 страниц)

Глава 70. Вернись

Дэниэлла.

Сознание покачивается в розоватом дурмане невесомости и слабости. Так хорошо. Я туман, такой же легкий и прозрачный, как всё вокруг. Меня нет.

– Моя хорошая, ну что же ты. Давай… очнись. Дэниэлла…

Мягкие губы касаются виска, прижимаются, замирают. Осторожные пальцы очерчивают скулу, гладят, проходятся по волосам.

– …вернись. Вернись ко мне…

Я хочу увидеть того, чей это голос, но дурман не пускает меня, затягивает обратно в глубину, где так спокойно и безмятежно.

– Дэни… Ты нужна мне…

Какая-то важная мысль бьется на границе сознания. Я что-то хотела. Мне было нужно… Что-то очень важное… Силюсь осознать. Я должна понять это. Должна узнать, что зовет меня… кто зовет меня… зачем… Я должна увидеть.

Комнату наполняет солнечный свет. Пробивается сквозь полупрозрачные занавеси, расчерчивает стены и мебель ломаными полосами.

Я утопаю в мягких перинах кровати и от слабости не могу пошевелить даже пальцем.

Скольжу взглядом в поисках того, чей голос звал меня из невесомости.

Темная макушка опущена на руки. Ладони закрывают лицо. Это мужчина. Почему-то мне кажется важным, чтобы он взглянул на меня. Может по глазам, я пойму? Зачем я здесь? Там в розоватом тумане мне было так легко, а теперь я ощущаю беспомощность, которая мне совсем не нравится. И если бы не эта темная макушка опущенной головы, я бы расплакалась от досады.

Мужчина отрывает лицо от ладоней.

– Дэни!

В его потухшем взгляде вспыхивают звезды. Сильные руки обнимают меня, прижимая к себе, гладят. Он что-то шепчет, но я почти не разбираю. Лишь ощущаю, что от его тепла сжимается сердце и слезы сами застилают глаза, скатываясь по щекам.

– Вернулась… Никогда так больше не делай, Дэниэлла. Никогда не подвергай себя опасности. Ты слышишь? – пытаюсь кивнуть, но тело почти не поддается. Осознание, что я не безразлична этому человеку согревает меня.

Мужчина осторожно выпускает меня из объятий и с тревогой всматривается в лицо. Не знаю, что он ищет, но верно не находит этого. Лицо мужчины выглядит изможденным. Острые скулы, темные круги под глазами. Пламя во взгляде сменяется леденящей тревогой.

– Вот. Тебе нужно это выпить. – Подносит к моим губам чашу из которой я покорно отпиваю маленькими глотками. Живительная влага с привкусом трав течет по горлу, возвращая мне возможность говорить.

– Как ты себя чувствуешь, малышка? Ты практически иссушила себя… и несколько дней не приходила в себя.

– Я… странно… слабость… Где я? – собственный голос удивляет сиплым звучанием.

– В Рассветном Дворце. – В серебристых глазах мелькает страх. – Ты помнишь меня?

– Нет… Я не… – едва хмурюсь, силясь осознать мысль, что бъётся на грани сознания.

Прекрасное лицо всё больше бледнеет. А мне так хочется вернуть сияние его взгляда обратно.

– Я не помню тебя, но это ты вернул меня. Твой голос. Ты что-то значишь для меня, да? Я хотела вспомнить нечто важное, хотела увидеть… тебя.

На бледном лице расцветает едва заметная улыбка. Лишь краешком губ. Но я отчетливо ощущаю как сердце пропускает удар, а затем начинается биться сильнее. Он берет мою слабую руку и бережно касается губами каждого пальчика. По телу сладкими волнами расплывается тепло. Я чувствую, что знаю эти губы и так хочу вспомнить их вкус.

Тянусь свободной рукой, кладу её на шею мужчины. Уже уверенная, что самое главное – вспомнить его. Он замирает, смотрит с робкой затаенной надеждой. Пытаюсь притянуть его ближе, но слабая рука дрожит и соскальзывает, безвольно падая на постель.

Мужчина моментально склоняется надо мной.

– Рион, меня зовут Рион. Дэниэлла…

Его губы касаются моих в невесомой ласке. По телу разливается новая волна тепла, оживляя его, заставляя сердце биться неистово, гнать по венам огонь и свет. Свет…

– Ты снова светишься!

– Как тогда, когда ты позволил верену нестись во весь опор?

– Ты вспомнила!?

– Не всё, какие-то обрывочные моменты. – Шепчу, выхватывая всё больше и больше воспоминаний, лавиной накатывающих на моё сознание. – Но я была права в самом главном: Ты! Мне нужен ты, Рион! Не хочу быть без тебя, ни в том мире, ни в этом, – улыбаюсь, замирая от ощущения распирающей радости, – люблю тебя…

Рион подхватывает меня, целуя так отчаянно, словно от этого зависит его жизнь. Гладит скулы, вздрагивая всем телом. Я чувствую влагу на его щеках и прижимаюсь все сильнее. Обхватываю его шею, плечи, пальцами зарываюсь в шелковистые темные локоны. Вспоминаю всё больше с каждым мгновением. Его улыбку, его сильные руки, темные вены на бледной шее, шрамы… Шрамы!

– Рион, где твои шрамы? Что случилось?

Он смеется, перехватывает пальцы и кладет на свою скулу.

– Их нет… больше нет. Хаос сделал мое тело сильнее, исцелив его. Тысячи воинов по крупицам насытили темную энергию. Впервые за всю мою жизнь. – Поворачивает голову и целует центр ладони. – Исцелился не убивая… наверное, впору благодарить Верховный Совет за такой подарок. Еще никогда не чувствовал себя настолько полным жизни. Тем более теперь, когда ты вернулась ко мне.

– А если бы я не вспомнила тебя?

– Я бы сделал всё, чтобы завоевать твое сердце. Снова.

Мой смех разлетается серебристыми переливами по комнате. Я тоже никогда еще не ощущала себя настолько живой.

Эпилог. Новый рассвет

Дэниэлла. Рассветный Дворец.

В его объятиях так уютно, я впервые за долгое время чувствую себя дома. Не важно, что нам предстоит. Вместе справимся с трудностями. Ради нас, ради общего будущего. Мое личное счастье – знать, что могу положиться и полностью довериться любимому мужчине. Видеть отражение любви и доверия в его глазах.

– Зачем Дэймэллиану было устраивать всё это?

– Сначала хотел задеть меня, обрадовался, что наконец-то нашел способ это сделать. Хотел показать всем разницу наших положений, высмеять, отравить отношения. Но потом он решил пойти дальше и забрать тебя себе. Насладиться тем, что отнял у меня самое ценное. Как я когда-то забрал у него…

– Что?

– Он винит меня в том, что его мать, первая императрица, оставила Дворец и нашего отца ради религиозного служения. Дэймэллиан был привязан к ней. И если бы фаворитка императора, моя мама, не забеременела мной, возможно, всё повернулось бы иначе. – Рион задумчиво приподнимается на локте и проводит кончиками пальцев по моей скуле, убирая за ухо непослушную прядь волос. – На самом деле Дэймэллиану пора повзрослеть и отпустить детские обиды. Конечно проще найти виноватого, вместо того, чтобы принять жизнь такой, какая она есть. Он был одинок в своей беде, а я, по его мнению, имел всё то, о чем мечтал он сам.

– Что именно?

– Внимание и одобрение отца, магию, мать, которая находится рядом.

– Но это было в детстве. Твой дар раскрылся и стал тяжелым бременем. Разве наследник этого не видел?

– Видел и считал, что Светлые Небеса заслуженно наказали меня таким даром. Намеренно подогревал и поддерживал слухи о моей “кровожадности”. Наслаждался тем, что окружающие стали меня избегать. И всё же Хаос – это дар, дающий силу. Силу, которой нет у самого наследника. К тому же со мной остались поддержка и любовь отца.

– А мама?

– Стала избегать меня. Эй, не смотри на меня так, – смеется, – ты хотела узнать, но я не нуждаюсь в жалости.

– Прости, считай я просто дразню тебя. – Перехватываю его руку и глажу красивые длинные пальцы. – Но ты хотел ее внимания?

– До сих пор хочу. Но смирился с тем, что ее страх выше материнского инстинкта. Она, к слову, постоянно следит за мной. Справляется у служанок о моем состоянии и обо всех сплетнях, что меня окружают. Так что я не лишен ее внимания. Просто оно…

– Неполноценное?

– Наверное… до тебя я постоянно ощущал пустоту… тьму. Ты заполнила ее своим светом.

Я краснею от такого откровенного признания и опускаю глаза, но он ловит мой подбородок своими аристократичными пальцами и приникает к губам нежным поцелуем, прерываясь только для того, чтобы прошептать мне в губы.

– Я сделаю всё, чтобы ты была счастлива со мной.

– Уже… счастлива.

Бонусный эпилог

Эдеррион. Рассветный дворец.

– Я вижу, как твоё лицо озаряется от восторга и нежности, каждый раз, когда ты на неё смотришь, – голос ещё очень слаб и скрипуч, но в последнюю пару дней Император всё чаще приходит в себя. Его взгляд проясняется и на впалых щеках иногда проявляется слабый румянец.

– Так ты поддерживаешь моё решение, отец? – нервничаю, но стараюсь этого не показывать. – Ты знаешь, что я всегда готов служить Империи, но титул… он мне не нужен, если я не смогу быть с…

Сухая рука опускается на моё запястье, прерывая заготовленный ответ. Замираю, напряжённо вглядываясь в его лицо.

– Вижу, Надлунные Боги послали тебе ту, что делает сильнее и пробуждает твоё сердце, наполняя его светом и радостью. Разве могу я желать большего, для своего сына? – он улыбается, хоть это простое действие и даётся ему с трудом. В его глазах блестят слёзы: – Благословляю ваш брак, Эдеррион. Моё сердце радуется вместе с вами.

– Благодарю, отец! – опускаюсь на колено перед его постелью и целую руку.

***

От Императора я выхожу окрылённым. Я бы выбрал Дэниэллу в любом случае, но получить при этом одобрение отца, чьё мнение и отношение много для меня значат… слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Спешу по коридору, минуя огромные арки, сквозь которые виднеются уютные зелёные террасы. Сейчас они озарены приглушёнными магическими светочами. Здесь хорошо. Уютно. Рассветный дворец – одно из самых безопасных мест. Маги помогают обеспечить надёжную защиту, погреба полны запасов, на хозяйственном дворе есть скот, а обширные дворцовые оранжереи изобилуют урожаями круглый год. Да и почтовый портал для пополнения продовольствия никто не отменял.

Приветствую, идущую навстречу, группу стражников. Многих я уже знаю в лицо и по именам. Они коротко кланяются и продолжают патрулирование.

На входе в её покои тоже стража. Воины, проверенные временем и совместными походами.

Подрагивающими пальцами отворяю дверь.

Комнаты погружены в приятный полумрак, лунный свет пробивается сквозь прозрачные занавеси, раскидывая повсюду блики серебра.

Захожу в спальню. Дэниэлла сладко спит на огромной кровати, поджав колени к груди. Такая трогательная, хрупкая… но внутри стержень. Не сломалась, не сдалась, не смирилась. Боролась за себя, за меня, за нас… без неё я бы сейчас, с наибольшей вероятностью, коротал время в одиночестве тёмной камеры, дожидаясь, когда Совет окончательно растопчет меня, лишив магии и сил. Сил, чтобы защищать нашу семью и будущее Империи. Едва ли Дэймэллиан смог бы им противостоять… даже если бы захотел.

Бросаю камзол на спинку кресла и подхожу к своей невесте. После слов отца не осталось ничего, что могло бы омрачить наше будущее. Остальное – лишь рутина, задачи, с которыми я привык справляться.

Не могу удержаться и касаюсь любимого лица, заправляя выбившийся локон за маленькое ушко.

Моя.

– Рион… – шепчет в полусне, вызывая внутри настоящий шторм.

Меня ведёт от неё, тянет, словно путника в пустыне к глотку живительной влаги.

– Да, моя хорошая.

– Ты же не уйдёшь сейчас? – Распахивает глаза и даже в полутьме я вижу в них затаённую надежду.

Сейчас мне приходится решать много вопросов и порой времени не остаётся даже на сон.

Вместо ответа, наклоняюсь и осторожно касаюсь её губ, тело начинает выкручивать от желания прижать её так крепко, как это только возможно, впиться в этот сладкий рот. Сердце разгоняется, вырываясь из грудной клетки… так каждый раз, когда я касаюсь её.

Сдерживаюсь, боясь не рассчитать свои силы, всё ещё страшусь напугать её тем ураганом, который рвётся изнутри. До судороги сжимаю одной рукой изголовье постели, а другой край одеяла, чтобы хоть как-то ограничить себя, успокоиться… быть нежным для неё…

Но Дэниэлла сама обвивает мою шею и раскрывает рот, углубляя поцелуй.

– Не нужно, не контролируй себя, – шепчет, отстраняясь на мгновение и заглядывая в глаза. – Ты мне нужен, Рион. Я схожу с ума, когда долго не вижу тебя.

Такой сладкий шёпот, такой нужный.

– Моя девочка, моё сокровище, дар Светлых Небес.

Запускаю пальцы в медовые волосы, слегка сжимая на затылке, и снова целую. Дэни пытается дрожащими пальцами расстегнуть мою рубашку, но у неё это плохо получается и она отчаянно тянет полы в разные стороны, обнажая грудь, которую больше не покрывают уродливые шрамы. Затем приподнимается и пробегает дорожкой поцелуев от ключиц до живота, заставляя меня шумно выдохнуть, закинуть голову и прикрыть глаза. Касается тонкими пальчиками груди, рук, плеч.

Дыхание становится хриплым и начинает кружиться голова.

Дэниэлла ведёт плечами, позволяя тонкому ночному платью соскользнуть вниз. Я завороженно замираю, а она тянется к пряжке ремня. Отстраняюсь и самостоятельно освобождаюсь от остатков одежды.

Меня трясёт. Хочу её до ярких всполохов перед глазами, но продолжаю сдерживаться, и теперь сам покрываю её шёлковую кожу поцелуями, опускаясь всё ниже. Ощущаю, как она выгибается в моих руках, прижимается, как её дыхание становится всё более судорожным и сладким.

Целую бёдра, дразню, заставляя хныкать.

– Тшшш, Дэниэлла…

Опаляю дыханием самую чувствительную точку, легонько поглаживаю пальцем, она замирает, сжимая маленькими кулачками простынь. Касаюсь языком и осторожно ввожу палец внутрь. Она дёргается, и изящное тело ещё больше начинает дрожать. Любимая… Сводит меня с ума каждым движением, каждым словом, каждым взглядом. Хочу вернуть ей ту нежность, что она постоянно дарит мне, но это заведомо невозможно, поэтому я её вечный должник.

Поглаживаю кончиками пальцев её лоно внутри. Легонько дую на средоточие её чувствительности и снова продолжаю пари́ть языком, хочу свести с ума также, как она сводит с ума меня.

Она начинает метаться по постели и приходится второй рукой крепко прижать её бёдра, не позволяя отстраниться. Дэниэлла судорожно всхлипывает и резко выгибается. Её трясёт, а я ощущаю, как сладко она сокращается внутри. Прячет глаза, всё ещё смущается…

Не могу больше, меня штормит и выкручивает. Накрываю её своим телом, она обвивается вокруг, прижимается, открывается. Вхожу в неё, ощущая внутри волну жара.

– Открой глазки, Дэниэлла… – распахивает. Такая прекрасная, мягкие черты лица ласкает свет луны, – вот так, моя хорошая, смотри на меня.

Окончательно срывает остатки контроля, теряюсь в её взгляде, ощущениях, времени, в пространстве. Волна жара разливается по телу и меня уносит, накрывает эйфорией. Опускаю лоб на её ключицу, пытаясь осознать себя, пока тело продолжает подрагивать от переизбытка ощущений.

Она гладит, запускает тонкие пальчики в мои волосы, нежно проводит ноготками по плечам, заставляя покрыться мурашками, тянется, чтобы коснуться губами уха…

– Я хочу от тебя детей, Рион… очень… перестань контролировать дар и позволь мне зачать.

Кажется я плачу, но плохо осознаю это, впиваюсь в родные губы, прижимаю своим телом, снова и снова схожу с ума от осознания её слов… детей… моих детей… наших!

– Только после свадьбы, моя хорошая, – также шепчу ей на ушко.

– Как скажешь, – в её голосе слышится улыбка.

Дэймэллиан. Даанаполис.

– Ваше сиятельное высочество, вызывали?

Крон. Мой личный советник и единственный, кому я пока ещё доверяю.

– Есть новости из Рассветного дворца? Что с Императором?

Я нервно расхаживаю по комнате. Последнюю неделю, вокруг происходит нечто несуразное. Дворец Правления словно разворошённое гнездо горных ядовитых шершней.

– Состояние правителя улучшается. Айтесс Дэниэлла постоянно навещает его и это, очевидно, даёт свои плоды.

– Выходит, братец был прав и его действительно травили… Допросить всех ранее задержанных в свете новых данных. Не может быть, чтобы ни один целитель, ни одна сиделка, никто из слуг или охраны ничего не знали, не видели и не слышали! Найдите мне тех, кто имел наглость покуситься на жизнь правителя.

Я тихо рычу и любой другой на месте Крона уже валялся бы передо мной на коленях, умоляя не гневаться, но советник слишком хорошо меня знает, потому и ухом не ведёт, уверенно продолжая доклад:

– Подозреваю, что память тех, кто мог быть замешан в покушении блокирована магией. Нам понадобятся одарённые. Те, кто могли вести ментальный допрос, покинули дворец вместе с младшим принцем. Я отдал распоряжение найти нового мага.

– Хорошо. Ищите. И сообщи, если я смогу как-то помочь в этом вопросе. Есть ещё то, что я должен знать?

– Ваш брат запретил приближаться к Рассветному дворцу любым военным силам. Верховный императорский дознаватель сегодня огласил предупреждение младшего принца, – продолжает доклад Крон.

– Значит, новый дознаватель на связи с Эдеррионом. Тогда и мы можем положиться на него в некоторой степени. Сейчас, когда Император и мой брат так далеко, мы в уязвимом положении. Действия Совета становятся всё более дерзкими, а предложения всё чаще звучат в форме требований. Во дворце становится опасно, нам нужно быть начеку! Пусть серые охраняют дознавателя, а заодно и присматривают за ним.

– Это не вся информация. Как мы и предполагали ранее, мессир Эдеррион планирует сделку с нашими соседями. Покупка крупной партии лиллума за ресурсы северных шахт.

– Известно, что он затевает?

– По текущим све́дениям, младший принц тайно строит новые порталы, способные к перемещению больших объёмов материи, в том числе безопасное перемещение для живых существ. На данный момент нам известно о восьми точках подготовки портальных арок такого уровня. Очевидно, лиллум требуется для их активации. Если это произойдёт, то транспортная сеть всего континента изменится.

Хитрый ублюдок, он хочет подвинуть смотрящего Вериниона и всё воздушное крейсирование. Ухмыляюсь, но втайне восхищаюсь идеей Риона.

– Прикажете помешать строительству?

– Помешать? Нет. Прикажу сделать всё необходимое, чтобы Верховный Совет не узнал об этом раньше времени. Хочу посмотреть на их лица, когда они осознают, какого лакомого куска от пирога влияния их лишил младший принц!

– Будет сделано, мой принц.

– И продолжайте следить за каждым шагом ближайшего окружения Эдерриона. Кстати, что с девушкой?

Крон едва заметно улыбается, но тут же возвращает лицу бесстрастную маску:

– Айтесс Дэниэлла не желает пышной свадьбы. Будущая принцесса настаивает на том, чтобы отложить торжество до того времени, когда Император достаточно окрепнет, чтобы присутствовать на церемонии.

Надо же… свадьба. Укол ревности привычно разливается внутри, отравляя и без того поганое настроение. Отец всегда благоволил младшему сыну. Будь на его месте я, у меня не было бы шансов. Но я и не Эдеррион.

– Кстати, сегодня до меня дошли интересные сведения. Похоже, кто-то распускает сплетни о том, что младший принц насильно удерживает Императора в Рассветном Дворце. Некоторые газетёнки доходят до того, что пишут пространные рассуждения о том, что правителя и вовсе уже нет в живых. Серые следят за каждым издательством. Все ниточки ведут к Верховному Совету, но пока не известно, кто именно из Советников отдаёт приказы. Если желаете, мы можем прижать дельцов, что держат издания, но это может помешать выйти на основных заказчиков.

– Нет, ты всё правильно делаешь, ищи источник. Мне нужны имена, Крон. Хотя бы тех, кто точно не участвует в этом. Хотя я уже сомневаюсь, что могу положиться хоть на кого-то из Верховных Советников.

– Я работаю над этим, мой принц.

В последнее время Верховный Совет окончательно обнаглел. Они больше не боятся меня, считая своей послушной марионеткой. И у них есть все основания так считать! Перевес сил сейчас явно не в мою пользу. Всё, что мне остаётся, чтобы выжить и сохранить трон за Императорской семьёй – это подыгрывать Верховному Совету. Унижаться, соглашаясь на их требования и скрывать собственную игру. Приходится делать вид, что меня мало интересуют дела Империи. Пусть считают, что я не представляю угрозы и мною легко управлять. Пока…