Текст книги "Босс под полтос. Вместе из мести? (СИ)"

Автор книги: Виктория Волкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

Глава 14.

– Зачем вы это затеяли? – шиплю, стоит нам выйти из магазина. Оглядываюсь машинально. Антошка стоит у окна. Звонит кому-то. Наверняка сфотографировать успел.

Сейчас понесется гуано по Енисею.

– Ну сказал! А что такого? – пожимает плечами Сомов, груженый пакетами. – Над нами никто свечку не держит. Сегодня жених и невеста, а завтра разбежались. Зато все просто и понятно. Никаких тебе подозрений, – бубнит он, оглядываясь по сторонам. Кивает на ресторан, расположившийся на противоположной стороне улицы. – Нормальная забегаловка, или так себе?

– Хороший, – подтверждаю уверенно. – Вкусно, чисто…

– Тогда я пойду, закажу столик, а ты за машиной сгоняй. Поедим и дальше по делам поедем, – велит он, возвращая меня с небес на землю. Я – водитель, а он – клиент. Никакие мы не жених с невестой.

– Здесь лучше машину не оставлять, – кручу головой по сторонам. Солнечным днем на улице мало народу. И машины вроде припаркованы намертво. Никто за мной не следит. Но я постоянно боюсь подлянки от Сухоноса. У меня как чипчики на его выходки встроены.

Если он сказал, что отберет у меня Майбах, значит, воспользуется любым моментом. И поэтому нужно держать ухо востро.

– Может, в другом, более тихом месте пообедать? – морщит нос Сомов. – Давай по городу покатаемся. Ты мне достопримечательности покажешь, – направляется он обратно к банку.

И мне ничего другого не остается, как трусить следом.

Упираюсь взглядом в широкую спину Сомова и снова сержусь на него.

Вон сколько всего набрали! А он даже спасибо не сказал. За плечи приобнял и объявил на весь зал.

– Ты справилась, Маргаритка моя!

Вот же…

Хорошо хоть целоваться не полез. Расплатился платиновой дебетовой картой. Взял меня за руку и бодренько так вывел из магазина.

Но если честно, Богдан Олегович прав. Я отличные костюмы ему выбрала. А еще упаковку длинных носков, рубашки, галстуки и туфли.

Как жениха одела! Завтра у губернатора краше всех будет. А у меня свободное время появится.

– Слушай, я знаешь что подумал? – поворачивается ко мне Сомов. И молчит. Не продолжает дальше. Ждет, когда подойду.

– Что? – поднимаю на него взгляд. И сдается мне, Богдан Олегович подготовил для меня новое поручение.

– А давай ты со мной вместе к губеру сходишь. Ты же там всех знаешь…

– Нет, ни в коем случае, – мотаю головой. И в ужасе смотрю на банковскую парковку, по которой деловито идет невысокий мордатый мужик, важный и невозмутимый. Кожаную папочку к жирному боку прижимает. Его я узнаю сразу. Это же Саша Цимер, правая рука Сухоноса, козел драный. Как и мой бывший. – Нет, только не это! – тяну в панике.

– Да почему? – не понимает меня Сомов.

А я уже со всех ног несусь к своему Майбаху. Ясен пень, Цимер за ним приехал. Он же в прошлом угонщик машин. Ценный специалист, как оказалось.

Аркаша по молодости его отмазывал пару раз, а потом и вовсе на работу взял. Вот Сашка уже лет десять служит преданно.

А сейчас и старые навыки пригодились. Ключ от моего красавца у бывшего должен был остаться. И скорее всего, Аркадий Валерьевич на него надеялся. Но я тоже не лохушка. Кому должна, я всем прощаю!

Быстренько смоталась в Шанск к известному мастеру. И замочек с ключиком перепрограммировала. Поэтому теперь вскрыть мою машинку может только профессиональный угонщик.

Тот же Цимер!

– Что случилось? Ты чего рванула, будто тебя к сети подключили? – догоняет меня Сомов с пакетами наперевес.

– Вон, мужика видишь? – машу руками, выдыхаю на бегу. И тут же останавливаюсь. Дыхалка подводит. – Он за майбахом пришел. Сейчас замок вскроет. Надо успеть…

– Так, держи, Марго. Иди спокойно. Я порешаю, – отдает мне свои пакеты Богдан Олегович. А сам врубает первую крейсерскую. Даже не подозревала, что он способен бежать стометровку как мальчик.

Перепрыгивает через невысокую чахлую ограду. Я бы до ворот кругаля дала. Балда такая!

Иду спокойно к машине. Пакетами размахиваю. Хотя больше всего хочется рвануть следом. За Сомовым уже устремляется банковская служба безопасности.

Один Цимер чувствует себе спокойно. Ему даже на руку шум на парковке. Охрана отвлеклась. Саша не спеша идет между рядами машин. Тормозит около моего красавчика. Достает из кожаной папочки планшет.

Тыкает в кнопки. И мой майбах отзывается послушным писком.

Мяучит, гад. Да еще фарами моргает, как родному.

Цимер быстро распахивает дверцу и уже собирается усесться за руль, как получает удар под ребра от Сомова. Планшет выпадает из пухлых рук. Сашка разворачивается в гневе.

Вижу его перекошенное лицо, звериную ухмылку.

Морщась, Цимер мгновенно превращается в обычного уголовника. Ощерившись, угрожает моему Бусе. А тому хоть бы хны. Богдан Олегович только слушает молча. Кивает. Что-то говорит лениво. Видимо, просит отойти от машины.

– А ты кто такой? Откуда взялся? Это моя тачка! – наступает на него Цимер.

И мне становится страшно. Сейчас нож достанет и грохнет моего Дасю. Лишит меня работодателя. А у меня еще не все долги закрыты.

Глава 15.

– Эй, а ну отойди от моей машины! – подхожу поближе.

– Маргарита Николаевна, долги возвращать надо, – назидательно заявляет Цимер. Значит, я не ошиблась. Аркашка снова пошел в наступление.

– Это моя машина. По документам моя, – втолковываю помощнику Сухоноса.

– А по понятиям? – смотрит на меня сурово. – Вам бы поберечься лучше. Вы – женщина одинокая. В возрасте… Амбала своего уберите. А то порежу, не дай бог! – усмехается криво.

– Да мне положить на твои понятия, опарыш, – наступает на него Сомов. Раскрасневшийся от гнева.

А Цимер уже вовсю ножом размахивает, как в лихие девяностые.

– Вы куда смотрите? – перевожу возмущенный взгляд на охранников, застывших в сторонке. – На ваших клиентов напали, а вы стоите, булки мнете! – перехожу на крик.

– Мы вызвали подкрепление! – заявляют хором. Хотя у них даже телефонов в руках нет!

Ясное дело, их Сухонос подкупил.

– Так мы это… – бубнят они.

– Опа! – передразнивает их Сомов. Делает шаг к Цимеру, заставляя врага отступить. – Значит, по-хорошему ты не понимаешь, – рычит он и сейчас больше напоминает лесоруба, чем бизнесмена.

– Да ты не знаешь, против кого пошел! – вопит Цимер и опять кидается вперед.

– Надоела мне эта самодеятельность, – морщится Богдан Олегович. Нависает над Цимером с высоты своего роста. Ну точно медведь. И бьет Сашку кулаком по голове.

Тот оседает медленно. Плюхается на асфальт.

– Воды ему принесите, когда оклемается, – велит Сомов охранникам. Технично забирает у меня ключ от машины вместе с покупками.

Зашвыривает их на заднее сиденье. Церемонно открывает мне дверцу пассажирского сиденья и сам плюхается за руль.

– Я поведу, – уведомляет только сейчас. – Мне адреналин выплеснуть надо. А тебе успокоиться, Маргаритка, – заводит двигатель. – У меня такой же дома, – добавляет самодовольно.

И я впервые в жизни теряюсь с ответом.

Хлопаю глазами, усилием воли закрываю полуоткрытый рот. И зачем-то поднимаю глаза к окнам банка.

А там в открытую, не прячась за шторками, Рем стоит. Руки в карманы. И ржет как пацан.

– Сдается мне, тебе в этом банке счет сразу откроют, – заявляю весело.

– Да на фиг они мне такие хорошие нужны, Маргошка? – выезжает с парковки Сомов. – Если неуважительно относятся к чужой собственности и не соблюдают законы, то грош цена их заявлениям, – морщится он.

Поворачивает на проспект, ведущий к трассе. Безошибочно. Будто сто лет ездил. И у меня закрадываются нехорошие подозрения.

Впрочем, подозрения всегда бывают плохими. А хорошие – только надежды.

– Давай все-таки заедем куда-нибудь пожрать, – с тоской пялится на дорогу Богдан Олегович. – А то я чокнусь, ей богу! И так от голода маялся. А еще кулаками помахал, – вздыхает он. – У меня после драки всегда аппетит хороший.

Не то чтобы я волновалась!

– Тут уже никаких ресторанов нет, – с тоской гляжу на мелькающие за окном дома спального сектора, на людей, спешащих по своим делам, и на показавшуюся набережную.

– Серьезно? – кивает Сомов на балюстраду.

– С этой стороны только чебуречные и Макдональдс.

– Пойдет, – уверенно заявляет Богдан Олегович и сворачивает к озеру.

И я, как непроходимая дура, до последнего надеюсь, что он остановит у «Вкусно и точка». Но Сомов проезжает чуть дальше и тормозит около чебуречной.

– Вот тут и прибомбимся, – останавливается на широкой дорожке. – Сейчас пожуем и потреплемся. В доме и в машине я не хочу.

– Думаешь, где-то прослушка?

– Не без того, – пожимает плечами Сомов. Первым выходит из машины. Открывает мне дверцу и подает руку. – Организуй для нас местечко, Маргошка, – обводит взглядом зеленый газон и лавки.

– В траве клещи, на скамейках бомжи, – выпаливаю на одном дыхании. – Предлагаю прямо на балюстраде устроиться, – киваю на белоснежное ограждение набережной.

– Логично, Маргарита, – тут же соглашается Богдан Олегович. Смотрит на меня изучающе. – А ты капризная дамочка, как я погляжу.

Вот тут бы мне смолчать. Вспомнить о своем статусе водителя. Но меня будто прорывает.

– Кто бы говорил, Буся, – фыркаю насмешливо и, обогнув Сомова, иду к озеру.

Вся такая независимая и гордая.

И спотыкаюсь об камень.

Глава 16.

– Налички не было. Пришлось кукарекод ввести, – радостно заявляет Сомов, выставляя на широкие перила пакет с соком, стаканы и две картонных тарелки с чебуреками, сложенных одна на другую.

– Что? – переспрашиваю обалдело. – Какой код?

– Кукарекод! – повторяет раздраженно Богдан Олегович. – Карты они не принимают. Только наличку или код этот дурацкий… Пришлось приложение открывать…

– Вы специально прикалываетесь? – буравлю его недоумевающим взглядом.

– Что я тебе, пионерский значок, что ли? – фыркает Сомов и задумчиво смотрит вдаль. – Марго, давай на пляж спустимся. На шезлонгах посидим…

– А в это время Аркадий Валерьевич уведет мой майбах, – качаю головой.

– Да отсюда видно, – машет рукой Сомов. – Если что, я успею…

– Второй раз этот номер не пройдет, – достаю из пакета тарелочки с горячими чебуреками. – Я не ошибаюсь насчет Сухоноса. Рада бы… – поворачиваюсь вполоборота к машине. – Шурик Цимер покажется нам чудесным цветочком в сравнении с безопасниками моего бывшего.

– Думаешь, за нами хвост? – повернувшись к машине, Богдан Олегович придирчиво оглядывает территорию. Чисто Наполеон Бонапарт. Только подзорной трубы не хватает и шапки, похожей на чебурек.

– Неужели вы считаете, что Шурик был один? Наверняка за нами сразу поехали, – вздыхаю я. – Так что быстро расправляемся с чебуреками, садимся в машину и гоним к себе.

– Намекаешь, чтобы я сразу к делу переходил? – Сомов щурится на ярком солнце.

Молча киваю. Ем промасленное горячее тесто. Надкусив осторожно, вытягиваю губами жирный бульон и тяну в восторге.

– Ммм… Вкусно, давно не ела!

И в ужасе наблюдаю, как за минуту со своим чебуреком расправляется Богдан Олегович.

– Ешь спокойно, – велит мне. Пьет сок, вытирает губы салфеткой. Разворачивается спиной к озеру и совершенно серьезно говорит. – Значит так, Маргарита. План у меня такой…

– Расскажите сперва, чем вас Сухонос так раздраконил…

– Да если бы дело в нем было, – вздыхает Сомов. Опершись о перила, ставит ногу за ногу. Смотрит задумчиво на майбах и выдает. – У твоего бывшего есть один знакомый пидорас. Тайный компаньон. Знаешь о нем что-нибудь?

– Слышала, но ни разу не видела, – соглашаюсь с набитым ртом.

– Так вот, мне именно эта падла дорогу перешла. Слон, будь он неладен, – бурчит негромко Сомов.

Точно, Слон!

Аркашка всегда ему долю прибыли возил. Раз в месяц лично в Москву мотался. Заодно Нинку свою выгуливал. Зараза…

– Он у моего дядьки бриллианты попер. А они, между прочим, для серьезных людей предназначались. Идеальной чистоты и огранки. Я лично отбирал в нескольких партиях. Отправлял в Москву с доверенным человеком. А тут у дядьки обыск по совершенно надуманному обвинению… Прикинь. Брюлики эти в мешочке в столе лежали. А как обыск прошел, их не стало. Дядьку чуть Кондратий не хватил. Даже заикаться стал…

– И вы хотите их через Сухоноса стребовать? – ничего не понимаю.

– Нет, камни нашлись. Мир не без добрых людей[3]3
  Кстати! Бриллианты старому ювелиру вернул Яков Лютов, главный герой романа «Экзамен на отцовство. Семья для Лютика». История получилась трогательная и нежная


[Закрыть], – мрачно заверяет меня Богдан Олегович. – Но я решил отомстить Слону. Только как? Он – полковник. Напрямую к нему не подобраться. Поэтому я хочу обескровить его основной приток бабла. Мои люди твоего долбоящера выследили. Поняли, кто такой Сухонос, и сколько он в клювике каждый месяц приносит. А дальше простая арифметика, Марго. Вычислить процент Слона не представляет труда…

– Каким образом? – даже есть перестаю.

– Представь, я знаю точные цифры, – улыбается мне Богдан Олегович, а меня мурашит по полной.

– А-а-а… Ну тогда да, – соглашаюсь нехотя. – А что от меня требуется?

– Давай поставим вопрос иначе: что у тебя есть? – хитренько подмигивает мне Сомов.

– Да я и сама толком не знаю, – пожимаю плечами. – Мне удалось спереть три ежедневника, один планинг.

– Пиджак кожаный… магнитофон импортный, – смеется Богдан Олегович.

– Типа того, – жирными руками тянусь к пакету с соком.

– Погоди. Я налью, – спохватывается мой новый шеф. – Что еще, Марго? Постарайся вспомнить…

– Скрины документов, целая папка, – рапортую весело. Наблюдаю, как в тонкий пластиковый стаканчик льется густой томатный сок. – Плюс я знаю его систему паролей. Он, конечно, текущие поменял. Но сам принцип не изменился…

– И эта паскуда все равно пытается тебе насолить? Ты же его за яйца держишь…

– К сожалению, нет, – делаю глоток. – Я хапнула все, до чего смогла дотянуться, – признаюсь честно. – Но мне не хватает мозгов и знаний всем этим воспользоваться. Я думала, сын поможет мне хоть что-то отстоять, однако Петруша занял сторону отца, – стараюсь говорить спокойно, но голос дрожит.

– Говнюк он, а не Петруша, – тут же рыкает Сомов. И добавляет с довольной ухмылкой. – Не зря мы с тобой встретились, Маргошечка. Ох, не зря! Я каждой бумажке найду применение, – обещает он зло и добавляет спокойно. – Подумай, во сколько оценишь весь архив… Я заплачу.

– Я и так скажу, – собираю мусор в пакет. – Мне особо ничего не надо, Богдан Олегович. У меня все есть. Но если вы взгреете Сухоноса, буду только рада.

Кстати! Бриллианты старому ювелиру вернул Яков Лютов, главный герой романа «Экзамен на отцовство. Семья для Лютика». История получилась трогательная и нежная

Глава 17.

– Я не совсем понимаю, Марго, – задумчиво тянет Богдан Олегович. Лениво наблюдает, как у соседней шашлычной тормозит старая потрепанная тойота. Из нее выходит старый Аслан Вагитов, местный авторитет, хозяин шашлычной, чебуречной и еще нескольких шалманов на пляже.

И злейший враг Сухоноса. Они что-то не поделили лет двадцать назад, и до сих пор успокоиться не могут.

Аслан кивает мне с насмешливой, чуть ленивой улыбкой.

Здоровается. А сам на нас с Сомовым поглядывает. Неужели и до него вести о нашей свадьбе дошли? Я даже не предполагала, что сарафанное радио так быстро работает.

– Едем, – киваю на майбах. – Пора уже.

– Давай постоим. Денек хороший. Благостный, – улыбается довольно Богдан Олегович. – На озере гладь. Солнышко светит. И на душе хорошо.

– Пора, – напрягаюсь я.

Кажется, вокруг воздух электризуется. К шашлычной еще машины подъезжают… Нужно сматываться, пока тут разборки не начались. Люди Вагитова славятся жестокими драками.

– Сейчас поедем, – кивает мне Сомов. – Ты лучше скажи, почему Сухонос до сих пор не выкрал тачку из поселка? Там же проще. Пока ты дрыхнешь, как морская свинка. Или по пляжу в лосинах гоняешь…

Вот спасибо! И за свинью, и за лосины.

Но сейчас явно выбирать не приходится. У нас с Сомовым сговор намечается. Кто мне еще поможет?

– Да там все просто, – пожимаю плечами. Сунув руки в карманы бомбера, задумчиво смотрю на озеро. Глаз по привычке цепляется за три дачи, построенные прямо на берегу.

«Если нельзя, но очень хочется, то можно!» – вспоминаю насмешливую поговорку Сухоноса.

Видимо, одновременно захотелось… Бывшему прокурору Дерюгину, судье Филипповой и заместителю бывшего мэра.

– Вон, видишь, – киваю на зеленые нарядные крыши. – Три дома из двадцати в нашем коттеджном поселке построены с нарушением законодательства. Поэтому поселок не был вовремя введен в эксплуатацию. Дома так и числятся самозастроем. Ни прописки людям, ни адреса нормального.

– Хреновая история, – вздыхает Богдан Олегович. – А эти трое? Я смотрю, у них все в шоколаде.

– У них ресурс, – вздыхаю я. – Угадайте, кто устроил эту подлянку нашей Лозанне? – добавляю насмешливо.

– Сухонос, что ли? – хмыкает весело Сомов.

– Да, – киваю я. – Поэтому, если он или его люди только сунутся к нам в поселок, их местные на вилы поднимут.

– Ну, ясно, – коротко кивает Буся. Смотрит насупленно на Вагитовских у кафешки. Переводит взгляд на подъехавшую охрану Сухоноса и заявляет решительно. – Нам пора, Маргарита Николаевна.

Будто я его тут удерживаю!

– Едем, пока ветер без камней, – берет меня за руку, словно девочку. – Еще споткнешься? – кивает на дурацкий камень.

У меня внутри все закипает от ярости. Но по позвоночнику уже бежит холодок, заставляя сжиматься сердце.

Парни из службы безопасности моего бывшего уже бегут к нам навстречу с битами. Внутри все съеживается от ужаса.

– Не бойся. Веди себя как обычно, – тихо наставляет меня Сомов. Неспешно, будто выжидает чего-то, открывает мне дверцу. Сам садится за руль. Плавно давит на педаль газа, будто ничего ему не страшно. Выезжает почему-то по боковой дорожке.

А я в ужасе наблюдаю, как здоровые амбалы с битами добегают до чебуречной. Растерянно смотрят на отъезжающий майбах. А навстречу им уже выходят бойцы Вагитова.

– Это же не может быть совпадением! – кричу в голос.

Дима Бунькин, шкаф из лички Сухоноса, что-то объясняет невысокому горцу в черной рубашке. Но тот лишь отрицательно мотает головой.

– Да какой там, Марго! Скажешь тоже, – самодовольно фыркает Богдан Олегович. – Это я им г*вна на вентилятор набросил, – ржет в голос. – Когда дурацкий кукарекод вводил, пацанам по секрету сказал…

– Что?! – выдыхаю в ужасе, сгибаюсь в три погибели.

– Ну как что… Не о нас же… – огрызается Богдан Олегович.

И на том спасибо! Набросчик хренов.

– Я им немного Сухоноса вломил. Объяснил, что будет нападение на чебуречную и поджог…

– А они… – всплескиваю ослабевшими руками, и даже сформулировать не могу.

– Вызвали подкрепление, – довольно заявляет Сомов. – Когда парни Сухоноса прибежали, мы уже уехали. Чистенько получилось…

– Вагитов нас видел вместе, – шепчу в ужасе. Об этом человеке ходят разные сплетни и домыслы. Один ужасней другого. Но я почему-то склонна верить…

– Вот и хорошо, – выруливает на трассу неугомонный мститель. – Пусть Аркаша знает, откуда прилетело, и больше к тебе не лезет. Дебил, бл…

– А Вагитов? Ты о нем подумал? Он же отомстит нам. Не дай бог сейчас кого грохнут…

– Не успеют, – самоуверенно заявляет Сомов. – Я им до кучи еще полицию вызвал. Пусть развлекаются пацаны. Мне не жалко!

Глава 18.

Да ну?

– Надеюсь, Богдан Олегович, вы знаете, что делаете? – фыркаю как ежик.

– Непременно, Маргарина Николаевна, – улыбается он светски. Снова меня подбешивает дурацкими шутками.

Ну какая я тебе Маргарина, чудовище! Так бы и заехала по черепушке.

Тянусь к магнитоле. Включаю музыку. Выбираю арию Сюзанны из «Фигаро» Моцарта. Прикрываю глаза. Вспоминаю, как пела ее лет пять назад.

Тогда каждый миг искрился! Я проживала роль и кайфовала. У меня была семья. Дети жили со мной. Аркашка если и гулял, то очень осторожно. И мне казалось, я живу в каком-то нереально красочном мире. Словно на розовых облаках летаю.

А сейчас…

Кошусь на Сомова, уверенно ведущего майбах к коттеджному поселку на всех скоростях. Интересно, куда он так торопится? Мажу взглядом по насупленной физиономии, по рукам, вцепившимся в руль.

Что ж тебя так раздраконило? Пять минут назад был весел и сыт. А сейчас что?

Сомов в моем представлении – как дите малое. Но сейчас со своими шуточками зашел очень далеко. Стравить Сухоноса с Вагитовым – дело нехитрое. Вот только потом они могут объединиться. Богдан Олегович сбежит, а я тут останусь на съедение двум матерым хищникам.

Аркашка с костями проглотит и не подавится. Что же делать? Вот это я попала… Может, стоило отдать этот дурацкий майбах?

«Миронова, ты чего?» – с возмущением вопит внутренний голос. – «Ну какой отдать? Сбрендила, мать?»

И я снова погружаюсь в музыку. За «Фигаро» следует Хабанера из Кармен. Она написана для меццо-сопрано, но обычно ее поют все кому не лень. Но когда ее пела я, у бедняжки Хосе не было шансов соскочить.

Машина подлетает к воротам поселка. Сомов сигналит на КПП, будто за ним сто чертей гонятся. Подруливает к моим воротам. И как только Майбах замирает на подземной парковке, с видом мученика вываливается из-за руля.

– Я думал, сдохну от этой пилки дров, – заявляет возмущенно. – Аж голова разболелась от дурацких трелей. Это вообще кто-то кроме тебя слушает? – смотрит на меня с сомнением. – И кто это пел вообще? Ужасный голос. Просто уши заложило от дурацкого мява. Как кошка орет на крыше…

– Кхмм… – выйдя из машины, поджимаю губы. Закрываю ворота гаража на засов.

Естественно, мне доподлинно неизвестно обо всех, кто любит слушать оперу, но в театре всегда аншлаг. И я точно знаю, кто поет.

Я. Та самая дурная кошка с крыши.

Спасибо вам, Богдан Олегович, правда, не от чистого сердца.

Молча поднимаюсь на первый этаж. Открываю входную дверь изнутри. Выхожу уже на крыльцо, как сзади несется бас Сомова.

– Марго, погоди. Мы не договорили. А что ты такая смурная? – вглядывается в мое лицо. – Обидел кто?

Зашибись! Он даже ничего и не понял…

– Все в порядке. Мне нужно к себе. Голова болит, – пытаюсь отвязаться от назойливого кавалера. Нужно позвонить кому-нибудь из знакомых. Узнать, чем закончилась потасовка около чебуречной.

Хотя… Дались они мне!

– Слушай, Марго, – хватает меня за руку Сомов. Разворачивает к себе. Его точно за угол не задвинешь. Если решил поговорить, всем ховаться.

«Это Дася. Всем ховаться. Дасе хочется общаться», – вспоминаю совершенно ни к месту.

– Что? – останавливаюсь посреди дорожки. Выжидательно смотрю на трамвайного хама. А ему хоть бы хны.

– Хочу тебя завтра с собой к Портнягину взять, – вздыхает он задумчиво. – Надо было и тебе прикид купить, что ли?

– У меня все есть, – отрезаю строго. – Но позвольте спросить, в каком качестве мне идти с вами к губернатору? Личного водителя, так и в бомбере сойдет…

– Ну как кого? – берет меня за руку. Целует пальцы. – Моей будущей жены, конечно!

Вижу, как во двор с улицы через кованые фрагменты ограды заглядывает соседка Игнатьевна. Эта сейчас всему поселку растреплет. Расскажет все, что знает, а что не знает, придумает.

– Кхмм… Это преждевременно, Богдан Олегович, – выдыхаю поспешно. Но руку из лапищи Сомова не выдергиваю. – Давайте сделаем так. Вы в областную администрацию на прием сходите, а я в театр на репетицию. А потом встретимся и обсудим, что дальше делать…

– Да я уже все наметил. Штрих-пунктиром пока. Но жирным, – снова глумится Сомов, а я закипаю и срываюсь.

Плевать на Игнатьевну и губернатора! Осточертели мне эти шутки за триста.

– Знаете что? – выдыхаю гневно. Технично вытягиваю руку из слабого захвата. Гордо шагаю к себе. А сзади слышу громкое дыхание Сомова.

– Ну что за фокусы, Марго? – перехватывает он меня у самой двери во флигель. – Мы договорились поработать с архивом. Или ты передумала, и в кусты?