Текст книги "Эпоха мертвых (СИ)"

Автор книги: Виктор Глебов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Глава 11

Адая завернулась в одеяло и села на постели. По обнажённым плечам скользнул холодный лунный свет и сразу же погас, оплетённый раскачивавшимися за окном деревьями. Женщина какое-то время пристально глядела на некроманта, её большие тёмные глаза казались влажно подрагивающими агатами.

Эл стоял перед большим тазом с водой, опустив в неё кончики бледных пальцев. Человек, похожий на мраморную статую, изваянную безумным скульптором, решившим пренебречь всеми канонами искусства.

Все думали, он приходил, чтобы заняться любовью. И Адая не разрушала иллюзию. У них был договор. Сначала девушку пугал этот странный человек, но затем она поняла, что ждёт его визитов. Он был самым интересным мужчиной из всех, кого она встречала.

Герцог являлся в публичный дом принимать ванны. Адая умела готовить снадобья, нужные ему. И кое-какие другие, о которых некромант не слыхал прежде. Девушка понимала: тот, кто является к ней, не похож на обычных людей. Как минимум, тем, что по всем признакам он – живой мертвец! Сначала Адая даже решила, что клиент – вампир.

Каким-то образом Эл узнал о способностях девушки. Конечно, она делала много мазей, притираний и так далее, и, вероятно, о ней герцогу рассказали. Но Адае всё равно чудилось в этом что-то мистическое. Наверное, из-за самой личности посетителя.

Он, безусловно, был колдун. Вот и теперь девушка наблюдала за тем, как Эл достал маленький мешочек, распустил шнурок и бросил две щепотки его содержимого в воду. Адае очень хотелось понять, зачем. Но она не смела встать и подойти.

Пока герцог принимал ванну, наполненную своими и её снадобьями, она лежала, уставившись в потолок. Могла бы поспать, но сон не шёл. Адая знала, что скоро её клиент выйдет, обольётся приторными духами, которые стоили, наверное, как месяц работы проститутки, если не больше. Девушка не сразу сообразила, что так её посетитель забивает запах разложения, который испускает. Но теперь она знала о герцоге довольно много. По крайней мере, ей так казалось.

Когда он явился в первый раз, то выглядел гораздо хуже. Словно труп, поднявшийся из могилы. Сейчас же герцог походил на тяжело больного. С кожи исчезли подозрительные пятна, череп покрылся редкими чёрными волосами. Адая с гордостью отмечала изменения, которые происходили с клиентом благодаря её волшебным составам. Нет, это не были лекарства. Нельзя вылечить от смерти. Маскировочная магия – вот, что умела создавать Адая.

Пока девушка разглядывала Эла, он смотрел на воду в тазу. Та, словно экран телевизора, показывала заснеженную улицу, тускло горящие фонари и белые двускатные крыши. В толпе прохожих демоноборец разглядел фигурку в широкополой шляпе и длинном сером плаще, торопливо протискивающуюся к овальной арене, обнесённой низкой деревянной оградой, за которой бросались друг на друга лохматые огромные псы. Это, без сомнения, был один из кварталов четвёртого яруса. Вероятно, Курад должен встретиться здесь с тем, кого обещал привести некроманту. Если только он не зашёл сюда просто сделать ставку.

– Что ты делаешь? – спросила Адая.

Эл обернулся.

– Ничего интересного, – ответил он. – Нужно кое-что проверить.

– Не расскажешь, что?

Некромант покачал головой.

– Мне скоро уходить. Кажется, твои снадобья творят чудеса.

– Так и есть. Ещё немного, и ты будешь выглядеть, как жи… Как обычный человек.

Девушка хотела сказать «живой». Это не ускользнуло от Эла.

– Это мне и нужно, – сказал он.

– Голос, правда, я изменить не могу, – заметила Адая.

– Ничего страшного. Внешности вполне достаточно. Ты не расскажешь, где и как научилась готовить снадобья?

– У всех свои секреты.

– Понимаю.

– Магию нужно поддерживать.

– Не волнуйся, я буду приходить.

Адая убрала от лица волосы и, склонив голову к плечу, некоторое время разглядывала демоноборца. Затем сказала негромко:

– Интересно, как ты будешь выглядеть, когда магия полностью подействует.

Эл смешал рукой изображение в воде.

– Мне нужно идти, – сказал он.

Но подошёл не к двери, а к окну.

Снег падал тихо и медленно, крупными хлопьями. Ровно ложился, покрывая следы лошадей и людей пушистым белым саваном.

– Грустно, – сказала Адая, садясь перед зеркалом. – Не люблю зиму. Всё вокруг словно умирает. А ты? Какое время года ты любишь?

– Я? – тон у некроманта был удивлённый, словно сам вопрос поставил его в тупик. – Не знаю… Никакое. Мне всё равно.

– Так не бывает, – скосила глаза на отражение Адая.

Белое тело герцога в глубине зеркала было неподвижно и оттого напоминало статую ещё сильнее. Множество шрамов и незаживающих ран, отверстий, оставленных стрелами – всё это скрыла магия.

– Бывает, – проговорил Эл.

Поддавшись порыву, Адая встала и подошла к нему. Ласково погладила по руке, к собственному удивлению не испытав отвращения.

– Такие, как ты, есть и среди обычных людей, – сказала она. – Они тоже всегда что-то ищут, но не могут отыскать. У них строгие и печальные лица. Мы называем их «ильдары», вечные путники. Они проходят мимо и не возвращаются – словно снег, что никогда не ложится на землю дважды. Странники, потерявшие покой. Или никогда его не имевшие.

Эл повернулся к девушке. Его глаза ночного хищника ничего не выражали. Адае стало не по себе.

– Прощай, – сказал демоноборец, отстраняясь.

Он быстро оделся.

– Когда ты снова придёшь? – выпалила Адая, видя, как он направился к двери. – Придёшь⁈

– Разумеется, – ответил Эл. – Наш договор в силе? – добавил он спустя пару секунд. – Никому ни слова?

Девушка кивнула.

– Я не подведу, – сказала она. – Буду молчать как рыба. Всё только между нами.

– Хорошо.

– А знаешь, что говорят про комету, которая появится через восемнадцать дней? Что она очень красивая, но принесёт людям несчастье. Ты в это веришь?

Девушка словно пыталась задержать Эла.

– Нет, – ответил он. – А теперь прощай. Мне пора.

Адая нерешительно подняла руку в прощальном жесте, но демоноборец не заметил его. Он отворил дверь, на короткий миг свет из коридора залил часть комнаты, а затем девушка снова погрузились в зимний полумрак.

Глава 12

Выйдя во двор, Эл направился по узенькой темной улочке на главную площадь Ялгаада. Снег кружился вокруг крупными хлопьями, таял на одежде, скрипел под ногами. Деревянные, обитые железом ставни были закрыты, но сквозь щели пробивался колеблющийся жёлтый свет: жители столицы жгли лучины или свечи – в зависимости от достатка.

Легионер свернул на бульвар, в центре которого располагался ряд фонтанов, выполненных в виде фигур, изображавших отпрысков королевского рода. Головы статуй казались седыми из-за покрывавшего их снега.

Несколько человек стояли у высокого раскидистого дерева и возбуждённо спорили. Затем двое из них выхватили кинжалы и бросились друг на друга. Остальные отступили и боязливо огляделись, опасаясь ночной стражи. Один из них заметил Эла и похлопал по плечу своего приятеля. Отделившись, они пошли навстречу демоноборцу.

– Доброй ночи, господин, – обратился один из них к Элу. – Прекрасная погода, не правда ли?

– Истинно так, – ответил некромант, останавливаясь. – Ваши друзья что-то не поделили?

– Возможно, – сказавший это был приземист и коренаст, от него пахло вином и конским потом. Под тёмно-синим плащом можно было заметить очертания меча. – Кажется, я тебя знаю.

– Неужели?

– Да и мне твоё лицо знакомо, – вмешался другой, жилистый блондин в чёрной широкополой шляпе и отороченном лисьим мехом плаще. – Уж не ты ли ограбил моего друга три дня назад возле набережной Серых Доков?

– Верно-верно! – подтвердил его спутник. – Это он! Я сразу понял, что где-то видел…

Он не успел договорить. Рука Эла, затянутая в кожаную перчатку, с быстротой молнии метнулась из-под плаща, и тонкое обоюдоострое лезвие кинжала-мизерикорда пронзило горло незнакомца! Брызнула алая кровь.

Его товарищ отскочил проворно, как кошка, и крикнул, выхватывая из ножен короткий меч:

– Сюда!

Те, что следили за дракой, обернулись и, на ходу обнажая оружие, поспешили на помощь. Однако прежде, чем первый из них успел добежать до демоноборца, тот уже расправился со своим противником, пронзив его мечом. Движения некроманта были стремительны, а приёмы – незнакомы уличному бандиту.

Теперь Эл остался один против пятерых – те, что бросились друг на друга с кинжалами, забыли ссору и присоединились к окружившим Легионера товарищам.

– Кто вас послал? – спросил Эл.

– Ты убил наших друзей, этого достаточно! – ответил один из его противников, одетый горожанином, что не помешало демоноборцу узнать в нём воина.

– Я всё равно узнаю, – предупредил Эл. – Вопрос лишь в том, кому из вас придётся мне об этом рассказать.

В ответ двое бросились в атаку, нападая с разных сторон. В ладони у Эла лопнул крошечный сосуд, распространяя чёрный удушливый дым. Его противники закашлялись, протирая рукавами слезящиеся глаза. Меч Легионера ударил одного из них под рёбра, а другого – в живот. Оба упали на снег, истекая кровью.

Оставшаяся троица отступила, изрыгая проклятья, однако в голосах звучала не столько воинственность, сколько растерянность. Демоноборец выступил из дымного облака. Клинок в его руке холодно блестел, отражая лунный свет.

– Спрашиваю ещё раз, – сказал Эл, наступая. – Кто вас послал?

– Бежим! – выдохнул один из противников, разворачиваясь спиной.

Но прежде, чем двое других последовали его примеру, некромант ударил одного мечом в горло, а другого обезоружил и сбил с ног.

– Мог бы допросить и мёртвого, – проскрипел он. – Но жаль тратить время и… Впрочем, неважно. Главное – поговорить со мной придётся тебе.

При этом Эл провожал взглядом убегавшего человека, стараясь запомнить его приметы. Жаль, нет второго соглядатая. Можно было бы послать его за ним – проследить.

– Так кто вас нанял? – спросил Эл. – Не вздумай юлить, иначе я отрублю тебе руки.

– Мы не знаем их, – нехотя заговорил поверженный противник, вытирая с лица снег. – Двое, одеты почти одинаково: зелёное платье, малиновые плащи. Капюшоны были опущены на лица, и говорил из них только один, да и тот прикрывал рот платком, так что мы не смогли бы узнать его даже по голосу.

– Когда они наняли вас? – поинтересовался Эл, держа меч так, что конец его лезвия покачивался перед лицом говорившего.

– Примерно час назад. Они подошли к нам на углу Яблоневой и Цветочной улиц и предложили по сотне бэнтов каждому за выполнение простой работёнки. Так они сказали…

– Вы продешевили, – заметил Легионер.

– Теперь я вижу это, господин, – отозвался убийца.

– Они заплатили вам сразу?

– Да, и ушли, но предупредили, что будут неподалёку, чтобы убедиться, что мы выполнили свою работу.

– Значит, сейчас они где-то здесь?

– Скорее всего.

Эл огляделся, но никого не заметил. Впрочем, это ничего не значило. Его зрение позволяло видеть в темноте, но не сквозь стены.

Что ж, пусть те, кто хочет его смерти, увидят, что справиться с ним не так-то легко.

– Ты знаешь, кто я? – спросил Эл у лежавшего подле его ног человека.

– Нет, господин, откуда? Когда тебе предлагают деньги за то, чтобы кого-нибудь пришить, ты не спрашиваешь имён.

– Напрасно. Личность жертвы иногда имеет значение.

– Я… учту. Спасибо за совет, – в голосе убийцы появились заискивающие нотки.

– Меня зовут Эл.

– Великий Аргал! Железный Герцог⁉ – убийца был изумлён. – Но… что вы здесь…? Нет, простите моё любопытство, я умолкаю! Однако если бы я знал, что это вы… Что эти подлые мошенники наняли нас, чтобы мы покусились на вашу светлость…! Да я бы лично продырявил их, клянусь!

– Во всяком случае, у тебя был бы шанс остаться в живых, – отозвался некромант.

При этих словах его поверженный противник побледнел и беззвучно зашевелил губами, будто хотел что-то сказать, но голос изменил ему. Он только выставил вперёд руки, желая защититься от холодной стали, направленной ему в грудь.

Демоноборец поднял меч, держа его острием вниз, и резким движением пригвоздил убийцу к земле. Тот захрипел, инстинктивно хватаясь сведёнными агонией руками за лезвие, но Эл вырвал клинок и, обтерев о плащ убитого, убрал в ножны. Затем огляделся и широкими шагами отправился своей дорогой – к главной площади Ялгаада, где стоял дом главнокомандующего армией Малдонии. Дом человека, прозванного Железным Герцогом.

Глава 13

Когда Вейдэль открыл глаза, было темно. С улицы доносились протяжные удары гонга, возвещавшего, что солнце село, и ночь разлилась по улицам древнего города. Повернув голову, вампир увидел, что Мелиссы рядом нет. Как странно: она с ним не так уж давно, а он уже отвык от одиночества.

Вейдэль встал и принялся одеваться. Его мысли обратились к предстоящим событиям. Некоторое время он размышлял, какой ответ даст Оракул. Хорошо бы Кровавый запретил вампирам начинать наступательную войну, это дало бы время собрать новую армию. В конце концов, её ряды пополнить несложно. Например, в Нордоре есть хорошие воины. Если их обратить, Малдония не устоит. Правда, сделать это будет не так-то легко: нордорцев много, они будут отчаянно сражаться, да и в Нордор так просто не войдёшь – даже ночью город прекрасно охраняется. Придётся начинать войну и с ним, а это повлечёт новые жертвы. Нет, определённо такой способ не стоит внимания. Но неважно. Он бы нашёл средства подготовиться к походу против Малдонии, если бы ему дали время. В конце концов (Вейдэль невольно усмехнулся этой мысли), можно было бы не обращать нордорцев, а нанять их. Казна Бальгона потянула бы подобные расходы, тем более что победа над Малдонией с лихвой покрыла бы любые затраты.

Вейдэль не понимал, почему многие вампиры не хотят признать, что Бальгону необходимо восстановить силы поле поражения на Комариных Топях, где пало множество прекрасных воинов. Носферату рвутся в бой, мечтая о возмездии, словно так и не научились терпению. Конечно, Звезда упала относительно недавно, но ведь с тех пор сменилось два или даже три поколения людей. Когда-то это считалось очень долгим сроком. Правда, и продолжительность жизни была больше.

Вейдэль надеялся, что Молох понимает: спешка может привести к очередному, на этот раз окончательному разгрому. Ему хотелось верить, что бог не допустит скоропалительного похода. Впрочем, до конца оставалось не ясно, действительно ли Оракул передаёт волю Кровавого или выдаёт за неё свои собственные взгляды и желания. Если это так, то хорошо бы мнение пророка совпадало с чаяниями Вейдэля.

Впрочем, в любом случае было ясно: для Бальгона настали странные и тревожные времена. Люди побеждали, их сердца больше не сковывал страх перед мощью и бессмертием ночных воинов, они стремились уничтожить ненавистных противников и не щадили себя в кровавых битвах. Должно быть, поистине великий вождь вёл их в сражения, и Вейдэль чувствовал, что его следует опасаться. Он не может допустить победы Малдонии, это было бы позором для всех Призванных к служению Молоху.

Облачившись, Вейдэль вышел из своих покоев и направился к тронному залу. Встретив по дороге дворцового распорядителя, он велел ему отыскать Мелиссу и сказать ей, что шествие к Оракулу начнётся через час. В это трудное время ему была особенно важна поддержка жены, пусть выражающаяся даже в простом присутствии.

* * *

В замке Брандеген полным ходом шло приготовление к торжеству. Когда стало известно, что Повелитель отправится в Вещую Башню, замок стал похож на муравейник: Рабы и Слуги метались по лестницам и коридорам, выполняя поручения своих Хозяев. Вейдэля должна была сопровождать процессия, состоявшая из глав кланов и их приближённых.

Обращение к Оракулу, событие редкое и всегда связанное с важными государственными вопросами, должно было войти в историю Бальгона. Соответственно, его предстояло со всею аккуратностью вписать в Летопись, для чего Вейдэль послал за Хранителем Ключей – Астерием из клана Грингфельда.

Хранитель обладал необычной внешностью: высоким лбом, обтянутым бледной кожей, глубоко посаженными чёрными задумчивыми глазами, широкими крепкими скулами и величавой осанкой. Некогда он был учёным в Каргадане, но после Обращения пристрастился к военному искусству, которым владели практически все в Бальгоне, даже женщины. По этой причине, когда летописец появился в замке, неся подмышкой внушительный фолиант, переплетённый человеческой кожей и покрытый тесненными письменами, на боку у него в богато украшенных ножнах висел меч.

С ним явился и Мейстер, вырядившийся в шутовской колпак и пёстрое трико, обтягивавшее его уродливый горб. На рукавах болтались золотые помпоны, на груди перекрещивались алая и зелёная атласные ленты, а на короткой шее сверкали массивные цепи с медальонами. Карлик всегда старался одеваться тем нелепее, чем торжественнее было предстоящее событие. Он неуклюже поклонился Вейдэлю, помахал короткой ручкой присутствующим и утиной походкой подковылял к трону.

– Вижу, сегодня намечается что-то выдающееся⁈ – проговорил он громким шёпотом, задирая голову, чтобы видеть лицо Вейдэля. – Все суетятся, прихорашиваются. Не поверите, но когда я шёл сейчас сюда, по дороге мне попалась молодая вампирша, искавшая зеркало, чтобы поправить причёску. Вот умора! Пришлось напомнить дурёхе, что она уже лет дцать как не отражается. Впрочем, не знаю, сколько ей на самом деле.

– Признайся, Мейстер, что ты всё это выдумал, – заметил Вейдэль, натянуто улыбаясь.

Он не чувствовал желания веселиться, но не хотел, чтобы кто-нибудь заметил, что он волнуется из-за предстоящего визита к Оракулу.

– Чистая правда! – воскликнул карлик, возмущённо отшатываясь и хватаясь рукой за сердце. – Как перед алтарём!

– Ну, хватит! – отмахнулся Вейдэль. – Все знают, что для тебя клятвы пустой звук.

– Истинные гении всегда обречены на непонимание современников, – заметил шут, делая значительную мину. – Чувствую, недалёк тот день, когда на меня объявят гонения.

– Боюсь, ты слегка переоцениваешь собственное значение, – вмешался в разговор Астерий, стоявший неподалёку. – Незатейливые шуточки никогда ещё не становились причиной притеснений. Особенно шутов.

– Лорд Хранитель! – Мейстер изумлённо поднял брови. – Вы подкрались так тихо, что сделали бы честь любому ночному грабителю.

Право, не будь вы при дворе, могли бы сделать неплохую карьеру.

– Ты всё так же остёр на язык, – благодушно усмехнулся Астерий. – Но мне хотелось бы поговорить с нашим правителем с глазу на глаз, если ты не против.

– Я⁈ – карлик обиженно надулся. – Я вообще всегда «за»! Особенно за разговоры с глазу на глаз. Вот видите, начинается! – шепнул он заговорщицки Вейдэлю, слезая со ступенек. – Сначала меня изгоняют от ваших ног, где моё законное место, а там уже не за горами публичное сожжение.

Когда карлик отошёл на достаточное расстояние и привязался к стоявшему у дверей с несколькими Слугами Первому Советнику Ванхорну, Астерий приблизился к Вейдэлю и, наклонившись к самому уху, сказал:

– Господин, вчера у меня пытались украсть Книгу!

Глава 14

– Что⁈ – Вейдэль отшатнулся, едва сумев сдержать возглас. – Как⁈

– Замок был поцарапан – его без сомнения пытались взломать. Признаться, я обеспокоен.

– Ты кого-нибудь подозреваешь?

– Увы, нет, – Астерий пожал плечами. – Такого не случалось никогда, и я ума не приложу, кому могла понадобиться Книга. Да и зачем? В ней нет ничего, не известного самому рядовому вампиру. Списки с неё имеются в каждом доме.

– Странно… – Вейдэль побарабанил пальцами по подлокотнику. – И подозрительно. Во всяком случае, раз она кому-то нужна, нельзя допустить, чтобы этот кто-то ею завладел.

– Совершенно с вами согласен.

– Похищение Книги может нанести вред, даже если мы ещё не знаем, какой. После сегодняшней церемонии запри её и выставь у дверей Хранилища стражников. У тебя есть надёжные Слуги?

– Разумеется, повелитель. Только им и можно доверять. Свободные вампиры не так хорошо контролируются. Мы можем рассчитывать только на их верность, но не более.

Вейдэль поморщился. Разговоры о лояльности подданных оставались для него больной темой.

– Не будем обсуждать всех, – сказал он твёрдо. – Нас интересует лишь тот, кто пытался проникнуть в Хранилище. Итак, ты меня понял? Поставь охранников и прикажи навесить новый замок. Нельзя позволить кому бы то ни было действовать у нас за спиной, – на самом деле Вейдэль имел в виду свою спину.

– Будет исполнено, повелитель! – Астерий слегка поклонился. – Я займусь этим сразу же после церемонии.

Вейдэль кивнул.

– Это всё? – спросил он.

– Да, повелитель, простите, что прервал ваш разговор.

– Правильно сделал. Ничего важного откладывать нельзя. А болтовню Мейстера едва ли можно назвать разговором.

– Совершенно с вами согласен. Но порой он бывает забавен.

– У него было время потренироваться. Как-никак все его предки служили шутами, да и сам он давненько пребывает в этой должности.

– Да, его обратил ещё незабвенный Грингфельд.

– Забавно, – Вейдэль усмехнулся. – У князя и шута – общий прародитель!

– Как можно сравнивать, повелитель⁈

– Я пошутил.

– Простите! – Хранитель поклонился.

– Ступай. И не забудь о том, что я тебе сказал. Береги её, – Вейдэль едва заметным движением указал на Книгу, которую Астерий держал под мышкой.

– Конечно, повелитель, я всё понял, – отозвался Хранитель, отходя.

К Вейдэлю подошёл дворцовый распорядитель доложить, что княгиня Мелисса переодевается к торжеству и обещала быть не позже, чем через полчаса.

– Объяви сбор во дворе замка, – велел Вейдэль. – В полночь мы должны начать шествие.

– Будет исполнено, – отозвался вампир с низким поклоном.

Вейдэль направился в покои Мелиссы. Ему хотелось обсудить с ней то, что рассказал Астерий. Попытка украсть Книгу сильно его обеспокоила: за ней могли стоять чьи-то далеко идущие планы. Несмотря на то, что он говорил Хранителю об общеизвестности содержания Книги, оба прекрасно знали, что в фолианте есть места, написанные не на каратари, тайном языке вампиров, а на другом, неизвестном даже Астерию. Считалось, что их вписал в Книгу сам Молох, и многие Хранители, в том числе Астерий, не раз пытался подобрать к ним ключ, но прочесть их ещё никому не удалось.

Дверь в покои Мелиссы была не заперта. Вейдэль толкнул её и вошёл. Его жена стояла в центре комнаты, а три Служанки помогали ей одеваться. Тяжёлое белое платье сверкало тысячами разноцветных искр – камни переливались в свете масляных светильников, словно снятые с небес звёзды! Вейдэль с сожалением подумал, что на солнечном свету вся эта роскошь смотрелась бы ещё великолепнее.

– Здравствуй! – сказала Мелисса, обернувшись. – Я скоро буду готова. У нас ведь ещё есть время?

– Да, не торопись, – Вейдэль окинул взглядом служанок и вздохнул: было ясно, что без нихМелисса не сможет надеть платье, а значит, поговорить о Книге Молоха не удастся.

Вейдэль посмотрел на жену и вспомнил ночь, когда впервые увидел её. Роскошный особняк её родителей, ажурные беседки, наполненные весёлыми гостями. Горбатые каменные мостики, переброшенные через каналы, и чёрная вода, трепетавшая на ветру, с плывущими по ней венками и лентами. В воздухе кружились осенние листья, мотыльками порхая вокруг факелов и рассыпаясь тлеющими угольками.

Она готовилась к свадьбе, стоя перед зеркалом, а вокруг неё суетились служанки, охала и причитала мать. Благословен будь тот, кто решил, что церемонию лучше провести ночью, одновременно с фейерверком в честь окончания осени – прекрасная традиция, благодаря которой Вейдэль увидел Мелиссу, чья красота вмиг покорила его сердце!

Наполненный первым дыханием весны ветер срывал с розовых кустов белые лепестки и гнал через сад, ронял в воду, оставлял на траве, и они кружились подобно ночным бабочкам, то появляясь, то исчезая в темноте.

За пятнадцать минут до полуночи все, за исключением Вейдэля и Мелиссы, были в сборе и расположились во дворе замка Брандеген. Стояла глубокая ночь, и все звёзды виднелись необычайно отчётливо. Тонкий серп луны казался выточенным из сахара, и при его свете башни Бальгона походили на скопище диких и фантастических зверей. Снег падал медленно и печально, устилая вымощенную плоскими булыжниками землю тонким белым покрывалом.

Мелиссу и Вейдэля ожидали паланкины, возле которых стояли Рабы, свите же предстояло идти пешком.

Зловещий силуэт Вещей Башни чернел на фоне тёмно-синего неба, из узких стрельчатых окон пробивался красный колеблющийся свет. Время от времени вампиры бросали в её сторону исполненные благоговения взгляды. Оракул, вещавший от имени Молоха, всегда был особой фигурой в Бальгоне. Одни, наиболее дерзкие, подозревали его в мошенничестве, другие свято верили в истинность каждого его слова.

Когда Вейдэль и Мелисса спустился во двор, вельможи склонили головы и подняли их только после того, как княжеская чета заняла место в роскошном паланкине из красного дерева, украшенного изображениями Кровавого Бога. Облачённые в белые одежды Рабы подняли его, положив на могучие плечи выкрашенные красным и чёрным палки.

Зазвучала тихая музыка, сопровождающаяся прекрасным, но немного печальным, женским пением: хор появился из ворот замка и занял место в конце процессии. Длинные, ниспадающие складками платья придавали движениям плавность, так что казалось, будто в потоках воздуха покачивается толпа призраков.

Дрогнув, колонна медленно двинулась вперёд по заснеженным улицам. Там, где она проходила, на земле оставался чёрный след.