Текст книги "Путь паломника"

Автор книги: Василий Тараруев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 33 страниц)

Жуткий рык раздалось где-то невдалеке, и Дон Кихот увидел, что щебёнка путевой насыпи летит в стороны под мощными ударами невидимых ног, и невидимка стремительно приближается. За долю секунды Дон Кихот понял, что не успеет перезарядить оружие, и что спастись бегством не удастся.

Озарение налетело вспышкой – перед глазами мелькнула распахнутая дверца кабины тепловоза.

Вход в нутро локомотива возвышался почти в двух метрах над телом Скорохода, добираться до узкой дверцы нужно было по специальным нишам-ступенькам, держась за поручни. В обычных условиях Дон Кихот возился бы минуту, но сейчас он взлетел вверх как птица. Дон Кихот не понял, каким образом он сумел не застрять второпях в узком проёме, в следующее мгновенье он уже рухнул на пол тамбура-коридора.

Выдохнув, Дон Кихот прижал к груди автомат. Спасибо привычке всегда вешать оружие ремнём на плечо, иначе неизбежно оставил бы внизу, как тот рожок, который не успел зарядить.

Перевернувшись на спину, сталкер коротко оглянулся. Слева была дверь в кабину управления секцией, справа в темноте возвышались какие-то механизмы. Тамбур имел ширину всего около полуметра и возможностей для перемещений было немного.

Что-то с силой врезалось в тепловоз снаружи, отчего многотонный локомотив содрогнулся, затем снаружи раздался душераздирающий рёв, от которого заложило уши. Звук был раздосадованный, злой.

Дон Кихот торопливо шарил по разгрузочному жилету, нащупывая новый рожок. В проёме показалась полупрозрачная фигура. Несколько секунд она то темнела, то вновь начинала расплываться, но в итоге очертания сгустились, и Дон Кихот смог рассмотреть кровососа во всей красе.

Человекоподобное тело, словно сплетённое из тугих канатов мускулов было покрыто голой кожей, изъеденной слизистыми язвами, лысый череп имел форму вытянутого овала, вокруг рта-присоски бородой свисали короткие щупальца, которыми мутант обвивал шею жертвы. Больше всего кровосос напоминал огромного голого и лысого старика. Некоторое сходство с человеком было не случайным – по слухам, кровососы были не "естественными" мутантами, а какой-то секретной разработкой военных биологов на базе человеческого генома, вырвавшейся из лаборатории после Второй Катастрофы. А заброшенных военных лабораторий в Зоне хватало – после той, ещё первой аварии, оставленные людьми территории вокруг ЧАЭС стали удобным местом для размещения всяких секретных объектов.

На секунду монстр замер, держась мускулистыми руками за поручни. Массивный торс, увитый верёвками мышц, мерно вздымался в такт тяжёлому дыханию, похожем на звук движения паровозного поршня. Белесые глаза кровососа линзами системы наведения остановились на суетливо барахтающемся на полу тамбура человеке, словно стремясь пригвоздить жертву. Глядя прямо в блеклые зрачки мутанта, Дон Кихот готов был поклясться, что в них читалось предвкушение сытного пиршества. А рука никак не могла вытащить из кармана зацепившийся за что-то магазин.

Монстр попытался пролезть внутрь, но богатырская комплекция сыграла с ним дурную шутку – широкие плечи просто не пролазили в узкий проём, в который человек-то мог пройти с трудом. Кровосос попытался залезть боком, но тоже оказалось неловко, тогда мутант неожиданно выбросил вперёд руку, надеясь подтащить жертву – Дон Кихот едва успел отдёрнуть ноги от щёлкнувших в воздухе дециметровых когтей.

Дон Кихот почувствовал что-то вроде облегчения, осознав что монстр не может протиснуться в узкий проход. Но восторг был недолгим.

Кровосос вцепился рукой в край проёма, затем уцепился за противоположный край другой рукой и что есть силы потянул в разные стороны. Металл обшивки локомотива нехотя, но начал поддаваться. Затрещала внутренняя звукоизолирующая обшивка тепловоза. Это было невероятно, но Дон Кихот не мог не верить своим глазам – кровосос расширял проём, разгибая обшивку тепловоза, словно она была выполнена из консервной жести.

Проклятый рожок наконец-то выскочил из кармана разгрузки. Одним движением Дон Кихот вставил его в автомат, молниеносно передёрнул затвор, и одной длинной очередью разрядил всё содержимое магазина прямо в кошмарную морду кровососа, уже протиснувшегося в тамбур и с пронзительным предвкушающим рёвом звездой растопырившего ротовые щупальца.

Кровососы отличались редкостной живучестью даже на фоне других мутантов Зоны, но тридцать пуль подряд из "калаша" в голову почти в упор было слишком даже для такого монстра. Омерзительный овальный череп лопнул и разлетелся на куски, словно гнилая дыня, обезглавленное тело качнулось назад и выпало через расширенный проём наружу.

Дон Кихот перезарядил оружие и сумев вскочить на ноги, бросился к разодранному проёму, готовый добить кровососа, если тот всё же жив, или отразить атаку какой ещё твари. Но вокруг вновь было чисто.

Несколько минут Дон Кихот сидел, привалившись к какому-то механизму тепловоза, пытаясь успокоить нервы. Мелькнула мысль, что вообще-то сегодня есть, чем гордиться – уйти от кровососа удавалось не каждому опытному сталкеру, а ещё и завалить такую тварь в одиночку – этим могли похвастаться считанные единицы.

Отдышавшись и немного успокоив расшалившиеся нервы, Дон Кихот выбрался из сослужившего ему добрую службу тепловоза. Сначала сталкер подобрал отстреленные щупальца кровососа – будет подтверждение одержанной победы, да и ценятся такие штуки высоко – куча фармацевтов давно бьётся над лекарством, использующим способности мутантов Зоны заживлять раны. Затем Дон Кихот вспомнил про изначальную цель этого вояжа.

Флэшка нашлась сразу – в пулемётной гильзе, спрятанной в нагрудном кармане покойного Скорохода. Вообще-то Дон Кихот был не большим охотником обшаривать трупы, но ради дела пришлось подавить брезгливость.

Некоторое время Дон Кихот рассматривал добытый трофей. На вид ничего особенного, обыкновенный модуль флэш-памяти, какой за копейки можно купить в любом магазине бытовой электроники. От попытки посмотреть, что на ней записано, Дон Кихот решил благоразумно воздержаться. Убрав флэшу в заранее припасённый стальной футляр, Дон Кихот достал тактический КПК и нажал вызов по номеру, которым снабдил его Петрович.

"Товар у меня, возвращаюсь" – произнёс он условленную фразу.

Привал

Начал накрапывать моросящий дождь. По какой-то странной прихоти природы небо над Зоной в любое время года постоянно заволакивала серая пелена облаков, из-за чего на этой аномальной территории вечно было тускло и пасмурно – солнечные лучи с трудом проникали сквозь завесу свинцовых туч. Вдобавок, время шло к вечеру, отчего стало совсем темнеть, и Дон Кихот решил что нужно срочно поискать ночлег. Спать под дождём ему совсем не улыбалось, кроме того, со дня на день ожидался новый выброс, а оказаться в время выброса под открытым небом – верная смерть.

Вокруг ещё простирались блеклые пологие холмы Свалки, заваленные металлоломом и всяким строительным мусором, до Кордона по прикидкам Дон Кихота был где-то час пути, что было дополнительным аргументом искать место я ночёвки. В километре виднелись крыши домиков заброшенной деревушки, оставленной жителями ещё после первой аварии. Но туда Дон Кихот решил не ходить – далековато, кроме того брошенные деревни часто служили логовами для кровососов и прочей нечисти.

Возле размытой грунтовой дороги громоздилась строительная техника – пара бульдозеров, экскаватор – машины, в своё время пригнанные для ликвидации последствий аварии, да так и брошенные после отхода. Рядом виднелся покосившийся строительный вагончик. Именно его Дон Кихот и заприметил для ночлега.

Карманный дозиметр молчал, значит строительные агрегаты не источали радиацию, как это обычно было с брошенной в Зоне техникой.

Внутри вагончика оказалось сухо и даже уютно, хотя и гулял ветер сквозь сорванную дверь и выбитые окна. По сравнению с перспективой ночевать под открытым небом в дождь это был более привлекательный вариант.

Усевшись на дощатом полу, Дон Кихот скинул с плеч лямки и положил рюкзак рядом. Вжикнула застёжка-"молния", из недр торбы один за другим показались туристский термос, охотничья горелка-примус на сухом горючем, банка тушёнки, пакет сухарей, маленькая пачка печенья и пара упаковок белково-витаминного концентрата, которым снабжали военных с натовских блокпостов. "Пикник на обочине" – мрачно усмехнулся Дон Кихот, вспомнив название той старой книги. В завершении из рюкзака был извлечён спальный мешок, сшитый из тонкого брезента и ватина одним умельцем в Выселках. Спальник Дон Кихот тут же постелил под себя. Автомат всё это время лежал на коленях, готовый в случае чего немедленно оказаться в руках и встретить непрошенного гостя порцией горячего свинца.

Дон Кихот расположился лицом ко входу, чтоб всё время держать его в поле зрения. Мелькнула мысль поставить на ночь растяжку у входа.

Отвинтив крышку термоса, Дон Кихот плеснул в неё крепкого кофе и с наслаждением пригубил ещё не успевший полностью остыть напиток. Открытая тушенка неторопливо грелась на походном примусе. Разводить костёр Дон Кихот не стал – собирать в темноте сырые дрова было занятием столь же малопродуктивным, сколько опасным. Кроме того, свет огня мог привлечь ненужное внимание как мутантов, так и каких-нибудь недобрых людей.

Навалилась дотоле превозмогаемая усталость и сталкер наконец позволил себе расслабиться, хотя ни на секунду не забывал, что он по-прежнему находится в Зоне, где смерть может внезапно нагрянуть в любую секунду. Мягкий спальник, запах согреваемой тушёнки, мешавшийся с ароматом кофе из термоса – всё это настраивало на какой-то философский лад, и Дон Кихот предался размышлениям.

"Многие сталкеры считают меня чудаком" – думал Дон Кихот – "Они думают, что я одежим идиотской мечтой. Что ж, может быть в какой-то мере так оно и есть. Зря я в своё время сболтнул про то, зачем пришёл в Зону. Конечно, по уму надо было держать мысли при себе и стараться быть как все. Кто такие большинство сталкеров, какие мотивы привели их сюда? Большинство – корыстные авантюристы вроде золотоискателей старины, которые хотят быстро срубить побольше деньжат, продавая чудодейственные артефакты Зоны скупщикам хабара. Есть ещё любители острых ощущений, которым адреналин нужен как воздух, а спокойная жизнь на "большой земле" кажется пресной. Есть неудачливые ребята, которые лишились всего и которым было некуда больше податься. Есть субъекты, не поладившие с правосудием и решившие затеряться на Зоне, правда последние обычно не подаются в сталкеры, а пополняют ряды мародёрских шаек на Кордоне. В общем, все перечисленные – обычный контингент Зоны".

Дон Кихот отхлебнул ещё кофе и вытащив из рюкзака складную ложковилку, потянулся к банке с тушенкой.

"А что же я?" – продолжал размышлять Дон Кихот – "Я пришёл в Зону сугубо по собственной воле, оставив престижную и хорошо оплачиваемую работу с карьерными перспективами, бросив квартиру и прочие атрибуты благополучного члена общества. У меня не было проблем с законом ("Теперь есть" – саркастически усмехнулся внутренний голос). Я не искал в Зоне риска, и не слишком понимаю сорви-голов, разыскивающих логовища кровососов или лазящих по старым катакомбам дабы пощекотать нервы. Нажива? Я тоже собираю и сдаю торговцам хабар, но деньги для меня не самоцель, я коплю их, чтобы приобрести по-настоящему хорошее антирадиационное снаряжение, без которого мне вряд ли удастся осуществить цель, из-за которой я здесь. Пусть она кому-то покажется бредовой, но я намерен выполнить эту мечту".

Не слишком богатый разносолами ужин тем не менее эффективно утолил голод, начало клонить в сон, несмотря на принятые внутрь поллитра крепкого кофе. Дон Кихот завернулся в спальный мешок, чувствуя как слипаются глаза.

"Моя цель – добраться до Монолита" – мысленно произнёс Дон Кихот, прежде чем сознание провалилось в сон.

Возвращение

Периметр удалось преодолеть удачно, не потревожив сигнализацию, не наступив на мину, сумев незаметно проскользнуть мимо патрульного бронетранспортёра. Теперь путь сталкера лежал через лес в направлении шоссе.

Вокруг был обычный сосновый бор, после жутких лесов Зоны он казался невероятно безопасным. Вообще, каждый раз после возвращения из-за периметра Дон Кихот испытывал чувство облегчения, осознавая, что не надо тщательно смотреть, куда ступаешь, то и дело бросая перед собой гайки и напряжённо прислушиваясь, не запиликает ли карманный дозиметр, не надо бдительно следить по сторонам, нервно оглаживая пальцем спуск автомата, не нужно бояться угодить в "чёртову плешь" или "птичью карусель". После Зоны мир за её пределами каждый раз казался удивительно безопасным.

Через час Дон Кихот выбрался на шоссе и теперь шагал по обочине, ожидая, когда покажется ответвление на просёлочную дорогу. Автомат сталкер завернул в кусок полинялой ткани, чтоб не бросался в глаза, хотя в здешних местах человек с нелегальным оружием воспринимался как явление вполне заурядное. Впрочем, совсем расслабляться не стоило, ходили слухи, что правоохранительные органы и спецслужбы то и дело отлавливают беспечных сталкеров в окрестностях Зоны.

До посёлка, который остряки именовали "Хабаровск" он добрался через полчаса.

Когда-то Выселки были обыкновенной ничем не примечательной деревушкой, каких полно. Первые изменения в жизни деревни начались в далёком восемьдесят шестом, когда здесь осело много беженцев из подвергнувшихся заражению районов. Деревня сильно разрослась. Потом на много лет не было ничего примечательного. Но когда нежданно-негаданно на ЧАЭС произошла новая загадочная катастрофа, и территория в радиусе нескольких десятков километров вокруг Саркофага превратилось в сплошную полосу аномалий, названную Зоной, оказалось, что от Выселок рукой подать до спешно установленного заградительного периметра. Стратегическую удобность местоположения посёлка немедленно оценили отчаянные ребята, нелегально проникавшие в Зону для сбора всяких чудодейственных вещиц, образовавшие овеянную ореолом романтики корпорацию сталкеров. Посёлок оказался удобен для схронов оружия и артефактов, для отдыха в промежутке между вылазками, для пополнения запасов продовольствия и приобретения нужных вещей. Местные жители ничего против не имели, поскольку деятельность сталкеров привлекала в деревню немалые финансовые потоки.

Там, где много людей, стремящихся быстро сбыть что-то ценное, непременно появляются и люди, эти ценности активно скупающие за полцены. Этих скупщиков, имеющих связи для перепродажи нелегального "хабара" заинтересованным людям, называли торговцами или барменами, поскольку для удобства работы со сталкерами они обычно содержали специальные закусочные-забегаловки, где вернувшийся из Зоны сталкер мог вкусно поесть, расслабиться за бутылкой спиртосолержащего напитка, пообщаться с коллегами по ремеслу, а заодно продать под прилавком хитрому торговцу с риском для жизни добытые редкости, разжиться снаряжением, получить от хозяина заведения индивидуальное задание.

Последние годы в Выселках сталкерским бизнесом заправлял предприимчивый делец, которого старатели Зоны уважительно величали по отчеству – Петрович. Через его руки в одну сторону шёл поток добываемых артефактов, в другую – оружие, боеприпасы, средства спецзащиты. И то и другое Петрович словно волшебшик превращал в пачки шуршащих ассигнаций и цифры на банковских счетах. Ещё Петрович приторговывал информацией, обычно документацией по научным исследованиям, что время от времени сталкеры находили в брошенных лабораториях. Вдобавок, Петрович оборудовал в посёлке один из узлов связи сталкерской информационной сети, поставив ретранслятор для коммуникаторов и сервер.

Вообще-то в округе каждая собака знала про "сталкерскую деревню", и почему Выселки в простонародье называют "Хабаровском". Но то, что в Выселки нечасто наведывались сотрудники государственных инстанций, обязанных пресекать незаконные проникновения в Зону, было заслугой того, что Петрович умел делиться доходами с дядями в больших погонах.

Петрович пришёл в Зону почти тридцать лет назад, когда солдата-срочника химвойск пригнали в числе прочих на ликвидацию аварии реактора. Потом были долгие годы унылой работы слесарем на заводе, перемежаемые нескончаемыми скитаниями по инстанциям в попытках выбить причитающиеся льготы и компенсации.

Когда прошло известие о новом происшествии на АЭС, Петрович решил тряхнуть стариной и бросив скудный скарб, нажитый трудом слесаря, отправился на места, где некогда оставил здоровье.

Прибыв на Зону, Петрович немедленно вступил в ряды зарождающегося сталкерского движения, став одним из первопроходцев Зоны. Он был одним из первых, кто столкнулся с кишащими в ней смертельными опасностями, и кому посчастливилось выжить. По слухам, сгинувший где-то на Милитари журналист Артём Никонов, автор популярных "Чернобыльских записок", во многом опирался именно на рассказы Петровича.

По слухам, сталкером Петрович в своё время был неплохим, хотя и звёзд с неба на этом поприще тоже не хватал. Зато он быстро понял, что если ты пришёл в Зону не за адреналином, а за хорошими деньгами, то гораздо выгоднее и безопаснее не лазить за хабаром в гиблую западню, а скупать его у тех, кто лазит и перепродавать далее. Проявив расторопность и умение договариваться, он быстро наладил контакты с нужными людьми, и гонорары от добытого "хабара" Петрович не пропил, как большинство других сталкеров, а скопил в качестве первоначального капитала, опираясь на который он и начал устраивать свой бизнес. В результате Петрович неплохо поправил благосостояние и до сих пор коптил небо, в отличие от большинства своих ровесников-коллег, легендарных зубров Зоны отчуждения, ныне почти поголовно сложивших головы в её радиоактивных глубинах.

Пару раз бизнес Петровича пытались прибрать к рукам заезжие бандиты, и оба раза бесследно сгинули в окрестном лесу, а высылаемые из городов карательные экспедиции уничтожались начисто засадами неизвестных вооруженных лиц в придорожных зарослях. После этого Петровича оставили в покое.

Найти Петровича можно было в принадлежащей ему придорожной закусочной с мрачным названием "Ликвидатор", одну из точек сети сталкерских баров. Для этой цели Петрович выкупил сто лет как брошенное здание сельского клуба и проведя капитальный ремонт, превратил его в довольно приличное заведение. К нему Дон Кихот и держал путь, бодро шагая по сельской улице.

При себе Дон Кихот имел только сумку с контейнером для хабара. Оружие, рюкзак и потёртый ОЗК сталкер оставил в схроне в подполье избушки, где отдыхал и залечивал раны по возвращении из рейдов. В "Ликвидаторе" действовало общее правило всех сталкерских баров – вход с оружием строго запрещался во избежание кровопролития во время ссор между сталкерами. А таковые происходили нередко, иной раз в "Ликвидаторе" и вовсе сталкивались лицом к лицу члены смертельно враждующих кланов, например таких как "Долг" и "Свобода". "Ликвидатор", впрочем и Выселки вообще, считались нейтральной территорией, применивший тут оружие становился изгоем и объектом всеобщей охоты.

Сталкер поднялся по недавно покрашенным деревянным ступенькам. Над входом висел большой фанерный щит вывески, на ярко-чёрном фоне алели кроваво-красные буквы "Ликвидатор".

За дверью начинался "предбанник" бара – обычная забегаловка для всякого постороннего люда, не подозревавшего, что через стенку имеется ещё одно оборудованное под бар помещение, в которое допускались только причастные к сталкерскому ремеслу. Лавируя между столиками, за которыми неспешно трапезничали жители Выселок и шофера завернувшего в деревню транспорта, Дон Кихот уверенно направился к неприметной двери в углу, что вела в настоящий бар.

Посетители из местных, особенно молодёжь, смотрели ему вслед с неподдельным уважением. "Как же, сталкер собственной персоной, героический старатель Зоны с романтическим нимбом" – мысленно усмехнулся Дон Кихот.

Стороживший дверь стокиллограмовый амбал-вышибала, бывший боксер-тяжеловес по кличке Утюг смерил сталкера-новичка чуть пренебрежительным взором, но молча посторонился. Переступив порог, Дон Кихот оказался в святая святых бара "Ликвидатор" – закрытом для посторонних сталкерском клубе "Хабаровска".

– Привет всем! – произнёс Дон Кихот, направляясь к барной стойке.

Сидевшие в баре сталкеры реагировали по-разному. Ветераны попросту не обратили внимания, но новинки приветствовали кивками, улыбками, взмахами рук. Стоявший за стойкой повар Миша, увидев Дон Кихота, сразу достал из кармана маленькую рацию и что-то в неё проговорил, получив ответ, покорно кивнул.

Обычно сталкеры первым делом брали чего покрепче, но Дон Кихот заказал лишь кофе стакан красного вина. Взгромоздившись на барный стул, он пригубил кофе, потихоньку разглядывая посетителей бара.

На лучшем месте у окна что-то степенно обсуждали Коля Мутаген и Авдей Горбатый, ветераны-одиночки, уже не один год ухитрявшиеся выжить в Зоне. За соседним столиком оживлённо балагурили новички: скрывающийся от каких-то серьезных недругов Витя Беглец, ушлый Саня Морфин, тихий Серж Нуклид. Все трое в Зоне были недавно, большими успехами похвастать не могли, а потому в сталкерской среде авторитетом пока не пользовались. За столом у двери расположился Ставр Тиран, легендарный первопроходец. Даже здесь он был затянут в чёрный антирадиационный комбинезон с красными нашивками клана "Долг", одним из основателей которого он был. Высеченное из гранита лицо выражало задумчивость, стальные пальцы лениво мяли жестяную банку энергетического напитка.

"Этого-то зубра зачем сюда занесло?" – подумал Дон Кихот, пригубляя ещё горячего кофейного напитка.

Рядом отмечали удачное возвращение из Зоны Пётр Коготь, тощий субъект с желчным лицом аскета, и Лёха Байбак, затянутый в плащ-дождевик толстяк с двойным подбородком, колыхавшемся под хохочущей самодовольной физиономией. Редкая для сталкера полнота и плащ делали его похожим на бюрера, одного из опаснейших мутантов Зоны. За тем же столом неспешно потягивал пиво Андрей Ходок, хитро улыбался своим мыслям над тарелкой сибиряк Мэргэн, прямо на стуле спал уже вдрызг упившийся Никита Перегар, даже во сне не отпускавший горлышко бутыли "Харьковской". У стены, матерясь сквозь зубы, азартно дёргали рычаги "одноруких бандитов" Федько Хохол и Прыгун.

Дон Кихот допил кофе и потянулся к стакану портвейна. Ассортимент спиртного в "Ликвидаторе" не слишком баловал разнообразием – водка, деревенский самогон, портвейн и пара дешёвых сортов пива. Утверждали, что водка и красное вино выводят из организма радиацию, но один специалист-радиолог как-то объяснил Дон Кихоту, что это всего лишь расхожий миф.

Дверь в бар отворилась и вошёл незнакомый сталкер. Судя по заинтересованным взглядам, которыми окинули его все присутствующие, он никому здесь не был известен. Такое обстоятельство было довольно странным, поскольку сталкеры обычно знали друг друга если не лично, то хотя бы в лицо. Причём в облике незнакомого сталкера всё говорило, что это матёрый ветеран.

Пройдя к стойке, незнакомый сталкер смерил Дон Кихота пронизывающим насквозь цепким взглядом, от которого тому стало неуютно, молча указал Мише на бутылку водки, после чего прошествовал с ней к самому дальнему столику в углу.

"Странный тип" – подумал Дон Кихот – "И смотрел как-то недобро. Надо будет понаблюдать за ним, и поспрашивать о нём народ".

От размышлений Дон Кихота оторвала рука повара, которая легла на плечо.

– Всё, парень, слегка отдохнул, и хватит – произнёс Миша – Тебя Петрович ждёт, сказал чтоб ты немедленно шёл к нему. Насчёт выпивки не беспокойся, я постерегу.

Дон Кихот молча отставил стакан и направился в коридорчик мимо барной стойки.

Железную дверь в конце тупичка, что вела в подвал Петровича, стерегли два телохранителя: здоровенный мордоворот Гиббон, гигант два метра в высоту и почти столько же вширь, в прошлом чемпион по вольной борьбе, и поджарый худощавый атлет Сержант, бывший десантник. Он выглядел не так грозно, как его напарник, зато на поясном ремне красовался штык-нож от "калаша" и кобура с экзотическим "Пустынным орлом".

– Чего тебе, салага? – набычился Гиббон.

– У меня дело к Петровичу – ответил Дон Кихот, выдержав свинцовый взгляд из-под массивных надбровных дуг.

– Гиббон, не тупи – вмешался Сержант – Петрович о нём предупреждал.

Миша подтвердил кивком.

Гиббон сердито засопел и повернулся к переговорному устройству на стене, пока Сержант профессионально обыскивал сталкера.

– Проходи – сказал Сержант, закончив осмотр – Учти, если ты всё же припрятал где оружие, тебя вынесут вперёд ногами. Усёк?

Лязгнул засов, массивная стальная дверь с бойницей отворилась, за ней поджидал ещё один охранник Петровича, бывший милиционер Змей, вооруженный пистолет-пулемётом "Кедр", дальше начиналась лестница. Потом – полутёмный коридор, в конце которого – ещё одна бронированная дверь и двое вооруженных амбалов. За дверью располагался кабинет Петровича.

– Заходи, дорогой – радостно улыбнулся Петрович, шутливо раскинув руки – А я тебя заждался. Ну, присаживайся. Принёс?

Дон Кихот молча протянул торговцу флэшку. Петрович воткнул её в раскрытый на столе ноутбук и некоторое время задумчиво глядел в монитор, чуть сдвинув брови. Видимо то, что он увидел, оказалось желаемым, потому что лицо Петровича вновь озарила улыбка.

– Ну, спасибо тебе, парень – рассмеялся Петрович – Уважил старика, и с заданием справился. Я, честно говоря, не особо рассчитывал, что ты вернёшься. Ну, держи законный гонорар, заработал.

Дон Кихот неторопливо сложил в карман пачки денег, после чего вновь взглянул на торговца.

– Что-то не так, парень? – поинтересовался Петрович – Я вижу, ты чем-то недоволен?

– Меня поджидали у периметра – сухо ответил Дон Кихот.

– Мародёры? – спросил Петрович – Да, эта сволочь совсем распоясалась последнее время, честным сталкерам житья не дают. Слыхал, что они устроили базу на брошенном совхозе "Комсомолец", что на Кордоне, давно хочу нанять ребят, чтоб зачистить этот гадюшник, да всё руки никак не доходят.

– Это были не просто бандиты – сказал Дон Кихот – Они охотились именно за мной, точнее за моим грузом.

– Почему ты так решил? – изогнул бровь Петрович.

Дон Кихот вытащил из кармана КПК вожака бандитов и молча протянул его Петровичу.

Секунду Петрович изучал содержимое КПК, затем отложил его в сторону и упёр тяжёлый взгляд в сидящего перед ним молодого сталкера.

– Поясни-ка, молодой человек – ледяным тоном произнёс торговец – Что ты хочешь этим сказать?

– Я просто ставлю вас в известность, что меня у периметра ждали бандиты и им нужна была эта флэшка – сказал Дон Кихот, выстояв перед пронизывающим взором торговца, хотя по спине пробежал холодок – Языком об этом поручении я нигде не трепал, не обмолвился ни одной живой душе.

– Я знаю, что ты думаешь – сказал Петрович – Что я, старый скупердяй, нанял каких-то головорезов, чтоб они прикончили тебя у периметра, мол чтоб я сэкономил на вознаграждении и уничтожил свидетеля. Брось такие мысли, пораскинь мозгами: в перестрелке мог пострадать мой товар, бандиты могли попасться патрулю на обратном пути. Риск утерять товар возрастал многократно, оно мне надо? И экономия в деньгах была бы сомнительной, кроме того мне дорога моя репутация, и если пройдет слух, что я убираю исполнителей деликатных поручений, со мной не будут иметь дел. А устранение свидетеля в этой ситуации вообще бред: вместо одного их становится несколько. Так что выбрось из головы параноидальные мысли насчет того, что это я их подослал.

Дон Кихот промолчал, обдумывая слова торговца. Петрович истолковал это молчание по-своему.

– Парень, я тебя сразу предупредил, что грузом интресуются многие, что конкуренты не дремлют и могут доставить тебе по дороге неприятности – рассерженно вздохнул Петрович – И вообще, ты в Зону ходил, или в магазин за хлебом? Так и быть, за непредвиденные трудности я тебе накину пару сотен.

– Что до бандитов, которые тебя поджидали – продолжал Петрович – То поверь, мне самому это очень не нравится. Я насчет этого проведу своё расследование и постараюсь выяснить, какая сволочь натравила на тебя мародёров, и откуда она узнала, кому я поручил принести флэшку. А теперь выкладывай, что у тебя ещё есть.

Из сумки Дон Кихота на стол один за другим перекочевали "батарейка", "хрусталик", хвост псевдособаки, щупальце кровососа.

– Неплохо – кивнул Петрович, погладив пальцами лысину – Кровососа завалил и псевдособаку? Молодец, для новичка весьма недурно.

Петрович отсчитал ещё несколько купюр. Дон Кихоту показалось, что он чувствует, как в голове торговца щёлкают шестерёнки невидимого арифмометра.

– Ну что я могу сказать – резюмировал Петрович – Сталкер ты подающий надежды, толк из тебя будет. Чем сейчас думаешь заняться?

– Не знаю – задумался Дон Кихот – Наверное, несколько дней буду отлеживаться. Потом, отдохнув как следует, прикуплю снаряжения, и опять в Зону.

– За хабаром? – усмехнулся Петрович – Или на сей раз рискнёшь, и попытаешься-таки добраться до Монолита?

Дон Кихот вздрогнул, словно от удара током.

– Да не дёргайся ты – рассмеялся Петрович – Думаешь, я не в курсе, за что тебе дали эту кличку? А тот книжный персонаж действительно вызывает симпатию при всём своём идиотизме, так что прозвище у тебя хорошее. Только мой тебе совет, парень, брось ты эту дурацкую мечту. Через "выжигатель мозга" не удалось пройти практически никому, и никто не сумел оттуда вернуться. А что до Монолита, то его может и нету вовсе, очередная сталкерская байка. Да и даже если легенды о нём и правдивы, никому из добравшихся до него он счастья не принёс. Так что, парень, бросай дурью маяться, лучше старайся добыть артефактов уникальных, и побольше.

"Нет, я не откажусь от этой цели" – подумал Дон Кихот "Я бросил всё и подался в сталкеры не за тем, чтобы снова тупо зарабатывать деньги. Может быть эта моя цель и дурацкая, но я хочу её достичь. У каждого человека должна быть цель. И она не должна сводиться только к обеспечению условий существования, стяжанию материальных благ и гонке за удовольствиями".

Петрович внимательно смотрел на него, и Дон Кихоту вдруг вновь показалось, что старый бармен читает его мысли. Нет, бред конечно, такое не могут даже контроллёры.

– Ладно, Дон Кихот, ступай отдыхать – добродушно произнёс Петрович – Только имей ввиду: через три дня я жду тебя здесь. Тут для тебя как раз работёнка наклёвывается.