Текст книги "Путь рассекающего ветра. Книга первая (СИ)"

Автор книги: Василий Груздев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Глава 23

– Да что вы такое говорите, Старший! – тянул я время, пытаясь хоть что-нибудь придумать. – Я же только что зашёл.

– Мне-то откуда знать? Будь моя воля, я бы вашу братию сюда вообще не пускал! – продолжал голосить он.

– Мне бы сначала травы передать. Главный алхимик, наверное, уже заждался.

– Ничего, подождёт, никуда он не денется, – рычал страж. – А ну снимай рубаху, я тебе говорю!

Не надеясь найти что-либо, он лишь хотел меня унизить, а когда увидел, что я не спешу подчиняться, выхватил клинок. Не видя иного выхода, я потянулся к поясу, чтобы развязать узел. Не драться же с ним в самом деле? Да и справиться шансов нет. Разве что отвлечь и неожиданно рубануть спрятанным в моей душе клинком. Могло, наверное, и получиться…

Я отогнал от себя губительные мысли, но и раздеться не успел – в зале, снова заставив меня вздрогнуть, прозвучал третий голос. Злой и насмешливый.

– Конечно же, я никуда не денусь, мальчик, – заскрежетал он. – Но каждое мгновение простоя Дань Хунь Дин обходится секте в одну серебряную монету. Не ты ли будешь их возмещать?

Из третьего левого прохода появился старик. Старше я, наверное, никогда не видел. Волосы отказывались жить на его голове, лицо высохшее, черты острые, глаза мутные. Белая борода свисала до самого пояса.

Стражник крутнулся на месте, отвешивая поклон.

– Простите, мастер Ям Увэй! – затараторил ученик. – Я не знал, что это так срочно!

– Меня не волнует, что ты думал, страж, – тихо, спокойно, но веско произнёс старик. – Исчезни.

И тот, не раздумывая, бросился к выходу. Увэй же перевёл взгляд на меня. Тяжёлый, осязаемый и, как мне показалось, невидящий. Вернее, смотрел он на меня иначе, чем обычные люди.

– Простите за задержку, мастер, – сглотнув, снова поклонился я.

Сердце колотилось. Я уже не знал, что хуже: разозлить этого алхимика или потерять артефакт, которому пока не нашёл применения. Однако обошлось.

– Ты не опоздал, парень, – сказал Ям, а после ответил на немой вопрос во взгляде: – А этого дурня я просто стращал за надменность. Следуй за мной.

Развернувшись, он пошёл к проходу, откуда появился, а я, чувствуя, как отпускает поселившаяся в теле дрожь, поспешил следом. И без того неширокий ход, по которому мы углублялись в скалу, всё больше сужался, а потом резко пошёл вниз ступенями. Вместо влажной пещерной сырости в воздухе запахло сухими травами.

Спустившись, мы оказались в большой, вырубленной в камне круглой комнате. Всё пространство на стенах занимали изогнутые под стать ей полки, наполненные от пола до потолка алхимическими ингредиентами. Высокий сводчатый потолок мягко переходил в широкий лаз, вероятно служивший дымовым отверстием…

Но самым главным тут был он – котёл! Когда Ям Увэй говорил про Дань Хунь Дин – Треножник Пилюльной Души, – это звучало как имя. Тогда я не сообразил, а теперь увидел и осознал: так и есть. Это была не кухонная утварь и даже не рабочий инструмент, а древний могущественный артефакт.

На бронзовом треножнике в человеческий рост стоял пузатый котёл, увенчанный тяжёлой крышкой, изображавшей свернувшегося кольцом дракона. По бокам его змеились триграммы и руны, а из трёх отверстий в основании сочился пар.

Подойдя к нему, старик положил голую ладонь на раскалённую стенку и что-то забормотал. Руны на теле артефакта засветились, и пар исчез.

– Чтобы изготовить хорошую пилюлю, нужно равновесие, – сказал он. – Чем вернее его подберёшь, тем выше качество. Впрочем, тебе это знание без надобности. Бросай корзину на стол, посмотрю, что принёс.

Я скинул лямки и положил куда велели. Старик снял печать, откинул крышку и начал вытаскивать содержимое. Я же глазел по сторонам, кожей ощущая духовную энергию, исходящую от лежавших на полках трав, кореньев… и не пойми чего ещё. Особенно мне приглянулся чёрный, внешне невзрачный цветок в горшочке.

Вернее, не приглянулся, а приковал внимание. Духовная энергия исходила от него мощная и опасная. Глаза замечали фиолетовую дымку, видную даже в ярком свете развешенных на стеллажах ламп.

Чем-то это напоминало скверну – проклятье, но с иной природой.

– Разбираешься в травах? – спросил Увэй, неожиданно появившись за спиной.

– Нет, мастер Ям, – покачал я головой.

– И что же тогда тебя привлекло в этом цветке?

– Зловещий он какой-то, опасный, – сказал я, размышляя, не зря ли открыл рот.

– И правда опасный, – согласился мастер. – Как ты это понял?

– Сам не знаю. Чувство какое-то нехорошее, когда смотрю на него… – про то, что увидел дымку, говорить не стал.

– Хорошее чувство. Когда-нибудь оно может спасти тебе жизнь, – кивнул старик и задал неожиданный вопрос: – А где это Мин потерялся?

– Ногу подвернул, – ответил я. – Попросил подменить на день.

– Ясно, – кивнул Увэй. – Выходит, и задание моё он на тебя переложил.

– Об этом не было речи, мастер, – напрягся я. – Но я сделаю всё, что в моих силах.

– Ничего сложного, – произнёс старик, протягивая мне исписанную рунами табличку. – Просто отнеси список нужных мне ингредиентов в главный Алхимический Павильон.

– Как скажете, мастер, – я поклонился, принимая дощечку.

Вместе с ней в ладонь скользнула зелёная пилюля – блестящая, как полированный нефрит.

– Её тоже надо передать?

– Пилюля Просветления – твоя плата за услугу, – едва заметная улыбка появилась на лице старика. – Собирался отдать её Мину, но раз уж табличку понесёшь ты…

Он отвернулся, возвращаясь к котлу и забыв о моём существовании. Я же поспешил вверх по лестнице – время не терпит: теперь надо не только со страшным Лань Фэном поговорить, но и в павильон алхимии заглянуть.

В зал центральной пещеры я входил с опаской: боялся встретить того заносчивого парня. С его характером он мог и караулить на выходе. Но повезло – тому не хватило на это ума или решимости. Зато, пока крался да выглядывал украдкой из-за угла, увидел нечто необычное.

Из Павильона Тайных Троп вышел мастер. Ханьфу его был цвета спелой сливы, а тёмно-синий воротник расшит спиральным рисунком, напоминающим прикрытый глаз. Выйдя из здания, он вступил в тень дерева и исчез. А спустя пару мгновений вышел из той же тени, только у самой тропы.

Такого мне ещё не доводилось видеть. Ещё одно чудо… Жаль, представление быстро окончилось. Закрыв рот, я направился вслед за ним. Оказавшись на каменной лестнице главной тропы, вместо того чтобы бежать с поручением алхимика, повернул наверх. Искал столб с рунами, отмечавший пик Правильна Семи Ветров.

Нашёл и, на свою удачу, больше не встретил дозоров. Или они так высоко не забираются? То, чего могут бояться высшие практики секты, пара внешних учеников не остановит.

Ближе к подножию пика расположились площадки для практик – крытые и обдуваемые ветрами. А когда я начал взбираться по уходящей вверх тропе, начали попадаться дома. Один краше другого – элита секты не отказала себе в роскоши.

Тут тоже никого, только одинокая фигура мелькала далеко впереди. Кто-то взбирался на гору. И я даже знал кто: цвет сливы не слишком распространён среди практиков секты. Тот самый мастер Павильона Тайных Троп.

Я хотел было отстать на всякий случай, но решил, что это будет подозрительно. И потому продолжал двигаться в том же ритме. Надеялся, что тот свернёт куда-нибудь и не обратит на меня внимания. Не повезло. Дорога всё так же вилась к вершине, а незнакомец продолжал ей следовать.

Неужто тоже к старейшине пожаловал? Так и оказалось – он исчез в открытой галерее, ведущей к обители Лань Фэна. Я же остановился. До обители старейшины было рукой подать, вряд ли теперь кто-то меня остановит. Если получу взбучку, то уже от Лань Фэна.

Смирившись с этой мыслью, я вступил в галерею и остановился только у самого входа, во внутреннем дворике, обильно заросшем низкими деревцами и душистыми травами. Беспокоить старейшину, пока у него посетитель, не решился. И потому, привалившись плечом к каменной стене дома, принялся ждать.

Поначалу до меня не доносилось ни звука, и вдруг тишину разорвал резкий гнусавый голос, едва слышный из-за толстой двери.

– Долго мне ещё здесь торчать? – возмущался он.

Нехорошо подслушивать, но я всё равно направил Ци к ушам. Вовремя – следующую фразу без этого не разобрал.

– Столько, сколько потребуется, – тихий голос отвечавшего показался мне знакомым… – Я передал учителю, что вы его ожидаете.

Точно! Джуге Дин. Личный ученик Лань Фэна – тот, кто вытащил меня из лап Дзяна и отправил на рудник.

– Это важные вести, Джуге! – не унимался посетитель.

– Я так и сказал учителю, – тон Дина был спокоен и снисходителен.

– Ты не понимаешь…

– Чего он не понимает, Карами? – послышался старческий голос Ланя.

– Господин, – голос незнакомца стал заискивающим, – пришли вести с рудника. Пацан таки выжил! Вышел из пещер…

Тут моё сердце пропустило удар. Надо же, обо мне! Но откуда столько чести? Ответ последовал незамедлительно.

– Плохо, – сказал старейшина. – Игра уже началась. Слухи о свитке вовсю гуляют по секте, осталось только признание этого… Буйвола?

– Быка, – поправил старейшину мастер Павильона Тайных Троп. – Он уже готов проболтаться. Я хорошо над ним поработал. Завтра в питейной, набравшись очередной раз, он начнёт изливать душу, как товарища в шахте похоронил по распоряжению Дзян Хэ. Стражи окажутся там якобы случайно…

– Хорошо. Этого будет достаточно, чтобы вскрылась правда, – ответил старейшина удовлетворённо. – Нам ничто не должно помешать! Проследи, чтобы этот Линь потерялся по дороге…

Перед глазами поплыло от нахлынувших чувств. Моя старая догадка о том, что Дзян хочет скрыть потерю свитка, оказалась верной… А то, что старейшина хочет принести меня в жертву своим замыслам, стало горькой неожиданностью. Защиты просить хотел… Глупец!

– Боюсь, он уже в городе, старейшина. Исчез куда-то – мои люди не успели за ним проследить.

– Найди и прикончи! – голос старика дрожал от гнева. – Пусть он исчезнет окончательно… Или обставь это так, будто его прикончил Дзян! Не мне тебя учить делать грязную работу.

– Как прикажете, старейшина! – пылко согласился Карами…

А я уже бежал. Вернее, сначала крался, быстро перебирая ногами, а когда миновал высеченный в скале коридор, сорвался вихрем. Не хватало пересечься с этим мастером-убийцей! Вот же он удивится, если я сам приду в его руки… Надо убираться отсюда поскорее.

Однако, спустившись с вершины, я заставил себя перейти на шаг. Бегущий сломя голову человек привлечёт внимание, остановят для проверки – считай конец. Но и идти неспешно тоже плохая затея – того и гляди этот Карами догонит. Знает ли он меня в лицо? Вряд ли. Слуг в Верхнем городе сотни. Может, и мимо пройдёт. Но стоит ли рисковать?

Я решил, что нет, и заозирался. Идея спрятаться и подождать, когда он покинет пик, показалась мне здравой. Только где? Чуть ниже справа от тропы расположились роскошные дома мастеров-наставников, слева – бамбуковая роща. Выбор очевиден – оглядевшись для порядка, я направился к тянувшимся ввысь стеблям.

Забрался поглубже, так чтобы тропа просматривалась, а меня самого разглядеть было сложно, и упёрся в скальный выступ. Решил его обойти, но шум потревоженных ветром зарослей и скользкий бамбуковый лист под ногами сыграли со мной нехорошую шутку. Ступни поехали по неожиданно начавшемуся уклону…

Ветер ударил в лицо, и лишь в последний момент я успел зацепиться за крайний стебель. Тот изогнулся, подвешивая меня над пропастью, заскрипел… Но выдержал.

С бешено колотящимся сердцем, молясь Небу, чтобы ствол не подвёл, я забрался обратно. Цепляясь за соседние стебли, вернулся к выступу и сел перед ним. И так сойдёт…

Как только дыхание успокоилось, я откинулся на камень позади и невесело усмехнулся. Только что чуть сам не выполнил работу за мастера Карами. Неужто даже гора Фенлин жаждет моей смерти? Будто мало мне двух могущественных практиков секты и собственной техники.

– Кто следующий? – тихо спросил я у Неба.

– Допустим, я, – послышался голос сверху.

Вздрогнув, я вскочил на ноги. Взгляд метнулся к вершине скального уступа. Я ожидал увидеть мастера Тайных Троп, а обнаружил широкие плечи личного ученика старейшины. Не раздумывая, бросился сквозь стену бамбука. Но внутренний ученик секты – это почти мастер. Убежать нет шансов! Особенно если его стихия – ветер…

Леденящий порыв пронёсся мимо, и Джуге вмиг оказался рядом со мной. Вскинув руку, он коснулся моей груди… Не ударил. Будь так, наверняка пробил бы насквозь – просто дотронулся. И в то же мгновение в меня проникла его Ци, как мне показалось, с привкусом пепла и крови. Затопив тело, она лишила меня возможности двигаться. Мышцы сковало, так что сердце едва билось.

– Бежишь, значит, слышал, – произнёс Дин. – Знаешь, какая судьба тебе уготована.

Я бы и рад ответить, но даже язык меня не слушался. Оказывается, практику, чтобы сразить обычного человека, даже не надо бить – достаточно прикосновения.

Но и я был уже не простым человеком. Как только первый испуг схлынул, я отчётливо ощутил энергию Джуге, сковывавшую нити моего Духовного Тела… Кроме той части, где обитала техника, скрытая барьером из «мёртвой» Ци. Туда его «воля» проникнуть не смогла.

А раз так – вышвырну её, как проклятье тёмного бога! Раз уж с ним получилось, то что мне какой-то внутренний ученик⁈ Сконцентрироваться и толкнуть. Получилось. Барьер, сметая духовные путы, вышвырнул из тела чуждую мне Ци. Обретя свободу, я принял защитную стойку Железного Кулака, а брови Дина поползли вверх.

– Доспех духа? Занимательно, – сказал он, закинув руки за спину и с интересом разглядывая меня. – Видимо, я в тебе ошибался. Талант мастера, скрытый за дрянным сосудом… Но сможешь ли ты его раскрыть?

Я молчал. Джуге не нужен был собеседник. Вопросы он задавал сам себе, размышлял вслух. Я ждал, когда он закончит это представление и начнёт действовать. Но тот не спешил пускать в ход своё боевое искусство.

– Беги, прячься, – вдруг сказал он, отворачиваясь. – Может, у тебя и появится шанс.

Но я ему не поверил.

– Твой учитель приказал меня убить, – крикнул я вслед.

– Не мне, – ответил Дин.

В следующий миг он прыгнул, оттолкнувшись от листа бамбука так, будто тот был каменной ступенью, и исчез за зелёной оградой рощи. Я же осел где стоял и сидел так, пока сквозь листву не заметил сливовый халат мастера Карами.

Потом выждал и не спеша отправился следом, находясь в полном смятении. Почему Джуге меня отпустил? Неужто пожалел? Мне казалось, это не в его характере. Скорее хочет посмотреть, как долго я смогу трепыхаться… Что ж, как бы ни было, я благодарен ему за эту возможность.

Пусть шансов у меня и немного, покуда моя смерть нужна самому старейшине. Но сдаваться так просто я не собирался. И что же делать? У кого теперь просить помощи? У патриарха секты? Даже не смешно.

«Кому вообще может понадобиться меня защищать?» – мысль пришла, и в тот же миг мне на глаза попалась табличка на воротах дома.

«Дзян Хэ, мастер-наставник Павильона Семи Ветров».

Я замер. А ведь и правда. Только этому ублюдку моя смерть сейчас будет во вред. Слухи, что распустил старейшина Лань Фэн, и признание Быка должны ударить по его репутации. Но что, если попробовать договориться?

Меня передёрнуло. Накатило болезненное чувство. Всё внутри сопротивлялось этому решению. Равно что заключать союз с демоном… Но есть ли у меня выбор?

И я решился. Сделал шаг к воротам. На крепкой камфоровой двери, изрезанной узором, нашлась бронзовая накладка с львиной пастью и кольцом в зубах. Взяв кольцо в руку, я на миг запнулся, но ударил им, будто молотком.

Звук получился звонкий. В горной тиши, где свищет только ветер и шелестят деревья, он был подобен грому. Однако на мой стук никто не откликнулся. Я попробовал ударить снова, затем даже крикнул, что было верхом наглости. Тишина.

Выходит, никого. Со смешанным чувством облегчения и разочарования я вернулся на тропу. За пазухой всё ещё лежала табличка мастера-алхимика. Обещание надо выполнять.

С горы я спустился уже после заката. Ворота проходил, ожидая неприятностей. Если Лань Фэн объявил на меня охоту, могли и тут встретить. Но повезло: стражники на воротах оказались те же. Видимо, вспомнив лицо, даже не попросили показать жетон. Но я всё равно то и дело оглядывался.

Алхимический павильон всё ещё работал. А может, и вовсе не закрывался. Внутри меня встретил толстячок Бо. Насмотревшись на прочих внешних учеников, как правило худощавых и подвижных, я только сейчас понял, насколько он выбивается внешне. И ведь не сказать, что у практика его ранга, да ещё и алхимика, может подводить здоровье. Видимо, всему виной сидячая работа и непомерный аппетит…

– О, братец Линь! – растянул он улыбку на широком лице. – Не иначе как за мазью пожаловал?

– Не сегодня, старший, – я сдержанно поклонился, протягивая ему табличку. – Вот мастер Ям Увэй попросил передать.

Парень вмиг поменялся в лице и выхватил записи.

– У тебя всё? – резко спросил он и, увидев мой кивок, выгнал за дверь. – Давай топай, не до тебя.

Будто я тут собирался задерживаться. Остановившись у входа, я думал, куда податься.

Возвращаться в бараки нельзя – первое место, где меня будут искать. Бежать в Нижний город – так не выпустят. Ночевать на улице? В целом идея не самая плохая. Погода тёплая. Если спрятаться в одном из садов на границе квартала практиков, можно переждать ночь…

Там, где мы по тоннелю пробирались в Верхний город, там, где находится дом проклятого Дзяна… А ведь я всё равно хотел с ним поговорить. Не окажется его там – хоть укрытие найду. Заодно можно проверить, не починили ли решётку. Слабая надежда, но тоже повод… Прямо тянет меня туда.

А раз так – решил не сопротивляться зову судьбы. Заходить лучше со стороны квартала с бараками. Так длиннее, но меньше шансов встретить стражей. Заложил крюк, чтобы обойти свой барак – мало ли, вдруг кто-то в соседнем дворе дожидается. И уже почти вышел на границу торгового квартала, когда услышал знакомый басовитый голос.

– Ну ты… идёшь? – заплетался его язык. – Не хватает… ик… ещё на дозор нарваться.

Я резко прижался к стене, прячась в тени. Это был Бык. Его мощная фигура неуверенно стояла на ногах. А разговаривал он с кем-то вне моего обзора.

– Не… брат, – отвечал ему такой же пьяненький голос. – Я пойду к Юю прогуляюсь. Может, она сегодня в настроении…

– Ну как знаешь, – махнув рукой, здоровяк пошёл вниз по улице в квартал слуг.

Не знаю, что меня дёрнуло… Вернее, знал, но удивился своей решимости. Выждав немного, я отправился за ним. Улицы были почти пустынны и слабо освещены каменными фонарями. Бык шёл не оглядываясь, что-то напевал, а потом вдруг, заозиравшись, свернул в проулок между складами. Не иначе приспичило…

Я ускорился, догоняя, и нырнул в тень зданий. Ци наполнила глаза, разгоняя мрак. Так и есть: стоит, облокотившись рукой на стену, справляет нужду. Зачем я здесь? Неужели… Сердце бешено колотилось. Ладони намокли. Страх!

Не перед Быком. Перед тем, что я удумал сотворить. Месть… Нет! Возмездие. Справедливое наказание! Другой возможности может ведь и не представиться. Хватит ли мне решимости? Сейчас узнаю.

Глава 24

Он обернулся, весело насвистывая, но, едва заметив тёмный силуэт у стены, сразу подобрался. Пьяная неловкость движений исчезла, кулаки сжались.

– Здорово, Бык, – сказал я.

Тот вздрогнул, узнал меня. Я хорошо видел его лицо. В одно мгновение по нему промелькнуло множество чувств: от суеверного страха и удивления до неожиданно вспыхнувшей радости.

– Син, братишка! – заплетающимся языком произнёс он. – Неужто ты жив? Выбрался? А я ведь переживал! Нет, правда… Извёлся весь. Мразь я… Что же я натворил?

По щекам мужика текли слёзы – и в них не было притворства. Что-то дрогнуло внутри, и желание вскинуть клинок поутихло.

– Я ведь вот так… Хладнокровно – ни разу! – продолжал рыдать бывший товарищ, делая шаг навстречу. – Долго решался, несколько раз передумывал. Уже хотел послать этого Дзяна… а тут словно демон в меня вселился.

Он медленно приближался, а я застыл в смятении. Заслуживает этот мерзавец новый шанс? Как глубоко его раскаяние? Да и можно ли простить человеку подобное? Почему всё так сложно? Ведь только что у меня не было сомнений…

Внезапно вспомнились слова мастера Павильона Тайных Троп. Он говорил, что поработал над Быком. Что это значило? Я слышал о техниках, способных влиять на разум. Запретное искусство. Может ли это быть причиной его странного поведения?

Так думать удобнее. Даже если я ошибаюсь – легче решиться. И я почти решился, когда этот ублюдок лишил меня такой возможности.

– Ты не представляешь, чего мне это стоило, Син, – всхлипнул здоровяк. – И я не хочу, чтобы всё было зря…

С этими словами он бросился ко мне! Очень быстро. Третья ступень Основы – это немало, а силы Быку было не занимать и без этого. Раскинув руки, он хотел раздавить меня в медвежьих объятиях…

Не выйдет! Я был к этому готов. Отскок назад и взмах руки на уровне его плеч. Появившийся в моей руке Хейфенг сам выбрал место для удара, чиркнув остриём по горлу здоровяка… Уклоняясь от падающего тела, я пытался совладать с собой.

Убил! Я убил человека!

Нехорошего человека, защищаясь. Но действовал не раздумывая и бил наверняка – так, чтобы он уже не поднялся. Меня била мелкая дрожь, руки не слушались… Но я знал, что всё сделано верно. Буря внутри улеглась, сменившись пустотой.

Чувства выгорели, словно угли забытого костра. Отрешённый от всего, я бросил последний взгляд на человека, которого недавно был готов называть другом. Развернулся и без сожалений пошёл прочь.

Клинок души исчез, а я, стараясь не привлекать внимания, вышел из закоулка. Впрочем, привлекать было некого – тот оставался пустынен. Хоть в чём-то мне везёт. Миновав квартал слуг, я вступил в портал практиков.

И тут удача тоже оказалась на моей стороне: никто не встретился на пути. Дом Дзяна нашёл без труда, однако даже не подошел к воротам, оглянулся и с ходу перепрыгнул забор. Подошёл к двери и тут уже постучал. Затем ещё раз. Никого.

Можно было приступать ко второй части задумки – укрыться в саду у стены, но я вдруг вспомнил, как неожиданно появился тогда мастер-наставник. Возможно, здесь есть охранное заклятие, предупредившее его о неучтивых ворах. Почему бы не проверить? Спешить некуда.

Присев на крыльце, я принялся ждать. Не прошло и четверти часа, как резкий порыв ветра принёс едва слышный шелест шёлковых одежд.

– Крысёныш снова забрался ко мне в дом? – раздался противный голос Дзяна Хэ.

– Только во двор, мастер-наставник, – я встал, глядя ему в глаза.

Поклоны бить не собирался. Не перед этим человеком, не сейчас.

– А ведь я был уверен, что избавился от тебя! – произнёс он, вынимая клинок. – Но так даже лучше. Хорошо, что ты сам дал мне повод прикончить тебя…

Страх сковал меня, но я разорвал его путы.

– Только бейте наверняка, мастер, – не отвёл взгляда, показывая решимость. – Если я выживу, то пойду в Облачный Павильон и, положив руку на Камень Искренности Луны, расскажу всё от начала до конца.

– Угрожаешь мне, крысёныш? – прорычал он.

Его рука потянулась к клинку, а нога сделала подшаг. Не ударил сразу – значит, есть сомнения. Знал о слухах и ожидал подвоха. А потому надо эти сомнения укрепить.

– Торгуюсь, мастер, – покачал я головой. – Убьёте меня сейчас – и ловушка старейшины Лань Фена сработает лучше задуманного.

Хэ замер. Мне оставалось надеяться, что верно разобрался в ситуации. И на то, что жажда крови Дзяна не пересилит здравый смысл. Кажется, повезло.

– Что ты об этом знаешь? – прорычал он.

– Мне довелось подслушать разговор старейшины. Это он распустил слухи об утере вами важного свитка, – рассказывал я. – Затем его люди нашли Быка и как-то повлияли на его разум. Завтра он признаётся в том, что покушался на меня по вашему приказу. Меня же велено прикончить некоему Карами.

Мастер опустил меч. Глаза его бегали, будто пытались поймать мысль.

– И зачем ты здесь? – наконец произнёс он.

– Хочу жить, мастер, – я пожал плечами, пряча волнение. – И так уж случилось, что единственный, кому сейчас не нужна моя смерть, – это вы.

– Заблуждаешься, Крысёныш, – скривился пожилой практик.

– Сейчас не нужна, – поправился я. – И, возможно, перестанет быть необходимой в будущем.

– Это вряд ли, – продолжил кривить губы Дзян Хэ, но убивать меня не спешил, слушал.

– Техника убивает меня. Я пытаюсь ей противостоять. Не знаю, насколько меня хватит. Месяц, полгода, год… – мой голос всё-таки дрогнул. – Я хочу взять всё, что сумею. У меня нет причин разглашать вашу тайну. А вам незачем меня убивать. А ещё я знаю, как можно выбить опору из-под ног старейшины Ланя.

Хэ посмотрел на меня с недоверием, но позволил продолжить.

– Говори.

– Мы можем развеять пущенные им слухи… Вернее, подтвердить, – объяснил я. – Мало ли какой свиток мог случайно попасть в руки слуги. Есть ведь в ваших закромах ценные техники ветра, кроме Канона…

– Заткнись! – взревел Дзян, невольно ища глазами свидетелей.

На лице его снова проступила ярость, но быстро улеглась. Мастер-наставник думал…

– Тысяча Воздушных Клинков, – вдруг сказал он. – Техника на ранг ниже… Достаточно ценная, чтобы жалеть о её потере, но могу ли я тебе доверять…

– У меня нет скрытых мотивов…

Он придавил меня взглядом.

– Я отправил на смерть твоих друзей, – внезапно произнёс он. – Наверное, ты хочешь за них отомстить?

– Они сами выбрали свою судьбу, мастер, – сказал я, делая над собой невероятное усилие. – Как можно мстить клинку, вершащему правосудие?

Так оно и есть. Наказание было заслуженным. Хао, Эрли, Джу и я – все знали, чем рискуем. Месть здесь неуместна. Важнее было другое: Дзян внушил мне надежду на спасение – и растоптал её. А после пытался убить…

Этого я ему не мог простить. Но и говорить об этом не собирался. Дайте только выжить, дайте набраться сил – и тогда… Тогда всё станет возможным. Ведро со скорпионами не жаль залить кипятком.

Дзян Хэ смотрел на меня, пытаясь прочесть что-то на моём лице, но видел лишь то, что я хотел ему показать. Покорность судьбе. И, кажется, это сработало.

– Надо будет устранить этого Быка… – задумчиво произнёс Хэ.

– Уже, мастер, – тут же сказал я и увидел в его глазах удовлетворение.

Я только что признался в убийстве. Сильный крючок, который позволит держать меня на привязи. То, что ему нужно… Растянув губы в кривой улыбке и расправив плечи, Дзян Хэ произнёс:

– Тогда мы поступим так…

* * *

Джуге Дин медитировал, сидя на заднем дворике своего дома на пике Семи Ветров. Тот, кто строил его, позаботился о том, чтобы практика ничего не отвлекало.

Если сидеть спиной к зданию, создавалось ощущение, что ты оказался на обрыве. Слева – невысокие деревья, справа – скальный выступ, а прямо перед тобой – прекрасный вид на долину, раскинувшуюся между горными пиками.

Если приглядеться, можно было заметить тропинку или очертания пагод, однако внешний ученик предпочитал не обращать на них внимания, ощущая себя единым с природой.

И вдруг – стук! Словно по голове ударили чем-то звонким. Первой мыслью было прибить незваного гостя, но Джуге напомнил себе, что так поступать нельзя. Здесь не поймут.

И потому он медленно поднялся, скривившись от очередного удара маленького дверного молоточка, и направился в своё жилище. На первый взгляд то казалось скромным: ничего лишнего, простые линии, минимум утвари, низкая кровать, алтарь для медитаций да небольшой столик в углу с письменными принадлежностями.

Однако стоило присмотреться – и становилось ясно, что внутренние ученики не бедствуют. Дерево перекрытий было редкой породы, камень тоже непростой, отполированный до блеска. Ткани занавесок и постели – сплошь шёлк с замысловатой, но не кричащей вышивкой.

Сам Джуге тоже не отличался скромностью – секта воздаёт должное его таланту, и он берёт от этого всё. Его личные вещи не бросались в глаза вычурной роскошью, но каждая из них была не безделушкой, а духовным артефактом. Клинок на стене – лучший из тех, что можно раздобыть, а ножны к нему – из кожи Лунного Волка с серебряной насечкой. Рядом на полке – свитки в шёлковых футлярах и нефритовые печати с духовными техниками.

Открыв дверь, Дин увидел на крыльце Тимару Мори – невысокую, ладно сложенную девушку с тонкими чертами лица, волосами, собранными в аккуратный пучок, и внимательными глазами, в которых читалось нешуточное волнение.

Серые одежды внешней ученицы сидели на ней безупречно, а в волосах была та самая шпилька, которую он подарил два года назад. Она была его информатором. Удивительно, но он ей даже не платил, а полезных сведений получал больше, чем от прочих.

– Я же просил не беспокоить меня во время медитации, – голос его был спокоен, но Тимару явственно напряглась.

Чувства, что заставляли её служить безвозмездно, имели свои недостатки. Волнение в его присутствии лишало её памяти и остроты мысли. Особенно когда он был ей недоволен.

– Да, старший… – заикалась она, смущённо. – Но вы также… просили срочно докладывать о Линь Сине…

Джуге удивился. Парень пропал из виду два дня назад и никак не показывал себя. Карами, прихвостень старейшины, с ног сбился, но так его и не отыскал. К тому же потерял свидетеля, которого месяц науськивал сознаться, – зарезан в подворотне… Неужто это Линь избавился от него? Что же теперь? Любопытство распирало, а глупышка Тимару стояла, задыхаясь, не способная произнести и слова.

– Ну же, девочка, успокойся, – Джуге сделал к ней шаг, поднял руку и тыльной стороной кисти нежно провёл по её щеке. – Ты всё верно сделала.

Лицо девушки залилось краской, и тут у неё открылось второе дыхание.

Они столкнулись с Дзян Хэ при большом скоплении народа, – затараторила она. – Сама не видела, но от троих наслышана. Линь обвинил Хэ в преследовании. Кричал, что Тысяча Воздушных Клинков досталась ему случайно. Дзян сорвался, обвинил его в краже свитка! А тот ответил, что на Камне Искренности Луны подтвердил свою невиновность…

Мори задохнулась.

– Что дальше, Тимару? – Дин постарался скрыть нетерпение.

– Лин заявил, что сам Дзян Хэ велел ему принести свиток, и не его вина, что тот пробудился в его руках! Так что мастер сам в этом виноват, и он, Линь Син, ничего ему не должен. Мастер-наставник разозлился пуще прежнего и избил его за это. Парень еле живой с площади уполз… – закончила девушка.

– А Дзян Хэ? – допытывался внутренний ученик.

– Тот вместе с мастером Фу отправился в «Нефритовый дворец», где долго сокрушался о понесённых убытках…

Джуге улыбнулся. То, что это был разыгранный на публику спектакль, сомнений не вызывало. Изящное решение, позволившее заглушить слухи, запущенные учителем Фэном. Удар по Дзян Хэ будет неприятным, но на фоне трагедии, что могла разыграться, – пустяковым.

Дин снова поймал себя на мысли, что недооценил парня. Вместо того чтобы бежать и умереть где-нибудь в отдалённой деревушке от собственной техники, он нашёл Дзяна и предложил ему сделку. Что не наоборот – сомнений не было. Хэ просто не пришло бы подобное в голову. Только загнанный зверь мог пойти к заклятому врагу, чтобы получить отсрочку…