Текст книги "Коломбо. Пуля для президента (ЛП)"

Автор книги: Уильям Харрингтон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 16 страниц)

Глава пятая

1

За столиком в баре пляжного клуба «Топанга» расположилась троица: Алисия, Тим и Белл. Это был загородный клуб особого толка – без полей для гольфа, зато с олимпийским бассейном, вышкой для прыжков, теннисными кортами, залами для сквоша и лужайкой для боулинга. Всё это великолепие нависало над общественным пляжем, отделённое от него высокой стеной, а с обеденной террасы открывался вид на океан.

Белл, сегодня не появлявшийся в офисе, щеголял в лимонно-жёлтых брюках и бледно-голубом поло с эмблемой клуба «TBC» на груди.

– Эй! Эй! Парень! Помощник!

Чарльз Белл властно щёлкнул пальцами, подзывая молодого человека, спешившего к их столику.

– Да, сэр?

– Убери пустые бокалы. И нам нужно ещё попкорна. И передай нашему официанту, чтобы повторил напитки.

– Да, сэр.

Белл покачал головой, обращаясь к Алисии и Тиму.

– Обслуживание здесь с каждым годом всё паршивее, – проворчал он. – Пару лет назад тут работали чёрные, но, полагаю, теперь они все заняты тем, что грабят прохожих да толкают наркоту. Их, по крайней мере, можно было вымуштровать накрывать на стол. Вы видите в меню хоть что-то, что вызывает аппетит?

Помощник официанта – возможно, кореец или вьетнамец – сделал вид, что не расслышал этой тирады, и поспешно принялся убирать со стола.

– Было бы неплохо, Чарльз, – заметила Алисия, – если бы ты изобразил на своём лице хоть каплю скорби. В конце концов, наш добрый друг мёртв.

– Убит, – добавил Тим.

– Заменить его некем, – продолжала Алисия. – Сегодня шоу просто не выйдет в эфир. Они пустят повтор старой «Деревенщины из Беверли-Хиллз», а следом – «Санфорда».

– После соответствующего объявления, – уточнил Тим. – Я записал его перед уходом из офиса.

– Ладно, – кивнул Чарльз. – Всё прошло идеально. Он мёртв. Базы данных уничтожены. Я сделал звонок, запустивший вирус, потому что вы не позвонили сообщить о провале. Ноутбук достали?

– Достал, – сказал Тим.

– И что ты с ним сделал?

– Разбил молотком, потом вытащил жесткий диск и расколотил его в крошево тем же молотком на бетонном полу в гараже. А осколки спустил в измельчитель мусора на кухне.

Белл усмехнулся.

– Перебор.

– Прошу тебя… – прошептала Алисия.

– Ключ нашли?

– Да, но…

– Но?

– На конверте есть номер ячейки, – пояснил Тим. – Но нет названия банка. На самом ключе клеймо «Мосли» – это производитель сейфов. Мы знаем, что у него была ячейка, но понятия не имеем, в каком банке.

– Невелика разница, – отмахнулся Белл. – Ключ у вас, так что полиция может и не узнать о существовании ячейки. Сами мы воспользоваться ключом всё равно не смогли бы – подделать его подпись нам не под силу. В любом случае, без информации, стёртой с его дисков, фотографии в депозитарии – это просто куча любительских снимков.

– Надеюсь, ты прав, – пробормотала Алисия. – Куда дели пистолет?

– Туда, куда и договаривались, – ответил Тим. – В багажник старого «Бьюика», ожидающего пресса. Утром я проехал мимо свалки, чтобы убедиться, что «Бьюик» расплющили. Так и есть. Сейчас он на железнодорожной платформе вместе с полусотней других сплющенных в блин машин, едет на переплавку. Пистолет расплавится вместе с остальным металлоломом.

– Во сколько вы вернулись домой? – спросил Белл.

– В четыре пятнадцать, – ответил Тим. – Мне эта часть легенды не нравится. Лос-анджелесский детектив, который ведёт дело, уже спрашивал, где мы были с момента отъезда из студии до прибытия в «Косина Роберто».

– И что ты ему сказал?

– Сказал, что мы были на пляже, занимались сами-знаете-чем. Вроде как он это проглотил. Но мне бы не хотелось, чтобы он начал выяснять, где мы были с часа двадцати до четырёх пятнадцати.

– Романтическая поездка в горы, – подсказал Белл. – Припарковались, а потом уснули в объятиях друг друга. Вам не нужно доказывать, где вы были. Это они должны доказать, где вы были.

В этот момент подошёл официант с подносом, полным свежих напитков.

– Мы готовы сделать заказ, – брезгливо бросил Белл.

– Да, сэр?

– Мне открытый сэндвич с жареными креветками. Полагаю, он подается с имбирным майонезом?

– Да, сэр. Желаете охлаждённого белого вина?

– Определённо. Выберите что-нибудь на свой вкус. Что-то очень сухое.

– Слушаюсь, сэр.

– Мне то же самое, – сказала Алисия.

– Да, – кивнул Тим. – И мне тоже. Но принесите нам ещё порцию жареных цукини с йогуртом, на всех.

Официант поклонился и поспешил прочь.

– Этот детектив, – произнёс Белл. – Вы говорите, он идиот?

Алисия усмехнулась.

– Чарльз, ты даже не представляешь какой!

2

Коломбо крошил крекеры в свою тарелку с чили. Он специально заказал дополнительную порцию печенья.

– Слушай, – обратился он к Марте Циммер, – надо ещё знать места, где подают такой чили. Где попало такой не найдёшь. Не знаю, что они туда кладут, как готовят... но выходит просто блеск! Я сам из Нью-Йорка, ты же знаешь. Там такого чили днём с огнём не сыщешь. По крайней мере, я не встречал. Думаю, дело в мексиканском влиянии. Мексиканцы наверняка знают какой-то секрет. Дома я такого не ем. Миссис Коломбо, она старается, конечно, но у неё так не выходит. Чтобы поесть настоящего великолепного чили, надо идти в такое вот место.

Он подхватил бутылку рутбира и сделал основательный глоток.

Марта чили не ела, сказала – от него изжога. Она откусила огромный кусок от хот-дога, густо залитого горчицей, и кивнула в ответ на эту диссертацию Коломбо.

– Человек из охранной фирмы объявлялся?

– Угу.

– И что сказал?

Марта с полминуты жевала кусок, затем проглотила.

– Всё проверил. Система работает как часы. Те ребята не дилетанты. Сказал, единственный способ попасть в дом – использовать одну из тех магнитных карт.

– Как именно она работает?

– Вставляешь карту в щель фальшивого почтового ящика. Машина считывает магнитный код и ждёт, пока наберешь ещё четыре цифры. Если всё верно, система отключается на три минуты – времени хватает, чтобы дойти до двери и повторить процедуру, чтобы войти. Как только ты внутри, система снова включается, но это не страшно, пока не трогаешь внешние двери или окна. Там датчики движения снаружи и периметральная система внутри.

– Мог кто-то на время стянуть карту Друри и сделать копию?

– Вряд ли, но возможно. Только толку от этого ноль, если не знаешь четыре цифры кода. Абсолютно надёжных систем, может, и не бывает, но эта близка к идеалу.

– Похоже на то. Парень был помешан на безопасности.

– Офицер Роуз, приехавший на вызов миссис Бадилио, заставил сигнализацию сработать, когда начал колотить дубинкой в парадную дверь.

– Да?

– Короче, это не ограбление, – подытожила Марта. – Никакой не это взлом. Преступник пришёл убить Друри, всё ясно и просто.

Коломбо кивнул.

– Убийца забрал бумажник, кольцо и часы, чтобы инсценировать ограбление. И я думаю, стол он разломал и бумаги разбросал по той же причине.

– Какой тогда мотив, по-твоему? – спросил Коломбо.

– Остановить шоу, которое он готовил. Не дать ему что-то разоблачить.

– Ты всё верно поняла. Все его компьютерные базы данных были стёрты прошлой ночью. Плюс убийца украл ноутбук из машины.

– Что дальше, Коломбо? Что мне делать после обеда?

– Сделай запрос в Транспортный департамент, узнай всё про три машины: Эдмондса, миссис Друри и Бергман. Потом поезжай к квартире Бергман и засеки, сколько ехать оттуда до «Ла Феличита», а оттуда – до дома Друри. Также проверь время в пути от «Косина Роберто» до дома Друри. Поговори с Роберто, узнай точно, когда мистер Эдмондс и миссис Друри пришли и когда ушли.

– Будет сделано. О, слушай, Коломбо! Тебе просили передать. Капитан Сигель велел сообщить, что тебе кровь из носу надо явиться в тир и пересдать нормативы по стрельбе. Ты просрочил это уже на полгода.

– Первым делом мне надо найти этот револьвер. Наверное, валяется где-то дома. Спрятал его, понимаешь. Всегда прятал, чтоб дети не добрались. Думаю, он на верхней полке в шкафу в гостевой комнате. Может, миссис Коломбо знает, где он.

– Сигель настроен серьёзно.

– Ага. Слушай, Марта, может, дашь мне пару уроков с этой штукой? Не хочу прострелить себе ногу.

– Конечно. Съездим куда-нибудь, постреляем по бутылкам.

– Буду признателен.

– Ты сейчас к трупу? – спросила Марта.

– Не вижу способа этого избежать, – вздохнул Коломбо.

3

Коломбо терпеть не мог ходить в морг. Не любил он смотреть на все эти отмытые тела, выложенные для вскрытия. Видеть их там, где их нашли, было уже достаточно скверно, но морг – это куда хуже. Хуже только видеть их накрашенными и уложенными в гробы.

– Док, вы не могли бы… погодить с этим пару минут?

Доктор Гарольд Калп уже занёс электрическую костную пилу, собираясь вскрыть тело Пола Друри от горла до паха. Он криво усмехнулся.

– Не знал, что вы такой слабонервный, Коломбо.

– Я тут навернул отличную миску чили и не хочу оставить её здесь на полу. В смысле, если вы можете уделить минуту…

– Конечно, – кивнул врач и выключил противно визжащую пилку.

– Нашли что-нибудь неожиданное? – спросил Коломбо. – Что-то, чего не ожидали?

Доктор Калп упёр руки в бока и с минуту разглядывал труп. Обнажённое тело лежало на спине. Оно было мокрым. Доктор и его ассистент только что снова окатили его из шланга, чтобы смыть кровь и прочие жидкости, которые утекли в слив секционного стола. Череп уже вскрывали, а куски кости вставили обратно, на их приблизительные места, отчего голова напоминала дыню, которую уронили на пол, а потом неумело склеили осколки.

Врач потянулся к стальной миске на столике-каталке и протянул её Коломбо.

– Вот ваши пули, – сказал он. – Двадцать второй калибр, экспансивные, с полой головкой.

Маленькие пули деформировались полностью, превратившись в бесформенные свинцовые комки; лишь крошечные цилиндрические хвостики указывали на то, где раньше была задняя часть и каким был калибр. В носовой части таких пуль есть выемка, заставляющая их делать ровно то, что они и сделали: раскрываться «грибом» и сплющиваться, разрывая плоть гораздо сильнее обычных цельнометаллических снарядов.

– Первая пуля вошла через затылочную долю, прошла через теменную и застряла в мозолистом теле. Угол вхождения – около двадцати градусов ниже горизонтали.

– Хм… – пробормотал Коломбо. – Это наводит на мысль, что тот, кто стрелял, был ниже ростом, чем убитый.

– В нём шесть футов и пять дюймов, – напомнил доктор. – Мало кто может сравниться с ним в росте.

– Хорошо. Стрелок был ниже его, но ненамного. Верно?

– Я бы предположил, что рост стрелявшего – около шести футов.

– Ага. Это практически вычеркивает одного кандидата, – заметил Коломбо.

– М?

– Молодая женщина. Симпатичная такая крошка. Чтобы всадить пулю Друри в затылок под таким углом, ей пришлось бы держать пистолет у себя над головой.

– Допустим. Будем считать это первым выстрелом. Вторая пуля вошла через височную долю, пошла вверх через лимбическую систему и застряла во фронтальной доле. Угол проникновения – шестьдесят градусов выше горизонтали. Моя версия: когда первая пуля попала в цель, он начал падать, возможно, на миг привалился головой к двери, и когда в него выстрелили второй раз, его голова была наклонена вперёд, может быть, подбородок почти касался груди.

Коломбо скривил рот и провёл ладонью по волосам.

– Эти два выстрела наверняка превратили его мозги в кашу, – вздохнул он.

Доктор Калп кивнул.

– Я часто вижу ранения в голову. И всегда ненавижу их. Мозг – величайшая штука в мире, и видеть его разорванным вот так… Что ж… Ненавижу это, Коломбо. Просто, чёрт возьми, ненавижу.

– Других ран нет? Синяков?

– Нет.

– Ладно… Я не хочу торчать здесь и смотреть, как вы будете его потрошить, но когда вы его вскроете, сможете определить, как долго пища находилась в желудке? Я имею в виду стадию пищеварения. Он ушёл из ресторана, где ужинал, около без четверти одиннадцать. Сможете сказать, насколько продвинулся процесс?

– Да. Я смогу дать довольно точную оценку.

Коломбо кивнул.

– Как я и думал. Пожалуй, оставлю вас наедине с этой чудной работой.

Доктор Калп усмехнулся.

– Как угодно. Кстати, вы знаете, что он ел?

– Могу спросить.

Усмешка Калпа стала шире.

– Я узнаю это раньше вас.

– Ага. Ну, удачи. Я… О! Есть ещё одна вещь. Вы можете сказать, как давно у него был сексуальный опыт? Я имею в виду оргазм.

– Нет. Но я могу сказать, была ли у него эякуляция в последние несколько часов жизни.

– Я хотел бы это знать.

– Ну так притормози, слабонервный ты наш. Скажу через две минуты. Просто подожди. Эдуардо, помоги его перевернуть!

С помощью санитара доктор Калп перевернул тело лицом вниз. Пока Коломбо стоял в сторонке, старательно отводя взгляд, доктор Калп раздвинул окоченевшие ноги трупа и сделал маленький, аккуратный надрез. Обескровленное тело не кровоточило.

– Вот, Коломбо! Семенные пузырьки. Они полные. Эякуляция опустошает их, полностью или почти полностью. Затем яички наполняют их снова, но на это требуется время, как известно большинству из нас, к нашему прискорбию. – Он покачал головой. – Не думаю, что у мистера Друри был секс в последние часы жизни.

– Спасибо, Док.

4

Коломбо вернулся в офис «Пол Друри Продакшнс», и ему снова предоставили большой, роскошно обставленный кабинет Друри в качестве штаба расследования.

Тим Эдмондс проводил его внутрь.

– Не ожидал увидеть вас снова сегодня, лейтенант, – заметил он.

– Да я и не хотел вас больше беспокоить, сэр. Но, видите ли, человек я безалаберный, из тех, кто никак не может привести всё в порядок, вечно не удаётся собрать всё, что нужно, за один заход. Вот и сегодня утром я забыл попросить у вас список передач, которые должны были выйти в ближайшие недели, может, месяцы, если бы мистера Друри не убили.

– Понимаю. Думаете, кто-то его убил, чтобы помешать что-то обнародовать в эфире?

Коломбо выудил из кармана плаща огрызок сигары и принялся шарить по другим карманам в поисках спичек.

– Это одна из версий, которую я обязан отработать, – произнёс он. – Очевидно же, что его убил не грабитель, так что мне приходится искать другой мотив.

– «Очевидно», говорите? А это и впрямь так очевидно, лейтенант?

– О да. В смысле, я могу по пальцам перечислить причины, почему это не мог быть грабитель. Но вы и сами это знаете. Вы человек умный, наверняка сразу всё поняли.

Коломбо опустился в кресло. Эдмондс остался стоять, прислонившись к мраморному столу Пола Друри.

– Ну, э-э, вы опытный детектив, так что, полагаю, то, что очевидно вам, не так уж очевидно мне. Но список я вам, конечно, дам. Думаю, тот факт, что все файлы были стёрты с обоих компьютеров, довольно убедительно доказывает, что это не простое ограбление.

– Точно. Ему кто-нибудь когда-нибудь угрожал убийством?

Тим кивнул и слабо улыбнулся.

– В среднем раза четыре в неделю.

– А он вёл учёт этих угроз?

– Да, вёл. В компьютере.

– Никаких бумажных копий?

– Пол смеялся над людьми, которые хранят бумажные архивы. Он как-то сказал, что с таким же успехом можно высекать записи на камнях, как…

– Но случилось то, что случилось.

– Верно, лейтенант. Но если бы он хранил бумажные файлы, кто-то мог бы залить ящики керосином и чиркнуть спичкой.

– Кстати о спичках…

– На столе зажигалка.

Коломбо воспользовался зажигалкой.

– Похоже, чью-то жизнь просто стёрли, – задумчиво произнёс он.

– Никаких улик, лейтенант?

– О, улик куча, просто прорва. Осталось только сложить их вместе.

– Могу я вам ещё чем-то помочь?

– Ну, может, мне стоит поговорить с миссис Друри. Может, с мисс Бергман. Боюсь, я уже надоел вам хуже горькой редьки, но я…

– Вовсе нет, лейтенант Коломбо! Не думайте так. Располагайте нашим временем. Всё, что мы можем сделать, чтобы помочь найти убийцу Пола, мы сделаем с радостью. Я передам Алисии, что вы хотите её видеть.

Коломбо торопливо чиркал себе напоминание в блокноте, когда вошла Алисия Друри. Жёнушка попросила захватить банку спреда «I Can’t Believe It’s Not Butter» по дороге домой, и он боялся про это забыть.

Алисия облачилась в чёрное платье. Утром она была одета иначе; Коломбо догадался, что она ездила домой переодеться в траур. Она села на то же место, где до полудня сидела Карен Бергман, и закурила сигарету.

– Прошу прощения, что снова вас тревожу, миссис Друри, но мне нужно кое-что прояснить.

– Разумеется.

– Поскольку совершенно ясно, что мистера Друри убил не грабитель, мне нужно найти другой мотив. Глядя на список предстоящих шоу, можете ли вы вспомнить что-то, что он мог готовиться разоблачить, что-то такое, ради чего…

– Кто-то убил бы его, чтобы это предотвратить? – закончила она за него.

– Именно это я и имею в виду.

– Давайте смотреть правде в глаза, лейтенант. Пол не был журналистом-расследователем. Практически всё, что он использовал, бралось из открытых источников. Изредка что-то всплывало в письме или телефонном звонке – я имею в виду какую-то новую информацию. Уникальным в его шоу было то, как он использовал эту информацию: он извлекал её из компьютера, связывал одно с другим, третье с пятым и рисовал общую картину. Он был… «прояснителем». А ещё пиарщиком. И великим мастером трубить в собственную дудку.

– Понимаю.

– Конечно… – Она пожала плечами, стряхивая пепел. – «Кто сам в свою дуду не дудит, того дуда не дудета будет».

Коломбо усмехнулся.

– Кто это сказал, мэм?

– Джон Л. Льюис.

– Правда? Как интересно… Вы хотите сказать, мистер Друри на самом деле не был экспертом по убийству Кеннеди?

– Он был каталогизатором фактов. Сам он никаких исследований не проводил.

– Но он был там, когда случилось то убийство.

Алисия покачала головой.

– Он был на Хьюстон-стрит, на углу Хьюстон и Элм. Он очень хорошо разглядел президента, когда машина притормозила, чтобы сделать тот крутой поворот на Элм. Но когда раздались выстрелы, между ним и машиной были деревья. Он слышал выстрелы, но ничего не видел. К тому времени, как он пробился сквозь толпу к Элм-стрит, лимузин уже проскочил под мостом и скрылся из виду, направляясь в больницу. Не сомневаюсь, он был потрясён и никогда не забудет этот опыт, но свидетелем убийства он не был. Он практически построил карьеру на утверждении, что был таким свидетелем, но это ложь. Мужчины говорят правду только в постели, лейтенант.

Коломбо кивнул.

– И не говорите. В любом случае… Мне всё равно нужно искать кого-то с мотивом, чтобы…

– Психов полно, лейтенант. Он получал массу угроз. Какой-нибудь псих…

– Нет, мэм, – покачал головой Коломбо.

– Что?

– Это не мог быть псих, мэм. Убийство было тщательно спланировано и великолепно исполнено. Тот, кто убил мистера Друри, имел карту, которая отключала его сигнализацию и открывала двери.

– Как я уже говорила, у меня когда-то была карта. Вам стоит проверить это у Маккрори, адвоката Пола. Я сдала свою карту в день, когда съехала, в присутствии Маккрори.

– Тот, кто убил мистера Друри, бывал в доме раньше, – продолжал Коломбо. – Он знал, где найти монтировку. Согласитесь, вы бы стали искать инструменты в подвале, верно? Но не в гараже.

– Не знаю, лейтенант. Мне кажется, этот вывод несколько поверхностный.

– Слишком простой? Ну, может быть, может быть.

Алисия жадно затянулась, затем раздавила сигарету в пепельнице, сделав всего четыре или пять глубоких затяжек.

– Просто к сведению, лейтенант Коломбо, – сухо сказала она. – Наш развод с Полом прошёл гладко. Мы решили, что совершили ошибку. Мы не скандалили и не пытались уничтожить друг друга в суде. Можете спросить кого угодно. Пол выплатил мне щедрые отступные, оставил меня помощником продюсера и продолжал продвигать мою карьеру.

– Мэм, я не спрашивал вас о вашей личной жизни.

– Но теперь вы это знаете, и можете проверить. Если хотите знать, у кого была карта от его сигнализации и замков, советую спросить Карен Бергман. Он раздавал карты своим подружкам.

– Мисс Бергман не убивала его, мэм.

– Откуда такая уверенность?

Коломбо покачал головой.

– Ей пришлось бы встать на табуретку или стремянку. Мисс Бергман слишком низкого роста, чтобы пустить пулю через мозг под тем углом, под которым она вошла.

Алисия долго смотрела на него, потом кивнула.

– Тогда, возможно, вам стоит поговорить с Бобби Анжелой. Её отношения с ним закончились не так хорошо.

Коломбо вытащил блокнот из кармана плаща. На мгновение лицо его оставалось безучастным, затем он нахмурился:

– Бобби Анжела? Вы имеете в виду кантри-певицу?

– Её самую. Бобби Анжела. Та ещё штучка, лейтенант.

– Она была на шоу Друри, – произнёс он, делая пометку в блокноте.

– Верно. Она обвиняла своего отца в инцесте. Она и ещё трое в тот вечер. Одно из худших шоу, что мы делали. Грязь... Пол обычно до такого не опускался. Он говорил, что это большая социальная проблема.

– И какие у них были отношения?

– Бурные, – ответила Алисия. – И разрыв был ужасным, материал для таблоидов. Если у неё была карта, спорю на что угодно, она не вернула её так, как это сделала я.

Коломбо скорбно поджал губы и кивнул. Он сунул ручку, которой писал, обратно в подставку на столе.

– Я премного благодарен вам за наводку, – сказал он. – В смысле, даже если из этого ничего не выйдет, я хотя бы познакомлюсь с Бобби Анжелой. Подождите, вот я расскажу об этом миссис Коломбо!

– Надеюсь, это поможет, лейтенант.

– Уверен, что поможет, мэм. Не буду больше отнимать у вас время. Очень признателен.

Алисия встала и направилась к двери.

– Если что-то ещё понадобится, просто позвоните, – бросила она.

Коломбо почтительно поднялся.

– Ну… вообще-то, есть одна мелочь, – пробормотал он. – Ерунда, ничего не значит. Просто для полноты протокола, понимаете.

– Да, лейтенант? – в голосе Алисии прозвучало нетерпение.

– Э-э, ну… вы любите азартные игры, мэм?

– А это тут при чём? – резко спросила она.

– О, ни при чём, наверно. Просто пытаюсь выстроить факты в ряд. Так… вы, собственно, играете?

– Я иногда езжу в Лас-Вегас, – холодно ответила она.

– Лас-Вегас. Просто иногда ездите.

– Просто иногда езжу, лейтенант.

– Ага… что ж, могу понять. Я вот в бильярд играю. Иногда гоняю в «девятку», по доллару за партию. Небольшое приключение, так сказать. Успокаивает нервы, правда? Вам случалось проигрывать больше, чем могли себе позволить, мэм?

– Я не могу позволить себе проигрывать деньги, лейтенант, так что любой проигрыш – это больше, чем я могу себе позволить. Ясно?

– Конечно. У меня то же самое. Миссис Коломбо, она жутко расстраивается, если я просажу в пул десятку. Я понимаю. Очень хорошо понимаю.

– Что-то ещё, лейтенант?

– Нет… Конечно, вам никогда не приходилось уезжать из Вегаса, оставшись в должниках?

– Разумеется, нет. У этих людей слишком высокие проценты.

– Это уж точно