Текст книги "Пилигримы"

Автор книги: Уилл Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 31 страниц)

Эрик потребовал:

– Вынь меч из ножен и брось подальше, рукоятью вперед.

Киоун расхохотался, не веря своим ушам:

– Что?! Ты крепко приложился ночью головой? Кейс! Что с ним такое?

– Делай, как он говорит, – произнес голос Кейса справа от Эрика.

Хитро, подумал Эрик. Теперь он знает, где стоит старик. Эрик поспешно двинулся прочь от того места, где прозвучал голос, чтобы было невозможно напасть на них обоих сразу.

– Бросай меч, Киоун.

– Прошу прощения, но я предпочел бы его оставить. Эрик, это же я! Ты провел столько ночей рядом со мной, и я не причинил тебе никакого вреда, если не считать газов и несвежего дыхания. Я думал, мы товарищи!

– А Дун и остальные тоже тебя считали другом?

Брови Киоуна взлетели вверх, выдавая удивление. На мгновение он утратил дар речи.

– Что?

– Ты слышал меня.

– Да. – Рыжий покачал головой, словно вопрос Эрика его озадачил. – Дун? Я же рассказывал тебе, что с ним случилось! До них добрались солдаты.

– Только солдаты?

– Я же велел отряду отступать. Они не послушались. Они не уважали меня, не считались с приказами. Так вполне могло произойти, ведь Анфен при расставании заложил в них сомнения. Ты помнишь его слова? «Он поведет вас, и, надеюсь, разумно». – Киоун снова рассмеялся. – Ты наслушался Шарфи? Или этого бестолкового простофилю Лупа? Я знаю, они считают, что от меня никакой пользы, один вред, и их уже не переубедить. Они успели забыть, сколько раз я спасал их никчемные жизни. Попроси Анфена как-нибудь рассказать тебе эти истории. Я спасал всю банду, и не однажды.

– Это не имеет никакого отношения к тому, что мы обсуждаем в данный момент.

– А что мы обсуждаем? – спросил Киоун. Его лицо исказилось от гнева, и в движениях отразилась ярость. – У меня на теле с полдюжины шрамов, которые должны были украсить кое-какие укромные места на теле нашего предводителя. И у Сиель тоже. Из некоторых схваток банда вышла живой только благодаря мне! Посмотри на это, например! – Киоун снова закатал рукав, демонстрируя перевязанную рану от стрелы.

Эрик усмехнулся:

– А ты легко отделался в этой схватке, не так ли?

– Легко?! В меня попала стрела! Мне повезло, что она не оказалась отравлена.

– Весьма примечательная удача.

Руки Киоуна начали беспомощно трястись, в глазах разгорелся гнев. Он сделал шаг по направлению к Эрику, стиснув пальцами рукоять меча. Эрик отшатнулся.

– Отстегни ножны и брось их на землю, Киоун.

– Кейс? Ты можешь как-то повлиять на него? – спросил тот.

– Кейс, не отвечай ему! Он пытается выяснить, где ты находишься. Киоун, положи меч. Я серьезно.

– Ты серьезно приложился головой, – произнес рыжий. – Вот тебе мой меч. – Он вытащил его широким жестом. – Острый, сбалансированный. Тонкая сердцевина из смертекамня, поэтому его не нужно натирать каждый день. Стоит двух красных чешуек. Забирай.

– Сделай, как он говорит, – устало произнес Кейс; его голос прозвучал совсем рядом с Киоуном.

Рыжий мгновенно атаковал, изящно повернув запястье, меч выписал эффектную восьмерку в воздухе. Он двинулся к Эрику, сделал два шага, и Кейс выстрелил. Раздался грохот. Пуля ударила в землю у самых ног Киоуна, расколов камень. Тот испуганно выронил меч и отскочил прочь, зажав уши руками, не зная еще, повредило ли ему оружие из Иномирья или нет.

Эрик тоже подскочил от грохота выстрела. Он оправился первым, бросился вперед и схватил меч за рукоятку прежде, чем тот перестал звенеть на камнях, а затем поспешно отпрыгнул, схватив клинок так, как показывал ему на тренировках Шарфи.

Киоун рассмеялся. На его лице вспыхнула неприкрытая, мрачная ненависть.

– Никак брал уроки? Тебя учил Анфен? Нет, разумеется, это Шарфи. Что ж, надеюсь, ты оказался способным учеником, потому что я могу убить тебя голыми руками.

– На твоем месте я не стал бы даже пробовать, – утомленно посоветовал Кейс. – Это был предупредительный выстрел. Следующий попадет в цель.

Киоун снова рассмеялся:

– Я думал, ты наплел мне про оружие. Честное слово.

– Это вроде лука и стрел, точнее, арбалета, – пояснил Эрик. – Оно выплевывает маленький кусочек металла с огромной скоростью. Мы сейчас беседуем с тобой, а Кейс направляет это оружие тебе прямо в грудь. Не хочешь для разнообразия поговорить начистоту?

Киоун несколько раз порывался что-то сказать, а потом горько рассмеялся:

– Я и был абсолютно честен. Это все – огромная ошибка.

– Пожалуйста, не заставляй меня повторять урок, – тихо произнес Кейс. – Мне доводилось убивать раньше. Тогда это занятие не пришлось мне по вкусу, и сейчас я тоже не в восторге от такой перспективы. Хотя, похоже, ты этого заслуживаешь.

Что-то в его тоне – возможно, мрачная усталость и сожаление – наконец подействовало.

– Отлично, – пробормотал рыжий. – Замечательно. Что ж, давайте побеседуем.

Глава 41

– Куда именно ты ведешь нас и почему? Давай начнем с этого.

Он велел Киоуну сесть, скрестив ноги, в самом центре круглой платформы. Кейс стоял позади него, по-прежнему невидимый, а Эрик сбоку, за пределами досягаемости.

– В Хейн, – ответил Киоун, – как я и говорил вам. Меня там ждут.

– А куда потом?

– Искать Анфена, разумеется, – упрямо произнес Киоун. – Верьте или нет, но это, по крайней мере, правда. Я должен отвести вас к нему, а затем продолжить путь с его людьми, рассказав им то же самое, что и вам. Полагаю, теперь мне придется бросить вас у его ног и кинуться прочь, поскольку вы ему про меня такого наговорите…

– Я не верю в это, – прервал его Эрик. – Мне сложновато положиться на слово человека, способного убить спутников, с которыми только недавно делил еду и ночлег. – И не просто убить, а с какой-то… одержимостью. Эрик вспомнил маниакальную жестокость, с которой Киоун вонзил меч в спину Дуна, ту ярость, с которой он обрушивал на полувеликана страшные удары ботинком.

На лице рыжего отчетливо читалась борьба – признаться или продолжать отрицать?

– Позволь сначала мне задать один вопрос, – произнес он. – Что заставляет тебя считать, что ты знаешь все это? С кем ты разговаривал? Что-то случилось, что-то ведь изменилось со вчерашнего ужина к сегодняшнему утру. Что-то заставило тебя перестать относиться ко мне как к другу и начать обращаться со мной… вот так.

– Не уверен, что мы когда-либо были друзьями.

– Еще можем ими стать! – убежденно воскликнул Киоун. – Я не держу зла. Может, у нас много общего, куда больше, чем тебе кажется. По крайней мере, наши интересы совпадают.

Эрик расхохотался и увидел, как нарочитая искренность осыпается театральным гримом, открывая дорогу быстро нарастающему гневу, который они с Кейсом наблюдали раньше.

– А ты знаешь, что на самом деле представляют собой Анфен и все остальные? – зарычал Киоун, поддавшись ярости. – Ты знаешь, что на самом деле представляют собой эти Вольные города? Они задерживают прогресс всей нашей расы! И так было всегда! Они – паразиты, бесполезные твари. Ты знаешь, что мы создаем сейчас в замке? Мы делаем себя богами! Ты понимаешь, что это значит? Ты знаешь, какие секреты мы узнаем, какой силой распоряжаемся? И ты можешь стать частью этого. Заложи один камень в великое строение – и разделишь его славу!

– Ты использовал множественное число, как я заметил, – отозвался Эрик. – Кто в итоге станет богом?

Киоун только поежился.

– Могу поспорить, я знаю ответ, – раздался голос Кейса. – Им будет Ву.

Рыжий дико огляделся.

– Ты недостоин даже произносить его имя! – ядовито выплюнул он. – Любым тоном, не говоря уже о такой вызывающей мрачной неодобрительности, ты, грязный психованный старый мерзавец!

– В нашем мире есть один обычай, – медленно начал Эрик. – Следует говорить чуть повежливее, когда поблизости стоит человек и держит тебя на прицеле.

Киоун с трудом взял себя в руки и закатил глаза:

– Прекрасное получилось представление, и все такое, но могу я снова забрать меч, если вы оба насладились своей проницательностью? Я довольно много заплатил за него.

– Сожалею, но нет, – спокойно отозвался Эрик. – Я пока оставлю его себе. А теперь не мог бы ты побольше рассказать нам об этом типе… как там его, Кейс?

– Ву. И я мог бы рассказать тебе о нем такое, что ты содрогнешься от ужаса. – Киоун почувствовал, что наживка проглочена, и небрежно пожал плечами.

– Да какой идиот вообще может захотеть стать богом? – спросил Кейс. – И скажи-ка еще кое-что, почему за ним следует целое стадо ненормальных, да еще с таким пылом? Буквально минуту назад ты был очень похож на ту девчонку, что поклонялась Инферно.

– Ты совершенно прав, – с издевкой ответил рыжий. – О чем я только думал?

– Значит, замок интересуется нами… А какую роль я и Кейс играем в этих великих замыслах? Если они действительно хотят вернуть нас в банду Анфена, что потом?

Киоун пожал плечами.

– Лучше расскажи, Киоун, – попытался надавить Эрик, но тот уставился вдаль.

«Назрела проблема, – подумал иномирец. – Если бы мы сейчас поменялись ролями, расколоть нас было бы несложно – достаточно начать ломать нам кости, и мы запели бы, как соловьи. Для него это был бы вполне логичный поступок. Но я не смогу сделать этого, и Киоун в курсе. Вот почему плохие вечно выигрывают».

Эрик не мог пойти на осознанный садизм, зато был вполне способен изобразить такое намерение. Он сказал:

– Лучше расскажи нам остальное, а мы решим, как с тобой поступить. Мы могли бы выстрелить тебе в колени и оставить здесь. Спорить могу, тебе будет совершенно не смешно потом спускаться по этим ступенькам. Да и боль не сравнится с этой царапиной. Я не хочу идти на это, но при необходимости колебаться не стану. – «И надеюсь, что он в это поверит». – Ты говоришь, мы еще можем стать партнерами. Валяй выкладывай.

Киоун потер переносицу, устремив взгляд в землю, словно ему было больно говорить:

– Моя миссия заключается в том, чтобы доставить вас к Анфену. Живыми и невредимыми. Больше я ничего не знаю. Сведений мне дают самый минимум, который необходим – на случай, если я вдруг окажусь в подобных обстоятельствах. Только и всего.

– А кто ты на самом деле? – спросил Кейс. – Шпион? Один из тех балахонистых, которых я видел? – Судя по тому, откуда донесся его голос, старик решил присесть. – И поторапливайся да отвечай честно. Я пристрелю тебя без колебаний, стоит Эрику сказать хоть слово. Еда закончилась, а я предпочитаю обедать пораньше. Мы не собираемся торчать здесь весь день.

– Я из тех, кого называют Охотниками, – раздраженно бросил Киоун. – Мы – элита. Мы знаем больше, чем солдаты, первые капитаны – может, даже больше генералов. Мы получаем приказы непосредственно от Стратегов, иногда даже от кого повыше. Наши есть в каждом городе, не больше пары сотен – по крайней мере, так всем говорят. Нас усерднее обучают, больше сообщают. Мы не всегда являемся лучшими мечниками в армии, хотя при этом должны быть способными на многое.

– А что именно делает вас такими особенными?

– Нам можно доверять, и они это знают. Мы должны быть способными на очень многое.

– Например, актерский талант не повредит.

Киоун улыбнулся:

– Да, о находитель трактира. Но, веришь ты в это или нет, я был самим собой все это время. Даже среди разбойников Анфена и других вражеских банд, с которыми я бегал. Я был их союзником настолько, насколько мог.

– Но ты никогда и никому не говорил о том, что поклоняешься Ву, – произнес Кейс.

Гнев промелькнул на лице Киоуна, и он с явным трудом скрыл его.

– Ты не понимаешь. Я поклоняюсь не просто человеку. Проекту. Он уже на полпути к тому, чтобы стать новым Великим Духом. Если он сможет, значит, это под силу всем нам, кому угодно. Они собираются понаблюдать за процессом, посмотреть, как что происходит, а затем повторить его. Ву всего-навсего первый, проба, не больше. Это может произойти, пока мы живы – или же во времена наших внуков. Или даже завтра! Они многое узнают и смогут усовершенствовать процесс. И э… что потом? Что произойдет, если мы узнаем, как именно люди становятся Великими Духами? Это следующая ступень на лестнице величия, эволюции? Рано или поздно мы станем столь величественными и могущественными, что превзойдем даже Дракона! Однажды мы начнем создавать собственные миры. Идеальные миры. Только представь. Не думай о том, что для этого должно произойти сегодня, представь себе идеальное будущее. Вот что разрушают Вольные города! Какой смысл жить, как насекомые, делать одно и то же, суетиться вокруг, задавая и отвечая на все те же старые бессмысленные вопросы, рождаясь и умирая, повторяя цикл за циклом, никогда не пытаясь протянуть руку чуть дальше? – Теперь в его смехе отчетливо прозвучала усталость. – Ты еще новичок здесь, старый тупица, и не знаешь нашей истории. С начала времен, с тех пор, как люди начали играть магией, некоторые из нас стали задумываться о том, можно ли совершить этот грандиозный замысел, великое возвышение человека. Но маги оказались слишком трусливы, чтобы даже адекватно обдумать эту вероятность. После Войны их дурацкая система не позволила нам даже попытаться – по крайней мере, как следует. Их перехитрил Ву. Это он осмелился запачкать руки кровью, рискнуть собственной жизнью и жизнями других. Он – герой. Вы слышите меня?! Герой! – Киоун повернулся в сторону Кейса и оскалился. – Ты сам не понял, что увидел, когда взглянул на него. Да, он безумен. Такие мечтатели должны терять разум.

Киоун начал подниматься на ноги.

– Оставайся на месте или сдохнешь, – тихо произнес Эрик.

Рыжий покорно опустился на камни, удивленный, словно искренне полагал, будто эта прочувствованная речь должна изменить ситуацию. Иномирец сказал:

– Ты должен был отвести нас к Анфену. Что ты предлагаешь теперь?

– Отвести вас к Анфену. Если вы убьете меня или оставите здесь, разве удастся вам отыскать его в одиночестве? Особенно если учесть, что теперь по вашему следу летят разъяренные сороки, а по дорогам бродят войска? Солдатня не будет знать, что с вами делать. Вы оба странно разговариваете, выглядите еще страннее и ничего не знаете. Они отправят вас на обычные пытки, надеясь выбить признание в чем-нибудь интересном, или же сразу убьют. Наш дедуля не проживет долго в качестве пленника, можешь мне поверить. Да и ты вовсе не кажешься крепким парнем. Слушай. План таков. Мы останавливаемся в Хейне, получаем еду, новую одежду. Видишь вот это? – спросил Киоун, спуская с плеч рубашку и показывая татуировку у себя на ключице, которая проявилась, только когда он напряг небольшой мускул. Это была маленькая башня, нарисованная тонкими алыми чернильными линиями. – Я покажу ее кому следует и получу доступ к ресурсам любого Выровненного города. Мы можем взять все, что пожелаем. Женщин, еду, комнаты в лучших гостиницах и трактирах. Со мной вы стоите выше закона. Вы забираете все, что хотите, в лавках и у кузнецов. Мы можем получить телегу, запряженную лошадьми, – правда, в залог, может, даже дадут парочку дрейков, если вы в игре и у них найдутся лишние. Больше не придется идти пешком. Отдохнем пару дней, как принцы, наслаждаясь каждой секундой, а потом спокойно проедем остаток пути. Что скажете?

Несмотря на все, что Эрик успел узнать об этом типе после нелегкого путешествия, предложение было весьма соблазнительным.

– А умение убедительно врать тоже высоко ценится у вас, Охотников? – спросил Эрик.

Киоун только сердито отмахнулся:

– Еще бы! Точно так же, как и умение понять, когда лучше сказать правду.

– Тогда, возможно, ты признаешься, что именно сделал с отрядом, который должен был привести к морю.

Киоун развел руками:

– Тебе обязательно заставлять меня заново проходить через это? Ты думаешь, я одинаково радуюсь всем полученным приказам? Хорошо, я сделал это. Помог убить великана. Привел всех в засаду, в лапы патруля, который заранее знал о том, что мы двинемся к перевалу. И эти сведения поступили от меня. Вот, пожалуйста. Я предал их, потому что моя миссия была слишком сложной, я был вынужден пойти на это. Мне подобные развлечения не по нутру. Если бы Анфен не принял решение разделиться, ничего подобного бы не случилось.

Нить магии алой лентой безмятежно вилась над площадкой, проходя сквозь Киоуна и перед самым его телом расступаясь, как струя дыма, отдельные тонкие завитки на мгновение задержались у его шеи и плеч. Переплетения сияющих линий виднелись высоко в небесах, но над городом их вообще не было.

– А что будет, когда мы догоним Анфена? – спросил Эрик. – Что ты им расскажешь?

– Ничего! – рявкнул рыжий в ответ. – Думаешь, я, как дурак, и дальше буду бегать по лесам с их бандой? Я отведу вас, брошу неподалеку и покажу, в какую сторону бежать. О том, кто я на самом деле, прекрасно можете рассказать и вы сами, мне плевать. Свою миссию я выполню, мне за нее заплатят. Уйду на пенсию и осяду в каком-нибудь новом городе, поскольку теперь все будут знать, что Киоун – Охотник, а я потому никогда больше не смогу работать под прикрытием.

– Я кое-чего упорно не понимаю, – протянул Кейс. – Нам, конечно, на руку, если ты проводишь нас к Анфену. Тебе тоже. Это на руку даже твоему начальству. Получается, от такого исхода счастливы все. Но ведь в шахматах нет взаимно выгодных ходов. Так кому от этого будет хуже? Ты уверяешь нас, что начальство не все тебе рассказывает, и могу спорить, ты прав. Но ты знаешь их лучше, чем нас. Значит, можешь угадать.

Киоун нахмурился, задумавшись.

– Мучители, – произнес он наконец. – Замок пытается использовать Анфена. И вас, я полагаю. Каким образом – не могу себе даже представить. Вот как в войне могут получить удовлетворение сразу две стороны – когда третья оказывается под ударом.

– Мучители?

– Вы рассказывали мне о тех монстрах в лесах, – произнес Киоун. – Так они называются. Да, я знаю о них, но не имею ни малейшего представления о том, как они выглядят или что делают так далеко на севере. Я даже не могу сказать, сколько их. Может, несколько дюжин. Или сотен, а то и тысяч. Хозяева замка боятся их мало не до смерти. И остальные должны следовать их примеру. Но знаете что? Вольным городам грозит большая опасность.

– Что они такое? Откуда взялись?

– Я их никогда не видел. – Киоун поежился. – Они приходят из-за Стены у Конца Света. Замок опасается, что Вольные города могут отыскать способ как-то использовать их, может, приручить их, превратить в охотничьих собак или солдат. Обе стороны уже успели потерять достаточно людей из-за этих тварей.

– Из-за Стены, – протянул Эрик, размышляя вслух. – Значит, они приходят из второй половины Левааля, даже несмотря на то, что Стена не дает сюда попасть всем остальным. Так каким образом они ухитряются ее преодолеть?

Киоун пожал плечами:

– Дедуля велел мне попытаться угадать, что я и сделал.

– Продолжай гадать.

– Идет. Под землей. Глубоко под землей. Где-то там должна быть точка, на которой обрывается Стена, и эти создания проникают под ней. Помните, в тоннелях, когда Шарфи был просто до ужаса озадачен, что происходит с шахтовыми дьяволами? Я-то понял, в чем дело, – рассмеялся Киоун. – Что-то еще вошло в тоннели с юга, что-то куда больше и опаснее, чем они сами. И эти создания постепенно оттесняют дьяволов на север. И я скажу вам еще кое-что: там, скорее всего, очень много этих ублюдков, если такие орды дьяволов спешат убраться подальше. А теперь не могли бы мы уже закончить эту милую беседу? Я рассказал все, что знаю. Возьмете вы меня с собой или нет, дело ваше. Просто ответьте про себя на один вопрос: вам нужен проводник и защитник или от меня будет больше пользы в качестве трупа?

Глава 42

Эрик и Кейс направились к ступеням, и молодой человек поспешил рассказать другу о чешуйках и видениях. Киоун оставался настороже, сцепив руки на коленях и понурившись, как одинокий побежденный воин. Несмотря на то, что Эрик теперь знал о рыжем, он ощутил внезапно пробудившуюся жалость. Было нелегко видеть этого всегда оживленного человека таким подавленным.

– Что скажешь? – спросил он у Кейса.

– Врать не буду, мне этот сукин сын никогда не нравился. В нашей недавней беседе он местами отвечал честно, кое-где увиливал, но поди пойми, где скрыта правда. Он не собирается рассказывать нам то, что мы хотим выяснить, это точно. Что же до того, что в городе мы якобы заживем как короли, то я лично в этом сомневаюсь. Если бы я был на его месте, то сказал бы что-нибудь подобное. Можем рискнуть своими жизнями и выяснить это, если хочешь. Оставляю решение тебе.

Эрик уставился на поворот, за которым скрывалась дорога, расходящаяся в две стороны – одна тропа вилась вправо, вдоль оснований холмов к Хейну. Он по-прежнему видел цветные потоки магии в воздухе, сверкающие на ветру, великолепные магические нити, и они отвлекали его.

– Вопрос заключается в том, можем ли мы смело идти вперед по этой дороге в одиночку.

– Можно попробовать. Это лучше, чем спать с пригретой на груди гадюкой, – произнес Кейс. – У нас есть амулет и пистолет, один из нас невидим, второй – опасен. Могло быть и хуже.

– Вероятно. А теперь самый сложный вопрос. Что нам делать с ним?

Кейс мрачно рассмеялся:

– Ты ж сам рассказал мне, что увидел, он ведь отправил на смерть пятерых. Пятерых, сделавших одну-единственную ошибку – они ему доверились. Если теперь он получит одну пятую того, что причинил другим, можно будет сказать, что он легко отделался. – Кейс вздохнул. – Я лично голосую за выстрел. Решай сам, стоит ли мне делать это; для тебя исход наших приключений важнее, больше лет жизни потеряешь, чем я.

Эрик вновь перевел взгляд на Киоуна, который повернулся в их сторону. И снова он вспомнил, что открылось ему в видении, заставил себя смотреть в потрясенные глаза полувеликана, в которых вспыхнула боль от предательства. Таких, как Дун, трудно убить быстро, и перед смертью они переживают много боли. Эрик словно вновь услышал обвиняющие слова Сиель, которые ни на миг не покидали его: «Что есть у нас и чего нет у них? Какое оружие, какая вещь, неизвестная им, но на которую мы можем положиться? Какая карта должна вести нас по этому пути и чего недостает им?»

Выживание – разве это не принцип своего рода? Справедливость… Разве несправедливо было бы убить его? И все же…

– Нет. Мы этого не сделаем. Больше ради тебя и меня, нежели ради него. Он не стоит того, чтобы брать грех на душу и носить столь тяжкое бремя.

– Всегда можно выстрелить в ногу. Тогда, если он даже захочет за нами последовать, это будет трудновато.

– А как насчет веревки, которой связаны тюки?

– Еще лучше. Неплохая идея и поможет сохранить пули. Только не забудь, он сказал, что стал крутым воякой. Несколько узлов его надолго не остановят.

Невидимые руки Кейса, сноровисто завязывающие сложные узлы, – потрясающее зрелище, особенно если учесть, что то и дело маленькие участки веревки исчезали, попадая под заклинание, когда он обхватывал их. Киоун не протестовал и не сопротивлялся, почувствовав, что быть связанным – не то же самое, что быть убитым. Похоже, Кейс был прав – веревки не удержат его надолго, поскольку Киоун явно не испытывал страха перед голодной смертью.

– Следи за этим мечом, – велел он Эрику. – Сними с меня ножны и держи его в них, чтобы зря не мок под дождем. И берегись: когда мы снова встретимся, я обязательно заберу его – может, вместе с одним-двумя пальцами.

– Что-то ты слишком уверен в том, что наша новая встреча состоится. – Эрик уже усомнился в мудрости своего решения.

Он забрал ножны и прикрепил их к своему поясу.

– Я пошутил насчет пальцев, но не насчет меча. Его изготовил весьма умелый кузнец, который, к сожалению, сейчас уже мертв. Вообще-то, он был Инженером, хотя сам меч магией не наделен. Послушай. Я буду с тобой честен. Я действительно найду вас обоих. Но не ради мести. У меня есть своя миссия, которая не изменилась под влиянием обстоятельств. Я должен доставить вас к Анфену в целости и сохранности. Они – мои командиры – не слишком любят Охотников, которые терпят неудачу.

Кейс произнес:

– Можешь начать с рассказа о том, в какую сторону ведет каждая из дорог после вон той развилки.

– Средняя приведет вас в Эльвури. Там встречается Совет Вольных городов. Собственно, там вы и отыщете Анфена – если поспешите. И если он доберется до места. Говорю вам, по дорогам сейчас бродит столько патрулей, что вы не сможете пройти и двух миль без меня. Боевые маги, сороки, Меньшие Духи. – Он вздохнул. – Впрочем, как хотите. Надеюсь, удача по-прежнему будет вам сопутствовать. Держитесь главной дороги, но не идите непосредственно по ней, пока не окажетесь за пределами Выровненного королевства. Правая развилка ведет в Хейн. Держитесь оттуда подальше. Весь город – одна большая тюрьма, ни еды, ни удобств. Ах да, вы же видели леса, полные вкусного мяса, которое бегает на четырех лапках и ждет Сиель, способную ловко воткнуть стрелу ему в задницу? Только это рискованно, если у вас нет разрешения на охоту. Если пойдете без меня, то долго не протянете. Теперь вот еще что, у меня на поясе висит мешочек. Там зеленая и синяя чешуйки. Они стоят больше, чем те, которые остались у вас, особенно зеленая. Это моя доля с ограбленной повозки. Забирайте их, тогда продержитесь дольше. Монеты тоже возьмите.

Эрик так и поступил, прекрасно понимая: Киоун ожидал, что они ограбят его на прощание.

– Как щедро с твоей стороны.

– Весьма и весьма. А теперь ты можешь сделать кое-что для меня, Эрик? Прошу тебя. Что-то произошло со вчерашнего вечера до сегодняшнего утра. Что именно? Никто не приходил сюда, чтобы поговорить с тобой. Или посетители все же были? Дело не может быть в видении, которое тебе подбросил Луп, иначе ты бы заподозрил меня еще в гостинице. Приснился яркий сон ночью? Или дело в другом? Какая-нибудь хитроумная штуковина из Иномирья? Ты можешь рассказать мне, откуда узнал о происшедшем?

– Прощай, Киоун. Я позабочусь о мече. Приятно знать, что есть хоть одна вещь, которая тебе небезразлична. Я даже не запятнаю его кровью своих спутников.

– Так это все-таки Кошмар? – Киоун забился в путах. – Ладно, возможно, я даже верю в твой рассказ о том, как он протянул руку вниз. Он благословил тебя? Или просто рассказал о том, что произошло? Брось, ты же можешь сказать мне хотя бы эту малость! Я помог вам пройти мимо дьяволов, помнишь? И вывел сюда из гостиницы! Отдал свой меч и чешуйки! Скажи мне!

Эрик и Кейс начали спускаться по крутым ступенькам, и в конце концов крики Киоуна стихли. Они оба цеплялись за шероховатые прохладные каменные стены и пытались не смотреть вниз. Впрочем, со временем от взгляда на землю перестала кружиться голова. На дороге больше не было видно солдат, попадались лишь редкие путники, которые старались не поднимать глаз. Эрик пытался увидеть в этих людях то же чувство гордости и сопричастности, которое продемонстрировал Киоун, вызванное возможностью «заложить хотя бы один камень» в основание Великого Проекта. Но на их лицах были лишь усталость и страх.