Текст книги "Пилигримы"

Автор книги: Уилл Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 31 страниц)

– Он вернулся? – К ним подошел Шарфи и присел на корточки у матраса Эрика. – Что он увидел?

– Пока ничего, – отозвался Луп, чье возбуждение только нарастало. – Увидит позже, когда захочет Дракон. Может, через день, а может, и через неделю или больше. Так и знал, так и знал! Все это задумано, вообще все – что он нашел чешуйку, я ее растер, теперь еще и видение. Что еще? Может, уже и то, что мы все собрались в этом самом доме, и то, что случится дальше, хорошее или плохое. Все по Его воле! Анфен – дурак.

Эрик снова откинулся на спину. Где бы он ни был, но теперь его неукротимо клонило в сон.

– Значит, босс все узнал.

– Ага, – кивнул Шарфи. – Тебя слишком долго не было. Он сразу смекнул, что ты не просто спишь. Анфен недоволен. Если произойдет что-нибудь плохое в ближайшие несколько дней, это будет наша вина. Будь настороже.

– А каким было твое видение? – с любопытством спросил Эрик у Шарфи.

– Не скажу, – отозвался тот мрачно.

– А, он во всем винит черную чешуйку! – понимающе ухмыльнулся Луп. – А виновата-то во всем щепотка красного! Предупреждал ведь, что не надо смешивать. Иногда это придает силы, но черной чешуйке других не нужно. Тебя забросило не в самое приятное местечко, а?

– Не скажу, – упрямо повторил чуть побледневший Шарфи.

Анфен вернулся в дом. Он бегло посмотрел на Эрика, словно беспокоясь за его физическое состояние, но ничего не сказал.

– А теперь ты готов меня выслушать? – спросил Луп. – Говорю тебе, я увидел кое-что важное! Взаправду или нет, но послушать стоит.

Анфен покачал головой и продолжал напряженно молчать, опустившись на свой матрас и начав чиркать по лезвию меча смертекамнем.

– Он явно недоволен, – прошептал Эрик.

– He-а. У него был прекрасный меч, а та Инвия сломала его, словно палку, – отозвался Луп. – Эскианский клинок. Проклятье, даже мне грустно, хоть это был и не мой меч.

– У меня такое чувство, что его угнетает совсем не это, – возразил Эрик, в очередной раз поразившись тому, какие разрозненные точки Луп иногда соединяет в одну линию.

– Он должен кое-что понять о нас, – сказал Шарфи. – Мы никогда не станем такими, как его старый отряд. Мы не дисциплинированные и никогда таковыми не будем. Мы можем много чего сделать, выжить в глуши. У нас хватит храбрости отправиться на дело вроде этого, мы способны держать рот на замке, молчать о том, где побывали, пока нам платят обещанное. Этого должно рано или поздно стать достаточно.

– А какой ранг занимал Анфен, когда служил в армии?

– Он был Первым капитаном, это на ступень ниже генерала, – ответил Шарфи. – И был самым молодым из всех, кто добивался такой чести. Лучший мечник в свои дни. Есть один турнир, называется Шлем Доблести. Там используют деревянные мечи, чтобы никого не убить. Длится целую неделю, перед ним проходит множество маленьких турниров, чтобы отобрать лучших из лучших из всех городов и замка. Даже Вольные города присылают своих бойцов, это что-то вроде перемирия. Анфен выигрывал его четыре года подряд.

– Три.

– Три, четыре, могло бы быть и десять. Никто не выигрывал его дважды до него. Теперь он старше на десять лет, но, думаю, у Анфена по-прежнему были бы шансы одержать победу.

– Но ты бы составил ему серьезную конкуренцию, не так ли? – с усмешкой поинтересовался Луп.

Шарфи очень серьезно обдумал этот вопрос.

– Когда я был моложе, мог бы заставить его попотеть, но он одержал бы верх. А теперь он меня на ленточки порежет за три секунды, если мне взбредет в голову броситься на него.

– Может, так я и поступлю, – откликнулся Анфен с другого конца комнаты. – Среди моих достоинств числится еще и необычайно острый слух. Я все ждал, когда ты добавишь его в список.

Шарфи содрогнулся.

– Шлем Доблести оказался на редкость бессмысленным достижением, – пробормотал Анфен, яростно водя смертекамнем по лезвию – чирк, чирк, чирк. – Ты сам сказал это. Тупые деревянные мечи, чтобы никто не пострадал. Три года подряд я был лучшим, размахивая куском дерева, не годящимся даже на растопку. Некоторые из тех, кого я положил на обе лопатки, в настоящем бою с легкостью вырезали бы мне внутренности. – Анфен отбросил меч в сторону, словно испугавшись, что ему захочется выместить злобу с помощью оружия. – Ты думаешь, Шарфи, что я оплакиваю нехватку элитных солдат, – продолжил он, – но это не совсем так. Здравый смысл подсказывает, что не следует проводить магические ритуалы, когда тебя и твоих спутников преследует сильный маг. И он же велит сообщить своему лидеру, когда упомянутый вдруг обнаруживает свое присутствие. Сиель знала, Луп знал, даже Кейс узнал обо всем до меня. Давайте даже не будем упоминать о дурацкой выходке Киоуна с вагоном, поскольку перед таким идиотизмом даже я бессилен. Не могли бы вы, ребята, поразмыслить об этом на досуге? У меня в кармане лежит амулет с сообщением, способным изменить всю нашу историю: они показали нам свой страх и свою слабость. Все, что теперь нужно сделать, – доставить этот амулет мэрам. Не говоря уже о двух пилигримах, чьи головы наверняка полны бесценных знаний. И все же мы до сих пор живы и здоровы, а не сидим в пыточных застенках замка лишь благодаря удивительному везению. Ты как никто, Шарфи, должен это понимать. – Лицо воина помрачнело, и он упрямо сжал челюсти. – Если бы это была армия, – добавил Анфен, – замка или города, которая проводила бы какое-либо военное действие, готов поставить сто к одному, что вы все уже валялись бы безголовыми в какой-нибудь канаве. И я бы поддержал офицера, решившего наказать подчиненных за проявленную глупость.

Сиель одарила троих мужчин взглядом, который ясно говорил: «Возможно, вам следует просто промолчать». Так они и поступили, и вскоре Фауль пришла пожелать птичкам спокойной ночи.

Глава 33

Никого этой ночью не оставили сторожить, поэтому первым это услышал Эрик. Пробудившись от глубокого сна, он поначалу подумал, что до него доносится лишь скрежет птичьих когтей, царапающих металлические днища клеток. Храп полувеликанши, раздававшийся где-то в глубине дома, рокотал не хуже чихающего двигателя.

Он не заметил, когда Сиель успела перебраться под его одеяло, поэтому с потрясением обнаружил, что ее обнаженное тело крепко прижимается к его собственному, а сам он обнимает девушку за талию. Она вцепилась в иномирца, как в своего защитника. Очень смешно – скорее всего, Сиель убила бы его голыми руками. Ее кожа дарила приятную прохладу, и Эрик чувствовал аромат ее тела, чистый и не испорченный посторонними запахами.

Небо начало светлеть, и спящие силуэты выделялись теперь чуть четче в длинной, просторной комнате. Вновь раздался звук, разбудивший его, странное постукивание на крыше. Как будто на нее что-то падало. Сердце тревожно забилось.

С сожалением освободившись от объятий девушки и постаравшись не разбудить ее, Эрик начал подниматься. Однако Сиель пошевелилась и вскоре села. Она тоже что-то услышала. Через несколько секунд девушка уже стояла рядом с ним – одетая, с луком в руке, а затем прокралась по дому к двери, ступая совершенно беззвучно; под ее ногами даже половицы не скрипели. Эрик натянул ботинки, взял было армейский меч, фыркнул, представив себя со стороны, и предпочел пистолет. Пристегнув кобуру, он убедился, что оружие заряжено и снято с предохранителя. Эрик тихо направился следом за Сиель, правда ступая не столь тихо.

Ему уже начало казаться, что им обоим померещилось, когда на улице пронзительно закричала Лейли:

– Тут что-то есть! Помогите, здесь что-то есть! Они вернулись, они пришли сюда! – Слова растворились в беспомощном, перепутанном стенании.

Проснулись все. Мгновенно одевшись и вооружившись, они помчались к выходу. Раздался громкий треск – какое-то существо провалилось сквозь крышу. Анфен выкрикнул приказ, суть которого Эрик не уловил. Он и Сиель уже были на крыльце с Лейли, которая с ужасом уцепилась за них. Лучница дважды велела ей успокоиться и потом дала девушке звучную пощечину. Лейли наконец затихла.

Они обвели взглядом двор. Проглядывающие из-под земли камни, лес, сплошной зеленой линией прорисовывающийся слева, черные контуры гор на синем сумраке. С крыши снова донесся шум. И звук крыльев, бьющих по воздуху. Все птицы Фауль начали одновременно кричать.

– Лейли, у твоих чудищ были крылья? – спросила Сиель, положив стрелу и целясь вверх.

Девушка продолжала ныть, словно не слышала вопроса.

– Я их не вижу, – пробормотала лучница. – Отвечай! У них были крылья?

Но Лейли съежилась на полу, отупев от ужаса.

Храп Фауль по-прежнему доносился откуда-то из дома. Они слышали голос Люта, пытающегося разбудить жену – пока, по всей видимости, безуспешно.

Анфен и остальные выбежали на крыльцо. А потом сразу случилось очень многое.

Вспышка света во дворе. Там оказалась женщина в зеленом платье – Незнакомка. Она воздела руки вверх с сосредоточенным выражением на лице. Из ее тела хлынул поток света, озарив все вокруг, словно ударила молния и вдруг застыла, медленно вращаясь. Это не от нее исходил звук, который они услышали. Незнакомка лишь помогла им увидеть его источник.

На высоком одиноком дереве расположились две Инвии, пристально глядя на дом – точнее, на Анфена. Взмахнув крыльями, еще две сорвались с крыши и направились к своим сестрам. Не зная, кто или что еще находится внутри вместе с явно опасным Помеченным, они пытались выманить его наружу.

– Проклятье, – выругался Анфен. Он даже не взглянул на Незнакомку и крикнул Инвиям: – Вам нужен только я?

В ответ раздалось щебетание и свист, походивший на чириканье неземных птиц. Анфен спустился вниз по ступенькам, вышел во двор. Незнакомка воскликнула:

– Сражайся с ними, я тебе помогу!

Сиель на мгновение замерла, глядя на Незнакомку. А затем выпустила стрелу, которая, взрезав воздух, промчалась совсем рядом с женщиной. Незнакомка посмотрела на лучницу с искренним изумлением. Кейс придушенно вскрикнул и бросился на Сиель, которая снова начала целиться. Но стрела пролетела мимо, поскольку лучница споткнулась о Лейли и растянулась на крыльце.

Анфен тем временем подошел к Инвиям, сидящим на дереве. Четыре крылатые женщины не сводили с него глаз, наблюдая только за Помеченным с бесстрастными лицами. В глазах проскальзывало любопытство. Наконец одна за другой они поднялись и встали на воздух, расправив крылья. Оглянувшись через плечо, Анфен прокричал:

– Не нападайте на них! Отвезите амулет Совету! Шарфи поведет. Берегите себя!

Что бы Незнакомка ни хотела сделать, чтобы помочь, ничего не получилось. Огромный белый волк размером с лошадь выскочил из сумрака. Шерсть на загривке развевалась на ветру. Он бросился на женщину, оскалившись и глухо зарычав.

– Ох ты ж мне, – пробормотал Луп. – Эти двое до сих пор танцуют! Зоркий Глаз – это волк. А что же она такое? Лисица, кролик или волчица еще крупнее его?

Незнакомка, казалось, не видела волка, даже когда он прыгнул на нее. Затем вспышка зеленого света – и женщина исчезла. Волк сомкнул челюсти на пустоте, и зубы клацнули так громко, что это услышали даже оставшиеся на крыльце. Огромный зверь начал зловеще кружить по двору с кажущейся медлительностью (это была иллюзия, вызванная его чудовищным размером), лапы тяжело били по камням. Наконец, он прыгнул, судя по всему увидев нечто такое, что осталось скрытым от всех остальных, ухватив воздух зубами. Потом вновь атаковал и вновь. Незнакомка, спрятавшись, продолжала уклоняться от схватки. Похоже, она вовсе не стремилась нанести ответный удар. Колонна света, льющегося фонтаном во двор, осталась там, где стояла женщина.

Шарфи извлек свои ножи из ножен и неуверенно шагнул во двор, когда Инвии осторожно окружили Анфена. Они летали высоко у него над головой, опасаясь человека, Помеченного так, хотя с виду он ничем не отличался от обычного, которого они могли бы убить одним ударом. Одна сестра уже совершила глупость, сочтя его легкой добычей, и вернулась домой, тяжело раненная; он знал разные хитрые фокусы, этот человек. Сегодня убийство наконец должно совершиться и закончить давно начатую историю. Они будут очень осторожны и позаботятся об этом.

Анфен замер под ними, занеся армейский меч. Неожиданно в нем словно что-то щелкнуло, выпуская на свободу полузабытые знания; движения стали ровными и плавными, он не просто покорился судьбе, напротив, предвкушал исход. Бьющие по воздуху крылья задели его волосы. Неожиданно он бросил меч на землю, рассмеялся и упал на колени, открывая им свое горло.

Одна из Инвий на пробу бросилась вниз – виден был лишь белый размытый силуэт в воздухе. Она поднялась выше, чем остальные, судя по всему опасаясь неожиданной контратаки, но человек по-прежнему спокойно лежал на земле, словно ничего не видя и не слыша. Остальные подождали; изобразить внезапную смерть – старый трюк. Какую ловушку он им приготовил? Когда Анфен бросил меч, это слегка обескуражило Инвий, и они обменялись несколькими репликами на своем щебечущем наречии, их голоса были слишком высокими, чтобы люди могли услышать и что-то понять. И все же, какой странный ход! Он непрост, этот воин. Какая жалость, что на нем Метки – он был достоин долгой счастливой жизни. Ну что же…

Еще одна рванулась вниз, а затем поднялась обратно. Снова ложный выпад – и никакого сопротивления.

Бум. Бум.Эрик выстрелил дважды. Звук оказался новым, странным и очень громким. Наконец храп Фауль стих.

Инвии проигнорировали неизвестный грохот, предположив, что это маги, ведущие свою дуэль, сплели какое-нибудь хитроумное заклинание. Обе пули прошли мимо. Эрик словно наблюдал со стороны за происходящим: вот кто-то, как две капли воды похожий на него, мчится вниз по ступенькам во двор и снова трижды стреляет. Одна из Инвий кричит и, извиваясь, падает на землю – самая высокая и худая из всех, с развевающимися черными волосами. Остальные бросаются врассыпную, поднимаясь в воздух. Ловушка, которой они так опасались, наконец-то сработала.

Эрик выстрелил снова, в женщину с алыми волосами, бросившуюся на него. В воздух взметнулись перья, когда пуля пробила дыру в крыле, через которую тут же хлынули лучи света. Он снова нажал на спуск, и Инвия громко закричала, извернувшись в воздухе. Пистолет жалко щелкнул разряженной обоймой. Но они разлетелись. Снизу это выглядело так, словно ныряльщики с крыльями погружаются в черные глубины неба, наполняя их своими криками, нечеловеческими и прекрасно-скорбными. Кровь сочилась на землю из раны, темными дождевыми каплями падая вниз.

Колонна света, оставшаяся от заклинания Незнакомки, постепенно сжалась до ручейка, извивающегося тонкой змейкой. Анфен, перекатившись, поднялся на ноги и поднял меч. Инвия тоже с трудом встала, по телу побежала кровь, одно крыло безвольно повисло, второе напряглось и застыло в воздухе. Она снова закричала, не понимая в чем дело, не зная, почему ей больно, а затем неуклюже бросилась на Анфена. Он взмахнул мечом, но не попал – Инвия упала. Она лежала в пыли и билась в судорогах.

– Слишком поздно, Эрик, – произнес Анфен. Его голос звучал очень устало, словно он предпочел бы отправиться на вечный покой. – Ты Помечен. Ты ранил Инвию в день ее смерти. Не имеет никакого значения, кто именно из нас нанесет последний удар.

Инвия рванулась вперед, собрав остатки своей силы и необычайной скорости. Анфен не сводил с нее глаз. Он крутанулся на месте, как матадор, согнув запястья и заведя меч за спину, и замер. Инвия едва не лишилась головы, напоровшись на его меч, из смертельной раны хлынул свет, а из разорванного горла рванулся пронзительный крик, который разнесся по всему Леваалю, и не услышать его могли разве что глухие.

…На протяжении довольно долгого времени все было чинно и спокойно. Свет от заклинания Незнакомки постепенно угас, превратившись в призрачное мерцание, утратив отчетливые очертания. Огромный белый волк, Зоркий Глаз, удрал в лес, откуда снова явился, то и дело высоко подпрыгивая и щелкая зубами в воздухе. Незнакомка, по-прежнему невидимая, бежала от него прочь. Волк гнался за ней до тех пор, пока они оба не скрылись из вида, затерявшись между деревьями. Ни тот ни другой маг так и не вернулись.

Сиель поднялась на ноги и со звериным выражением уставилась на Кейса. Шарфи видел этот ее взгляд лишь однажды и вспомнил, что именно устрашающего вида изогнутый нож сотворил с бедным ублюдком, оказавшимся ее противником. Он взбежал по ступенькам и поспешно встал между ней и стариком.

Кейс не знал, что ему угрожает, поскольку его взгляд был по-прежнему устремлен во двор, где что-то на его глазах выскользнуло из кармана Анфена. Амулет лежал в грязи, всеми забытый, и он осторожно отметил для себя нужное место и с бешено бьющимся сердцем ждал, вспомнит ли предводитель о своей потере.

Эрик склонился над трупом Инвии. Он чувствовал тошноту и странное оцепенение, во рту так пересохло, что он с трудом шевелил губами.

– Мне очень жаль, – произнес иномирец, обращаясь ни к себе, ни к Анфену.

Предводитель, прищурившись, посмотрел на него:

– Я знаю, что ты чувствуешь сейчас. Но это было не убийство. Они не так похожи на людей, как кажется.

Эрик сглотнул:

– Они вообще не похожи на людей. Они кажутся гораздо более возвышенными и прекрасными. Лучше нас.

Анфен положил руку ему на плечо:

– Теперь это наш мир, а не их. Дракон очистил его от молодых драконов, которым прислуживают эти создания, чтобы здесь могли жить мы. Помни об этом, – произнес предводитель, поднимаясь. – Мы непременно поговорим позже. Ты теперь Помечен и должен знать, что это означает. А я должен узнать все, что ты можешь поведать о том оружии, которым воспользовался. Жаль, что ты не рассказал мне о нем раньше.

Позже, когда Эрик вспомнит об этом мгновении, о словах Анфена и выражении, появившемся в его глазах, он подумает: «Я знаю, почему ты не поблагодарил меня. Я почти уверен, что ты был счастлив, выйдя на смерть, бросив меч и открыв горло. Можно было подумать, что этого мгновения ты очень долго ждал. Можно подумать, только поэтому ты разбил лагерь на вершине холма, зная, что Инвии заметят свою жертву и придут за тобой…»

А пока, глядя на труп Инвии у своих ног и слыша отголоски ее предсмертного крика, до сих пор звенящего в ушах, Эрик слишком хорошо понимал, что означает подобное отчаянное равнодушие. Анфен устало направился к дому.

Внезапно в дверях появилась Фауль и внимательно изучила разрушения во дворе в угасающем свете заклинания Незнакомки. Ее огромное лицо неожиданно исказилось от гнева. Женщина уставилась на тело Инвии.

– КТО?! – пророкотала она. – КТО ПОСМЕЛ УБИТЬ ЕЕ НА МОЕЙ ЗЕМЛЕ?!

Кровь Инвии до сих пор тяжелыми каплями падала с меча Анфена. Его улыбка, полная боли, говорила: «А теперь еще и это…»

Фауль двигалась со скоростью, кажущейся невозможной для существа ее размеров. Все те, кто стоял на крыльце, оказались у нее в охапке и выкатились во двор, причем последний приземлился раньше первого. Кейс, к счастью (если, конечно, Фауль не сделала этого специально), упал на Шарфи, а не на голые камни. Только Лейли осталась на крыльце, вереща от ужаса, натягивая веревку, извиваясь и пытаясь вырваться. Фауль нависла над ней:

– А ТЫ, ДЕВИЦА… СМЕРТЬ ДОЛГО ШЛА ЗА ТОБОЙ ПО ПЯТАМ И НАКОНЕЦ ДОБРАЛАСЬ ДО МОЕЙ ДВЕРИ! ОНА МОЖЕТ ПОСЛЕДОВАТЬ ЗА ТОБОЙ И ДАЛЬШЕ. БУДЬ БЛАГОДАРНА УЖЕ ЗА ТО, ЧТО Я НЕ СОБИРАЮСЬ ЛОМАТЬ ТВОЮ ТОЩУЮ ШЕЙКУ ПОД ГЛУПОЙ ГОЛОВОЙ! У МЕНЯ РУКИ ЧЕШУТСЯ СДЕЛАТЬ ЭТО.

Фауль дернула веревку на себя, сорвав кусок столба, к которому девушка была привязана. Подхватив Лейли под мышки, она швырнула ее к Анфену. Тот попытался подхватить пленницу, но сила броска оказалась так велика, что девушка сшибла его с ног. От удара о землю у обоих перехватило дыхание, у девушки вся нога оказалась исцарапанной – она пыталась затормозить. Кусок столба вонзился в землю неподалеку от них.

– ЗАБИРАЙ СВОЙ ДАР СМЕРТИ! – заорала Фауль, обращаясь к Анфену. – МНЕ СЛЕДОВАЛО БЫ ВЫДАВИТЬ ИЗ ВАС ВСЕ КИШКИ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ ПОТРАЧЕННУЮ ЕДУ И ПИТЬЕ, КОТОРЫЕ Я ГОТОВИЛА И ДОБРОВОЛЬНО ОТДАЛА ВАМ ПО ГЛУПОСТИ! В МОЕМ СОБСТВЕННОМ… – Она замолчала, словно поперхнувшись.

– Мы уходим, – произнес Анфен, когда разбойники поднялись на ноги. – Надеюсь, мы еще встретимся, когда ты успокоишься немного. Благодарю тебя за укрытие и еду. Мне очень жаль, что так получилось.

Шаги Фауль загрохотали по ступенькам крыльца.

– Я НЕ УСПОКОЮСЬ. УХОДИТЕ СЕЙЧАС ЖЕ, ИЛИ Я ПЕРЕЛОМАЮ ВАШИ ГОЛОВЫ, КАК ЯИЧНЫЕ СКОРЛУПКИ!

– Идем, – произнес Анфен, обращаясь к банде. – Если наша хозяйка будет так добра, чтобы вынести нам наши пожитки, то мы покинем ее куда скорее.

Из дома вышел Лют, на лице которого было написано крайнее сожаление. Он покидал их рюкзаки во двор.

Эрик повернулся как раз вовремя, чтобы это увидеть. Кейс бочком пробирался вдоль группы, пока остальные разбирали свои пожитки, нервно поглядывая на Фауль. Одним быстрым движением он подбежал к трупу Инвии и пригнулся.

– Кейс! – позвал Эрик.

Старик оглянулся на него, помедлил, а затем схватил ожерелье с земли и надел его себе на шею. И тут же исчез. Комья грязи полетели прочь из-под его башмаков – Кейс бежал к деревьям.

– Ребята, подождите! – крикнул Эрик, помчавшись следом за другом и боясь потерять его следы.

Но Анфен и остальные не услышали его. В этот миг Фауль испустила рычание, смахивавшее на собачье, и не хуже бешеного быка рванулась вперед. Все разбежались в разные стороны, одновременно. У Эрика еще было мгновение подумать, с кем он пойдет дальше.

В этот момент он вновь ощутил запах волос Сиель, когда она прижималась к нему всем телом под одеялом, ощущая надежду и желание, расцветающее в глубине души и тела, вспомнил, как перед тем, как угодить в настоящий ад, голос в его сознании крикнул: «Она моя!» Он слышал и ее голос, говоривший, что она заглянула в его сердце и разум, но ничего не увидела… Он не понял сразу – а потом помешала эта суета с чешуйками и видениями, – что ничьи слова еще не причиняли ему столько боли. Он понял, какой выбор ему предстоит сделать – лежать рядом с ней сегодня или же гнаться за стариком по лесной глуши, возможно с каждым шагом приближаясь к бессмысленной смерти.

Возможно, они встретятся вновь, ему представится шанс объяснить, что именно он пытался показать ей своим выбором – если она не поймет.

– Ты глупый, глупый старый ублюдок! – пробормотал он и помчался в том направлении, где исчезли следы Кейса.