Текст книги "Пилигримы"

Автор книги: Уилл Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 31 страниц)

Глава 34

Было слишком темно, чтобы что-либо рассмотреть, но Эрик ощутил невероятное облегчение, услышав впереди хруст шагов Кейса по гравию. Старик теперь не бежал, а медленно шел. Эрик какое-то время брел вслепую, выкрикивая имя Кейса, но не получая ответа. Наконец, утренний свет открыл перед ним равнину гравия и камней без единого признака жизни. Оглянувшись, он не увидел даже дома Фауль. Сплошные просторы каменистой земли постепенно превращались в низину, идти по этой местности было весьма неудобно. У самой кромки горизонта показался высокий мост – дорога, бегущая прочь справа от равнины. Что ж, хоть какое-то направление. Он надеялся, что Кейс принял такое же решение, но проверить эту гипотезу не получилось, поскольку старик упрямо отказывался говорить и не желал снимать амулет.

– Кейс, ты меня слышишь? Я очень надеюсь, что слышишь, потому что теперь мы равны! Ты считаешь, что я втянул тебя во все это? Так теперь я с чистой совестью могу тебе сказать, что мы квиты!

Никакого ответа.

– Эй… Помнишь? Дерни ручку, открой дверь… Придурок. Кто все начал-то, а? Да, пусть прыгать через дверь было глупо, и я совершил ошибку. Может, ошибкой было остановиться под мостом, чтобы потрепаться с тобой?! Но послушай… Подумай-ка об этом. Тебе точно это кажется хорошим планом? – Эрик обвел рукой пустую серую равнину. – Думаешь, в следующий раз мы сумеем с легкостью достать себе еды? Я что-то не вижу никаких одиноких журналистов, которые могли бы нас подцепить и заплатить за выпивку!

«Хрусь-хрусь», – ответили ему шаги Кейса.

– Может, еще не слишком поздно вернуться и отыскать остальных. А может, и поздно, поскольку они помчались врассыпную, спасая свои жизни, причем в противоположном направлении. Но может, и нет. Было бы неплохо обзавестись спутниками, с которыми можно хотя бы поговорить, прежде чем мы сдохнем от голода или в лапах шахтовых дьяволов или кольценосных духов, да мало ли…

Эрик сообразил, что больше не слышит хруста шагов. Позади него Кейс, опустив голову на руки, сидел на валуне.

– Почему ты пошел за мной? – спросил он.

– Ты же сам все слышал! Чтобы счет сравнялся. – «И чтобы доказать одной даме, которую я, судя по всему, больше никогда не увижу, что я способен придерживаться принципов, даже если это бессмысленно».

– Почему? Почему это глупость, Эрик? Я сделал это для себя. Тебе не нужно было идти за мной. Ты был счастлив в компании остальных. Я – нет. Они мне не нравились, и я им не доверял.

Эрик невесело рассмеялся:

– «Счастлив» – это слишком сильное слово. Но у нас была еда и защита. – Он сел рядом со стариком. – Как бы то ни было… Зачем ты это сделал? Хочешь вернуться домой?

Кейс фыркнул:

– Мы не вернемся.

– Почему ты так думаешь?

– Она сама мне сказала. Открыть дверь – это очень, очень мощная магия, люди на такую не способны, даже эти маги. Она не знает, кто сумел провернуть такое. Но мы не сможем ее снова открыть. Никто не сделает этого.

Кто «она»? А, видимо, Незнакомка…

– Кейс, мы же не знаем этого наверняка. Кто-то сумел открыть ее, значит, должен быть способ. Можно поискать. Может, доберемся до города, порасспрашиваем местных. Это будет наш собственный путь. Как тебе такой вариант?

– Я не вернусь туда, Эрик, – произнес Кейс.

– Почему? Тебе же здесь не нравится.

– Там мне тоже не нравится. Мне вообще все это не нравится. Куда ни пойдешь, везде воняет. Ты меня понимаешь? Я прожил свое. В чем суть жизни, Эрик? В чем смысл этой большой игры? Я узнал ответ. Смысл в том, чтобы добраться до смерти с максимальным комфортом и удобством. Отсидел свое – и проваливай. Мне все это чертовски надоело, но я проваливать пока не собираюсь.

Эрик сел рядом с ним, чувствуя, как после долгой ходьбы ноют мышцы ног. Вокруг еще немного посветлело, небо начало белеть.

– Давай вернемся, Кейс. Давай отыщем остальных.

– Да к черту их, и ты можешь делать все, что тебе угодно! – рявкнул в ответ старик. – Я пришел сюда, чтобы быть с ней.

– Здорово. Ты так уверен, что она следовала за тобой… А что, если она не придет? Потому что… – Эрик огляделся, – нет. Я ее в упор не вижу.

– Она придет, – сердито заявил пьяница. – Пистолет у тебя с собой или нет?

– Еще бы. Но нельзя застрелить голод или жажду.

Эрика охватил неожиданный приступ тоски и чувства вины, стоило вспомнить выстрелы и предсмертный крик Инвии. Он застонал.

– А с тобой что не так?

– Не знаю. – Эрик встал и пошел прочь. Он снова увидел последний рывок женщины с крыльями, которой сам, своими руками нанес раны. Отчаяние оплело его, словно заклинание, внезапно все показалось бессмысленным, и он искренне посочувствовал старику, разделив его чувства. Может, он тоже уже пережил слишком многое. В конце концов, пистолет здесь – дуло в рот, ба-бах – и его нет, смерть быстрая и относительно чистая, по крайней мере для этого мира. Это можно сделать в любую минуту. Таких мыслей у Эрика раньше не было никогда.

– Куда ты направляешься, Эрик? – донесся до него голос Кейса, на сей раз приправленный беспокойством. Молодой человек молча указал на мост, видневшийся в отдалении. Шаги Кейса зашелестели по гравию. – Эй, Эрик, подожди меня. Эрик! Этот пистолет… Почему бы тебе не отдать мне его на время?

«Неужели все мои мысли настолько очевидны?» – подумал Эрик, молча всучив Кейсу «глок». Какое-то время они шли молча.

– Жалко эту крылатую барышню, – вздохнул старик. – Они красивые, очень. Очень красивые. Но что с того? Ты сделал то, что должен был. На это потребовалась изрядная смелость. Не думал, что ты на такое способен, но я ошибался.

Эрик ничего не ответил.

– Я знаю, на что это похоже, – вздохнул Кейс. – Поверь мне, знаю. Это останется с тобой на всю жизнь, но со временем начнет отпускать, по крайней мере иногда. – Он обнял Эрика, который с удивлением обнаружил, что плачет.

То и дело пласты гравия предательски осыпались под ногами. Друзья успели вспотеть, но не слишком сильно, поскольку небо цвета слоновой кости все же не обрушивало на их головы солнечного жара. Далекий мост и дорога медленно, но верно приближались.

– Никак не могу понять здешнюю температуру, просто в голове не укладывается, – проворчал Кейс, – как у них вообще воздух нагревается, без солнца-то? Иногда тепло, иногда холодно. Можно подумать, кто-то монетку бросает.

– Я спрашивал об этом у здешних. Тут нет времен года. Но время, что самое странное, они делят на такие же промежутки, как и мы. Дни, недели, месяцы, годы, века. Часы и секунды, кстати говоря.

Кейс удовлетворенно хрюкнул:

– Как они додумались до этого, если нет солнца, которое и разделяет время на дни и часы?

– Не знаю. Мы ведь не первые, кто пришел сюда с Земли. И у меня в последнее время появляется ощущение, что мы не так уж далеко от Земли, словно этот мир – некая скрытая ее часть. Может, в прошлый раз пришельцы принесли с собой нашу систему времяисчисления, и местные ее скопировали. Кто знает? Вообще, все выглядит так, как будто кто-то поменял настройки, нажав на кнопку, заставив дни и ночи укладываться в некий общий режим.

– А как они тогда различают север и юг? Если нет Северного полюса…

– Это как раз легко. – Эрик указал на небо. – Взгляни на облака.

– А что не так с ними?

– Они движутся только в одном направлении. Всегда на юг.

Кейс уставился на медленно ползущие хлопковые полоски:

– А почему, интересно?

– Понятия не имею. Но ты обратил внимание на ветер? Он тоже чаще всего дует на юг. Я спрашивал Лупа, почему так, и он сказал, что я еще не готов это узнать. По-видимому, на то есть причина.

Кейс присвистнул:

– Интересно, а что у них тогда наверху вместо солнца и звезд? Что именно разделяет день и ночь?

– Не знаю. День и ночь просто есть. Местные не спрашивают, почему они сменяют друг друга. А ты обратил внимание на то, что наши тени иногда нормальные, а иногда их сразу несколько штук? Как будто там, наверху, не один источник света, а несколько.

Они остановились, чтобы перевести дух, когда подвернулись вполне удобные валуны из гладкого камня, похожие на сиденья со спинкой. Постепенно до них начало доходить, насколько они уязвимы и беспомощны на этой огромной равнине, как муравьи, крадущиеся по тарелке великана. Даже вывих лодыжки здесь был вполне способен стать серьезной неприятностью – Эрик сомневался, что один из них сможет далеко унести другого.

– Видел свет, который исходил от нее? – со вздохом вспомнил Кейс. – Это было что-то, а? – Со временем он начинал все чаще оглядываться через плечо, а в глазах то и дело мелькало беспокойство.

«Наконец-то до него начинает доходить», – подумал Эрик. Приближается момент «Вот дерьмо!», и Кейс старательно его оттягивает. Раньше он считал, что Незнакомка не приближалась к нему из-за остальных. Теперь остальных здесь не было. Так где она?

Эрик не стал лишний раз наступать на больную мозоль.

– Да, это было что-то. Они называют это магией. Пора двигаться дальше.

Чтобы идти дальше, требовалось изрядное усилие. Камни под ногами ужасающе шумели – точнее, так только казалось из-за окружающего безмолвия. Туфли Эрика были плохо приспособлены для прогулок по такой местности – оставалось только гадать, сколько еще они выдержат и что, черт возьми, ему делать, когда ботинки развалятся прямо на ногах. Бумажник по-прежнему бился о бедро с каждым шагом. Почему ему так сильно захотелось сохранить эту кожаную безделушку, Эрик и сам не знал – как сувенир на память о своем старом мире, реальном мире? Но по какой-то неизвестной причине, похлопывая по знакомой выпуклости, он чувствовал себя увереннее.

– Впереди нора земляных людей, – произнес Эрик.

– Ты уверен, что это именно она?

Дыра, как две капли воды похожая на ту, в которую Эрика затащил Шарфи, возле двери, была глубокой, широкой и уходила в землю под углом.

– Совершенно уверен. Ты ни разу не был в этих подземных переходах, верно?

– He-а. Не нравятся они мне, и все тут.

– Согласен. Предпочту потеряться тут, нежели под землей.

Тем не менее мужчины подошли поближе, пока Кейс не схватил Эрика за руку и не потащил прочь.

– В чем дело? – возмутился тот.

– Смотри. Вон там. Следы…

Землю перед входом покрывали дырки, явно оставшиеся от ударов трехгранных шипов, похожие на те, что усыпали землю рядом с роковым охотничьим залом и рядом с тоннелем. Они вели недалеко, словно существо, оставившее их, вышло ненадолго, чтобы осмотреться. Ветер взметнул песок, промчавшись по равнине, и бросил пригоршню пыли в пещеру. Было очень легко представить что-то там, внизу, таящееся во тьме и следящее за ними.

– Идем. Давай-ка убираться отсюда.

Они оба успели проголодаться к тому времени, пока наконец не добрались до моста. Эрик знал пределы глупости Кейса – да и своей собственной, если уж на то дело пошло – и знал, что они будут горячо раскаиваться в собственной неосмотрительности после полудня, если не найдут еды в ближайшее время. Он взглянул на простор равнин, расстилавшихся впереди и позади, и не увидел даже самой незначительной добычи, которую можно было бы подстрелить, реши они потратить драгоценные патроны. Вокруг не росло ничего мало-мальски съедобного, только жесткая трава безнадежно льнула к нескольким клочкам земли посреди сплошного моря камней.

Они подошли к мосту, который был построен так, словно внизу через арки должна течь вода. Дорога по обе его стороны, по крайней мере, вселяла надежду. Она шла через равнину, широкая, вымощенная плоскими темно-синими каменными плитами, которые во многих местах потрескались и повыбивались. Ничто и никто не двигался по ней в обоих направлениях – насколько хватало взора.

– Ужасное место, – содрогнулся Кейс, обозревая с моста равнину. Возможно, некогда, давным-давно, вся эта каменная пустыня была дном моря. – Выглядит так, словно здесь когда-то все разбомбили.

– Может, так оно и было, – задумчиво протянул Эрик. – Может, драконы или боги вели здесь суровую битву. Представь только: твари высотой до неба, изрыгающие пламя, ровняющие с землей целые деревни, выжигающие зеленые холмы. Оставляющие это.

Снова поднялся ветер, словно озвучивая собственное мнение. Кейс поежился.

– Не говори так, Эрик. По крайней мере, когда мы тут вдвоем. – Он тяжело вздохнул. – Хоть бы она уже показалась наконец…

Но Незнакомки нигде не было. И все-таки они были рады идти по мощеной дороге, несмотря на ее состояние и многочисленные выбоины. Они ускорили шаг и вскоре подошли к дорожному знаку, на котором было что-то написано странными символами.

– Не могу прочесть, – произнес Кейс. – А ты?

– Вот этот символ мог бы быть постелью, второй – тарелкой. Может, впереди трактир?

– И как мы заплатим за комнату, даже если трактир есть?

– Три чешуйки, вот как. Они тоже чего-то стоят. А ты будешь спать бесплатно, с амулетом-то. Заодно станешь моим невидимым телохранителем, идет? Если на нас кто-то нападет, надевай амулет и вышибай мозги всем подряд.

Путников по-прежнему не было, хотя они оставили за плечами уже немалое расстояние. Пустынные каменистые земли перешли в покрытые травой холмы. Они миновали несколько заброшенных деревень и ферм, расположенных далеко в стороне. Безлюдье, царившее повсюду, угнетало. Эрик вспомнил слова Сиель: «В той войне погибло больше людей, нежели живут сейчас…»

Друзья останавливались отдохнуть почти каждый час, погруженные каждый в свою битву с дорогой и пытаясь не думать о нарастающем голоде. Уже сгущались сумерки, когда наконец, подобно экипажу носимого всеми волнами корабля, заметившего землю, они увидели в отдалении огни.

– Может, мне тоже следует взять пару чешуек, – предположил Кейс. – Мы ведь не знаем, что тут за люди. Тебя могут ограбить, вдруг их окажется больше, чем у нас патронов? Если чешуйка понадобится, я могу незаметно сунуть ее тебе в руку.

Эрик счел это разумным и передал Кейсу часть своих сокровищ. Старик надел амулет и исчез за мгновение до того, как что-то над ними издало пронзительный крик. Кейс вцепился в рукав друга и развернулся:

– Боевой маг! Я знаю этот крик. Быстро прячься!

– Куда прятаться-то, Кейс?

Крик раздался снова, теперь уже ближе. Затем над ними и впрямь появился боевой маг, летящий метрах в десяти от земли, крепко прижимая скрещенными руками к груди посох. Ветер развевал его бороду и волосы, в остальном он казался замершим, пролетая над ними ненамного быстрее птицы. Тонкие струйки дыма исходили из кончиков витых рогов. Эрик готов был поклясться, что желтые глаза твари глядели неотрывно в его собственные. Однако он продолжил путь и скрылся из вида. Еще один крик пронзил угасающий день.

– Он тебя видел, – потрясенно произнес Кейс. – Не мог не увидеть.

– Эти твари, похоже, не настроены меня убивать. Может, он сейчас слишком занят. Идем. Давай-ка доберемся до того здания и договоримся насчет крыши над головой.

– И еды в брюхе, – пробормотал Кейс.

Глава 35

Первое же здание, к которому они подошли, оказалось гостиницей. Внешне оно напоминало большой двухэтажный деревянный коттедж, у двери висел знак – постель, ложка и тарелка. Вдоль узкой дорожки, примыкавшей к главной, располагалось несколько подобных зданий, коек в них наверняка хватило бы, чтобы разместить небольшую армию. От находившихся неподалеку конюшен пахло сеном. Однако свет горел только в нескольких домах, остальные, как казалось, были заперты. На улицах было абсолютно пусто, от странной тишины звенело в ушах.

– Все прячутся, – догадался Кейс.

– Наверняка они услышали, что приближался боевой маг, и погасили огни, – подтвердил Эрик.

По правде говоря, он очень боялся, зайдя в один из этих домов, наткнуться на нечто похожее на то, что они видели в охотничьем зале. Собрав остатки смелости, Эрик шагнул внутрь. Как они и договаривались, Кейс надел амулет и осторожно последовал за своим другом, стараясь ступать с ним одновременно, чтобы не привлекать излишнего внимания. На первом этаже гостиницы находилась слабо освещенная таверна, в которой было несколько круглых столов и лавок. Зал был почти пуст, лишь барную стойку полировала девушка, да пара мужчин, одетых в темные робы и напоминавших друидов, о чем-то перешептывались за кружками с медом.

Девушка перестала протирать стойку и с полнейшим недоумением уставилась на наряд Эрика – туфли, деловые брюки и рубашка. Девушка обладала незаурядной внешностью – азиатские черты лица соседствовали со светлыми волосами и бледной кожей. Казалось, она так и не определилась, как же ей следовало обращаться с чужаком – враждебно или почтительно. Оба «друида» тоже повернулись и уставились на незнакомца с нескрываемым ужасом, словно тот был предвестником беды.

– Что нужно? – требовательно спросила девушка.

– Постель и еда. Две порции, если можно. Я очень голоден.

– Откуда сам? – поинтересовалась она. – Из какого города?

– Не из какого.

Неправильный ответ. Девушка отступила на шаг, ее глаза расширились от страха.

– Существуют правила. И мы им следуем. Из какого ты города?

– Быстро скажи мне название хоть одного города, – зашептал Эрик чуть в сторону.

– Думаю, подожди секунду, – так же тихо ответил ему Кейс. – Эск! Точно, Эск! Помнишь, они постоянно говорили о клинках из Эска, помнишь?

– Я из Эска, – наконец, произнес Эрик, обращаясь к девушке.

На ее лице читалось недоверие, однако она протянула руку за оплатой. Когда Эрик достал из кармана красную чешуйку, ее глаза озарились видением чуда. Она почтительно сделала книксен:

– Господин! Я принесу вам еду. Ваша комната вторая от лестницы, наверху.

– И еще эля, если вам не трудно. Две кружки.

Девушка кивнула и поспешила прочь.

– Черт подери, – пробормотал Эрик, присаживаясь за столик у окна, вне поля зрения двух странных мужчин, которые изумленно раскрыли рты при виде красной чешуйки.

– Что-то не так? – спросил Кейс.

– Ты видел, как они отреагировали? Чешуйка была слишком большой платой. Не спускай глаз с тех жутковатых парней. Они наверняка захотят узнать, есть ли у меня еще такие же штуки в карманах.

Напитки девушка принесла достаточно быстро, однако еду им пришлось подождать. Эрик почувствовал, что странный по вкусу эль после тяжелого дня очень быстро ударил ему в голову. Он, можно сказать, физически ощущал, как изменяется его характер, обрастая острыми гранями и становясь жестче с каждым днем, проведенным в этом мире. Эрик никогда не чувствовал себя комфортно в компании сильных и жестких мужчин – байкеров, гангстеров, даже полицейских. Теперь же он знал, что такое смерть, знал, что она реальна, и это ощущение невольно заставляло его на многое смотреть по-другому. Раз уж они были необходимы, не стоило противиться изменениям.

Девушка поднесла еще пару кружек, даже не спросив Эрика предварительно. Кейс потихоньку прихлебывал из своей, пытаясь делать это как можно более незаметно. Если бы он схватил кружку руками, даже на краткое мгновение, то она попала бы под действие амулета и исчезла бы до того мгновения, пока он ее не отпустит.

Крепко сложенный мужчина в кухонном переднике, на которого барменша походила настолько, что его с уверенностью можно было назвать ее отцом, наконец сам вынес пару тарелок, от которых шел аппетитный аромат. Лук, картошка и куски мяса – едва ли можно выдумать блюдо проще, однако Эрик, изголодавшись, еще никогда в своей жизни так не радовался еде.

– Господин, – произнес мужчина, с излишней вежливостью отвешивая поклон. На мгновение его взгляд задержался на двух ополовиненных кружках. – У нас возникла проблема с вашей чешуйкой.

– Я заверяю вас – она настоящая.

Мужчина усмехнулся:

– Здесь никаких вопросов! Мой самый тяжелый молот не сумел расколоть ее. Дело в том, что у меня нет достаточно золота, чтобы честно с вами расплатиться. По правде говоря, у меня его нет совсем. У вас есть монеты или что-нибудь еще?

– Нет, у меня ничего иного нет – я думаю, это и так понятно:

– Тогда я боюсь, что за комнату вам придется заплатить слишком дорого.

– Расплатитесь со мной настолько справедливо, насколько сможете, – ответил Эрик. – Пускай даже эта сделка будет в вашу пользу.

Хозяин постоялого двора кивнул, вернулся на кухню, а вскоре снова вышел с небольшим туго набитым мешочком с монетами, который он поставил на стол.

– Это все, что я могу для вас сделать, господин.

Эрик изучил плоские медные и серебряные диски, даже не представляя их реальной ценности, однако он сообразил вовремя надеть на лицо маску откровенного разочарования.

– Может быть, тогда еще дадите еды в дорогу?

– О да. С утра, если вы не против. Немногие расплачиваются за койки в гостинице чешуйками, вы ведь понимаете… У вас странный акцент. Из Эска, да?

– Да.

– Неблизкий путь для пешего.

– Уж я это знаю, как никто другой.

– У вас с собой нет никакой поклажи.

– Была. До недавнего времени.

Мужчина кивнул, хотя выражение его лица было трудно понять.

– Значит, вам известно, что завтра через город будет проходить патруль и все койки будут заняты.

Эрик кивнул, словно эта новость его ничуть не обеспокоила, хотя про себя он разразился отборными ругательствами – он-то надеялся на передышку хотя бы в несколько дней. Когда хозяин ушел, Кейс прошептал:

– Он не доверяет тебе. Ты видел, как он смотрел на две тарелки и кружки? Он чувствует, что дело здесь нечисто, и хочет от нас побыстрее избавиться. Могу поспорить, что завтра здесь не будет никакого патруля. Он мог это сказать хотя бы просто для того, чтобы посмотреть на твою реакцию. Нам лучше быть настороже. Не налегай на эль, возможно, нам скоро придется быстро соображать.

Они поужинали молча, запив еду элем. Мясо было странным, такого обоим гостям еще не доводилось пробовать – очевидно, им подали какую-то местную дичь. Куски оказались большими, солоноватыми и очень мягкими, щедро политыми густой подливой.

В комнате наверху было тесновато, зато там оказалась довольно большая кровать с соломенным матрасом.

– Я займу свободную комнату, – произнес Кейс. – Их тут много, почти все пустые. Оставь себе пистолет, раз уж амулет у меня. В кровати меня никто не увидит.

– Надеюсь, ты не храпишь.

– Тогда понадейся, что я не обмочу постель, а это я могу.

Шаги Кейса стихли за дверью.

Эрик только что лег и счел неудобное сооружение, пропахшее пылью и плесенью и называющееся кроватью исключительно по старой памяти, самой удобной постелью, в которой ему только доводилось спать, когда вновь раздался крик боевого мага – не так далеко, как хотелось бы. Прошла минута, и он прозвучал вновь, но уже куда ближе, словно рогатый пролетел над самой крышей трактира, обращаясь лично к Эрику. Наступила тишина.

– И тебе доброй ночи, – иронично прошептал Эрик, положив пистолет поближе к себе и погружаясь в сон.

Эрика разбудил не утренний свет, а знакомый высокий, ужасно раздражающий смех. В противном случае он мог бы проспать весь день.

Киоун сидел на краю кровати, положив ногу на ногу и склонив голову так, что конус рыжих волос опускался к правому плечу.

– Доброго вам утречка, – поприветствовал он, кивая в такт каждому слову, как ученая птица. – М-м-м, как далеко ты зашел, Эрик-иномирец, храбрый достопочтенный Эрик, находитель трактира, бродитель по дорогам и истребитель сорок!

Эрик подумал, что еще спит. Он покосился на пистолет, скрытый небрежно сброшенной рубашкой.

– Что ты здесь делаешь? Как нашел нас?

– Я сам остановился здесь вчера вечером, – пояснил Киоун. – Должно быть, разминулись внизу! Какое совпадение, верно? Или же… не совсем? – Он издевательски рассмеялся.

– Анфен тоже здесь?

– He-а! Это-то и странно. Потому что, несмотря на то что его здесь нет, ты все-таки пришел. А я-то думал, мы договорились о том, что ты теперь – его собственность. У него, видно, дыра в кармане завелась.

– Я позже объясню, что случилось. Дай сначала толком проснуться.

– Ну, кое-что из того, что с вами случилось, я и так знаю. Сначала скажи, у тебя по-прежнему при себе та черная чешуйка? У меня есть что тебе предложить!

– Она у Лупа, – ответил Эрик, изображая разочарование – он вспомнил, как Киоун разве что слюни не пускал на черную чешуйку, когда они были вместе в лагере на вершине холма.

Рыжий выругался:

– Вот старый мошенник! И они еще говорили, что я нечист на руку! Впрочем, ладно.

– Истребитель сорок, говоришь? А откуда ты узнал об этом?

Киоун открыл рот от удивления:

– Погоди-ка, я просто пошутил! Я-то думал, что тебе ни за что не удалось бы одолеть даже одну из них! Только не наш нежный принц из Иномирья, который бледнеет, как девица, при виде крови! Ты серьезно? Это ты убил Инвию?

– Я ранил ее. Анфен добил.

Киоун уставился на Эрика:

– Почему-то мне кажется, что ты не врешь. Как странно… Сороку прикончить не так-то просто… Возможно, мне следует остерегаться тебя, о Эрик, находитель трактира!

– А чего тебе-то бояться?

– Замечательный довод! Ты понимаешь, что теперь ты Помечен? Но не беспокойся, скорее всего, мы ушли слишком далеко на юг, чтобы они добрались до тебя, тут неподалеку город, жители которого вообще не верят в их существование. Полагаю, нам стоит обменяться интересными байками. Кто будет первым?

– Прошу, начинай.

– Как угодно. После того как мы разделились, наш отряд полдня шел к юго-западу от дома Фауль. С дороги мы не сходили, что, как оказалось в итоге, было крайне неумно. Помню, я тогда еще думал: «Как будто патрули будут искать нас так далеко!» Но, разумеется, один из них нас нагнал, выманил на горный перевал вроде того, у холма. Я сбежал, как последний трус. И мудрый трус, должен отметить. Я ведь был главным, вел остальных, и я скомандовал: «Бежим!» Но всех охватил боевой задор.

Киоун вздохнул, понурившись. Эрик, однако, обнаружил, что большинство эмоций, которые отражались на лице рыжего, были напускными, театральными, словно он разыгрывал их для собственного удовольствия, как актер перед зеркалом. Понизив голос, Киоун продолжил:

– Все было потеряно, прорваться не удалось бы в любом случае. Конница загородила проход, за ними стояли лучники. Все стреляли в Дуна, и это привело его в ярость. Видел когда-нибудь конных воинов в доспехах? На вершине холма, правда, таких не было. В общем, их доспехи очень, очень тяжелые и громоздкие, прочные. Можно сказать, они слишком много весят, чтобы представлять собой опасность, зато и пристукнуть их не получится. Угадай, что сделал Дун?

– Не имею ни малейшего представления.

– Убил их. Помнишь нашего приятеля полувеликана? Он помчался прямо сквозь строй и сшиб всех. Неприятное было зрелище. Один бедолага получил ногой в грудь, и из забрала шлема хлынула кровь. Вот так Дун топчет врагов. Но лучники, стоявшие сзади, продолжали методично посылать в него стрелы. И в нас тоже, естественно. В меня одна воткнулась не хуже вилки в баранину. Видишь? – Киоун закатал рукав рубашки, показав бинты в бурой засохшей крови.

– Тебе, похоже, надо повязку сменить.

– Я даже горжусь этой раной и кровью, если честно. Дамочки бы оценили. Хорошо еще, что стрела срикошетила от кого-то другого, ударила несильно и вонзилась неглубоко. С зазубренным наконечником! Я плакал, честное слово, плакал как ребенок!

– А потом что? Ты догнал Анфена и он велел тебе найти нас?

– Терпение, терпение. Даже после того, как Дун перетоптал половину их конницы, до лучников добраться было по-прежнему невозможно. Что мне оставалось делать? Я сбежал. Теперь говори что хочешь. Остальные все же пытались добраться до стрелков, даже после того, как я велел уходить. Идиоты. А когда Дун входит в раж, он приказов даже не слышит. Но и ему удалось лишь пробить небольшую брешь, не более того, прежде чем до него добрались. В этот раз врагов оказалось чуть больше.

– И что с ним случилось в итоге?

Киоун вздохнул:

– Когда я в последний раз обернулся, он протаптывал собственную тропинку в счастливое будущее. Но к этому времени они успели утыкать его стрелами. Как ежика. И начали перезаряжать свои дерьмовые армейские арбалеты, чтобы дать новый залп. – Киоун помолчал, глядя в окно. – Пройти можно было либо вперед, либо назад. Они знали, что мы придем туда, знали, где устраивать засаду. Анфену не следовало делить банду на две группы, если мне простится столь незначительная критика Самого Совершенства. – Рыжий снова вздохнул и замолчал ненадолго. – Война есть война. Пусть Доблесть осенит его. Вот, собственно, и все. Теперь твоя очередь.

Эрик в двух словах рассказал Киоуну, что произошло, хотя о пистолете предусмотрительно не стал упоминать.

– М-м-м… все ясно, – произнес рыжий, когда иномирец замолчал. – По крайней мере, мне так кажется. Думаю, Анфен остался у Фауль, пережидает, надеясь, что патрули вскоре покинут эти места. Я надеялся вернуться и встретиться вновь со всеми вами, но, видимо, мы где-то разминулись. Я не узнал лесов, по которым пришлось идти, – там было полно чудовищ. Культисты Инферно – да, и призраки тоже всегда там были… Но не чудовища.

– А как обстояли дела в доме Фауль, когда ты туда явился?

– Она была вне себя, – пожал плечами Киоун. – А это не самое приятное зрелище. Хуже, чем Дун, если вспомнить о ее огромных зубах. Был не самый подходящий момент сообщать скорбную весть о ее любимом племяннике. Она и без того гнала меня довольно-таки долго. Я никогда ей не нравился. Но тело сороки я видел, хотя мысли по этому поводу оставил при себе. Фауль как раз копала могилу, чтобы похоронить крылатую, а этот ее странноватый муженек вырядился в траурные одежды и все такое. Эта парочка явно не в себе – в конце концов, это всего лишь сорока! Спорить могу, они даже не стали ее обыскивать. Фауль отказалась говорить, в каком направлении вы все ушли. Пришлось угадывать по следам, но это было нелегко. Видимо, я пошел за тобой, а не за Анфеном.

– Хорошо, что ты нас здесь встретил, – произнес Эрик, удивившись своей внезапной настороженности, вызванной рассказом Киоуна. Или же он просто вновь ощутил себя пленником – «собственностью» банды Анфена?

Рыжий пожал плечами:

– Повезло, что я решил остановиться в этом трактире, вместо того чтобы разбивать лагерь у дороги. Я собирался путешествовать точно так же, как всегда, как вы шли. Проще говоря, есть дорога, которая проходит мимо дома Фауль, от Речного Города в Хейн. Эти трактиры – единственные на долгие мили, больше негде перекусить да переночевать под крышей. Давненько мне не доводилось спать в постели. На всякий случай я уточнил у трактирщицы, не появлялись ли тут какие-нибудь чужаки. Не ожидал, что она ответит утвердительно. Но за монету она мне тебя описала. Не стал спрашивать, что она могла бы сделать за десяток, но могу поспорить, что деньги были бы потрачены не зря. Ротик у нее очаровательный да к тому же не закрывается ни на секунду. Девчушка нашла вас весьма примечательными постояльцами. А еще ты распугал других клиентов, парочку культистов Кошмара. Если тебе удалось прогнать этих типов, то впечатление ты и впрямь производишь неважное.