Текст книги "Первая гуна - Сущность (СИ)"

Автор книги: Уэйк Лита

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц)

– Это и есть лабиринт, – успокоил его монах.

Легкая нервозность окуклилась в молчаливую панику. Неизвестно откуда всплыли слова Сил о неверном выборе божества.

Довольно внезапно они вышли к длинному нефу, заставленному могильными урнами.

– Настоятель Звездочка, к вам посетитель, – сообщил монах и немедленно удалился.

Если Костя правильно расслышал, а в оном он был абсолютно уверен, ибо неправильно расслышать в этой гробовой, во всех смыслах, тишине было просто немыслимо, то монах назвал Настоятеля – Звездочкой. Нелепее не придумаешь. Однако Костя сразу пересмотрел свои взгляды на степень нелепости после появления сего Настоятеля. Во-первых: то был карлик. Но не обычный карлик, стоит отметить, потому что, во-вторых: он был горбатый. И, в-третьих, в-основных: завидев Костю, он принялся...кокетничать.

– Глядите-ка, какой обворожительный юноша ко мне пожаловал. Здравствуй, милый, ты заблудился? – самым мерзким и отвратительным голосом на всем белом свете задал вопрос Настоятель.

– Кхм, вы – Глава Культа? – сдерживаясь изо всех сил, произнес Костя.

– Конечно, мой сладкий. Что я могу сделать для такой очаровашки?

Возможное объяснение номер один: это ненастоящий Настоятель, а Костю обманули и бросили подыхать в этом проклятом месте. Возможное объяснение номер два: карлик его таким образом испытывал. Возможное объяснение номер три: Звездочка – гей. Ни одно из этих объяснений Костю не радовало.

– Я – Избранный Спаситель Вселенной, Пришелец Из Иного Измерения – откликнулся на зов Безликого. Помоги мне поговорить с ним!

– Ой, золотко, да как же я помогу тебе, если наш Владыка мне строго на строго запретил это делать?

– Что? – опешил Костя.

– Да за минуту до твоего появления, Безликий говорил со мной и велел гнать тебя отсюда в шею. Уж не серчай, но тебе придется нас покинуть. Но, что меня, признаюсь, весьма удивило и заинтриговало, Владыка наказал не убивать тебя.

Настоятель подошел к Косте и утешительно обнял его.

– Простите, но ваше лицо уткнулось мне прямо в пах, – сказал Костя, возмущенно отстранившись.

– Быть такого не может! – искренне обиделся Звездочка. – А впрочем, может: я ведь такой маленький, беззащитный и с плохим зрением. Частенько, знаешь, натыкаюсь на все, а на меня потом злятся.

– Знаете, что... – На секунду Костя даже решил поспорить с ним и насильно заставить карлика исполнить его просьбу, но вовремя передумал – незримый ореол смерти окутал Настоятеля. – Мне пора.

– Ну, тогда не смею тебя больше задерживать, лапуля. Давай, я тебя выведу.

Значит, карлик не врал: Безликий его отверг, даже не поговорив. Костя не мог в это поверить. Чем он не угодил этому вредному божку? Слишком красивый?

Настоятель вывел Костю к главному входу, где все это время его ожидали Х'асир с Хофу.

– А, зараза, я проиграл, – выругался Х'асир, отдавая Хофу горсть монет.

– О! Так ты из Гилады, сладенький! – воскликнул Звездочка. – Как там поживает мой любимый Кадд'ар? Давно его не было видно.

– Прекрасно, – ответил Хофу. – Пойдем, парень. У нас остались дела.

– До свидания, кисоньки мои. А ты, – Настоятель обратился к Косте, – заходи ко мне почаще: пускай Безликий и отказал в благословении, я буду всегда рад тебе, пухлые щечки.

Костя все еще прибывал в потрясенном состоянии. Правая рука Бога Мертвецов – карлик-мужелюб. А ему даже шанса не дали.

– Значит, вы поспорили на меня? – молвил Костя.

– Ага. Хофу поставил, что тебя вышвырнут из Культа, как вонючего попрошайку. А я проиграл, чтоб его.

– О, – воодушевился Костя. – Значит, ты поставил на то, что я заключу сделку с Безликим? Дружеская поддержка в трудную минуту?

– Ха! Да, конечно! – усмехнулся Х'асир. – Я сказал, что они убьют тебя, и мы зря здесь торчим в преддверии чуда.

Превосходно. Их вера в его силы не могла не вдохновлять на героические свершения. И что ему теперь делать? Костя вспомнил о поручении Сил со шкатулкой. Идти в Культ Целительницы? Стать лекарем как тот высокомерный дрыщ? Самым бесполезным членом команды? Ну уж нет!

– Ха-ха-ха! Я обойду систему! – возликовал Костя. – Господин Хофу, а вы до Гилады принадлежали Культу Воителя, верно?

– Так и есть. Зачем спрашиваешь?

– Отлично. Отведите меня туда. Я вручу свою судьбу Воителю и стану самым сильным воином Самагры!

– Не получится, – серьезно произнес Хофу. – В лучшем случае, ты станешь четвертым по силе: сразу за мной и Настоятелем Калием.

– Ну и ладно, хоть четв...погодите, а кто первый?

– Кадд'ар.

Опять это имя.

– Мы уже и без того порядком задержались, – нахмурился Хофу. – Тяжело признавать, но Мать и ее последователи не придут от этого в восторг. Поскольку нам твоя помощь не требуется, будет разумно отпустить тебя по личным нуждам, а самим заняться выполнением задания...Что же, так и поступим. Парень, слушай внимательно: Арена – храм Воителя, в который ты стремишься попасть, как раз находится недалеко – в западной черте города. Будь осторожней с Настоятелем Калием: не ляпни чего такого, что могло бы хоть немного его разозлить: а то он в миг отправит тебя на столь ранее желанную встречу с Безликим. Нас же найдешь внутри Башни Света.

Хофу указал на гигантский огненный столп, что виднелся вдали, и незамедлительно направился в его сторону, а Х'асир вприпрыжку (должно быть от переполняющего восторга встречи с товарищами из Культа) последовал за ним. Перед Костей встал нелегкий выбор: самому отыскать способ вызвать Воителя и провести с ним обряд или плыть по течению, которое вело его к пламенным объятиям Матери. Двойные клинки и звание Четвертого или запуск огненных шаров и титул Лучшего Поджигателя? К плюсам последнего варианта стоило отнести еще и поддержку того фанатичного рыжего. Решено.

Он кинулся за Д'аку, преисполненный надеждой в новые силы. Пускай он и не стал некромантом, что лишало его шанса устроить свой собственный маленький зомби-апокалипсис, он не унывал. Да, власть над жизнями людей ему не светила, но в желании карать всех, кто не был согласен с ее волей, Мать ни в чем не уступала Безликому. Так, по крайней мере, заключил Костя из отрывков фраз, которые он случайно уловил в походе с Х'асиром. Нельзя сказать, что Константин, получи заветное, тут же пустился бы во все тяжкие: его всего лишь прельщала мысль о страхе, который испытали бы жалкие людишки при виде его первозданной мощи.

Еще за несколько метров от входа в Башню Света, Костя почувствовал, как его бросило в жар: внутренности, казалось, тушились в собственном соку, а одежда намокла сильнее, чем под самым беспощадным ливнем. Он с превеликим трудом собирал мысли в кучу, дабы не упасть в обморок, ибо к невыносимой жаре и еще более жестокой духоте прибавилась частичная слепота. Но не та, спасительная тень, что накрывала глаза одеялом мрака; а та чудовищная белизна, которая резала глаза, отдаваясь нестерпимой болью в голове. Он почувствовал, как некто дружелюбно хлопнул его по спине: прищурившись, он разглядел Хофу, который без слов взял его под руку, помогая не споткнуться и продолжить путь. Где-то издалека он слышал его голос, объясняющий что-то про защитный тепловой барьер от незваных гостей и наказывающий продержаться еще чуть-чуть.

Неожиданно зрение вернулось, а вместе с ним уже ставшая привычной легкая прохлада осени Самагры. Костя стоял посредине огромной залы с высокими потолками из светлого мрамора. Повсюду, куда бы он не кинул взгляд, виднелись причудливые изображения золотого пламени, у которых задорно кружили огненные сферы.

Недалеко от Боунза на коленях сидели мужчины в скромных белых сутанах и читали молитву, а рядом, точно королевы, на дорогих бархатных подушках, разложились весьма (даже чересчур, по его мнению) тучные девушки, которым (опять же, по мнению Кости) не мешало бы сменить крохотные лифы и юбки на что-нибудь более закрывающее их полные (даже жирные) фигуры. Среди молящихся Костя заметил распластавшегося в смиренной позе Х'асира, слезно просившего у самой толстой женщины позволения остаться на ектении. Женщина смотрела на него с неприкрытым презрением: для нее он был не более чем очередным бесполезным кожаным мешком мяса, когда-то отказавшимся от заботливого Пламени Матери и променявшим ее на иного Бога. Никакого прощения или снисхождения для предателей веры.

– Госпожа Фашива, – заговорил Хофу, – если вы не против, мы с Х'асиром хотели бы осмотреть место происшествия. Как вы и сами прекрасно осознаете, время – наш злейший враг.

Женщина сделала небрежный жест рукой: Хофу вежливо поклонился, подошел к рыдающему взахлеб Х'асиру, закинул его за плечо и ушел в дальнюю арку. Костя остался один – только он и прорва ярых приверженцев Матери. Такой расклад его вполне устраивал.

– А ты что еще за зверь? – спросила женщина.

– Я – Боунз, Избранный Пришелец из Иного Измерения, призванный для спасения вашего мира! – как можно торжественнее заявил Костя.

– И зачем ты здесь? Зачем ищешь покровительства Матери – подлинной Властительницы Самагры?

– Без причин, просто так. Из уважения к Огню.

Костя выдал эту фразу на автомате, даже не задумавшись: на языке вертелась. И чего он действительно не ожидал – так это произведенного ей эффекта. Настоятельница Фашива вскочила со своего пьедестала и подбежала к нему с такой невероятной скоростью, что будь Костя мышкой, а она – ядовитой змеей, он бы уже с муками переваривался в ее желудке. К великому счастью, Настоятельница не собиралась его есть... пока.

– Сестры и братья! – закричала она, схватив руку Кости и задрав ее так высоко, что парню пришлось встать на цыпочки. – Сегодня – великий день! Ибо сегодня Мать послала нам Защитника! Пускай он выглядит как ничтожный тощий мальчишка, мы не дадим себя обмануть! Нет! Это Гонец Матери, призванный донести ее Священный Огонь до каждого человека на Самагре! Мы поможем тебе, юный Герой.

Далее колесо событий завертелось так быстро, что Костя едва успевал подмечать, когда заканчивалось одно и начиналось другое. Сперва, все послушники Культа окружили его и принялись обливать благовониями. После чего они на долгое время забубнили какую-то молитву, спонтанно ее прекратив. В их глазах загорелась такая злоба, что Костя почти физически ощутил, как они желали прикончить его с особой жестокостью. Скорее всего (он очень надеялся, что это правда), как и в случае с Безликим, подход в стиле "Я – Спаситель Вселенной" не впечатлил, а ужасно разозлил Мать. Это чувство Богиня Огня не поленилась влить в каждого своего подданного, кто в данную секунду мог лицезреть Костину физиономию. Однако, как и Настоятелю Звездочке, Фашиве наказали не лишать наглого мальца его никчемной жизни и отпустить с миром. Что служители незамедлительно исполнили: они буквально вынесли Костю из Башни Света, бросив перед входом и демонстративно захлопнув двери. Подавленный очередной неудачей, Костя побрел по улицам Агартхи, не обращая внимания на удивляющихся ему прохожих и недоверчиво глядящих жандармов. Он просто шел и шел, не вдаваясь в подробности куда и зачем. Юноша не помнил как, но через какое-то время он вернулся к Чертогам Милосердия, вновь печально оглядел их и продолжил свою унылую прогулку, а потом каким-то невероятным образом оказался где-то посреди темного помещения со стонущими на железных койках раненными людьми. Сам бы он никогда не догадался, что судьба вывела его в отделение для смертельно больных людей, которое по совместительству являлось одним из нескольких Бастионов Здоровья Целительницы. Объяснил же это Косте жизнерадостный парень в мясницком фартуке, очень напомнивший лекаря Джийа из Гилады. Он так заразительно улыбался, казалось, неся миру сияющие лучи энтузиазма, что невольно умирающие прихожане и заботящиеся о них доктора проникались его оптимизмом и надежой на лучшее. Даже удрученность Кости в мгновение ока улетучилась.

– Еще разок. Вам помочь? – добродушно спросил улыбающийся парень.

– Извините, – пришел в себя Костя. – Тяжелый день. Сначала моя планета погибла, потом меня отвергли все Боги этой.

– Не говорите глупостей, юноша, – весело произнес парень в фартуке, залитом (и изрядно) кровью. – Госпожа наша, Целительница, ни от кого не отказывается. Каждая жизнь для нее священна.

– Ага, конечно. Уверен, как только я заговорю о ритуале...Стоп, погоди, ты сказал – Целительница?

– Да.

– Это ее Культ?

– Ну да, а я его Настоятель – Фураха. Рад знакомству, друг.

Улыбающийся парень приятельски протянул ему руку. Следующей реакции на Самагре не ожидал никто (за некоторым исключением), даже сам Костя: он вытащил из кармана бронзовую шкатулку, впихнул ее Фурахе словами "Поручение от Кадд'ара" и убежал прочь из больницы. Константин сделал выбор сам строить свое будущее, наперекор воле никогда не ошибающегося лидера Гилады. Пускай это и означало остаться обычным мужем. С другой стороны, обычным в этом новом удивительном мире ему никогда не быть – ему всегда будет принадлежать клеймо "Пришельца из Иного Измерения". И это, Костя так решил для себя, его вполне устраивало.

Глава 4

"Обретенный дар определяется не Богами, а только твоим характером.

Мы, всего-навсего, его отчетливо видим"

Слова Бога, который один раз решил поведать правду.

Интересная штука – человек. Казалось, еще мгновение назад он мечтал стать Воплощением Могущества и заплатить любую цену за столь ничтожное желание, и вот – он лежит на своей койке, измотанный и потрепанный, и не хочет ничего боле, кроме как застыть в таковом положении на веки вечные. Ни власть, ни все мирские проблемы его не заботили. Он просто лежал на койке.

Возвращение в Гиладу не было преисполнено увлекательными событиями: Хофу с Х'асиром нашли его спустя несколько часов – Костя сидел у порога Бастиона Здоровья и размышлял о вечном. О еде. Он не ел весь день и понял это только когда смирился со своей участью "обыденного мужа". Он предпринял отчаянную попытку намекнуть грозной парочке о своей естественной потребности, но было не похоже, что товарищи из Гилады собирались его кормить: по их озабоченным выражениям лиц, Костя догадался, что в Культе Матери произошло что-то неладное. Потому что – и это главное подтверждение его теории – Х'асир молчал. Весь путь до Гилады этот чокнутный холерик не проронил ни слова. И Костя молчал тоже – из солидарности...в отличие от его живота. Но никого, кроме самого Кости, это не волновало.

Очутившись в Гиладе, Хофу немедленно направился с докладом к Кадд'ару, а Х'асир помчался на склад обновлять амуницию. Костя заметил, что с их появлением все оживились: даже молчаливый великан Мгогоро, казалось, выглядел взволнованным.

– Как успехи? – спросил у Кости Сил. – Выполнил задание?

– Откуда ты знал, что я там буду? Вы все подстроили, верно? – недоверчиво произнес Костя.

– Тебе было поручено вручить шкатулку Настоятелю, а значит, ты должен был оказа...

– Кадд'ар сказал? – перебил Костя.

– Ну да, – подтвердил Сил. – И это тоже.

Костя совсем не удивился: и хотя он пробыл на Самагре всего один весьма насыщенный всяческими странностями день, да и с членами Гилады еще не успел толком сблизиться, он нутром чуял, что все случилось так, как и должно было случиться. Он предложил Сил свою помощь "В чем бы то ни было нужно", но тот заверил его, что сейчас Костя будет только мешаться, и разрешил немного передохнуть, пока лидер не доверит парню новою миссию. Что возвращало Костю на жесткую койку в купе-комнате. Устроившись поудобнее, он осознал, что и вправду устал.

И вот уже Костя видел в голове несвязные изображения, создаваемые его засыпающим мозгом, как вдруг почувствовал – по его телу кто-то полз. Это не было галлюцинацией, потому что Костя с рождения обладал уникальной особенностью просыпаться от любого касания: будь то мамино ночное измерение температуры или коварное покушение на его кровь прожорливой комариной самки. Костя открыл глаза, однако никого не было. Что беспокоило его все больше, ибо неизвестное существо продолжало ползти в направлении шеи. Он попытался встать или крикнуть, но его парализовало. Наверное, ему следовало бы испугаться: вот он лежит связанный незримыми путами, а к горлу медленно подползает нечто враждебно настроенное. Но не тут-то было.

Сделав нечеловеческое усилие над собой, Костя натянул на себя самую пугающую улыбку, на которую был только способен, и хриплым голосом прошептал:

– Я ждал тебя.

Юноша не был уверен, что это сработает. Он когда-то читал, что лучшее психологическое средство самозащиты при нападении – дезориентировать противника. Хотя то была сомнительная статейка в женском журнале (случайно его открыл, когда заскучал сидеть на туалете), и ее автора нельзя было назвать авторитетом или экспертом в области психологии. И, тем не менее – невидимая тварь прекратила движение, а через миг и вовсе испарилась. Костя уже мысленно праздновал пускай и незначительную, но его первую победу, как тут его переместило на небольшой зеленый островок с живописным прудиком, у которого сидел светловолосый мальчик и рыбачил.

– Клюет рыбка? – тихо спросил Костя.

– Ты веселый, мне нравится, – повернулся к нему мальчик, откладывая удочку. – Боунз, верно? Забавное имечко ты себе выбрал, весьма забавное.

– А?

– Говорю: словно у прославленного комика с нарисованным смеящимся лицом, в сердце которого скрывается мечта однажды сыграть в великой трагедии, твоя душа жаждет перемен, – неожиданно серьезно начал глаголить юнец, но довольно быстро вновь вернулся к ребячливому стилю общения. – Ты покинул свой дом, свою отчизну в надежде начать новую жизнь: стать Спасителем Вселенной (или как ты там правильно говоришь), а тебя игнорируют вся и все, даже твои соратники. Но ты не расстраивайся – можешь приступать ликующе нарезать круги у озера, потому что я: Великолепный и Потрясающе Красивый Мастер Иллюзии и Шуток – или как сокращенно зовет меня простой люд – Танцор – готов провести с тобой На Ал'ада.

– Это еще почему?

– Даже не знаю, – мальчик хлопнул в ладоши, и в руках у него появился блокнот для записей. – Возможно, по причине того, что ты единственный Землянин на Самагре, а я тот еще коллекционер редкостей. Или, возможно из-за твоей латентной черты мучить и доводить всех, кто рядом с тобой, которая, признаюсь честно, меня потешает. Или, скорее всего, кое-кто подсказал, что именно мне выпала честь стать твоим талисманом-оберегом и, хочу я этого или нет, заключить с тобой сделку. Бери любое объяснение, какое нравится.

– Сделай меня некромантом, – с трудом дождавшись окончания фразы, потребовал Костя.

– Не того Бога просишь.

– Тогда телекинетиком.

– Жирно слишком.

– А что тогда ты можешь предложить?

– Не могу сказать, – сообщил Танцор. – Видишь ли, На Ал'ада своего рода лотерея: игрок не должен знать до конца викторины выигрышный у него билет или нет. Но платить за него всего равно придется, – Танцор записал что-то в блокнот, а потом превратил его в стаю разноцветных бабочек. – В общем, вот мое слово: я забираю у тебя абсолютно ненужное умение держать что-то в руках, а ты в свою очередь – пляшешь от счастья с новообретенным даром. Договорились?

– Даже не знаю...

– Ой, да ладно тебе щемиться, – весело проговорил Танцор, довольно подпрыгивая на месте. – Только представь – ты больше никогда-никогда не будешь таскать тяжести, тебя никто не попросит помочь с переездом. Блажь Господня – а не цена. Что скажешь?

Костя чуял подвох. Что-то в его поведении...

– Да какого хрена, – отбросив все сомнения, согласился Костя. – Идет.

– Чудненько, – обрадовался Танцор.

Одна за другой бабочки опустились на Костю. Он подумал, что Сил слишком преувеличивал, когда утверждал, что На Ал'ада это чудовищная боль и дальнейшее пожизненное страдание. А затем его тело и разум скрутило так сильно, что Костя искренне взмолился о скорейшей смерти как акту милосердия: такое отвратительное чувство, будто у него одновременно случился заворот кишок и эпилептический припадок.

И вот, когда он уже готов был от болевого шока отчалить в Царство Безликого, все кончилось. Костя по-прежнему лежал на койке в Гиладе. Даже странно, но он ощущал, как что-то внутри него изменилось: что-то очень важное, практически жизненно необходимое, казалось, навсегда его покинуло.

Лениво потянувшись, Костя поднялся. За окном светило ласковое осеннее солнце – должно быть, он проспал всю ночь (если, конечно, не больше)... Однако количество проведенных во сне часов сейчас было последним в списке волновавших его вещей: первое место принадлежало...

– Суперсила! – закричал Костя, взмахнув руками.

Для историков навсегда останется загадкой, какого итога в действительности ожидал Костя. Наверное, он думал, что его способность заключена в голосе. Или "суперсила" было магическим словом, произнеся которое, он бы сразу раскрыл полученный дар. А, быть может, размахивание руками придавало ему некую уверенность в себе...

– Суперсила! – еще раз, уже чуть тише, крикнул Костя.

Никакого результата.

Семя разочарования проросло. По крайней мере, думал Костя, у него ничего не болит. Его желудок не разделял такую точку зрения хозяина и недовольно заурчал, требуя внимания к своей персоне. Костя устало кивнул – да, ему стоило хотя бы немного подкрепиться. Настроившись на сытный обед, юноша подошел к двери купе, взялся за ручку...и не смог ничего сделать. Он попытался приложить чуть больше усилий, но дверь не поддавалась – точно объявляла ему неоткрывающийся бойкот. Костя провозился с ней около минуты, когда до него дошло, что на самом деле случилось.

На Ал'ада. Его цена – держать что-то в руках.

Костя решил проверить границы своей платы. Касаться поверхности: да. Расстегнуть пиджак: нет. Поднять убранный чемодан: нет. Пинать со злости все предметы в комнате: да.

– АААА!!! КТО-НИБУДЬ!!! ВЫПУСТИТЕ МЕНЯ ОТСЮДА!!! – в панике заорал Костя, заколотив по стенам.

– Чего расшумелся? – спросил Джийа, заглядывая в комнату.

Костя кинулся на него и принялся ощупывать. Трогать людей: да. Держать их за руки: да. Получать от них в морду: тоже да.

– Ты в своем уме?! – возмутился Джийа, отстранившись от него как можно дальше.

– Ты не поверишь! – воскликнул Костя.

Он в красках рассказал о своем невероятном путешествии в обитель Танцора и о заключенной сделке.

– Ничего удивительного, – равнодушно заключил Джийа. – Танцор известный фантазер: что не договор, то очередная насмешка над людьми. А что получил взамен?

– В том и беда – я еще не выяснил, – печально отозвался Костя.

– Что же...твои проблемы.

Джийа злобно улыбнулся и ушел в направлении тренировочного зала.

Мерзкая сволочь.

Итак, на повестке дня стояло три вопроса. Первый: разобраться с платой и полученной силой. Второй: после становления Самым Опасным Волшебником Всех Времен и Народов отомстить самоуверенному гаденышу-целителю за бездушное отношение к его наиважнейшей особе. Третий: удовлетворить прожорливого зверя, пожирающего стенки желудка. Костя печально окинул коридор в надежде найти хоть одно дружелюбное создание, готовое покормить его, аки беспомощного младенца.

– Привет, – обратился к нему знакомый женский голос.

Протея незаметно подкралась к юноше сзади. Она была все также одета в травяной наряд, который выгодно подчеркивал ее стройную фигуру.

– Женщина! Дай мне еды! – властно скомандовал Костя. – Может быть, вы на Самагре и привыкли питаться солнечными лучами, перерабатывать их в кислород и после жить припеваючи. Но я – Я так не могу. Я хочу есть!!! А из-за этой дурацкой сделки я даже не смогу сорвать какую-нибудь вонючую волчью ягоду, чтобы съесть ее и помереть! Ты хоть представляешь, как тяжело мне теперь будет?!

Либо пламенная речь, подпитываемая чувством голода, либо что-то другое заставило Протею не просто проникнуться Костиной заботой. Ее огромные голубые глаза наполнились слезами.

– Да! – воодушевленно произнесла она. – Да! Я тебя понимаю. Подожди минутку – я сейчас быстро сбегаю и принесу немного съестного.

Девушка молниеносно умчалась в противоположный конец вагона, чуть не сбив с ног вошедшего Кадд'ара. Глава Гилады спокойно посмотрел ей вслед, а после перекинул холодный взгляд на Костю.

– Обратная эмпатия, – сказал Кадд'ар, подходя к юноше. – Ты можешь перенаправлять свои переживания на других, а после заставлять людей испытывать к тебе сострадание. Полагаю, цена была соответствующей.

– Откуда вы знаете?

– У меня свои источники информации. Смотри, не злоупотребляй силой. Не думаю, что твоим товарищам понравится, когда ты станешь нещадно их эксплуатировать.

– Моя цена: возможность держать предметы в руках, – честно признался Костя. – Я вынужден буду кого-то эксплуатировать, чтобы выжить. Мне ведь даже самому теперь не раздеться.

Кадд'ар на мгновение задумался. Костя не заметил при первой их встрече, только сейчас – в лучах рассветного солнца, он увидел мелкую проседь в темных волосах лидера. Она придавала ему схожесть с Великим Мудрецом, постигшим все тайны мироздания.

– Себя же ты можешь держать? – уточнил Кадд'ар.

– Ну да, вроде могу.

– Вырви волос – проверь.

Костя послушался. Держать отвалившиеся части тела: да.

– Вот тебе и выход. Если ты понял, что я имею в виду.

Костя понял. Это было настолько омерзительно и противоестественно, что он сразу же согласился. Подумать только – костюм из самого себя!

– Ха-ха-ха! Я обойду систему!!!

Тут в вагон вбежала запыхающаяся Протея, несся на себе солидных размеров чан, переполненный разными вкусностями. Девушка поставила его перед Костей, всем своим видом предлагая насладиться восхитительной кухней Самагры. Кадд'ар осуждающе покачал головой.

– Судя по твоей реакции, мое предложение ты поддерживаешь. Я пришлю Джийа и Хофу.

Лидер достал из кармана устройство, которое напомнило Косте старинный фотоаппарат в кожаном чехле. Быстро сделав снимок, Кадд'ар удалился.

– И чего ты стоишь, бездельничаешь?! – возмутился Боунз. – Женщина, вперед, корми меня. Ты хоть представляешь, насколько я голоден?!