Текст книги "Подснежник для сурового Апреля (СИ)"

Автор книги: Тиро Томое

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 19 страниц)

Глава 51

Глава 51

Маргарита, место положения неизвестно

На ярко голубом небе ярко светило солнце. Непривычное такое, полузабытое. Тёплое.

В Каэриллионе я такого не припоминала. С момента моего появления, тут всё время свирепствовала зима. Холодная, вьюжная. Иногда просвечивали случайные робкие лучи, но чаще небо пряталось под хмурыми тяжёлыми тучами.

Я медленно водила пальцем по крепкому стеклу, обводя по контуру склоны Суммишимы, и наслаждалась непривычным освещением.

Что-то во мне изменилось, но я всё не понимала что именно.

Заснеженная гора – священная для местных и обычная для меня – постоянно притягивала взгляд. Часто я ловила себя за тем, что смотрю через прозрачное стекло на её величественную вершину, хотя вроде собиралась заниматься чем-то другим. Каждый раз я не могла вспомнить, как и почему снова оказалась возле окна.

Одно я понимала точно, Суммишима ждёт меня.

Зачем? Кто его знает? Может это вовсе не понимание ситуации, а последствия того, что я пережила в тот день, когда Тени пришли на мой крик?

Рик говорил, что это ерунда и не стоит сильно зацикливаться на этом сбое психики. Он предлагал зациклиться на восстановлении. Я улыбалась и соглашалась, а потом, после того как оставалась одна, снова обнаруживала себя задумчиво стоящую возле окна.

Рик, который теперь приходил постоянно, сам выглядел неважно. Под глазами у него лежали глубокие тени неприятного тёмного цвета, возле краешка чувственных губ прорезалась глубокая морщинка. На мои предложения отдохнуть, он вяло улыбался и обещал, что обязательно это сделает. Но я понимала, что это простая отмазка, потому что на следующей встрече заботливый архивариус выглядел ещё более уставшим и озабоченным.

Что происходило за стенами моего нового дома я не знала. Ни Рик, ни данэй не отвечали на мои вопросы, ссылаясь на приказ хрейдмара. Однажды меня навестил взмыленный и уставший ург, принёс очередной подарок от хрейдмара, но уклонился от ответов, расплывчато пообещав, что теперь всё будет хорошо.

Даже место нахождения этого дома мне было неизвестно.

– Дангра Маргарита, – позвала данэй.

Больше я не вздрагивала от её бесшумного появления. Теперь каким-то пятым чувством я всегда ощущала приближение людей. Даже появление Рика предчувствовала за несколько минут до того, как он, улыбаясь, входил в двери моей комнаты.

Его я чувствовала сильнее всех других, словно была связанна с ним одной душой. И мне всё чаще не хватало его общества.

Странное ощущение. Теперь вся моя жизнь очень странная.

– Дангра. Теперь я дангра, – откликнулась я, но не оторвала взгляда от горы, – ты так и не ответила, почему меня перестали называть эйна. Я вдруг стала достойной титула дочери Великого Дома?

Данэй молчала. Я слышала её дыхание, шелест тканей одежды, стук сердца. Данэй волновалась. Видимо ей запретили отвечать на мои вопросы. Обидно.

– Что случилось? – вздохнув, я оторвалась от созерцания Суммишимы и повернулась к женщине.

Как всегда не успела поймать её взгляд. Данэй взяла в привычку прятать глаза за низким поклоном, словно боялась нашего контакта.

– Дангра Элиан, дангра Аниту и дангра Атар-язата ждут на обеде.

– Иду. А что с Бригит? Она хорошо себя чувствует?

– Не имею информации, дангра Маргарита, – безучастно ответила данэй, склоняясь ещё ниже.

Вздохнув, я прошла мимо неё. Зачем пытать бедную женщину? Всё равно ничего не ответит. Как и во все прошлые разы, когда я пыталась настаивать.

В небольшой обеденной зале играла лёгкая музыка. Ненавязчивая, призванная скрыть напряжение дев и неловкость, появившуюся между нами. Мы избегали обсуждать то, что произошло.

На мои тихие шаги первой отреагировала Элиан, сидящая ближе всех ко входу.

– Как спалось, дангра Маргарита? – мягко улыбнулась она.

– Спасибо, всё хорошо, – улыбнулась я в ответ.

Элиан с каждым днём выглядела всё лучше. Без следа затянулись шрамы, медленно вернулся цвет лица и шелковистость волос. Только в глазах девы Дома Вишни навсегда поселился глубоко затаённый страх.

– Доброго утра, девы, – усаживаясь на своё место, поздоровалась я, – не знаете, что случилось с Бригит?

Аниту, сверкнув золотыми глазами, молча покачала головой. Она пострадала меньше всех, отделавшись рванной раной на руке и подпалёнными волосами.

Больше всего досталось Атар-язате. Половина её лица до сиз пор была спрятана под бинтами, на свободе оставались только огромные зелёные глаза и пухлые губы, покрытые трещинками. Изящные руки обтягивали тонкие мерцающие перчатки, от которых мягко тянуло травами. Над девой из Дома Воздуха всё время мерцала радужная дымка лекарской магии.

– Я слышала, – хрипловато проговорила Атар-язата, опуская взгляд, – что Бригит вернулась в свой Дом. Я…я бы… если это правда, я бы тоже хотела отказаться от участия в отборе.

Из глаз Атар-язаты выкатились прозрачные слёзы, которые она тут же смахнула кончиком пальца.

За столом воцарилось напряжённое молчание. Покусывая губы, я мечтала, как выскажу всё, что я думаю прямо в лицо хрейдмару.

– Неужели это возможно? – тихо прошептала Элиан, глядя на пустую тарелку, стоящую на столе, – возможно покинуть отбор?

Пятое чувство снова среагировало на приближение нового человека. Я выпрямилась, кашлянула, привлекая внимание.

– Сюда идёт эрл Колин Филитиарн Сил.

Девы моментально выпрямились, дежурно улыбнулись и уставились на раскрытые двери, в которых появился распорядитель. Он замер, растерявшись, но тут же нашёлся.

– Вас предупредили, что я сегодня прибуду? – эрл Колин Филитиарн Сил расплылся в неискренней улыбке, – какая прелесть! Я хотел сделать сюрприз!

Наигранный весёлый тон эрла неприятно царапал слух. Распорядитель, привычно пританцовывая и распространяя тяжёлый аромат крепких духов, прошёл к столу.

– Девы, вы все выглядите превосходно! – зааплодировал эрл Колин Филитиарн Сил, – в высшей степени восхитительно!

Обвиняющий взгляд четырёх пар глаз остановился на распорядителе. Атар-язата насмешливо хмыкнула, поправляя бинт на лице. Эрл густо покраснел, неловко опускаясь в единственное пустующее кресло, которое раньше принадлежало Бригит.

– Несите обед! – визгливо приказал распорядитель, чтобы скрыть неловкость, – и вино! Нам есть, что отпраздновать!

Эрл Колин Филитиарн Сил затряс в воздухе обеими руками, призывая слуг. Пышные манжеты его однотонного и относительно скромного костюма нелепо заколыхались. Прислуга мгновенно отреагировала на призыв. Между нами заскользили безмолвные девы, остро запахло едой и пряностями. Забулькало красное вино, разливаясь по высоким хрустальным бокалам.

– Девы! – радостно заулыбался эрл Колин Филитиарн Сил, возвращаясь в хорошее расположение духа. Он высоко поднял бокал, – у меня для вас великолепные новости!

Глава 52

Глава 52

Маргарита, место положения не известно

В ушах всё ещё звучал наигранно весёлый голос распорядителя. Эрл Колин Филитиарн Сил, простой исполнитель воли хрейдмара и церемониймейстера, принёс свободу. Но не всем.

«Высшей волей Эрика Этвелла, хрейдмара Каэрллиона и Хранителя баланса. Волей ритуала и управителя его, церемониймейстера Мерла из Дома Цветущей Вишни, решено, что все испытания отбора завершены. Благородные девы Дома Цветущей Вишни и Дома Шепчущих Теней, пройдя длинный путь, стали достойны ритуала обрезания крыльев, который определит избранницу хрейдмара. Дата последнего обряда будет назначена позже».

Атар-язату, по просьбе главы её Дома, отпустили.

Отчаявшуюся Элиан и странно улыбающуюся Аниту нет.

А меня, решившую, что я тоже свободна, отправили на встречу.

Совершенно неожиданную для меня.

Эрл Колин Филитиарн Сил суетливо вёл меня по длинным коридорам, по анфиладам богатых залов, мимо молчаливых слуг, застывших в почтительном поклоне. Я не нервничала. Совсем. Впервые в жизни, я просто положилась на судьбу, терпеливо ожидая сюрпризов, которые она так полюбила мне подкидывать.

В принципе, меня беспокоил только один вопрос. Что будет со мной дальше, ведь отбор окончен, а положенные договором испытания я не прошла. Вернусь домой или пойду побираться на улицах Каэрллиона? Наверное, попрошу Рика помочь мне с работой. Он точно не откажет.

Распорядитель вывел меня к неприметной двери, притаившейся в конце сумрачного коридора.

– Мы пришли, дангра Маргарита, – склонился он в низком поклоне, – вас ждут.

Эрл Колин Филитиарн Сил едва поднёс руку к тёмному дереву, как дверь в комнату распахнулась. Оттуда донёсся низкий шелестящий голос.

– Входите, дангра Маргарита.

Распорядитель вздрогнул и опасливо покосился на тёмный проём двери.

– Одна? – спросила я у распорядителя.

– Да. Таков приказ хрейдмара, дангра Маргарита, – отозвался эрл, нервно поджимая губы, – свидетелей у вашей беседы быть не должно.

Любопытство сквозило в каждом жеста эрла, но пойти против приказа правителя он не мог. Я чувствовала, что не только это останавливает вертлявого эрла. Колин Филитиарн Сил опасался того, чей голос странно шелестел из комнаты.

– Я пойду, эрл. Благодарю, что проводили. Надеюсь, ещё увидимся.

Я присела в лёгком реверансе, который внезапно вышел безупречным. Перешагивая порог, я услышала последние слова эрла.

– Желаю вам удачи, дангра.

Дверь захлопнулась за спиной.

Комната, окутанная сумраком, освещалась огнём, ровно горевшим в камине. На фоне яркого пламени выделялись два кресла с высокими спинками. Блики плясали на бутылке и двух бокалах, стоящих на столике между креслами.

– Нет ничего лучше в холодную зиму, чем дружеская беседа перед тёплым камином. Такую беседу нужно согревать вином из белых ягод винограда, который издревле растёт в Такла-Макане, – зашелестел всё тот же голос.

От кресла отделилась густая тень, соткавшаяся в высокую фигуру. Тень бесшумно преодолела расстояние между нами.

– Магритт, глава Дома Шепчущих Теней, – представился мужчина.

– Маргарита, дева из Манескера, – ответила я.

На бледном, породистом лице мужчины загадочно блестели золотые глаза, оттеняемые густыми чёрными ресницами. Мне пришлось запрокинуть голову, потому что глава Дома Теней был гораздо выше меня.

– Всё ли вас устраивает в этом доме? – вежливо поинтересовался Магритт, – есть ли пожелания?

– Это ваша резиденция? Столичная резиденция Дома Теней?

– Верно.

– Всё в высшей степени великолепно. Благодарю за гостеприимство, – тактично ответила я на вопрос.

Не устраивало меня многое, например, невозможность выйти даже на улицу, не говоря о том, чтоб вернуться во дворец Подснежника. Но сомневаюсь, что в этом виноват Магритт. Тут явно проглядывают уши хрейдмара!

– Отлично. В таком случае прошу составить мне компанию, – он протянул руку, – разговор предстоит непростой.

Магритт подвёл меня к креслу, дождался, пока я устроюсь и протянул бокал на тонкой ножке, наполненный чем-то искрящимся в отблесках огня.

– То самое вино? – догадалась я.

– Да. – Магритт сел, закинул нога на ногу, взял бокал и вгляделся в содержимое, – этот виноград первое, что выросло на бесплодных песках пустыни, после того, как мы заключили союз с Домом Цветущей Вишни.

– Я знаю про ваш союз. Девы поделились информацией, а потом я нашла в книгах историю Домов.

– Вы любопытны. Это похвально.

Магритт замолчал. Я, совершенно не скрываясь, разглядывала его. Сильный, но не крупный, а скорее жилистый. Тонкие черты лица гармоничны и привлекательны. Одежда, серая рубашка и серые же брюки, просты, но сделаны из хорошей ткани.

И глаза. Невозможные, проникающие в душу, золотые.

У Аниту похожие, но нет в них этой силы, которая буквально лилась из глаз главы Дома Теней.

– Попробуйте вино, дангра Маргарита. Оно того стоит, – улыбнулся Магритт.

Я пригубила. Терпкий напиток сначала обжёг губы, но внезапно стал сладким, мягким, как нектар, безупречно освежающим, как родниковая вода.

– Вкусно, – отозвалась я, – неожиданно вкусно.

Довольный смех стал мне ответом. Я вскинула недоумевающий взгляд. Глава Дома Теней смотрел на меня и выражение его лица было мне непонятным.

– Что-то не так?

– Наоборот, дангра Маргарита. Наоборот, – Магритт отставил бокал на столик, подался вперёд, – это вино не пьёт ни один Дом, кроме клана Шепчущих Теней. Для всех оно слишком горячее, но не для нас, в чьих душах прячутся Шепчущие Тени.

– Эм-м… Никто?!

Магритт снова откинулся на спинку кресла, переплёл длинные пальцы. Взгляд золотых глаз замер на пляшущих языках огня.

– Вы знаете, что пришедшие из Манескера попадают на земли нашего Дома?

– Что-то слышала. Аниту упоминала, что один землянин так давно живёт в Такла-Макане, что сам не помнит, откуда он прибыл.

– Верно. Догадываетесь почему?

– Вы терпимы к людям без магии? – высказала я предположение.

Шелестящий смех Магритта показал, что я ошиблась.

– В Каэрллионе нет терпимых. Мы гордецы, которые презирают всех, лишённых магии. Вы должны были это понять, дангра Маргарита, – смеясь, проговорил глава Дома Теней, – причина иная. Все пришедшие из Манескера чувствуют Тени. Вы, рождённые в Манескере, родственны нам, но не владеете магией. Скажите, как так получается?

Я пожала плечами. Мне-то откуда знать?

– Наш Дом давно бьётся над этой загадкой, но мы не приблизились даже на шаг. Есть только зыбкие предположения, которые ничем не подтверждаются, оставаясь лишь предположением. Но иногда в вопросе прячется ответ. – Магритт помолчал, – хотите, поделюсь?

– Было бы интересно, – кивнула я.

– Манескер создан для баланса. Равновесие, вот, что важно в жизни. Равновесие. Мы, безумцы, владеющие магией, способны этот баланс разрушить. Все миры Календора безумны по своему. Иногда мы раскачиваем чашу весов, тем самым нарушая такой хрупкий баланс, и мироздание посылает в миры Календора пришельцев из Манескера. Одно появление пришельцев выравнивает баланс, возвращая чашу весов на место.

Пришельцы… а ведь это я – инопланетянин, а не местные.

– Эм-м, простите, Магритт, но что мы можем изменить? Мы, лишённые магии и сил? Что мы можем противопоставить вам, магам? – воскликнула я.

Магритт перевёл взгляд глаз, горящих расплавленным золотом, на меня.

– В Манескере есть выражение. Иголка, способная переломить спину верблюда.

– Соломинка, – поправила я Магритта, – соломинка, которая переломила спину верблюда.

– Простите, не верно запомнил, – улыбнулся он, – но суть одна. Маленькая, хрупкая вещь способна выровнять чашу весов, вернуть баланс. Это незначительное, по меркам магов, событие накладывается на все предыдущие и вызывает огромное потрясение. Эффект неопределённости, который рушит всё. Сейчас эта соломинка вы, дангра Маргарита.

Я рассмеялась. Нет, ну что за бред? Я ведь даже ничего не делала, просто вяло шла через отбор, стараясь выжить и не посрамить честное имя. Я сюда попала вообще случайно. Явно кто-то накосячил во время ритуала вызова невест.

– Не верите? – Магритт внимательно, без улыбки смотрел на меня.

– Нет, уж простите, – ответила я, смеясь, – что я могла изменить? На что повлиять? У меня даже цветы почти засохли, которые я посадила после первого испытания. Магия? Пф! Не смешите меня, Магритт. Всё это не про сироту Ритку, которая зарабатывает себе на пропитание мытьём полов и продажей чебуреков, от которых кроме изжоги и воспоминаний не остаётся. Вот это всё, – я показал на себя, – платья, уход, хорошие бельё и сытная еда временно. Отбор окончен, меня из него выперли, а дальше…

Я вовремя закусила губу. Чуть не сболтнула про договор с хрейдмаром, заключённый через урга. Нет, всё верно. Договор я не выполнила по независящим от меня обстоятельствам, но что решит Эрик Этвелл? Сочтёт ли он его выполненным или отправит меня на мороз, посчитав, что я редиска и не достойна награды?

Что вообще меня теперь ждёт?

– Вы не покидаете отбор, – донёсся до меня равнодушный голос Магритта.

– Там остаются только благородные Дома. Клан Вишни и ваш клан, Магритт. Я может и не маг, но слышу превосходно, – холодно ответила я.

– Всё верно. Вы, дангра Маргарита, дочь Дома Шепчущих Теней. – Магритт внимательно смотрел на меня, – если, конечно, захотите ею стать официально.

– С чего вдруг такая милость? – оскалилась я, – стать полноправной дочерью вашего Дома это честь. Но разве чернь из Манескекра достойна такой чести? Разве не положено меня просто поселить на просторах Такла-Макана, выдать конуру какую-нибудь и забыть обо мне? То, что пришедшие с Земли чувствуют ваши Шепчущие Тени, ещё не даёт им право становиться частью Дома. Вы ведь сами признались, что не терпимы к немагам, так ради чего делать ради меня такое исключение?

– А кто сказал, что я чем-то поступился? – хмыкнул глава Дома Теней, – отнюдь. Я ни на шаг не отошёл от собственных принципов. Вы полноценный маг, дангра Маргарита. Довольно сильный, но совершенно необученный.

– Нет, ну это вообще бред, – я резко встала, поставила бокал на стол, – благодарю за заботу, вино и чудесную беседу. Я пойду. Мне пора вещи собирать.

Но мне не дали сделать и шагу. Магритт повёл рукой. Вокруг меня выросли тени, преградившие путь. Повелительно зашелестел голос главы Дома, отзываясь в моей душе.

– Там, в пиршественной зале, ваш дар раскрылся, дангра Маргарита. Тени, сильные, вечно голодные тени демонов гаки пришли на ваш зов. Их голод выпил силы врага. Их злость разрушила оковы заклятия печати, наложенного на само пространство. За тенями демонов гаки смог пройти я. Вы буквально спасли хрейдмара. Он ваш должник. Вспомните, дангра Маргарита, как на ваш зов хлынул мрак. Вспомните, как во сне с вами шептались Тени. Вспомните, как вы отвечали им.

Холод проник в мою душу. Я замерла, вспоминая то, как рвала паутину заклятия, как Тени шептали мне, отвечая на мой зов. Как …

– Они не могут умереть. Тени демонов гаки. Они не могут умереть и не могут утолить свой голод. Никогда, – прошептала я помертвевшими губами, вспоминая всё, что шелестели мне Тени во сне. – Это их сила и их наказание…

Глава 53

Глава 53

Эрик Этвелл, хрейдмар Каэрллиона. Столичная резиденция Дома Шепчущих Теней

Неопределённость застыла неподвижным изваянием перед заснеженной статуей. Она просто стояла, а вокруг неё клубились густые тени. Жались к её ногам, льнули к вытянутой ладони. Ластились, как собаки, дождавшиеся давно ушедшего хозяина, который, наконец, вернулся.

Я смотрел, не отрываясь, как она гладит тени. Неопределённость так просто дарила свою ласку голодным тварям, которые могли поглотить любое живое существо в мире, но вместо этого трепетали перед своей владычицей.

Неопределённость изменилась. Нет, тепло от неё не ушло, она всё так же согревала моё сердце и душу, когда радостно соскакивала с места, стоило мне появиться в её комнате. Всё так же нежно улыбалась, приветствуя меня. Всё так же по-особенному произносила короткое «Рик», но делала это так, что сердце начинало трепетать. Я больше не мог находиться долго без её улыбки и этого странного «Рик», слетающего с её губ, без запаха её волос. Без этой лёгкости в душе.

Какая же это нелепица, влюбиться в ту, что сам обрёк на заклание, назвав неопределённостью.

Я вспоминал об этом каждый раз, когда смотрел в её глаза, в которых начало проявляться расплавленное золото, сжигающее такой привычный серый цвет. Смотрел, но всё так же не решался рассказать, кто я и постоянно оттягивал принятие решения о назначении даты обряда обрезания крыльев.

Неопределённость стала другой, при этом оставшись собой, а я в её присутствии переставал быть собой.

С сожалением оторвав взгляд от неподвижной Маргариты, я отошёл от окна и вернулся в кресло.

– Объясни, – попросил я Магритта, сидевшего напротив меня и покачивающего в руке бокал с отвратительным вином, которое я как-то раз попробовал,– я не совсем понимаю, как такое возможно.

Магритт улыбнулся краешком губ.

– Это настолько сложно, мой хрейдмар, что я сам не до конца понимаю. Маргарита призвала самых сложных в управлении и опасных существ из всего сонма Шепчущих Теней. Голодных демонов гаки. Никто, даже я, не мог этого сделать добрую тысячу лет.

– Почему?

– Тени демонов гаки идут только к доброму сердцу, которое может их пожалеть за глупость, допущенную при жизни. Они, в отличие от всех остальных тварей сумрачного бытия, помнят прожитое. Помнят и раскаиваются, но это бессмысленно.

– Что они натворили? – нахмурился я, – ели младенцев на завтрак?

Шелест смеха Магритта наполнил комнату. Хозяин Дома Теней качнул головой.

– Вы как всегда зрите в корень, мой хрейдмар. Младенцев они не трогали, но… – Магритт посмотрел на меня, – они просто ели. Еда была смыслом их существования. Они обжирались, наполняли своё чрево лучшими блюдами, которое только могли достать. Еда, еда, еда… однако, стоило кому-то голодному попросить у них пищи, чтобы не погибнуть, как они выкидывали еду, насмехаясь над чужим голодом. Души чревоугодников были прокляты вечным голодом и в проклятии заключается вся их жизнь. Голод демона гаки невозможно утолить ничем.

– Теперь они решили напитаться добром, спрятанном в её сердце? – нахмурился я.

– Нет, мой хрейдмар. Они не пьют силы дангры Маргариты. Они греются в тепле её сердца. В её жалости. – Голос Магритта стал едва слышим, – поэтому никто из нас не может призвать столь сильное оружие, как демоны гаки. В наших сердцах нет жалости. В них только холодный расчёт, помноженный на выгоду. Но доброта и сострадание не единственный критерий, позволяющий призвать тени демонов гаки. В дангре есть капля демонической крови. Только откуда она взялась, я ума не приложу, мой хрейдмар. В пришедших из Манескера никогда не было ничего демонического. И это очередная загадка, которая не даёт мне покоя.

Пришла пора улыбнуться мне. Неопределённость сработала во все стороны.

– Вам что-то известно? – оживился Магритт.

– Возможно, – уклонился я от прямого ответа, – кровь должна быть получена при рождении?

– Не обязательно, – Хозяин Теней отставил бокал и неожиданно горячо заговорил, – демоническая кровь это сильный проводник, алхимическая основа. Попав в тело любого существа, кровь изменяет саму структуру клеток, делая их носителя восприимчивым к магии.

– Магритт, я могу дать тебе разгадку, а ты позволишь увести деву твоего дома.

– Дангру Маргариту?

– Её. Сделка?

Магритт качнул головой, соглашаясь.

– Вы могли бы и не спрашивать позволения, мой хрейдмар. Мы все в вашей власти.

– Мог, но не стал, – ответил я, поднимаясь с места, – дангра Маргарита отныне член твоего рода, кровь твоего клана и её судьба под твоей защитой. Будет невежливо распоряжаться девой твоего Дома по собственной воле. Я умею быть благодарным, Магритт.

Хозяин Теней поднялся следом. В золоте его глаз притаилось ожидание. Магритт сложил руки перед грудью, склонился в поклоне, а выпрямившись, произнёс.

– Мой долг служить вам, мой хрейдмар. Я просто выполнял клятву.

Тени Магритта были великолепными шпионами. С момента появления неопределённости и по сей день, Тени Магритта стабильно собирали новости, слухи и сплетни в Каэрллионе. Они же принесли мне весь разговор глав Домов, которые обсуждали план по уничтожению Маргариты в тот далёкий день. В дом Канаку могли проникнуть только Тени, потому что защита на владениях клана Цветущей Вишни работала великолепно. Удивить Мерла, выбрав те же блюда, что были в тот день на столе, я смог только благодаря верной службе Магритта.

Магритт первым доказал свою непричастность к заговору Аггаю, ещё до того, как я вообще нашёл заговорщика. А грубый Аран по своей сути не мог предать собственного хрейдмара. Камень он и есть камень. Незыблемый, крепкий. Верный.

Дом Крепкого Камня и Дом Шепчущих Теней единственные к кому полностью вернулась магия, после того, как я отсёк Аггаю и Дагондара от алтаря. К остальным магия возвращалась медленно, тонкой струйкой наполняя иссохший источник всесилия.

Домов Огня и Воды больше не существовало. Сила этих кланов вернулась туда, откуда взяла своё начало – в чистые воды родника, текущего из груди Суммишимы.

И это было моё наказание и предупреждение всем Домам.

– Я ценю это, – кивнул я, вспоминая всё, что приносили мне Тени, – поэтому можешь больше не ломать голову над загадкой. Капля демонической крови в Маргарите моя. Точнее не капля, а целая пригоршня.

– Но как? Почему?...

Сегодня моя благодарность просто не знала границ. Я решился на ещё одну маленькую откровенность, но ответил не прямо, а намёком. Магритт всё поймёт и без подробных объяснений.

– Она была на краю гибели. Выбора не было, Магритт. Когда вмешивается неопределённость просто не остаётся выбора. Ты это знаешь не хуже меня. Я верну деву к ночи, Магритт.