Текст книги "Подснежник для сурового Апреля (СИ)"

Автор книги: Тиро Томое

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Глава 43

Глава 43

Эрик Этвелл, западный склон Суммишимы

Седая пелена волглого тумана осталась далеко внизу. Она колыхалась, как живая, словно насмехаясь над нами, с трудом нашедшими путь наверх. Этот туман был не простым явлением природы. В нём отчётливо ощущалась магия. Чужая. Злобная и равнодушная одновременно. Я ощущал в ней знакомые оттенки магии Домов, но определить источник всё не выходило. Оттенки сменяли друг друга, как цветные стёклышки в калейдоскопе. Текучие и неуловимые картинки.

Дерьмо…

– Слышь, ург, – Хан насмешливо протянул обращение, – ты это, лицо-то не криви. Так носом морщит и скалится только хрейдмар, не к ночи будет помянут.

Старый сотник засмеялся скрипучим смехом, хитро поглядывая на меня.

– Давно догадался? – хмыкнув, поинтересовался я.

– Да почти сразу.

– Хреново.

– Да ты не злись, хрейдмар, – сплюнул Хан, – это только я понял. Я ж тебя с детства знаю. Вот таким вот малышом помню. И урга тоже примерно с тех времён. Ох, и доставали вы меня, два поганца, когда по садам лазили. Ты вот точно так же кривился и скалился, когда отец тебя отчитывал. А ург нагло смотрел и ещё руки за спину убирал, чтобы дерзость какую не ляпнуть. Хотя иногда всё-таки ляпал, стервец.

– Помню, – кивнул я.

– Вот когда ург нахмурился и повёл нас, тут то у меня сомнения и закрались. Пригляделся, и гляди-кась, угадал. Ты ж тяжелее, чем Нэд, следы на снегу глубже, движения тела резче. Ург тот как кот, мощный и всегда готовый к прыжку. Наглый котяра, который скалится на каждого, кто посмеет усомниться в нём.

– Ты наблюдателен, Хан. А кем я кажусь тебе?

Старый сотник хитро посмотрел на меня, ухватился пальцами за пояс и слегка склонился.

– Хах! Откровенно?

– Я знаю только двоих, кто способен говорить откровенно со мной. И один из них это ты, сотник.

– Тады не обессудь! – нахмурился Хан, – ты как стихия. Вот как потемневшее небо перед грозой. Никогда не знаешь, что тучи нам принесут. Благодатный дождь или бурю, которая сметёт всё на своём пути.

– Хм…

– Эрик. – тяжело вздохнув, продолжил откровенничать Хан, – какой Дом ты подозреваешь?

Откровенность Хана и наблюдательность превысили все пределы. Он никогда не терпел реверансов, недомолвок, а от интриг откровенно уходил, нагло выдавая своё мнение в лицо тому, кто пытался вплести его в свою игру.

– Все без исключений, – коротко ответил я, – закончим пока. Твои люди возвращаются.

– Тархова бездна,– выдохнул сотник, – что нас ждёт…

Бойня. Вот что нас ждёт, если мои подозрения подтвердятся. Сами устои Каэрллиона пошатнутся, веками заложенный порядок превратиться в хаос, который сметёт с лица земли всех нас.

Помоги мне, Тарх Могучий не совершить ошибку.

– Следов нет. Всё чисто, – доложил Рыжий, – сегодня твари тут не бродили.

Значит мадур пришёл раньше, а потом залёг где-то. Дерьмо, слишком сообразительными стали эти мороженые мертвяки. Что ж, придётся вложить в барьеры каплю собственной крови, чтобы усилить защиту.

– Остаётесь здесь, я пойду выше. Один. Хан, обеспечь охрану. Нельзя расслабляться, мы так и не знаем, как они сюда приходят.

– Слушаюсь, ург, – отчеканил сотник, – двое направо, Рыжий бери Горбатого и дуй на двадцать шагов вниз…

Под резкие приказы Хана, я неспешно поднимался к точке, где сходились все барьеры, охраняющие столицу и подвластные мне земли.

Собственно говоря, всё было устроено просто и примитивно. Магия хрейдмара работала как защитные кристаллы, которыми свободно пользовались жители Каэрллиона. Она запускала энергию барьеров, которые оплетали все земли. Каждый новый хрейдмар, после официального вступления в ранг правителя, приходил на западный склон Суммишимы, чтобы замкнуть контуры на себя. Так когда-то поступил и я, после того, как отец ушёл из жизни. Слишком рано он оставил мир, слишком сильна была боль в его душе.

Демоны, живущие в наших сердцах, связывают свою жизнь навсегда с одной единственной женщиной. Они разделяют с ней не только часть души, но и годы жизни. Этвелл, решивший вдруг избрать стезю безбрачия, спокойно проживёт не менее четырёх сотен лет. Но что делать все эти годы, если рядом нет той, что скрасит их? Этвеллы делили отпущенное им время напополам с единственной женщиной, которая могла идти с ним бок о бок по тяжёлому пути жизни.

Мама ушла из жизни внезапно. На неё совершил нападение наймит – маг, пришедший из ниоткуда и исчезнувший в никуда. Отец рыл землю зубами, но так и не смог ничего обнаружить. Мне тогда едва исполнилось двенадцать.

Немыслемым усилием воли, отец заставил себя жить ещё долгих для него двадцать лет, чтобы передать мне знания и власть, а потом зачах в одну ночь. Так бремя правителя и Хранителя легло на мои плечи. Это бремя давит на меня вот уже десять лет. И все эти годы я ищу того, кто сумел провести наймита на территорию дворца Подснежника – любимого места моей матери.

Склон Суммишимы передо мной мягко качнулся, раскрывая объятия. Призрачная ладонь тёплого ветра мягко коснулась щеки. Только пах этот ветер не привычной свежестью весеннего солнца, а затхлой прелью гниющего мяса.

Глава 44

Глава 44

Маргарита, зал церемониального ужина

От натужной улыбки болели скулы, щёки и шея. Ужин был похож на маленький филиал ада, в который согнали всех чертей и заставили прислуживать официантами. А во главе стола сидел сам Сатана – рогатый и язвительно-злой.

Ург был сам на себя не похож.

Он нагло заявился в зал церемониального ужина, где, утомившиеся от долгого ожидания, сидели девы, участвующие в отборе. Компанию нам составляли ответственные за обор. Надушенный и напомаженный эрл Колин Филитиарн Сил беспрестанно вещал о нашей исключительной красоте и стати. Он щедро раздаривал дежурные комплименты, но на мне всё время запинался.

Видимо, врать эрлу было сложно.

Но моё поспешное умозаключение было ошибкой. Эрл Колин Филитиарн Сил боялся и боялся отчаянно. Нет, не меня, безродную деву из Манескера, а величественного старца. Церемониймейстер Мерл, из Дома Цветущей Вишни, одетый в тяжёлые ритуальные наряды, сидел во главе стола, ровно напротив того места, где должен был сидеть хрейдмар Эрик Этвелл.

Мерл внимательно следил за девами, хмуро поглядывал на эрла и буравил взглядом пустующее кресло хрейдмара. Каждый раз, как эрл открывал рот, чтобы ляпнуть очередную глупую пошлость в мой адрес, Мерл кривился в едва заметной усмешке, а бедный распорядитель бледнел и запинался.

В момент, когда раскрылись двери и Эдвард Денжиди возник на пороге, Мерл не просто побледнел от злости. На его лице разлились красные пятна, а в глазах поселилась лютая ненависть.

Девы замерли в едином движении, увидев собранного урга, а я растерянно улыбнулась, сделав ещё одно ошибочное умозаключение. Я решила, что ург и есть хрейдмар Этвелл, только мне он не говорил об этом, прикрываясь чужим именем.

Однако всё оказалось проще и сложнее одновременно.

Эдвард Денжиди, под перекрёстными и не очень дружелюбными взглядами, прошёл к пустующему креслу, нагло в нём уселся и послал мне доброжелательный взгляд, наполненный теплом тёмного шоколада.

К сожалению, это был единственный момент проявления дружелюбия.

Потом случилось что-то странное.

Тепло тёмного шоколада исчезло из его глаз, вмиг сменившись холодным равнодушием. Губы скривились в презрительной усмешке. От самой фигуры Эдварда потянуло несвойственным ему высокомерием.

Дальнейшие слова урга объяснили отсутствие Эрика Этвелла на обязательном ужине.

– Церемониймейстер Мерл, – нагло протянул ург, беря в руки салфетку,– по правилам ритуала на ужине хрейдмар может быть представлен лицом, близким к правителю.

Отчего-то мне почудилось, что после имени церемониймейстера ург хотел добавить слово «засранец». Нервы совсем ни к чёрту стали. Разве может такое ляпнуть представитель власти?

– Право такое есть, – смиренно покивал головой Мерл, – но повод для этого должен быть весомым.

– Поверь мне, Мерл. Повод более чем весомый, – скучающим тоном, в котором сквозили нотки издёвки, ответил Эдвард.

Когда я взглянула на лицо урга, то испытала острый приступ паники. Тонкие черты лица мужчины исказила лютая, совершенно не прикрытая ненависть. Глаза стали совершенно безумными из-за плескавшейся в них злости.

Я проследила за направлением взгляда урга и поняла, что смотрит он на Мерла. Тот сидел абсолютно белый от плохо сдерживаемого бешенства.

Эти двое были готовы поубивать друг друга на месте.

– Приказ хрейдмара Этвелла это закон, – выплюнул Мерл, отводя взгляд от урга, – в таком случае, пора начинать. Эрл Колин Филитиарн Сил, приступай.

Растерянный распорядитель подскочил с места, забавно тряся завитыми волосами, поправил пышный бант на шее и, кланяясь во все стороны, как неваляшка, заголосил.

– Девы! Вы преодолели много сложностей, чтобы оказаться здесь, за этим столом. Ваши имена знает каждый житель Каэрллиона. Вы отмечены в скрижалях ритуала, как достойнейшие дочери своих Домов! – распорядитель покосился на меня и добавил срывающимся голосом, – эйна Маргарита первая представительница Манескера, попавшая в этот список! Поприветствуем силу девы, выбранной ритуалом!

Он зашёлся в одиноких аплодисментах, но быстро затих. Никто не поддержал его предложения. По лицу растерянного эрла пошли пятна смущения, но он быстро взял себя в руки.

Напряжение за столом нарастало.

– Хрейдмар Этвелл не смог присутствовать на ужине, – скривился эрл в натужной улыбке, – но он подготовил подарки, достойные каждой девы! Внесите!

Звонкий хлопок в ладоши и двери залы снова отворились, впуская вереницу гибких девушек в воздушных одеждах. В руках они несли скромные футляры, которые вскоре оказались на столах перед нами.

Как только за девушками закрылись двери, слово взял Мерл.

– Хрейдмар лично совершил выбор даров, – заскрипел он бесцветным голосом, – серебро священный металл самой Богини, охранительницы женского здоровья. Лунные камни скрывают в себе улыбку Богини. Ожерелье в будущем охранит чрево, вынашивающее дитя хрейдмара. Это великий и священный дар. Будьте достойны его!

Футляры одновременно щёлкнули, раскрываясь. Зала наполнилась ароматом весенних цветов. Послышались возгласы восхищения. Девы трепетно принимали подарок и в срочном порядке надевали на себя.

Мне даже смотреть на него не хотелось. Не ожерелье, а ошейник для тельной коровы. Я бросила быстрый взгляд внутрь футляра. Ожерелье было великолепным. Вокруг овальных камней, молочного оттенка, вилась тонкая вязь сложного плетения серебряной проволоки. Она выплетала узоры, похожие на рунические, свивалась в цветочный венок и оканчивалась тонким замком.

Красиво, но почему-то меня передёрнуло от вида камней. Словно толстые личинки шевелились в тускло поблёскивающем серебре. Я протянула руку и резко захлопнула футляр.

– Подарок не пришёлся по душе, эйна Маргарита? – заметив моё движение, спросил ург.

– Подарок безупречен, – улыбнулась я краешком губ, – но, боюсь, он будет плохо сочетаться с тёмным бархатом моего платья.

– Если эйна так считает… – недобро прищурился ург, впиваясь в меня взглядом.

Снова заголосил распорядитель. Только слов его я разобрать не могла. Как не могла оторваться от злобного равнодушия в глазах урга. В голове шумело, сердце отчаянно билось о грудную клетку, горло сжимало от странного холодка, проникнувшего во все члены.

Пришло липкое ощущение, что ург пытается выпить мою душу. Пытается поглотить её черными провалами зрачков, в которых поселился непонятный мне голод.

Внезапно все ощущения исчезли, оставив после себя дикую усталость. Словно я не сидела мирно за столом, в окружении благородных, а таскала камни из глубин шахт.

Ург оскалился в улыбке.

– Пожалуй, соглашусь. Эти камни плохо гармонируют с нарядом.

Он бросил на меня последний взгляд и перевёл его на другую деву. Теперь он вежливо скалился Атар-язате из Дома Воздуха. Зеленоглазая, черноволосая дева мгновенно поблёкла под взглядом урга.

Я помассировала виски и попыталась понять, что несёт распорядитель. Он распинался в комплиментах каждому Дому, а вокруг нас уже суетились девушки.

Оказывается, ужин уже подали.

Нацепив на себя улыбку, от которой тут же свело челюсть, я посмотрела на невозмутимую Элиан, сидящую напротив. Ожерелье ей было к лицу.

Элиан почувствовала мой взгляд, взмахнула ресницами и слегка склонила голову, якобы поправляя выбившийся локон. Но я всё поняла. Взгляд Элиан в этот момент был устремлён на Мерла, который ковырялся в тарелке.

Я незаметно кивнула.

Элиан до сих пор не смогла передать мне обещанную карту, потому что Мерл ходил за ней как цепной пёс.

Планы рушились, как карточный домик. И, кроме того, я до сих пор так и не поняла, в чём заключалось новое испытание.

Время текло медленно. Я, не переставая улыбаться, ковырялась в тарелке, краем уха прислушиваясь к тому, что творилось за столом. Спина затекла, челюсть сводило от напряжения, руки заледенели от странного ощущения усталости. Мысли путались.

Поэтому, когда раздался грохот и крики, я не сразу среагировала, продолжая смотреть в тарелку и глупо улыбаться.

Глава 45

Глава 45

Эрик Этвелл, место силы

ТРЕВОГА! Заорал мой демон, едва я сделал шаг в место силы.

В гроте царила тишина, лишь из глубины доносился ровный гул работающих контуров. Прямо передо мной зиял чёрный провал коридора, из которого нещадно тянуло смрадом разлагающейся плоти.

Меч мелодично прозвенел, когда я вынул его из ножен.

Я замер, ожидая, что тот, кто притаился в коридоре, вылетит, разбуженный песней меча.

Тишина. Мёртвая тишина гробницы.

Грот изменился. Исчезли вечнозелёные ветви плюща. Опали, погубленные смертью, проникнувшей в место силы. Опали и сгнили, а стены захватили скользкие слизни, похожие на вздувшиеся пальцы утопленника. Они беззвучно копошились, вгрызаясь в камень и опутывая слизью стены некогда прекрасного грота.

Одна из стен обвалилась, покорёженная яростным пламенем. Часть камней оплавилась, свернувшись в подобие каменной змеи, замершей на веки в бесплотной попытке к бегству.

Из коридора донёсся хрип.

Я качнулся, потёк вперёд бесшумным охотничьим шагом, подкрадываясь к неведомой твари так, что даже самое беспокойное ухо не смогло бы уловить моих шагов. Я слился с землей, стал частью грота. Смертью, что пришла за смертью.

Тварь могла скрываться в любой, даже самой маленькой нише коридора.

Но проход к контурам был чист. На стенах коридора копошились бледные тельца слизней, с каждым шагом смрад гниющей плоти становился всё отчётливей, магия грота сходила с ума, контуры надрывно гудели, однако гость не вылезал.

А потом впереди внезапно замаячил тусклый свет.

Это было настолько дико и неожиданно, что даже мой демон заткнулся.

Пульсирующее пятно света то разрасталось, врываясь во мрак коридора, то почти угасало, словно кто-то прикрывал его рукой.

«Тарх Могучий» мелькнула мысль, когда на самом пределе слуха я уловил лёгкий шорох в гроте, оставленном за спиной.

Я едва успел отскочить в сторону и прижаться к стене, как потолок коридора вспыхнул. Остро запахло горелым белком. Вниз посыпались разрезанные и обугленные тушки слизней, а следом упала тонкая сеть. Она прожгла камень и исчезла в глубине.

С противоположной стороны коридора, там, где был грот, появились тёмные фигуры. Безликие охотники двигающиеся быстро, слаженно. Слитно.

Не люди. Мадуры. В трёх шагах.

Свет вспыхнул с новой силой, выжигая глаза, но мне уже было всё равно.

Я выпустил демона на свободу. Больше не было смысла скрываться.

За спиной выросли кожистые крылья, сила наполнила каждую мышцу, острые когти украсили пальцы.

– Славная пирушка грядёт! – пророкотал я изменившимся голосом.

Клинок словно сам собой взлетел в воздух, вгрызаясь в обледеневшую гнилую шею мадура, подоспевшего первым. В воздухе свистнули когти, вонзаясь в провалы глаз второго мертвяка. Небрежным движением я выдрал голову с плеч врага и зашвырнул в надвигающуюся толпу мёрзлых мертвецов. Рёв сотряс стены коридора.

Под ногами хрипел и трепыхался недорезанный мадур, заливая камень бледной жижей, заменяющей его кровь. С моих пальцев сорвался огонь, слетел вниз и впился в мадура, испепеляя его гнилую плоть.

Резать мертвяков на куски бессмысленно. Каждый кусок продолжит барахтаться и нападать. Только огонь уничтожит мадура.

Дико рыча, я переместился к выходу из коридора и дал волю пламени, выжигая мадуров, слизняков и всё, что могло изображать жизнь.

Не дожидаясь, пока огонь догорит, я вылетел в место силы.

Мне хватило одного взгляда на контуры, чтобы содрогнуться от отвращения.

Враг не брезговал ничем.

В расходящиеся от места силы контуры, были аккуратно впаяны давно почившие главы трёх Домов. Возле самого алтаря силы застыла фигура человекозверя.

Горбатый, несуразный, покрытый дикой шерстью человекозверь нагло влезал своими когтистыми лапами в святая святых. В место силы, связанное с Этвеллами.

Не тратя времени на бессмысленные разговоры, я напал первым. Меч с противным хлюпающим звуком вошёл в тело человекозверя. Я дёрнул клинок вниз, чтобы распополамить существо одним заходом, но…

Тихий хохот раздался за спиной, а человекозверь исчез без следа. Я покачнулся от неожиданности и упёрся ладонью в алтарь.

Морок. Чистый, безупречный морок.

– Великий хрейдмар нашёл время, чтобы заглянуть в место силы, – издевательски произнёс голос.

Мне даже не пришлось оборачиваться, чтобы посмотреть на лицо гада.

Я узнал его по голосу.

Аггаю, глава Дома Яростного огня. Тот, кого я подозревал в последнюю очередь. Их Дом всегда был лоялен Этвеллам. Они выжили только благодаря моему роду.

И от того боль от их предательства была только острее.

– Сказать по правде, – снова заговорил Аггаю, – я думал, ты умнее Эрик Этвелл. Мне горько признавать, но ты меня разочаровал, потомок демонов. Хотя, чего я ещё ждал от сына Конрада, который даже свою единственную не сумел защитить…

Вот так просто открываются старые тайны.

– Вы недостойны править, Этвеллы, – презрительно выплюнул Аггаю, подходя ближе ко мне, – вы слабы! Пришло время поменять очередь престолонаследования!

Я только этого и ждал. Болтать с врагом, разъясняя свои намерения не лучший ход. Пока Аггаю был занят трепотнёй, я впитывал силу из алтаря. Теперь я понял, что не Маргарита была виновна в моей внезапной слабости, а алтарь, власть над которым удалось заполучить Аггаю. Я должен был догадаться сразу, кто за всем стоит, как только зашёл в грот. Стена, оплавленная в яростном пламени, кричала об этом.

Но я не хотел видеть.

– Он пообещал мне власть, – прошипел Аггаю за спиной, зажигая огонь, – он выполнил своё обещание. А теперь я сдержу свою часть договора…

Глава 46

Глава 46

Эрик Этвелл, место силы

Алтарь щедро поделился силой, радостно учуяв своего истинного Хранителя и владельца. Нахлынуло резкое опьянение силой, захлестнувшее разум властью и мощью, превосходящей всякое воображение.

За спиной взметнулись всполохи магического пламени, яростно взревели и понеслись вперёд. Только Аггаю опоздал на мгновение.

Я уже стоял за его спиной.

Сверкнул меч, но Аггаю, сучий потрох, почуял опасность. Он нырнул вперёд, развернулся в прыжке, выстреливая в меня залпом огненных сфер.

Щит сработал мгновенно. Он отразил пламя, а я на едином вздохе взмыл в воздух.

Своды пещеры приняли на себя всю ярость огня. Покорёженный, оплавленный камень моментально спёкся в уродливой форме. Чудовищная волна силы пронеслась по пещере, захлестнула алтарь и исчезла, впитавшись в него.

Сцепив зубы и выжимая силу до капли, я поднялся выше, к самому своду. Зацепился за камень и притаился в небольшой нише, опустив перед собой пелену мрачного морока. Я ждал, что выкинет Аггаю. Потому что алтарь страшно пульсировал, пытаясь избавиться от чужого влияния.

По магическим контурам прошла судорога. В них вскипела мёртвая сила давно почивших глав Домов.

В безумном положении хороши только безумные шаги. Аггаю это знал отлично.

– Эрик! – истошно орал он, запуская сферу за сферой, – где ты сидишь, сукин сын?! Вылезай! Я выпью твою кровь до капли!

Шипя, как раненные змеи, сферы вгрызались в камень и гасли, оставляя после себя смрад и седой дым. Аггаю пытался отвлечь моё внимание от чего-то, что должно было вот-вот проявиться.

Контуры безумствовали. Нарастал рёв вылетающих сфер. Визжал, оплавляясь камень. Нарастая, близился гул – что-то рвалось на свободу.

Что-то мёртвое, смердящее гнилым.

Прикрываясь мороком и цепляясь за каменные выступы свода, я перебрался ближе к алтарю, завис, всматриваясь в контуры. Туда, где томились пленённые чужой магией покойники.

Седой дым и вспышки сфер мешали обзору. Пришлось применить простое заклятие ветра. Дым заколыхался, как живой, но не развеялся. Я успел мельком заметить, как вспухает раненная плоть пещеры, и полыхнуло взрывом.

Меня спасла только отменная реакция.

Метнуться в сторону, отпустить руки, упасть на пол пещеры, перекатиться, снова перекатиться, уйти в сторону, сделать резкий прыжок вверх и укрыться за алтарём. Врагов следовало выманить на себя, чтобы не дай Тарх Могучий, эти твари не решили пойти наружу. Туда, где остался Хан и его люди.

Всё происходящее заняло совсем немного времени.

Едва я укрылся за спасительным алтарём, как из дыма вышли мертвецы, окутанные маревом родовой магии. Возглавлял их Аггаю, ощерившийся в предвкушающей улыбке.

– Славный, славный воин, – нахально протянул он, но голос его предательски подрагивал.

Боится, сучий потрох. Даже имея численный перевес и неизвестного мне мага за спиной, всё равно боится до дрожи в коленях.

– Выходи, сын Конрада. Хватит прятаться, как полевая мышь, – продолжал глумиться Аггаю.

Заученным движением я перехватил меч, прислушиваясь к шагам. Ближе, твари, ещё ближе…позвольте мне убить вас одним движением.

Кровавый угар битвы привычно захватил разум.

Я вылетел из-за алтаря, легко миновал Аггаю и вонзил клинок в мёртвое тело главы Дома Воздуха. Меч вошёл в него с противным хлюпающим звуком. Я резко потянул его на себя и вверх, разрезая врага.

Приземлился я за спиной мертвяков.

А дальше случилось странное.

Вокруг всех нас вспыхнула тонкая пелена. Она замерцала и мгновенно превратилась в портал, который втянул нас в себя.

На той стороне был живой сообщник Аггаю!

Маргарита, зал церемониального ужина

Благородная дангра Ваджет, дева из Дома Яростного Пламени, оправдывая имя своего рода, полыхала яростным огнём. Позади неё крутилась зловещая воронка портала, похожая на тот, что вытащил нас с Элиан из пустыни Такла-Макан.

Ваджет истерично хохотала, а вокруг неё горел даже воздух.

Мелькнула мысль, что это ещё одно испытание. Мелькнула и погасла, а я вылетела из-за стола, подхваченная сильной рукой урга.

– К выходу, бегом! – рявкнул он, заскакивая на стол.

Под его сапогами захрустел, умирая, хрусталь и дорогой фарфор. Ург нёсся к неистовой Ваджет, которая крушила мебель. Мерл, что-то шепча побелевшими губами, скидывал мешающее ритуальное облачение. Девы, закутанные в лёгкую дымку, испуганно крича, пятились прочь от стола, опрокидывая стулья.

Я не могла сдвинуться с места. Крики, пламя, тяжёлый гул, бешеный ург, вынимающий два кривых меча прямо из воздуха, старик Мерл в одном исподнем, вызывающий толстые плети колючего растения из-под мраморных плиток пола…

Что-то неправильное было во всём происходящем. Что-то ненастоящее. Как во сне.

– Маргарита, бежим! – кто-то сильно дёрнул меня за руку.

Я обернулась и с трудом узнала взволнованную Элиан.

– Не стой, как истукан! – истошно выкрикнула она, – пойдём! Тут опасно!

– Да, да… – я сделала шаг, но …

Воронка портала позади Ваджет вспучилась нарывом и внезапно разорвалась огненным всполохом. Взрывная волна подхватила нас с Элиан, подкинула в воздух, уронила об пол и протащила несколько метров, чтобы впечатать в стену.

Удар выбил из лёгких весь воздух. Цепляясь скрюченными пальцами за холодный мрамор пола, я попыталась подняться, но тело не слушалось. В голове гудело.

Из последних сил я приподняла голову, но тьма медленно впивалась в мой разум. Последнее, что я успела увидеть, как из воронки портала выпадают изломанные человеческие фигуры, а следом вылетает настоящий демон…