Текст книги "Грязные истины (ЛП)"

Автор книги: Тейт Джеймс

Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)

тринадцать

РЕТТ

Моя кожа чертовски чесалась. Повсюду. Прошло целых три дня с тех пор, как Бренда похитила нас всех, и я на сто процентов ощущал резкий холод детоксикации. В доме не было даже достаточного количества выпивки, чтобы как следует повеселиться, только дрянное светлое пиво и сидр, от которых и мышь не напьется.

Идея Грейсона перенести нашу сессию по написанию песен на природу казалась мне хорошей. Пока я не осознал, как ужасно холодно по ночам на улице. Спасибо, блядь, за ревущий огонь, иначе мы получили бы переохлаждение еще до того, как начали бы сочинять музыку.

– Текстам песен нужно больше аутентичности, – объявил Грей после того, как мы все устроились вокруг костра, закутавшись в свои толстые куртки. – Прямо сейчас эта песня звучит так, словно ее извлекли прямо из лирического генератора искусственного интеллекта.

– Пошел ты, – выплюнул Джейс.

Грейсон только выгнул бровь, затем переключил свое внимание на меня. – Ретт, ты сказал, что у тебя есть песня, над которой ты работаешь. Давай послушаем.

– Э-э... – Я взглянул на Джейса, который смотрел на меня с напряженным выражением лица. Он всегда писал для нас тексты. Я помогал кое-где подправлять слова и вносил свой вклад в мелодию, но писать музыку для «Беллероуз» былоего коньком. С другой стороны, дерьмо, которое он написал за последние несколько дней, было мусором, так что, конечно, я не мог придумать хуже.

– К черту все, – пробормотал я, поднимая гитару. – Ладно, она незакончена и все такое дерьмо… Неважно.

Преодолевая неловкость, я наигрывал начальные ноты песни, которая в последнее время вертелась у меня в голове, затем перешел к вступлению. Я не смотрел на своих товарищей по группе, но мог сказать, чувствовать, что они у меня на крючке.

– Наши руки расцепились, когда ты предала мое сердце.

Украденные у времени, они не оставляют никаких обещаний.

Все планы, которые мы строили, потеряны и разрушены.

Ты была моей слабостью... Новообретенная хрипотца в моем голосе, благодаря тому, как много я курил в последнее время, придала тексту навязчивый оттенок, и я чуть не потерял ход мыслей.

Я слегка запнулся на следующем куплете, самом личном из всех, и вдруг ко мне присоединилась поддержка. Но не от Джейса, моего лучшего друга. Нет, первой включилась Фло с бас-гитарой, подхватывая нити моей недописанной мелодии и соединяя их в более полноценное звучание.

Несмотря на то, какую обиду я чувствовал по отношению к ней, моя уверенность окрепла, и я продолжил петь, закрыв глаза, чтобы не замечать хмурого взгляда Джейса, и просто потерялся в музыке.

Вскоре к нам присоединился Грейсон, барабаня своими палочками по полому бревну, затем, наконец, Джейс добавил свою ритм-гитару и гармонизировал вокал со мной. Когда я закончил то дерьмо, которое я уже написал, он похвалил и развил историю, которую я начал рассказывать, закончив оставшийся куплет с завидной легкостью.

Когда отзвучали последние несколько нот, на нас четверых опустилась странно уютная тишина. Впервые за, казалось, целую вечность, музыка ощущаласьхорошей.

– Ретт, это было потрясающе, – тихо сказала Фло, ее голос был кротким, как у мышки, как будто она ожидала, что я наброшусь на нее с резкими словами. Снова. Она была права, чувствуя себя так после того, как я обращался с ней в последнее время.

Но она была больше, чем просто коллегой по группе. Она была частью моей семьи «Беллероуз». Я мог бы продолжать кричать о том, что у меня не было семьи, но, по правде говоря, я ненавидел не эту семью. Эта женщина была моей тихой гаванью, и, без сомнения, именно поэтому я так тяжело воспринял ее предательство, так близко к сердцу. Но мне нужно было покончить с этим, если мы хотели иметь хоть какую-то надежду закончить этот альбом и выкупить себя из «Биг Нойз».

Поэтому я облизал губы и коротко кивнул. – Спасибо.

Грей одобрительно хмыкнул, затем достал бутылку текилы из своей огромной куртки. – Думаю, мы это заслужили.

– О, черт, да, ты красивый, крепкий мужчина, ты. – Я нетерпеливо потянулся за предложенной бутылкой. – Если бы я был геем, я бы, наверное, отсосал тебе прямо сейчас.

Фло хихикнула, но Грейсон покачал головой и посмотрел на меня с отвращением. – Нет, спасибо. Ты выглядишь так, словно у тебя ужасный рвотный рефлекс. Мне бы не хотелось придушить тебя своей анакондой.

– Успокойся, здоровяк. Я видел, что ты прячешь, и хвастаться тут нечем, – поддразнил я. Что было полной ложью, у Грея был огромный член, везучий ублюдок.

Джейс прочистил горло, привлекая наше общее внимание. Он нахмурился, и я покорно вздохнул. – Что?

Он прищурился, глядя на меня. – У меня есть кое-какие заметки.

Я усмехнулся. – Конечно, есть. Тогда давай послушаем.

В течение следующих нескольких часов мы с Джейсом делали то, что делали уже сотню раз. Мы сотрудничали и сочиняли музыку. На этот раз, однако, он работал смоей песней, а не наоборот. Это было… приятно.

Фло и Грей остались, время от времени добавляя комментарии и предложения, но основная работа была возложена на нас с Джейсом. Как в старые добрые времена.

Когда огонь начал угасать, и мы все наслаждались приятной, теплой текилой, фары автомобиля начали ползти по длинной гравийной дороге к дому. Сбитый с толку, я посмотрел на свои часы.

– Для Бренды немного поздновато, не так ли?

– Да, – согласился Джейс, кивая. – Так и есть. Возможно, кто-то из «Биг Нойз» приехал проведать нас.

Грей покачал головой, поднимаясь на ноги. – В такое время ночи? Ни за что. Кроме того, Бренда поклялась, что они оставят нас здесь в покое. – Он сунул руку под куртку и двинулся с пистолетом в руке.

– Какого хрена? – Пискнула Фло, озвучивая мои собственные мысли. – Грей, ты не можешь...

– Тихо, – прорычал он. – Оставайтесь здесь.

Он направился к приближающейся машине, но я бросился вперед, чтобы схватить его за руку. – Грей, остановись. Это вероятно, кто-то заблудился и им нужно указать путь. Или доставка Uber с какой-нибудь качественной травкой для меня. Просто, блядь, остынь и убери пистолет. Господи.

– Ретт, не будь идиотом, им не нужно указывать гребаный путь. – Грейсон стряхнул мою руку со своей, не делая ни малейшего движения, чтобы убрать пистолет. – Просто останься здесь и позаботься о безопасности Джейса и Фло.

– Прошу прощения? – Протянул Джейс. – С каких это пор я стал таким беспомощным?

Мы с Греем обменялись быстрыми ухмылками, затем Грей снова направился к машине. Она остановилась перед домом, так что мы все еще были на приличном расстоянии. Со стороны водителя выбрался мужчина, выглядевший уверенным и вовсе не растерянным.

– Эй! – Рявкнул Грей, отвлекая внимание человека в тени от дома. – Кто ты такой и чего тебе нужно?

Что ж... по крайней мере, он сперва задавал вопросы, даже если планировал вторым открыть огонь.

Я поспешил за ним, горя желанием узнать, что, черт возьми, происходит, но не настолько склонный к самоубийству, чтобы поймать шальную пулю, если что-то пойдет не так.

– Грейсон Тейлор, я полагаю, – крикнул в ответ мужчина. Его голос был незнакомым, но глубоким и насыщенным, с легким акцентом.

– Кто спрашивает? – Ответил Грей, пряча пистолет за бедро и подходя ближе.

Парень ответил не сразу, затем низкий смешок донесся до моих ушей, когда мы приблизились. – Где Джейс? – спросил он вместо ответа.

Грей сделал паузу, оглядываясь на меня. Его лоб нахмурился, но он не казался слишком взволнованным. На самом деле, он засунул пистолет обратно под куртку и кивнул в сторону нашего костра. Я понял намек и быстро вернулся назад.

– Джейс! К тебе приехал какой-то парень, – позвал я своего лучшего друга. – Хотя, если хочешь знать мое мнение, выглядит очень подозрительным. Ты кого-нибудь ждешь?

Джейс оставил свою гитару рядом с моей и побежал трусцой через загон, чтобы подойти ко мне. Фло следовала за нами медленнее, как будто не хотела отставать, но и не знала, стоит ли ей присоединяться к нам.

– Я никого не жду, – пробормотал Джейс, направляясь к Грейсону, который только что добрался до подъездной дорожки, где стоял мужчина. – У нас даже нет телефонов, чтобы сообщить людям, где мы находимся.

– Ну, он спрашивал о тебе, – ответил я, поспевая за его широкими шагами. – И никто не знает, что мы здесь, кроме Бренды. Должно быть, она его послала.

– Наверное, – согласился Джейс, перелезая через забор, который отделял нас от территории дома. Я остановился, чтобы помочь Фло перебраться через проволоку, поэтому был недостаточно близко, чтобы увидеть, как Джейс подбирается к парню. Все, что я услышал, – это реакцию.

– Да пошел тынахуй, – взревел Джейс, а затем, должно быть, ударил парня, потому что секунду спустя, когда мы с Фло подбежали к машине, мы обнаружили Грея, удерживающего Джейса, в то время как незнакомец сидел на гравии, зажимая рукой кровоточащий нос.

– Что за дерьмо? – Воскликнул я, переводя взгляд с Джейса, бьющегося в стальной хватке Грейсона, на истекающего кровью чувака. Он был молод, вероятно, того же возраста, что и мы с Джейсом, и у него были татуировки на руках. Остальная часть его тела была одета в зимнюю одежду, но у него был характерныйопасный вид.

– Убирайся нахуй отсюда, у тебя нетникакого права, – заорал Джейс на парня, вырываясь из хватки Грея. – У тебя, блядь, нет никакого права находиться здесь! Я говорил тебе, что если увижу тебя снова, то убью тебя, черт возьми, Анжело, я, блядь, имел в виду именно это. Ты покойник!

Вау. Что?

– Анджело? – Я уставился на истекающего кровью мужчину. Это точно; от него исходил запахмафии. – Что ты...

– Где она? – Прорычал Грейсон, грубо оттолкнув Джейса в сторону и рывком поднимая с земли этогогребаного Анджело Риччи за ворот рубашки. – Где Билли?

– Я прямо здесь, – ее до боли знакомый голос пронзил меня, как нож. – А теперь, если вы закончили демонстрировать свою мужскую силу, можем мы зайти внутрь? Я замерзла и устала, и у меня болит спина.

Ее карие глаза скользнули по всем нам, но ни с кем не встречаясь взглядом, прежде чем она отвернулась. Ее огромный черный пуховик превратил ее в обугленный зефир, круглый и мягкий. Но ее волосы сияли, как золотые нити, а лицо сияло здоровьем, в отличие от пустого, голодного взгляда, который был у нее, когда мы встретились. Черт. В конце концов, Анджело заботился о ней.

У маленькой части меня была больная фантазия, что он держал ее в плену, но эта идея тут же развеялась, когда я увидел, какхорошо она выглядела.

– Билли, – прохрипела Фло, ее глаза были полны слез, когда она двинулась вперед. Билли даже невзглянула на нашу басистку, просто поднялась по ступенькам дома в своих пушистых дизайнерских зимних сапогах и вошла внутрь, не дожидаясь никого из нас.

Я среагировал первым, бросившись за ней, чтобы выяснить, что, блядь, происходит. Джейс и Грей могли убить Анджело Риччи, мне было все равно. Я хотел знать, почему она была здесь. Сним.

– Я разбита, – объявила Билли, когда я вошел в дом. Она стояла у подножия главной лестницы, стягивая перчатки со своих тонких бледных пальцев. – Не мог бы ты сказать мне, какая спальня свободна?

Я тяжело сглотнул, скрестил руки на груди и промолчал. Если бы она хотела поговорить со мной, то, черт возьми, могла бы соблаговолить взглянуть на меня.

После минуты моего молчания она тяжело вздохнула. – Ретт… пожалуйста. – Боль в ее голосе полностью выбила меня из колеи. – Я хочу быть здесь не больше, чем ты хочешь, чтобы я была здесь. Просто покажи мне мою комнату, и я никому не буду мешать.

– Тогда почемуты здесь? – Рявкнул Джейс, входя в дом следом за мной. Грей был прямо у него на хвосте.

Анджело протиснулся мимо них обоих, кровь больше не текла с его лица. – Потому что моя семья только что приобрела «Биг Нойз Рекордс», и теперь моя работа – убедиться, что вы все выполняете свои контрактные обязательства.

– Так ты сказал, снаружи, – пророкотал Грейсон.

– Но почемуона здесь? – Джейс повторил свою точку зрения, взглянув на Билли так, словно она была дымящейся кучей дерьма на его ботинке.

Улыбка Анджело была полна чистого яда, когда он собственнически погладил Билли по плечам. – Потому что было бы неуместно оставлять ее одну в ее состоянии, не так ли, Белла?

Он поцеловал ее в щеку, но ее улыбка была подобна осколкам льда. Только тогда она подняла на меня взгляд, но тут же снова отвела, пропитанная чувством вины.

– Давай, милая, позволь мне взять твою куртку, – предложил Анджело.

Челюсть Билли сжалась, как будто она скрипела зубами, затем она расстегнула пуховик и позволила Анджело стянуть его с ее рук. Когда он отодвинулся в сторону, все, на чем я мог сосредоточиться, была она. Ее живот. Еебеременный живот.

Срань господня.

Темнота заволокла мое зрение, и все мое тело покрылось потом. У меня зазвенело в ушах, во рту пересохло, а потом все исчезло.

Черт. Я упал в обморок.

четырнадцать

БИЛЛИ

В какой-то момент на следующее утро меня разбудили громкие голоса. После того, как Ретт упал в обморок, увидев мой живот, я решила пойти трусливым путем и убежала в спальню, сославшись на усталость от поездки. Никто не спорил, так что мне пришлось предположить, что они были рады моему уходу.

Я избегала зрительного контакта со всеми, черт возьми, и почти бегом скрылась в свободной спальне, чтобы спрятаться. Потом я уснула – потому что было уже поздно, черт возьми, – и даже не проснулась, когда Анджело пришел спать. Но он определенно спал здесь со мной, потому что, во-первых, его сторона кровати была смята. Во-вторых, Бренда предупреждала нас, что «Биг Нойз» установили несколько устройств наблюдения, пока обустраивали студию в подвале. Никто из участников «Беллероуз» об этом не знал, и нам нельзя было ничего выдавать. Но это был единственный способ, которым Бренда смогла уговорить группу приехать сюда, а не в стеклянный аквариум контент-хауса.

Так что Анджело и я должны были играть роль. А это означало – делить одну кровать.

Сонная, я потерла глаза и села. Крики были настолько громкими, что казалось, будто они прямо за дверью, но через мгновение я поняла, что они внизу. Просто стены здесь были настолько тонкие. Прекрасно.

–... серьезно хочешь, чтобы мы поверили, что этотвой ребенок? – Ретт кричал. – Ах, черт, это было из-за меня.

– … на самом деле мне насрать… – Анджело не кричал в ответ, но его голос звучал твердо. – … ничего общего с...

Я выскользнула из кровати и быстро переоделась в теплый вязаный свитер большого размера и леггинсы. Зима была потрясающей для маскировки. Не так потрясающе как рождественские украшения, переливающиеся на уличных фонарях и в витринах магазинов. Нет ничего лучше праздничного настроения, чтобы напомнить тебе, что твоя жизнь – это ведро, полное… шаров. И далеко не из тех, что хорошие.

Я поспешила из комнаты, мне нужно было спуститься вниз и разобраться с этим, пока дерьмо не стало еще хуже. Если бы это было возможно.

Анджело был сумасшедшим. Бренда тоже. Чертовски сумасшедшие.

Глубоко вздохнув, я запустила пальцы в свои спутанные волосы и вышла из спальни. Если не считать криков в гостиной, остальная часть дома казалась пустой. Из окна над лестничным пролетом я увидела несколько укрытых попонами лошадей в поле неподалеку, – и это было приятно.

Я понимала, почему Бренда отослала их сюда. Находиться на природеуспокаивает. По крайней мере, раньше я так думала. Теперь я создавала хаос, просто существуя в этом пространстве со столькими мужчинами, с которыми я плохо обошлась. По моему собственному выбору или нет, ущерб был нанесен.

Разговор прекратился, когда я вошла в комнату, и я нервно прикусила губу. Все глаза были устремлены на меня, а я по-прежнему не могла встретиться ни с кем взглядом. Кроме Анджело. Он знал, во что втянул меня, но ему было все равно.

– Если ты хочешь о чем-то спросить, Ретт, – тихо сказала я, – то можешь спроситьменя.

Тишина между нами былаудушающей. Затем Ретт с громким скрежетом отодвинул свой стул от деревянного пола.

– К черту все это, – прорычал он. – И пошла ты, Билли Беллероуз. – Он подошел ближе, остановившись только тогда, когда оказался прямо рядом со мной, и наклонился, чтобы убедиться, что я хорошо услышу его следующие слова. – Джейс был прав насчет тебя все это время. Мне следовало прислушаться к нему.

От чистого яда в его голосе у меня подкосились колени, но он не стал дожидаться ответа. Дом содрогнулся, когда он захлопнул входную дверь, и я вздрогнула, как будто он физически ударил меня.

В его отсутствие Грейсон и Джейс обменялись долгим взглядом. Затем Грей тяжело вздохнул и поднялся на ноги.

– Думаю, я позабочусь о том, чтобы с ним все было в порядке, – пробормотал он покорным голосом. – Веди себя хорошо. – Это предупреждение было адресовано Джейсу, который полностью проигнорировал его.

Грей покачал головой, затем подошел ко мне, застывшей у дверного проема. Я приготовилась к еще большей ненависти, но вместо этого он заключил меня в нежные объятия.

Это было настолько неожиданно, что я чуть не расплакалась.

– Я рад, что ты в безопасности, Колючка, – тихо сказал он, – и у тебя все хорошо. Но ты должна поговорить со мной.

Я кивнула, не доверяя своему голосу. Он был абсолютно прав; я была обязана ему гораздо большим, чем просто разговор, но мои руки были связаны. Тем более, что Бренда не смогла узнать, где именно было установлено наблюдение «Биг Нойз». И теперь, когда отец Анджело взял управление компанией в свои руки, камеры «Биг Нойз» на самом деле были камерами Риччи.

Грей принял мое молчание, поцеловав меня в щеку, прежде чем выйти вслед за Реттом из дома.

– Билли, – сказала Фло слабым голосом, – мы могли бы поговорить? Мне нужно сказать тебе...

Я покачала головой, вспышка ледяного гнева наполнила меня. – Нет. Мне нечего тебе сказать, Фло.

Удрученная, она просто приняла это, опустив голову и ковыряя прореху на джинсах. – Это справедливо, – пробормотала она. Затем она встала. – Я... просто пойду... эм… проверю, как там Грей и Ретт.

Она ушла прежде, чем я успела осознать, что это означало остаться в комнате наедине с Джейсом и Анджело впервые почти за девять лет. Черт.

Джейс подозрительно прищурился, глядя на меня. – Почему?

Я посмотрела на его воротник, не в силах выдержать его обвиняющий взгляд. – Что – почему?

Джейс покачал головой, затем перевел взгляд с меня на Анджело и обратно с подозрительным блеском в глазах. – Почему тебе нечего сказать Фло?

Я облизнула губы. Тут он меня поймал. Если бы я призналась, что она меня подставила… что по ее вине меня похитили и пытали так жестоко, что я думала, что действительно умру… тогда я бы также признала, что недобровольно вернулась к Анджело, потому что была беременна его ребенком.

И за нами наблюдали.

Я не могла забыть эту важную часть. Ни за что на свете эти камеры не оставались без присмотра, что бы они не говорили Бренде.

– Она знает почему, – пробормотала я, стараясь говорить расплывчато, затем сменила тему. – Послушай, прежде чем ты начнешь разглагольствовать о том, что мы здесь, ты должен знать, что это была идея Бренды. – Вроде того. – Так что, если ты хочешь наорать на кого-нибудь, лучше бы это была не я.

Джейс уставился на меня тяжелым взглядом, затем перевел взгляд вниз, на мой живот. – Это Ретта?

Черт. Я сглотнула и просто покачала головой. Что еще я могла сказать?

Губы Джейса скривились, как будто он пытался решить, лгу я или нет. Затем он вздохнул. – Он не поверит в это без теста на отцовство.

– Мы уже сделали один, – ответил Анджело, не сводя с меня глаз. – Мой отец потребовал его. Я могу получить копию, если Ретту нужно подтверждение.

Губы Джейса скривились в усмешке. – Потому что мы так доверяем вашим семейным врачам.

Анджело закатил глаза. – Господи, Джейс, прошло почти десять лет. Преодолей себя; мы все теперь взрослые.

Джейс ощетинился от гнева и возмущения, и я застонала про себя.

– Знаете что? Вы двое можете разобраться с этим сами, – пробормотала я. – Сегодня у меня нет сил вставать между вами.

– Куда ты идешь? – Спросил Анджело, поднимаясь на ноги и нахмурившись.

Я слабо улыбнулась в ответ. – Думала, что сойду с ума, побываю в нескольких стрип-клубах, приму наркотики. Может быть, найду другого бывшего парня из мафии и забеременею. Кто знает? – Затем я щелкнула пальцами, издав низкий смешок. – О, подожди. Поздновато для этого.

Повернувшись к ним спиной, я направилась обратно наверх, в спальню, которую делила с Анджело, чтобы найти свои сапоги. Я не хотела прямо сейчас столкнуться с Реттом или Греем, но мне нужен был свежий воздух. Поэтому я натянула теплые сапоги, схватила пуховик и направилась к задней двери.

Я не смогла разглядеть никого из пропавших членов «Беллероуз», поэтому застегнула куртку, спасаясь от холода, и направилась к конюшням. Бренда сказала нам перед нашим приездом, что эта ферма принадлежала ее крестным родителям и что они заботились о животных, пока «Беллероуз» пользовались домом. Это придало мне уверенности в том, что я могу подойти к лошадям и не беспокоиться о том, что они принадлежат соседям.

Однако, когда я приблизилась к конюшням, низкий гул голосов заставил меня остановиться на полушаге. Тогда я поступила по взрослому и быстро спряталась за стогом сена, чтобы подслушать.

– … здесь происходит что-то еще, – говорил Грейсон.

Черт. Конечно, они были в конюшне; гдееще они могли быть, если я не видела их снаружи? Идиотка, Билли.

– Например? – Спросила Фло робким и встревоженным голосом. – Она даже не смотрит на меня, не говоря уже о том, чтобы говорить...

– Она ни на кого из нас не смотрит, – прорычал Ретт, – потому что знает, что ей есть за что чувствовать вину. Джейс предупреждал нас, все это время пытался нам сказать, амы … и ты тоже, Грей, – мы были слишком, блядь, ослеплены, чтобы замечать красные флажки.

– Чушь собачья, – прорычал Грейсон. – Ничего из этого не складывается, и ты это знаешь.

– Что язнаю, так это то, что Билли сейчас чертовски беременна. И она вернулась к Анджело, с которым, как она клялась – черт возьми, клялась – она не была. Она солгала мне, Грей. Нам. Она, блядь, посмотрела мне прямо в глаза и сказала, что не была с ним, а теперь оказывается, что носитего ребенка?

– Предположительно, – прокомментировала Фло. – Если верить им на слово.

Ретт издал низкий, невеселый смешок. – Отлично. Так что это просто чертовски здорово. Ты думаешь, она могла носитьмоего ребенка и лгать об этом? Я не знаю, что сейчас, блядь, хуже. – Раздался грохот, как будто он только что что-то пнул. Затем он выругался. – Мне нужно что-нибудь выпить. Или что-нибудь покурить. Грей, у тебя припрятано еще что-нибудь спиртное?

– Извини, – пророкотал здоровяк. – Ничего не осталось.

– У меня в сумке есть пара косяков, – неуверенно предложила Фло. – Бренда даже не проверила мои.

– Продано, – буркнул Ретт.

Шарканье ног заставило меня съежиться в своем укрытии, а мгновение спустя Ретт и Фло вышли из конюшни. Ни один из них не оглянулся, чтобы застать меня там; они просто направились к дому, засунув руки в карманы и ссутулив плечи.

Однако Грейсон не ушел, и через минуту любопытство взяло надо мной верх. Я неуклюже поднялась на ноги, затем проскользнула в конюшню. Освещение здесь было тусклым, и моим глазам потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть достаточно, чтобы разглядеть барабанщика в дальнем конце пространства, почесывающего за ушами каштановую лошадь.

– Что из этого ты слышала, Колючка? – Спросил он, не поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня. Конечно, он знал, что я была там. Я была убеждена, что Грей по своей сути сверхчеловек.

Я нервно прикусила губу, складывая руки под грудью. – Эм, только конец. Достаточно, чтобы услышать, что Ретт ненавидит меня, но это не совсем шок. Он думает, что я лгала обо всем.

Грей еще раз похлопал лошадь, затем развернулся и сделал несколько шагов ближе к тому месту, где я неловко переминалась с ноги на ногу. – А ты разве не лгала?

Черт бы все это побрал. Это оказалось сложнее, чем я когда-либо ожидала. – Я ненавижу это, – прошептала я, уклоняясь от ответа. – Мне так жаль, Грей.

Он сократил расстояние между нами, подняв руку, чтобы очень нежно провести пальцем по моей щеке, и приподнял мой подбородок костяшками пальцев. – Ты можешь сказать мне правду, Билли. Я могу помочь.

Слова клокотали в моей груди, отчаянно желая вырваться наружу. Я хотела признаться во всей этой запутанной истории Грею, потому что поверила ему, когда он сказал, что может помочь. Что онхотел помочь. Но как только я приоткрыла рот, чтобы поведать ему все свои секреты, мой взгляд зацепился за крошечное отражение в углу конюшни.

Камера?

Возможно, это было мое воображение, но я не могла так рисковать. Поэтому я нацепила фальшивую улыбку и покачала головой. – Тут нечего рассказывать, Грей. Анджело и я здесь просто от имени «Биг Нойз», чтобы убедиться, что альбом будет записан вовремя к запланированной вечеринке по случаю выхода альбома.

Его глаза сузились, брови нахмурились. – И это все?

Я резко кивнула. – Вот и все. Тебе следует вернуться. У Ретта будет творческий порыв, пока он под кайфом, который вы все могли бы использовать в музыке.

Грей, прищурившись, смотрел на меня еще мгновение, затем слегка кивнул и ушел.

Вот и все. Просто... принял мои слова и ушел.

Я думала, что мое сердце больше не разобьется, что больше нечему болеть. Я ошибалась.