Текст книги "Грязные истины (ЛП)"
Автор книги: Тейт Джеймс
Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)
Ева Джеймин, Тейт Джеймс
Грязные истины
Предупреждение о содержимом
«Парни из Беллероуз» – это история в жанре обратного гарема о рок-звездах и мафии, в которой главная героиня обретает счастье навсегда с более чем одним любовником. Это серия из четырех книг, поэтому на протяжении всего повествования следует ожидать клиффхэнгеров, пока они не обретут свой счастливый финал.
В этой серии затрагиваются более мрачные темы, и она включает как графические сцены секса, так и графическое насилие.
У некоторых персонажей травматичное прошлое, и упоминается выкидыш, употребление наркотиков, зависимость и убийство.
– Тейт и Джеймин
один
ДЖЕЙС
Белокурая цыпочка вскрикнула, когда я толкнулся еще два раза, прежде чем тусклый порыв моего освобождения заставил меня выпустить свой гребаный заряд. Она продолжала стонать и извиваться подо мной, без сомнения, надеясь, что я заставлю ее тоже кончить, но я закончил.
Я не оправдывался по поводу того, кем я был в эти дни. Они хотели член рок-звезды, и они его получали, но этому члену было глубоко плевать на них и их удовольствие.
Скатившись с нее, я в следующие секунды нашел свои штаны, натянул их и направился к двери. Она крикнула мне вслед с придыханием: Джейс, детка, но я уже покончил. Закончил. И даже забыл ее чертово имя.
Я хотя бы спросил, как ее зовут? Скорее всего, нет. В любом случае, она была плохим выбором. С первого взгляда она была слишком похожа нанее. Билли, блядь, Беллероуз.
Охрана ждала меня снаружи, один из них протянул мне кожаную куртку, которую я натянул. В последнее время я чаще оказывался без футболки, чем в ней, но эти ребята были хорошо обучены. Никто не сказал ни слова, пока они шли за мной к машине, которая ждала у входа. Я заплатил за всю ночь, но никогда не оставался дольше, чем требовалось, чтобы кончить.
Я опустил голову, когда скользнул на заднее сиденье затемненного внедорожника – не желая становиться легкой мишенью для постоянно преследующих меня папарацци, – поэтому не понял, что у меня есть компания, пока дверца машины не закрылась.
– Не начинай, блядь, – прорычал я, вытаскивая самокрутку из кармана куртки. Я совершил набег на тайник Ретта еще до того, как он проснулся этим утром; он был настолько в дерьме в эти дни, что даже не заметил.
Грейсон страдальчески вздохнул, но ничего не сказал. Пока. Он просто подождал, пока я закурю, а затем украл косяк у меня из губ еще до того, как я успел полностью затянуться.
– Придурок, – пробормотал я, ожидая, пока он сделает затяжку, прежде чем вернуть его.
Он тяжело выдохнул, наполнив заднюю часть машины густым, мускусным дымом травки. – Отличное дерьмо, – проворчал он. – Ретта?
Я просто откинул голову назад, наполняя легкие воздухом, пока в голове все плыло. В последнее время я налегал на наркотики и алкоголь сильнее обычного, но это было ничто по сравнению с Реттом. Бедный ублюдок страдал от разбитого сердца. Я понимал его. Сам через это проходил – с той же безжалостной сукой.
– Почему ты здесь, Грей? – Протянул я, переводя взгляд на широкоплечего ублюдка рядом со мной.
Он смерил меня жестким взглядом. – Мне нужна причина? Я думал, мы группа, Джейс.
Я презрительно хмыкнул. – Не вешай мне лапшу на уши, Грей. Ураган "Билли" уничтожил нас, и ты это знаешь.
Его рот скривился от гнева. Эта стерва-искусительница нравилась ему больше, чем он когда-либо показывал, но я видел это по его глазам каждый раз, когда произносил ее имя. Я почти желал, чтобы она появилась снова, просто чтобы увидеть, как Грей разорвет ее задницу на части.
– Билли не несет ответственности за это, – сказал он низким рокотом. – Фло. И Такер. Если бы они не...
– Чушьсобачья, – выплюнул я. – Чушь собачья. Фло и Том облажались, пытаясь продать ее обратно Риччи, но посмотри, чем все это обернулось. Ее не похитили, онасбежала. Добровольно. Никто не заставлял ее уходить, Грей, она ушла по собственной воле. Чем скорее вы двое примете это, тем лучше вам обоим.
Кулак Грейсона сжался на коленях, и у меня возникло ощущение, что он с радостью врезал бы мне по зубам прямо сейчас. Мне было все равно. Может быть, было бы хорошо, если бы он сделал это... Заставил меняпочувствовать что-то другое, кроме оцепенения.
– Почему ты так уверен? – мягко спросил он. – Из всех людей именно ты...
– Да! – Крикнул я, садясь и метая в него кинжальные взгляды. – Из всех людей именноя. Я знаю ее намного лучше, чем ты, независимо от того, какими соблазнительными историями она тебя завлекала. Я знаю, ты вбил себе в голову, что ее видеообращение было вынужденным, но ты, блядь, бредишь. Никто не заставляет Билли Беллероуз делать то, чего она не хочет.
Грейсон ничего не сказал в ответ, но его молчаливое несогласие было оглушительным. Даже после того, как Биллиспециально отправила видеообращение с просьбой прекратить ее поиски, он не мог смириться с тем, что ей не грозила какая-то опасность.
Я всегда знал, что у Ретта комплекс сумасшедшего героя, но Грей перевел это на совершенно другой уровень. В ту первую неделю после ее исчезновения он превратился в совершенно незнакомого человека. Страшного, жестокого незнакомца. Единственное, что остановило это безумие, было сообщение Билли, в котором она говорила ему, что с нейвсе в порядке и, пожалуйста, уважайте ее выбор.
Гребаная шлюха.
Однако они не могли сказать, что я их не предупреждал. Ни один из них. Я говорил это с самого первого дня – она играла с ними и рано или поздно побежит обратно к Анджело. Этот самодовольный сукин сын всегда оказывался на высоте.
– Лейбл пытался связаться с тобой, – сказал Грей, меняя тему. – Ты им перезвонил?
Я раздраженно хмыкнул. – К черту лейбл.
Локоть Грейсона ударил меня по ребрам и вышиб воздух из легких, заставив меня поперхнуться дымом, который я только что втянул. – Пошел ты, Адамс, – прорычал он. – Эта группа – больше, чем просто ты. Ты портишь все наши карьеры, пока дуешься на девушку, которая разбила тебе сердцевосемь чертовых лет назад.
Я сузил глаза, глядя на него. – Тебе бы мне это говорить, придурок.
– Перезвони в главный офис, Джейс. На случай, если ты забыл, мы подписали контракты и в настоящее время нарушаем их. – Выражение его лица было бесстрастным. Холодным. Замкнутым. Я завидовал его этой способности.
Меня раздражало, что он был прав. Мы не только сократили наш тур – прямо перед выходом на международный уровень, – но и задолжали нашему лейблу новый альбом, и прямо сейчас мне былонечего представить.
Проблема была в том, что у меня также не было желания писать новую музыку. До того, как снова появилась Билли, я боролся с писательским кризисом. Я не мог продолжать писать музыку о ней; это длилось чертовски долго, и яустал. Но потом она снова ворвалась в мою жизнь, и теперь каждый раз, когда я брался за ручку, все, о чем я мог думать, былаона.
– Я чертовски трезв для этого дерьма, – проворчал я, протягивая руку, чтобы постучать в защитное стекло, отделяющее нас от водителя. – Высади меня здесь.
Грей был в двух секундах от того, чтобы разбить мою голову об окно, я видел, что это написано у него на лице. Лучше я уберусь сам, чем буду иметь дело со сломанным носом.
– Джейс, ты не можешь просто продолжатьпритворяться. Рано или поздно тебе придется стать мужчиной и столкнуться со своим дерьмом.
Я усмехнулся. – Вот тут ты ошибаешься, Грей. – Я распахнул дверцу, когда машина подкатила к остановке перед очередным оживленным ночным клубом, и выбрался наружу на слегка подкашивающихся ногах. – Я молод, богат, знаменит, горяч. Я живу своей лучшей гребаной жизнью, и мне уже не с чем разбираться. Она вернулась в объятия своего вероломного любовника – так что я просто умываю руки
Не дожидаясь его ответа, я захлопнул дверь машины и прошел мимо очереди ко входу в клуб. Охранник выставил руку, чтобы меня остановить, но уже через пару секунд понял, кто я такой, и пропустил внутрь. Иногда быть знаменитым – очень даже удобно.
Ральф, мой телохранитель, следовал за мной, как всегда, а я, как всегда, игнорировал его. Грей пробрался мне под кожу, и я внезапно стал слишком взвинченным, чтобы возвращаться домой. Ретт был бы там, утопая в жалости к себе, а я пока не мог с этим смириться.
Я никогда не жалел, что делю пентхаус со своим лучшим другом, но, черт возьми, это становилось все более неудобным.
Мой пристальный взгляд скользил по толпе, пока я проталкивался к бару. Мне нужно было выпить немного ликера, а потом, возможно, чего-нибудь покрепче. Оглянувшись через плечо, я кивнул Ральфу. – Найди мне кокса или еще чего-нибудь, – приказал я ему. – Грей здорово испортил мне настроение.
Ральф был профессионалом. Он просто коротко кивнул, затем растворился в толпе, чтобы выполнить мою просьбу. Он был бы недалеко, если бы что-нибудь случилось. Но я не волновался.
– Эй, ты Джейс Адамс, верно? – Хриплый женский голос заставил меня повернуть голову. Мои, несомненно, налитые кровью глаза осмотрели девушку с головы до ног. Она была молода, лет двадцати одного, не больше, а ее мышино-русые волосы были собраны в два высоких хвоста. Весь ее вид кричал оневинности, но расчетливый блеск в глазах говорил, что она более чем готова затусить с рок-звездой.
– Конечно, – ответил я с лукавой, кокетливой улыбкой.
Ее глаза заблестели от возбуждения, и она облизнула губы. – Ты здесь с остальными из «Беллероуз»?
Это испортило мне настроение. Еще одна девушка, которая предпочла бы трахнуться с Реттом или Греем, а не со мной? Может быть, я терял свою привлекательность.
– Нет, – ответил я, поворачиваясь обратно к бару и с холодом игнорирую ее. Однако это длилось недолго, поскольку ее нежные пальцы обхватили мое запястье, чтобы еще раз привлечь мое внимание. – Что?
Ее брови приподнялись от моего резкого тона, затем она опустила глаза отработанным застенчивым жестом. – Можно я отсосу тебе в туалете?
Боже. Это уже даже не вызов.
– Конечно, – согласился я, пожав плечами. Она усмехнулась и крепче сжала мое запястье, нетерпеливо потянув меня за собой, пока шла к туалетам. Ральф передал мне небольшой пакетик кокса, когда я проходил мимо, и я ухмыльнулся, давая ему понять, куда направляюсь.
Девушка, не теряя времени, расстегнула мои штаны еще до того, как я запер дверь кабинки, опустилась на колени на отвратительный пол и обхватила губами мой мягкий член.
– Черт возьми, – проворчал я, прислоняясь плечами к двери и сжимая в кулаках два ее конских хвостика. Было достаточно просто закрыть глаза и представить… кого-то другого. Это сильно меня задело. Я приоткрываю глаза, ровно настолько, чтобы, прищурившись, посмотреть на нее в тусклом свете ипритвориться.
Я был груб с ней, мне было наплевать на ее чувства, а затем я кончил ей в глотку, даже не сказав ни слова предупреждения. Понятно, что она поперхнулась, но я уже натягивал джинсы обратно на свой мокрый член.
– Спасибо, – пробормотал я, открывая дверь, пока она отплевывалась и кашляла. Я подошел к туалетному столику, где какая-то девушка в шоке уставилась на меня, забыв про руки под текущей водой.
Не обращая на нее внимания, я вытер участок мраморной стойки и высыпал небольшую горку кокса. Я достал из кармана свою черную "Амекс", чтобы сделать пару дорожек, затем использовал уже свернутую стодолларовую купюру, чтобы нюхнуть одну. Если ты собираешься стать клише, тебе нужно идти до конца.
– Джейс, что... – Девушка, спотыкаясь, вышла из кабинки, все еще вытирая лицо, где от слез потек макияж. Она резко замолчала, когда увидела, что другая девушка стоит и смотрит на меня. Затем сверкнула глазами.
– Вот, – сказал я, протягивая блонди свернутую купюру. – Угощайся. Ты заслужила это. – Я схватил ее за лицо и поцеловал, ощущая на ее языке вкус самого себя и не чувствуя ничего, кроме отвращения к себе. Она была просто… какой-то девчонкой. Не моей девочкой.
Со вздохом глубокого разочарования я ушел, оставив ее нюхать оставшуюся дорожку.
– Черт, – выдохнул я, возвращаясь в клуб. Была только одна причина, по которой у меня встал из-за этой цыпочки, и это было ее смутное сходство с чертовой Билли Беллероуз. Возможно, Грей был прав... Мне нужна терапия.
– Ты в порядке? – Спросил Ральф, когда я снова выходил из клуба.
Я горько усмехнулся. – Далеко нет. – Затем я застонал и потер лицо руками. Утром я запишусь на прием к своему психотерапевту. – Поехали домой. Мне нужно убедиться, что Ретт все еще жив.
Это даже не было преувеличением. Мой лучший другсходил с ума, а я ничего не делал, чтобы помочь. Черт, хуже того, я оставил его одного разбираться с его разбитым сердцем, потому что в глубине души я ревновал. Я бы не захотел, чтобы Билли вернулась, даже если бы она, блядь, мнезаплатила … Но я все равно ревновал.
Сейчас я ненавидел эту девушку больше, чем когда-либо прежде. Она причинила боль не только мне, но и Ретту. И Грею. Билли Беллероуз, блядь, за многое придется ответить, так что да… Возможно, пришло время для нового альбома.
два
ГРЕЙСОН
Телефон зазвонил всего раз, прежде чем я ответил. Я сидел и ждал. Ожидал, что звонок может поступить в любую секунду. И в своем нетерпении я отказался отходить от чертового компьютера, пока это не случится.
– Говори, – коротко сказал я.
Последовала пауза, и раздался хриплый вздох, прежде чем Джонсон сказал: – Она все еще там, где была последнюю неделю: в Сиене, скрывается в главном особняке Риччи на другом берегу реки. Она не выходила из дома со времени своего похода по магазинам на прошлой неделе.
Темный гнев был моим постоянным спутником, но если бы я позволил себе упасть в бурлящую яму у себя внутри, я был бы ничем не лучше Джейса и Ретта. Сломанным и чертовски бесполезным.
Сломленные мужчины никого не спасали. Я знал это по опыту, и я был не совсем готов отказаться от своей ответственности перед определенной блондинкой.
– Не спускай с нее глаз, – сказал я ему. – Доложи завтра, и на этот раз не опаздывай, блядь.
Джонсон был куском дерьма, но он хорошо справлялся со своей работой. Выслеживал, следил, совал нос не в свое дело. В данной ситуации этот набор навыков был именно тем, что мне было нужно, чтобы гарантировать, что ситуация с Билли не обострится.
Повесив трубку, прежде чем он успел сказать еще хоть слово, я откинулся на спинку плюшевого компьютерного кресла, постукивая пальцем по столу и переводя дыхание от ярости. Желание взять штурмом резиденцию Риччи и перебить всех ублюдков там не давало мне покоя, и даже когда я уронил голову на руки и помассировал виски, чтобы немного снять напряжение, это желание не исчезло.
Когда Билли сбежала от нас два месяца назад, я немедленно приступил к действиям, но благодаря деньгам Риччи и связям с местным законодательством мне потребовалось почти две недели, чтобы выяснить, где ее держат. Еще неделя, чтобы увидеть ее собственными глазами, когда она вяло плелась за Анджело. Этот кусок дерьма казался достаточно заботливым, когда он провожал ее до машины, открывая дверцу и пристегивая ее, но на ее лице не было выражения радости.
Она была пленницей. Я знал признаки, но я также понимал, что сейчас ее с Риччи удерживало нечто большее, чем просто физическое удержание. Более веская причина удерживала ее там, и пока эта тайна не была разгадана, я не мог начать гребаную войну, чтобы вызволить ее оттуда.
Вот почему Джонсон не спускал с нее глаз за восемь тысяч в неделю. Я бы заплатил в десять раз больше, лишь бы узнать в ту же секунду, если ей будет угрожать опасность. Я был слишком чертовски знаменит в эти дни, чтобы легко оставаться в тени, так что Джонсон был лучшим вариантом.
Несмотря на то, во что верили Джейс и Ретт, я знал: Билли ушла от нас не по собственной воле. Если я и умел что-то, так это читать людей, и та девушка была полностью предана «Беллероуз». Пока внезапно не перестала – и причина этого оставалась загадкой, которую мне еще предстояло разгадать.
Оттолкнувшись, я поднялся на ноги, закрывая свои зашифрованные файлы, которые содержали все, что я знал о ситуации на данный момент. Мне пришлось обратиться к членам моей старой семьи на Гавайях за помощью во взломе полицейской системы. Навыки у меня были, но не хватало подходящего технического оснащения, чтобы сохранить свою личность в тайне. Честно говоря, возможно, у меня уже и навыков толком не осталось. Мир хакинга двигался слишком быстро – постоянно появлялись новые методы и приемы, и, живя с «Беллероуз», я заметно утратил форму.
Но был один навык, который я никогда не потеряю – хладнокровное убийство. Если Билли понадобится моя помощь, этот навык окажется куда полезнее, чем взлом. Дома я был силовиком. Тихой смертью, крадущейся за тобой в ночи. Они называли меняСоздателем, – в смысле, ты только что встретил своего создателя, и я становился последним, черт возьми, что ты видел в этой жизни.
Солнце почти село к тому времени, когда я покинул свой кабинет и вернулся в главную жилую зону моего дома. Я раздумывал, принять душ или поесть, когда раздался стук в дверь. Поскольку я жил в одном из самых охраняемых поместий Неаполя, у кого-либо не было никаких гребаных причин стучаться в мою дверь.
Только Ретт и Джейс имели свободный доступ, и эти ублюдки к этому моменту уже были бы не в себе, не в состоянии говорить, не говоря уже о том, чтобы притащить сюда свои задницы. Направляясь к двери, я достал свой "Глок" из выдвижного ящика и прижал его к правому боку. Когда я подошел к двери, я, черт возьми, даже не стал смотреть в глазок. Или, как я любил их называтьотверстие для мишени. Это был один из моих любимых способов вышибить кому-то мозги, даже не глядя им в лицо.
Схватившись за ручку, я досчитал до трех, готовясь распахнуть дверь так резко, чтобы тот, кто стоял по ту сторону, оказался застигнут врасплох. Этой доли секунды мне было бы достаточно, чтобы прикончить его, если он пришел сюда по мою душу. Давно уже не приходилось беспокоиться о наемниках на хвосте, но после того как я связался со своими старыми контактами, риск появился. Я, без сомнений, напомнил тем ублюдкам, что выбрался и живу своей жизнью.
И еще была семья Риччи. Они могли заметить Джонсона и прийти разобраться с проблемой.
Как бы там ни было, кто бы ни стоял за этой дверью, его ждал большой, мать его, сюрприз, если он думал, что я сдамся без боя.
Приводя свой план в действие, я бесшумно повернул ручку и рывком распахнул дверь. В следующую секунду мой пистолет был направлен им в лицо.
Когда послышался очень женский вздох, я вздрогнул и ослабил хватку на оружии.
– Из всех людей, которых я точно не ожидал увидеть на пороге своего дома… – Я засунул пистолет за пояс джинсов и скрестил руки на груди, свирепо глядя на девушку на моем крыльце. – Чего ты хочешь, Флоренс?
Она прикусила губу, встретившись со мной взглядом, в ее собственных глазах читались страх и неуверенность. – Грей... Мне нужна твоя помощь. – В ее голосе слышалось хныканье, которого у нее никогда раньше не было. Это выдавало слабость и, честно говоря, не вызвало у меня даже проблеска сострадания к ее ситуации.
– Ты заправила свою постель, Фло, – ответил я, готовый захлопнуть дверь у нее перед носом. Я все ещезлился на нее за то, что она и Том попытались сделать. Они подставили Билли. Им было плевать, что Риччи собирались с ней сделать – с ней – и они не сказали ни слова, пока она уже давно не исчезла.
– Грей, пожалуйста, – взмолилась Фло. – Я не могу... Пожалуйста, не отгораживайся от меня. Вы, ребята, все, что у меня есть, и мнежаль, ясно? Мне чертовски жаль, но, в конце концов, никто не пострадал, верно? Билли пошла с ними добровольно, так что она, вероятно, благодарна, что мы позвонили ее парню.
Мои зубы сжались, когда я подавил желание оторвать ей голову. Она не знала, что я установил на Билли маячок, и если бы я показал кому-нибудь те кадры с камер наблюдения, они бы сказали, что она выглядитпрекрасно.
Чертовскипрекрасно. Полная куча дерьма. Но без каких-либо конкретных доказательств это были всего лишь подозрения параноидального, озлобленного мужика.
– Чего ты хочешь, Флоренс? – Я спросил снова, вместо того чтобы сказать все, что действительно хотел.
Она облизнула губы, ее пальцы теребили подол футболки с «Беллероуз». – Мы все еще должны лейблу новый альбом, не так ли? Я знаю, что они недовольны тем, что мы отменили оставшуюся часть тура, поэтому я подумала...
Мой горький смех прервал ее, и выражение надежды исчезло с ее лица. – Ты думала, что? Собрать группу снова и сочинить какую-нибудь музыку? – Я покачал головой, затем провел рукой по волосам. – Ты заблуждаешься, девочка.
– Грей! – воскликнула она, хлопнув рукой по двери, когда я попытался ее закрыть. – Да ладно, я серьезно. Я не могу...Черт, я не могу позволить себе вернуть лейблу наш аванс, и если они подадут в суд...
Я нахмурился, пристальнее вглядываясь в нее. – Как? Где, черт возьми, все твои деньги, Фло? – Насколько я знал, у нее не было ни недвижимости, ни машин, она всегда ходила в вещах из секонд-хенда и мерче группы. Даже без тура – который мы, к слову, отменили и теперь по уши в юридическом дерьме – мы все равно зарабатывали кучу денег на продажах альбомов. Никому из нас больше не пришлось бы работать до конца жизни.
Она опустила глаза. – Том забрал все, – прошептала она. – Я совершенно разорена и в отчаянии.
Мои губы приоткрылись от шока, когда до меня дошло ее признание. Затем мой кулак сжался, и я пробил дыру в стене, представляя лицо Тома Такера.
– Черт, Грей! – Воскликнула Фло, потянувшись к моей руке, когда я стряхивал пыль от гипсокартона с костяшек пальцев. – Чувак, какого черта?
Я осторожно высвободил свою руку из ее хватки, не чувствуя порезов, которые я нанес поверх старых шрамов. – Ты чертова идиотка, Флоренс, ты знаешь это?
Она поморщилась. – Да, я знаю.
Я тяжело вздохнул и кивнул. – Это зависит не от меня, и ты это знаешь. Если ты собираешься вернуться в «Беллероуз»...
– Я знаю, – прошептала она, – мне нужно, чтобы Ретт простил меня.
– Это будет сложнее, чем ты думаешь, – сказал я ей, косясь на свою руку. Черт, она кровоточила на мой кремовый ковер. – Я приведу тебя к нему; остальное на тебе. Поэтому я предлагаю тебе придумать чертовски безупречный аргумент, потому что другого шанса у тебя не будет. Ясно?
Фло отчаянно замотала головой в знак согласия. – Кристально.
Я поднял глаза к небу, уже не в первый раз жалея, что у меня нет веры в высшие силы. Может быть, тогда я смог бы переложить бремя всеобщих проблем на кого-то более квалифицированного.
– Я позвоню тебе, – буркнул я, давая понять, что не приглашаю ее внутрь. Ей не нужно было видеть записи моих наблюдений и фотографии Билли, разбросанные по моему кофейному столику. Это только выставило бы меня одержимым и отчаявшимся, хотя на самом деле я был простообеспокоен.
Флоренс выглядела так, словно собиралась меня обнять, поэтому я слегка подтолкнул ее к выходу, а затем на этот раз закрыл дверь полностью. Я ненавидел, когда люди приходили в мой дом. Следующий человек, который появился бы без предупреждения, вероятно, был бы застрелен.
– Хорошо, спасибо! – крикнула она через дверь приглушенным голосом. – Я просто... Я буду ждать твоего звонка! Рада была повидаться с тобой, Грей!
Раздраженно вздохнув, я пошел вытирать руку. Чертова Фло… Мы должны были догадаться, что Том ее наебывает. Черт возьми, мы действительно знали, только не то, что онеще и воровал у нее.
Если я доберусь до этого скользкого дерьма…
Мой кулак сжался вокруг бутылки с антисептиком, которую я только что достал из шкафчика в ванной, сминая пластик и разбрызгивая коричнево-оранжевую жидкость повсюду, представляя, как голова Тома взрывается. Если бы это было худшее, что случилось с Томом Такером, он бы легко отделался.
