Текст книги "Грязные истины (ЛП)"

Автор книги: Тейт Джеймс

Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 20 страниц)

двадцать семь

БИЛЛИ

Я ожидала, что буду в шоке. Я только что трахнула Реттаи Джейса почти одновременно. После прыжков от одного из их членов на другой и трех оргазмов спустя Джейс ушел отсюда, как раздраженный ублюдок, каким он и был. Это было потрясающе.

– Ты в порядке, Торн? – Ретт наблюдал за мной нежным взглядом, давая мне время разобраться в беспорядочных мыслях.

– Удивительно… Но, да. На самом деле я более чем в порядке. – Вероятно, я не смогла бы ходить, и с меня неделю текла бы сперма, но в остальном, у меня были и гораздо худшие дни с парнями из «Беллероуз». – Я ожидала, что буду больше напугана тем, что только что произошло, но, может быть, я теперь такая же рок-звезда, как и вы, ребята.

Я послала ему кокетливую ухмылку, и он сразу ответил мне тем же. – Ты думаешь, я бы позволил своим яйцам поболтать с Джейсом, ради любой цыпочки? Черт возьми, нет, я бы не позволил. Ты особенная, Колючая Роза, и я проткну вилами следующего ублюдка, который со мной не согласится. – Его улыбка быстро погасла, когда он скривился.

– Слишком рано, – тихо сказала я, протягивая руку, чтобы крепко обнять его. Нам нужно было привести себя в порядок, но комфорт был превыше всего.

– Я шучу, сквозь боль, – признался Ретт. – Но да, для некоторых вещей еще слишком рано.

Моим ответом было крепче обнять его. – Все будет хорошо. Мы просто должны держаться вместе.

Это было клише, но в данной ситуации я твердо верила, что если мы хотим выжить в ближайшие несколько дней, мы должны начать работать как команда. Постоянные уходы Джейса в одиночку были небезопасны, и это должно было быть в последний раз.

– Теперь тебе от меня никогда не избавиться, – сказал Ретт, и когда я отстранилась, чтобы увидеть выражение его лица, оно было серьезным. Эта часть не была шуткой. – И нам следует привести себя в порядок.

Потребовалось больше усилий, чем следовало, чтобы оторваться от него и встать на слегка дрожащие ноги, последствий того сексуального сеанса – вкупе с выпивкой – было достаточно, чтобы мои конечности начали покалывать, как будто они были немного вне моего контроля. Мы направились в ту же ванную, которой уже пользовались, решив не портить дом этих бедных людей еще больше, чем уже сделали мы.

Ретт последовал за мной прямо внутрь, и, без обиняков, процесс мытья занял намного больше времени, чем я ожидала, пока он гладил мозолистыми пальцами мою кожу. Посылая через меня всплески удовольствия.

– Трахни меня, – простонала я, и его ответная улыбка была такой чертовски самодовольной.

– Детка, я буду трахать тебя здесь, там и везде.

У меня вырвалось фырканье, прежде чем я застонала, когда его пальцы достигли соединения моих бедер. – Что, мы теперь как в романе доктора Сьюза… – Я замолчала, когда он скользнул в меня одним, а затем другим пальцем, медленно двигаясь, прежде чем усилить движение.

– Джейс прервал нас раньше, – пробормотал он, прижимаясь губами к моему плечу, прежде чем скользнуть языком по моей влажной коже, пробуя на вкус все, до чего мог дотянуться. Это была крошечная душевая кабина, и мы втиснулись в нее. Не то чтобы кто-то из нас жаловался.

– Мне... мне казалось, что... мы трахнулись раньше.

Его низкий смех прошелся по моему горлу, когда он царапнул зубами мою яремную вену. – Нам, конечно, удалось потрахаться, но мне нужно как следует затмить этого ублюдка. Ты кончишь мне на пальцы, и тогда мы будем квиты.

Это действительно не должно было быть возможным после многочисленных оргазмов в гостиной раньше, но я уже сжимала его пальцы, двигаясь на его руке все сильнее и быстрее, гоняясь за гребаным удовольствием, пульсирующим во мне.

– Ретт… Зеп!

Он застонал, его член между нами стал тверже, когда я дернулась к нему. – Вот как можно приручить рок-звезду, – снова простонал он.

Из меня вырвался хриплый смех и стон. – Трахая их?

Ретт покачал головой. – Владея ими, Торн. Владея каждой их гребаной частью.

Ощущение внизу живота разрасталось, пока не охватило все тело – я чувствовала его в руках и ногах. И когда пульсация накрыла меня окончательно, я сорвалась, содрогаясь и прижимаясь к Ретту. Он поддержал меня рукой, которой не был во мне, и я испытала уже четвертый, ничуть не менее сильный оргазм за последние полчаса.

Девушка могла бы привыкнуть к такого рода удовольствиям. Возможно, даже стать немного зависимой от них.

Когда я, наконец, перестала сжиматься и содрогаться всем телом, он медленно вынул свои пальцы из меня, и когда я потянулась к нему, он остановил меня сильным поцелуем. – На меня времени нет, – сказал он. – Тут, наверное, даже вода в баке ограничена. Мне более чем достаточно просто смотреть, как ты рассыпаешься у меня в руках.

Несмотря на его логику, я была разочарована тем, что этот момент закончился. Однако должны были быть и другие, и, помня об этом, мы поспешили закончитьна этот раз действительно приводить себя в порядок, затем выскочили и быстро вытерлись.

Мы оделись в ту же одежду, поскольку вариантов было немного, и спустились вниз как раз вовремя, чтобы услышать крик снаружи. Ретт встал передо мной, загораживая меня от тех, кто кричал, когда они взбежали на крыльцо и ворвались в дверь.

Мне удалось выглянуть из-за него как раз вовремя, чтобы увидеть знакомые широкие плечи. Джейс вернулся в обычной драматической манере. – Нам нужно убираться отсюда, – сказал он, крики, которые мы слышали раньше, теперь стали доноситься отчетливее. – У дома припаркована пара полицейских машин, и я видел, как обыскивали амбар. Это только вопрос времени, когда они найдутвсе, а затем расширят свои поиски до этого места.

Черт. Черт. Там было так много трупов, а «Беллероуз» были слишком чертовски знамениты, чтобы быть связанными с этой сценой. Не говоря уже о том, что я достаточно знала о полиции и ее положении в мире преступности, чтобы понимать, что если нас возьмут под стражу, наша способность защитить себя от нападения уменьшится. По иронии судьбы. Полиция Неаполя в наши дни была такой же продажной, как и полиция Сиены.

Пока Бренда не свяжется с нами, нам нужно скрываться. – Что же нам тогда делать? – Спросила я, полностью выступая из-за спины Ретта. Я ценила его заботу, но мысль о том, что он пострадает, пытаясь спасти меня, уничтожала меня. – Куда мы можем пойти?

– Мне удалось незаметно взять сбрую, так что мы можем взять лошадей, – спокойно сказал Джейс, отказываясь смотреть на Ретта, и на меня. Он уставился в точку где-то между нами, и это могло бы даже показаться смешным, если бы мыснова не оказались в очередной передряге. На этот раз куда менее приятной. – Я пустил пару из них в этот загон, так что, если вы двое уберете доказательства того, что мы были здесь, я смогу заманить их сеном. И тогда, мы используем их, чтобы выбраться отсюда.

– Я не умею ездить верхом, – напомнила я ему, гадая, продумал ли он это. Джейс брал уроки, когда мы были маленькими, но моя мать панически боялась лошадей. Так что, когда я спрашивала, это всегда было твердое "нет".

– Ты можешь поехать со мной, – сказал он, все еще сосредоточенный на том месте. – Мы снова поедем прямо на заправку, чтобы связаться с Брендой. Она может указать нам, куда двигаться дальше.

Поехать со мной. Разве я уже недостаточно покаталась с Джейсом? Ладно, я, наверное, могла бы прокатиться еще.

– Ты планируешь в какой-то момент сбросить меня и затоптать до смерти? – Спросила я, только наполовину шутя.

Взгляд Джейса дернулся, чтобы найти мой. Когда наши глаза встретились, тысячи воспоминаний взорвались между нами. Или, по крайней мере, в моей голове так и было, и я клянусь, что видела, как то же самое происходило с ним. Наш трах, возможно, и был трахом с ненавистью, но это сломало печать, которую мы наложили на наши чувства друг к другу. Ненависть все еще оставалась эмоцией, и притом сильной. Смогли бы мы на самом деле выжить, находясь в непосредственной близости следующие несколько дней?

Взгляд Джейса сказал мне, что мы либо убьем друг друга, либо снова трахнемся. Возможно, и то, и другое.

– Встретимся снаружи через пять минут, – сказал Ретт, снимая неловкое напряжение. Часть меня хотела, чтобы я вместо этого поехала с ним, но Джейс явно был в настроении, и было проще просто согласиться с его желаниями.

Когда я повернулась, чтобы уйти, мне показалось, что я услышала, как Джейс что-то сказал, но к тому времени, как я обернулась, он уже ушел за лошадьми.

Мы с Реттом не разговаривали, пока застилали постель, собирали полотенца, чтобы повесить на крючки, и прибирались на кухне, где мы трахали друг друга чуть ли не до комы. К тому времени, как мы закончили, надев куртки, которые Ретт принес из другого амбара, Джейс стоял впереди с запряженными коричневой и серой лошадьми. Но седел не было.

– Снаряжение, которое я захватил, не подходит для этих двоих, – коротко сказал он. – Они для маленьких лошадей, так что нам просто придется импровизировать.

Импровизировать означало ездить верхом, блядь, без седла? Моя киска уже напоминала мне, что нас трахали буквально до полусмерти и что какой-то тесный контакт со спиной лошади был на самом деле не лучшей идеей. Напрягись, мысленно предупредила я ее. Или это, или тюрьма.

Джейс забрался на лошадь первым, взобравшись на старый пень подходящей высоты, чтобы перекинуть свои длинные ноги через гнедую лошадь. Следующим взобрался на серого Ретт, и сделал это так плавно, что я поняла: он тоже опытный наездник. Это заставило меня задуматься о его прошлом.

Оказалось, что только я нуждалась в нескольких уроках.

Джейс воспользовался веревкой от уздечки, которую держал в руках, чтобы снова направить лошадь к пню, показывая, где мне нужно встать. Когда они были совсем близко, я ахнула от того, насколько огромным было животное. – Э-э, может, я просто побегу позади.

Его взгляд скользнул по моему телу к босым ногам. Парни нашли в доме обувь, но мне ничего не подошло. – Забирайся, Роза.

Он протянул руку, выглядя как гребаный бог, восседающий верхом на своем благородном скакуне. Мое дыхание участилось, и я собиралась притвориться, что это от страха. Я вложила свою ладонь в его, взобралась на пенек, а затем подавилась вздохом, когда он перекинул меня через свои твердые бедра, усаживая перед собой.

Мое тело прижалось к нему, как будто я была создана для того, чтобы кататься с Джейсом именно так. Лошадь под нами лишь слегка пошевелилась, и ее спина была такой же твердой, как человек позади меня.

Поговорим о молоте и наковальне. Это действительно должно было быть неудобно, но вместо этого, я задавалась вопросом, как бы я себя чувствовала, если бы Джейс опустил руки с того места, где они были обернуты вокруг моей талии, чтобы погладить мою киску, пока мы катались на этой...

– Все в порядке, Билли? – Голос Ретта звучал насмешливо. – У тебя щеки немного покраснели.

Каждая гребаная частичка меня вспыхнула. – Да, прекрасно, – сумела сказать я. – Просто схожу с ума от того, что нахожусь так высоко. Я никогда раньше не ездила верхом на лошади.

Улыбка Ретта была понимающей, когда он умело подвел свою лошадь поближе. – Верно. Что ж, немного странно когда ноги болтаются без стремян, но ты скоро к этому привыкнешь. У тебя уже есть необходимые навыки для... – он откашлялся, – верховой езды.

Джейс фыркнул позади меня. – Хватит, Ретт. Мне нужно, чтобы она сосредоточилась. Мы должны убираться отсюда к чертовой матери, пока полиция не добралась до нас.

Это всех нас отрезвило, и когда наши лошади двинулись, их шаг оказался менее плавным, чем я ожидала – да, земля была неровной, но разве они не должны были приспособиться к этому или что-то в этом роде? Если бы Джейс не придерживал меня руками, держа при этом поводья, я бы, наверное, уже свалилась, но в итоге я приноровилась, и вскоре мы уже двигались быстрее чем пешком.

Заправочная станция была довольно близко, всего за несколькими извилистыми грунтовыми дорогами, и когда мы остановились в тени нескольких деревьев по периметру, было решено, что именно Ретт направится туда. – Мне просто легче садиться и слезать, – сказал он, уже спешиваясь со своей лошади и передавая поводья Джейсу.

– Да, хорошо. Запомни номер Бренды, – быстро сказал Джейс, называя цифры и повторяя их несколько раз.

Ретт коротко кивнул. – Я узнаю, может ли продавец принять оплату по телефону, чтобы я мог заодно купить нам еды.

Мой желудок заурчал при упоминании еды, и я искренне надеялась, что Бренда снова поможет нам. Мы бы долго не продержались в бегах, если бы у нас не было кое-какой провизии. Но, по крайней мере, у меня были Джейс и Ретт. Пройдя через много ужасного дерьма в своей жизни, я знала, что то, что яне была здесь одна, имело огромное значение.

Руки Джейса сжались вокруг меня, когда он крепко держал нас, и я не могла не задаться вопросом, может быть, за это время мы смогли бы восстановить некоторые порванные нити в наших отношениях.

До того, как ненависть стала слишком сильной, чтобы ее можно было когда-либо обратить вспять.

Если только этого уже не произошло.

двадцать восемь

БИЛЛИ

Ретт вернулся примерно через двадцать минут, и если бы я была в состоянии слезть с этой лошади, я бы расцеловала его до полусмерти. Мало того, что здесь царило очень неловкое молчание из-за того, что Джейс отказывался говорить, так еще и моя задница постепенно затекала, пока мы оставались верхом.

– У нас все готово, – коротко сказал Ретт, и я чуть не расплакалась при виде двух полиэтиленовых пакетов, которые он нес. – Бренда, очевидно, знала, что нам скоро придется сваливать, и уже едет за нами.

– Значит, мы ждем ее? – Спросил Джейс.

Ретт покачал головой, прежде чем подвести свою лошадь к горке земли, которая была его единственным способом взобраться на нее. – Нет, когда я позвонил, она сказала придерживаться первоначального плана и вместо этого направила меня в новое безопасное место. Примерно в двух милях отсюда припрятан трейлер Airstream. Он находится на границе владений соседей, и она сказала, что обычно им пользуются их дети, когда приезжают в гости, но это отличное место, чтобы спрятаться, потому что оно находится в глуши.

Я почувствовала, как Джейс кивнул у меня за спиной. – Логично. Думаю, полиция не станет углубляться дальше той фермы и соседних участков.

– Как нам найти этот трейлер? – Спросила я, моя задница почти полностью онемела.

– У меня есть смутные указания и кое-какая провизия, – сказал Ретт, сумев наполовину взобраться на лошадь, которая начала ерзать на месте. Было очевидно, что сесть на лошадь, пытаясь удержать два пакета, было гораздо труднее, но в конце концов он снова сел правильно и взял поводья в руки.

На этот раз он рванул вперед, прокладывая путь, и я очень старалась не зацикливаться на тупой боли в заднице. Среди прочих мест. Ощущение Джейса позади меня было почти невыносимым, особенно когда лошадь начала двигаться ритмично, ускоряясь. Сначала я двигалась не в такт с ним, это было неловко и даже опасно, и я едва не упала дважды.

– Роза, – выдохнул он, прижимая свободную руку к моему животу, чтобы замедлить меня. – Двигайся со мной. Почувствуй шаг лошади и перестань бороться с ритмом.

Моим первым инстинктом было сказатьпошел ты, придурок. Я не просила ехать с ним на лошади, и он знал, что у меня нет никакого опыта. Но спорить было бесполезно, поэтому я решила просто сделать паузу и прислушаться.

Джейс снова ускорил темп, легонько ударив пятками в бока лошади, и мы двинулись вместе, сначала медленнее, пока, в конце концов, я не заскользила вместе с ним, а не против. Скользя и прижимаясь, я прикусила язык, потому что в верховой езде была чувственность, которой я действительно не ожидала.

Особенно не с Джейсом, но когда слабое солнце припекало нас, прохладный ветер хлестал по нашим лицам, между нами установился мир. Это продолжалось до тех пор, пока мы не въехали в более густой участок леса, следуя вдоль небольшой речки, которая, должно быть, была частью указаний Ретту. Как только навес накрыл нас, свет немного померк, и я заметила серебристый отблеск на горизонте. Этот блестящий внешний вид фургона вернул нас с Джейсом к реальности. К реальности и нашей почти десятилетней вражде.

– Почему ты не хочешь сказать мне, почему ты на самом деле ушла? – спросил он, когда мы снова замедлились, кустарник вокруг нас был слишком густым, чтобы придерживаться быстрого темпа. – В смысле, мы ведь не можем вернуться назад и что-то изменить, так что в чем проблема?

Это ранило меня. Вот в чем была проблема.

– Я не буду говорить о том годе, – сказала я, стиснув зубы так сильно, что чуть не откусила себе язык. – Я не могу пережить это снова. И не буду.

Я ждала, что он выругается и потребует от меня информацию, но он этого не сделал. Он уронил голову мне на плечо, и мое сердце подпрыгнуло в груди. – Что бы это ни было, Роза, – прохрипел он, – это сломало нас. Я не знаю, как мне пережить это.

Вся боль, которую я чувствовала ниже пояса, исчезла, потому что горло сжало так, что я едва могла дышать. Его слова – о том, что однажды мы окончательно разойдемся и уже никогда не будем теми самыми Джейсом и Билли – разбили меня. Черт, я даже не осознавала, что во мне еще осталось что-то, что можно сломать. Но, видимо, я все это время цеплялась за нас так, как отказывалась признавать.

Грубая честность Джейса сегодня вынудила меня к этому.

– Я тоже не знаю, – сумела выдавить я, жжение застилало мне зрение, даже когда серебристый трейлер становился все ближе. Ретт уже был там, так что у нас оставались эти несколько секунд наедине, и, похоже, я собиралась потратить их на то, чтобы разреветься.

Джейс поднял голову, прочистил горло позади меня, и напряжение, сковывающие нас, исчезло. Он взял себя в руки так быстро, что над ним словно взмахнули волшебной палочкой, снова превратившись в плохого парня рок-звезду. Когда мы остановились, он соскользнул с лошади, и я подумала, не собирается ли он просто уйти и оставить меня на большом животном, но, к счастью, в нем сохранилось достаточно порядочности, чтобы он протянул руку и медленно стащил меня вниз.

Когда я приземлилась на землю, мои ноги подкашивались, и он крепко держал меня. – Подожди секунду, – сказал он ровным голосом, прежде чем ослабить хватку. – Тебе нужно, чтобы кровь снова циркулировала по твоим ногам.

Я кивнула, мои глаза так сильно горели от сдерживаемых слез, что это становилось довольно болезненным. Джейс не потрудился задержаться, чтобы посмотреть на мой нервный срыв, он повернулся, чтобы помочь Ретту, который пытался найти ключ от трейлера. Когда я осталась одна, только с отвязанной лошадью позади меня, я глотнула воздуха, но это не помогло.

Слезы были слишком горячими, слишком болезненными, слишком взрывоопасными, чтобы остановиться. Мне пришлось дать им волю, иначе я бы задохнулась от горя. Я поняла это на собственном горьком опыте, когда пыталась не развалиться на части восемь лет назад.

Потеря ребенка была агонией, подобной которой я никогда не испытывала, но потеря Джейса и Анджело была на втором месте. Потеря всех троих… это было наполовину чудом, что я все еще существовала в этом мире, ходила по нему и ела. Тогда мне пришлось лечь в больницу, и если бы я не справилась со своим горем сегодня, то, скорее всего, снова оказалась бы в той постели. Накачанная снотворным. Тень самой себя.

Первая слеза ощущалась на моей коже как кислота, горячая и болезненная, прокладывая дорожку, пока не коснулась губы и не осталась там. Я почувствовала солоноватый вкус и закрыла глаза, отгоняя воспоминания. Следующая слеза скатилась быстрее, и остальные последовали за ней в безжалостной атаке, которую не остановит ничто, кроме времени.

Время избавиться от боли, время глубоко вздохнуть, время оплакать очередную потерю.

Когда нежные руки обняли меня за плечи и прижали к твердой груди, я ожидала, что это будет Ретт.

– Роза, – пророкотал Джейс, и я подавилась рыданием, когда он крепко прижал меня к себе. – Черт. Не плачь.

Я выплакала чертовы океаны из-за этого парня, и вот он здесь, весь такойне плачь.

Интенсивность и звук моих рыданий усилились, отчасти назло этому мудаку, а отчасти потому, что боль в груди становилась все сильнее. Неужели я позволила этому продолжаться слишком долго?

Его руки грубо запутались в моих волосах, когда он сжал их в кулак и откинул мою голову назад. Твердые губы прижались к моим, и соль моих слез, смешанная с знакомым вкусом Джейса, вывела меня из состояния полного крушения.

Вырвался стонущий всхлип, и я приоткрыла губы еще шире, нуждаясь в большем. – Все будет хорошо, – пробормотал он своим сексуальным, как грех, голосом. – Я обещаю. Просто... не уходи снова. Дай нам время это залечить.

Постоянная злость Джейса на меня стала вполне понятной, если смотреть на все его глазами. Я была той девушкой, которая все время уходила, и этим разрушила его способность доверять и верить в нас.

Он был сломлен из-за меня, и исправить это должна была я. Только вот как, если он явно считал, что мы уже зашли слишком далеко, чтобы все наладить? Он сам сказал это на лошади… и все же сейчас просил меня не уходить, чтобы у нас было время все исправить. От него у меня уже голова шла кругом.

Когда он отстранился, на его лице снова появилось то холодно-пустое выражение, но он провел большим пальцем по моей щеке, чтобы стереть последние слезинки. – Мы сейчас в режиме выживания, – напомнил он, выпрямляясь. – Больше ни о чем думать нельзя, пока все это не закончится. Никаких больше "правды или действия". Никакого возвращения к прошлому.

С двумя утверждениями я могла согласиться, поскольку не была уверена, что смогу справиться с более глубокими чувствами. Не после эмоционального потрясения последних нескольких дней. Черт, кого я обманывала. Последние несколько месяцев и лет.

Он снова оставил меня, но на этот раз для того, чтобы заняться лошадьми, поскольку нашел маленькое сухое корыто, которое наполнил из крана. Я предположила, что у них где-то был резервуар или, может быть, был вырыт колодец, но, к счастью, там было достаточно воды, чтобы напиться лошадям, и достаточно травы, чтобы они могли пастись на месте. Когда я подошла ближе к Джейсу, Ретт вернулся от фургона, сообразив, как открыть дверь. – Ты не привяжешь лошадей? – Спросила я, когда Ретт остановился рядом со мной.

– Я действительно не могу держать их на привязи несколько дней, – ответил Джейс, похлопывая одного сбоку по шее. – Я думаю, что просто оставлю их пастись и буду надеяться, что они вернутся за водой. Скорее всего, они нам больше не понадобятся, поскольку Бренда, как и планировалось, должна быть здесь через несколько дней.

В этом был смысл, и я была отчасти рада узнать, что лошади будут поблизости. Может быть, они предупредят нас заранее, если какая-нибудь полиция или наемные убийцы начнут что-то вынюхивать. Как кони-охранники. Это было бы круто, если бы они не пострадали. Рядом со мной больше не могли погибнуть невинные, иначе я бы сошла с ума.

– Нам нужно зайти внутрь, – быстро сказал Ретт, оглядываясь по сторонам. – Я проверил, и, если не считать немного затхлости, там все чисто и надежно. Это не какая-то дешевая конструкция, а сделанная так, чтобы выдерживать любые погодные условия.

Как будто этими словами он вызвал бурю, над нами раздался раскат грома, и прежнее голубое небо теперь приобрело отчетливый серый цвет. Пока мы стояли там, поднялся ветер, потревоживший густой подлесок, и я задрожала в своей куртке.

Ретт обнял меня за плечи, направляя к ступенькам фургона. Они располагались посередине гладкого серебристого кузова, и когда я вошла, то была удивлена тем, насколько красиво и современно было внутри. В правом конце трейлера стояла небольшая скамейка со столом. Ретт поставил пакеты туда, и мой желудок снова заурчал, словно напоминая мне, что мы очень голодны. Рядом со столом была небольшая кухонька с достаточным количеством бытовой техники, чтобы прокормиться.

Когда я повернулась, чтобы посмотреть на другой конец, я чуть не споткнулась от удивления. Ретт остановился позади меня, и я услышала его тихий смешок. – Ах, да. У нас одна маленькая проблема, но мы все уже делили постель раньше. Так что, пару ночей как то переживем.

Одна. Кровать.

Да ну нахрен. У этой побитой и сломленной цыпочки не так уж много силы воли осталось, и проводить каждую ночь, зажатой между Реттом и Джейсом, неизбежно приведет к одному. Нет смысла врать самой себе. У меня не хватит сил сопротивляться этим двоим, и если они захотят использовать мое тело, чтобы скоротать время, то кто я такая, чтобы сказать "нет".

Джейс сейчас думает, что ненавидит меня… пусть только посмотрит, как мы следующие несколько дней будем трахаться из ненависти.

И вдруг этот маленький побег от реальности стал чертовски интересным.

Действительно, очень интересным.