Текст книги "Грязные истины (ЛП)"

Автор книги: Тейт Джеймс

Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

тридцать семь

БИЛЛИ

Грейсон оставил меня в душе со строгим указанием не спешить. У меня сложилось впечатление, что он волновался лишь отчасти о моей гигиене и расслаблении, а отчасти – о том, какой кризис требует его внимания посреди чертовой ночи.

Признаться, мне было любопытно. Но недостаточно, чтобы торопиться с душем. Я сделала все, как он сказал: вымыла каждую часть тела, побрила ноги, помыла голову шампунем и нанесла кондиционер… Слава богу, Грей понимал необходимость нормальных средств для волос и не пользовался какой-нибудь ужасной "два в одном" дрянью, как некоторые парни.

Но самое лучшее случилось, когда я выбралась из душа и без зазрения совести начала рыться в туалетном столике Грейсона. Он почему-то казался мне человеком, у которого всегда есть запас всего на свете, и к моему огромному удовольствию я быстро нашла зубную щетку в упаковке.

Чистые зубы. Настоящее блаженство.

Моя одежда была насквозь мокрой и лежала кучей у основания душа, поэтому я просто обернула полотенце вокруг тела, чтобы выйти из ванной. Грейсон нашел время оставить кое-какую одежду, аккуратно сложенную в изножье кровати, которая, как я предполагала, предназначалась для меня.

Это была одна из его футболок мерча «Беллероуз» и пара боксеров – на мне все это висело слишком свободно, но это было лучше, чем ходить голой, если у него там посреди ночи очередной кризис.

Выйдя из спальни, я замерла, услышав, как Грей открывает входную дверь. До меня донеслись голоса, и я нахмурилась от непонимания. Это был Анджело?

Поспешив вниз, я ахнула, увидев, как Анджело входит в парадную дверь, неся на руках жестоко избитую женщину, чьи длинные рыжие волосы струились по его руке, как кровь.

– Ви? – Воскликнула я, прижимая руку ко рту, чтобы сдержать крик. – Что случилось?

– Именно об этом я и спрашивал, – пророкотал Грей, закрывая дверь, запирая несколько засовов и снова включая сигнализацию. – Отнеси ее на диван.

Анджело ничего не сказал, просто прошел через дом Грейсона с уверенностью человека, который знал, куда идет. Он осторожно опустил Ви на диван, и она захныкала от боли, слезы покатились из ее опухших фиолетовых глаз.

– Ш-ш-ш, – прошептал Анджело, очень нежно вытирая слезы жены тканевым носовым платком. – Спи, amore mio. Теперь ты в безопасности. – Он сел на ковер рядом с диваном, на его лице отразилось беспокойство, когда он шептал Ви по-итальянски, успокаивая ее, чтобы она снова заснула.

Я недоверчиво покачала головой, глядя на Грейсона. – Ей нужно в больницу. – Я сказала это тихо, не желая ее будить, но Анджело резко повернул голову в ответ.

– Нет, – отрезал он. – Никаких больниц. Ни здесь, ни в Сиене, ни где-либо между ними.

Я тяжело сглотнула, точно понимая, что он имел в виду: это сделала мафия, и если она появится в больнице, они, скорее всего, закончат работу.

– Я кое-кого знаю, – пророкотал Грей. – Она может помочь. Незаметно.

Анджело отрывисто кивнул, поднимаясь на ноги. – Хорошо. Позвони ей. – Он вышел из гостиной и направился на кухню, прямиком к бару Грейсона. Он определенно бывал здесь раньше.

Грейсон даже глазом не моргнул, увидев, что Анджело чувствует себя как дома, просто пролистал свой телефон, чтобы найти контакт, который он искал.

– Анджело, что случилось? – Спросила я, паникуя и отчаянно желая хоть как-то помочь. Я последовала за ним на кухню, где мы могли говорить громче, чем шепотом, но мое беспокойство было таким сильным, что я дрожала.

Анджело налил в маленький бокал виски и осушил его одним глотком, прежде чем ответить. – Мы случились, Белла. Ты и я.

У меня отвисла челюсть при намеке на то, что я несу ответственность за ужасные травмы, которые получила его жена. – Что? Нет, потому что между наминичего не было, помнишь? Все это было чушью. Черт, Ангел, между нами ничего не было с тех пор, как случился пожар. – И под этим я подразумеваламы не трахались. Несмотря на картинку семейного счастья, в которую мы играли, Анджело поцеловал меня всего один раз.

– Трахались мы на самом деле или нет, это не имеет значения, Белла. Мы хотели, чтобы люди думали, что это так, и что это длилось какое-то время. И они поверили. А теперь за это расплачивается Ви. – Он нахмурился, глядя на меня и качая головой. – Ни одно доброе дело не остается безнаказанным, я полагаю.

– Несмей обвинять меня в этом, Анджело Риччи. Весь план былтвоей идеей, помнишь? Не так давно я была в точно таком же положении, как она. Помнишь? Скажи мне, Ангел, почему ты просто не инсценировал беременность Ви, чтобы успокоить своих родителей, а? Почему бы не сделать ей искусственный живот и не притвориться, что она потеряла его, чтобы выиграть больше времени? Почемуя, Ангел?

Он долго смотрел на меня с совершенно отсутствующим выражением лица. Затем опустил глаза на пустой стакан в своей руке. – Я не знаю, Белла. Но прямо сейчас я задаю себе тот же вопрос.

В ярости и отвращении – к себе не меньше, чем к нему – я вскинула руки и бросилась обратно в гостиную, где на огромном диване лежало изломанное тело Ви. Она казалась такой милой женщиной; она этого не заслуживала. Никто этого не заслуживал.

Сморгнув собственные слезы, я принесла с кресла одеяло и осторожно укрыла ее. Она не шевелилась, но ее дыхание было тихим и хриплым, что убедило меня в том, что она все еще жива. Черт возьми, ей, должно быть, так больно. Я помнила, каково это – быть в таком положении, и никому бы этого не пожелала.

– Мой друг будет здесь через полчаса. – Низкий голос Грея заставил меня вздрогнуть, я не слышала, как он снова вошел в комнату. – Она предложила тем временем приложить лед к лицу. Я принесу немного.

Я просто кивнула. Что еще можно было сказать?

Он вернулся через минуту и протянул мне упаковку замороженного льда, завернутого в кухонное полотенце. Так нежно, как только могла, я убрала волосы Ви с ее поврежденного лица. Пряди зацепились за мои пальцы, и я поморщилась от запекшейся крови. Медленно, легкими движениями я приложила лед к ее еще более опухшему фиолетовому глазу.

Она резко вдохнула во сне, вздрогнув, но я держала лед на месте. Все должно быть лучше, чем ничего, пока не появится друг Грея.

– Прими душ, – буркнул Грей пару минут спустя. Я растерянно моргнула, глядя на него, потом поняла, что он обращается к Анджело, который вернулся в гостиную с новым стаканом виски в руке. – Ты весь в крови.

Анджело опустил взгляд на свою рубашку. Думаю, раньше она была белой, но теперь стала красно-коричневой от засохшей крови. Крови Ви. Может быть, и кого-то другого, в зависимости от того, как он нашел ее. Он убил тех, кто сделал это с ней?

Я отчаянно надеялась, что так оно и было, но интуиция подсказывала мне, что все не так уж черно-бело. Ви была принцессой мафии, и если это был приказ Риччи...

Желчь обожгла мне горло, но я подавила ее. Сейчас нужно было сосредоточиться на Ви. Я ведь могла быть сильной ради нее, правда? Ей не нужно умирать, как Фло.

Анджело что-то сказал Грею, но было слишком тихо, чтобы я разобрала. Я снова сосредоточилась на Ви и убедилась, что не слишком сильно прикладываю лед к ее разбитому лицу.

Постепенно я выпала из реальности, сидя рядом и мысленно разговаривая с женой Анджело, о которой, по сути, почти ничего не знала. Я знала, что они с Анджело нелюбовники, хотя очевидно любили друг друга, и что у Ви есть тайная девушка, которую она скрывала от своей семьи. Как ее звали? Она мне говорила?

Подняв глаза, я осмотрела комнату и обнаружила, что Анджело вернулся и сидит в кресле, одетый в одну из черных футболок Грейсона и серые спортивные штаны. Его ноги были босы, а челюсть сжата от ярости, когда он молча смотрел на меня в ответ.

– Девушка Ви... – Начала я, чувствуя, что сильно перегибаю палку, – она… в порядке? Они были вместе?

Анджело приподнял бровь. – Она рассказала тебе о Джиане?

Я кивнула. – На вечеринке. Она загнала меня в угол в уборной, и я подумала, что она собирается выцарапать мне глаза или что-то в этом роде. Но она просто хотела заверить меня, что нет никакойугрозы … что вы двое не… – Я замолчала, мой голос сорвался.

– Что мы не трахаемся? – Закончил за меня Анджело резким тоном. – Как мило со стороны моей жены дать свое благословение моей беременной любовнице.

Я прикусила язык, чтобы сдержать желание накричать на него. Сейчас было не время и не место. – С Джианой все в порядке? – Спросила я вместо этого.

Анджело еще мгновение смотрел на меня, затем вздохнул. – С ней все в порядке. Я позвонил ей, когда ехал сюда; ее сейчас даже нет в Сиене, и она понятия не имела об этом.

Я медленно кивнула. – Хорошо. Это хорошо. Я подумала, может быть...

– Что семья Ви узнала, что она лесбиянка, и пытались убить ее? – Он холодно рассмеялся. – Нет, Белла, все дело в политике. Должно быть, они решили, что из-за нашей истории я рискну развестись с Ви, чтобы жениться на тебе. – Он усмехнулся, как будто это была самая нелепая вещь, которую он когда-либо слышал.

Я нахмурилась. – Подожди. Должно быть? Ты незнаешь, что именно произошло?

Его темные глаза сузились. – Я знаю достаточно.

– Чушь собачья, – огрызнулась я в ответ. – Ты предполагаешь, что знаешь, но что, если это было что-то совершенно другое? Боже, Анджело, ты иногда бываешь таким упрямым. Ты не можешь просто...

– Кхм, – прочистил горло Грейсон, прерывая мою быстро набирающую силу тираду. Он только что вернулся, а за ним на шаг позади шла пожилая женщина. – Это Моргана. – Он не дал дальнейших объяснений, и я быстро поднялась со своего места на ковре, чтобы подпустить ее поближе к Ви.

– Спасибо тебе, дорогая, – мягко сказала она мне с улыбкой, когда Грей поставил ее огромную медицинскую сумку на кофейный столик, затем принес стул из столовой, чтобы она могла сесть рядом с диваном. – Я ценю вашу заботу, но мне бы хотелось немного приватности, пока я осматриваю Валентину, пожалуйста.

Она выразительно посмотрела то на Анджело, то на меня. Он выглядел так, будто сейчас скажет ей, куда засунуть свою вежливую просьбу, поэтому я подошла и схватила его за руку, заставляя подняться с кресла.

– Пойдем, – скомандовала я, вытаскивая его из гостиной. – Пусть она работает.

– Я не собираюсь просто доверять... – начал он в знак протеста, но Грей последовал за нами и теперь загородил дверной проем в гостиную не более чем своим телом, скрестив на груди толстые руки.

Ровный взгляд, которым он одарил Анджело, был терпеливым, но не оставлял места для возражений. – Насколько я помню, Анджело, у тебя нет медицинского образования. Ты не обучался ни на парамедика, ни на травматолога, ни даже на психолога. У тебя здесь ноль полезных навыков, и никому в этом доме не нужно, чтобы в него стреляли. Так что тащи свою раздраженную, покрытую татуировками задницу на кухню и спокойно жди.

Анджело никогда не был из тех, кто поддается запугиванию, поэтому для меня не было шоком, когда он просто вздернул подбородок и встретил пристальный взгляд Грея своим собственным. – Или что?

Мне нужно было вмешаться, пока все не переросло в насилие. – Или я поищу в Google свободных клоунов, которые могут прийти и накрутить фигурки из воздушных шариков.

Оба мужчины – с их брутальными взглядами, татуированными мышцами и убийственными выражениями лиц – одновременно повернулись ко мне. Грей – с чистейшим недоумением, Анджело – с искоркой ужаса в глазах.

– Ты бы этого не сделала, – прошептал он, качая головой. Анджело не боялся ничего… кроме клоунов. Особенно клоунов, которые делали животных из воздушных шариков. Это была история из нашего детства на другой день.

Я скрестила руки на груди, подражая его упрямой энергии. – Испытай меня.

Взгляд Анджело сузился, как будто ему чертовски хотелось разоблачить мой блеф. Но затем он с трудом сглотнул и, не сказав больше ни слова, направился на кухню.

Глаза Грея расширились от восхищения. – Я не понимаю, что тут произошло, но мне это нравится. Ты жесткая, Колючка. И это еще одна вещь, которая мне в тебе нравится.

Я одарила его усмешкой. – Еще одна?

Его улыбка стала томной. – Наряду со сладким вкусом твоей киски и тем, как великолепно ты стонешь мое имя, когда кончаешь.

О. Отличный ответ.

тридцать восемь

РЕТТ

Со спасения нас Грейсоном из глуши до похорон Фло прошла неделя. Все это время нам строго-настрого было приказано оставаться дома. Не выходить, даже за продуктами. У нас были люди, которые доставляли нам все необходимое, чтобы не давать поводов для «Грязной Истины».

Не то чтобы это имело какое-то значение. Почти ежедневно появлялись новые сообщения о нас. О «Беллероуз». Предположения о том, кто заменит Фло в группе, были сейчас самыми горячими темами для обсуждения. Каким-то образом раскрылась связь Анджело и Джейса, и фанаты сходили с ума, гадая, присоединится ли к группе Анджело Риччи, плохой парень из мафии и легендарный разбиватель сердец.

Пресса уже вовсю раздувала эти слухи, называя нас "Парнями из Беллероуз". Как будто Фло никогда и не существовало.

Мой телефон зазвонил, когда я стоял перед зеркалом, пытаясь поправить галстук ровно. Взгляд на определитель номера немного ослабил напряжение в моей груди, и я ответил по громкой связи.

– Малышка Торн, – поприветствовал я Билли. – Как Ви сегодня утром?

Жену Анджело после жестокого избиения неделю назад накачали обезболивающими. Она не была в коме, но была без сознания. Каждый прошедший день казался более безнадежным, чем предыдущий, но друг – врач Грея – заверила их, что просто ее телу нужно время на выздоровление.

– Без изменений, – ответила Билли со вздохом. – Ее синяки выглядят намного лучше, но она все еще не очнулась. Моргс думает, что это было тяжелое сотрясение мозга, от которого ее мозг медленно восстанавливается.

Я поморщился. Я никогда не встречал Валентину, но Билли заверила меня, что она хороший человек. Я надеялся, что такой человек заслуживает ее заботы и стресса.

– Ну, она эксперт, – пробормотал я, имея в виду Моргану. Она всегда скрывала свою квалификацию, но, судя по тому, что сказал Грей, у нее было более чем достаточно опыта, чтобы помочь Валентине. Единственное, что могло быть лучше, – это больница. Анджело не стал бы поддерживать эту идею, как бы сильно она ни нуждалась в ней.

– Да, она великолепна. Сегодня она останется у нас, чтобы присмотреть за Ви, – сказала Билли, затем зевнула. – Черт, извини. Я плохо спала прошлой ночью.

Во мне вспыхнула ревность. – Угу, мне нужно поговорить с Греем?

Смех Билли был низким и хриплым, отчего мой член дернулся. – Хотела бы я. Чувак, хотела бы. К сожалению, ничего веселого. Поскольку Ви и Анджело оба остаются здесь, настроение не самое лучшее для того, чтобы хорошо провести время.

Это заставило меня ухмыльнуться. Какой бы дерьмовой ни была ситуация с Ви, по крайней мере, Грей не просто трахал Билли по всему своему дому двадцать четыре часа в сутки и семь дней в неделю и стирал старого маленького Ретта из ее головы и сердца. У меня все еще был шанс завоевать ее расположение.

– Ты... эм, ты думаешь, сегодня что-нибудь случится? – осторожно спросила она, судя по тому, как эхом отдавался ее голос, она пряталась в ванной. – Например, еще одно нападение?

Я отказался от галстука и схватил с вешалки блейзер. – Понятия не имею, Торн. Часть меня думает, что это неизбежно, когда мы все находимся в одном месте, на публике, впервые с тех пор, как… – После смерти Фло. – Но тогда я действительно надеюсь, что для всего этого была другая причина. Может быть, я не знаю... Что, если нападение на ферму было просто большой ошибкой? Что, если целью были крестные родители Бренды, а мы просто оказались не в том месте и не в то время?

Билли грустно рассмеялась. – Представь себе это. Кто-то анонимно заказывает убийство пожилой пары, а вместо этого они находят принца мафии, его беременную любовницу, бывшего бандита, крутого гитариста с вымышленным именем и таинственным прошлым, девушку с горами безнадежных долгов и… Джейса Адамса.

– Да, – согласился я со смешком. – Некоторые вещи слишком уж случайны.

Она вздохнула. – Никогда не знаешь наверняка. Нет ничего невозможного.

Джейс постучал костяшками пальцев в мою дверь, затем вошел в комнату, не дожидаясь ответа. – Ты готов идти? Бренда сказала, что наша машина будет здесь через пять минут.

Я схватил свой телефон, быстро переключив его с громкой связи на другую, прежде чем Билли заговорила, но выражение его лица омрачилось быстрее, чем надвигающаяся гроза. Он знал, с кем я разговариваю.

– Колючая Роза, мне нужно идти, – сказал я своей девушке. – Я увижу тебя там?

– Конечно, – ответила она. – Я... гм, да. Скоро увидимся, Зеп.

Я улыбнулся этому прозвищу, затем закончил разговор, прежде чем бросить на Джейса обвиняющий взгляд. – Только потому, что ты отказываешься простить ее, не означает, что я собираюсь ее игнорировать. Я забочусь о ней, Джейс. Очень.

Он поморщился. – Я заметил. Но помнишь, что ты чувствовал, когда она ушла в прошлый раз? Тогда вы трахались всего недели две. Представь, что ты почувствуешь, когда она сделает это снова, если ты в ближайшее время не вычеркнешь ее из своей жизни.

Я протиснулся мимо него, направляясь к двери. Похороны Фло были через час, а Джейс все еще пытался вбить клин между мной и Билли, так же, как он делал всю гребаную неделю с тех пор, как мы вернулись домой.

– Эта наркотическая спираль была не из-за Билли, – пробормотал я, когда Джейс догнал меня, прежде чем я вошел в лифт. Мы жили на уровне пентхауса; больше ни у кого не было доступа на наш этаж. Так что, когда мы вошли, кабина была пуста. – Нетолько из-за нее, – поправил я.

Джейс пожал плечами. – Я знаю. Я просто говорю...

Я покачал головой. – Ты ревнуешь. Ты просто не можешь признаться в этом себе, не говоря уже о ком-либо еще. Значит, ты думаешь, что если ты не можешь заполучить ее, то никто не сможет. Все чертовски запутано, Джейс, и тебе нужна терапия.

Слова были резкими, но для него это не былоновостью. Я уже говорил ему одно и то же сто раз за последнюю неделю. На самом деле он не ненавидел Билли; он ненавидел себя за то, что недостаточно ненавидел ее, особенно после ее откровения в тот день в лесу.

Как бы сильно Джейсу ни было больно, он также был достаточно порядочным человеком, которыйдолжен был проявить некоторое сочувствие к положению, в котором она была все эти годы назад. Она была ребенком, принимающим взрослые решения, и все поняла неправильно. Но она была единственной, кто жил с последствиями, в то время как Джейс впадал в восьмилетнюю истерику, превратив их историю в платиновую пластинку и ткнув ей этим в лицо.

После этого Джейс мудро заткнулся.

Как и сказала Бренда, перед зданием ждал городской автомобиль, но там также было несколько фотографов, слоняющихся, как стервятники, в ожидании возможности сфотографировать скорбящих "Парней из Беллероуз". Бездушные ублюдки, их много.

Мы молча ехали через весь город к огромному собору, где проходили похороны Фло. Она вообще не была религиозным человеком, но Бренда сообщила нам, что, учитывая то влияние, которое смерть Фло оказала на наших поклонников, это было именно тограндиозное место, которого они ожидали. Что-либо меньшее могло быть расценено как проявление нами неуважения или умаление того, насколько она была важна для нашей группы, но ни то, ни другое не было правдой.

Мы планировали прибыть задолго до церемонии, но когда наша машина подъехала ближе, мы увидели, насколько сильно недооценили то, как пройдет день. Вдоль улицы толпились люди, все в черном, с тысячами плакатов с сердечными посланиями Фло и остальным участникам группы.

Это потрясло меня, и я поймал себя на том, что сдерживаю слезы, когда увидел, что кто-то держит огромный плакат с улыбающимся лицом Фло. Это была фотография, сделанная в туре, за ночь до того, как я встретил Билли. Казалось, с той ночи мы прожили целую жизнь.

– Это чушь собачья, – пробормотал Джейс, когда фанаты постучали в окна нашей затемненной машины, пытаясь что-то разглядеть сквозь защитное стекло. – Это похоже на рекламный трюк Большого Дика.

Я проглотил комок эмоций в горле. – Так и есть, – согласился я. – Но Фло заслужила именно такое прощание. Особенно учитывая то, что... – Особенно учитывая то, что мы скрыли то, что с ней на самом деле произошло, и виновные все еще были на свободе.

Джейс выдохнул, проводя руками по лицу. – Ты прав. Ей бы это тоже понравилось.

Я кивнул, глядя в окно, как наш водитель продвигается вперед, ожидая, когда фанаты расступятся, поскольку даже нашему полицейскому эскорту было трудно расчищать дорогу. – Фло всегда считала себя наименее популярной участницей «Беллероуз», понимаешь? Как будто она была просто бэк-музыкантом. Она никогда не считала себя такой знаменитой, как все мы.

– Хотя она была. – Джейс теребил свои запонки, выражение его лица было напряженным, как будто он сдерживал слезы. Я слишком хорошо знал это чувство.

Несколько минут спустя наш водитель проехал через охраняемые ворота собора, и мы оба сделали храбрые лица, выходя из машины. На самом деле, к черту это. Вместо этого я вытащил из кармана солнцезащитные очки и нацепил их на лицо.

– Хорошая идея, – прокомментировал Джейс, следуя моему примеру. В конце концов, мы все еще были рок-звездами.

Распорядитель провел нас по главным ступеням, и мы, не колеблясь, скрылись с глаз кричащих и рыдающих фанатов. Мне нравилось, что они демонстрировали свою скорбь по Фло – она этого заслуживала, – но я сам мог бы обойтись без такого внимания.

Бренда была уже в огромном соборе, – передавала своего ребенка мужу Хамфри и нагружая его огромной сумкой для подгузников.

– Ребята, вы вовремя, – поприветствовала она нас со вздохом облегчения. – Спасибо, черт возьми, за это.

Хамфри нахмурился и зажал малышу уши, как будто тот уже мог понимать ругательства. – Я думал, у тебя должен был быть еще шестимесячный отпуск, – сказал он Бренде раздраженным тоном, едва взглянув на Джейса и меня. Он не был поклонником нашей музыки, больше поклонником классическогоджаза. Чудак.

– Да, ну, это было до того, как кто-то убил одного из моих артистов, Дэниел, – ответила она. Она всегда называла его по фамилии, потому что говорила, что Хамфри – это имя для старика. – Позаботься о нашем маленьком чудовище; я вернусь домой, как только смогу. – Она осыпала поцелуями своего ребенка, затем быстро чмокнула мужа в губы, прежде чем эффектно отпустить его и повернуться к нам с невозмутимым выражением лица менеджера. – Где Грей?

– Уже едет, – сказал я, прежде чем Джейс успел выругаться. – Должен прибыть с минуты на минуту.

Ее взгляд переместился поверх моего плеча, и ее губы растянулись в нежной улыбке. Грей всегда был ее любимчиком. – Помяни дьявола. Как раз вовремя.

– Она, блядь, не должна быть здесь, – прорычал Джейс, когда Билли вошла с Грейсоном, крепко держащим ее за руку. Она была настоящим видением в своем простом черном платье, ее золотисто-светлые волосы были убраны сзади в низкий пучок. Грей что-то сказал ей, и она наклонила голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх с самым милым выражением на лице...

Может быть, он уже победил.

Но затем она осмотрела комнату, пока ее глаза не встретились с моими, и ее губы изогнулись в улыбке чистой радости. Я в игре. Спасибо, черт возьми.

– Брось это, – рявкнул я Джейсу, – ты знаешь, почему она здесь. По той же причине, что ион. – Анджело только что переступил порог, разматывая свой шарф цвета древесного угля, как будто имел полное право присутствовать здесь, на похоронах нашей сестры.

Он даже не попытался спрятать пистолет, когда его пальто распахнулось, и по мне пробежал страх. Это был день Фло, последнее прощание с ней... и все же мы все были вооружены и готовы к нападению.

Выйдем ли мы все из этого собора живыми? Я не был так уверен.

У меня едва хватило минуты, чтобы обнять Билли, прежде чем нас проводили на наши места, а остальным приглашенным гостям – знаменитостям, влиятельным людям, корпоративным мудакам – всем разрешили войти. Я не был заинтересован в том, чтобы вести себя хорошо, поэтому я просто низко ссутулился на своем месте между Джейсом и Билли, крепко переплев свои пальцы с ее.

Большая часть церемонии прошла мимо меня, как дымка белого шума. Мне пришлось блокировать все это, потому что от каждого доброго слова о Фло мне хотелось плакать. Черт, она этого не заслуживала.

Когда на огромном экране проектора заиграл монтаж фотографий, я проиграл битву. Слезы тихо катились по моему лицу, и я боролся с желанием снова надеть солнцезащитные очки. Я с трудом мог поверить, что она ушла. Действительно ушла. Больше никаких туров, никакого совместного сочинения песен…

За последние полторы недели было так легко убедить себя, что она просто в отъезде, просто занимается своими делами, и мы снова увидим ее в студии. Но это было не так, и реальность, наконец, вступила в свои права.

Джейс подтолкнул меня локтем, когда фотомонтаж закончился. – Твоя очередь, братан. Ты справишься?

Я по глупости вызвался прочитать надгробную речь, написанную от имени всех нас. Я чувствовал себя виноватым за то, как обращался с ней в последние несколько месяцев, и это чувство вины подтолкнуло меня взять на себя эту ответственность. Однако теперь я сомневался.

– У тебя все получится, – прошептала Билли, сжимая мои пальцы. – Говори от сердца.

Черт. У меня действительно не выйдет, но я не мог подвести Фло сейчас.

Сдерживая слезы, я встал и медленно поднялся на трибуну. Однако прежде чем я добрался туда, по похожему на пещеру собору разнесся громкий треск, и что-то твердое врезалось в меня, заставив меня рухнуть на землю от боли.