Текст книги "Грязные истины (ЛП)"

Автор книги: Тейт Джеймс

Соавторы: Ева Джеймин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 20 страниц)

двадцать девять

ГРЕЙСОН

Громкие жалобные крики отражались от стен звуконепроницаемой комнаты, причиняя боль моей голове и заставляя меня слегка поморщиться. Еще немного, и я, скорее всего, потерял бы музыкальный слух; тогда я бы по-настоящему разозлился.

Раздался выстрел, и мужчина, с которым я болтал, упал навзничь, его кровь и мозги растеклись по всему полу. Разочарованно вздохнув, я повернулся и свирепо посмотрел на Анджело.

– Ты, блядь, серьезно?

Принц мафии только пожал плечами, снова убирая пистолет. – Он ничего не сказал; мы зря тратим здесь время.

Я поднялся на ноги, чувствуя, как хрустит мой позвоночник, когда я потягивался. – Пока нет, но рано или поздно он бы заговорил.

Анджело покачал головой. – Не согласен. Этот типне знал того, что нам нужно. Он бы просто придумал что-нибудь правдоподобное и отправил нас по ложному следу. Нет уж, спасибо. Пошли, нам нужно успеть на встречу с Брендой, пока она не вздернула нас обоих за то, что мы заставляем ее ждать.

Бросив на мертвеца еще один раздраженный взгляд, я последовал за Анджело из комнаты и плотно закрыл за нами дверь, прежде чем снять перчатки. – Твои уборщики уже в пути?

Он отрывисто кивнул, не отрывая глаз от экрана телефона. – Будут здесь с минуты на минуту.

Мы оба сели в Porsche Анджело, затем молча подождали еще минуту, пока к складу не подъехал белый фургон. Логотип на боку грузовика гласил: Уберем ваших крыс, грызунов и вредителей.

У меня вырвался короткий смешок. – Уборщики с чувством юмора, да?

Анджело только выгнул бровь. – Что? Это то, что они делают. Убираюткрыс.

Довольный тем, что его уборщики разберутся с нашим беспорядком, он завел мощную машину и вывез нас из промышленной зоны, где мы мучили этого плаксивого придурка с сайта по найму силовиков в темной паутине. Именно оттуда мы проследили путь к нападавшим на фермерский дом. Все они были анонимными наемниками, даже не особенно хорошо оплачиваемыми, что объясняло, почему мы все смогли сбежать.

Ну, большинство из нас.

Бедная Фло.

– Бренда сказала встретиться с ней в парке у фонтана, – сказал я Анджело, засовывая свои окровавленные перчатки в его центральную консоль и доставая несколько влажных салфеток.

– Понял, – ответил он, везя нас в тот район города. Мы вернулись в Неаполь – родину «Биг Нойз Рекордс» – и пытались найти любую зацепку. Пока все, что нам удалось сделать, – это исключить пару вариантов.

Возможно, было еще слишком рано что-либопо-настоящему исключать, но мы предварительно вычеркнули Риччи. Они бы никогда не подвергли риску своего наследника. Ни Анджело, ни фальшивого ребенка Билли.

Мы также осторожно вычеркнули мою семью. Были ли они способны? Черт возьми, да. Им было бы насрать на убийство Риччи и развязывание войны? Ни единого шанса. Но у них быламасса возможностей добраться до меня, не прибегая к таким крайним мерам. Это просто не сходилось.

Из-за этих двух моментов мы с Анджело достигли временного перемирия, негласного соглашения работатьвместе ради безопасности тех, кого мы любим. Помогало и то, что у нас обоих был слишком легкий палец на спусковом крючке. У него – даже сильнее, чем у меня, учитывая, что я не практиковался уже восемь лет.

– Что у тебя с Брендой за дела? – Вопрос, который крутился у меня в голове весь день. – Вы, кажется, близки.

Анджело бросил на меня косой взгляд. – И что?

– Ближе, чем я ожидал. Ты познакомился с ней, когда она впервые вела переговоры о контракте с «Биг Нойз», да? – Я прекрасно знал, что Анджело был частью изначального «Беллероуз» до того, как отношения с Джейсом и Билли развалились.

Анджело кивнул. – Она нашла нас на вечере открытого микрофона в Сиене. Джейс считал ее полным дерьмом, поэтому не стал нанимать ее менеджером, пока она не устроит нам встречу с несколькими лейблами. Упрямый придурок.

– Угу, – согласился я. – Но вы кажется более близки, чем это.

Он выгнул бровь. – Откуда тебе знать? Ты не видел, как мы общаемся лично.

Я хмыкнул. – Назови это интуицией.

Он долго молчал. Достаточно долго, чтобы я подумал, что он не собирается отвечать на мой вопрос. Затем, когда мы свернули на парковку рядом с парком, он вздохнул.

– Мы оставались на связи, – неохотно признался он. – Джейс уволил бы ее, если бы узнал, так что я надеюсь, ты ему не скажешь.

Черт возьми. Я должен был знать, во что ввязываюсь, и теперь у меня был секрет, который я должен был сохранить от своего брата.

– Вы оставались на связи, потому что...? – Подтолкнул я, желая узнать всю историю, если я уже по уши увяз в секретах.

Анджело усмехнулся, заглушая двигатель и выходя из машины. – Не твое собачье дело, Тейлор. Поторопись.

Он быстрым шагом пересек заснеженный парк, застегивая пальто, и я последовал за ним немного медленнее, не торопясь оценивая окружающую обстановку. Я так привык высматривать папарацци с тех пор, как "Беллероуз" стали популярны, но теперь, я не был до конца уверен, что ищу. Папарацци? Стрелки? Копы? Все вышеперечисленное.

– Вы опоздали, – объявила Бренда, когда мы подошли к ней у замерзшего пруда с утками. Она была тепло укутана, а ее малыш крепко спал в теплой зимней коляске. Мило.

– Я тоже рад тебя видеть, – саркастически ответил Анджело, наклоняясь, чтобы поцеловать ее в щеку.

Бренда слегка покраснела и одарила его улыбкой. Они спали вместе? Я отчасти надеялся, что так оно и было… это означало бы, что он не представлял такой угрозы для сердца Билли.

– Сегодня утром мне звонил Ретт, – сказала она нам без всякой другой светской беседы. – По какой-то гребаной причине, Джейс рискнул вернуться на ферму и обнаружил копов повсюду. Они запаниковали и покинули дом, в котором находились.

Я раздраженно нахмурился. – Тупой ублюдок. Какую часть "залечь на дно" было трудно понять?

Анджело вздохнул. – Наверное, не самое глупое решение. Копы, скорее всего, навестят соседей, чтобы спросить, не слышали ли они чего-нибудь подозрительного. Их могли бы найти там, и это выглядело бы еще более подозрительно.

Ладно, хорошее замечание. – Где они сейчас?

– Я указала им, как добраться до Airstream, припаркованного в лесу за этим участком. Они взяли лошадей и должны были уже быть там. Ретт также покупал еду по моей кредитной карточке, так что пока все в порядке. – Бренда шмыгнула покрасневшим от холода носом. Она помолчала, поджав губы, затем посмотрела на меня. – Что ты сделал с Фло?

Христос.

– Разобрались, – ответил за меня Анджело. – Ее скоро найдут, если уже не нашли.

Мы приняли совместное решение перевезти тело Фло с фермы в ее квартиру, где люди Анджело инсценировали это как вторжение в дом. Это было отстойно, я ненавидел это, но мы также не могли указать на себя, Джейса и Ретта во всех смертях наемных убийц на ферме. Итак, мы до некоторой степени прояснили ситуацию и изменили повествование о смерти Фло.

Как бы легко ни было заставить ее исчезнуть – как и все остальные тела, – она заслуживала лучшего. Она заслуживала похорон и того, чтобы ее оплакивали те, кто ее любил. Она заслуживала, чтобы ее смерть была признана.

Бренда глубоко вздохнула, на мгновение показалось, что она вот-вот расплачется. Но она взяла себя в руки, сдержанно кивнув и профессионально улыбнувшись. – Хорошо. Вы двое – лучшие люди для этой работы. – Маленький Джеймс пошевелился во сне, захныкал, и Бренда покачала коляску взад-вперед, чтобы он снова уснул. – Хорошо. Хорошо. Похоже, копы отправились проверять фермерский дом, благодаря этому гребаному блогу со сплетнями. Они опубликовали статью о произошедшемпреступлении, в котором замешаны «Беллероуз», и ее разнесло столько людей, что копам пришлось проявить должную осмотрительность.

– Снова «Грязная Истина»? – Анджело нахмурился. – Похоже, у них есть большой внутренний доступ, в частности, к «Беллероуз». Есть идеи, кто за этим стоит?

Бренда покачала головой. – Никаких.

Я не мог сказать то же самое. С тех пор как я прочитал все записи в блоге о нас и Билли и сравнил их с более старыми публикациями о других знаменитостях, я был почти уверен, что за последние месяцы блог сменил владельца. Или, возможно, там было их несколько. В любом случае, Том Такер был моим подозреваемым номер один в этих утечках.

– Ну, кто бы это ни был, они действительно начинают выводить меня из себя, – пробормотала Бренда. – В любом случае, вот координаты и указания, куда я отправила Ретта, Джейса и Билли. Кроме того, Ретт сказал мне, что живот был фальшивым, так что большое тебе спасибо за это, Риччи.

Анджело только ухмыльнулся. – Это была информация не для всех. Тебе не нужно было знать. И еще, скажи Ретту, чтобы держал свой дурацкий рот на замке. Последнее, что мне нужно, – это чтобы мой отец узнал об этой маленькой лжи.

Бренда взмахнула рукой. – Пожалуйста. Я – могила. Ты это знаешь. В этой ситуации я даже своему мужу не скажу. Ладно, я позволю вам двоим вернуться к тому, чем вы занимались. – Она многозначительно посмотрела на скрытый пистолет на поясе Анджело. – И я свяжусь с вами, если узнаю что-нибудь еще. Постарайтесь не оставлять остальных троих в лесу слишком надолго, иначе нам придется убирать еще больше тел.

Анджело покачал головой. – Джейс – это только разговоры; он все еще любит Беллу. Он просто не может проглотить собственную гордость достаточно надолго, чтобы признать это.

Бренда поморщилась. – Я беспокоюсь не о нем.

Джеймс снова зашевелился, поэтому она быстро попрощалась с нами обоими и быстрым шагом покатила свою коляску прочь, оставив нас с Анджело стоять там в тишине.

– И что теперь? – Спросил я его после паузы.

Он взглянул на меня. – Ты упоминал, что Фло разорилась, не так ли? – Я кивнул. – Как это возможно? Я знаю, сколько вам всем платят.

– Откуда ты знаешь, это проблема другого дня, – пробормотал я, вглядываясь в пустой парк. – Но мы думаем, что ее парень – вернее, бывший парень – каким-то образом опустошил ее счет, когда они расстались. Она не сообщила нам подробностей, но он казался таким типом.

Анджело задумчиво кивнул. – Давай потрясем это дерево. Посмотрим, что оттуда выпадет.

Я улыбнулся. – Я знал, что ты мне понравишься, Риччи. Хорошо, ладно, я знаю, где он остановился с тех пор, как Фло бросила его, а группа силой вынудила лейбл уволить его.

Однако не успели мы проехать и пяти минут, как Бренда позвонила мне на телефон.

– Они нашли Фло, – сказала она нам отрывистым голосом, когда я включил громкую связь. – Руководители «Биг Нойз» хотят видеть всю группу. Они уже говорят о пресс-конференции.

Мы с Анджело обменялись суровыми взглядами, и я покачал головой. – Ни за что. Это может быть уловкой, чтобы вытащить остальных из укрытия. Я этому не верю.

– Я тоже, – согласилась Бренда. – Грей, ты сделаешь это один? Ты можешь просто сказать, что Джейс и Ретт подавлены горем и... – Она замолчала со вздохом. – Господи. Я не знаю. Вы двое поболтаете об этом, но встретимся в офисе «Биг Нойз» завтра утром в девять, хорошо? Я подожду до тех пор.

Она закончила разговор, не попрощавшись, и я посмотрел на Анджело, ожидая его мнения. Когда меня начало волновать, что он думает, я понятия не имел. Но этот высокомерный придурок знал свое дело.

– У «Биг Нойз» был по крайней мере один сотрудник Уилсонов на учете, – сказал он мне тщательно спокойным голосом. – Я убил его до того, как мы с Билли приехали на ферму. Само собой разумеется, что их может быть больше.

Для меня это было новостью. – Почему?

Анджело рассмеялся. – Зачем кто-то что-то делает? Деньги. Деньги, власть и влияние, но всегда деньги. Корень всего зла.

Черт. Как же он был прав на этот счет.

тридцать

БИЛЛИ

Никто из нас больше не поднимал тему с односпальной кроватью, пока открывали окна, проветривая помещение и делая его настолько пригодным для жилья, насколько это было возможно. Ретт захватил с заправки приличный набор продуктов, включая немного хлеба и фруктов, но, очевидно, ничего такого, что требовало бы наличия холодильника. Один был в трейлере, но, как и в другом доме, он был выключен.

– Фасоль в банке или консервированная колбаса на ужин? – Спросил Ретт, ставя свои пакеты на стол, чтобы мы могли увидеть весь ассортимент картофельных чипсов, крекеров, сыра, фруктов и консервов. Вместе с таким количеством бутылок воды, какое могло поместиться во второй сумке.

– Еще и десерт прихватил, – сказал он с ухмылкой, вытаскивая из-под рубашки третий пакет поменьше. Из него высыпалось около дюжины шоколадных батончиков. – Если что, проживем на шоколаде.

Это многое говорило о нашей нынешней ситуации, но вид моего любимого шоколадного батончика, лежащего там, наполнил меня настоящим счастьем. Как это ни печально, в последнее время в моей жизни было не так уж много поводов для празднования.

Это было почти то же самое, что получить оплачиваемый отпуск со всеми расходами.

– Я привыкла питаться очень небольшим количеством еды, – напомнила я им. – Мой рацион может быть довольно маленьким.

Джейс, который сидел на кровати подальше от нас, сварливый, как обычно, издал рычащий, раздраженный звук. – Ты получишь самую большую порцию, потому что тебе не помешает набрать вес.

Когда наши взгляды встретились, я не могла понять, что такого я сказала, что вывело его из себя. Возможно, все, зная Джейса. – Я также самая маленькая, так что само собой разумеется, что мненужно меньше всего еды, – парировала я, и он поднялся на ноги и двинулся вперед, магнетическое присутствие, с которым он родился, заставляло задыхаться в такой непосредственной близости.

Ретт продолжал раскладывать еду и воду по кучкам, в то время как Джейс наклонился надо мной, упираясь руками по обе стороны от стула, так что он полностью держал меня в клетке. Похоже, это его фирменный, чертов прием. Когда его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего, он спросил: – Что с тобой случилось, Роза? Почему ты привыкла обходиться без еды? Твоя семья не была бедной, и они никогда не позволили бы тебе голодать, даже после их смерти.

Мое дыхание сбилось, воздух словно сжался в легких, и мне стало дурно. Этот разговор слишком опасно приближался к темам, о которых я никогда не могла рассказать Джейсу. Никому. – Я думала, ты сказал – больше никакого прошлого, – мне удалось выдохнуть, и его губы сжались в линию от раздражения.

– Может, не стоило упоминать, что тыголодала, если не хотела, чтобы я задавал вопросы.

Еще один глухой рык прокатился по его груди, и я была достаточно близко, чтобы заметить темные вкрапления в его голубых глазах. – Не думала, что тебя это волнует, – сказала я ему, и это не было подколкой. Это была правда. – Прошло много времени, Джейс. Раньше тебя это никогда не интересовало; почему тебя это волнует сейчас?

Он заглянул мне в душу, и мне было больно сидеть там, когда меня препарировал мужчина, который когда-то был мальчиком, которого я любила. Он больше не сказал ни слова, и я уже собиралась оттолкнуть его, когда он разразился чередой проклятий, оттолкнулся от стула и вышел из трейлера.

Шторм довольно быстро прошел, так что снаружи он будет в безопасности. Но будет ли то "снаружи" в безопасности от него самого??

Ретт тихо усмехнулся, и, клянусь всеми рок-звездами, я вообще забыла, что он в комнате. А учитывая, сколько обычно моего внимания достается Ретту, это говорило о том, насколько чертовски всепоглощающим мог быть Джейс. – Бедный малыш, – сказал Ретт с очередным смешком, когда мы услышали грохот. – Его большие-взрослые-чувства слишком велики для него.

Тяжело сглотнув из-за пересохшего горла, я покачала головой, во мне пульсировало замешательство. – Я действительно не понимаю, в чем его проблема… Прошло много времени с тех пор, как мы были в жизни друг друга, и он ни разу не искал меня. Ни разу не проверил, жива ли я вообще.

На этом веселье Ретта иссякло. – Не обманывай себя, Билли. Джейс, может, и не был в твоей повседневной жизни, но я чертовски уверен, что ты была у него на уме больше, чем он когда-либо признается. Я почти уверен, что он всегда намеревался однажды выследить тебя и, вероятно, разрушил бы бульдозером всю твою жизнь, которую ты построила, когда это произошло бы.

То, что Джейс был тем еще токсичным ублюдком, ничуть меня не удивило.

– Я много раз в жизни была почти бездомной и голодала. Ты хочешь сказать, что Джейс знал об этом и ни разу не попытался мне помочь? – Если это правда, значит, он был худшим из людей. Я бы никогда так с ним не поступила, окажись на его месте.

– Нет, боже, нет, – заверил меня Ретт. – Он нетакой мудак. Просто он так и не смог по-настоящему забыть тебя. Я думаю, часть его ждала, что ты побежишь к нему за помощью. Его эго не могло позволить ему, погнаться за тобой, после того, как ты его бросила. Все это полный пиздец, но правда в том, что ты – его муза и разрушение, и это никогда не изменится. Джейс не смог бы по-настоящему отпустить тебя, даже если бы это стоило ему жизни.

Быть чьим-то разрушением звучало ужасно, и все же я не могла поспорить. – Мне не нужна его жизнь, – прошептала я, моя боль была слишком велика, чтобы выразить ее словами. – Было бы просто здорово не испытывать его ненависти. Ссоры с Джейсом выматывают.

Ретт наклонился вперед и обнял меня. – Мир, возможно, пока нам не светит, но ты можешь быть уверена, Билли Беллероуз, ты никогда не столкнешься со своей травмой в одиночку. Не тогда, когда я рядом.

И это имело все гребаное значение. Некоторые люди не созданы для мирной жизни, и очевидно, что и я, и ребята из «Беллероуз» относились к этой категории, но пока мы вместе, у нас все будет в порядке.

– Пойдем найдем Джейса, пока он не проделал дыры во множестве деревьев, – сказал Ретт мне в шею, нежно целуя там. Я вздохнула от этого сладкого прикосновения.

Ретт поднялся на ноги первым, потянув меня за собой, и мы вместе вышли из трейлера. Снаружи не было никаких признаков лошадей – что было не удивительно, учитывая какую истерику закатил Джейс. Кстати, солиста «Беллероуз» тоже нигде не было видно, но я все еще слышала, как он бушует в подлеске. Если бы полиция была где-нибудь поблизости, они бы наверняка разоблачили наше убежище.

– Я заберу его и сейчас вернусь, – сказал мне Ретт. – Возвращайся в трейлер и держи дверь закрытой.

Я хотела возразить, но я просто чертовски устала. – Возвращайся немедленно, – приказала я.

Ретт ухмыльнулся, серебро его пирсинга сверкнуло в луче солнца, которому удалось пробиться сквозь послеполуденные облака. – Теперь от меня не избавиться. Я не Джейс, и мне похуй, если ты меня бросишь. Я просто буду следить за твоей задницей, пока ты не поймешь, что не можешь жить без меня.

Я уже поняла это. Как и в случае с Джейсом и Анджело, часть меня теперь принадлежала Ретту, и это никогда не изменится. Грейсон тоже, если быть до конца честной, даже если этот огромный, пугающий ублюдок был для меня полной загадкой.

– Я буду ждать внутри, – сказала я ему и поспешила обратно в трейлер, захлопнув за собой дверь. Мне не хотелось отгораживаться от Ретта, но еще больше мне нужно было, чтобы Джейс вернулся сюда до того, как приведет на наш след чертову полицию, армию и флот своими впечатляющими воплями.

Неудивительно, что он чертов рок-звезда – его легкие работали далеко за пределами чего-то нормального. Особенно когда он был в ярости.

Часть меня пыталась поверить, что такая реакция была вызвана тем, что он не знал о моем прошлом и тех годах, когда мы были порознь. Неужели его действительно так сильно беспокоило то, что мне пришлось нелегко, в то время как он жил как знаменитый миллионер? Когда, очевидно, он был таким гордым ублюдком, что был готов бросить меня в любой дерьмовой ситуации, пока я не отчаюсь настолько, чтобы обратиться к нему. Пока я не приползу обратно на коленях.

Я не была уверена, какая часть беспокоила меня больше всего… На самом деле, все это. Типично, когда дело доходит до стычки с Джейсом Адамсом.

В трейлере особо нечего было делать, кроме как передвигать пакеты с чипсами и едой и открывать несколько случайных шкафчиков в надежде найти что-нибудь классное. Я была удивлена, когда исследовала высокий тонкий шкаф, стоящий рядом с кроватью, и нашла гитару. Это была старая акустическая гитара со стальными струнами, и когда я вытащила ее, поднялось большое облако пыли. Я бы предположила, что кто-то давным-давно засунул ее туда и совсем забыл о ней.

Я села на кровать и положила гитару к себе на колени, меня наполнили воспоминания о том, как я точно так же сидела с гитарой, когда мне было десять, Джейс рядом со мной, держал мои пальцы на месте, пока учил меня основным аккордам. Он продолжал давать мне уроки годами, и теперь я навсегда связывала тяжесть инструмента и звучание музыки с ним.

Я не прикасалась ни к одному инструменту с того дня, как он ушел из моей жизни.

Понимая, что это плохая идея, я все равно провела пальцами по струнам, и они сами нашли нужные позиции – будто я никогда и не переставала играть. Да, конечно, я ужасно заржавела и медленно меняла аккорды, но мне не потребовалось много времени, чтобы снова поймать ощущение.

Эта акустическая гитара была довольно старой и, вероятно, нуждалась в хорошей настройке, но все равно звучала красиво – особенно когда я чуть подправила ее. Джейс всегда говорил, что моя суперсила – это слух: я с детства подстраивала его инструменты. У нас даже была шутка, – что я пою отвратительней чем разъяренные коты.

Позволить себе утратить любовь к музыке было почти так же больно, как и позволить себе исчезнуть в жалком существовании, ни разу не попытавшись изменить свою судьбу. Возможно, Джейс и ждал, что я вернусь к нему, но во мне было достаточно гордости, чтобы никогда этого не сделать. Только вот в итоге в одиночку я справилась ничуть не лучше.

Я потерпела полный крах. Во всех, черт возьми, смыслах я провалилась..

Бросив инструмент на кровать, мне пришлось дышать сквозь слезы, потому что я ни за что не собиралась снова разваливаться на части. Нет. Ни за что. Здесь, хоть и было неспокойно из-за вынужденной близости, но я должна была держать себя в руках. Еще несколько дней.

Ретт и Джейс еще не вернулись, поэтому, оставив гитару на кровати, я продолжила поиски в шкафчиках. В небольшом ящике на полу я сорвала джекпот, обнаружив три тяжелые чугунные кастрюли для приготовления пищи, а также несколько спичек и разжигателей. Потрясающе. Сегодня вечером мы не будем есть холодную фасоль прямо из банки.

Сегодня у нас будет горячая фасоль из кастрюли – и мы будем считать это, черт возьми, ужином уровня пятизвездочного ресторана.

Все равно собираясь выйти наружу и проверить, как там парни, я подняла одну из тяжелых кастрюль и отнесла ее к месту для готовки, устроенному в нескольких метрах от трейлера. Предыдущие жильцы сложили там небольшой круг из камней, а рядом оставили нарубленные дрова. Дерево уже было старым и хрупким, немного отсыревшим после недавнего шторма, но я решила, что с растопкой смогу его разжечь – если помочь сухими листьями и травой и учесть, что место защищено кустами и деревьями от ветра.

Парней не было на поляне, но время от времени до меня доносился голос Ретта, сопровождаемый ворчанием Джейса, так что я знала, что они в порядке, просто обсуждают это. Так что я вполне могу принести пользу, приготовив ужин.

Сделав еще пару ходок туда и обратно в трейлер, пока я присматривала за небольшим костром, вскоре я была готова готовить. У кастрюли была подставка и крюк, чтобы подвешивать ее над огнем, и я следила за тем, чтобы в огонь не попадало ничего зеленого – это уменьшило бы дым, который мог выдать наше местоположение. Если только кто-то не находился совсем рядом, они бы вообще ничего не заметили.

Когда фасоль закипела и начала булькать, я взяла гитару и вынесла ее к месту готовки. Несколько аккордов, которые я уже успела сыграть раньше, все еще звучали у меня в голове, и мне нужно было снова оживить музыку. Она требовала выхода, и несмотря на эмоциональную боль от возвращения к игре, я чувствовала, что пришло время.

Первые шаги к исцелению заключаются не только в том, чтобы отпустить прошлое, но и в том, чтобы принять те его части, которые я уже пыталась отпустить. Те части, которые я любила больше жизни. Те части, которые делали меня Билли Беллероуз.